Андрей Ра
Аманда

Пролог

Тучи над городом рассеялись, и на ночном небе загорелись яркие звёзды. Температура резко опустилась, наполняя воздух морозной свежестью, лужи от прошедшего дождя быстро покрылись ледяной коркой.

С высоты пятидесятого этажа некий человек наблюдал за городом, похожим на потревоженный муравейник, в котором люди, как обычно, суетливо торопились по своим незначительным для вселенной делам. За долгие годы своей жизни наблюдатель потерял к ним всякий интерес и уважение, даже презрения уже не было. Люди для него были бессмысленными существами, которые погрязли в своих низменных желаниях. Но он всё-таки не исключал, что даже среди этого стада есть единицы, которые не прожигают свою жизнь попусту и худо-бедно оправдывают собственное существование.

«Человек» знал, что его помощница уже прибыла и терпеливо ждала за его спиной. Он хотел её немного позлить, поэтому не спеша допил пиво и, бросив бутылку вниз, ещё какое-то время наблюдал за её полётом.

– Вторая. Хорошо, что пришла, – вместо приветствия сказал он, поворачиваясь к ней.

– Как будто у меня был выбор, – с раздражением ответила ему девушка и поёжилась. – Почему здесь так холодно?

– Неправильно спросила, – произнёс «человек», откинув капюшон.

Мокрые, торчащие во все стороны, тёмные волосы сразу же покрылись инеем. Глаза на юношеском лице были покрасневшими от усталости и алкоголя.

– Прошу меня извинить, Хозяин, – с издевательскими нотками вновь заговорила помощница. – Ваше несравненное величество и великолепие, не соблаговолите ли Вы быть столь любезны и ответить мне, почему здесь такой дубак?

Девушка была одета легко и строго, словно только что пришла с деловой встречи.

– Уже лучше, – улыбнулся мужчина собеседнице и закурил. – Я тут долго думал… А холод —это чтобы пиво охладить.

– Вот это новость! – раздражённо сказала Вторая. – Не знала, что ты умеешь думать. А для охлаждения изобрели такую полезную вещь, как холодильник.

– Заткнись, – спокойно отреагировал «человек». – Если тебе неинтересно – уходи.

– Нет, мне не интересно, но мы оба понимаем, что ты не дашь мне уйти. Так что говори.

Когда-то Вторая ненавидела его всей душой, но несколько столетий взаперти с ним научили её смирению. Девушке пришлось привыкнуть к тому, что она полностью зависит от жестокого идиота на этой крохотной планетке.

– В общем новость такова, что все наши тюремщики мертвы, – заговорил «человек», расхаживая по крыше. – Однако стены нашей тюрьмы развеются ещё очень нескоро. Думаю, скорее взорвётся местная звезда и уничтожит эту планету…

– Просто прекрасно! Вечность с тобой в унылом мире, – фыркнула девушка.

– Не всё так печально, – приободрил её хозяин. – Теперь, когда за нами никто не присматривает, мы можем собирать тёмные души для того, чтобы ослабить нашу темницу.

– Поняла, – кивнула она и заговорила с ажиотажем. – Я тут тайком как раз новый Джихад среди исламистов затеваю, быстро наберём. Полагаю, запрет на массовые убийства снят? О! Я могу организовать ядерную войну.

– Нет, нет… – произнёс хозяин Второй, оценив её рвение. – Запрет не снят, и хватит воздействовать на разум людей ради войн…

– Мне скучно!

– Не важно, – проигнорировал «человек» её слова. – Мы устроим жатву в этом городе.

С этими словами он поднял руки, и ночное небо озарилось белыми вспышками, которые перетекали в ветвистые молнии, образовывая широкий купол над тёмным градом. Ткань мироздания над городом трещала и рвалась, осыпая небо белоснежной пылью из других миров, которая изменяла всё внутри купола.

– А как же твоё правило беспалевности? – с недоумением спросила Вторая, глядя на хозяина. —И что ты только что сделал?

– Людишки сейчас наблюдают лишь большой салют, эта магия сама себя защищает, – проговорил он и достал из внутреннего кармана бутылку пива. – Я исправил скучный шаблон мироздания этой планетки, но только в этом городе. Скоро здесь вылезет столько ублюдков и мистических тварей, что ты устанешь их пожинать.

