Raund Alex
Мёртвая тишина. Голос бездны

То, что в одном веке считают мистикой, в другом становится научным знанием…

(Неизвестный автор)

Глава 1. Осознание

На дворе 2109 год. Человечество давно закончило все кровопролитные и бессмысленные войны за ресурсы и влияние в мире. Последняя война была в 2052 году. Погибло огромное количество людей, было стёрто с лица земли множество крупных городов. Самые крупные державы сражались за превосходство, власть и влияние, но так вышло, что мир чуть не рухнул из-за алчности и жажды наживы, а нашу планету чуть не накрыла ядерная зима и не постигла гибель всего живого на Земле. Люди наконец поняли цену, которую пришлось заплатить за свои амбиции и непомерную жажду власти. В 2053 году последние стычки закончились. И тогда, увидев последствия своего безумия, люди задумались. Они испугались, что, если вновь, развяжется подобная война с применением всей мощи, которой они обладают, наша планета просто не выстоит и наступит конец света, именно такой, который очень часто описывают фантасты в своих книгах, такой, про который снято множество фильмов, и такой, который поспособствует уничтожению всего живого на планете. Страх заставил людей наконец одуматься и начать мыслить по-другому. Впервые за долгие годы почти все страны и народы Земли объединились для того, чтобы вместе восстанавливать планету, следить за порядком на ней и существовать на этой планете всем вместе для того, чтобы вместе строить, а не разрушать по отдельности. Теперь люди знают цену своей, а самое главное и чужой жизни, теперь они ценят её одинаково. Страх и признание своих ошибок в конце концов сделали своё дело. Но даже смерть, стоящая на пороге, не смогла убедить всех в том, что времена меняются, а ресурсы не самое главное. Оставались и те, кто по-прежнему, невзирая ни на что, верил, что только деньги есть единственное то, ради чего стоит жить. Есть такие люди, которые до самого конца будут убеждены в своей абсолютной правоте: это сильные люди, они всегда смогут пробиться выше, чем другие. Любой ценой и любыми средствами они выложат себе дорогу к вершине. Но какую цену заплатят за это остальные? Именно по этой причине даже после угрозы вымирания оставались озлобленные государства, которым не терпелось вновь побороться за превосходство.

Итак, после последней ядерной войны человечество задумалось о том, что если и впредь действовать так и вести подобную политику, то неминуем конец света и гибель всего живого на планете. Самые влиятельные и крупнейшие страны решили создать организацию, которая будет состоять из представителей всех крупных держав и на которую можно возложить большую часть полномочий касательно войны и любых мелких и крупных военных действий. Эта организация должна была осуществлять контроль над любыми новейшими разработками во всех сферах, а также следить за оборотом оружия и его поставках. Данная организация должна была также осуществлять освоение и изучение новых мест обитания для человека. Грубо говоря, эта организация должна была заниматься всеми основными отраслями для любого государства, но всё это должно было идти только во благо и на пользу человечества. И, естественно, лидеры ведущих держав осуществляли контроль за этой организацией, дабы она не переходила за грань своих полномочий. Глава организации избирался раз в 6 лет, а вокруг него было несколько членов совета, которые участвовали в управлении и также сменяли главу по истечении срока. Такая организация была тесно связана со странами, которые её основали, и, конечно же, полностью подчинялась лидерам этих стран, докладывая о каждом своём шаге, и ждала либо одобрения, либо критики.

Война чуть не разрушила мир, и человечество приняло решение, что уже пора не разрушать, а восстанавливать и строить, но только теперь не соревноваться в размере ракеты, а строить эту ракету всем вместе. Теперь люди всех национальностей, вероисповеданий, культур и народов сплотились в единое целое, чтобы сохранить то малое, что осталось после ядерного безумия. Слишком большие потери понесли мы за то, что разразили ядерную войну, ещё большие потери понесли после её окончания.

Когда-то шла война за нефть и газ, но человечество переоценило значение этих ископаемых. Как оказалось, всегда нужно было возлагать особые надежды на ядерное топливо, тогда бы и войны, возможно, не было бы, но теперь, когда всех чуть не постигла гибель, люди наконец осознали свои ошибки. Они признали то, что война произошла не из-за тяги к ней и не из-за глупых амбиций. Война случилось из-за незнания. Простого незнания и нежелания познать больше, что на тот момент было выгодно знать. Стоило ли это миллионов или миллиардов жизней?.. Наверное, нет, но то дело наших властителей.

Итак, Россия, Соединённые Штаты Америки, которые сохранили от себя лишь название после утраты территорий в результате прошедшей глобальной войны, Китай, Япония, Англия и Израиль оставались самыми влиятельными и самыми сильными и просвещёнными державами. Именно по инициативе этих стран и была создана организация. Россия способствовала вооружению и защите, Соединенные Штаты Америки, остающиеся под руководством ряда влиятельных лиц и имеющие лишь мощное финансовое обеспечение, оказывали значительные вложения, Китай обеспечивал организацию своими новейшими разработками, Япония создала искусственный интеллект для организации и предоставила роботов, Англия предоставила весь свой накопленный научный потенциал, в том числе и большую часть научного персонала, Израиль предоставил многие исторические научные данные, о которых никто ранее и не знал, они были спрятаны там веками в подземельных библиотеках. В этих данных было то, что человек не мог познать и разгадать множество столетий.

Началась подготовка к созданию такой организации, которая сможет не только контролировать человечество с помощью оружия, но и с помощью некой политики, которая сочетала в себе все компоненты, взятые от ведущих держав. От России и Китая – политика дружбы, взаимопомощи и торговли, от Соединённых Штатов Америки – упорство и завышенная самооценка по отношению к другим, от Японии – скрытность и коварство, а от Англии – её дипломатичность и мнимое дружелюбие, ну и от Израиля – осторожность, дипломатичность и некая хитрость.

Тем самым лидеры ведущих держав хотели создать идеальную организацию для того, чтобы контролировать всё с помощью неё, не влезая самим и не угнетая людей. Процесс становления был запущен, готовили специалистов, строили главный офис и представительства во всех странах, которые учувствовали в основании. А главный офис решили расположить на острове Крит в средиземном море: там уже давно не осталось ничего живого, да и более некому было владеть этой территорией. Поэтому именно то место и выбрали для строительства. Естественно, главный офис был под серьёзной охраной.

Глава 2. «Грейт Адванс Корпорейшн»

Официально корпорацию основали только в 2061 году, но на момент её основания она уже активно развивалась и достигала некоторых успехов. Корпорация занималась всем, что было предписано главами ведущих государств и руководила всеми процессами также. Оружие, исследования, научные разработки, инновации и многое другое входило в её полномочия. Вначале это были лишь пять научных центров в каждой из стран-создателей, но спустя 10 лет такие центры появились по всему миру и разрастались, получая всё больше власти и влияния под чутким наблюдением стран, которые создали эту организацию, и под их защитой. Спустя еще 10 лет эта международная организация получила название «Грейт Адванс Корпорейшн».

Данная организация действительно превзошла все ожидания. Теперь была полностью освоена технология применения лазера, появилась технология очистки воздуха за считанные часы, технология преобразования атмосферы, а самое главное, атомные реакторы стали выглядеть как контейнеры под мусор и не требовали системы охлаждения. Кроме этого, создавались огромные комические корабли, которые могли за один раз перевезти целую колонию людей и огромное количество стройматериалов и других грузов на другие планеты. В 2068 году были построены огромные станции на орбите планеты, где уже жили люди, а спустя двадцать лет была полностью изведана вся солнечная система. Марс стал обитаем. Корпорация построила на нём специальные реакторы, которые восстановили атмосферу, и люди заселили эту планету. Меркурий стал обитаем. На его орбите построили огромную станцию, которая была защищена от солнца так, чтобы там смогли жить. А на саму планету спускались исследователи в специальных костюмах, чтобы не сгореть. Так же было и с планетой Венера.

А из Луны сделали стыковочную базу. Луна стала, словно гавань для кораблей, только теперь космических. На Луне построили городок, который и был пристанищем всех космических кораблей. Там стыковались все, кто только мог осуществлять полёты: военные, грузовые и исследовательские корабли, корабли отдельных компаний, торговцы, наёмники, бандиты и другие. Русские были против такого разрешения, и, кстати, они были правы. Через Луну теперь шнырялись всякие уроды и ублюдки. Иногда это мог быть простой контрабандист, а иногда – целый отряд воров, насильников и убийц. Но так или иначе Луна превратилась в большой стыковочный центр. Туда приходило по двадцать космический кораблей за час. Там разгружали грузы со всех известных нам планет в пределах солнечной системы. Только лишь в 2098 человечество смогло пробиться за солнечную систему и возить грузы оттуда, что ещё больше обогатило компанию и страны, которые её основали. А спустя год компания «Грейт Адванс» решила упорядочить свою систему управления и создала кучу отделов, которые существовали независимо друг от друга… Во главе компании поставили человека, который был выдвинут путём голосования тех, кто работает в компании, и при помощи голосования лидеров ведущих держав.

Конечно, в приоритете изучения всегда был космос. И компания «Грейт Адванс» всегда следовала этому принципу. Она тратила огромные средства на постройку космических кораблей и для создания военных сил, которые будут сопровождать эти корабли, но большая часть средств уходила на научные разработки. Да, оружие – это то, с помощью чего можно править, но знания – это нечто большее. С помощью знаний можно не только править, но и управлять. А самое главное, что можно управлять разумно, во благо и развитие.

Глава 3. Другой путь

Меня зовут Джейми Адвалор. Я родился в 2177 году в маленьком городе Фэрем около Саутгемптона в Англии. Я был простым мальчиком, который учился в школе, приходил домой и занимался учёбой. Меня не интересовали уличные похождения с ребятами из моего класса, мне больше нравилось что-то мастерить у себя в комнате. Изучать робототехнику и лазерные технологии. Я не бегал с ребятами по улицам, не играл в их игры, в школе у меня не было друзей, а на переменах меня били и засовывали голову в сортир, а иногда даже гадили на меня. У девушек я тоже не пользовался спросом. Так как внешность в те года меня очень подводила, ну это мягко сказано, грубо говоря, я был крайне уродлив. Тем более я даже не знал, как заговорить с девушкой, ну а если пытался, то либо меня рвало, либо девушку рвало от меня – я так и не понял этой загадки. Скорее, при моём виде хотелось вырвать, ну я так думаю, хотя были и другие случаи: когда я только собирался подойти к девушке, а она, заметив меня, в панике пыталась скрыться. Вот, наверное, и всё самое яркое, что я помню со школы…

Так уж сложилось, что мой отец работал погрузчиком в порту, а мать была проституткой в местном баре. Нет, меня это не обижает. Я имел в виду то, что с деньгами было не очень хорошо. Так как отец сильно пил, поэтому и погрузчик из него был не очень, а мать не была слишком привлекательна для своей профессии, соответственно, и доход её бизнеса был невысок. Тем не менее, так как я никогда не тратил свои карманные деньги на развлечения и не особо развлекался, когда был в старшей школе, мне удалось накопить некую сумму, которой, кстати, не хватило для поступления в специализированный русский университет. Но мне повезло на тестировании, где я единственный из всех набрал по инженерному делу 101 балл, что говорило о том, что я чуть больше чем просто ботаник и заучка, ну или книжный червь. У русских был крайне интересный тест. Максимальное количество баллов было равно 100 баллам, но были три вопроса, раскинутые среди остальных, которые выявляли у специалиста некий другой потенциал кроме глубоких знаний. Я отвечал на тест, не зная этого факта, но смог пройти. Кстати, неудивительно, что при отсутствии друзей и девушки всё так для меня сложилось. Сидя в аудитории, я был уверен, что из всех ботаников, которые здесь присутствуют, я единственный, у кого не было секса. Даже тот, у которого присох кусок ветчины к верхней губе, наверняка случайно успел перепихнуться с кем-то, но только не я…

После тестирования, уже на выходе, один из профессоров, имени которого я не знал, подошёл ко мне и сказал, что мне сулит великое будущее. Он похлопал меня по плечу и ушёл. Я так и не понял тогда, что он имел в виду, но, скажу честно, мне стало как-то не по себе в тот момент. Будто что-то пронзило мне грудь словами о том, что мой жизненный путь не лежит через инженерию или науку. Но так как я был глуп в силу молодости и чрезвычайно восхитился своим достижением, я решил пропустить слова этого неизвестного мне профессора… Ах, как же я был не прав…

Спустя пару недель на мой голографический телефон поступило сообщение о том, что я зачислен в один из самых крутых университетов в мире. Он находился в России, в столице – городе Москве. Этот университет был основан корпорацией «Грейт Адванс». Таких, как он, только три. Один – в России, второй – в Китае и третий – в Соединенных Штатах, ну или того, что от них на тот момент осталось. В любом случае я попрощался со своим вечно пьяным отцом и мамой проституткой и отправился в самое для меня неизвестное место. Уже через пару дней я был около огромной стены, которая окружала город, вокруг была пустыня. Меня удивило то, что нет снега. Ведь, как и всегда, Москву показывали в снегу полностью. Над городом был огромный плазменный купол, который служил защитой от ракетных ударов. Ведь и вправду говорят: Москва есть третий Рим, это единственная столица, которая уцелела после ядерной войны. Вашингтон лежит в руинах, Пекин больше похож на кратер от взрыва, Лондон больше не может лицезреть Биг-Бен, а этот город как стоял, так и стоит. Ну кроме того, что вокруг него стена из анаптаниума, который добыли за пределами солнечной системы, и плазменный купол.

Меня ещё больше поразило количество военных на улицах города. Было ощущение, что они ждут удара с воздуха или вторжения со стороны пустыни, ведь теперь от европейских стран остался лишь песок. Хотя не стану осуждать враждебных русских: они, может, и агрессивны, зато смогли сохранить столицу и большую часть своих городов, что никак не скажешь о странах Европы. Ну, это, наверное, по той причине, что их больше не существует…

Если ближе к делу, то я продолжил обучение в русском университете, где мне было порой очень скучно, а порой очень интересно. У русских преподавателей два качества: либо они жутко раздражают, либо их хочется слушать бесконечно. В университете было много разных специалистов. Из разных стран. На одном из занятий я познакомился с Сэмом Бюрреном, который стал моим лучшим другом и, наверное, даже больше. Мы много времени проводили вместе, ставили опыты, исследовали различные аномалии. Наверное, он в своё время тоже был одним из тех, кто вместо слова привет вырыгивает на девушку свой дневной рацион. А возможно, он также, как и я, чувствовал себя достаточно одиноко и ему не хватало близкого друга, с которым можно было не только работать, но и просто приятно проводить время.

Так шли месяцы, а за ними и годы. На втором году обучения меня и Бюррена забрали работать в сибирскую пустыню, где мы выложились на 100 процентов и доказали, что мы не только инженеры, но и неплохие учёные в этом плане. А спустя месяц меня посадили в инженерное предприятие, где я и проводил большую часть времени, разрабатывая что-то новое. Бюррена отправили на Камчатский полуостров в России, где он работал с новой техникой, которую должны были отправить в космос.

Шло время, и я стал ведущим учёным-инженером в сфере космических наук, что странно, ведь я никогда не покидал Землю. Мы часто связывались с Сэмом. Он рассказывал о том, что среди раскопок был найден опорожнительный аппарат конца 20 начала 21 века. На тот момент это казалось мне самым интересным из всего, чем мне приходилось заниматься, так как работа не доставляла мне никакого удовольствия. Ещё меньше мне нравились специалисты из Китая, которые, заручившись поддержкой русских, вели себя как свиньи по отношению к другим. «Грейт Адванс» распределяла специалистов так, чтобы перемешать людей из разных стран с разными взглядами и культурами, но факт оставался фактом. Русские и китайцы ненавидели американцев и англичан, мы их ненавидели также, а специалистов из Израиля мы так и не увидели.

Совсем скоро меня послали на один интересный объект в Уральских горах. Нашли древний космический корабль. Тогда он назывался ракетой, сейчас что-то подобное называют либо шаттл, либо челнок. Скажу прямо: Уральские горы – это замёрзшая скалистая мёртвая земля. Но внутри этих гор, под покровом льда и снега таилось, что-то интересное. Именно тогда я и познакомился со своей будущей девушкой и любовью всей моей жизни.

Её звали Мартина Родригес. Она была необычайна красива. Очень тонкие черты лица, слегка затемнённая кожа, большие и крайне зелёные глаза, увенчанные локонами темных и густых волос, которые спадали легкими волнами вдоль её великолепного лица. Маленький и красивый носик, губы были настолько приятны визуально, что не хотелось их поцеловать, а хотелось их нежно потрогать, только кончиком пальца. Мне всегда особенно нравилось, как она запрокидывает волосы за спину. В каждом её движении было столько грации, сколько не было во всём оставшемся населении планеты Земля. Я не знаю, что тогда между нами произошло, но как только я застрял на ней взглядом, она также застряла на мне. Спустя время мы начали встречаться. Мне впервые досталась самая красивая девушка из всех, что меня окружали, и я так думаю, что просто из всех.

Прошел ещё год. Я и Мартина жили в Москве, в специально выделенной от «Грейт Адванс» квартире. Работали в местной лаборатории при инженерном исследовательском центре. В один из таких рабочих дней, когда мы оба находились в лаборатории, в определённое мгновение наши голографические коммуникаторы резко выключились, а свет погас. Внезапно свет снова появился, и в лабораторию зашёл человек. Он представился как Брайен Сигл.

– Доброго времени суток, умы нашего поколения. Меня зовут Брайен Сигл. Я прибыл сюда с неким списком людей, которые выбраны для секретной миссии корпорации «Грейт Адванс». Я прошу вас построиться в шеренгу и, когда я назову имена, сделайте шаг вперёд.

Вначале я подумал, что это ошибка, но Мартина сказала, что лучше сделать то, что просят. Все наши сотрудники построились в шеренгу и ждали.

– Джейми Адвалор!

Я сделал шаг вперёд и ждал, что будет дальше.

– Прошу прощения, мистер Адвалор. Правильнее было бы доктор Джейми Адвалор.

Ничего страшного, сэр, – спокойно ответил я на реплику незнакомцу.

– Сэм Бюррен!

– Сэр, этого человека здесь нет. Он только завтра прибудет в Москву, – вновь подал я голос.

– Ладно, завтра его найдём. Итак, далее. Мартина Родригес!

Мартина сделала шаг вперёд и посмотрела на меня в недоумении. Я ответил ей тем же. Я не знал, как реагировать и что делать, никто не понимал, что происходит…

– Те, кого я назвал, должны завтра с минимальным количеством вещей прибыть в порт для отправки космических кораблей и шаттлов. Это приказ совета компании.

После приказа я и Мартина ушли к себе. Остальные ещё долго стояли в холле и говорили о чём-то. Возможно, они осуждали нас за то, что мы были выбраны для секретной миссии, а может, просто пытались понять, что компания задумала. В любом случае отказываться было бы глупо, так как работа в компании была самой высокооплачиваемой.

Утром мы прибыли в порт, как и было приказано. Там был лишь один воздушный корабль, но, к моему удивлению, это был не космический корабль, а просто транспортный, совсем маленький, больше похожий на реактивный вертолёт или даже на слегка увеличенную капсулу для быстрой эвакуации. Брайен уже был около неё и что-то вбивал в свой голографический коммуникатор. Мы с Мартиной медленно подошли к платформе, где стоял корабль.

