Наталия Якимец
А я бегу, бегу, бегу…

ГЛАВА 1

Лето 1993 года было пасмурным и холодным. Весь июнь шли дожди, и настолько надоела эта хмарь, что когда, наконец, выглянуло солнце, и погода установилась, народ толпами пошел к водоемам. Чтобы поваляться на солнышке, насытить свой организм витамином Д. Максим со своим лучшим другом Джоном, (так все звали Женьку Асина) тоже уже неделю не вылазели с берега карьера, наверстывая упущенные деньки. Максим учился в автомобильном колледже, а Джон в автомобильном училище, жили они по соседству и дружили давно с четвертого класса. Сегодня они припозднились, Максим сдал последний зачет, настроение было приподнятое. Они быстро шагали по тропке, ведущей к карьеру, и ржали по любому поводу. Наконец пришли. Народу – не протолкнешься. Но найдя себе местечко ближе к воде, они разделись, побросали вещи и с разбегу нырнули.

– Хорошо! –вынырнув, отфыркиваясь, прокричал Максим.

– Классно!– вторил ему Джон, – Люблю воду, так здорово! Поплыли на остров.

Джон кричал громко, но они были друг от друга далеко, ребятня визжала и галдела, и ничего не было слышно. Максим его не услышал. И среди плавающих людей, не увидел голову Джона. Не найдя его, и уже достаточно охладившись, он вышел на берег, постелил полотенце и лег. А Джон, отплыв уже далеко, оглянулся и, не обнаружив Макса, решил, что тот не захотел плыть. Он вышел на остров, немного отдохнул от длинного заплыва и пустился в обратный путь.

Солнце пригревало, Максим расслабился и даже задремал. Он окончил четвертый курс колледжа, и оставалось учиться только год, а потом  пойдет на работу или в армию. В армию ужасно не хотелось, столько всякого про нее рассказывали. Сам он был несколько полноват и вплотную спортом стал заниматься только в этом году. В колледже в спортзал привезли штанги, тренажеры, боксерскую грушу и большинство ребят стали ходить тягать железо. У него даже стали появляться бицепсы, трицепсы, но до совершенства ему еще было очень далеко. Он мечтал о кубиках на животе и фигуре атлета. Вообще он был симпатичным парнем светлые волнистые волосы, зеленые глаза и прямой римский нос, роста он был среднего, но полнота ему мешала жить. Вдруг его резко что-то ударило по животу.

– Ой! Что, идиоты, что-ли! Кто это сделал? – от неожиданности он подскочил, рядом лежала полупустая пластиковая бутылка. Он услышал пьяный смех и, повернувшись, увидел двух парней лет двадцати пяти. Явно это было их рук дело. Не долго думая, Макс схватил бутылку, и кинул ее им назад. Бутылка приземлилась прямо  на их подстилку, разметав карты, в которые они играли. Смех прекратился, оба парня встали и направились к Максу. Вид у них был угрожающий.

– Ну, ты, фраер! Тебе чё, жить надоело? Ща, мы тебя научим старших уважать! – тот, что  повыше сплюнув сквозь зубы, надвигался на Макса. Его огромные кулачищи были сжаты, а гримаса выражала злобу. Он кулаком, с силой ударил Макса в подбородок. Замахнулся еще раз, но не успел. Макс с первого удара оказался на земле, а вернее на гальке. Берег был усыпан галькой, которую добывали из карьера шагающими экскаваторами. Головой он ударился о камень и потерял сознание.

Он лежал неподвижно. Народ вокруг заволновался, люди потянулись к месту драки:-Человека убили!

– Вот сволочи, напали на мальчишку, под силу оказался!– Милицию надо вызвать!

– Чем ты ее вызовешь, по рельсу постучишь?

– А кровищи-то

Люди роптали, но к Макс не подходили. Дружок ударившего схватил его за руку. И с криком: «Валим», похватав свои вещи, быстро покинули пляж.

