Владимир Аяров
Датчик Гэри

ДАТЧИК ГЭРИ

Станция «Эльдесан» экспедиции по изучению биологически неустойчивых планет, выпустив наружу все антенны, входила в зону регистрации измерений.

Дежурный исследователь Физер Лан и его ассистент Гил Ин откровенно скучали. Им предстояло выполнить привычную и уже порядком надоевшую работу. Достаточно сказать, что в зону они входили девяносто третий раз для того, чтобы снять и обработать показания миллиардов датчиков, которыми сплошь была облеплена изучаемая планета.

Физеру и думать не хотелось о работе, до того она стала невыносимой. Чтобы отвлечься, попытался подумать о чём-то приятном. Так вспомнилась подружка юности, красавица Айнис. Где она сейчас, что с ней? Скорее всего, она замужем. Вероятно, сильно уже постарела. Подумалось об этом, и снова стало грустно.

– Сейчас начнётся, – отвлёк его Гил, – опять эти датчики будут зудеть в ушах. Противно. Надоело. Может, давай смотаемся отсюда, Физ, как ты думаешь?

– А показания?

– Спишем с прошлых. Ведь ясно, что всё равно мы ничего нового не откроем. Каждый раз одно и то же, одно и то же!

– Был такой случай в седьмом сезоне: ребята с «Валааса» прогуляли вахту, не сняли показания, написали фиктивные и отчитались. И всё бы хорошо, но на их планете произошёл мощный эволюционный всплеск. Вахта «Валааса» прозевала важные мутации. Теоретики потом это легко доказали. Капитан базы после такого скандала ушёл в отставку. Ребят разогнали. Понимаешь, эти неустойчивые планеты в любой момент могут преподнести каверзу. Нам остаётся только одно: продолжать слушать, смотреть и записывать. Кто знает, вдруг мы сейчас откроем новую мутацию?

– Скорее бы в отпуск, – вздохнул Гил.

– Вот и заработай его. Сделай открытие – бери досрочный отпуск.

Тысячи датчиков почти одновременно заявили о себе противным писком.

– Пора начинать, – сказал Физер.

– Включаю регистрацию, – ответил Гил.

Через три часа они возвращались на базу довольные, с чувством выполненного долга.

– Физ, давно хочу спросить, неужели у нас нет других систем, кроме этих датчиков Гэри?

– Есть, но ещё хуже.

– Что может быть хуже?!

– Представь себе, такое бывает. Древний датчик оказался лучше тех, которые изобретались после. Про самого Гэри сейчас ходят легенды. Говорят, что в своё время он с большим трудом протолкнул этот проект. Он был женат на дочке председателя комиссии, только это и помогло, датчик приняли в производство. Самое главное, Гэри придумал хорошую систему автоматического размножения. На заводе изготовили всего сотню экземпляров, а теперь их миллионы. Конечно, у датчика Гэри недостатков хватает. Его ругали за этот бесполезный раздражающий шум, который тебе так не нравится, критиковали за малую скорость передвижения. Особенно доставалось ему за непрочность. Говорили, дескать, любой землянин прихлопнет его ладонью руки, как всё равно комара. Это верно. Они так и делают. А мне почему-то смешно смотреть на то, как земляне уже столько лет усердно лупят датчики Гэри на своих щеках, принимая их за настоящих комаров.

КАМНИ ЧУЖОЙ ПЛАНЕТЫ

Серые камни чужой планеты лежали на моём пути. Гарсы разбили нас в последней битве за Эллу, и мы потеряли свою родину. Я один из тех, кому удалось спастись на обломках боевого корабля «Артимизия».

Мы пришли в этот странный мир, чтобы дать начало новой цивилизации. Но незнакомая планета встретила нас далеко не ласково, поразив страшной смертельной болезнью весь экипаж. Я ушёл в пустыню серых камней, потому что не мог оставаться там, где похоронил своих товарищей.

И вот я в полном одиночестве. Погибаю, но продолжаю свой путь, ибо решил погибнуть в движении, не опуская рук и не бросая оружия, как и подобает последнему жителю некогда цветущей планеты Элла.

Я помню время, когда не было гарсов. Элла спала в безмятежном сне. Наши страны почти перестали воевать друг с другом. Наши учёные каждый сезон давали новые технологии, изобретения, увеличивая продолжительность жизни людей, урожайность полей, совершенствуя технику настолько, что казалось, жизнь наша скоро станет вечной и превратится в сплошное удовольствие.

Я помню, как появились гарсы. Это произошло неожиданно. Нашествие двух миллионов особей обоего пола. Ужасные пришельцы. Непрошенные гости. Наглые, грязные, вонючие, тупые. Они обрушились на нас, перемещаясь в пространстве на своих примитивных аппаратах, таких же грязных и неухоженных, как и сами хозяева.

Они объявили войну, сразу разбомбив наши столичные города. Мы и понять не успели, что произошло. Не было ни официальных заявлений, ни переговоров, ни протоколов и манифестов, к коим так привыкло наше руководство. Мы ждали честной и благородной войны по канонам и принципам, которые были установлены сотни веков назад, и были приняты во всей цивилизованной вселенной. Мы считали, что военные действия будут вестись по правилам, но жестоко ошиблись. Гарсы не признают ничего святого.

Они вели боевые действия даже ночью, хотя знали, что ночь в нашем понимании священное время. Ночью мы спим. Но гарсы не спят. Они разбили наш флот, предательски нападая на корабли по ночам.