– Вы уже здесь. Отлично, значит мы укладываемся в график.

– Сэр, я думал, тут будет космическое судно и множество сотрудников, которые отправятся на исследование в космос. Разве нет? – с удивлением задал я вопрос.

– Мистер Адвалор, я не уполномочен вам сейчас что-либо рассказывать. Мы отправляемся в главный офис компании, там вы получите все ответы на вопросы и пройдёте полный инструктаж.

Мы молча загрузились в корабль, он почти сразу взлетел и отправился в сторону острова Крит, где и находился главный офис «Грейт Адванс» Корпорейшн. Мартина молчала всю дорогу и просто смотрела в пол. Брайен что-то снова делал со своим коммуникатором. Мне оставалось лишь ждать, поэтому я задремал. А проснулся уже тогда, когда мы приземлились на территории огромного комплекса, который состоял из лабораторий, офисов, казарм, ангаров, складов и многих других зданий. Всё это было окружено высокой каменной стеной с башнями дозорных и турелями. Грубо говоря, главный офис был похож на огромную военную базу, в самом центре которой располагалось высокое здание с огромной спутниковой тарелкой на крыше – это и был непосредственно офис.

Мы приземлились позади него, и к кораблю сразу же подъехала машина, на которой нас повезли внутрь по подземному туннелю, уходящему глубоко под землю в виде спиралевидной дороги. Там, под землёй, за огромными стальными толстыми воротами располагался пост и пропускной пункт, где наши вещи осмотрели и просканировали. Затем просканировали и нас. После на лифте мы спустили ещё ниже на двадцать уровней. Брайен сказал, что здание на поверхности – это просто обманка, там в основном сидят связисты. Главный офис находился именно под землей, именно туда мы и попали, когда лифт остановился. Ещё один пост и ещё один тщательный досмотр, и мы встали перед большой стальной дверью в ожидании. Внезапно загорелась красная лампочка, и огромная стальная дверь начала потихоньку открываться. Из-за неё был виден яркий белый свет и длинный коридор. Мы направились по нему к двери, находившейся в самом конце. На двери был электронный замок, который среагировал на отпечаток пальца Брайена и на его сетчатку глаза. Затем Брайен ввёл код, и дверь разблокировалась. Мы вошли в большой зал, где кипела жизнь. Множество людей, держа в руках различные папки с бумагами, ходили из стороны в сторону, в центре зала была большая круглая стойка с голографическими экранами, где сидели несколько девушек. Они безостановочно говорили через наушник, видимо, это были некие секретари. Брайен отдал одной из них конверт и сказал, что сегодня должен пройти инструктаж. Девушка молча просканировала конверт и отдала его Брайену.

– Пойдемте за мной. Глава корпорации лично решил ввести вас в курс дела. Через 5 минут мы должны быть в зале для конференций, – позвал за собой Брайен.

– А что насчёт Сэма?

– Сэм уже отправился на объект, пару дней назад. Пойдёмте за мной.

Мартина посмотрела на меня и молча проследовала за Брайеном. Я просто вздохнул от недоумения и направился за ними.

Пройдя несколько разных коридоров, мы оказались в небольшом зале, где стояли несколько кресел, большой стол и работал голографический экран. Мы сели в кресла и начали ждать. Почти сразу после нашего прихода в комнату вошёл он, глава компании Эдам Сириус.

Это был высокий крупный мужчина в костюме. На вид ему было чуть больше сорока лет. На самом деле Сириусу исполнилось 50 лет совсем недавно. Его волосы были тёмного цвета, а на лице темная ухоженная борода, тёмные глаза и бледный цвет кожи без старческих морщин. Возраст выдавали седые волосы у висков и небольшая седина на подбородке.

– А вот и ещё двое моих лучших сотрудников. Я рад приветствовать вас здесь, в своём офисе. Можете не представляться: я уже знаю о вас все. Ну а вы наверняка знаете все обо мне, – бодро произнес он.

Эдам Сириус был очень серьёзным человеком. Он состоял в компании уже много лет. Почти сразу он попал в совет, а после добился того, что главы стран, которые образовали компанию, установили его на должность главы «Грейт Адванс». Кроме того, он был единственным человеком за всю историю компании, сроки главенства которого были утроены, а полномочия расширены. У Эдама также был сын, который занимал главенствующий пост на орбитальной станции на Луне, там он руководил всем, что принадлежало компании.

– Итак, приступим. Доктор Адвалор и стажёр Родригес, я бы хотел зайти издалека, чтобы вы поняли всю суть того, что я хочу донести до вас, и осознали, почему миссия так важна и секретна.

– Мы вас внимательно слушаем, господин Эдам, – не сговариваясь, ответили мы.

– Итак, как вы знаете, наша корпорация занимается в основном исследованиями. Да, у нас много направлений, таких как оружие, военная стабильность и так далее. Но в основном компанию основали для того, чтобы с помощью науки восстановить Землю после ужасной войны и оберегать её население, давать населению самое лучшее и поддерживать порядок. Я уже давно на своём месте и всегда следил за тем, как компания занимается возложенными на неё обязанностями. Сказать честно, мне не очень всё нравилось. Много сил и времени ушло на освоение солнечной системы, ещё больше на то, чтобы выйти чуть дальше. И это всё не говоря о средствах, которые были затрачены на это. Я имею в виду не только деньги, но и сырье, которого, как вы знаете сейчас не так уж и много. Да, мы освоили солнечную систему, да, мы начали добывать ресурсы с других планет. Но это лишь капля в море. Корпорация стала заводить себя в тупик. Ведь если мы не можем продвинуться дальше солнечной системы, мы не знаем многих вещей. Началась очередная погоня за ресурсами. А мы помним, что ещё в далёком 2028 году, когда человечество осознало, что ресурсы планеты иссекают, что началось. И протянулось на несколько десятков лет. В итоге мы получили разрушенный мир. Сейчас ситуация складывается подобным образом. Главы ведущих государств накапливают добытые ресурсы из космоса. Но для чего?

– Вы думаете, что мы возвращаемся к тому, чтобы вновь начать воевать друг с другом? – решила уточнить Мартина.

– Именно, моя дорогая. Я вижу, что произойдёт дальше. Сегодня все вместе, а через 5 лет, когда снова начнут производить ракеты? Что тогда?

И вы этим не довольны, как я могу понять, – тут уже я решил вступить в диалог.

– Да, мой друг. Компанию создавали для исследований и науки. А сейчас она медленно превращается в очередную станцию или завод для добычи сырья, из-за которого мы чуть не потеряли мир, в котором жили. В итоге я смог убедить глав стран основателей выделить средства для абсолютно новых исследований.

– Вы построите космическое судно, которое сможет пролететь гораздо дальше остальных? – вновь поинтересовался я.

– Нет. Итак, человечество всегда стремилось покинуть свою родную планету и отправиться в космос, и как только это стало возможно, люди отправились туда. Но ведь ещё существовали места на самой Земле, которые никто никогда не исследовал в полно мере.

– Воды мирового океана… – тихо произнесла Мартина.

– Да, именно. в 2023 году воды мирового океана были исследованы только на 7 процентов, в 2050 – на 9 процентов. После войны прошло много времени, но даже сейчас воды были исследованы на 46 процентов. Восемь лет назад я начал вкладываться по полной, чтобы исследовать наш мировой океан. Каждую впадину и каждую расщелину на его дне. Четыре года назад на западе Тихого океана под водой я построил огромный подводный комплекс по исследованиям.

– А что там? – поинтересовалась Мартина.

– Марианская впадина, – тут я проявил твёрдую уверенность в своих познаниях.

– Именно. Самое глубокое место на планете. Самое таинственное. Как оказалось, максимальная её глубина намного больше, а самая глубокая точка под названием Бездна Челленджера не самая глубокая. Но кроме всего этого, как только был построен подводный научный комплекс, наши системы зафиксировали непонятный сигнал, довольно сильный.

– Сигнал откуда?

– Из глубин Марианской впадины, из-под земли. Там, на глубине, мы получаем этот сигнал постоянно. Очень чётко, но с каждым днём он становится всё интенсивнее. Будто кто-то там на глубине застрял и пытается выбраться, просит о помощи. Возможно, это неземные цивилизации, которые застряли там очень давно. А мы не могли уловить их сигналы из-за неразвитости технологий. Зато сейчас мы можем добраться куда захотим. И пару недель назад добрались. Под толстым и плотным слоем ила и других отложений мы раскопали вход куда-то.

– Куда? – уже с лёгкой настороженностью повела бровью Мартина.

– В том-то и дело, что мы не знаем куда. Но сигнал идёт именно оттуда…

– А какого типа сигнал? Какие у него характеристики?

– Мистер Адвалор, я не учёный и не специалист по связям. Поэтому вы здесь. Я собираю лучших специалистов, чтобы понять, с чем же мы столкнулись. Тут в разговор включился Брайен.

– Команда таких специалистов как вы и Родригес сможет расшифровать сигнал и проникнуть туда, откуда он исходит.

Следующую неделю вы будите проходить подготовку тут на Крите, – добавил Сириус.

Брайен продолжил: Пройдёте всех врачей и специальную подготовку. Вам нужно будет научиться пользоваться подводной техникой, а именно специальным экзоскелетом и инструментами, которыми придётся пользоваться. Там, на огромной глубине, ваши навыки, полученные здесь в течение недели, пригодятся.

Разве за неделю можно это всё изучить? – я выразил искреннее удивление после слов Брайена.

– Можно и за меньший срок.

– Профессор Сигл будет следить за вашей подготовкой и всегда сможет вам помочь. Не беспокойтесь, мистер Адвалор. Да, я забыл упомянуть, что оплата за работу на подводном исследовательском центре будет крайне высокой. И естественно мы уже перечислили часть суммы на ваши счета. Но ведь это не главное для учёных? Ведь так, мистер Адвалор, – какой-то подвох послышался в словах Сириуса.

– Все верно. Мы больше заинтересованы в исследованиях и новых открытиях.

– Там у вас будет такая возможность. Я вам это гарантирую. Одно дело – космос. Ну что вы привезёте оттуда? Камень или колбу с грунтом с красной планеты или пыль с Луны. А тут что-то новое, что-то неизвестное, и, возможно, это будет прорыв не только для вас, как для учёных, но и для всего человечества. Решать вам.

Мы переглянулись с Мартиной и согласились, тем более и выбора у нас не оставалось. Отказ означал увольнение из компании. Поэтому мы решили, что лучше согласиться. К тому же это была отличная возможность для научных трудов. Мы бы смогли изучить что-то неизведанное и разобраться в том, что до нас ещё никто не трогал. На тот момент и мне, и Мартине казалось, что это действительно наш шанс. Да и оплата тоже на приличном уровне. Нам с Мартиной это было очень кстати. Она во всём со мной согласилась и придерживалась такого же мнения. Жаль, тогда мы не понимали, в какой кошмар влезли и на какой дикий ужас мы подписались…

Глава 4. Подготовка

Следующую неделю мы провели в специальном корпусе для подготовки. Нас с Мартиной поселили в двухместной комнате, которая больше напоминала номер в мини-отеле. Кровать, маленькое окошко и туалет с душевой кабинкой. В первый же день Брайен пригласил нас на ужин, мы не стали отказываться и пришли к нему. Его комната напоминала номер люкс в отеле премиум-класса. Несколько больших комнат, огромные окна, большая кровать, гостиная с диванами и креслами, курительная комната, роскошная ванная комната с джакузи, которое было как мини-бассейн, столовая тоже была прекрасна. Даже вместила в себя барную стойку. Ну и естественно мини-лаборатория. Короче говоря, Брайен жил широко.

– Это твой номер для проживания? Или постоянное место жительства? – вышел я наконец из лёгкого оцепенения.

– И да, и нет. Я не задерживаюсь долго в одном месте. Специфика моей работы… Это помещение я выкупил у компании и обустроил, как мне того хотелось. Когда я приезжаю на Крит в главный офис, я живу и работаю тут. Таких апартаментов у меня много. Я просто много работаю, и хочется везде иметь комфортные условия.

Судя по тем условиям, в которых мы будем жить целую неделю, компания не слишком сильно ценит своих сотрудников, – Мартина сделала акцент на слове мы, и я мысленно с ней согласился, но промолчал.

– Не злитесь на компанию за это: они хотели предоставить вам отличное жильё. Но я был против.

– Но почему?

– Потому что вы должны понимать, что место, куда вы отправитесь через неделю, не есть туристический отель, и вы едете не греться на солнышке и пить мерзкие, слишком сладкие коктейли с зонтиками и дольками ананасов. Вы едете работать, а условия на подводной базе не слишком приятны.

Мы сели за стол, выпили вина, и я вдруг увидел какую-то старую книгу у Брайена на журнальном столе в гостиной, мне стало интересно, что это такое. На вид книге было лет сто или больше, и она была достаточно толстой…

– Так зачем вы нас пригласили сегодня, профессор? – завёл я диалог.

– Я решил, что сегодня вы можете отдохнуть перед сложной неделей. Поэтому я просто собирался немного рассказать вам о подводной базе и о том, что там происходит.

– Если можно, то не могли бы вы затронуть и саму Марианскую впадину. Я просто не особо много знаю о ней, – попросила Мартина.

– Конечно. Итак, Марианская впадина или Марианский желоб, как его ещё называют, это океанический глубоководный желоб на западе Тихого океана. Это самый глубокий из известных на планете Земля. Самая глубокая точка Марианской впадины – Бездна Челленджера. Она находится в юго-западной части впадины, и её глубина составляет 10 994 метра ниже уровня моря. Но так люди думали всегда, пока мы не начали её исследовать более тщательно, используя новые технологии. Наша новая глубина составила 21 846 метров ниже уровня моря, а место, откуда исходит таинственный сигнал, находится ещё ниже – на глубине 23 534 метров ниже уровня моря.

– А как насчёт желоба Тонго, ведь его глубина также не мала – 10 882 метра, или Филиппинский, глубина которого 10 265 метров, ну или Кайман – 7 090 метров? Почему именно Марианский? – заваливал я вопросами Брайена.

– Мы начали с остальных. Один за другим, мы прочесали их все. Но кроме неизвестных ранее видов рыб мы ничего не обнаружили. Но когда мы только начали строительство подводного центра около Марианской впадины, почти сразу уловили тот самый сигнал, про который вам рассказал Сириус.

– Профессор, расскажите про сигнал, – с нетерпением произнесла Мартина.

– Поначалу его уловили инженеры, которые устанавливали сваи для лифта вглубь впадины. Они поймали сигнал на свои сейсмические датчики и решили, что это просто колебания земной коры или сильные подводные течения. По завершении строительства и с началом исследования тот же сигнал уловили и учёные центра, но они приняли его за свой сигнал, только отразившийся от пород, которые там на глубине, но позже, когда сигнал стал интенсивный, чёткий и постоянный, мы поняли, что там внизу что-то есть.

– А не могли бы быть там внизу какие-либо движения водных масс, ну или сейсмическая активность, ну, на той глубине, которую вы смогли достичь?

– В том-то и дело, что нет. Там внизу ничего нет. Вода спокойная, нет ни единого живого организма, что странно. Ведь на глубине 11 000 метров есть живые организмы и существа, а после 12 500 – ничего. Абсолютно ничего. Мертвая зона, мёртвая вода. Мы брали образцы: там нет даже простейших организмов. Но вода при этом остаётся солёной, как и везде, и она не мутная. Там вода полностью прозрачна, что не характерно для морской воды. Я спускался к месту несколько раз в экзоскелете вместе с командой экспертов, они все видели эту воду – она другая. Ил на морском дне словно приклеен, он вздымается и снова ложится без колебаний, нет ничего, просто пустота. Будто время там замерло навсегда. Темно, пусто и жутко.

А с приближением к нужной глубине, сигнал усиливается или нет? – рассказ Брайена начал потихоньку меня заинтересовывать.

– Нет, он постоянен. Никто из моих сотрудников никак не может его разгадать… Я думаю, что это внеземные формы жизни либо оставили что-то там, подающее этот сигнал, либо они сами там живут. Просто из-за недостатка знаний и неразвитости в технологиях мы не могли уловить сигнал. Возможно, они его и раньше подавали. Может, не один год, а может, и не одно столетие.

– Если по-вашему, профессор, это инопланетная форма жизни, то и сигнал, который они посылают, свойственен только им. Как тогда я смогу его разгадать?

– Доктор Адвалор, вы можете больше, чем думаете. Сигнал имеет некую закономерность, очень похожую на вероятность выпадения одинаковых чисел при игре в кости или нужных карт при игре в двадцать одно. Если у кого-то и хватит ума, то только у вас и вашей ассистентки. Насколько я знаю, Родригес очень хороша в математических сферах, а вы просто отличный аналитик.

– Да, это так. Но я думал, что секретная миссия будет заключаться в том, что мы отправимся в космос и будет исследовать, что-то там…

Ведь почти всех учёных отправляют на новые планеты собирать данные и изучать их… – добавила Мартина.

– Да это так. Я в своё время тоже так думал. Но я отношусь к той категории людей, которые не могут начинать что-то новое, пока не завершат уже начатое. Сами подумайте: мировой океан, что мы знаем о нем? Что при землетрясении под водой появляется цунами? Или то, что где-то глубоко есть затухшие вулканы? А, нет, ещё лучше: иллюзии о затерянной Атлантиде. Но это же смешно. Как можно говорить о подобных вещах, когда мировой океан исследован настолько скудно. Я вам скажу больше. Зачем исследовать космос? Люди так стремятся покинуть землю, что забыли о том, сколько на ней есть совсем неизведанных мест. Кто знает, что мы найдём ещё? Мы только копнули наш океан и наткнулись на это. А что, если исследовать ледники или пещеры, которые уводят нас в самое жерло планеты? Если мы так свою планету исследуем, будет ли толк от того, как мы исследуем другие планеты? Мы просто копаем на поверхности, а в глубину как же?

– А если вы ошибаетесь и там ничего нет?

– Значит, я ошибся. Значит, всё напрасно. Ну а что о вас, доктор Адвалор. Я ознакомлен с вашими научными работами. В 2025 году неизвестный ученый произвел вакцину, которая заставляла мозг человека работать на 21 процент вместо положенных 10–15 процентов. Но его опыт провалился, когда дело дошло до испытания на людях. Его подопытные либо умирали, либо сходили с ума. Вы же вместе с Родригес решили вновь испытать судьбу и поставить свою карьеру и репутацию под удар. И чудо: удалось повысить активность мозга до 17 процентов, а позже – до 20 процентов. И даже опыты на людях принесли результаты, а не провалились. Доктор Адвалор, что вами двигало? Вы же понимали, что рискуете всем. И карьерой, и репутацией, но не только своей, но и Родригес. Но вы пошли дальше и победили.

– Мне просто хотелось чего-то нового. Я увидел, что в этом есть смысл, поэтому и пошёл на риск.

– Я видела его стремление, и мне больше ничего не надо было, я просто пошла за ним. И думала о том, что пускай будь то, что будет. Я люблю его всей душой и тогда любила. И мне было наплевать на то, что будет со мной и моим будущем, но я точно знала одно: моё место рядом с ним. И мы прорвались, вместе провались и смогли, и сделали…, – добавила Мартина.

