Андрей Важенин
Такой, какой я есть +

Вступление

Уважаемые читатели, дорогие друзья, я очень долго сомневался, стоит ли браться за этот опус, за продолжение книги, которая вышла 2 года назад. Но, вы знаете, я был очень тронут и поощрен тем вниманием, которая вызвала первая часть этой книги. Наверно, были люди, которые с неприятием и с осуждением прочитали ее. Но это тоже нормально, то есть книга как разговор, беседа должна вызывать разные эмоции у разных людей. Наверно, кого-то я хотел зацепить сознательно, но для большинства – это был искренний, открытый разговор. Я думаю, что он в какой-то степени удался.

Это побудило меня продолжить свой литературный опыт. Это не второй том, это не нечто новое, это как с друзьями беседуешь, продолжение беседы, которая была остановлена и начата в следующий день, через неделю, через полгода, через год – знаете, как с друзьями есть незакрытые темы, которые могут возобновляться на любом этапе.

Буду признателен, если вы потратите какое-то количество своего времени на знакомство с этим опусом. Спасибо за внимание. Надеюсь не быть скучным. Эта книга так же писалась в самолетах, в отелях, на пляже, в выходные, и вообще – такой подход мне понравился, он оказался достаточно интересным и плодотворным, и, самое главное, он не позволяет надувать щеки от величия и размахиваться на большие, эпические сочинения. Крупным российским писатилем себя не ощущаю…..

Понятно, так же как и в первой книге, здесь не будет сколько-нибудь глубоких откровений о самых близких людях, ну и, в конце концов, у каждого из нас в душе есть комнаты, уголки, куда мы не пускаем никого, да и сами не очень любим туда ходить. Поэтому извините.

Спасибо читателям и друзьям.

Никогда никому

Есть известный сюжет детективной литературы, когда преподаватель в неком специальном учебном заведении предлагает курсантам на листе бумаги четко и логично изложить по приоритетам свои самые сокровенные цели. После того как задание выполнено, преподаватель говорит: «А теперь плотно сверните, разорвите свои записи на мелкие кусочки и никогда ни перед кем не раскрывайте своих стратегических целей».

Очень важный урок, очень важное правило, но частично, может, относится и к этой книжке, уж извините.

По –моему это интересно

Оказывается, изображение великих людей на конях, на лошадях имеет свои очень строгие канонические правила.

Если всадник изображен в скульптуре на коне рядом с морем, значит, умер за границей.

Если конь всадника стоит на двух ногах (как правило, видимо, на задних), то всадник погиб в бою;

Если на четырех – значит, дома;

Если на трех, одна нога подогнута, значит, неизвестно – от чего.

И только Ельцин – на танке …….

Вот так. Все непросто.

_

Курган и его герои

Это не очень большой провинциальный город на границе Урала и Сибири, наши ближайшие соседи, город с интересной историей, с которой у меня связано достаточно много интересных моментов.

Парадоксы нашей истории, нашего мировосприятия: с одной стороны, это город, где работал академик Илизаров, человек, открывший целую эпоху в травматологии, в лечении костных повреждений, революцию в изменении длины конечностей, конструктивной ортопедии, великий ученый, великий боец, который создал школу, где расположен этот Центр имени Илизарова, который жив и, к счастью, успешно выживает. В этом Центре работает очень близкий мне человек – профессор Анна Майоровна Аранович, которую я знал, с которой мы познакомились еще во времена комсомольской юности, когда она была секретарем Курганского обкома комсомола. Проводилось много научных конференций молодых специалистов.

И я помню одну из хохм той эпохи, когда мы приезжали в начале-середине 1980-х годов, и был всеобщий дефицит, нехватка мяса, а в Кургане магазины были завалены говяжьими и свиными ногами и хвостами. Понятно, что работал большой мясокомбинат, готовилась тушенка для всей советской армии и, так сказать, запасы на критический период. И на вопрос к местным ребятам «Ребят, вот ног столько, а где сами свиньи и коровы?» они отвечали: «Ты знаешь, это институт Илизарова включился в продовольственную программу: они ноги удлиняют и обрезают, удлиняют и обрезают».

С другой стороны совсем – здесь же, напротив Центра Илизарова, как данность времени, был расположен центральный гастроном со специальным отделом для иностранных больных, где по талонам можно было купить растворимый кофе, хорошую колбасу, мясо. Тоже интересный знак времени.

И, наконец,, Курган в других слоях населения известен как родина Солоника, самого крупного, известного киллера эпохи 1990-х годов. Город, который рождает различные таланты. Уж что есть, то есть. Такова наша российская реальность.

Дюма ? Белинский !

Белинский, оказывается, был переводчиком на русский язык Дюма-старшего.

Самовар Демидовых

Я с большим интересом и удивлением узнал, что, оказывается, самовар – это не некое русское народное изобретение неизвестного автора, как мы считаем в отношении многих вещей нашего быта и обихода, а имеет вполне конкретного изобретателя и вполне конкретную цель.

Самовар был изобретен мастеровыми Демидовых по заказу Демидовых, по заказу армии, как источник тепла, кипятка, требующий минимум дров (а в дело могли идти и щепки, и кора, и еловые шишки) и, самое главное, который не светит в темноте. Вот такой военно-полевой аппарат для получения тепла и кипятка без засветки места расположения. Просто, гениально, что подтверждается тем, насколько самовар вошел в быт русского человека.

Но, наверно, в общее пользование он вошел, как и многие армейские предметы, поскольку всегда армейским имуществом приторговывали, его копировали, воровали, так же, как в свое время вышло и с картошкой.

Декабристы и сельское хозяйство

Мы все, наверное, воспитаны со школы с преклонением перед подвигом декабристов, гражданским, духовным подвигом, хотя весьма спорны их политические взгляды, чего они на самом деле хотели и что получилось.

Но тем не менее духовное богатство этих людей не вызывает сомнения, и гражданский подвиг после осуждения их и их семей тоже не девальвирован временем.

Однако, будучи в Сибири, я узнал очень интересный факт, который, пожалуй, если не перевешивает, то, может, идет вровень с их политическими новациями, которые они внесли в жизнь страны. Именно декабристы привезли в Сибирь картошку, и это резко изменило, резко перевернуло как диету, так и продовольственную крепость сибирских губерний. Без картошки жизнь там была достаточно трудная, проблематичная и часто голодная. Именно появление картошки позволило Сибири стать одной из главных российских житниц, создать условия для развития животноводства, в том числе и развития сельского хозяйства. Пшеница, рожь, которые раньше почти целиком уходили на пропитание, – картошка нарушила этот баланс.