На поверхности нашей планеты они воевали во время дождя. А ведь для нас дождь – это время молитвы. Гарсы безжалостно уничтожали сотни молящихся людей.

Эти гнусные пришельцы не признают священного значения воды. Они не моются, их тела покрыты слоями грязи, их шерсть лоснится от жировых выделений, они дурно пахнут. Но самое противное, что есть в облике гарсов – это их дурацкая привычка: ковырять в носу кончиком хвоста.

И вот таким чудовищам наши доблестные воины проиграли войну! О горе, о позор нам, детям золотой и цветущей Эллы!

Как же горько погибать на чужой планете, среди этих камней, в этой пустыне. Но уж лучше погибнуть здесь, чем возвращаться на порабощённую родину. Мне противно и думать о животноподобных гарсах. Проклинаю этих тварей! Да здравствует Элла!

Коркон поднялся из-за стола и прошёлся по рядам, привычно заглядывая в тетради учеников. Возле отличника Юргена он как всегда задержался чуть дольше. Он читал текст сочинения с явным удовольствием и чувством гордости за любимого ученика.

– Хорошее сочинение, Юрген, – похвалил Коркон, – оригинальный сюжет, много эмоций, отличная фантазия. Но, пожалуй, только одна маленькая неточность. Ты назвал гарсов тупыми. Действительно, когда триста лет назад наши предки завоевали вашу Эллу, они не знали воды и не умывались. Их манеры, признаю, могли шокировать жителей вашей планеты. Но тупыми они не были. Иначе как бы им удалось вас завоевать? Ты со мной согласен, Юрген?

Коркон важно проследовал к своему столу. Кончик его хвоста потянулся к носу, но, приложив усилие воли, Коркон удержался от старой привычки.

Правда, – подумал он, – что за дурацкая привычка, как некрасиво это – ковырять в носу кончиком хвоста. Надо отвыкать. А Юрген молодец! Опять порадовал. Какой талант у парня, какова сила его текста! Думаю, у него большое будущее.

ЗАБЫТЫЕ ТЕХНОЛОГИИ

Низкорослый седовласый человек с массивным подбородком вышел из лифта на шестом этаже и, слегка прихрамывая, направился к чёрной стальной двери. В руках он держал книгу в мягкой фиолетовой обложке, где золотыми буквами было написано имя автора – Вениамин Юлов, а чуть пониже, выполненное большими красными буквами, расположилось название: « Тайны забытых технологий ».

Человек рывком открыл дверь и рявкнул командным тоном:

– Годариса ко мне! – после чего он бесцеремонно захлопнул чёрную дверь, сделал десяток шагов по коридору, свернул налево, нажал несколько кнопок на кодовом замке и вошёл в свой кабинет.

Небрежно бросив книжку на стол, он достал из ящика малахитовую пепельницу и пачку сигарет. Но курить не стал, – это означало, что человек с массивным подбородком находится в дурном расположении духа.

Вошёл Годарис.

– Вызывали? – и он, не дожидаясь приглашения, присел на кожаный диван.

Хозяин кабинета нетерпеливо схватил со стола книгу и подал её Годарису.

– Прочти, что написал этот мальчишка, только вслух и громко, чтобы лучше осознать всю эту гадость. Двадцать девятая страница.

Открыв книгу, Годарис прочитал:

«И тогда он покинул шлюзовую камеру».

– Не это, следующий абзац.

«Конл всегда боялся приземления. Вот и сейчас его лоб покрылся испариной, колени мелко дрожали, левое плечо нервно подёргивалось, в ушах стоял противный шум».

– Скверно написано!

– Да, – согласился Годарис, – написано, я бы сказал, не лучшим образом. Автор, видимо, из молодых, из новых. Что тут можно требовать? Вы ведь знаете, эмоции героев описывать сложно, тут нужно иметь особое художественное чутьё. Молодые всегда склонны к преувеличениям: и руки у героев трясутся, и головы дёргаются, и губы вечно в кривых усмешках, лица перекошены, а в ушах звенит.

– Читай дальше, на тридцать пятой.

Годарис нашёл нужную страницу и продолжил:

«Конл припарковал автомобиль рядом со старым вязом, чуть было, не врезавшись в дерево. Он очень торопился, поэтому даже забыл включить сигнализацию и запереть двери машины, – такое с ним случалось крайне редко. Он сильно волновался, когда входил в здание академии, так как боялся, что не застанет профессора Имагина на месте».

– Галиматья!

– Ничего не понимаю, – высказался Годарис и прочёл дальше:

«Имагин, человек среднего роста с утончёнными чертами лица…»

– Это пропусти, много лишнего. Диалог читай.

«– Извините, но вы несёте какую-то ахинею, – сказал Имагин и пронзил Конла обжигающим взглядом.

– Почему же? – удивился тот. – Вам трудно в это поверить, но моё присутствие здесь является хорошим доказательством существования нашей цивилизации. Да и какое вам, по большому счёту, дело до нашей планеты? Пусть мы там поубиваем друг друга, – вам на это наплевать, так я считаю. Я просто покупаю у вас технологию бомбы.

– Но неужели вы там не смогли создать более совершенного оружия? – с усмешкой спросил Имагин.