– Разве не тяга к чему-то новому, не интерес при создании той вакцины, которая повышала активность мозга, и не ваша любовь к риску тогда двигали вами? Доктор Адвалор, вы и Родригес сделали прорыв, который до вас проваливался и губил жизни многих людей в прямом и переносном смысле. Но вы всё же сделали это. Теперь перед вами появился ещё один шанс: сделать то, что другим не удавалось.

– А мы уже приняли решение сделать это. И не отказываемся от него, – Мартина будто подытожила сказанное Брайеном.

– Ну, за это и выпьем!

Мы ещё долго сидели за ужином. Пили вино и говорили обо всем. Профессор показался мне очень интересным человеком, хотя его навязчивая идея меня немного пугала. Но остался интерес к той старой книге. Когда Мартина ушла в уборную, я наполнил бокалы вином и попросил профессора сделать мне экскурсию по дому, но когда мы очутились в гостиной, я сделал вид, что мне приглянулась книга…

– Профессор, я тут случайно увидел книгу на журнальном столе. О чём она?

– Эта книга попала ко мне из Израильской библиотеки. Подарил её один из их учёных. Ничего особенного, если бы не упоминания о том, что когда-то давно внеземные цивилизации утопили некий артефакт в нашем мировом океане. Это произошло миллионы лет назад, тогда ещё и воды не было на Земле. В книге пишется о том, что некая форма жизни утопила целый замок в жёлтой горячей и смертоносной воде. Я так думаю, что событие произошло тогда, когда Земля была объята огнём и жаром, когда ещё не произошло остывание. А жёлтая смертоносная вода – это магма.

– Вы думаете, что там на глубине лежит тот самый артефакт?

– Я думаю, да. Думаю, что мы именно на него и наткнулись. Именно поэтому я так изучаю эту книгу, – задумчиво пробормотал Брайен, щурясь куда-то в сторону.

– Больше похоже на сказку. Вы же учёный. Мы оба знаем, что не было эволюции и всей прочей чепухи, уже есть куча доказательств того, что нас сюда специально заселили. Причём тут этот артефакт и раскаленная планета?

– В том-то и дело, что в этой книге пишется о временах более далёких, чем то время, когда людей заселили на планету. Там описываются стражники великого чуда и великого зла. Стражники – это мы, люди. Артефакт на нашей планете, а нас заселили, чтобы мы охраняли планету и тем самым охраняли артефакт.

– В таком случае мы очень хреновые стражи артефакта, если он есть. Мы чуть себя не уничтожили в последней войне, что говорить о другом…

– Видимо, наши стычки и войны не входили в планы внеземных. Ну или артефакт спрятали там, где думали, что его будут меньше всего искать, но ошиблись…

– А если вдруг он представляет угрозу?

– На то мы и учёные, чтобы понять, что он вообще представляет из себя…

Вскоре появилась Мартина, и мы продолжили ужин, но уже не говорили на тему работы. Скорее, наоборот. Ближе к полуночи мы с Мартиной пришли домой и после бурного безмолвного секса уснули. Утром нас ждал сложный день.

На следующий день я и Мартина изучали экзоскелет и то, как им пользоваться. Как оказалось, это совсем не сложно. Тренер сказал: «Делайте так, как бы вы делали в повседневной жизни». Я так и делал – огромный роботокостюм выполнял все мои действия, Я мог поднять ящик весов в две тонны и мог спокойно плавать под водой без опасения того, что нет воздуха, а Мартина училась ближнему и дальнему бою в экзоскелете.

У меня все проходило замечательно кроме того момента, когда я задумался в конце тренировки и попытался почесать свои яйца, забыв отключиться от экзоскелета. Робот, в котором я находился, вытащил плазменный резак и прорезал то место, где должны были быть яйца, тем самым я повредил экзоскелет, и теперь он нуждался в ремонте. Но самое главное в управлении я понял. Даже когда нас тренировали под водой, я отлично справлялся со всеми поставленными задачами.

Экзоскелетов было много, еще больше было их разновидностей. Самый простой – это погрузочный, чтобы перетаскивать тяжёлый груз быстрее. На таком работал мой отец. Был ещё один – ремонтный, который оснащён специальными инструментами, чтобы ремонтировать в любых условиях, инженерный был более экипированный: он имел намного больше инструментов и функцию отделения капсулы с человеком. Ну это на случай, если вдруг что-то рушится или просто нужно срочно покинуть место. Самый крутой экзоскелет был, конечно, военный. Их было два типа: лёгкий и тяжёлый. Легкий был оснащён просто бронёй и двумя пулемётами, а тяжелый имел крепкую броню, два пулемёта, небольшой лазер и ракетную установку. Кроме того, военные экзоскелеты могли ненадолго взлетать и зависать в воздухе.

В любом случае я был обучен основным функциям, и этого было более чем достаточно.

В то время Мартина изучала основы подводного дела и то, как управлять специальным научным экзоскелетом. Это был единственный робот, который владел как оборудованием для ремонта и исследований, так и военными характеристиками. На нём было установлено два лазера, которые могли работать независимо от того, чем занят пилот костюма, они просто в соответствии с введёнными данными не подпускали к себе никого и ничего лишнего. А по вечерам мы встречались с Брайеном, и он рассказывал нам о подводной станции. В последний вечер он опять пригласил нас на ужин.

– Хорошо, что вы пришли. Я уже знаю о результатах подготовки. Вы молодцы! Кроме того, что вы учёные, так вы ещё и не имеете проблем по здоровью, значит, справитесь с обстановкой в подводном центре. Мне сказали о больших успехах во владении экзоскелетом.

– Было не просто, но мы смогли, – всё же отметил я, вспомнив косяк с порезанным костюмом.

– Ну это так же, как и водить машину: кто-то мастер от начала и до самого конца, а кто-то будет мешкаться. У меня, помню, был случай, когда один из солдат включил случайно пулемёты и направил их в небо, они стреляли до тех пор, пока не перегрелись и не взорвались. Бедняге оторвало ноги, но затем он нажал кнопку катапультирования, а сломанный экзоскелет катапультировал беднягу прямо в стену полигона, причём с такой силой, что мы успели только ощутить брызги крови на своих лицах. В печальном итоге вместо солдата мы просто похоронили флаг той страны, к которой он относился.

– Давайте лучше выпьем за то, чтобы наша служба послужила на благо человечества, как это было всегда! – быстро перевела тему Мартина. По её лицу было видно, что слушать про раскиданные части тела ей явно не хочется.

– А давайте! И сразу за новых учёных, с которыми я смог лично познакомиться!

– Ну тогда и за то, чтобы мы смогли во всем разобраться там на глубине! – торжественно подытожил я.

И мы выпили до дна. Дальше просто общались, потом включили музыку, и Мартина задремала. А мы с профессором продолжили отдыхать.

– Профессор?

– Не нужно профессоров, можно просто Брайни, я пойму. Но это только для тебя и Мартины и только тогда, когда не слышат другие. Уж больно вы мне приглянулись.

– Можно тебя спросить?

– Можно!

– А почему ты так и не обзавёлся семьёй? – я решил осторожно подобраться к теме, которая давно меня интересовала.

– Моя семья погибла, когда террористы с востока атаковали город под защитой корпорации в бывшей Греции. Там их всех не стало.

– А разве компания не должна была защитить и тебя, и твою семью?

– Компания не ожидала удара так близко с главным офисом, именно поэтому компания и пытается перекупить у русских проект щита, как того, что ты видел над Москвой. Упёртый северный народ.

– Расскажи про подводный центр.

– Вся база под водой называется Гекатус. Это особый объект. Кстати, хочу тебя предупредить, что жизнь на большой глубине и работа под толщей воды могут свести с ума. Там в комплексе есть искусственный интеллект. А именно компьютерный робот с человеческими особенностями. Этот робот предназначен для того, чтобы помогать людям тогда, когда им совсем станет худо. Подобную разработку уже запустили в космосе, На Марсе. Маленькая девочка, которая будет постоянно появляться на голографических сенсорах. Её зовут Исида. Сириус сделал этот искусственный интеллект похожим на свою сестру, которая погибла в 11 лет. Этот компьютер крайне умен. Исида следит за всем, что происходит на Гекатусе. Все камеры слежения, все системы безопасности, вода, свет, связь, в общем всё, что связано с проводами и компьютерами, находится под её надзором и контролем. Не вступай с ней в конфликт никогда. Иначе она не оставит тебя в покое… В каждой комнате сотрудника есть голографический сенсор, она не даст тебе ни спать, ни есть. Это побочный эффект того, что Исида всё ещё учится. В неё были вложены знания о технике и о том, как следить за порядком и что делать в случае аварии или другой чрезвычайной ситуации, но она почти ничего не знает о том, что значит быть человеком, и так до конца и не узнает. Все сотрудники Гекатуса с ней ладят, думаю, и вы подружитесь. Кстати, название Гекатус тоже не случайно. Так называлась богиня тьмы. Очень даже подходит. База находится около самой впадины, расположена прямо над ущельем. На такой глубине сплошная темнота, база подсвечивается, и зону вокруг неё подсвечивают глубоководные прожектора. Все комплексы сверху, а туда, где ведутся исследования, спускаются три лифта. Два основных, которые находятся в шахте, ведут в пункт, где есть ещё небольшое здание, там, на самом дне впадины, пункт, где нужно надеть специальный костюм и экзоскелет, чтобы можно было передвигаться по дну без опасности для жизни. Также там небольшой док, в котором стоят специальные батискафы – мы называем их Гидрусами. Они служат транспортом и иногда техникой для разбора завалов или уборки ненужного мусора на дне. Подробнее об этом вам расскажут инженеры, которые там работают. Третий лифт аварийный. Он не закрыт, и на нём можно передвигаться только в подводном костюме и экзоскелете.

– Гекатус – очень интересное название. А зачем компьютерный интеллект?

– Тогда, когда человек не справляется, нужна помощь извне. Ну и тем более так проще. В любом случае за Исидой следят специалисты. А ей в помощь два отдела. Отдел по чрезвычайным ситуациям и аварийный отдел. Но на Гекатусе множество и других отделов, которые следят за всем, что происходит внутри центра и вокруг него.

– А как добраться до Гидруса с поверхности?

– На поверхности находится крепко стоящая на железобетонных сваях платформа. Оттуда спускаются два герметичных лифта напрямую к Гекатусу. Скоро сами всё увидите. Это потрясающий комплекс, он захватывает дух.

– А откуда электричество?

– Это всё сменные батареи. Если нет перегрузок, то они работают без перебоев пару месяцев. Если же перегрузки есть, батареи быстро садятся. Но вам не о чём беспокоиться. На складах Гекатуса таких батарей сотни.

В этот момент Мартина очнулась ото сна, я решил, что расскажу ей все это уже дома. Мы снова сели за стол. Брайен наполнил бокалы вином.

Брайен, так вы главный на подводной базе? – она решила проявить активность после небольшого отсутствия в виде сна.

– Как раз рассказал Джейми, что эта база называется Гекатус.

– Это в честь богини тьмы?

– Вы нас подслушивали? Откуда вы знаете?

– Я увлекаюсь мифами и многими другим вещами, связанными с потусторонним миром. Много читаю про это.

– Да, «Гетатус» назван в честь богини тьмы. И нет, я не главный на станции. Корпорация назначила управляющего. Он главный на базе, а точнее сказать, она. Я выступаю в роли заместителя.

– Вы сказали она? – такого ответа я не очень-то ожидал.

– Все верно. Её зовут Сара Байтс. Была поставлена на роль управляющего Гекатусом спустя год после его строительства и обустройства. Скверная бабища. Проще сказать, стерва. Ей нужно мужика найти, чтоб тот её как следует отделал пару раз, может, тогда не будет такой сукой.

А что входит в её обязанности? – не обратила внимание Мартина на эмоциональный всплеск Сигла.

– Судя по всему, протирать своей целлюлитной задницей кресло в кабинете, пить кофе и быть сукой. Наверное, это все её обязанности.

А если серьёзно? – меня уже начало раздражать такое поведение профессора.

– Я же говорю – не знаю. Она просто следит за тем, как работает Гекатус и его обитатели. Следит за всем происходящим. И отправляет всю информацию сюда на Крит, в главный офис. Грубо говоря, она просто для контроля и слежки за тем, что мы делаем. Сара также получает указания из главного офиса и говорит нам, что нужно делать, и так далее…

– Понятно.

– Что вы с ней не поделили? – видно было, что Мартина тоже была не особо довольна высказываниями Сигла.

– Да ничего я с этой сукой не делил и не собирался, даже кровать, если бы предложила. Меня просто бесит её надменный взгляд, её манера общения, будто не с людьми говорит, а с животными. Будто она лучше кого-то на этой станции. В отличает от неё люди там занимаются работой, даже уборщики, а она только воздух своим дыханием портит. Ладно, чёрт с ней. Уже поздно. А завтра ответственный день.

– Да, нам, пожалуй, пора.

– Выспитесь как следует, вылетаем только во второй половине дня, так как утром будет сильный шторм.

– С удовольствием. Ненавижу рано вставать, – тут я действительно не соврал: ранний подъём обычно отбивал у меня всякое желание к жизни.

– До завтра.

– До завтра, – ответила Мартина, и мы отправились к себе в комнату.

По дороге я рассказал Мартине о том, какой диалог был между мной и Брайеном. По приходе мы легли спать. Вот только я не мог долго уснуть. Всё думал о том, что рассказал Брайен, мне не терпелось поскорее увидеть Гекатус и приступить к работе, ведь если всё так, как говорит профессор, то человечество ожидает ещё один прорыв. До сих пор мы не встречались с внеземной цивилизацией. Но, возможно, сейчас мы сможем это сделать. И мир изменится навсегда…

Глава 5. Гекатус

На следующий день, примерно в три часа дня, мы вылетели в сторону Тихого океана. Путь был не близкий, и даже на реактивном вертолёте мы добирались почти три часа. Мартина спала всю дорогу, так как её укачивало, я просто пялился в иллюминатор. Мы летели на достаточно низкой высоте, чтобы можно было разглядеть то, что происходит на земле.

Хотя война и закончилась, её следы оставались всё так же отчётливо видны. Кратеры от бомб, уничтоженная техника, укрепления и военные базы, разрушенные или заброшенные. Пролетая мимо России, мы были под сопровождением русских воздушных кораблей, которые обезопасили дорогу, а на границе с Китаем их сменили китайские и сопроводили почти до самого конца. Океан был очень неспокоен, несмотря на то что основной шторм мы переждали. Большие волны перекатывались по нему одна за другой. Но я уже видел ту самую платформу, о которой говорил Брайен. Он, кстати, тоже спал, но не потому, что его укачивает, а потому, что перебрал вина и почти всю ночь блевал.

Платформа была очень большой, как аэродром, наверное, или даже как порт для космических кораблей. Со всех сторон она была окружена турелями и вышками для безопасности, в центре было большое здание, на крышу которого мы и приземлились, там была специальная площадка. С воздуха казалось, что волны сметут платформу, но она надёжно стояла на своих железобетонных сваях. Пилот связался с платформой и запросил разрешение на посадку. Продиктовав какой-то код, он получил положительный ответ, и мы приземлились.

На улице был сильный ветер и дождь, скорее, даже буря. Не считая того, что при ударах волн о борта платформы огромное количество воды заливалось на неё. Стоял сильный шум, и казалось, что платформа вот-вот развалится и уйдёт на дно. Был слышен скрип металла, который противостоял стихии. Всё это при раскатах грома и вспышках молнии.

– Итак, мы на месте. Не задерживайтесь на платформе, двигайтесь вон к той стальной двери.

Брайен указал через иллюминатор на большую стальную дверь, которая уже пришла в движение и стала опускаться в пол, а за ней я уже мог разглядеть силуэты людей. Как только мы покинули вертолёт, то сразу же отправились к этой двери. И стоило только выйти под открытое небо, как мы моментально промокли от дождя и разбрызгивающейся от волн воды. Я почувствовал соль на своих губах и приятный свежий и бодрящий морской воздух. А вспышки молний всё продолжались. Мы дошли до дверей и зашли внутрь. Двери начали закрываться. Последнее, что я смог увидеть через них, это то, как реактивный вертолёт взмыл вверх и улетел куда-то. Внутри было тепло и сухо, несколько людей в помещении занимались своими делами, как вдруг к нам подошёл человек невысокого роста в старой затёртой кепке и в костюме рабочего с ящиком инструментов.

– Знакомьтесь, это Стефан Миас. Он начальник инженерного отдела, – представил нам Брайен подошедшего.

– Добро пожаловать на Гекатус, хотя вы ещё стоите в дверях центра, вот когда спустимся…

Я пожал руку Стефану. Рукопожатие у него было крепким. Как у настоящего работяги.

– Я Джейми Адвалор, инженер-учёный.

Стефан понял, что Мартина со мной, поэтому повёл себя как истинный джентльмен по отношению к ней и ко мне. Он просто сам протянул и пожал руку ей, без лишних слов и навязчивых комплиментов.

– Мартина Родригес. Я личный ассистент доктора Адвалора.

– Рад с вами познакомиться. Итак, как я уже сказал, эта платформа лишь некая входная дверь на Гекатус, она же и выход из него. Если что-нибудь случится с платформой или шахтой лифта, то всем на Гекатусе крышка.

– Эмм… Серьёзно? – насторожилась Мартина.

– Нет конечно. Я просто разыгрываю вас. Вам нечего бояться, платформа надёжно прилеплена здесь, шахта лифта тоже, Гекатус надежнее, чем ваша собственная квартира.

– Я слышал срежет металла наружи.

– Да, это такой ловкий трюк инженерной мысли. Мы сделал платформу и сваи, на которых она стоит, в некоем плане эластичными. Это позволило волнам слегка раскачивать платформу при сильном шторме, тем самым уменьшая нагрузку на сваи при шторме и уменьшая риск повреждения или разрушения. Кстати, шахта сделана из подобного металла. Отклонение происходит всего на пару сантиметров. Вы даже не заметите этого. Специальные датчики контролируют весь этот процесс. Вы удивитесь, но, несмотря на сегодняшний шторм, платформа раскачивается в диапазоне от 0,2–0,3 миллиметров. Её максимальный предел – 5 сантиметров, ну, это вам так, чтобы успокоиться. Технология не новая, по подобному принципу раньше строили морские суда, чтобы при сильном шторме они попросту не переломились.

– Ну тогда мы спокойны.

– А что ты делаешь на поверхности? – включился в разговор Брайен.

– Вчера неумелый пилот, который привозил продукты питания, на подлёте зацепил антенну связи и повредил её, я занимался ремонтом.

– Сейчас всё в порядке?

– В полном. Да следующего пилота, чьи руки произрастают из задницы.

– Ладно. Нам пора на досмотр и в камеры хранения.

– Я буду ждать вас у шахты, спустимся вместе.

Мы отправились на досмотр. Там проверили наши личные вещи, а затем обыскали нас самих, затем врачебный осмотр перед спуском вниз. После всего мы отправились к камерам хранения, где Брайен попросил оставить нас свои коммуникаторы и личные портативные компьютеры.

– Но мне это нужно для работы. Я не могу его оставить, – захлестнуло меня возмущение.

– Правила не я устанавливаю. Но я слежу за их выполнением. Там внизу вам выдадут коммуникаторы и компьютеры с уже загруженными в них данными, которые пригодятся вам для работы. Свои вещи сможете забрать по окончании исследований.