– Весьма интригующе, – с хищной улыбкой проговорила девушка. – Только мы всё равно не соберём и половины необходимых душ за несколько тысячелетий. Мне кажется, кровопролитная мировая война породит больше чудовищ.

– Ты мыслишь количеством, а не качеством, – с улыбкой произнёс «человек», отправляя пустую бутылку за край крыши. – Тут на углу открылся новый корейский ресторан – пойдём, объясню.

Хозяин протянул руку своей помощнице, и та еле сдержала отвращение, берясь за неё.

– Только не заставляй меня опять играть в маджонг на раздевание.

– Маджонг – это китайская игра, – поправил он девушку.

Яркий столп света ударил по двум фигурам, что стояли на крыше, и перенёс их в другую точку города.

А жители города в это время наблюдали небывалой красоты и величины салют, который мерцал и переливался всеми цветами в ночном небе. Только маленькая Аманда, сидя у окна в детском доме, видела то, что происходило на самом деле. Она даже представить себе не могла, что из-за этого её судьба в данный момент изменяется раз и навсегда.

Незнакомцы

Люминесцентные лампы часто замигали и зажглись, освещая металлические проржавевшие стены квадратной комнаты с высокими потолками и пол, состоящий из больших железных плит. Больше в помещении не было ничего. Кроме пяти незнакомых людей, которые неподвижно лежали на полу, погружённые в сон. Что же связывало всех этих людей, оказавшихся здесь? Это им предстояло узнать.

Постепенно незнакомцы начали приходить в себя, шевелиться, вставать, щурясь от яркого холодного света. Первым встал, держась за голову, человек в полицейской форме. Молодой лейтенант принялся непонимающе озираться, пытаясь хоть что-то вспомнить. Он ощупал свою форму и карманы, при нём были: пистолет, дубинка, наручники, удостоверение, даже мелочь звякнула в карманах… Вроде бы все его вещи на месте, только вот он не помнил, что именно у него должно было быть.

Сразу же за полицейским, также держась за голову, со стоном поднялся крупный мужчина средних лет. Одет тот был в грязную майку и драные шорты, которые когда-то были джинсами. Рядом со здоровяком валялась увесистая лопата.

Следом, охая от головной боли, поднялись девушка и крепкий подтянутый мужчина, волосы которого были уже тронуты сединой. На мужчине была спецодежда голубого цвета, чёрный фартук, из кармана которого виднелся скальпель, резиновые перчатки – всё это явно свидетельствовало о его работе в сфере медицины. Девушка же выглядела весьма просто и ничем не примечательно: на ней были юбка карандаш чёрного цвета, белая блузка, что лишь подчёркивала её бледное, уставшее лицо. Русые волосы, которые когда-то были собраны в аккуратный пучок, растрепались и торчали в разные стороны.

Последним очнулся щупленький старичок почтенного возраста. Его поношенный коричневый пиджак был заметно велик в плечах, на рукавах виднелись мелкие разноцветные пятна от краски, а из нагрудного кармана торчали кисточки и несколько карандашей. Хитрые глаза старца с интересом забегали за квадратными очками с толстыми линзами, осматривая всё вокруг.

– Я чего-то не понял! – воскликнул здоровяк, схватив лопату. – Это что это тут происходит, а? Кто вы все тут такие?!

Он перехватил в своих лапищах лопату поудобнее, готовый раскроить голову любому, кто ему не понравится. Девушка испуганно попятилась подальше.

– Успокойся, Вова, – тихо произнёс полицейский, выставляя одну руку перед собой, но вторую всё же отвёл к кобуре. – Мы здесь…

– Вова! – взревел мужчина в шортах. – Откуда это ты знаешь, что я Вова? Даже я этого не знаю!

– У тебя на пальцах набито, – спокойно разъяснил страж порядка и обратился к остальным. —Кто-то хоть что-нибудь помнит?

Мужчина обвёл присутствующих взглядом, но все лишь отрицательно покачали головами, не дав ему ответа.

– Возможно наш похититель использовал препарат, вызывающий кратковременную амнезию, – проговорил человек с внешностью медработника.

– Звучит правдоподобно… эм-м… док, – кивнул полицейский.

– Нас убьют? – со страхом в голосе спросила девушка.

– Это вряд ли. Если бы хотели, давно бы уже это сделали, – ответил ей представитель закона, чтобы успокоить. – А так мы живы! И видишь – оружие, – мужчина похлопал по пистолету в кобуре. – Зачем оставлять его пленникам? Кто бы это ни был, ему что-то от нас нужно.