Джон уже подплывал к берегу, когда увидел, что возле их места происходит какое-то движение, он быстро побежал туда и обомлел. На земле лежал Макс без признаков жизни. Он наклонился к нему, потрогал пульс, пульс был. Он схватил полотенце, намочил его в воде и выжал ему на лицо. Макс застонал и открыл глаза.  Джон помог ему поднять голову и сесть. Голова была в крови и на гальках расплылась лужица крови. То же полотенце крепко прижали к ране, чтобы остановить кровь. Любопытные, увидев, что смерть не состоялась, потихоньку рассосались. Макс рассказал Джону, обо всем, что произошло. Друзья еще немного посидели, кровь остановилась, Макс пришел в себя, пошел в карьер смыл с себя и с головы остатки крови и они потихоньку пошли домой.

– Зачем я поплыл без тебя на этот остров? Ну, увидел, что тебя нет, и надо было вернуться,– сокрушался Джон.

– Нет, Джон, наверное, это к лучшему, что тебя не было. Если бы завязалась драка, мы бы еще сильнее пострадали оба. Видел, какие они здоровые, да, похоже, сидели. Жаргончик еще тот.

– И все равно получается, что я тебя бросил, чувствую себя полным дерьмом.

– Еще раз тебе говорю, все правильно и все хорошо кончилось.

Но Максим поторопился с выводами, еще ничего не кончилось, а все только начиналось. Дойдя до своего двора, ребята хотели уже разойтись, как увидели парней, что были на пляже. Те тоже не оставили их без внимания.

– О, бегемот, ты живой что ли? – сказал тот, что ударил Макса, – Так этот момент надо исправить! – он вцепился в рубашку Максима и подтянул его к себе, дыша в нос перегаром. Он был явно пьян и ему доставляло удовольствие глумиться над пацанами.

Джон, было, бросился на защиту друга, но второй парень заломил ему руки за спину и крепко держал. Что они могли сделать два семнадцатилетних парня, против двух озверевших подонков?

– Ты знаешь, толстяк, – продолжал тот, что держал Макса, – У меня к тебе маленькая просьба. Я недавно откинулся и немного поиздержался, так тысяч пятьсот мне сейчас не помешают, усек? – он еще крепче стянул рубашку на горле Макса и тот стал задыхаться.

– Отпусти, – прохрипел он, стараясь оторвать руки от рубашки. – Откуда у меня такие деньги? Я учусь.

– А меня не колышет, возьми у папаши, укради, ограбь кого-нибудь. Завтра вечером я приду, ты понял, или я тебя как гниду раздавлю, – он отпустил Макса и тот судорожно задышал.

Второй тоже отпустил Джона, и они пошли, засунув руки в карманы, вальяжной походкой, переговариваясь о чем-то и посмеиваясь.

ГЛАВА 2

Максим пришел домой в подавленном состоянии, разбитая голова была не видна под длинными волосами, но на рубашке было несколько капель крови, которые он не заметил. Мать уже пришла с работы и готовила на кухне ужин.

– Максим – это ты? Как дела? Зачет сдал? – крикнула она оттуда и, не дождавшись ответа, вышла в коридор. Увидев угрюмого сына, она воскликнула:

– Что случилось, что с тобой Максим? – она подошла ближе и увидела кровь на рубашке, – Что это?! Тебя били?!

Анна Петровна очень боялась всяких драк и потасовок, потому что в детстве видела, как муж порезал жену опасной бритвой, и она истекала кровью, было страшное зрелище не для детских глаз. И с тех пор вид крови приводил ее в шок. Вот и сейчас она побледнела, и сердце ее бешено забилось.

– Мама, меня не били. Просто я поскользнулся и упал на камень, видишь, голову маленько разбил, уже все прошло. Зачет я сдал. Все у меня в порядке ни хвостов, ни задолженностей. Ладно, я пойду.