Таким образом, бытовые моменты несут за собой очень мощные экономические посылы. Поэтому спасибо и поклон декабристам еще и за картошку в Сибири.

Челомей, Янгель, Глушко, Королев …..

В истории Советского Союза, в истории космонавтики, наверное, драмы отношений этих четырех людей, которые, к сожалению, так и не стали единым квартетом, сыграли большую роль в развитии нашей страны. Наверное, здесь и успехи, которых на первом этапе достигла наша космонавтика, – полет Гагарина, полет первого спутника, и провал лунной эпопеи, последующие неудачи. Государство не смогло собрать этот великолепный квартет в один ансамбль – четыре гениальных человека работали каждый сам по себе, каждый сам по себе был гениальным и интересным.

Фантастические разработки Челомея в плане орбитального самолета, космических станций. Мы помним, что «Союз» и «Алмаз» – это две совершенно разные машины, из двух разных КБ. «Алмаз», правда, летал под именем «Салюта», но это другая машина. Двигатели Глушко, ракеты Янгеля, ракеты Королева, чудесный прорыв Королева с ракетой Р-7 и блок на крылатую ракету, фактически «Космоплан», «Буря», которая, может, была бы более перспективна, чем королёвская «семерка», но выигрыш темпа сыграл в пользу Королёва. Королёв, который только после смерти, к сожалению, получил всемирную известность, и Челомей, и Янгель и Глушко, которые известность получили уже через многие годы после их ухода из жизни, но оставив не меньший задел.

Это драма, наверное, достойная Шекспира, Островского. Нет, наверно, все-таки Шекспира. Драма талантов, драма страны, драма государства в этих четырех гениальных людях. Я советую, если где-то в литературе встретится, обращайте внимание на фамилии, на то, что эти люди сделали. Трое из них работали в Москве, причем в разных ее концах, на разных окраинах, и один работал на Украине, в Днепропетровске.

Такая вот история. И единственный, который как бы находился в стороне, это академик Макеев, который уехал на Урал и как бы вышел из этих конфликтов, заняв полностью свою нишу создания ракеты подводного базирования, и прожил очень короткую, но яркую и счастливую жизнь на Урале. И я думаю, что условия, выбранные для размещения КБ в небольшом уральском городке, без соблазнов, без условий для ухода специалистов из отрасли, сохранили этот уникальный научный коллектив в целости, коллектив, который трудится до сих пор.

В этом плане по предвиденью, по стратегическому развитию, наверное, Макеева можно поставить очень высоко, хотя не по чину нам пытаться расставлять таких людей, такие глыбы по какой-то иерархии. Это великие люди, гордость нашей страны, гордость нашего народа.

Сталбер

Во время поездки в Грузию познакомился с человеком – это гид по имени Сталбер, что расшифровывается как Сталин-Берия. Это будет покруче, чем Владлены, Вилены, Октябрины и всякие прочие Тракторины. Сталбер – это серьезно.

73-37

Эта пара цифр – можно так, можно так – интересна сама по себе.

Во-первых, зеркальное отражение одного и другого.

Во-вторых, это два последующих натуральных числа: после 37 следующее – это 73.

Два соседних, полностью зеркально отраженные. Вообще, в нумерологии есть много таинственного, казуистичного и замечательного.

Запомните: 37 – 73, 73 – 37.

Два соседних натуральных числа, которые ни на что, кроме себя, не делятся.

Мои домашние животные

Как-то мало касались мы этой темы. У нас у всех были домашние животные, на мою жизнь и формирование тоже животные оказали существенное влияние. Много с этим связано эмоций, восприятия и сделано фотографий.

Наверное, самый большой след – это кошка Муся, беспородная, ни сибирская, ни какая, просто трехцветная, полосатая, серая кошка, что называется, из таких – из простецких, с которой мы жили со второго класса и до окончания института. После этого еще года три, я от родителей съехал, и она жила уже как бы сама в доме.

Очень была своеобразная дама, сложившаяся «старая дева», с очень скверным характером, но меня признавала, любила и рьяно охраняла. Спали мы на диване, она всегда ложилась рядом поперек, чтобы никто не мог ни подсесть, ни подойти; и свою территорию от меня тоже охраняла очень рьяно, то есть стоило ночью попытаться подвинуться – следовала оплеуха лапой, правда, без когтей, но достаточно строго: «Знай свое место».

Потом, когда я женился, естественно, возникла конкуренция между женой и Мусей. Муся нещадно драла жену, ловя ее утром в коридоре по походу на кухню, из засад, по-всякому, то есть это была такая женская война не на жизнь, а на смерть. А потом (она уже была «девушка» пожилая, когда я переехал и стал жить самостоятельно) у нее развился рак молочной железы – кто его знает, то ли от возраста, то ли от стресса, и в достаточно преклонном возрасте она ушла из жизни, но оставила, конечно, след существа такого независимого, самостоятельного и весьма требовательного. Должен сказать, что в жизни это пригодилось.

Второе животное – это пес, который жил у моей дочери Дарьи, по имени Кузя, китайский хохлатый, такой продукт цивилизации, продукт селекции, совершенно в дикой природе не жизнеспособный, такое голое, голенастое создание. Но поскольку он жил в квартире, в доме с двумя девочками, и он был мальчик и я тоже был мальчик, то он ко мне испытывал самые теплые чувства.

Он был голенастым сборищем самых разных проблем, которые только могли быть, – и детские болезни, и мелкие травмы. Была и очень тяжелая травма – это вообще была фантасмагорическая ситуация, когда во время отдыха на него кинулась как пушечное ядро, как бестия – кошка, у которой вроде бы, по рассказам соседей, некоторое время назад собака убила выводок котят. Вцепилась в правую переднюю ногу, в бедро, оставила громадные раны, и на фоне этих ран у Кузи развилась газовая гангрена. Спасибо нашим ветеринарам, пришлось проводить несколько операций по лечению газовой гангрены, нам с Дарьей – вспомнить все свои навыки, знания из хирургии. Потом дело кончилось кожной пластикой. В общем, Кузеньке досталось.