– Может – на органы, – выдвинул гипотезу хладнокровным голосом доктор.

– Не вариант, – заговорил молчавший до этого старик. – Мои органы точно уже никому не пригодятся.

– Это, не подходите ко мне, – пригрозил лопатой тот, кого звали Вова. – Я, это, вам не доверяю.

– Да угомонись ты, – бросил ему страж порядка и вновь повернулся к девушке. – Как вас зовут?

– Меня?.. э… зовут… – задумалась собеседница, но ответ к ней так и не пришёл. – Не помню.

– Чёрт, а я ведь тоже не знаю своего имени, – воскликнул человек в полицейской форме. – Хотя, подождите-ка… удостоверение.

Полицейский сунул руку в карман брюк и достал своё рабочее удостоверение.

– Абрамов Вадим Юрьевич, лейтенант ОВД Темнограда, – прочитал он.

Другие тоже последовали его примеру и стали рыскать у себя по карманам в поисках подсказок о своих личностях.

– Фролов Борис Петрович, – представился пожилой незнакомец, достав из внутреннего кармана пиджака свой паспорт. – Ух, мне семьдесят три, а чувствую себя на все восемьдесят, – пробормотал он себе поднос, изучая документ.

– Разумчикова Ольга Сергеевна, – произнесла девушка, прочитав свои данные на пластиковой карте. – Хм… судя по этому пропуску, я работаю в детском доме. Кому-нибудь это о чём-то говорит?

– Мне говорит, – старый художник достал из обложки паспорта такой же пропуск. – Видимо мы с вами коллеги.

Доктор, порывшись в своих немногочисленных карманах, к своему сожалению, ничего не обнаружил. Владимир же нашёл в карманах пачку сигарет «Золотая Ява», и раздавив улыбку на своём небритом лице, тут же закурил.

– Вот и познакомились, – заключил Вадим. – Теперь хорошо бы узнать, почему или зачем мы здесь.

Словно в ответ на вопрос полицейского послышался треск динамиков, и из небольших колонок раздался громкий детский голос неизвестной им девочки.

– А! Проснулись. Твари.

– Эй! Ты, это, кто, а? Тебе, это, чего надо?! – тут же принялся орать Вован неизвестной.

– Заткнись, – шикнул на него страж порядка.

– Вы все здесь не случайно, – продолжал голос из динамиков. – Скоро поймёте, что вас объединяет. К вам вернётся память, и вы осознаете, насколько вы ужасные люди.

– Ты «Пилу» что ли пересмотрела, дура? – вновь закричал здоровяк, но на этот раз никто не сделал ему замечание.

– Пройдите по ряду комнат, поскольку теперь ваш черёд страдать и плакать, – продолжала говорить девочка, всё также игнорируя пленника. – Выжившие, если таковые будут, получат то, что заслужили.

Голос стих в треске помех, и комнату наполнил нарастающий гул и лязг металла, словно где-то совсем рядом пришли в движение большие шестерёнки и поршни.

– Это что ещё такое было? – спросил доктор у окружающих его товарищей по несчастью.

– Не знаю, но лучше пока не двигаться, – ответил ему Абрамов.

– Это почему ещё? – недовольно спросил Вован, откидывая окурок в сторону.

Как только бычок коснулся одной из металлических плит в полу, раздались шипение и свист. Сверху на это место мгновенно упала другая плита, раздавив окурок. Через пару секунд гидравлический поршень стал поднимать плиту обратно.

– Вот поэтому, – сухо заключил человек в одежде медработника.

– Нужно, это, выбираться отсюда! – воскликнул Владимир, стоявший ближе всех к той плите. – Это просто бред какой-то.

– Как? – прошептала девушка, боясь пошевелиться. – Я не вижу здесь выхода.

– Видели, когда плита упала, в потолке образовался проём? Там явно пустота за плитами, —заговорил Вадим, анализируя ситуацию. – Дверей я здесь не вижу, так что думаю нам туда.

– Ну, это, вот и иди первый, раз такой умник, – чуть сорвавшимся голосом произнёс здоровяк с лопатой.