Пока Брайен отвлёкся, я смог вынуть накопитель данных из своего портативного компьютера и незаметно убрать в карман. Затем мы с Мартиной убрали свои вещи в камеру, заблокировали её и вместе с Брайеном проследовали к шахте, где нас уже ждал Стефан.

Лифт уже поднялся, и двери шахты открылись. Мы вошли внутрь лифта. Меня сразу поразило, что лифт был полностью из стекла, за исключением поручней, пола и крыши. Закрался вопрос о том, как же стекло выдерживает огромное давление. Внезапно лифт стал опускаться. Вначале совсем медленно, но вскоре стал опускаться немного быстрее. И через пару минут мы опустились под воду.

– Стефан, так вы говорите, что с Гекатуса на поверхность ведут только два лифта. Разве это безопасно? – Мартина вновь выразила беспокойство.

– А вы всё волнуетесь. На платформе есть ангар, там находятся три субмарины, которые как раз предусмотрены на случай выведения шахты или самих лифтов из строя. Субмарины полностью автоматизированы, их можно вызвать с поверхности независимо от того, есть кто-то наверху или нет. Но это только в том случае, если вдруг начнётся затопление Гекатуса, ну или пожар. Но вам не о чем беспокоиться. Стены станции сделаны из толстого металла, а стекло крайне прочное.

– Стекло?

– Да. Например, переходы между отделениями и корпусами, большие иллюминаторы, сделанные как окна. Над развлекательным комплексом огромный стеклянный купол. Даже в каютах есть окна.

Стекло… Как при таком давлении выдерживает стекло? – медленно пробормотал я.

– Ну, во-первых, оно толщиной примерно метр, может, чуть больше, во-вторых, в его состав входит палладий, что делает стекло невероятно прочным и при этом эластичным. Там на глубине оно немного прогибается от давления, на пару миллиметров, но не ломается.

– Многие работают на Гекатусе первый месяц, – решил внести свои пояснения Брайен. – Очень непросто прожить в закрытой железной коробке. Поэтому и нужны стеклянные конструкции, чтобы люди не сходили с ума. Так как вы с Мартиной новенькие, то в первую неделю вы сможете раз в день на целый час подниматься на поверхность. Это моя методика, чтобы люди быстрее адаптировались к жизни под водой. На космических станциях были придуманы специальные комнаты, где происходила симуляция жизни на земле: ветер, воздух, вода, дождь и так далее. Там люди в течение нескольких месяцев пребывали в день по 30 минут. Я же разработал свою методику, чтобы было проще приспособиться к жизни на Гекатусе. Нам повезло больше, чем учёным в космосе. Мы можем наслаждаться реальным миром, хоть и час в день.

Пока мы говорили, лифт опускался, вокруг было совсем темно, только редкие фонари в шахте проскальзывали мимо нас. Шахта не была шахтой, как я думал. Это, скорее, был некий каркас, внутри которого двигался лифт. Если бы не было так темно, то, наверное, можно было бы рассмотреть рыб или других млекопитающих. Мы опускались всё ниже, казалось, что мы просто направляемся в какую-то бездну, где кроме тьмы нет ничего. Но вскоре далеко внизу я увидел тусклый свет, словно маленькое свечение где-то в темноте. И по мере спуска это свечение становилось всё ярче и всё отчётливее.

Через пару минут я уже мог разглядеть образы зданий, а спустя ещё пару минут я увидел это огромную глубоководную станцию. У меня захватило дух. Мы с Мартиной прилипли к стеклу лифта и рассматривали станцию. Множество корпусов, больших и маленьких зданий и помещений, я сразу обратил внимание на тот самый купол, про который говорил Стефан. От него исходил, наверное, самый яркий свет. Множество огней и прожекторов подсвечивали комплекс и территорию вокруг него. Он был невероятно большим, словно затерянный город где-то под толщей воды Тихого океана. За всем комплексом виднелась огромная расщелина, которая слегка окружала его и расходилась в две стороны. Это и была Марианская впадина. Она тоже подсвечивалась огнями, которые уходили в её глубь и бездну. Сам комплекс был в большей части на одной стороне, но пару корпусов находились на другой стороне. Через всю впадину был перекинут герметичный мост из металла и стекла, который выглядел потрясающе, также, как и весь комплекс. Меня особенно привлекло здание с длинной антенной, которая поднималась достаточно высоко и была внушительных размеров. Наверное, это центр связи, но мне ещё предстояло всё узнать.

– Ещё раз. Добро пожаловать на Гекатус, – решил вновь поприветствовать нас Стефан.

На той стороне, куда опускался лифт, я увидел в отдалении от комплекса ещё какие-то строения, они просто подсвечивались, но казались необитаемы и были похожи на стройку.

– А что вон там, вдалеке от комплекса?

Геологи компании обнаружили залежи нефти в том месте, – Брайен, казалось, знал ответы на все вопросы. – Собираются строить там станцию по добыче. Я говорил им, что это не лучшая идея, так как своими действиями они могут помещать нашим исследованиям, и они отложили строительство до окончания наших работ.

– Станция захватывает дух, – выразила восхищение Мартина. – Это просто невероятно.

– Да уж. Сколько трудов, сколько нервов и сколько денег утопили здесь, на дне Тихого океана, – с сожалением пробурчал Стефан.

– Это ваш дом на ближайшее будущее, ребята. Надеюсь, вам все понравится, – послышались нотки оптимизма в голосе Брайена.

Лифт начал замедлять движение, все медленнее и медленнее. Совсем скоро он очень плавно стал опускаться на станцию, когда оставалось метров двадцать до стыковки. Через минуту лифт максимально замедлился и остановился. Шлюз над лифтом закрылся, и уровень воды начал падать до тех пор, пока воды не осталось совсем. Затем открылись двери лифта, Брайен ввел код у внутренних дверей, и они тоже открылись, мы вошли внутрь.

Это пункт приёма. Здесь вас должна встретить… – начал Стефан, но Брайен резко перебил его своим возгласом.

– Вот чёрт, что эта тупая сука здесь делает?..

Нас встречала управляющая Гекатусом. Это была женщина лет сорока, одетая в строгий костюм с очками и какой-то папкой в руках.

И тебе добрый вечер, Брайен, – ехидно поздоровалась Сара Байтс. – Добро пожаловать на Гекатус. Я решила лично устроить вас и немного ввести в курс дела.

– Меня зовут Джейми Адвалор, а это Мартина Родригес, моя…

– Ваша ассистентка. Можете не продолжать, я уже всё о вас знаю. Прошу, проследуйте за мной.

В моей голове пронеслась мысль о том, что я уже не очень хорошо отношусь к Саре. Неужели не учили, что перебивать людей неприлично. И правда, тупая надменная сука.

– Итак, вы находитесь на глубоководном научно-исследовательском комплексе «Гекатус». Сейчас мы находимся на глубине семи тысяч метров. Вы прибыли в пункт приёма. Здесь люди просто сидят и принимают звонки от других отделов. Отправляют электронные или голографические письма на поверхность. Грубо говоря, просто просиживают штаны…

– А у тебя куча дел, я смотрю… – зло выпульнул Брайен.

– Брайен, может, у тебя нет дел. Так пойди и займись, я прослежу за тем, чтобы вновь прибывшие освоились здесь.

– Мне было поручено работать с ними постоянно и следить за тем, чтобы они ни в чём не нуждались.

– Брайен, милый, тут и без тебя разберутся. Возвращайся к своим пробиркам и колбам. Я вызову, если что-то понадобится.

Брайен ушёл, ворча что-то под нос. А мы продолжили мини-экскурсию по станции. Из пункта приёма мы направились через стеклянный переход, который от двух корпусов отделяли стальные водонепроницаемые двери, в следующий отдел. Это был отдел транспорта. Там было что-то вроде местного вокзала, только вместо поездов специальные водонепроницаемые капсулы, подвешенные к монорельсу. Монорельс проходил не только внутри комплекса, но и снаружи, именно поэтому капсулы и были герметичны.

– Начальника отдела, он же главный пилот, зовут Хродгор Рем. Второй главный пилот и его заместитель – Пол Хёрт. Они руководят отделом транспорта по всем направлениям. Хотя сами просто бывшие военные пилоты.

Я подумал о том, что эта женщина ненавидит всех вокруг себя. И даже сейчас, когда нам всё рассказывает, делает это только потому, что ей поступил приказ свыше, а не для того, чтобы помочь освоиться.

– У нас много отделов. Научный отдел, инженерный, отдел строительства, транспорта, охраны, ремонтная служба, аварийная служба, отдел по чрезвычайным ситуациям, медицинский центр, отдел снабжения, связи геологический отдел, ну и отдел рабочих и обслуживающего персонала. Ну вы сами скоро все поймёте. Кстати, ваши коммуникаторы и портативные компьютеры уже находятся в ваших комнатах. Данные загружены. Сегодня уже поздно разбираться в них. Поэтому просто сходите в столовую-ресторан, и ложитесь спать. Завтра у вас свободный день, как раз сможете ознакомиться со всей информацией, немного прогуляться по Гекатусу, ну и, естественно, один час на поверхности. Вечером зайдёте ко мне и получите все дальнейшие указания.

– Может, нам ещё нужно знать что-то важное?

– Ах, да. Весь комплекс оборудован пунктами экстренной и громкой связи на всякий случай. Также ваши коммуникаторы есть датчики движения. Мы можем отслеживать вас по ним. Поэтому для вашей же безопасности носите их с собой. Через коммуникатор вы можете связаться с начальниками и заместителями любого отдела, их данные уже загружены в устройства так же, как и ваши в их. Ну всех, кто работает на Гекатусе, вам не обязательно знать. Тут трудятся более двух тысяч человек. Так как вы оба будете занимать главенствующие должности, вам достаточно знать только тех, с кем будете работать. По всему комплексу расставлены камеры слежения и голографические платформы для Исиды. Кстати, с ней вы скоро познакомитесь, я так думаю, что послезавтра.

– Спасибо, что ввели нас в курс дела, – поблагодарила Мартина.

– Это же моя работа. А вот и наша остановка, жилой комплекс для управленческого персонала.

– Здесь только те, кто занимают главенствующие должности? – решил я уточнить на всякий случай.

– Конечно. Вы же не хотите слышать пьяную ругань рабочих или распутство, которое они устраивают после своих посиделок. Ещё хуже ребята из отдела охраны, их корпус самый шумный и самый грязный. А тут живём мы, высшее звено. Итак, ваша комната на шестнадцатом этаже. Номер А-395. Вот ваши электронные ключи. Отдыхайте и наслаждайтесь вечером. В мини-баре я оставила для вас сюрприз.

Мы вышли, а капсула направилась обратно. Корпус был и правда тихим. В холле лежали ковры и стояли растения в горшках, повсюду были окна, через которые можно было видеть другие здания комплекса. Мы поднялись на самом обычном лифте, какие бывают в отелях, на 16 этаж и отыскали свою комнату. Войдя в неё, мы оказались словно на курорте. Комната состояла из нескольких других комнат и была очень похожа на апартаменты Брайена. Только были большие окна, вид которых выходил прямо на впадину и на мост между двумя частями комплекса. Было достаточно светло, так как Гекатус подсвечивался постоянно. Мартина пошла в душ, а я решил наведаться в мини-бар. Там было много всего. Но мне приглянулась бутылка виски. Наполнив бокал и закинув в него лёд, я сел на диван, который был прямо напротив главного окна, с видом на впадину и мост, в гостиной. Я выпивал и смотрел в окно. Мартина уже закончила с душем и пошла спать. Наверное, она сильно устала за время перелёта, поэтому я не стал её беспокоить. Стакан за стаканом, и я уснул на диване, проспав там до самого утра.

Глава 6. Неожиданное знакомство

Проснулся я на удивление рано. И меня совсем не беспокоило похмелье, что тоже было удивительно. Возможно, из-за воздуха на Гекатусе, а может, просто выспался, ведь я не помню, когда точно уснул. Когда я встал, Мартина ещё спала. За окном было по-прежнему темно, я всё никак не мог смириться с мыслью, что тут темно всегда. На такую глубину солнечные лучи не проходили. Казалось, что сейчас по-прежнему ночь. Я выпил кофе, сходил в душ, а затем решил прогуляться по комплексу, ведь сегодня день свободный, поэтому мне было чем заняться. Я решил, что данные я изучу позже, возможно, после обеда или ужина, а сейчас я должен изучить местность. Покинув свою комнату, я направился к первому же переходу из этого корпуса в другой. Не хотелось кататься на капсуле – лучше самому изучить всё. Было очень тихо: видимо, ещё все спали. Я видел лишь персонал, который мыл полы, окна и поливал растения. Я шёл к переходу, как вдруг увидел на голографической платформе свечение синей лампочки. Это означало, что сейчас должно прозвучать какое-то объявление. Я подошёл поближе, чтобы рассмотреть, но внезапно платформа загорелась, и начал вырисовываться образ человека. Присмотревшись, я понял, что это не человек, это Исида. В это время образ маленькой девочки уже был полностью передо мной. Я приспустил очки и ждал, когда Исида заговорит со мной.

– Привет, – наконец подала она голос.

– Привет.

– Ты кто такой?

– Я Джейми. Эмм… Джейми Адвалор, если точнее.

Исида просканировала меня специальными лучами. От этого мне стало немного не по себе, ведь обычно это делалось только с моего согласия. Лучи сканера просвечивали человека полностью, выявляя все болезни, недуги и другое. Но её, видимо, интересовало не это, а коммуникатор, который был на моей руке.

– Ты ошибся, Джейми.

– В чём же?

– Ты же доктор Джейми Адвалор. Так указано в твоих данных, которые я считала с твоего коммуникатора.

– Да, прости. Забыл упомянуть. А тебя как зовут?

– Разве ты не знаешь? Или вопрос был задан тобою для того, чтобы не показаться невежливым?

– Эмм… Ну вообще-то…

– Ладно, не обращай внимание. Я так устроена. Я сделаю вид, что ты не знал меня, и продолжу беседу в правильном направлении. Задай вопрос заново, Джейми.

– Как тебя зовут?

– Я Исида. Искусственный интеллект нового поколения, не имеющий аналогов в мире.

– Рад знакомству, Исида.

– Я тоже рада, Джейми. Я тебя раньше не видела на станции и ждала момента для того, чтобы познакомиться. Я знаю всех, кто тут работает.

– Я только вчера прибыл сюда. Тебя должны были представить мне через пару дней.

– Джейми, ты опять ошибся. Это тебя должны были познакомить со мной.

– Потому что ты контролируешь здесь всё?

– Нет. Потому что по правилам этикета мужчина приходит представляться даме, а не наоборот. И всё же я первая пришла познакомиться.

Мне показалось это очень забавным и занятным одновременно, я улыбнулся и продолжил…

– Да, действительно. Ты подловила меня именно тут? Почему?

– Отсюда ты начнёшь исследовать центр, понимать, как здесь всё устроено.

– Это так.

– Расскажи о себе, Джейми.

– Эмм… Ну то, что я доктор, ты уже знаешь. Я долгое время жил в Англии, потом меня вызвали в Россию, а оттуда я прибыл сюда. Мне чуть больше 30 лет. У меня нет детей. Всю свою жизнь я посветил науке и исследованиям. У меня есть девушка. Её зовут Мартина Родригес. Мы познакомились с ней, когда учились вместе.

– Это увлекательно. Просканировав тебя, я смогла определить твой примерный возраст по состоянию твоих органов. Твой возраст от 34 до 37 лет. Точнее покажет только более тщательное сканирование тканей.

– Исида, прошу, пожалуйста, не надо больше меня сканировать.

– Хорошо. Почему тебе это не нравится?

– Каждый раз будто вытаскивают частичку души. Мне от этого не по себе.

– Что такое душа, Джейми?

Этот вопрос поставил меня тогда в тупик. Я никогда в своей жизни не задумывался над ним. Поэтому не мог дать чёткого ответа…

– Эмм… Я не знаю точного определения этого. Могу только предположить…

– Предположи, Джейми.

– Я думаю, что душа – это сущность человека, в которую входят особенности каждого. Черты характера, внутренние мысли, повадки, различные человеческие качества…

– А у меня есть душа, Джейми?

– Прости меня, но не хочу тебя обманывать. У тебя нет души. С точки зрения науки ты просто технология, которую создал человек. Душа только у людей может быть. Извини…

– Ничего, Джейми. Спасибо за честность. Я люблю честность. Ты хороший человек, Джейми. Я так думаю.

– Стараюсь им быть. Сложно сказать о том, хороший ли человек или нет, только лишь по его виду. Поступки делают нас хорошими или плохими.

– Я согласна с тобой, Джейми. Почему ты так рано встал сегодня? У тебя свободный день.

– Я не знаю. Проснулся так.

– Я обнаружила в твоей крови алкоголь. Почему ты пьёшь, Джейми?

– Всем людям порой нужно расслабиться и отдохнуть не только телом, но и головой. Все люди хоть немного, но выпивают, без этого никак.

– Ты вчера выпил много, Джейми.

– Да… Иногда не могу вовремя прекратить. И это не очень хорошее качество во мне. А почему ты не отдыхаешь или не занимаешься своими делами?

– Сегодня не запланировано никаких важных операций. Моя помощь не понадобится. Я могу так же, как и ты, прогуляться по комплексу.

– Что ж… Значит мы оба сегодня отдыхаем…

– Мы можем быть друзьями, Джейми.

– Ну, если ты этого хочешь, то, конечно. Я с радостью стану твоим другом.

– Спасибо, Джейми. Ты первый, кто захотел со мной дружить на этой станции. Число людей на станции составляет 2235 человек после вашего прибытия.

– Но почему?

– Я слышала много отговорок. Кто-то боится, кто-то не считает нужным заводить дружбу с технологией.

– Я не вижу в тебе ничего плохого. Поэтому и согласился.

– Ты хороший человек, Джейми.

– Ну раз мы теперь друзья, то, может, ты прогуляешься вместе со мной? Мне так будет проще освоиться.

– Я с удовольствием тебе всё покажу и расскажу. Ты не сможешь видеть меня постоянно, только там, где есть голографические платформы, но ты будешь слышать меня через громкую связь в любом помещении.

– Хорошо. Начнём.

И я отправился исследовать комплекс вместе с Исидой. Как бы странно это ни было, но это был мой первый голографический друг. Из жилого корпуса мы попали в медицинский отдел.

– Это медицинский отдел, – начала экскурсию Исида. – Он работает круглые сутки. Здесь ты сможешь получить любую помощь по своему здоровью. Главный тут – доктор Олсен Квик и его ассистентки. Они главные медсёстры. Первая медсестра – Лана Райн и вторая медсестра – Джейси Доллан. Кроме них тут работают ещё 60 врачей и других медсестёр.

Из медицинского отделения мы попали в научный отдел. Исида следовала за мной и следила. Я это понял по тому, что все камеры в коридорах поворачивались в мою сторону, когда я проходил. Научный отдел состоял из трёх больших ярусов. Исида провела меня на самый высокий, где была голографическая платформа. Она сразу появилась на ней. А я мог рассмотреть всё с высоты.

– Отсюда ты сможешь разглядеть больше. Глава отдела – Брайен Сигл. Главный учёный – Атерий Аргос. Здесь, кстати, будет работать Мартина Родригес, твоя девушка.

– А как же я?

– Тебя определили вторым помощником инженерного отдела. С доступом к научному отделу, чтобы ты мог работать и там, и там.