– В том и проблема, что для любого нашего оружия существует столь же совершенная защита. А Лоддан Скайвэл, интересы которого я представляю, хочет приобрести древнее, пусть примитивное, но основательно у нас забытое оружие, против которого бессильны все оборонные системы. Когда-то и у нас была такая бомба, но теперь она упоминается лишь в древних легендах и мемуарах таких же древних полководцев. Судя по всему, она обладает достаточно большой разрушительной силой. С такой бомбой Скайвэл получит стратегический перевес.

– Не сомневаюсь, что вашему Скайвэлу необходим этот перевес, но лично я ничего не смогу для него сделать, так ему и передайте. Да, я действительно занимался кое-какими расчётами по изделию, которое вас так сильно заинтересовало, но, откровенно признаюсь, это было давно.

– Вам так трудно вспомнить пару-тройку формул?

– Вы поймите, я и не собираюсь их вспоминать! Во-первых, я совершенно не знаю вас, а весь ваш бред не внушает доверия; во-вторых, я всё равно не смогу вам ничего продать, так как не являюсь владельцем той технологии, которую вы просите. Если я и могу что-то вспомнить, то это будет лишь ничтожная часть теоретических разработок, над которыми в своё время трудился целый научный институт. Я удивлён, что ваш начальник не может понять таких простых вещей. Не обижайтесь, но вы похожи на сумасшедшего.

Конл хотел что-то сказать в своё оправдание, но Имагин оборвал эту попытку довольно резко:

– Всё, прощайте, вы и так отняли у меня много времени».

– Ну что же, диалог так себе, конечно, средненький, – рассудил Годарис.

– Паршиво!

– Я бы не стал судить так строго. Несовершенство стиля можно легко объяснить…

– Всё паршиво, Годарис, и не надо ничего объяснять. О каком стиле речь? Мальчишка бессовестно врёт, насочинял небылиц и посмел это публиковать.

– Всё-таки фантазия автора позволяет иногда допускать некоторые отклонения от истины.

– Мне наплевать на то, что там допускает эта фантазия. Я хочу, чтобы ты знал, Годарис, никогда… никогда в жизни я не боялся приземления, никакие колени у меня не дрожали, и ничего не дёргалось. Как бы сильно я ни торопился, я никогда не бросал машину незапертой, не забывал включить сигнализацию. Мы с Имагиным разговаривали совсем по– другому. Этот Юлов всё переврал. Да и чёрт с ним, с Юловым! Ты лучше придумай, что мне докладывать Скайвэлу.

НИЧЕГО ГЕНИАЛЬНОГО

– Я вижу, ты меня не поняла, – главный режиссёр театра «Бульвар» Александр Фёдорович Лигерин поднялся на сцену и вплотную приблизился к молоденькой начинающей актрисе Леночке. – Ты пойми, деточка, вникни, осознай, что если будешь вот так смотреть, так стоять, цедить сквозь зубы свой монолог, зрители тебе не поверят. Это страшно! Ты представить себе не можешь, насколько это страшно, когда зрители тебе не верят.

В мировых театральных кругах Александр Фёдорович считался гениальным режиссёром. Его приглашали на постановки эстрадных концертов, спортивных мероприятий, телевизионных игр, с ним заключали контракты ведущие театры Лондона, Парижа, Нью-Йорка, он сотрудничал с киностудиями.

За тридцать лет работы режиссёром-постановщиком он научился видеть актёров насквозь. Но вот сегодня с этой Леночкой ему было трудно как никогда. Она ничего не умеет. Она не понимает самых простых вещей. Лигерин полон негодования.

– Ты не актриса! – бросил он ей обидный упрёк. – И даже если у тебя хватило наглости назваться актрисой, то, смею заверить, ты очень плохая актриса. На сцене нужно не просто истуканом торчать, а думать. Кого ты играешь? Вдумайся. Виолетта, твоя героиня, – кто она?

Падшая женщина. Она торгует собой. Она продаёт своё тело. Тебе это понятно? Про-да-ёт! Деточка (в лексиконе Лигерина слово деточка было страшным ругательством), ты сама-то что-нибудь продавала?

– Да, продавала, – холодно ответила Леночка.

– Что именно, если не секрет? – полюбопытствовал режиссёр.

– Ещё студенткой, когда было трудно с деньгами, я продала свой двухфазный параболический блокиратор гемастатичного излучения.

– Вот и хорошо, – Лигерин тяжело вздохнул. – А теперь представь, что ты продаёшь не этот… не эту свою ерундовину, а себя. Поняла? И у тебя всё получится, тогда ты правильно поймёшь Виолетту и сможешь её сыграть.

Репетиция продолжалась ещё пять часов, но Леночка, по мнению Лигерина, так и не смогла понять особенностей образа Виолетты. Начало темнеть, когда уставший Лигерин выходил из театра. На перекрёстке, почти у светофора, мелькнула знакомая фигурка Леночки. Серебристо-серый автомобиль БМВ притормозил около неё, открылась дверца, и она впорхнула в салон машины. Лигерину показалось, что на заднем сидении находился ни кто иной, как Теофилов, известный театральный критик.

– Однако у неё солидные покровители, – подумал Лигерин, – и это многое объясняет в её поведении. Эх, время! Дикая эпоха. Значит, уже вовсе не обязательно иметь талант или хоть какую-то каплю способностей, можно быть совершенно тупой и серой посредственностью, достаточно лишь иметь влиятельного любовника.