Мать не стала его останавливать, самой бы прийти в себя. Она только испуганно смотрела на сына. Не обращая внимания на испуганные глаза матери, он прошел в свою комнату и лег. Мысли летели во весь опор: «Что, что делать, вот сходил- покупался. Если не отдавать им деньги, они осуществят свои угрозы? Ну, убить не убьют, а покалечат точно, хотя кто их знает? Да и где эти деньги взять? У родителей и в помине нет, зарплата пятьдесят тысяч, им и за год не собрать. Да вообще это глупо. Просто рассказать все маме, может она что придумает? Ну, что она может, побежит в милицию ее там отфутболят и все. Да черт с ним, пусть будет что будет, скажу – нет денег». Он еще долго ворочался, пора было ужинать, но есть совсем не хотелось, и он уснул.

У Анны Петровны заболела душа, не поверив сыну, что он упал сам, подумала, что может, он выпил и упал, но от него не пахло. Она решила зайти к нему в комнату и убедиться, заодно и позвать ужинать. Потихоньку открыла двери, подошла к кровати. Он спал, отвернувшись к стенке. Она наклонилась и понюхала, – нет, спиртным не пахло. Осмотрела его голову. На самом затылке среди волос была небольшая, но довольно глубокая рана с запекшейся кровью. У нее защемило сердце. Она подумала, что надо бы хорошо обработать и вышла, не став будить сына.

Когда с работы пришел муж, она ему ничего не сказала, боясь, что он станет с пристрастием расспрашивать Максима и все испортит. А так, может быть, Максим сам обо всем расскажет. Максим не был пай-мальчиком. Учился он всегда хорошо и в школе и в колледже. Хорошая память и природный ум ему позволяли, не напрягаясь, делать это легко и просто. В свои семнадцать лет он уже дважды приходил домой пьяный и попробовал курить травку. Она об этом знала и переживала, как бы сын не попал в плохую компанию. Сейчас так активизировалась преступность со всеми этими политическими изменениями. Их квартиру уже два раза обворовывали и никого не нашли, или милиция плохо работает, или просто не успевают, столько сейчас всего происходит.

Следующим вечером, когда Анна Петровна пришла с работы, Максим был дома. Она, как обычно, пошла на кухню, готовить ужин. В дверь позвонили.

– Я открою! – крикнул Максим и бегом побежал открывать.

У них было две двери. Одна вела в тамбур  который был отгорожен от лестничной площадки и отделял их квартиру и квартиру соседа от общего коридора, другая выходила на лестничную площадку. Когда за Максимом закрылась та дверь, Анна Петровна потихоньку вышла в тамбур и стала прислушиваться к разговору, происходящему за дверью.

– Ну, бегемот, достал деньги?! – произнес незнакомый голос.

Она посмотрела в глазок и увидела двух парней уголовного вида, один из которых поигрывал ножичком. Она, не дожидаясь ответа сына, откуда взялась смелость. Распахнула двери, схватила Макса за руку, втащила в тамбур и, захлопнув двери, громко, чтобы те услышали, сказала:

– За что деньги? Я вам покажу деньги, я сейчас пойду в милицию, я найду на вас управу! Развелось вас тут! Не дождетесь. – Она втолкнула сына в квартиру. Сама снова посмотрела в глазок. Парни быстро спускались по лестнице. Она не думала, что этих уголовников может испугать ее крик и угрозы. Но, все же, они ретировались. Ее всю трясло. Войдя в квартиру, она пошла к сыну.

– Теперь уже точно рассказывай, что произошло и кто эти парни?

Максим обо всем рассказал, ничего не утаив, и закончил:

– Мама, я ни в чем не виноват. Ну, наверное, не надо было кидать в них бутылку. Но мне кажется, что они специально задирались и даже если бы я не кинул, они бы мене избили. Я не знаю что делать.

– Зато я знаю, сейчас пойду к мужу тети Лены, он всю жизнь в милиции работает, он найдет на них управу.– Она была настроена воинственно и наивно думала, что так все и будет.