– Интересно…

– Твои способности выше, чем у многих других. Поэтому ты будешь много работать.

После мы отправились в геологический отдел. Там Исида появилась на очередной платформе.

– Это отдел геологии. Мне нравится этот отдел больше всего.

– Почему? Мне всегда казалось, что у геологов самая скучная профессия…

– Ты опять ошибаешься, Джейми. Их профессия позволила людям построить Гекатус именно над местом, откуда происходит сигнал. Благодаря им все эти исследования имеют место быть. Начальник отдела – Александр Белинский, а его заместитель – Дан Доерти. В отделе работают 80 человек.

– Достаточно много для геологов.

– Чем больше объем работы, тем больше специалистов к ней привлекаются.

– Логично.

После мы отправились в отдел связи. В то самое здание, которое мне приглянулось из-за огромной антенны, когда мы спускались на лифте с поверхности на Гекатус.

– Это отдел связи. Начальник отдела – Джей Ли, его заместитель – Пол Бёрк. Это отдел с самым малым количеством работников, всего 18 человек. Именно Джей Ли уловил сигнал, когда только подобрался к впадине.

– Исида. можно вопрос?

– Попробуй.

– Что тебе известно о сигнале? Ты пробовала его расшифровать самостоятельно?

– Нет. Мне не давали таких указаний. Я не могу ничего сделать в отношении исследований впадины без указаний.

– А ты могла бы расшифровать его?

– Не могу ответить тебе на этот вопрос.

– Ладно. Забудь.

Далее мы перешли в корпус, где располагались два отдела. Наверное, самые важные на этой станции, так как они отвечали за жизни всех её обитателей.

– Это корпус двух важных для всех отделов. Первый отдел – аварийный. Глава отдела – Антон Лем, его заместитель – Эштон Макканах. И, насколько я поняла из камер слежения, у этих людей происходит сексуальное соитие.

– Что ж… Это полезная информация, – с легкой улыбкой отметил я.

– Можно вопрос, Джейми?

– Ну, попробуй.

– Разве, когда два мужчины совокупляются, у них могут появиться дети? Разве на биологическом уровне мужчины могут произвести детей? – в словах Исиды мне послышались искренний интерес и удивление.

– Нет.

– Но тогда зачем они это делают? Разве конечная цель совокупления не производство потомства?

– Если честно, то люди иногда делают это не только ради потомства. Иногда это происходит просто для удовольствия.

– Что такое удовольствие?

– Скажу на твоем языке: иногда это делают, чтобы просто удовлетворить человеческие потребности.

– Это как пища или вода?

– Да, верно. Лучше и не скажешь.

Не то чтобы меня сильно тревожило то, что я сейчас объяснял голограмме смысл гомосексуализма… Но это было как минимум странно…

– Второй отдел этого корпуса – это отдел по чрезвычайным ситуациям, – я подумал, что Исида ушла от необычной темы, и вновь погрузился в её рассказ. – Глава отдела – Адам Крикс и его девушка Лори Грей. Второй заместитель – Саманта Дель.

– Понятно.

– Можно вопрос, Джейми?

– Да, конечно.

– Адам и Лори тоже постоянно совокупляются, но еще не достигли результатов. Лори Грей может иметь потомство, она не Дан Доерти. Почему она не производит потомство? – я ошибся: Исида все же продолжила размышления на интимную тему.

В этот момент я понял, кто из глав аварийного отдела – пассивный гомосексуалист…

– Я повторюсь, что люди не всегда занимаются этим для достижения той цели, о которой ты говоришь. Чаще это происходит, чтобы получить удовольствие.

– Лори очень сильно кричит в эти моменты. Мне кажется, ей больно получать удовольствие. Разве нет?

– Эмм… Не думаю, что ей больно в эти моменты. Скорее, она так радуется.

– А чему именно она так радуется?

– Ну, наверное, тому, что смогла удовлетворить свою человеческую потребность.

– А ты и Мартина удовлетворяете свои потребности?

– Да. Время от времени.

– Я поняла тебя, Джейми. Спасибо, что объяснил.

– Я смотрю, тема секса тебя волнует в большей степени.

– Что такое секс?

– Чтобы не говорить долгими словами, люди сократили это до слова секс, так проще. Когда мы этим занимаемся, мы говорим, что занимаемся сексом.

– Я поняла. Тут на станции много кто это делает.

– Это важно знать… – вновь ухмыльнулся я.

Далее мы направились в ремонтный отдел. Там должен был работать мой старый друг.

– Это ремонтный отдел. Главный механик Сэм Бюррен. Он прибыл тоже недавно, как и ты.

– Да, знаю. Это мой хороший друг.

– Ты познакомишь меня с ним?

– Да, конечно.

– Из этого отдела мы можем направиться через главный мост над впадиной, там будет отдел, где ты будешь работать большую часть времени. Или пойти в другие отделы, которые находятся в северной части комплекса. Куда пойдём?

– Давай сначала в остальные, потом в мой заглянем.

– Хорошо, Джейми.

– Я видел большой стеклянный купол.

– Это развлекательный комплекс. Там есть много всего интересного. Рестораны, бары, столовые. И много всего другого. Ты сам сможешь исследовать это место.

Мы направились в транспортный отдел и отдел снабжения. Транспортный я видел, когда Сара Байтс везла нас до комнаты, поэтому мы направились в отдел снабжения.

– Это отдел снабжения. Глава отдела – Чарли Фрост, его заместитель – Генри Хьюмен.

– Исида, а как продукты попадают на станцию?

– С помощью подводного аппарата. Он заходит в специальный герметичный подводный ангар, потом наружные ворота ангара закрывают, из помещения полностью выкачивают воду специальные насосы, затем аппарат разгружают, и операция происходит в обратном направлении, чтобы привезти на станцию новые продукты и снабжение.

– Как часто это происходит?

– Раз в две недели. Иногда по запросу, если вдруг что-то очень необходимо.

– Понятно.

– Дальше идут отдел охраны и отдел рабочих. Тебе интересно?

– Думаю, самое время отправиться в тот отдел, где буду работать я.

– Хорошо, Джейми.

Пока мы перемещались через мост над впадиной. Исида рассказала мне про те два отдела, которые я не захотел смотреть. Я остановился на середине моста и посмотрел через стекло вниз, в бездну подо мной.

– Ты боишься высоты?

– Нет, ну… Не очень.

– Я ничего не боюсь.

– Ну ты, наверное, самая храбрая на этой станции.

– Думаю, что да.

Мы пошли дальше. Инженерный отдел был как раз во второй части станции. Там же были и склады для хранения.

– Это инженерный отдел. Глава отдела – Стефан Миас, его заместители – Ноллан Старк и Джейми Адвалор. То есть ты, Джейми.

– А почему инженерный отдел находится отдельно от остальных?

– Я не знаю ответ на этот вопрос.

– Понятно…

– Но я знаю, кто знает. Ты можешь спросить об этом у Стефана Миаса. Он как начальник должен знать ответ.

– Хорошо, спасибо.

– Всегда рада помочь.

– Мне пора возвращаться, – я осознал, что мы гуляем уже довольно долго. – Ты проводишь меня?

– С радостью, Джейми. Мне нравится гулять с тобой.

– Взаимно, Исида.

Мы отправились обратно в жилой корпус. по дороге Исида много всего рассказала о комплексе и о том, что происходит среди тех, кто тут работает, ведь она могла наблюдать за всеми и сразу. Это был не просто искусственный интеллект. Я бы назвал Исиду развивающимся организмом с огромными возможностями. Ведь если отбросить всё количество данных, которое в неё загрузили, и те функции, которые в неё заложены, это был действительно саморазвивающийся организм, который стремился познать не только то, что от него требовалось, но и нас, людей. А люди – самые загадочные существа на планете, возможно, даже и во всём мире.

– Джейми, почему Брайен Сигл плохо воспринимает Сару Байтс?

– Откуда ты знаешь?

– Я слышала, как он называл её тупорылой сукой. Насколько мне известно, он сомневается в её умственных способностях. Почему?

– Ну… Среди людей складываются разные отношения. Чаще всего это зависит от самих людей, точнее, от их поступков или поведения. Есть друзья, как мы с тобой. Есть враги, как Брайен и Сара. Люди любят и ненавидят друг друга. Так и живём.

– Ненависть людей друг к другу чуть не погубила человечество однажды?

– Да, именно. Но там были и другие факторы. Скорее, нежелание делиться привело нас к войне и чуть не погубило.

– Почему люди не хотят делиться? Зачем вы убиваете друг друга?

– Не знаю, почему так происходит. Но так было всегда. Наверное, это заложено у нас в головах. Ведь каждый в этом мире хочет иметь больше, чем другой.

– Джейми, а что такое любовь?

Ого… – некоторые размышления Исиды вводили меня в настоящий ступор. – Я не могу ответить тебе на этот вопрос, прости. Я бы очень хотел ответить, но не знаю ответа.

– У тебя и Мартины любовь?

– Эмм… Да. Скорее всего, да.

– Почему?

– Я хоть и учёный, но на некоторые вопросы не могу дать ответа. Прости, Исида.

– Ты, как учёный, смог бы найти ответ на этот вопрос. Если найдёшь, расскажешь мне?

– Конечно. Обещаю.

– Спасибо, Джейми.

– Ну вот мы и на месте. Мне пора возвращаться к Мартине. Она, наверное, уже проснулась и ищет меня.

– У тебя на руке коммуникатор. Она могла связаться в любой момент.

– Я его отключил, чтобы нам не мешали.

– Мне тоже пора. Спасибо за прогулку, Джейми. Мы сможем ещё так погулять?

– Конечно. Я бы с радостью. С тобой приятно общаться.

– И с тобой. А ты познакомишь меня с Мартиной?

– Да. Думаю, что ей будет интересно пообщаться с тобой. Она тоже хорошая. Думаю, вы подружитесь.

– Мне бы этого хотелось. У меня будет сразу три друга. Ты, Сэм и Мартина?

– Я уверен, что да. Ладно, мне пора. Увидимся ещё.

– До встречи, Джейми.

И она пропала с голографической платформы, а синяя лампочка погасла. Я направился в свою комнату и хотел немного вздремнуть. Меня встретила Мартина.

– Ты где был всё утро?

– Я ходил гулять. Ты не поверишь, но это самое странное утро за всю мою жизнь.

– Что-то случилось? – в её голосе послышалось волнение.

– Случилось. Я сегодня рассказывал искусственному интеллекту, что такое гомосексуалисты. Сейчас я бы вздремнул, если ты не против.

– Ты познакомился с Исидой?

Я упал на кровать лицом в подушку и бурчал из неё…

– Да. Я всё тебе расскажу, но позже. Сейчас я бы поспал. Она просила познакомить тебя с ней. А я теперь её лучший друг.

– Ну познакомишь. Она такая, как рассказывают?

– Нет. Она лучше. Намного лучше. Она что-то невероятное. Позже я тебе всё расскажу. Мы вместе с ней гуляли и общались, как обычные люди. Это невероятно. Но всё позже, а сейчас спать…

– Ну хорошо, отдыхай. Я, пожалуй, позавтракаю и изучу данные, потом обменяемся информацией. Хорошо?

– Да. Хорошо… – пробормотал я уже сквозь сон.

После я уснул и проспал ещё часов шесть. Мне не снилось ничего в тот день. Я просто так вымотался за время прогулки. Теперь понятно, для чего капсулы и монорельс. Обойти Гекатус на своих двоих возможно, но очень непросто. За разговорами с Исидой я и не заметил, насколько устал. Комплекс был невероятно огромный. Одно дело, когда я увидел его из лифта, другое дело, когда я прогулялся по нему. Множество переходов, комнат, залов. Столько отделов, которые включают в себя ещё большее количество комнат и залов. Действительно, грандиозная постройка. И всё это под огромной толщей воды на дне Тихого океана.

Глава 7. Встреча старых друзей

Я проспал почти весь день. Проснулся только к обеду. Мартина к тому времени уже ознакомилась с информацией, которую ей загрузили в коммуникатор. Я сходил в душ, выпил кофе. И мы с Мартиной решили перекусить. За обедом она ввела меня в курс дела, а я ей рассказал, всё, что мне рассказала Исида. Я передал наш с ней разговор дословно. Мартине было достаточно весело. Она и не думала, что я стану объяснять программе такие вещи, но, когда я ей рассказал о том, что Исида не просто программа, Мартина даже немного испугалась, ей стало не по себе от того, что Исида может следить за всеми одновременно, интересуясь человеком и познавая его. Но я успокоил Мартину и сказал об обещании Исиды о том, что она не станет следить за нами. Она даже разрешила отключить камеру в нашей комнате. Никто не узнает об этом.

– Как тебе удалось так близко наладить отношения с Исидой? Ведь мы тут второй день.

– Не знаю, это как-то само вышло. Я и не думал, что встречу её, но она меня первой нашла, прямо около перехода из жилого корпуса.

– Жаль, меня не было с тобой. Мне бы тоже хотелось пообщаться с Исидой.

– Думаю, ещё будет возможность.

– Сегодня вечером мы можем сходить в развлекательный комплекс. Немного развеемся. Может, познакомимся с кем-то.

– Это неплохая идея. Но только обещай, что мы сегодня выйдем на поверхность.

– Хорошо, только давай перед ужином.

– Ладно. Сейчас уже три часа. Думаю, что в семь пойдём на поверхность и затем на ужин.

– Так и сделаем. А сейчас пойдёшь опять в койку?

– Нет, я, пожалуй, ещё раз пробегусь по всем данным об исследовании и сигнале.

– Хорошо. Я тогда приму ванну.

Так пролетело три часа. Я прочитал множество документов. Изучил все исследовательские отчёты и некую природу сигнала. Поэтому завтра утром на собрании мне было что рассказать коллегам. Мартина уже собралась и была почти готова. Я быстро нацепил на себя то, что первым попалось под руку, и мы отправились на поверхность. Снова этот лифт, только теперь мы поднимались из бездны, а не спускались в неё. Огни Гекатуса медленно тускнели и совсем скоро пропали из виду. Мы поднялись на платформу, а затем вышли на свежий воздух.

Солнце уже садилось, и на закате небо было кроваво-бордового цвета. Океан был спокойный, как пруд или озеро. Ветра совсем не было. Мы с Мартиной прогуливались вдоль платформы. Мы видели где-то вдалеке корабли, которые медленно двигались, уходя за горизонт. Наверное, это были рыболовные суда или военные суда, патрулирующие окрестности. Мартина просто смотрела вдаль и думала о чём-то.

– О чём думаешь? – завёл я разговор.

– Да, так…

– Не поделишься?

– Сколько мы уже вместе, Джейми?

– Давно. С тех пор, как учились вместе.

– Вот именно. Я уже не помню, сколько лет прошло. Тебе не кажется, что нам нужно двигаться дальше?

– Дальше?

– Да, дальше, Джейми. Я буду всю жизнь ждать, когда ты мне сделаешь предложение? Ты меня любишь?

– Конечно.

– Правда любишь? Тогда почему не зовёшь замуж? Я уже давно хочу завести детей.

– Я просто хотел, чтобы у нас что-то было, прежде чем создавать семью.

– У нас всё есть, Джейми. Да, мы не особо богато живём, да, бывают ссоры, особенно из-за тебя, но мы любим друг друга. Это главное. Я готова пойти за тобой куда угодно, и в богатстве, и в бедности. Люди и не с такими проблемами создают семью.

– Я просто хочу лучшего для тебя и для нашей семьи.

– У нас и так всё хорошо. Мне много не нужно. Главное, чтобы ты был рядом.

– Я обещаю, что после этого исследования, по возвращении, я женюсь на тебе. У нас теперь много денег, мы может как следует отпраздновать. Сможем наконец купить себе достойное жильё. По возвращении всё будет.

– Это только слова. Потом найдутся другие отговорки.

Я крепко обнял Мартину и поцеловал. Затем взял её лицо в ладони и посмотрел ей в глаза…

– Я тебе клянусь, что по возвращении женюсь на тебе и у нас будет самая лучшая свадьба, а после переедем и заведём детей.

– Ты клянёшься мне в этом?

– Клянусь! – искренне пообещал я, обнимая Мартину.

И Мартина крепко прижалась ко мне, как будто завтра меня или её не станет, а следовательно, не станет и нас. Мы простояли так ещё минут десять, а затем вернулись к лифту и спустились на Гекатус. Был уже конец рабочего дня, в коридорах и в холлах почти не было людей. Они сейчас уже в развлекательном комплексе или у себя в комнатах. Мы с Мартиной решили отправиться именно в развлекательный комплекс, чтобы поужинать и посмотреть обстановку.

Развлекательный комплекс находился под самым большим куполом в комплексе. Его размеры, особенно изнутри, потрясали. Огромный стальной каркас, который подсвечивался лампами, и не менее огромные стеклянные листы. Вся эта конструкция удерживала на себе всю толщу океанической воды и огромное давление. А под куполом протекала жизнь работников станции.

Развлекательный комплекс был в одном огромном помещении. Под развлекательный комплекс был отведено целое здание, причём не самое маленькое на Гекатусе. Все рестораны, бары, различные места, где можно было поиграть в бильярд, или другие развлечения находились среди специальных улиц, которые были сделаны в этом комплексе. Это было что-то вроде центральной улицы в крупном городе с различными переулками, где каждому по вкусу найдётся своё развлечение. Но только в уменьшенном масштабе.

Мы с Мартиной прошлись по всем улицам среди кучи людей. Тут в развлекательном комплексе перемешивались люди со всех отделов. И не было разницы, уборщик ты или же учёный, или инженер. Тут были все равны.

Я увидел голографическую платформу, взял за руку Мартину и потащил к ней.

– Я думала, мы на ужин пришли.

– Да, только несколько минут. Я обещал Исиде, что познакомлю вас.

– Но её тут нет.

Я: Я думаю, что она будет с минуты на минуту.

И действительно. Синяя лампочка загорелась у основания платформы, и начал вырисовываться человеческий образ.

– Привет, Джейми.

– Привет, Исида. Как я и обещал, знакомься, это Мартина Родригес, моя невеста.

– Мартина, я рада познакомиться с тобой. Ты станешь моим другом, как Джейми?

– Привет, Исида. И я рада. Да, конечно, стану, с удовольствием.

– Мне нравится, когда есть друзья. Я бы могла многое им рассказать. Вы пришли сюда, чтобы развлекаться?

– Скорее, просто поужинать, – отметил я.

– Рекомендую итальянский ресторан. Он самый лучший из всех, что здесь есть.

– Спасибо, Исида, – видно было, что Мартина заинтересована новым знакомством.

Исида: Всегда рада помочь.

– Ты сегодня тоже ничем не занята?

– Ты снова ошибся, Джейми. Завтра очень ответственный день. Команда геологов будет спускаться на дно впадины, чтобы изучить породу, с которой столкнулись бурильные аппараты. Мне нужно проверить все системы на исправность.

– Хорошо. Тогда мы пойдём, не станем тебя отвлекать.

– Джейми, твой друг Сэм Бюррен. Ему очень понравился бар «Меридиан», ты сможешь найти его там, если захочешь.

– Понял тебя. Спасибо.

– Приятного вечера, попрощалась с нами Исида.