И когда я приходил в гости, Кузя кидался ко мне сломя голову, это была такая летящая торпеда, и начинал жаловаться, чем девочки его обидели, как они его не понимают. Вот такое жизнерадостное существо. К сожалению, жизнь его завершилась тоже достаточно рано – Кузя умудрился во дворе попасть под машину, нажить перелом костей таза, расстройство тазовых органов, с восходящими инфекциями, и на этой грустной ноте из жизни он ушел. Но никогда не забуду ту радость, с какой этот мальчик встречал меня и излагал все события своей жизни.

Домашние животные вносят большой вклад, большой след в наши жизни. Спасибо, что они были. Но, заводя домашнее животное, нужно всегда думать, как говорил Экзюпери: «Мы ответственны за тех, кого мы приручаем, это отнюдь не игрушки».

364

364 – это не просто число, это количество зернышек в гранате и количество глав в Торе.

Заветы КГБ

Есть у меня друг, товарищ, один из легендарных ветеранов Челябинского управления Федеральной службы безопасности, а вообще-то – КГБ, от которого я услышал, и остались в памяти, несколько чекистских заветов.

«КГБ ничего не забывает – ни хорошего, ни плохого».

«КГБ строем не ходит и честь не отдает».

«Главная ценность – это записная книжка».

Всё.

Эти принципы, эти заветы многое объясняют и не нуждаются в комментариях.

Однокашники

Оказывается, в городе Санкт-Петербург до революции в одной гимназии учились молодые люди по фамилии Ахматова, Молотов и Риббентроп. Причем Молотов и Риббентроп, юноши, очень увлекались юной Анной Ахматовой, но это было все в молодости. Потом судьбы их развели.

Молотов и Риббентроп встречались по работе, о существовании и творчестве Ахматовой они наверняка знали, но многие корни, наверно, в характере и работе произрастали из этой петербуржской гимназии и старого школьного знакомства.

ФЭД

Все мы знаем Феликса Эдмундовича Дзержинского как Железного Феликса, но одна из легенд трактует такую вещь: что этот псевдоним появился не из-за сильного характера первого председателя ВЧК, а из ситуации где-то трагичной, где-то комичной. Когда совершалось покушение на Дзержинского, и эсер, затесавшийся в ряды чекистов, в кабинет бросил бомбу, гранату, Феликс Эдмундович спасся только тем, что успел заскочить внутрь большого сейфа, который был у него в кабинете. Отсюда и пошло название «Железный Феликс».

Не ручаюсь за правдивость этой истории, но она мне кажется достаточно интересной и нисколько достоинство этого великого человека не умаляет.

Современный Жюль Верн

Я неоднократно обращался к проблеме научной фантастики и мироописания. Не могу не остановиться на этой теме, которая меня очень волнует, еще раз.

Давайте вспомним наше детство, подростковый период, когда мы зачитывались книгами Жюля Верна, Фенимора Купера и еще целого ряда талантливых писателей и ученых. Что интересно: везде присутствовала оптимистичная вера в разум человека, в прогресс, в цельность и самоцельность науки. Светлейшим образом является Сайрус Смит, инженер. Мне кажется, что выше и глубже никто не писал образ инженера, преобразователя мира, который своими знаниями, талантами делает из ничего цивилизованное общество.

И что мы видим в фантастических книгах сейчас? Это не развитие человечества, не восхождение, а утилитарное абстрактное использование научных достижений – какие-то краулеры, черные дыры, и, в общем, для решения очень утилитарных, не интересных по сути проблем.

В этом плане совершенно ярко выглядит книга и фильм «Марсианин», где, абсолютно понятно, на сегодняшнем технологическом уровне показана героическая борьба за выживание космонавта. Все понятно, современно, никаких чудес, и эта книга является стимулом для нас для всех и для молодежи к познанию, к стремлению в Космос, на тот же самый Марс, к открытию новых горизонтов, и показывает, что на современном уровне технологий можно очень многого достичь без выдуманных чудес, но нужно быть грамотным, умным, сильным и постоянно учиться. Очень советую прочитать эту книжку или, как минимум, посмотреть фильм.

Кстати, у этого писателя вышла еще одна свежая книга – уже про функционирование лунного города. Надо будет обязательно прочитать. Судя по тому, что пишут о ней, она основана тоже на реальном описании, реальных технологиях сегодняшнего дня, которые завтра могут быть реализованы.

Очень было бы здорово, если бы этот мостик от Жюля Верна к современности был переброшен через пропасть провала 1990-х годов.

Академические истории

Российская академия наук. Достаточно много есть легенд, историй, под которыми, я думаю, что лежат некие правдивые истории. Очень интересна история дискуссии Блохина Николая Николаевича и академика Лысенко, тоже очень известного человека, внесшего большой, часто неоднозначный вклад, но гигантский в развитие отечественной науки.

Так, когда Лысенко доказывал то, что под воздействием внешней среды может меняться генетика, это известные вещи с пшеницей, яровизацией, он говорил, что если собакам регулярно обрубать хвосты, то в каком-то поколении появятся собаки бесхвостые. На что тут же блестяще возразил академик Блохин, вскочил с места и сказал: «Извините, сколько тысяч лет с сотворения человека девушек дефлорируют, а они до сих пор рождаются девственницами». Этот аргумент не был побит никем.

Если вернуться, так сказать, к проблеме академика Лысенко, очень неоднозначной фигуры, хочется обратить внимание на такие моменты, что при всей одиозности персонажа ген все-таки оказался делим, и за это ученые уже нашей эпохи получили Нобелевские премии. И тут он выиграл у морганистов-вейсманистов. И нельзя забыть факт, который тщательно пытаются забыть, что именно его инициатива по введению соответствующих существенных надбавок за ученые степени в начале 1930-х годов создала материальную предпосылку для феномена рождения новой советской научной школы, и откуда, собственно говоря, выросли и плеяды Королёвых, Туполевых и целой колоссальной научной школы, которые сделали Советский Союз одной из величайших научно-технических держав.

Давайте будем помнить о великих людях и воспринимать их во всей многогранности, какими они были, а не в виде лубочных изображений. И хочется еще отметить, что любимый, известный многим великий фантаст Александр Беляев, по сути, был очень талантливым и активным пропагандистом Лысенко, он был лысенковец. Ведь «Звезда КЭЦ» – это ничто иное, как гимн учению Лысенко. Вспомните, как под воздействием космических лучей на орбитальной станции в течение короткого времени изменялись свойства живых организмов – растений, животных, в том числе и людей.

Мир многогранен, будем об этом помнить.