Лигерин попытался вспомнить, как случилось, что он, один из лучших режиссёров мира, утвердил на роль глупую девчонку, появившуюся в его театре весьма сомнительным образом. Наваждение. Он ничего не помнил: ни как Леночка пришла в театр, ни её утверждение на роль. Никого из её покровителей он тоже не помнил. Но сейчас ему было всё ясно – это интрига Теофилова. Вероятно, Леночку утвердили на одном из многочисленных банкетов, на пьяную голову. Лигерин, большой любитель выпить, часто грешил подобными утверждениями на роль.

– Ну, как он? – спросил человек, которого Лигерин принял за Теофилова.

– Ничего особенного, – ответила Леночка, – как видишь, я долго с ним билась, но не обнаружила ничего гениального. Его слава сильно преувеличена. Самодовольный зазнавшийся грубиян. Думаю, он нам не подойдёт.

– Тогда кто, если не он?

– На этой планете вообще нет достойных режиссёров. Земляне любят мелкие и пошлые темы. Никто из них не сможет осилить такое высокоинтеллектуальное мероприятие, как Большой Межгалактический Карнавал.

ПРОСТАЯ ЗЕМНАЯ ЛОГИКА

– Да, тебе, конечно, не позавидуешь, – произнёс Семёнов, обращаясь к стажёру Лёве Мосхатову, – лететь чёрт знает куда и расследовать непонятное дело у харусов. Уж и не знаю, почему они выбрали именно тебя. Ты стажёр, обыкновенный стажёр – нет ни опыта, нет раскрытых дел.

– А лететь обязательно? – с надеждой поинтересовался Лёва. – Отказаться нельзя?

– Контракт, понимаешь, – ответил Семёнов, – соглашение. И не какое-то местное соглашение, а распоряжение Межгалактического полицейского управления. Мы должны оказывать помощь им по первому требованию, они, если что вдруг случиться, оказывают поддержку нам.

– Как они хоть выглядят, эти харусы? Я ведь вообще никогда не летал дальше Юпитера и ни с кем, кроме землян, ни разу не общался.

– Ну, чтобы привыкнуть к виду харусов, можешь сходить в зоопарк и посмотреть на слонов. Харусы – это разумные слоны. Они там даже умнее нас. Это наши слоны не развились до высокого уровня, а там, на Рее, для слонов сложились благоприятные условия. Даже не понимаю, зачем им понадобилась наша помощь. Мы ведь для них, как для нас обезьяны. Вот сходи в зоопарк, посмотри на слонов и на обезьян, сравни, сделай выводы.

Следующим утром Лёва зашёл в зоопарк. На обезьян он смотреть не стал. Сквозь толпу посетителей он пробрался к вольеру со слонами. Публика развлекалась от души. Слоны откалывали номера, достойные юмористической программы: то тягали друг друга за хоботы, то цеплялись за хвосты, то смешно шевелили ушами, то бодались бивнями. Глупые животные, – подумал Лёва, – не представляю, как они могут быть разумными. А на Рее с такими созданиями придётся общаться, разговаривать, – от такой мысли бросает в холодный пот.

На Рею Лёва прилетел ранним утром. На космодроме его встретил представитель Межгалактического полицейского управления – молодой харус с огромными ушами. Он протянул Лёве хобот для приветствия. Следуя этикету планеты Рея, Лёва прикоснулся к хоботу харуса левой рукой.

– Мы рад привет вам на нашей планете, – произнёс харус и задал вопрос: – А я точно говорить на ваш язык?

– О да, вы говорите довольно точно, – похвалил его Лёва.

– Я знаю двести язык, – похвастался харус, – но дальше у вас будет переводчик.

Выяснилось, что переводчик Лёве будет нужен завтра на конференции по делу Эрмунды Харт, если вдруг Лёва решит выступить с докладом. Ещё через пару часов Лёве объяснили суть той проблемы, ради которой его, собственно, пригласили. У одного из высокопоставленных чиновников планеты Рея, господина Эра Харта, пропала дочь Эрмунда. Злоумышленники похитили её с целью повлиять на Харта, который выдвинул свою кандидатуру на выборную должность межгалактического экзарха. На Рее почти никто не сомневался, что Харт способен набрать те сорок процентов голосов, которые были необходимы для победы. И вот это похищение. Кто-то хочет заставить Харта снять свою кандидатуру. Дело приобрело межгалактический резонанс. Со всех звёздных систем и галактик, входящих в Большое Сообщество на Рею пригласили лучших детективов и криминалистов. Они собрались на конференцию, чтобы разработать стратегию поиска дочери Харта.

Что я тут делаю? Такой вопрос задавал себе Лёва, слушая докладчиков. Ему было и страшно, и любопытно, и противно. Вокруг находились представители разных биологических видов. Оказалось, что хозяева Реи харусы – это ещё не самое странное зрелище. С виду они обыкновенные слоны, сидят на массивных тумбах, словно в цирке, только одеты в костюмы. Лёва привык к ним довольно быстро. Но как можно привыкнуть к разумным паукообразным существам, к разумным осьминогам. Но и внешний вид существ – ещё не самое страшное. О чём они говорят? Лёва чувствовал себя непроходимым тупицей. Юридические термины межгалактического сообщества настолько туманны, что до некоторых пор Лёва вообще не понимал ни слова, даже с переводчиком.

– Таким образом, – говорил один докладчик, внешне похожий на маленького львёнка, – повышается интимиридия васносистого ганнория, и мы вправе подтвердить молинз поиска в секторе наибольшего конкория экса.