Её голограмма растворилась, а синяя лампочка погасла. Мы с Мартиной отправились в тот ресторан, который посоветовала Исида. Он находился в самой тихой части развлекательного комплекса, в приятном месте, где было множество растений и даже небольшой фонтан. Мы с Мартиной весь вечер наслаждались великолепной итальянской кухней и вином. Много говорили о будущем, которое нас ждёт после исследования и окончания работы на Гекатусе. Я рассказал Мартине обо всех главах отделов, которые есть. Напротив нас сидели Адам Крикс и его девушка Лори Грей. Адам заметил нас и решил подойти.

– Приветствую вас на Гекатусе, поздоровался Адам. – Вы новенькие? Не возражаете, если мы с Лори присоединимся к вам? Познакомимся поближе.

– Собственно, мы только для этого и пришли сюда, чтобы познакомиться с коллегами, – с позитивом ответила Мартина.

– Отлично. Лори, иди сюда!

– Меня зовут Адам Крикс, я начальник отдела по чрезвычайным ситуациям, а это Лори Грей, мой заместитель и по совместительству девушка.

– Я Джейми Адвалор, а это Мартина Родригес, моя невеста. Рады познакомиться с вами.

– Взаимно. Постой, ты тот самый Адвалор, который смог увеличить активность человеческого мозга? Да, точно, это ты. Великолепная работа, я много читал о ней.

– Большая честь, познакомиться с таким учёным, включилась в разговор Лори.

– Это не только моя заслуга. Если бы не Мартина, мне бы не удалось добиться таких результатов.

– Тогда ещё большая честь познакомиться с женщиной-учёным. Давайте выпьем за это! – торжественно предложил Адам.

Мы подняли бокалы с вином и выпили. После Лори и Мартина начали говорить о своём. А тем временем Адам расспрашивал меня…

– Когда вы прибыли на Гекатус?

– Вчера поздно вечером. Честно сказать, не помню. Я сразу же принял хорошую дозу виски и уснул.

– Виски – это хорошо. Где разместились?

– Нас поселили на 16 этаже жилого комплекса управляющего персонала.

– Мы там же, только на 18 этаже. Вид из окна на впадину меня немного пугает. Так и кажется, что оттуда сейчас вылезет какой-то монстр и сожрёт нас всех.

– Да, я тоже об этом думал. А вы давно здесь?

– Уже пятый месяц.

– Ну и как без дневного света и свежего воздуха?

– Вначале было непросто, а сейчас мы даже не замечаем. Уже свыклись со всем.

– Да, это непросто. Вы знакомы с Исидой?

– Да, познакомились на второй день после прибытия. Сказать честно, она нас немного пугает. Словно ребёнок из фильма ужасов… Ходит, бродит тут по станции целыми сутками.

– Исида ещё как пугает, – подала голос Лори. – Джейси Доллан из медицинского центра рассказывала нам, что как-то раз ночью в морге увидела, как Исида сканирует дела умерших. Ужас!

– Я бы там обделался от страха, – в голосе Адама послышался нескрываемый страх.

– Мы говорили об этом Брайену, но он только пожимает плечами и говорит о том, что Исида так постепенно развивается, – Исида вздохнула. – Ей можно развиваться так, чтобы не мешать работникам Гекатуса.

– Вчера пришли новости с поверхности. Такой же искусственный интеллект, как и Исида, говорят, её сестра, специально столкнул космический корабль с другим, мотивируя это тем, что была интересна реакция людей. Хорошо, что её временно отключили. И начали дорабатывать, – опять послышалось волнение в словах Адама.

– Мне кажется, Исида – совершенный искусственный интеллект.

– По мне, так лучше бы не доверяли программам всю свою работу, – тут уже включилось недовольство со стороны Крикса. – Человек надёжнее, чем программа.

– Люди тоже очень часто дают сбой.

– Согласен. Давайте выпьем, чтобы люди не давали сбой!

Так мы и сидели ещё пару часов. Разговаривали, делились историями и познаниями о Гекатусе, выпивали, ели. А после решили разойтись по своим делам. Тем более завтра мы бы увиделись на собрании.

Мы с Мартиной уже собирались идти в свою комнату…

– Ты ничего не забыл?

– Да вроде бы нет?

– Джейми, а как же Сэм? Вы не виделись уйму времени. Разве ты не хочешь с ним встретиться в «Меридиане»?

– Но я думал пойти в комнату вместе с тобой.

– За меня не волнуйся, – успокоила Мартина. – Я доберусь. Сейчас только двенадцать. Иди и не спорь.

– Ладно. Тогда увидимся в комнате.

– Хорошо. Но я буду спать.

Я пошёл в «Меридиан». Это был небольшой уютный бар, кстати, тоже в достаточно тихом месте. Там было почти безлюдно. За столиками никого не было, приглушённо играла музыка, горели неоновые огни. Первый, кого я там увидел, был Брайен и профессор Артерий. Я подошёл, чтобы познакомиться.

– Ах, Джейми, – начал Брайен. – Присаживайся. Знакомься, это профессор Артерий Аргос.

– Очень приятно, профессор. Я Джейми Адвалор.

– Взаимно, мистер Джейми. Читал вашу работу по увеличению потенциала человеческого мозга. Это великолепно.

– Спасибо, профессор. Я тоже знаком со многими вашими работами, сказать честно, после некоторых я был крайне поражён, но некоторые меня ввели в недоумение.

– Хорошая оценка моих трудов. Но главное, что честная. Люблю честных людей, сейчас это большая редкость. Жаль, что вас не распределили в наш отдел.

– Мне, кстати, очень интересно, почему. Ведь я больше учёный, а не инженер.

– Я тоже не понял этого распоряжения, – как обычно вклинился в диалог Брайен. – Долго спорил с этой сукой Сарой, но ей поступил приказ свыше. Видимо, ты нужен им больше как инженер, а не учёный.

– В компании творится, что-то непонятное в последнее время, – сухо заметил Артерий. – До меня доходили слухи о том, что в подземных библиотеках Израиля нашли какие-то записи о том, что именно мы тут исследуем, поэтому компания так заинтересована в этом. Знать бы, что именно они там нашли.

– Но нам, как всегда, никто ни о чём не говорит, – закатил глаза Брайен.

– Выпьешь с нами, Адвалор?

– При всём уважении, профессор. Но я ищу тут своего старого друга.

– Если ты про Сэма, то он обычно сидит вон в той части барной стойки, которая в самом тёмном месте бара, – указал Брайен рукой куда-то в темноту.

И действительно, я смог разглядеть очертания Сэма. Он сидел там один и пил что-то.

– Что ж, был рад знакомству. Но мне нужно идти. Как-нибудь обязательно выпью с вами, господа.

– Ловлю на слове, Адвалор, – приветливо повёл бровью Артерий.

– Замётано!

– Ладно, иди к другу, – как бы дал позволение Брайен.

Я пошёл через весь бар к Сэму. Обойдя барную стойку, я оказался у него за спиной и решил подшутить…

– Эй, ты! Да ты! Книжный червь! Я к тебе обращаюсь.

Сэм резко повернулся и увидел меня, затем стремительно соскочил со стула и бросился обниматься.

– Джейми! Джейми Адвалор! Сколько лет?! Мне говорили, что ты тоже будешь здесь, но никто не говорил, когда именно.

– И я рад видеть тебя, дружище! Как ты? Что нового?

– Садись, выпьем. Всё расскажу и всё спрошу. Бармен! Два двойных виски!

– Сейчас сделаю, Сэми! – прозвучало за барной стойкой.

– Я смотрю, ты тут за две недели уже освоился, – я был рад видеть старого друга, и улыбка не сходила с моего лица.

– Есть такое дело. Я люблю приходить сюда по вечерам. Меня поставили начальником ремонтной службы, даже дали помощника. А ты куда угодил?

– Вторым помощником в инженерном отделе.

– Тебе повезло. Говорят, что Стефан – хороший мужик, его первый помощник тоже.

– Не знаю. Я всё же больше учёный.

– Но при этом ты ещё и инженер.

– Как они тебя нашли? Когда пригласили сюда? – я заваливал Сэма вопросами.

– Я работал Бостоне над новой системой охлаждения реакторов. А именно проверял, все ли показатели в норме. У меня получилось оживить один из самых крупных реакторов на континенте. Спустя пару дней ко мне приехал Брайен Сигл и предложил эту работу. Я согласился. Здесь я получаю намного больше, чем там.

– А нас с Мартиной забрали вначале в Москву, затем на Крит, а после уже привезли сюда.

– Я тоже был в главном офисе «Грейт Адванс». Это как огромная военная база. Она, наверное, почти весь остров занимает.

– Я тоже так решил, когда высадился.

– Мне особенно понравилась обманка с главным зданием. Интересный ход.

– Ага. Главное, что и не подумаешь вначале, согласился я с Сэмом.

– Сириус – серьёзный мужик. Такой весь из себя, важный.

– Ну он же как никак главный в совете на самом долгом сроке.

– Интересно, сколько он получает… – пробормотал Сэм себе под нос. – Наверное, столько, сколько все работники этой станции вместе взятые…

– Ну явно немало. С учетом того, что он ещё и в министерстве международной торговлю занимает не последний пост.

– М-да… Везёт же людям некоторым…

– Это точно, Сэм.

– Мартина тоже здесь? Круто. Нужно будет как-нибудь посидеть тут всем вместе, вспомнить, как отрывались, как учились вместе. Как у вас с ней? Вы разве ещё не поженились?

– Да пока нет. Я собирался после исследований и работе на Гекатусе это сделать. Но она уже насела на меня.

– Я тебе всегда насчёт неё говорил, что надо жениться, не раздумывая и несмотря на финансовое положение. Зря не слушал. Вам уже давно пора сыграть свадьбу, – в голосе Сэма будто послышалась лёгкая досада.

– Да я вот сегодня тоже начал так думать.

– Ладно, давай выпьем. За долгожданную встречу!

– Поддерживаю!

Так мы с Сэмом просидели ещё пару часов. Вспоминали, как вместе учились и развлекались. Говорили обо всём, что скопилось в нас за все эти годы. Напились, как когда-то давно напивались дружным составом нашего научно-инженерного отдела. В комнату я вернулся поздно, наверное, часа в три ночи или в четыре. Мартина уже спала, а я просто рухнул в одежде к ней в кровать и уснул без задних ног с мыслью о том, что завтра будет первый мой рабочий день на Гекатусе, первый мой важный день. Нужно было выспаться как следует и быть готовым к любым трудностям. Завтра мне предстояло много работы.

Глава 8. Идеальное решение

Наступил новый день. Я проснулся примерно в 7 утра, Мартина встала чуть позже. Мы привели себя в порядок, позавтракали и отправились на совещание, которое проводилось в главной командной башне Гекатуса, где находился главный пост управления и слежения за всей станцией. Башня располагалась прямо над отделом транспорта. Вход в неё был строго по электронным пропускам и специальным кодам. Эти коды знали только те, кто имел допуск к главному центру управления. Мне код пришёл на мой коммуникатор только на следующий день после прибытия. Видимо, только управленцам и начальникам с их заместителями можно было учувствовать в совещании и входить в центр управления. За толстой стальной дверью был лифт. Войдя в него, я удивился, что был минус первый этаж, первый, на котором мы зашли, и ещё три этажа вверх. Брайен был вместе с нами, поэтому я решил поинтересоваться.

– А что на минус первом этаже и почему так много этажей, если это просто пост?

– На минус первом этаже камера с оружием. А сам пост состоит из двух этажей. Он просто двухярусный. Естественно, с первого яруса на второй можно попасть и пешком, так же, как и на третий этаж поста, а лифт сделали для удобства.

– Если пост двухярусный, то что на третьем?

– Обзорная вышка и комната отдыха с баром. С этой вышки видно почти весь комплекс и впадину. Единственное: с одной из сторон вид загораживает антенна от центра связи, она слишком объёмная и высокая. Вы видели её из лифта, когда спускались.

– А разве оружие не должно храниться в отделе охраны?

– Там только электрические дубинки, наручники и световые гранаты. Остальное оружие хранится в специальной комнате. Только начальник охраны имеет право носить при себе пистолет.

– Понятно.

– А вот и наш этаж.

Мы вышли из лифта и будто попали на комический корабль. Огромное помещение с огромными окнами. Повсюду были голографические экраны и компьютеры новейших разработок. Очень яркий свет и повсюду только белый цвет: стены, полы, потолки. Даже форма тех, кто работал была белой с чёрной окантовкой, черными фуражками и чёрными туфлями. На первом ярусе было множество голографических экранов. По центру один большой экран, который был очень широким, высоким и с изогнутым экраном для удобства. Повсюду были платформы для Исиды, почти у каждого рабочего места. Мы стали пешком подниматься на второй ярус поста. Лестница была достаточно длинной. Она исходила почти из самого центра и по спирали поднималась наверх. На втором ярусе были уже кабинеты, как в обычном офисе, отделённые друг от друга простыми перегородками. Мы направились в самую глубь этих кабинетов и подошли к деревянным дверям. Брайен распахнул их, и мы вошли в зал совещаний. Я сразу заметил большое количество людей. Видимо, здесь присутствовали все, кто задействован в исследовании сигнала из впадины. Офис Сары Байтс был на втором ярусе зала совещаний за матовой стеклянной дверью. Все расселись по местам, рядом со мной и Мартиной сели Стефан и Ноллан, а рядом с Брайеном сел Артерий.

Когда все были в сборе, в комнату зашел очень крупный мужчина с серьезным или даже агрессивным лицом в униформе охранника. Было понятно, что это, скорее всего, один из них, и, скорее всего, бывший военный.

– Стефан, это кто?

– Это начальник охраны Гекатуса. Я не знаю, как его зовут, но все называют его Страйкер.

Он прошелся по залу, взял какой-то пульт, вернулся к дверям, закрыл их, затем встал у них и включил голографический экран. На экране высветилась заставка Гекатуса. Это был значок. А именно гигантский морской спрут, который обвивал земной шар своими щупальцами. Свет немного приглушился. Мы все сидели и ждали. Через минуту появилась Сара и спустилась из своего офиса. Она села во главе всего стола…

– Всем добрый день, – поприветствовала она присутствующих. – Брайен, тебя это не касается. Сразу к делу, господа. Итак, я бы хотела получить отчёт от всех специалистов, которые задействованы в исследовании сигнала, исходящего из впадины.

– Интересно какие сигналы исходят из твоей впадины, тупая сука… – пробормотал Брайен себе под нос.

Меня это рассмешило, и я улыбнулся.

– Мистер, Адвалор. Я вижу, вам весело, – голос Сары заставил меня очнуться. – Наверное, вы уже готовы о чём-то нам сообщить?

– Нет, прошу прощения. Я выслушаю своих коллег, а затем сообщу о своих догадках.

– Господа, хочу представить вам двух новых членов нашей большой команды.

Брайен опять начал что-то бормотать себе под нос.

– Это тебе пару членов не хватает…

– Доктор Джейми Адвалор. Выдающийся учёный, который смог усовершенствовать человеческий мозг. И его ассистентка, Мартина Родригес. Ну теперь уже бывшая ассистентка. Джейми Адвалор поступает под начало Стефана Миаса. И будет работать как инженером, так и учёным. Поэтому не завидуйте его окладу, господа. А теперь ваши отчёты. Пускай начнёт отдел геологии.

– Сразу прошу прощения за мой английский, – начал Александр Белинский. – Мы в России не очень озадачены вопросом изучения языков. Но постараюсь объяснить вам всё как следует. Сара, мне бы в помощь Исиду, если можно.

Сара взяла в руки свой коммуникатор и проговорила в него какой-то код. После чего на платформе в зале совещаний загорелась синяя лампочка, и появилась Исида.

– Добрый день, господа специалисты. Привет, Джейми.

Все сразу обернулись на меня и стали смотреть в недоумении. Я решил повести себя как ни в чём не бывало…

– Привет, Исида. Как твои дела сегодня?

– Спасибо, что спросил. У меня все хорошо, Джейми.

– Исида, мне нужна твоя помощь в докладе, – напомнил о себе Александр. – Выведи на экран схему впадины и покажи то место, где сейчас идут буровые работы.

– Одну секунду. Готово.

– В последний день работ, убрав более тысячи тон морского ила, мы наткнулись на проблему, которая встала перед нашими буровыми машинами. Если обратите внимание на схему, то там всё видно. Сигнал уходит ещё глубже, и неясно, насколько. Гранитные породы составляют очень большую сложность для нас. При последних буровых работах у нас вышли из строя сразу три бура. Порода хоть и гранитная, но в её состав входит ещё что-то, что ранее не обнаруживалось на Земле. Лазерные установки тоже плохо справляются. Пока они плавят несколько метров за большое количество времени, они перегреваются.

– Кроме того, как мы поняли, взрывать породу нельзя, – включился в рассказ Дан Доерти. – Это очень опасно. Сверху – более мягкие слои породы. Если взорвать, то они могу обрушиться нам на головы.

– Что ж… Теперь Инженерный отдел. Ваш доклад, произнесла Сара.

– Итак, – начал Стефан, – у нас тоже есть проблема. Мы решаем, что делать с той глубиной, на которую смогли продвинуться. Нам не хватает буквально полкилометра, чтобы исследовать породу. Не дотягиваются кабели. Мы не имеем возможности начать работы в месте бурения.

Исида, пожалуйста, выведи на экран схему впадины без буровых установок, – попросил Ноллан.

– Секунду. Готово.

– Вот. Смотрите. Сразу за аварийным лифтом, почти через тридцать метров, резкий спуск, а потом постепенное углубление. После резкого спуска кабель имеет ещё 350 метров в запасе, и всё. Нужно строить ещё один пост и подводить туда электричество, либо временно перетаскивать энергоблоки.

– Вы понимаете, что это ещё пару месяцев работ? – озадаченно прозвучало от Сары. Это тормозит весь процесс.

– Подождите. У меня есть идея, – я загорелся тем, что пришло мне в голову.

– Ну давайте, мистер Адвалор, – Сара выжидательно посмотрела на меня.

Все вокруг внимательно смотрели на меня. Я немного покраснел, и мне стало жарко, в горле встал ком. Но немного собравшись, я начал.

– Исида, можешь, пожалуйста, дать схему впадины, убрав оттуда всё, кроме основной лифтовой шахты и аварийной шахты?

– Сейчас сделаю, Джейми.

– Спасибо, Исида.

– Всё готово. Можешь продолжать, Джейми. Не волнуйся, я просканировала тебя, у тебя сильное потоотделение и повышенное сердцебиение.

– Исида, я же просил этого не делать больше.

– Прости. Просто волновалась о твоём здоровье.

– Итак, как вы видите на схеме, у нас проблема в том, что вы рассчитывали на одну глубину, но в итоге получилась другая.

– Да. Именно, – подтвердил Стефан.

– Я скажу так: строить ещё один пост и устанавливать энергоблок придётся в любом случае. Но я знаю, как не тормозить работы сейчас и делать это параллельно.

– Мистер Адвалор, мы вас внимательно слушаем, – внимательно посмотрел на меня Брайен.

– Итак, как я понял, на глубине работают две субмарины и три человека в экзоскелетах.

– Да, и что? – подал голос Хродгор Лем.

– Это так, для справки. Смотрите внимательно расстояние от первого энергоблока, который находится около основной шахты, до аварийного лифта.

– Да, мы это видим, – нетерпеливо произнес Дан. – И что дальше?

– Дан, подожди. Я начинаю понимать, – Александр включился в разговор, и по его лицу было видно, что он уловил мою идею.