«В темноте»

Есть в Москве ресторан с этим названием, куда меня некоторое время назад пригласили молодые коллеги. Очень интересное заведение, но не с точки зрения гастрономии – еда там, в общем, неинтересная и, в принципе, банальная и никакая – ни по разнообразию, ни по качеству изготовления. Фишка совершенно в другом.

После прихода туда тебя сначала выдерживают некоторое время в таком полумраке холла, потом отбирают все светящиеся предметы или предметы, которые могут испускать свет, как-то: часы, калькуляторы, естественно, телефоны. И заводят в зал ресторана, расположенный в подвале без единого окошка, отделенный от остальной части тремя слоями толстого войлока или сукна, и проводят тебя и дальше обслуживают официанты слепые от рождения. Ты оказываешься в полном смысле в абсолютной темноте, где ни одного кванта, ни одного фотона света нет в принципе.

Тут же теряется ощущение пространства – неясно, большой зал, маленький зал, то есть ты заходишь туда, держась за плечо официанта, за твое плечо держится кто-то из твоих друзей и так далее, цепочкой до 6 человек. Ты усаживаешься за стол, ты чувствуешь соседа справа, слева, ты слышишь, что впереди тебя кто-то в этом зале напротив тебя за столом сидит, есть еще люди, но далеко ли, близко ли они, это уже не воспринимается.

Перед этим предварительно ты выбираешь меню, то, что будешь заказывать, это либо вегетарианское, либо рыбное, либо мясное, либо смешанное по цвету, без детализации. И начинается ощущение, когда приносят салат, и ты понимаешь, что ты не совсем, мягко говоря, понимаешь, что же тебе принесли и что же ты ешь. То есть ты понимаешь, что это трава, овощи, но какие – определить очень сложно. Ты понимаешь, что тебе принесли какую-то рыбу, но какую рыбу – ты понять не можешь. И так далее.

Надо сказать, что звук вилок вскоре приостанавливается, люди начинают, поскольку ничего ж не видно ведь, пальцами накладывать еду, вилки – потом это уходит. Благо, салфеток достаточно. И абсолютно ошарашенные, уставшие выходим на улицу. Но при этом разговорились с девочкой, которая была нашим официантом. На вопрос «Как же вот так?» она говорит «Ну а как? Я 24 года так живу. Привычно». Официанты в этой полной темноте (для них это привычная обстановка жизненная, это ужасно) ориентируются как рыба в воде, они чувствуют зал, они чувствуют пространство, они подносят блюда, ты же – полностью парализован.

На выходе показывают картинки, фотографии тех блюд, которые тебе приносили – все банально, все знакомо. И приходит понимание, что, вообще, зрение, наверно, это не 40, не 50, не 60 процентов информации, а значительно больше. И когда это важное чувство, важный орган чувств выходит из потребления, то информационная картина мира становится не просто ущербной, она становится абсолютно другой и абсолютно неполноценной.

Мне кажется, это очень важное заведение. Только так можно почувствовать полноценность, счастье, оттого что у тебя есть зрение, и вообще почувствовать радость бытия. Будучи в Москве, надо потратить время, потратить вечер и обязательно сходить.

Очень поучительное место, очень поучительное заведение.

Как они это понимают?

Среди летних забот и проблем на даче периодически появляется такая: заводятся муравьи, которые, естественно, мешают жить, выращивать овощи, и мы занимаемся бытовыми вещами – выведением муравьев. Я когда-то был занят этим не самым благостным делом, купил в магазине соответствующие препараты, выдавил их на муравейник. Активные жизнерадостные муравьи кинулись на эту сладость. На следующий день муравейник был мертв, пуст, не бегали эти насекомые, но хозяйственная задача была, увы, выполнена.

А что же об этом думали или чувствовали муравьи? Это же все равно не биороботы, что бы ни говорили. Что это для них? Таинственная болезнь, чума, божий гнев, гибель цивилизации? Мы почему-то об этом не задумываемся, но ведь и мы можем оказаться в таком же положении, когда помешаем кому-то жить. Это не только об инопланетянах, а о наших соседях по планете, о наших соседях по проживанию в соседних странах, государствах, тем более нечто подобное в конце 1930-х – 1940-х годах в истории человечества уже было.

Темная материя

Наверное, многие слышали этот термин, но не все читали, не все знают, о чем идет речь. Оказывается, видимая часть материального мира составляет всего, вдумайтесь, около 4% от всей массы Вселенной, все остальное – это таинственная темная материя, темная энергия, которая существует, но которую мы не ощущаем. То есть львиная доля окружающего мира оказывается недоступна для наших самых технически развитых средств исследования и живет по совершенно непонятным для нас законам.

Представьте себе, наша видимая Вселенная, которую мы считаем бесконечной или, по крайней мере, труднопредставимо громадной по расстояниям, объемам и массе – это всего около 4% от всей реальной Вселенной. И этот факт абсолютно убедительно и точно подтвержден. И мы должны в своем представлении о мире, миропостроении представлять себе место мира, в котором живем, и где-то свое место тоже, а ту мысль о том, что человек – венец творения, наверное, нужно оставить.

То есть вполне представима ситуация, что наша Вселенная – это некая горошина внутри воздушного шарика, которым играют троечники на школьной перемене. Мы чувствуем толчки, чувствуем какие-то звуки, но ни видеть, ни понимать того, что происходит, мы не можем.

Так что вот что такое темная материя. И неизвестно, удастся ли нам познать хотя бы близко, что это такое, и хотя бы близко представить тот Мир во всем его величии и многообразии, ту Вселенную, которая когда-то кем-то, а может быть, и для чего-то сотворена. Вот так.

Герои ранних Стругацких

Одни из любимых моих писателей – это Стругацкие, причем в ранней фазе, когда писались книги «Путь на Амальтею», «Планета бурь», из этой светлой серии. Это было светло, это было оптимистично. Там были молодые, классные, образованные герои. Наверно, их можно назвать сейчас шестидесятниками, но не в плане диссидентства, а в плане веры в научно-технический прогресс, образованности. Тот же самый «Понедельник начинается в субботу», НИИЧАВО.

Это не поздние Стругацкие (например, «Жук в муравейнике») – достаточно мрачные вещи разочаровавшихся в жизни людей. А та фантастика – будила фантазию, будила интерес к жизни, желание что-то сделать, чего-то достичь. И я, вообще, сторонник, любитель именно такого направления. И хотелось бы, конечно, видеть фильмы, спектакли, сделанные на эту тему. А тогда – нам всем хотелось быть очень похожими на этих героев и пережить что-то подобное.