Быстро обулась и спустилась на первый этаж, где жила ее одноклассница Лена. Ей повезло, муж подруги Александр был дома.– Здравствуйте, соседи, я к вам по делу. Вернее, Саша, к тебе по делу.

– Проходи в комнату, – сказала, встретившая ее у дверей подруга, – что случилось, зачем тебе мой муж?

Анна Петровна прошла, села на диван, ее еще всю трясло, и она эмоционально начала рассказ.

Александр слушал ее внимательно, но без энтузиазма, когда она закончила, он спросил:

– Как выглядели парни, один высокий и плотный, а другой худой невысокого роста?

– Да. Ты, что их знаешь?

– Знаю и видел возле нашего подъезда, еще подумал, что это они тут трутся ? Высокий – это Бакс, наколка у него на груди в виде доллара. Недавно вышел из тюрьмы, сидел за убийство восемь лет, от звонка до звонка. Злой и жестокий. Другой – его дружок, не сидел, но заглядывает ему в рот. Все делает, что тот попросит. Мужики конечно опасные. Но, что я могу сделать? Они же его не избили, не убили. Свидетелей нет, а просто их вызвать пожурить…сама понимаешь, не те люди.

Он еще что-то говорил, но Анна Петровна уже плохо слушала, она поняла, что ее надежды на милицию рухнули. Она поблагодарила за консультацию, и медленно побрела домой. Уже в лифте ее осенила мысль: «В Украину, я отправлю его в Украину к матери Паши. От греха подальше, а пока буду собирать, пусть поживет у моей мамы». Главное принять решение. Она успокоилась, ее перестало трясти, и прямо с порога заявила:

– Максим, собирайся, поедешь к бабушке в Ильинку. Недельку поживешь у нее, пока я заберу документы из колледжа и куплю билет. Поедешь в Украину. Сам найдешь себе техникум, доучишься год, а там видно будет.

Максим, чуть не подпрыгнул до потолка. Не потому, что решится эта проблема, хотя он был рад этому, а потому что он будет жить один, сам себе хозяин. Целый год без нравоучений и нотаций. Не сказать, чтобы родители его сильно донимали своей опекой, но все же, одному, ему казалось, будет лучше. Он быстро оделся, побросал в сумку футболки и джинсы и был готов. Надо было только подождать отца с работы, который на машине отвезет их к бабушке.

ГЛАВА 3

Неделя прошла быстро, пока мать его собирала в Украину, он жил у бабушки, целыми днями валялся у телевизора и почти никуда не выходил. У бабушки был небольшой добротный дом и большая усадьба, во дворе бегала злая собака – боксер. У нее была знатная родословная и кличка подходящая Каприэлла-Гаруст-Юст.  Звали, конечно, ее просто Капа и Макс с удовольствием коротал время, занимаясь с умной собачкой, и очень на нее надеялся. Она не запустит в дом, не прошеных гостей.

И вот настал день, когда, приехали родители с его вещами и документами и повезли его на вокзал. Посадили в вагон, мама всплакнула, надавала кучу наставлений, велела звонить каждый четверг, если он не позвонит, она будет думать, что что-то случилось. Недельку пусть поживет у бабушки в деревне и сразу в Киев. Там узнает, где можно найти техникум по профилю и как устроится, позвонит. Деньги будут посылать в посылке, так выгоднее менять на купоны, курс больше, чем официальный. Поцеловала сына, обняла его и еще сильнее заплакала. Павел не успокаивал ее, пусть поплачет, легче будет. Тоже приобнял сына, похлопал его по плечу и пошел из вагона. Анна Петровна, оглядываясь и махая рукой, пошла за ним.

Поезд тронулся. Максим убегал от своих обидчиков, но это ему нравилось, немного было жалко маму, но она привыкнет и все будет хорошо. Там осталась еще сестра и ей будет о ком заботиться. Поезд отходил поздно вечером и соседи по купе, устраивались на ночлег. Максим тоже пошел в туалет, надел шорты, футболку, шлепанцы и приготовился ко сну. У него была верхняя полка, не потому, что не досталось нижней, а просто он сам захотел, чтобы можно было целый день валяться, никому не мешая. Забравшись на нее, он лег и быстро заснул.