Что тут можно понять? О чём речь? Правда, вскоре кое-что прояснилось. Показали видеосюжет с пропавшей Эрмундой Харт. Кажется, она собиралась выходить замуж и готовилась к свадебной церемонии. Она была в ярком зелёном наряде – тут, на Рее вообще любят всё зелёное – и прогуливалась по цветущему саду в окружении целого стада харусов. Комментатор пояснил, что стадо харусов в одинаковых костюмах – это охрана. На заднем плане маячила массивная туша харуса в смешной шапочке – жених Эрмунды.

Пожалуй, наиболее вменяемым докладчиком был председатель конгресса, старый харус по имени Нэй – шеф рейского управления полиции.

– Итак, господа, – обратился он к присутствующим, – надеюсь всем понятно, что каждый участник конференции должен разработать свою стратегию поиска. На сегодняшний день удалось выяснить, что Эрмунда Харт похищена гипермонстрами Джада Ила. Похищение осуществлено методом пошаговой сильверсии. То есть теоретически Эрмунда может находиться в любой точке Большого сообщества и даже за его пределами.

В перерыве между заседаниями Лёва беседовал с переводчиком о всяких мелочах, совершенно не имевших отношения к делу. Переводчика звали Исет, он признался, что терпеть не может полицейских, но вынужден работать на конгрессе чисто по материальным соображениям.

Лёва узнал кое-что о быте харусов. Говорили о спорте, о погоде, о способах передвижения в пространстве.

– О Исет, как же тебе повезло, тебе достался землянин! – так воскликнул ещё один переводчик, проходивший мимо в самый разгар беседы. – А вот мне навязали диохотского йола. Представляешь? Давай меняться, Исет. Я возьму твоего, а ты поработай с моим йолом. Я люблю, ты знаешь, спокойствие, а ты – бурные приключения. Думаю, всё вполне справедливо. Соглашайся. Всего одно заседание осталось.

– Какие же от йола приключения? – усомнился Исет.

– Дикость, глупость, хамство – всё вместе.

Далее новый переводчик произнёс фразу на харусском языке, которая показалась Лёве удивительно знакомой.

– Вы не обидитесь, если мы в самом деле поменяемся? – спросил Исет. – Извините, но очень уж хочется поработать с диким йолом, в их языке есть некоторые особенности, которые меня очень увлекают…

– Всё отлично, Исет, я не обижусь, – ответил Лёва.

На следующем заседании он уже сидел рядом с новым переводчиком. Заседание проходило в атмосфере всеобщей скуки. Ничего нового так никто и не придумал. Лучшие детективы планет и галактик абсолютно не представляли себе, где и как будут искать бедную Эрмунду.

От скуки Лёва решил поболтать с переводчиком.

– Скажите, а как можно перевести то, что вы сказали Исету? – поинтересовался он.

– Точного перевода нет, а приблизительно это звучит как «избавьте меня от этого негодяя».

– Тогда многое проясняется и, кажется, я знаю, где следует искать Эрмунду.

По виду Нэя нельзя было догадаться, сердит ли он, добродушен ли, а то и вовсе, возможно, ко всему равнодушен. Ней непроницаем. Хотя, по правде сказать, у него есть повод для радости – дело Эрмунды Харт благополучно завершено. Он гордо восседает на высокой тумбе в своём огромном кабинете, равном по площади хорошему цирку, и благодарит Лёву.

– Как же вы смогли догадаться? Простой стажёр – ни опыта, ни знаний, и вдруг такой результат!

– Простая земная логика, – ответил Лёва. – Все планеты и галактики прислали на конгресс лучших специалистов, и только Земля прислала стажёра. Думаю, если существует метод пошаговой сильверсии, позволяющий закинуть юную невесту с планеты Рея в заурядный провинциальный зоопарк, то должен существовать и метод, позволяющий влиять на сознание людей так, что они потом посылают в командировку стажёра в расчёте на то, что он провалит дело. И ещё эти слова – избавьте меня от этого негодяя. Она прокричала их, когда слон потянул её за хвост. Тогда я ни слова не знал по-харусски и ничего не понял.

– Да, личная просьба, Лёва, – попросил Нэй. – Здесь, на Рее, не стоит рассказывать о том, что Эрмунда в голом виде сидела в клетке с диким представителем родственного нам вида. Сами понимаете, девушка выходит замуж, а её отец собирается выиграть выборы. Лишние сплетни в такой ситуации не нужны, поэтому скажем всем, что нашли её на Земле, где она давно мечтала побывать в качестве туристки.

СНОВИДЕНИЕ ПО ЗАКАЗУ

– Сколько с меня? – спросил Фром, заполняя бланк.

– Всё будет зависеть от вашего заказа, – пояснила миловидная девушка, консультант фирмы «Сладкий сон». – То, что вы оформили сейчас, это лишь базовый пакет услуг. Как правило, на этом никто не останавливается. Наши заказчики хотят большего, и мы помогаем им по мере сил. Вот, выбирайте, здесь всё написано.

Девушка выложила перед Фромом пачку бланков и разноцветных рекламных буклетов.

– И когда же мне всё это читать? – спросил озадаченно Фром.

– Дома вечером прочтёте. Спешить не стоит. Когда ознакомитесь с нашими предложениями во всех деталях, приходите, оформляйте. Уверяю вас, не пожалеете.