Генерал Ватутин и хирург Шамов

Ватутина мы знаем все, практически все, кто интересуется историей. Это герой Великой Отечественной войны. А хирурга Шамова едва ли кто-то знает. Но история такова – нас учат этому всех в институте, что нужно грамотно, качественно писать историю болезни и грамотно и качественно оформлять медицинскую документацию. В этом не только залог успешного лечения пациента, но и, в известной степени, залог безопасности врача.

Так вот, когда генерал Ватутин был тяжело ранен и проходил лечение в Москве (кстати, лежал он не в госпитале, большой генерал, а у себя на даче), лечение проходило очень тяжело, с осложнениями. Возникла угроза гангрены. И Верховный главнокомандующий, удивленный, возмущенный таким длительным отсутствием генерала на фронте и угрозой его жизни, усомнился в правильности лечения. И именно грамотно заполненная, аргументированная история болезни спасла хирурга Шамова, я думаю, от очень жестокого наказания и, в общем, сохранила его для лечения последующих пациентов. Но нужно помнить, что, к сожалению, буквально через несколько лет этот негативизм к медикам превратился в зарождение дела врачей. Я думаю, риск Шамова был достаточно высок.

Поэтому, уважаемые доктора, особенно молодые, внимательно пишите истории болезни, читайте, что вы пишете. Кто его знает – вдруг перед вами генерал, а дело будет рассматривать Верховный главнокомандующий.

Что такое лженаука?

Тема очень интересная, которая меня увлекает последние годы все больше и больше. Можно ответить академически, что это некий паразитический способ использования чужих знаний, чужого авторитета, в итоге все равно лежит корысть, либо денежная, либо идейная, использование чужого авторитета, чужого веса в обществе. Но мир меняется, меняется, в том числе, и понятие лженауки. И зависит от того, кто дает эту оценку.

Смотрите, такие примеры, допустим. Вспомните, как в 1950-е годы кибернетика и генетика считались лженауками, прислужницами буржуазии, и чего эта стратегическая ошибка стоила нашей стране – отставания, которое мы до сих пор преодолеть не можем, по целому ряду важнейших и совершенно необходимых знаний. С другой стороны, тот же самый марксизм-ленинизм, который на уровне Маркса, на уровне, наверное, учения о революции был, безусловно, наукой, который позволял вскрывать очень серьезные и глубинные процессы экономического и политического развития и, более того, на определенном этапе – даже управлять политическим развитием. Но к тем же 1950-м, 1960-м, 1980 годам это выродилось в полную схоластику и иного названия, как лженаука, в общем-то, нести не могло. И мы все, кому приходилось, так сказать, жить в обществе, играть в эти игры, делали вид, что мы это считаем наукой.

Наверное, так же можно переоценить роль астрологии, которая, скажем, на заре современной цивилизации, в период первичного накопления знаний была, наверное, наукой – собирались факты, сопоставлялись данные об орбитах планет, о цикличности движения планет, созвездий на небе, это перекладывалось на различные прикладные задачи. Но сейчас это один из видов рекламы, один из видов зарабатывания денег.

Я думаю, что в такой краткой заметке понятие лженауки раскрыть невозможно, да я и не пытался, собственно говоря, но подумать о многогранности этой проблемы и аккуратности работы с подобными терминами, наверное, можно.

Я думаю, что к теме лженауки и лжезнаний мы еще вернемся.

Наши национальные черты

Увлекаясь историей, прочитывая достаточно много литературы на эту тему, невольно приходишь к выводу, что наша российская, славянская цивилизация, наверное, чаще многих других меняла принципы, меняла кумиров, причем, как правило, это заканчивалось свержением, уничтожением кумиров вчерашних и триумфальным воцарением новых, которых так же успешно и бурно свергали.

Давайте вспомним сбрасывание при князе Владимире Перуна и других «ребят» из этой компании в Днепр, хотя до этого несколько веков успешно им поклонялись. Потом были многочисленные изменения веры как русскими князьями, так и наследниками Золотой Орды. Ну и события последних лет, когда мы видели, как правомерные ортодоксальные коммунисты и один из главных из них из города Екатеринбург в течение короткого времени становились ярыми, убежденными до мозга костей демократами. Когда один видный экономист из Санкт-Петербурга очень быстро стал отъявленным рыночником, с чем и вошел в историю.

Кто его знает, может, это не беспринципность и не недостаточная культура, а просто национальная черта. Но на это, наверное, можно многое списать. Но давайте подумаем, так ли это на самом деле.

Люди, которыйеменя интересуют

Есть исторические персонажи, которые мне кажутся очень интересными, даже феноминальными личностями. Хочется узнавать о них все больше, глубже, пытаться понять

Это

Иисус Хрсистос

Фидель Кастро

Лаврентий Берия

Ким Филби

Николай Тесла

Жюль Верн

Иван 1У – Грозный

Хроника жизни

Безусловно, эта часть книжки навеяна великолепными историческими хрониками Николая Сванидзе и юмористическими, глубокими выпусками «Намедни» Леонида Парфенова . И, конечно, этот раздел не может конкурировать по глубине, по широте охвата со специальными профессиональными историческими исследованиями, но я думаю, что может быть интересен читателю как хронология воспоминаний, представлений, восприятия окружающих событий, ну и в зависимости от возраста и ситуации.

1957 год. Я еще не родился, но я уже есть

В этот год произошел ряд событий, которые в последующем оказали существенное влияние на мою судьбу, на мои интересы, поэтому мне бы хотелось начать именно с них.

29 сентября 1957 года произошла авария на химкомбинате «Маяк», и как раз в это время мои родители были в гостях у моих прадедов и были свидетелями начала эвакуационных работ на территории, эвакуации населения, уничтожения зараженных товаров на рынке. В последующем, как вы знаете, тема «Маяка», тема ядерной медицины, тема последствий аварии на «Маяке» заняла существенное место в моей профессиональной деятельности.

А 4 октября, буквально через несколько дней после этого события, в Советском Союзе был осуществлен запуск первого в мире искусственного спутника, который также вызвал колоссальный, неподдельный интерес к космической тематике, к сожалению, не реализованный в практической работе на протяжении всей жизни.

1960 год

Первые внятные воспоминания относятся именно к этому году. Пожалуй, даже одно воспоминание – это полет Германа Степановича Титова в Космос. Наверное, потому, что столь эмоциональные радиопередачи и обсуждения взрослых не могли пройти мимо внимания ребенка. Я очень хорошо, правда, отрывочно, это помню – это было лето, это были какие-то картинки из садовой жизни, но самое главное – громкоговоритель на кухне, работающий на большую мощность и сообщающий о том, что советский человек в Космосе.