Утром, Максим проснулся поздно, поспать он любил, а под стук колес спалось просто замечательно. Соседи по купе – семья из трех человек: муж и жена лет тридцати, и шестилетняя девочка, их дочь, уже завтракали. Он спустился с полки, пожелал им доброго утра и приятного аппетита и пошел в туалет умываться. На удивление очереди не было, он сразу зашел и быстро справился с водными процедурами. Когда вернулся, стол уже был свободен, и соседи предложили ему его занять. Максим сходил за кипятком, высыпал из пакетика кофе, достал батон, яйца, колбасу и плотненько поев, откинулся на спинку сидения.

– Ну вот, теперь можно и познакомиться, – сказал сосед по купе, – А то ехать вмести три дня, о чем-то надо разговаривать, и вообще, – Юра, – он протянул Максу руку и крепко пожал.

– Максим, – ответил Макс на рукопожатие, и привстал.

– Неля, – сказала миловидная молодая женщина, сидевшая возле окна в обнимку с дочерью, – А это – Катюшка, наша дочь.

– Ну, мама! Я сама хотела познакомиться с Максимом! Я уже взрослая. А ты все за меня делаешь.

Она высвободилась из объятий матери и подошла к Максу. Протянула ему руку. Крохотная ручка утонула в его руке. Девочк  была хорошенькая и очень кокетливая.

– Екатерина, – сказала она по-взрослому серьезно, – А ты куда едешь? В Москву? Мы тоже едем в Москву, папа будет там работать, а мы с мамой хозяйничать по дому. У тебя есть жена?

Все дружно рассмеялись, а Неля сказала:

– Катюша, не приставай к человеку, не успела познакомиться, а как разведчица, выведываешь у него всю историю жизни.

– Все нормально, – улыбаясь, сказал Макс. Он любил маленьких детей, и они всегда к нему тянулись. – Я еду в Москву, а потом в Киев, там буду учиться. А жены у меня нет, я еще маленький.

– Ого! Маленький! Ты, как папа, а у папы есть жена, моя мама. Ну не переживай, тебя обязательно кто-нибудь полюбит и ты поженишься.

– Хорошо, уговорила, переживать не буду.

Все слушали их беседу и улыбались. Так с помощью ребенка они познакомились и даже подружились. В дальнейшем поездка была приятной и не долгой. По приезде в Москву, они тепло распрощались и пожелали друг другу удачи. Максиму еще предстояло на поезде доехать до Киева, потом на электричке до Нежина, а уж потом на автобусе до деревни, где жила папина мама, его бабушка.

ГЛАВА 4

Как бы ни была длинна дорога, она всегда заканчивается. Вот и сейчас, подходя к большому добротному дому за железными воротами, он понял, что наконец-то добрался. Бабушка была предупреждена о его приезде, она была уже старенькая и его давно не видела, но все равно сразу признала и, обняв его за шею, запричитала:

– Максимушка-а-а! Внучек мой дорогой! Как же это ты надумал приехать, такую даль, один. Пойдем в дом. Ты, наверное, голодный, заморился.

Максим прошел в зал, раньше ему казалось, что это большая комната, а сейчас все как-то обмельчало, наверное, он вырос. Но все было родным и знакомым. Почти каждые летние каникулы они с сестрой проводили здесь. Он разобрал свои вещи, взял чистое белье, полотенце и пошел в душ искупнуться. Этот душ был на зависть всей деревни, его смастерили лет пять назад отец с Максом. В деревни тогда не было ни одной бани, что очень сильно удивляло маму, она не представляла как можно так жить. Вот и сделали этот душ по ее настоянию. Бабушка, конечно же, им не пользовалась, и в нем не оказалось воды. Макс достал из колодца два ведра и вылил воду в бочок. Ледяной, обжигающей водой он помылся и чистый, и бодрый явился к столу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.