– Да, но я хотел бы уже сегодня…

– Сегодня вы можете увидеть только пробник. Бесплатный пробник входит в базовый пакет. Окончательная оплата в конце месяца, по счётчику, в зависимости от конфигурации полного заказа.

– Это хорошо, – улыбнулся Фром.

Денег у него не было, и он обрадовался, что всё так удачно сложилось. Он вышел из офиса «Сладкого сна» и резким движением выбросил в урну всю пачку буклетов. Не собирался он заказывать полный пакет услуг, он вообще не собирался ни за что платить. Сегодня он посмотрит бесплатный пробник и на этом остановится. Он придумал хитроумный план. Пока всё идёт в полном соответствии с этим планом. Он знает, что специалисты «Сладкого сна» уже несколько лет занимаются трансляцией снов по заказу. Что обычно заказывают мужчины? Фром догадывался, что в большинстве случаев заказчики хотят видеть обнажённых красоток на экзотических пляжах. И вот появляется он, Фром, приходит с оригинальным заказом, формулировка которого гениально проста, он хочет увидеть выигрышную комбинацию в лотерейном билете следующего тиража. То есть ему достаточно просмотреть трёхминутный бесплатный пробник с изображением пяти цифр, и эти заветные цифры принесут ему целое состояние.

Но ведь это невозможно – транслировать сон с выигрышной комбинацией. Да, но «Сладкий сон» принял заказ. И это означает, что они либо в состоянии выполнить «любой заказ», как утверждают в рекламе, либо «возместят убытки за моральный ущерб» в случае, если заказ не будет выполнен. В любом случае Фром сорвёт куш. Если каким-то чудом сладкосоновцы угадают заветные цифры, он получает выигрыш; а если они не угадают, то он подаёт в суд и легко выигрывает дело против них.

Теперь дело за малым – нужно только не пропустить трансляцию. Такие случаи бывали. Клиент спит своим естественным сном и не воспринимает сон по заказу. В таком случае никакие претензии не принимаются. Аппаратура сладкосоновцев позволяет доказать, что клиент элементарно проспал свой заказ, тогда как трансляция прошла в полном объёме и с хорошим качеством.

Ну, уж этого он себе не позволит – проспать сон по заказу. У него есть хорошее средство против естественного сна – тонизирующие таблетки препарата экистал. Препарат совершенно не повредит приему трансляции заказного сна. У сладкосоновцев мощный передатчик, когда-то они хвастались, что способны передать сон даже бодрствующему человеку в любое время дня и ночи.

Фром принял две таблетки и стал ждать. Сейчас его занимала только одна мысль – сколько он сумеет отсудить у фирмы? Он не верил в то, что они смогут обеспечить ему лотерейный выигрыш, поэтому размышлял о тонкостях юридической практики. Если его адвокаты протащат формулировку о невыполнении заказа, то сумма компенсации обещает быть неимоверно солидной, больше любого джек-пота. Но, скорее всего, придётся согласиться на понятие «неточное выполнение заказа». То есть сон показали, качество удовлетворительное, но показали не те цифры, ошиблись. Сладкосоновцы могут даже утверждать, что транслировали именно выигрышную комбинацию, но по техническим причинам не смогли передать всё в точности. Сбой при трансляции, помехи. «Сладкий сон» в этом случае не принизит своей репутации, а просто откупится от Фрома некоторой суммой, сопоставимой с выигрышем по лотерейному билету.

Билет Фром купил ещё на прошлой неделе. Сразу после трансляции сна он впишет туда комбинацию цифр, и билет превратится в документ для судебного разбирательства. После розыгрыша тиража, Фром заявит, что фирма «Сладкий сон» не выполнила условий договора, чем нанесла ему моральный ущерб. Всё расписано как по нотам. Фром был доволен собой. Мысленно он смеялся над теми идиотами, которые заказывают сны с красотками на пляже. Кому нужны эти красотки во сне? Их можно увидеть где угодно и когда угодно. Телевидение, кино, театр, эстрада, газеты, обложки журналов – везде красотки разной степени обнажённости. Если замысел Фрома увенчается успехом, он купит десяток живых красоток любых мастей, любого цвета кожи.

Он принял ещё одну таблетку экистала, чтобы не уснуть. Скоро начнётся трансляция сна. Фром не знал, как это происходит обычно, как показывают сон по заказу? Что-то похожее на телепередачу или что-то иное? Он расспрашивал многих людей, кто пользовался услугами «Сладкого сна», но так и не получил вразумительных ответов. Было ясно только одно, что он «не пожалеет». Так же сказала ему и та девушка, консультант из фирмы. Подписывайтесь, мол, на полный пакет услуг и не пожалеете. Наивные мечтатели, чем они могут удивить клиентов, голыми девушками? Неужели существуют придурки, которые подписываются на полный пакет услуг? Умному человеку достаточно просмотреть трёхминутный сюжет, чтобы выжать из него максимум материальных благ. Три минуты – это даже много. Фрому хватило бы и минуты, чтобы запомнить последовательность из пяти цифр.

В два часа ночи он задремал и увидел девушку-консультанта из фирмы. Она стояла перед ним в не совсем обычном для современной женщины наряде: её платье напоминало одежду восемнадцатого века.

– Ваш заказ, – сказала она.

– Да, я жду его уже целый час, – ответил он.

Она промолчала.