1961 год

Воспоминанием, которое я вынес из этого года, явилась поездка в город Юрюзань, родители тогда там работали после института некоторое время врачами. В памяти остался дом, громадная площадь, за которой располагался один из больничных корпусов юрюзанской больницы, около забора – злобная коза, которая прямо из рук у меня съела слойку – была такая булочка, посыпанная сахарной пудрой, страшно вкусная. За какие-то заслуги или, может, просто из родительской любви слойка была куплена мне, я на короткое время каким-то образом оказался на улице, коза подошла и прямо из рук съела у меня это лакомство. Я очень горько плакал, такая была обида, но я, городской мальчик, на это страшное животное ни замахнуться, ни прикрикнуть, ни убежать даже от него – не мог.

Очень запомнилась громадная река Юрюзань, мост через нее, буфет на ЮГРЭС. Маленькая элестростанция, Юрюзанская ГРЭС, и буфет, где столики были застелены белыми крахмальными скатертями (сейчас такое представить себе невозможно), где продавалась удивительная, вкусная, потрясающая газированная вода, которую я и буфетчица называли почему-то «шампанское», а я имел такое название – балясник, это что-то на таком уральском наречии, значит – болтун, балабол, но, наверное, в этом большая доля истины есть. Это «шампанское» имело ярко-красный цвет и к моему большому огорчению и смеху буфетчицы – оставляло на скатерти такие же ярко-красные цвета.

Надо сказать, что, когда я в 1979 году оказался в Юрюзани на врачебной практике, как это бывает, все оказалось совсем не так: площадь между жилых домов для медиков и роддомом совсем маленькая, с лужей посередине; от забора не осталось следа; речка Юрюзань в этом месте не гигантская, мостик маленький и узкий, а буфет рядом с ЮГРЭС ну уж очень затрапезный и крохотный, и там действительно два столика, но, увы, это не тот «дворец» с белыми скатертями и ужасно вкусным красным «шампанским», которые остались у меня в памяти.

1962 год

Как это ни странно, но в памяти маленького мальчика 1962 год отпечатался как год XXII съезда КПСС, уж очень много было телепередач, тогда уже появился телевизор. Я не помню точно дату, но родители вернулись из Юрюзани и привезли трехколесный велосипед для меня, изумительно красивый, ярко-красного цвета, с белыми шинами. А вскоре мы с папой съездили в «Детский мир», который был расположен в районе нынешних 14-этажных домов на проспекте Ленина, напротив нового универсама, и купили светло-шоколадного цвета педальную машину.

Но, надо сказать, это такие были редкости и такие необычности, что попользоваться ими во дворе в полную радость мне не удалось. Когда мы выходили во двор, это вызывало жуткий ажиотаж среди дворовых пацанов, а во дворе тогда жило много ребят из семей, которые только переехали из бараков и, естественно, достатком не обладали. И сильно было проблемно. Поэтому в основном моя «автопрактика» 1962 года сводилась к езде по коридору в квартире – благо, коридор это позволял и разворачиваться можно было на кухню.

И все это, как понимаете, на фоне XXII съезда и «зажигательных» речей Никиты Сергеевича Хрущева. То есть это не сказки, не фантазии, я действительно помню его заявления про Кузькину мать и все прочее. Папа слушал это по радиоприемнику «Харьков», был такой приемник, ламповый, достаточно мощный и хороший, который позволял по нему принимать много чего, в том числе «Голос Америки» и «Би-би-си».

И в этом же году Карибского кризиса я не помню – единственное, что осталось в памяти, что мама во время кризиса была на учебе в Казани, и она рассказывала, что на какое-то время всех врачей, которые находились на обучении, переводили на казарменное положение.

Такой был для меня 1962 год.

Да, еще нужно, конечно, напомнить, что в этом же году приезжал Фидель Кастро, было много потрясающих, ярких репортажей по телевидению, по радио. Телевизор, естественно, привлекал внимание – это чудо, которое только появилось, он и сам по себе вызывал восторг, а тут еще такие яркие фигуры, яркие события, которые в течение месяца пребывания Фиделя Кастро в Союзе регулярно подавались населению.

Я думаю, что эта база восприятия до сих пор оставила интерес к личности Фиделя Кастро в историческом и в человеческом плане.

1963-1964 годы

Эти годы как-то не оставили особой памяти раздельно. В целом, было счастливое детство, прогулки во дворе вместе с друзьями, тогда наиболее близок был Леша Кобылка, который жил в соседнем доме, Илья Ковачевич, друзья, которые остались у меня и по сей день. Это поездки с родителями и бабушкой в сад. Солнце, высокий бурьян в нашем дворе на Тимирязева, 4, 3 Интернационала, 130. Громадное количество стрекоз и бабочек (чего сейчас в городе и близко нет), то есть мы выходили на настоящие охоты и всегда уходили с большой добычей. Мир и экология, конечно, меняются.

Такие яркие пятна воспоминаний из моего очень счастливого, очень хорошего раннего детства.

Кстати, примерно в эти годы я, наверное, и научился самостоятельно читать, считать и узнавать время по часам. Если чтение и счет мне как-то дались легко, то с часами, я помню, мы с бабушкой достаточно хорошо помаялись. Особенно сложно было понять и выучить, что такое «без пятнадцати такой-то час» или «пятнадцать минут такого-то». Но, тем не менее, технология была освоена, и во времени, как видите, я с тех пор не путаюсь.

Очень хорошо помню Валентину Терешкову, Быковского (он мне нравился больше всех!!!), Николаева , Поповича

1965 год

Год очень бурный на события. Это год, когда я впервые оказался на море – сначала с бабушкой в Архипо-Осиповке, потом с родителями в Гудауте. Это первые морские, первые южные впечатления, купания. Кстати, в этом году я научился плавать. К этому же году относятся воспоминания о первом Дне Победы. Это первый год, когда в Советском Союзе начали отмечать День Победы, я очень хорошо это помню. Это нужно отнести, наверное, к заслугам Леонида Ильича Брежнева, который сам воевал, причем воевал, в отличие от Никиты Сергеевича Хрущева, не на уровне фронтового командования, а воевал в окопах на Малой земле. И сколько бы эти события потом ни пытались обсмеять, предать анафеме и девальвировать, война-то там была более чем серьезная, и голову сложить можно было запросто.