– Почти два километра и ещё пять тысяч метров, – продолжал я.

– Мистер Адвалор, можно ближе к делу, – поторопила меня Сара.

– Хорошо. В общем, если мы отключим основной лифт и перебросим всё питание для инженерного оборудования через тот блок, который установлен на аварийном лифте, то сможем подключиться прямо оттуда. Главная шахта не будет работать, но она и не нужна. Экипаж субмарин в случае чрезвычайной ситуации сможет подняться к станции самостоятельно. А аварийный лифт будет работать. Он рассчитан на шесть человек, а у нас только трое будут внизу. Тем самым мы не потеряем два месяца, которые уйдут на строительство нового поста для энергоблока. Но пост стоит построить, а то больше у меня идей нет.

– Стефан, это возможно? – уточнила Сара.

– Он абсолютно прав. Странно, как я не догадался до этого…

– Если так, то энергии хватит, чтобы мы подключили и своё оборудование, чтобы проверить всё ещё раз на всякий случай. Возможно, найдем источник за толстым слоем пород, – высказал своё предложение Александр.

– Что нам скажет отдел чрезвычайных ситуаций и аварийный отдел? – по очереди задавала вопросы Сара.

– Не вижу угроз для человека или техники. Меня всё устраивает, – Адам, казалось, был в своих мыслях, и, по его мнению, все было в порядке.

– Согласен с Адамом, тут всё в порядке, можно действовать, – видимо, Антон мыслил точно так же.

– Поздравляю, мистер Адвалор, – вновь услышал я Сару. – Вы смогли не только найти идеальное решение, но и сократили некие затраты корпорации. Хорошая работа.

– Спасибо.

– Итак, я сообщу об этом в главный офис. Я уверена, что получу одобрение, поэтому можете начинать работы уже завтра. Исида, проверь технику и все коммуникации внизу, чтобы всё было исправно.

– Сделаю незамедлительно.

– А теперь перейдём к отделу снабжения и остальным.

Пока шёл доклад отдела снабжения и отдела связи, я сел, утирая пот со лба и опустил глаза в пол…

– Ты молодец. Хорошо всё придумал, – подбадривала меня Мартина.

– Отличная работа, Джейми, – Стефан одобрительно покивал головой. – Зайди ко мне сегодня.

– Мистер Адвалор, как будет время зайдите ко мне, есть о чём поговорить, – Александр стал следующим, кто пригласил меня к себе. Финальное слово было за Брайеном.

– Поздравляю, ты быстро включился в работу. А что у тебя с Исидой? Я думаю, что ваше близкое общение удивило не только меня в этой комнате.

– Мы просто прогулялись по комплексу и пообщались. Она мне всё рассказала про Гекатус и его отделы.

– Исида первый раз с момента её активации вошла в такой контакт с человеком. Ты мне ничего рассказать не хочешь, Джейми?

– Ничего особенного не было. Она меня нашла на выходе из жилого корпуса, и мы прогулялись вместе по Гекатусу. Общались и всё. Она задавала вопросы мне, я ей. Ничего особенного…

– У неё стоит блокиратор, чтобы она изучала человека как живой организм. Она не могла запомнить твоего имени, блокиратор бы стёр его из её памяти. Но она не только помнит тебя как учёного. Я посмотрю, как она поведёт себя, когда начнётся её доклад.

– Что?! Её доклад?!

– Ну да. Она докладывает о том, в каком состоянии Гекатус, о том, не было ли каких-либо происшествий, и о том, чему научилось за последнее время. Она ведь учится, мы должны знать, как проходит этот процесс…

– Мне нужно выйти отсюда…

– Чувствую, это будет интересно.

Я покрылся потом и ждал. Ведь я рассказал Исиде то, что она должна была хранить в секрете. Но я забыл ей рассказать о секретах…

– Ну и напоследок, – озвучила Сара. – Исида, расскажи о состоянии Гекатуса.

– Все системы в норме. Я просканировала продукты. Они все свежие. Но только с картофелем вам нужно что-то делать быстрее. Он испортится через четыре дня и десять часов. Энергоснабжение в норме. Подача кислорода в норме. Протечек нет. Есть неполадки с электричеством в складском отделе. Там же, в складском отделе, есть протечка: прохудилась вентиляционная шахта. В остальном на Гекатусе все системы в норме, состояние станции 98 %. Это отличный показатель.

– Хорошо. Как насчёт работников станции?

– Несколько пьяных драк в баре. Больше у меня нет информации.

– Ладно. Чему ты научилась, Исида, за последнее время?

– Я познакомилась с новыми членами нашей команды.

– Это хорошо. Твоя работа – знать всё о каждом.

– Я узнала, что такое гомосексуализм.

«Чёрт возьми… Ну только не это!» – с досадой подумал я про себя.

– Становится жарковато, – тихо проговорил Брайен.

– Что, прости? – переспросила Сара.

– Гомосексуализм – это когда два человека, которые принадлежат к одному и тому же полу, занимаются совокуплением, но конечная их цель не создание потомства. Но не потому, что никто из них не обладает такой возможностью. А по той причине, что люди занимаются совокуплением не только ради основной цели. Чаще всего люди делают это ради удовлетворения своих физических потребностей, именуемых удовольствием. Это был очень полезный блок информации о человеке, я сочла его полезнее чем тот, который был загружен в меня ранее.

– Кто поведал тебе данный блок?

– Доктор Джейми Адвалор. Мы стали с ним друзьями.

Все снова обернулись на меня. Брайен громко смеялся, так, что у меня свистело в ухе…

– Мистер Адвалор, – в голосе Сары послышалось лёгкое негодование, – вы считаете, что роботу на научно-исследовательской базе данная информация была бы полезна?

– Но вы же требуете знать всё обо всех! – злорадно воскликнул Брайен и засмеялся ещё громче, как будто он раньше никогда не радовался ничему.

– Исида, скажи пожалуйста, а есть ли на станции те, кто придерживаются данного положения?

Я толкнул Брайена в бок и прошептал.

– Брайен, чёрт тебя побери! Зачем?..

– Данную активность я наблюдала у некоторых рабочих из отдела снабжения и у Антона Лема и Эштона Макконаха из аварийной службы, – продолжила Исида.

Брайен в этот момент просто скатился под стол от смеха. Его заливистый смех, наверное, можно было слышать на поверхности Тихого океана…

– Так и знал… – торжественно произнёс Белинский.

– Эй Лем, больше не подходи ко мне сзади! – саркастично попросил Адам.

– У меня в отделе педики, это немыслимо! – даже Эндрю Смолл не удержался от комментария.

Хродгор Рем из отдела транспорта тоже заливался смехом, как и многие, кто был в зале совещаний. Даже у Сары была еле сдерживаемая улыбка на лице. Смеялся и Страйкер из отдела охраны. Но громче всех, уже головой под столом, смеялся Брайен. Не до смеху было только Антону Лему и Эштону Макконаху.

– Ладно, господа, – Сара решила вернуть рабочую атмосферу. – Это было забавно, не спорю. Но теперь к делу. Мистер Адвалор, вы не виноваты, вам задали вопрос, вы постарались его пояснить. Но лучше старайтесь избегать подобных тем с Исидой.

– Я не закончила свой доклад.

– Давай, выдай нам ещё что-нибудь! – Брайен все еще не мог успокоиться.

– Я узнала, что люди кричат не только от боли, но и от удовольствия.

В этот момент я повернулся посмотреть на Брайена. Его лицо было красным от того, что он сдерживался, дожидаясь момента, когда Исида выложит ещё что-то.

– Джейми рассказал мне, что, когда люди занимаются соитием, если женщина громко кричит, то это не от боли, а от того, что она рада, что удовлетворила свои потребности.

– Брайен, не надо ничего спрашивать у Исиды! Пожалуйста.

– Исида, а где ты слышала так отчётливо, что кто-то радуется удовлетворению своих потребностей?

– Ну зачем же… – с горечью протянул я.

– В комнате Адама Крикса и Лори Грей.

Брайен так закатился смехом, что решил выйти из зала и отдышаться. Страйкер, который тоже смеялся как ребёнок, даже не стал препятствовать. В зале совещаний опять всем стало невероятно весело, но Адам и Лори тоже смеялись, они восприняли это нормально.

– Ладно. Думаю, что совещание на этом закончено, – Сара поняла, что продолжать не имеет смысла. Мистер Адвалор, не стоит обсуждать с Исидой секс. Лучше займитесь работой.

– Я вас понял.

– Совещание окончено, господа, все по своим рабочим местам. Мистер Адвалор, зайдите ко мне через минут 15.

– Хорошо, зайду.

Совещание завершилось. Все разошлись по своим рабочим местам, я остался в зале и ждал, когда можно было бы зайти к Саре.

Платформа засветилась, и появилась Исида.

– Джейми, почему ты здесь?

– Не знаю, наверное, по той причине, что ты рассказала всем о том, что я рассказал тебе.

– Я обязана докладывать о том, чему я научилась.

– Я понимаю. Не волнуйся, всё нормально.

– Ты хочешь мне что-то сказать. Но то указывают датчики. У тебе неспокойно на душе.

– Я бы многое хотел обсудить с тобой, как со своим другом. Но мне нужно объяснить тебе, что такое секреты.

– Что такое секреты?

– Это когда друзья делятся друг с другом некими вещами, о которых должны знать только они и никто больше.

– Мы можем делиться такими вещами?

– Надеюсь, что да. Ты просто пойми: то, что рассказываю тебе я, и то, что рассказываешь мне ты, должно быть тайной. Только мы с тобой это будем знать, и это будем нашим секретом.

– А Мартина?

– Только я и ты. Договорились?

– Хорошо. А что касается информации, которая поступает мне из главного офиса?

– На твоё усмотрение, если захочешь поделиться, то расскажешь, если нет, то нет.

– Я поняла, Джейми. Тебе пора к Саре Байтс.

– Хорошо, спасибо, Исида.

Она растворилась, а синий огонёк погас на платформе. Я поднялся на второй этаж и зашёл в кабинет Сары Байтс. Это была большая комната с целой библиотекой именно старых книг, по центру стоял стол, а позади – огромное окно с видом на впадину. Лестница уводила наверх. Сара спустилась именно оттуда.

– Мистер Адвалор, могу ли я вас называть Джейми?

– А я могу вас называть просто Сарой?

– Я думаю, мы поняли друг друга. Итак, Джейми. Сегодня ты проявил себя и выдвинул отличное решение. Как я и говорила, ты сэкономил большие средства компании. Я только что связывалась с Сириусом и рассказала обо всём. Он очень впечатлён тем, что ты сделал, ещё больше ему понравилось то, что ты единственный из всех вступил в близкий контакт с Исидой. По этой причине с неё сняли блокиратор. Теперь она будет развиваться так, как хочет, но подчиняться нам.

– Я рад сделать что-то полезное. Это моя работа.

– Есть еще одна хорошая новость для тебя. Сириус хотел бы, чтобы ты возглавил инженерный отдел. Так как проблему с энергией снабжения ты решил за пару минут, а Стефан бился над ней несколько месяцев и так ни к чему и не пришёл. Я полностью согласна с Сириусом, поэтому утверждаю тебя на должность управляющего инженерным отделом.

– Подождите! Не нужно. Я только прибыл, просто предложил идею и сразу так. Это неправильно, меня возненавидят все на станции. Мне бы хотелось вносить свой вклад без негатива со стороны. Это будет выглядеть, будто я подсидел Стефана…

– Это жизнь. Я уверена, что меня ненавидят все, кто тут работают. Но я же тут. Решено…

– Сара, пожалуйста. Я знаю, что вы тоже человек, знаю, что за железной леди скрывается женщина. Я вас прошу как своего понимающего начальника. Не делайте этого.

– Но как мне быть. Приказ поступил. Стефан почти бесполезен. Ты делаешь крупные шаги, причем с первого дня работы. Что мне делать?

– Если можно, то давайте я буду начальником отдела, но только работать буду от вас. Вы мне даёте задание, я склоняю Стефана поступить так, как вы сказали поступить мне. Все отчёты я буду сам присылать вам, а вы данные, которые будите отсылать Стефану, дублируйте и мне. Я буду полностью под вашим контролем, как и он.

– Ну, наверное, это выход.

– Мне было бы проще работать в дружелюбной обстановке. Так и результаты будут выше.

– Хорошо. Я согласна. Так и сделаем. Но вы будете главным, и спрос с вас будет как с главного.

– Я согласен. И, кстати, Стефан очень хороший инженер и отличный сотрудник. Зря вы на нём ставите крест.

– Посмотрим. Но если Стефан сделает хоть одну ошибку, то он будет уволен, а ты встанешь на его место. По рукам?

– Хорошо. По рукам!

– Ладно. Иди работай. Я обговорю этот вопрос с Сириусом. Думаю, что он не будет против.

Я вышел из её кабинета и пошёл по своим делам. Мне нужно было ещё заглянуть в отдел связи, а потом прийти в кабинет Стефана. День был длинным.

Глава 9. Отдел связи

Это было то самое здание, которое мне запомнилось больше всего, пока я спускался на лифте к Гекатусу. Огромная антенна – это был главный атрибут этого корпуса. На входе меня поймал Александр Белинский…

– Адвалор! Ну наконец-то! Я жду тебя полдня. Пойдём ко мне в кабинет, есть вопросы, которые стоит обсудить.

Мы пошли мимо множества компьютеров и других машин, которые изучали впадину и следили за её геологической обстановкой. Множество работников постоянно говорили о чем-то. Они все работали, не обращая внимания на то, что происходит за их спинами. Так мы дошли до кабинета Александра, он пригласил меня внутрь и запер дверь.

– Присаживайся!

Я сел напротив него за стол. На удивление ни компьютера, ни других современных вещей в его кабинете не было. Только три старых доски, на которых писали школьники ещё середины двадцать первого века.

– Выпьешь, что-нибудь? – дружелюбно предложил Александр.

– Так сейчас только 11 утра.

– Не имеет значения. Ты пришёл ко мне в гости, значит, должен. Тебе водку налить в стакан или в рюмку?

– Наверное, лучше в рюмку…

– Главный вопрос: сколько ты выпьешь?

– Я не пил водку до этого момента, если честно…

– Скверный напиток, если можно так сказать.

Александр поставил на стол бутылку русской водки, две рюмки и тарелку с колбасой и сыром, которые были не первой свежести. Затем он наполнил рюмки.

– Ну, за знакомство!

Мы выпили. Я прежде не пил водку, поэтому мне было жутко противно. Такое ощущение, что в обычную воду налили очень много спирта и пьют. Мерзкий напиток, на мой взгляд. Я хотел взять кусок колбасы, чтобы перебить привкус спирта во рту, но Александр шлёпнул меня по руке и сказал, что после первой не закусывают. После он опять наполнил рюмки.

– Ну! За науку! – пошёл второй тост.

И мы снова выпили. Он просто закусил какой-то травой, а я закинул в себя несколько кусков колбасы и сыра.

– Я тебя позвал не просто так. Мне бы хотелось узнать больше о сигнале, который мы ловим, – решил приступить Александр к делу.

– Я изучил множество данных и отчётов. И выявил некоторую закономерность.

– Рассказывай.

– Сигнал имел некий диапазон действия в тот момент, когда вы только начали строительство Гекатуса около Марианской впадины. Также сигнал имел определённую периодичность, и интенсивность.

– Так и есть, – Александр полностью погрузился в мой рассказ.

– Я изучал данные и сравнивал их друг с другом. И, судя по отчётам, сигнал менялся постоянно.

– Это и мы заметили. Я хотел сообщить Саре, но подумал, что лучше, чтобы ты вначале взглянул на это.

– Смотри. Сигнал имеет одну и ту же интенсивность в тот момент, когда шло строительство Гекатуса. Он стал более ярким, когда вы спустились на дно впадины. Когда вы начали бурить и пробиваться к источнику, сигнал становился более интенсивный, а радиус его возрастал, причем очень серьезно. Сейчас сигнал может улавливать уже весь мир, так как вы зашли уже очень далеко.

– Да, я тоже это заметил, ссылаясь на показатели приборов, но разве это важно? – задумался Александр. – Геологи убирают породы, снимают многолетние слои ила. Может, это и есть причина усиления сигнала?

– Может, да, а может и нет. Я думал об этом. Поэтому я и не понимаю. Есть некоторые всплески сигнала в диаграмме, я ещё не понял, к чему они.

– Мои буровые машины. Они вышли из строя не из-за породы. У меня вышли из строя все три бурильные машины и две лазерных одновременно. У них сгорела проводка, и главный двигатель пришёл в негодность. Странно, что у всех сразу в одну секунду. Случилось это тогда, когда убрали весь ил и начали бурить гранитовую породу.

– Я проанализировал всплески, – продолжал я. – Они были не случайными. Первый всплеск был, когда строили Гекатус. Этот всплеск отключил всю технику на двое суток, второй всплеск, кода команда исследователей спустилась на дно впадины, и их подача кислорода прекратилась у всех сразу. Тринадцать человек задохнулись одновременно. Третий всплеск, когда взорвался энергоблок, который устанавливали на дне впадины. Четвёртый всплеск – это ваши буровые и лазерные установки.

– Я отследил закономерность. Это происходит с продвижением к сигналу.

– И я то же самое говорю. Не знаю, что там, но настрой явно не особо дружелюбный.

– Возможно, нам таким образом подают сигналы о том, что там кто-то есть?

– Не знаю, Александр. Но чем ближе мы к источнику, тем интенсивнее сигнал и больше его радиус. Словно кто-то хочет сообщить нам крайне важную информацию.

– Тебе удалось расшифровать сигнал?

– Пока нет, я работаю над этим.

– Ладно, я перешлю тебе данные, может, это поможет. Но и ты держи меня в курсе дела.

– Хорошо, – пообещал я Александру. – Я хотел спросить про эту огромную антенну, которая возвышается над вашим корпусом.

– Это разработка русских учёных. Таких только три штуки. Одна здесь на Земле. Другая на базе корпорации, на красной планете, а третья на орбитальной станции, которая возле Сатурна. Все они связаны. Это не просто антенна, а целая система связи, которая может не только передавать данные, но и глушить все сигналы и обесточивать технику в радиусе 500 километров.

– Но зачем она нужна тут?

– Только с помощью неё мы можем пробиться и подать сигнал сквозь толщу воды, и только при помощи этой антенны мы поддерживаем сигнал тут. Она выступает ещё и в роли усилителя связи. Ученые работают над тем, чтобы сделать подобную систему более компактной, но пока мы пользуемся этой.

– Понятно. Просто было интересно. Меня впечатлили размеры, я таких не видел раньше, – искренне признался я.

– В том-то и минус этой антенны – размеры.

– Надеюсь, скоро ваши учёные сделают что-то менее крупное.

– Ладно, давай по одной напоследок, – Александра, видимо, утомили разговоры, и он решил вернуться более приятному делу.

Он наполнил рюмки снова. Мы выпили, попрощались, и я пошел к себе корпус, в инженерный отдел. Меня встретил Стефан…

– Ух! Какой запах. Видимо, русский отдел ты посетил первым. Ладно. На сегодня для тебя работы нет. Мы готовимся к завтрашнему дню. Завтра погружение будет и исследовательские работы. Ты, кстати, тоже спускаешься. Поэтому я тебя отпускаю. Иди отдыхай. Увидимся завтра.