– Ваша фирма не отличается точностью, – заметил он.

– Это всего лишь пробник. Если вы чем-то недовольны, то после пробуждения можете обратиться с официальной жалобой к моему начальству.

– Вероятно, я так и сделаю, – Фром обрадовался, что всё складывается даже лучше, чем он ожидал.

– Перейдём к делу, – сказала девушка и принялась развязывать шнуровку на своём огромном платье.

– Что вы творите? – испугался Фром.

– Раздеваюсь, – спокойно ответила она.

– Зачем?

– Сон по вашему заказу…

– Но я не просил раздетых девушек. У меня был другой заказ, вспомните. Вы же сами его оформляли.

– Я?! – удивилась она. – И что там было, в вашем заказе? Напомните, пожалуйста, я забыла.

– Ну и фирмочка у вас! То опаздываете, то забываете, – теперь Фром был просто счастлив, он имел уже минимум два козыря, которыми воспользуется в суде. – Неужели не помните? Вот текст договора. В качестве пробника фирма обязуется показать выигрышную комбинацию пятьдесят второго тиража лотереи «Чистая игра». Заметьте, именно выигрышную комбинацию, а не просто пятизначное число.

– И я это подписала? – с испугом спросила она.

– Да, вы это подписали собственной рукой, – Фром торжествовал. Он предполагал, что девушка могла принять заказ по ошибке или рассеянности, и её теперь за это накажут, но его совершенно не беспокоила судьба этой глупышки.

Девушка опустила голову и залилась слезами. Фром смотрел на неё с потрясающим хладнокровием.

– Слёзы не помогут, – жестко произнёс он, – после пробуждения я подам в суд на вашу фирму. Я намерен отсудить у вас…

Далее Фром задумался. Он хотел назвать сумму, которую собирался отсудить, но растерялся, боялся продешевить. Ему казалось, что он сейчас должен назвать именно ту сумму, какую ему заплатят в реальности. Сколько запросить, – миллион, два, десять? У него заболела голова от перенапряжения.

– Намерен отсудить, – повторил он, – намерен…

– Хорошо, – произнесла она, успокоившись, – если мы обещали, то покажем. Вам нужен лотерейный билет с цифрами?

– Выигрышная комбинация, – пояснил он, – пусть даже она будет написана на стене или на потолке, это не имеет значения. Мне нужно увидеть цифры, которые я запомню в течение трёх минут.

– Осталась одна минута трансляции, – сказала она.

– Мне хватит и минуты.

– Смотрите.

Она вынула из рукава лотерейный билет и отдала его Фрому. Дрожащими руками он взял билет. Настоящий, – почувствовал он, – «Чистая игра», пятьдесят два – номер тиража, и вот они – эти цифры.

– Семь, два, восемь, пять, семь, – шептал Фром.

Как всё просто. Как это легко запоминается! Семь, два, восемь, пять, семь.

Минута прошла быстро.

– Трансляция окончена, – сказала миловидная незнакомка, – обращайтесь к нам ещё, подписывайтесь на полный пакет услуг, не пожалеете.

Она исчезла. Фром проснулся и тут же принялся заполнять билет. Он уверенно вписал в первую графу семёрку, затем двойку. Когда в третьей позиции он рисовал восьмёрку, то усмехнулся от самодовольства, – какая же всё-таки простая комбинация, как она легко запоминается. Он хорошо запомнил, что первая цифра совпадает с последней – это семёрки. Три позиции он уже заполнил. А что на четвёртой? Три, девять, шесть или пять? Он сомневался. Неужели забыл? Но там было настолько всё просто, что это невозможно забыть.

Это пятёрка? Нет. Шесть? Нет. Или тройка? Нет.

Фром запаниковал. Можно отложить билет и заполнить его позже, но Фром торопился. Неужели так трудно вспомнить одну цифру? Что за чертовщина. Что происходит с его памятью? Он вспоминал свой сон в мельчайших деталях. Он снова видел девушку. Он помнил каждое слово из разговора с ней. Помнил, как она плакала, потом успокоилась и показала билет. Она не просто его показала, а отдала Фрому в руки.

Выигрышный билет следующего тиража. Он держал его в руках. И комбинацию цифр он хорошо помнил. Ясно видел две семёрки, восьмёрку в середине, видел двойку, а на месте четвёртой цифры он видел то шесть, то пять, то три, – с ума сойти можно.

Разозлившись на свою забывчивость, Фром неуверенно нацарапал на четвёртой позиции тройку. Да, он почти уверен, что там была тройка.

Завтра тираж. Он проверит результат. Если не выиграет, подаст в суд на «Сладкий сон». А если выиграет? Нет, он не верил в свой выигрыш.

Красавица Нирис, сотрудница фирмы «Сладкий сон» вошла в кабинет своего шефа, главного инженера фирмы Армиса Градуса.

– Какие новости? – поинтересовался Армис.

– Был тираж, – ответила Нирис, – всё сошлось.

– А я и не сомневался. Программа работает чётко.

– Да, программа работает чётко. Правда, мне этого парня было жалко. Ты знаешь, как он был счастлив, когда увидел эти цифры. Может, мы зря его так жестоко наказали?

– Жестоко? – переспросил Армис. – Он сам виноват. Выбросил наши буклеты, не подписался на полный пакет услуг, спокойно смотрел на тебя, когда ты ревела там, в его сне. Он хотел с нами судиться. Он забыл цифру.