Я помню открытие монумента танку на Комсомольской площади, этот постамент, сваливающийся брезент, этот красавец танк, ИС-3, и как передавалось полное название – Иосиф Сталин – по понятным причинам, если не полушепотом, то негромко. И поразили меня (а были мы там с дедом и папой) мужики, они казались очень взрослыми, пожилыми, а на самом деле им было по 40, по 50 лет, бывшие танкисты. И эти белые, белоснежные нейлоновые рубашки, которые входили в моду, и на их фоне – обожженные руки, кисти, грудь, шея. С одной стороны, было очень страшно, а с другой стороны, это вызывало большое уважение.

Также я помню разговоры взрослых о переименовании Сталинграда в Волгоград и до сих пор сомневаюсь в правильности этого действия. Есть Сталинградская битва и есть площадь Сталинграда в Париже, а у нас нет такого города. Достаточно смешно. Сталинградская битва проходила на территории города Волгограда.

Тогда же появился первый советский юбилейный рубль – такая монета с изображением солдата Трептов-парке с мечом и с девочкой на руках. Их было много, я думаю, и сейчас где-то в коллекциях сохранились.

Я уже говорил, в этом же году была поездка на юг, я был свидетелем разговоров старших в компании Станислава Андреевича Раевского, его друзей из аппарата Совета министров и крупных провинциальных руководителей. Упоминалось о снятии Хрущева, о неком пленуме, я чувствовал, что в стране что-то произошло и произошло очень важное. И на самом деле так было.

И надо сказать, что тогда, с приходом Брежнева, конечно, никто не знал, какая эпоха нас ждет, но, что удивительно, люди из его когорты, которые реально воевали, говорили не о Победе, они говорили почти практически до конца жизни: «Война закончилась» – это для них было главное, не только то, что мы разбили фашистскую Германию, а то, что кончилась война, перестали погибать люди, перестали погибать товарищи. Сейчас, к сожалению, эта доминанта заменена – из телевидения слышно людей, которые вообще никакого касательства ни к Победе, ни к армии не имеют, скорее даже наоборот – кликушествуют о Победе: «Мы победили». Да ничего мы не победили – наше поколение, скорее, потеряло результаты той Победы. А они радовались тому, что кончилась война.

И самое главное впечатление и событие 1965 года – я пошел в школу. Это была 11-я школа, никакая не гимназия, не лицей. Школа расположена была рядом с моим домом, где мы жили, буквально через один дом, это было очень удобно. Это была добротная, хорошая школа, которая располагалась в специализированном здании – здании, кстати, с очень интересной историей. Сначала была построена до войны как школа, потом был госпиталь, потом в послевоенные годы там располагался Челябинский политический институт, нынешний ЮУрГУ, а рядом было несколько бараков, где располагались макеты какой-то техники, и мы мальчишками лазили и смотрели в щелки что-то похожее на паровоз, что-то похожее на тракторы или танки, какие-то машины, было страшно интересно.

Надо сказать, что мне очень повезло со школой – это была добротная советская школа. Первая учительница, Зинаида Васильевна Калинина, по сути, простая русская женщина, образованная без изысков, но очень любящая детей и знающая детскую душу. Она многому меня научила. И первые школьные впечатления (я же в садик не ходил, я бабушкин внук) – для меня это тоже было большим событием, так сказать, стрессом. Там я познакомился с Лешей Фокиным, с которым дружба, искренняя дружба, связывала меня в школьные годы, потом с некими шероховатостями – до зрелого возраста, но, к сожалению, люди меняются, деформация личности происходит, и закончилось все достаточно грустно. Но там было очень хорошо.

И появилось несколько одноклассников, разных ребят. В частности, вспоминаются разные истории (понятно, что в памяти остаются какие-то конфликтные, острые вещи). Так, например, такая история. Был у нас Костя Осипов, лилипут, который жил в деревянных домах, там, где сейчас расположен «Гипромез». Во время строительства новых зданий скалы взрывали динамитом, у Кости Осипова в доме треснула печка, и мы всем классом ходили смотреть, почему-то казалось это очень интересным – печка с трещиной на стене, в общем, но, видите, я помню до сих пор.

Костя, видимо, вследствие необычности своего вида, был мальчик очень конфликтный, где-то злобный. И однажды он поссорился со своей соседкой, с Нинкой Лопатиной, и воткнул ей в ногу перо от перьевой ручки, испачканное чернилами, и вроде бы была даже капля крови и был след. Второй инцидент, тоже из таких хулиганских, это Петя Елисеев, который, опять же, поссорился со своей соседкой. А нас пытались рассаживать мальчик-девочка, мальчик-девочка, только я сидел вместе с Лешей Фокиным, но нас тоже потом рассадили из-за болтовни, но это случилось не сразу, все-таки мы, мальчики домашние, были весьма дисциплинированные.

Так вот, Петя Елисеев, обидевшись, на перемене обошел ряд, подошел к портфелю, расстегнул его и, пардон, написал туда все, что у него было. На взгляд современных детей, когда я одной из современных первоклассниц рассказывал, она спрашивала: «А что кому было?» Я говорю: «Первого выгнали из класса, вызвали родителей, второго выгнали из класса, вызвали родителей». Она говорит: «Да, несправедливо – разные проступки, а наказание одно. Ну, написал в портфель – вылила, просушила, а тут ведь в ногу воткнул и след остался».

Вот такой насыщенный 1965 год был у мальчика Андрюши Важенина.

В этом богатом на события 1965 году произошло еще два интереснейших события. 14 апреля родился мой брат Алексей, которого я искренне полюбил где-то уже после семилетнего возраста. В младшем возрасте это маленькое создание меня страшно раздражало, я ревновал, был даже определенный комплекс, что он маленький, все внимание, которое отдавалось мне, передалось ему. Но потом (наверно, это естественный процесс) все это сгладилось и вылилось уже во взрослую дружбу и уважение, которое, к сожалению, волею судеб продлилось не очень долго – в 30 лет мы его потеряли.

Так вот, родился Алексей 14 апреля, а 18 марта (опять 18 марта!) состоялся полет Алексея Архиповича Леонова и космонавта Беляева в космос и выход Леонова в открытый Космос. Это я уже помню очень хорошо, с телепередачами, и я примерно соображал, что речь идет о крупном техническом достижении. Опять же – это очень грамотно, празднично подавалось, вызывало искреннюю радость и уважение к стране у окружающих без исключения, не могло быть вообще никакого скепсиса.