– Стефан, ты не мог бы мне результаты подготовки скинуть на коммуникатор.

– Хочешь перепроверить?

– Нет. Просто хочу быть в курсе всего. Я же с вами в команде.

– Ну ладно, без проблем. Ознакомься завтра утром.

– Хорошо.

– Хочешь совет? – с лёгкой ухмылкой спросил Стефан.

– Давай!

– Не заходи к русским, всегда пьяный вернёшься. У них там весь отдел водкой пропах. Я удивляюсь, как они так работают. Самое интересное, что их показатели эффективности самые высокие. Это два отдела: аварийный и геологический. Вечно пьяные все ходят, и вечно самые высокие показатели, и ни одной оплошности или мелкой ошибки… Я всегда удивлялся русским. Очень загадочный народ.

– Я тебя понял. Завтра буду готов к работе.

– Ладно, иди спать. Завтра увидимся.

Я поехал на капсуле в свой корпус. Там вломился в комнату и рухнул на кровать. Так и уснул. Даже не слышал, как пришла Мартина. Всю ночь проспал в одежде, только под утро снял её и продолжил спать.

Глава 10. Первый спуск

В этом спуске участвовали сразу пятеро специалистов, включая меня. Мы спустились на лифте на дно впадины и оказались в небольшом отсеке с несколькими комнатами. Тут мы готовились к выходу в открытый океан. Стефан командовал этой вылазкой.

– Джейми, Хокконсон и я пойдём в экзоскелетах. Остальные надевайте скафандры, которые оборудованы лазерными резаками. Проверьте запас кислорода в костюмах. Если хоть немного не хватает, пополните.

– А что такое лазерный резак? – я чувствовал себя младенцем среди остальных.

– Тебе должны были это рассказать, разве нет?

– Это приспособление, которым можно разрезать стальные трубы или некоторые виды пород, – Хокконсон пустился в объяснения, а Стефан продолжил.

– Лазерный резак пришёл на смену электрической пиле и сварке. У него несколько режимов. Чтобы распиливать, присоединять и режим подсветки. Если вдруг у тебя сядет или сломается фонарь, то можно подсветить резаком. С экзоскелетом работать можешь?

– Да. Думаю, справлюсь.

– У экзоскелета резак встроен в правую руку, так что поосторожнее.

– Понял. Спасибо.

– Я возьму с собой сканер для пород. Мне нужно исследовать скалу, на которую вы наткнулись, – подал голос Дан.

– Мне нужно тоже со своим пеленгатором подойти поближе к скале и записать сигнал, – Пол Бёрк тоже не остался в стороне и высказал своё пожелание.

– Хорошо. Но вначале мы протянем кабель и перенесём временный энергоблок. Хродгор на Гидрусе будет плавать над нами и следить за ситуацией. Он подсветит нам местность с помощью глубоководных прожекторов. Ладно, если все готовы, то заходите в камеру и закрывайте дверь. Пора за работу, – бодро скомандовал Стефан.

Мы зашли в специальный отсек. Стефан нажал кнопку, и стальная дверь опустилась. Потом загорелся красный свет, и в комнату начала поступать вода. Она быстро заполнила помещение, свет сменился на зелёный, и открылась дверь на другой стороне отсека. Мы вышли и оказались на дне впадины. Из-за прожекторов было достаточно светло. Эта часть впадины была видна отчётливо. Под ногами твёрдый ил, вокруг скалы. Я поднял голову вверх и не видел конца впадины, она была очень глубокой. Я надеялся увидеть мост, перекинутый через неё, но не смог: он был слишком далеко. Между скафандрами была связь и стояли камеры, чтобы в Гекатусе все могли видеть то, что видит каждый член экспедиции. Кроме этого, были выведены все жизненные показатели каждого на экран, рядом с видео.

– Все системы в норме. Связь с командным центром отличная. Начинаем продвижение вглубь, – Стефан держал всё под контролем.

– Мы видим камеры каждого из вас, – откликнулся Брайен. – Связь отличная. Жизненные датчики в норме. Судя по сердцебиению Джейми, он впечатлён.

– Да. У меня нет слов. Это первое моё погружение.

– Ничего, скоро привыкнешь, усмехнулся Хокконсон.

– Не засоряйте эфир, – услышали мы строгий голос Стефана. – Только по делу.

– Говорит старший пилот субмарины «Гидрус-1» Хродгор. Я прямо над вами, как подойдём к затемнённой зоне, включу прожекторы.

– Понял тебя, Хродгор, – ответил Стефан.

Мы продвигались достаточно медленно. Я мог разглядывать впадину со всех сторон. Было не просто передвигаться в экзоскелете, но ещё тяжелее было тем, кто был в обычных скафандрах. Если роботокостюм помогал передвигаться, то остальные пробирались сами через толщу воды.

– Мы подходим к аварийному лифту. Кабель с энергоблоком уже на месте, спасибо техникам, – вновь раздался голос Стефана.

– Я им передам. Они закончили примерно пару часов назад, – Брайен был на свяжи ежесекундно.

– На связи Рико, отдел строительства. Стефан, посмотри место для новой подстанции. Чем ближе к аварийному лифту, тем лучше, кабель придётся вести именно оттуда.

– Понял, сделаю.

Стефан взял энергоблок, я взял конец кабеля, чтобы подключить его энергоблоку, Дан остался у аварийного лифта, чтобы подавать кабель постепенно. Все остальные двинулись дальше. Спустя минут десять мы оказались в зоне, которая уже не подсвечивалась, было очень темно и даже страшно.

– Хродгор, на связь.

– Слушаю.

– Дальше темно, нам нужны прожекторы Гидруса, – попросил Стефан.

– Понял.

На субмарине включились прожекторы, которые сразу осветили всю окрестность. Стало видно, что впереди. А там лишь тёмный туннель впадины, которому нет конца. Было страшно идти туда, но очень интересно, что в конце.

– Перед нами резкое понижение. Командный центр, возьмите на заметку, что тут нужно сделать что-то вроде лестницы. Я уже вижу на радаре бурильные установки, значит, нам ещё метров 800 осталось. Спускаемся аккуратно и двигаемся дальше. Пол, устанавливай через каждые сто метров водонепроницаемые галогенные лампы и передатчики связи через каждые 200 метров. Нужно временно подсветить дорогу.

Мы спустились метров на 8 ниже. Дорога дальше пошла под наклоном вниз. Всё глубже в бездну. Видимость была отличной. Морской ил даже не вздымался от наших шагов по нему. Субмарина медленно двигалась над нами и подсвечивала путь. Пол ставил освещение и датчики связи, чтобы усиливать сигнал. Так постепенно мы приближались к место, где находились буровые машины.

– Командный центр. Мы на месте. начинаем работы, – отчитался Стефан.

– Подтверждаю, – Брайен дал ответ, а мы стали ждать распоряжений Стефана.

Впадина уходила всё дальше. Место, где шли буровые работы, было как-то выделено. Здесь было значительно шире, а пробуренная пещера уходила ещё глубже под наклоном, но не очень глубоко. Видимо, работы приостановили, чтобы исследовать породу лучше.

– Устанавливаю энергоблок. Джейми, подключи кабель к нему. Дан, на связь.

– Слушаю.

– Что у тебя там?

– Все системы в норме, постепенно подаю кабель. Проблем нет, – в голосе Дана слышалась полная уверенность.

– Хорошо. Ты нужен здесь. Как закончишь, продвигайся к нам.

– Понял.

– У нас есть минут двадцать, пока бурильные установки активизируются. Пол, ты можешь пока подключить свой пеленгатор и проверить, что с сигналом, – Стефан сыпал команды одну за другой.

– Я уже в процессе.

– Я взял образцы породы. Джейми, я положу их в твой ящик на спине экзоскелета? – обратился ко мне Хокконсон.

– Нет проблем. Странно, что нет живых существ, даже мельчайших организмов.

– Да, меня это тоже удивляет. Сканеры молчат. Мы единственные живые существа здесь. Это пугает. Нет ничего живого в радиусе пяти километров от этого места, только на поверхности впадины. Это более чем странно, такого не должно быть.

– Я бы подумал, что тут где-то взорвалась ядерная бомба ещё со времён последней войны. Но даже после ядерного взрыва хоть что-то, но выживает, тем более сколько уже времени прошло. А тут нет ничего. Посмотрите на ил. Он другой. Ил Марианской впадины состоит из остатков живых организмов и отложений на 86 %, а тут он просто как мёртвый песок.

– Я раньше не сталкивался с подобными вещами…

– Что-то странное с сигналом, – услышали мы настороженный голос Пола.

– Что там? – прозвучало от Стефана.

– Его нет. Нет никакой активности.

– Проверь оборудование, наверное, неполадки.

– Оба пеленгатора молчат.

– Проверь ещё раз, Пол.

В это время к нам добрался Дан. Он был недоволен чем-то.

– Какого чёрта вы не выходите на связь?! Я уже подумал, что что-то случилось.

– Ты о чем, – удивился Стефан, – со связью всё в порядке.

– Посмотрите на лампы, которые мы установили… – я заметил кое-что и посмотрел туда.

Мы все уставились на галогенные лампы. Они мигали то одна то другая, будто неполадки с энергоподачей. Но вот только лампы работали на батареях, сами по себе.

– Что-то непонятное. Бурильные установки готовы к использованию, – пробормотал Стефан.

В это время в командном центре Брайен не мог наладить связь, изображение с камер было сильно искажено, а связь почти нарушена как с юнитами, так и с субмариной.

– Стефан! Стефан, на связь! Вы меня слышите?! Джейми! Хокконсон! На связь! Да что за чёрт?!

– Связь нарушена. Командный центр нас не слышит. Надеюсь, что видит. Все проверьте системы. У вас все в норме?

– В норме, – начал я.

– В норме, – отчитался Хокконсон.

– Порядок, – продолжил Дан.

– Да, – завершил перекличку Пол.

– Хродгор, как слышишь? – надрывался Стефан.

– Слышу отлично. Я потерял связь с командным центром.

– Мы тоже. Ладно, продолжаем работу. Я сяду за буровую установку. Хокконсон, ты останься снаружи, остальные за мной. Пол, ты тоже останься.

Мы спустились в тоннель, который уже успели немного пробурить до нас, к тому месту, где столкнулись с очень твёрдой гранитной породой. Стефан сразу начал бурить. Я следил за процессом, а Дан сканировал породу своим сейсмо-сканером.

– У меня здесь что-то странное. Джейми, посмотри. Это не просто скала. Это, скорее, похоже на огромную камеру или ещё что-то. Стена достаточно толстая, но сканер смог пройти. Там за ней пустое помещение. Причём идеальной квадратной формы. Вся скала однородна, но помещение создано не природой. В состав его стен входит гранит и неизвестная порода, возможно, неземного происхождения. Выйдем из тоннеля, нужно отправить данные в командный центр.

– Идите. Я продолжу, – дал согласие Стефан.

Мы вышли и попытались отправить данные, в это время Пол увидел что-то на своем пеленгаторе.

– Какого черта?! Сигнал снова появился, но он очень мощный! Все показатели зашкаливают. Что же это?

– У меня тут странные показания на локаторе, – Хродгор повёл бровью. – Поднимусь повыше – проверю.

В это время в командном центре Брайен старался отладить связь с нами, но никак. А через минуту он увидел что-то странное на экране сразу всех камер в наших скафандрах. Какой-то странный образ, который появился на мгновение и исчез.

– Что за чёрт? Юниты, на связь! Прекратить все работы и срочно вернуться на Гекатус. Повторяю, прекратить работы и вернуться на Гекатус. Исида!

– Слушаю.

– Верни их обратно, живо!

– Я уже пробовала, но не могу. Если не проходит сигнал, то я бессильна. Наблюдается большая сейсмическая активность в зоне бурения. В данный момент включена одна буровая установка.

– Да что же такое происходит?!

В это время дня мы уже не знали, что делать. Внезапно погасли одновременно все фонари как на скафандрах, так и на экзоскелетах. Освещения лишилась и субмарина, и буровая установка. Осталась только связь.

– А это ещё что такое? – закатил глаза Пол.

– Нужно убираться отсюда. Что-то не так… – Дан сделал логическое умозаключение.

В это момент я увидел пузырьки, которые выходили из трещины в скале, рядом с нами.

– Юниты, подсветите себе лазерными резаками, если отключились фонари, – скомандовал Стефан.

Я понял, что это газ выходит из трещины, и стоит только включить резак, мы все погибнем…

– Не включайте резаки! Тут газ. Стефан, как слышишь? – закричал я.

– Не слышу тебя, Джейми. Повтори!

– Не включай свой…

В это время произошёл мощный взрыв внутри тоннеля. Видимо, Стефан включил резак. Нас отбросило на несколько метров, хотя мы и стояли снаружи. Вокруг всё тряслось, будто начались военные действия. Видимость пропала полностью, меня отбросило прямо ко второй бурильной установке, от удара я расшиб голову о стекло скафандра. Пола и Дана отбросило в мою сторону, они упали совсем рядом. Хокконсон был где-то около входа в тоннель. Я услышал неотчётливо, но Хродгар сказал что-то по связи…

– Юниты… На связь… Повторяю… у меня… На связь… Опасность…

– Хродгар, повтори! – попытался крикнуть Дан.

Мы встали, когда всё утихло, и попытались разглядеть что-то в темноте. Внезапно наши фонари снова заработали. Я увидел Хокконсона где-то в ста метрах от нас. Он встал на ноги и пытался с нами связаться…

– Я услышал Хродгора. Он сказал, что…

В то место, где стоял Хокконсон, упало что-то огромное, точнее, это был кусок скалы, который откололся где-то вверху в результате взрыва. Он просто медленно вошёл в ил в том месте, где стоял Хоккнонс. И опять видимость пропала. Мы с Полом и Даном сразу направились в сторону Хокконсона, но там всё было завалено осколками скалы…

– Юниты на связь! – взывал Хродгор. – Только что что-то огромное промчалось мимо меня вниз, еле увернулся. Возможно, откололся кусок скалы…

– Слишком поздно. Мы потеряли Хокконсона, – ответил я.

– Командный центр, на связь! У нас тут чрезвычайная ситуация, – торопливо говорил Пол. – Произошёл взрыв газа, возможно, наткнулись на газовый карман. Стефан погиб. Хокконсон пропал.

– Повторите. Повторите, – Брайен, видимо, никак не мог наладить связь.

– Чрезвычайная ситуация, – Дан повторял за Полом. – Два члена команды погибли в результате взрыва…

– Мы не видели, как погиб Хокконсон. Пол, просканируй своим пеленгатором, может, он где-то тут, – предложил я. – Дан, просканируй всё своим геолокатором. Я схожу в тоннель, проверю, может, Стефан жив.

– Сделаем. У тебя 10 минут, потом убираемся отсюда.

Я спустился в тоннель. Разрушений не было. Буровая установка стояла прямо там, где вёл работы Стефан. Его экзоскелет был за пультом управления, а его выжженное тело было внутри. Он, наверное, не успел ничего почувствовать. Буровая установка оплавилась почти полностью, экзоскелет тоже. А скафандр Стефана и он сам стали единым целым: они просто сплавились вместе и напоминали жуткую однородную массу. Его тело можно было распознать только по черепу, который сплавился вместе со шлемом скафандра и выглядел, словно сожженная кукла. Только перекошенная от страха или боли челюсть на оголённом черепе. Зрелище было не из приятных. Как только я убедился в том, что Стефан мёртв, я последовал наружу тоннеля…

– Ну что? – Дан тут же накинулся на меня с нетерпением.

– Лучше не видеть то, что случилось со Стефаном.

– Никаких следов Хокконсона. Он просто растворился. Даже тела нет, – доложил Пол.

– Будто он просто исчез, – добавил Дан. – Сканер не показывает ничего, ни мой, ни Пола.

– Нам нужно возвращаться. У меня повреждён кислородный баллон. Давайте поставим тут оставшиеся галогенные лампы. Вдруг Хокконсон найдётся, – слабая надежда ещё теплилась во мне.

– Я поставил пару камер, чтобы следить за местом. Если вдруг увидим Хокконсона, то сможем отправить сюда людей, – Пол быстро сориентировался даже без моих указаний.

– Хорошо. Я установил переносную связь. Она будет работать в течении трёх дней. Может он свяжется с нами, – Дан не остался без дела и внёс свой вклад.

– Хорошо. Ладно, уходим, подытожил я. – Хродгор, на связь!

– Ну наконец-то, что там у вас?

– Стефан погиб. Хокконсон пропал.

– Вот чёрт. Какие указания будут? – Хродгор понял, что командование автоматические перешло ко мне.

– Никаких, возвращайся на Гекатус. Мы скоро будем.

– Понял. Выполняю.

Мы втроём медленно добрались до аварийного лифта и поднялись наверх. Никто из нас не ожидал такого поворота. Мы и не думали, что так всё произойдёт. Но больше всего нас пугали странные обстоятельства, которые предшествовали случившемуся. Обрыв связи, погасшие фонари, странное поведение сигнала, мерцающие лампы. Все эти обстоятельства показались мне крайне необычными перед такой трагедией. И что стало с Хокконсоном? Где он теперь? Если умер, то почему его тело не удалось обнаружить, если жив, то почему его не обнаружили. Он просто пропал. Самое плохое, что после всего этого нам предстоит ещё долгое разбирательство. Причём при всех. Хотя, возможно, мы сможем выяснить, что же там действительно произошло. Может, сможем найти Хокконсона…

Глава 11. Отчёт экспедиции

Только мы успели снять с себя скафандры, как нас вызвали в зал совещаний. У меня из головы ещё не ушло изуродованное тело Стефана, как я уже сидел за столом и от меня требовали объяснений. На голографический экран вывели записи наших камер в скафандрах и жизненные показатели. Камера на скафандре Стефана уцелела, что странно. Камера на скафандре Хокконсона была вся в помехах, ничего не было видно…

– Что там произошло? Мне кто-нибудь из вас может сказать? – начал Брайен.

– Мы прибыли на место, где уже был разбурен не особо глубокий тоннель. Метров 600 глубиной. Последний раз Стефан связывался с вами перед тем, как начал буровые работы. Вы должны были видеть по камерам всё, что там происходило, – я надеялся, что Брайен прояснит ситуацию, но ошибся.

– Мы потеряли связь с вами ещё тогда, когда вы только подошли к тоннелю.

– А кто тогда связывался с нами и подтверждал все наши действия? – искренне удивился Дан.

– Кто отдал мне приказ подняться выше и не подсвечивать юнитам? – та же эмоция возникла и у Хродгора.

– Я потерял с вами сигнал, как только вы оказались около входа в тоннель, – повторил Брайен. – Я прослушивал записи разговоров, там звучит мой голос и голос Исиды, но я не связывался с вами, а Исида стоит на перезагрузке данных целый день. Она закончит только через пару часов.

– Что за дерьмо происходит?! Кто-то может объяснить мне это? – воскликнул Пол, а Дан пока пытался сохранять спокойствие, чтобы выяснить всё до конца.

– Вы проверяли источник сигнала, который поступал вам от нас?

– Да. От вас нам поступала вся информация. Но мы не могли вам ничего отсылать. Связь просто умерла на время. Это легко можно отследить из данных, которые посылает главная антенна. Вы там были одни. Сигнал антенны перестал связывать вас с нами на несколько часов. Мой голос, который звучит по рации, это не я.…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.