– Он забыл её с нашей помощью.

– А на что он надеялся? Неужели думал, что фирма, способная передавать сновидения по заказу не в состоянии влиять на память? И вообще, надоели эти меркантильные заказчики. Когда мы начинали, народ был более романтичным, некоторые тогда ещё обнажённых девушек заказывали. А что сейчас? Все заказывают либо счёт финального матча показать, либо раздачу карт, либо, как этот придурок, комбинацию цифр. Сама знаешь, если бы он подписался на полный пакет услуг, то без проблем получил бы свой выигрыш, не пожалел бы. А сейчас пусть смотрит свой сон снова и сходит с ума от мысли, что мы действительно показали ему выигрышную комбинацию.

ТРИ БОГАТЫРЯ

– Так, Семёнов, Каргополов и Васин – шаг вперёд, – скомандовал лейтенант. – Для вас сегодня будет особое задание. Короче, в девять ноль ноль к штабу подъедет машина. Едете в город, в институт каких-то там криптогенных технологий, находите там профессора Симагина, представляетесь, принимаете участие в каком-то там опросе или эксперименте и – мигом возвращаетесь назад, чтоб никаких прогулок, пивных и тому подобного. Семёнов за старшего. Вопросы есть?

– А что там нужно делать? – спросил Семёнов.

– Они расскажут. У нас попросили трёх солдат для эксперимента. Ну, анкету там какую-то заполнить надо, на вопросы ответить, может, ещё что-то сделать, не знаю, чем там учёные занимаются. Изучают. Фигня всякая, короче. Думаю, это не долго. К обеду вернётесь.

Всё было предельно ясно, и вскоре три солдата уже находились в машине, которая неслась в сторону города. Добрались до института с непонятным названием, где познакомились с профессором Симагиным.

– Что же это они хиленьких таких присылают? – критически осмотрев ребят, постановил Симагин. – Что же это за армия такая? Я же просил таких, чтобы сильные и высокие.

– Я тридцать раз подтягиваюсь, – соврал Семёнов.

– Ладно уж, сгодитесь, – успокоился профессор. – Не отправлять же вас обратно? А то пока других искать будем, время потеряем, а дело у нас срочное. Объясню суть задачи. Вы поможете нам в испытаниях своеобразной игры. Нам нужны сильные, ловкие, смелые, дисциплинированные профессиональные военные для участия в такой, знаете ли, виртуальной битве. Десятый век. Киевская Русь. Дружина князя Владимира отражает набег печенегов. В этой битве проявили себя такие витязи как Алёша Попович, Добрыня и Муромец Илья. Знаете таких, да? Так вот задача ваша состоит в том, что вы, находясь некоторое время, как бы вам это точнее объяснить, ну, некоторое время вы как бы находитесь там, в десятом веке и смотрите на всё происходящее глазами этих героев. Вы оцениваете битву, все тактические приёмы с точки зрения современных солдат, мы задаём вам вопросы, вы на них отвечаете, заполняется анкета, то есть мы получаем материал для дальнейшего изучения. Эксперимент полностью безопасный. Но, конечно, всякое случается. Так вот, если произойдёт что-то непредвиденное, выручать вас будет Михаил Иванович, – профессор указал на низкорослого черноусого человека, который молча стоял в стороне и как-то мрачно смотрел на солдатиков с выражением беспредельного уныния на лице, – Он занимается решением всех технических проблем. Как вам задание, нравится?

– Выбирать не приходится, – ответил Семёнов, – наша рота сегодня картошку чистит, так что лучше мы здесь.

– Вот и ладненько, – обрадовался профессор. – Начнём прямо сейчас. Михаил Иванович, выдайте, пожалуйста, ребятам аппаратуру, и приступим к делу.

– Вы только с аппаратурой аккуратнее, – со строгостью в голосе произнёс Михаил Иванович и выдал парням миниатюрные коробочки, очень сильно напоминавшие по виду обыкновенные мобильные телефоны.

– Телефоны, что ли? – дружно спросили бойцы.

– Не совсем. Точнее, совсем не телефоны. Они для связи, да, но это долго рассказывать. Да вам оно и не надо. От вас требуется только набрать код и отвечать на вопросы, потом снова набрать код, и всё на этом. Очень простое задание. Аппаратура у нас надёжная, но у неё один недостаток – хрупкая. Так что – не бросать, не царапать, не пытаться вскрыть, беречь от грязи и воды, – это вам не автомат Калашникова.

– Что же вы так, не могли придумать что-нибудь прочнее? – ухмыльнулся Каргополов.

– Думаешь легко такую технику конструировать? Тут ведь дело такое: начинаешь усиливать корпус – слабеет сигнал, увеличиваем амплитуду – усиливаются помехи, давим шумы – усложняется схема. Вот имеем то, что имеем. Потому и проводим испытания. Итак, мужики, меньше болтаем – больше делаем. Диктую коды…

***

Семёнов почувствовал себя неуютно. Ему было тяжело. На голове – шлем русского витязя, на плечах – металлические пластины, на груди – кольчуга, на ногах – какие-то странные сапоги на два размера больше. Он восседал на рыжей кляче и еле удерживал равновесие. Появилось огромное желание выругаться, но сдерживало присутствие странного бородатого человека в золочёном шлеме и ярко-красной накидке.

Семёнов заметил, что Каргополов и Васин едут рядом и с удивлением разглядывают друг друга.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.