Я думаю, что если бы тогда рассказали о тех сложностях, которые сопровождали полет, в полном объеме, уважения бы прибавилось. А тогда было понятно, потому что было передано, что посадка проходила в ручном режиме, в нештатном; что приземлились в нерасчетной точке; что около двух суток спасательная экспедиция искала ребят. То есть не было такой лакировки действительности, как говорили позже.

Так вот, как связаны эти события? Я настолько был поражен этим событием, проникнут, что когда решался вопрос, как же назвать брата, родители хотели назвать его Сашей, но я, семилетний мальчишка, устроил такой бой, что назвать можно только Алексеем, иначе невозможно, и подходить не буду, и вообще – как это? – случилось событие, Алексей Леонов вышел в Космос, а мы назовем брата каким-то дурацким именем Саша. В итоге Алексей стал Алексеем.

Первое Черное море

Летом 1965 года я впервые оказался на Черном море со своей бабушкой, бабушкой Валей – Варварой Семеновной Волеговой, в девичестве Белоусовой, которая сама тоже первый раз попала на море. Это был поселок Архипо-Осиповка, недалеко от Новороссийска. И первые мои детские впечатления от этой поездки.

Я был накануне похода в первый класс, и считалось хорошим тоном – ребенка оздоровить, вывезти на море. Я помню достаточно интересную, очень интересную дорогу на поезде: первый раз поезд дальнего следования, верхняя полка, багажная полка, остановки на станциях, интересная, какая-то непонятная еда, вареная кукуруза, потом приезд в Краснодар, поездка на машине через перевал к Архиповке, поездка мимо «Малой земли», знаменитый простреленный вагон. Тогда еще, конечно, никто не знал, что «Малая земля» станет неким фетишем в течение последующих лет, ведь смещение Никиты Сергеевича Хрущева произошло только в октябре 1964 года. Но об этом я расскажу чуть-чуть позже.

Приезд в Архипо-Осиповку, провал в сон, утро, бухта, туман и бесконечное море. Картину эту я никогда не забуду, это потрясающе сильное впечатление. Может быть, с тех пор любовь к морю зародилась и закрепилась в памяти.

Ехали мы в компании – с бабушкой ехала ее старинная подруга, наша соседка, Раевская Мария Кузьминична, или тетя Мария. Муж у нее был крупный руководитель челябинского оборонного комплекса. Он отдыхал в санатории Совмина, а мы отдыхали на частной квартире. То есть в те годы даже начальник такого масштаба не мог жену взять с собой в санаторий – он лечился за государственный счет, тетя Мария отдыхала за свой личный. И мы как бы вместе с ними за компанию. Но вместе с тем у нас был доступ в санаторий.

Мне очень запомнился Народный артист России Махмуд Эсамбаев (получилось так, что подружились), который был с нами в одной компании. Мы плавали на лодке, очень много смеялись, интересные были его рассказы. На лодке мы плавали, понятно, не в море, а в море впадала река с большим количеством заводей, и в санатории была лодочная станция. И в какой-то момент у меня упала панамка – Эсамбаев бросился в реку, выловил ее, было смешно, очень трогательно. Тогда я, конечно, не представлял, что за масштаб этого человека был, но понимал, что это личность, что такое Народный артист – я уже знал.

И тогда же взрослые – Станислав Андреевич Раевский, еще какие-то люди – сидели под зонтиками (понятно, что это были кулуарные беседы, но на мальчика никто не обращал внимания), пели пиво, вино, рассказывали про октябрьский пленум КПСС, о том, как было отложено начало, о том, как Никита, красный, выскочил с заявлением об уходе. Тогда, пожалуй, вместе с морем, удалось прикоснуться к отголоскам большой интересной политики. Море открыло мне многое.

Про историю Архипо-Осиповки я уже упомянул – поселок с героическим прошлым, где простой русский солдат, Архив Осипов, ценой своей жизни остановил наступление горцев и, собственно, закрепил российские позиции на этих, тогда диких, берегах. Спустя много-много лет я проезжал через Архипо-Осиповку, и тот крест, который стоит на месте гибели Архипа Осипова, тогда казался монументальным и большим, а сейчас смотрится как-то не очень солидно и крупно на фоне того, что понастроили вокруг. Ну, наверно, дачи нуворишей имеют на сегодня большее значение, чем самопожертвование какого-то солдата в середине XIX века во славу и во благо своей Родины.

К событиям этого года я бы отнес еще появление первых анекдотов про Василия Ивановича Чапаева, многие из которых живут до сих пор. Я помню. Но самое главное, что тот юмор, простой, хороший, был доступен уже возможностям восприятия семилетним ребенком. Хотя 7 лет, наверно, это уже не ребенок, и таковым я себя не воспринимал.

1966 год

Больших следов не оставил в памяти. Была поездка на море, в Гудауту, но это уже стало практически привычным. Отдыхали мы в доме отцовского друга, с которым они подружились в свое время при подготовке в Военно-медицинской академии в Ленинграде, никакого Санкт-Петербурга тогда еще не было. Папа привез оттуда большое количество альбомов – про Эрмитаж, про Русский музей. Это было страшно интересно.

Но, конечно, в Абхазии было еще интересней. Отдыхали мы в семье друзей. Глава семьи – Ерванд Хзарджан, армянин. Жена у него была Вартуш, грузинка, операционная сестра. Они имели большой двухэтажный дом, для Кавказа это было нормально, для Урала это была экзотика и, в общем, почти роскошь. Работали в хирургическом отделении поселка Дурипш, Ерванд заведовал отделением, Вартуш была операционной сестрой. Это километров 15-20 от Гудауты в горы.

Довелось там побывать. Совсем другой мир. Это не приморский городок, это большущие чайные, мандариновые плантации, это дома с винными погребами, фруктовые сады. Надо сказать, что и чаеводство, и цитрусовые появились (я уже об этом писал) благодаря деятельности Лаврентия Павловича Берии еще в 1930-е годы, когда он был руководителем Грузинской закавказской республики.

Вот в этом мире приходилось жить. Около дома был большой фруктовый сад, мне позволялось рвать любые фрукты, зеленые, спелые, не имеет значения. А почему позволялось очень многое – потому что у Ервандта с Вартуш было трое детей и все были девочки. Девчонки были старше меня существенно и ко мне интереса никакого не проявляли, но мальчик, появившийся в кавказском доме, где рождаются одни только девчонки, понятно, вызывал большой восторг.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.