Полицейский не был уверен в своих домыслах, но понимал, что как стражу порядка ему придётся взять на себя роль лидера в этой компании бедолаг. Ведь это его долг – защищать и спасать, попавших в беду. Он достал пару монет из кармана и бросил на соседний с ним квадрат. С потолка в ту же секунду упала с лязгом тяжёлая плита. А когда она стала подниматься наверх, Вадим запрыгнул на неё и вскоре скрылся над потолком. Наверху в полумраке был лес поршней, которые держали потолочные плиты и механизмы, приводящие их в действие.

– Вадим, вы в порядке? – послышался голос доктора снизу.

– Да, – ответил тот. – Поднимайтесь сюда.

Сам Абрамов остался наверху и подождал, пока все не поднялись к нему.

– Вон там, смотрите, – он указал на дверь вдали, освещённую единственной люминесцентной лампой.

Он достал пистолет из кобуры и осторожно двинулся к двери. Его товарищи по несчастью нерешительно последовали за ним через некоторое время. Полицейский, резко распахнув дверь, направил в комнату пистолет и осмотрелся.

– Чисто, – произнёс он, войдя в помещение.

Бетонные стены комнаты были увешаны альбомными листами с разнообразными детскими рисунками. В центре располагался стол, заставленный всякой едой и напитками, как безалкогольными, так и крепкими. Рядом со столом стояли старый потёртый диван и несколько стульев.

– О! Поздравляю. Все живы, но надолго ли? – вновь протрещал динамик девичьим голосом, когда все незнакомцы зашли в помещение. – Это безопасная комната, до поры до времени. Последний обед для смертников, так сказать.

– Во! Вот это дело, – воскликнул Владимир, завидев водку на столе.

Мужчина в майке и шортах направился быстрым шагом к столу, но полицейский догнал его и, схватив за руку, остановил.

– Стой! Ты реально хочешь что-то пробовать здесь?

– Ты, это, руки то убери свои, мент поганый! – вырвал Владимир руку из хватки полицейского. – Ещё раз, это, тронешь меня и в хлебало своё получишь.

Он уселся на диван, налил себе водки в стакан и сразу же залпом выпил, закусив сельдью со стола. После чего, довольно расплывшись в улыбке, вновь схватился за бутылку.

– Ну, между первой и второй.

Все подошли к столу и, убедившись в «чистоте» еды, присоединились к Владимиру, чтобы хоть немного отвлечься. Каждый из них был совершенно сбит с толку, растерян и напуган. Кто и зачем похитил их? Для чего какой-то больной разум создал всё это? И что ждёт их за следующей дверью?.. Их тревожило, что они не помнили своего прошлого. И того, что их может неприятно удивить. Того, что их объединяет. Того, что они натворили, в конце концов, чтобы это не значило.

Единственным, кто отказался от трапезы, был Борис Петрович. Его, как человека искусства, заинтересовали рисунки на стенах, показавшиеся странно знакомыми.

– Вы бы не налегали на алкоголь, – сделал Док замечание Владимиру.

– А тебе, это, что с того? – сразу же набычился здоровяк.

– Мне то ничего, но если ты напьёшься, то это явно уменьшит твои шансы на выживание, – озвучил очевидное человек в костюме врача.

– Пф-ф-ф… – фыркнул Вова, но всё же поставил бутылку на стол.

– Что за безвкусица и бред, – проворчал возмущённый до глубины души прагматичный старик. – Трава не бывает синей, а это что – зимний пейзаж? Тогда почему снег красный? Никакого соблюдения логики и простейших основ нашего мира. Очередная бестолочь, которой не дают покоя лавры неоправданно возвышенной бездарности Пикассо.

Он переходил от рисунка к рисунку и критиковал необычный стиль автора рисунков. Ему не нравилось абсолютно ничего. Старик был сторонником старой школы натурализма и имел пунктик на правильность и достоверность исполнения, а фраза «я художник, я так вижу» доводила его до белого каления. Рисовавший нарушал, по его мнению, просто сами устои мироздания, изображая всё не так, как должно было быть. А то, что художник был ребёнком, совсем не смущало Бориса.

– Эти рисунки мне кажутся очень знакомыми, – проговорила Ольга, подходя к своему коллеге. – Но я не могу вспомнить.

– Тоже так кажется, – в том же недовольном тоне ответил художник. – Хотя я предпочёл бы вновь забыть этот ужас.

– Итак, подведём итоги, – произнёс Вадим.

Не сдержавшись, полицейский всё же взял бутылку и принял стопку крепкого напитка, чтобы успокоить расшалившиеся нервы.

– Нас всех что-то связывает, – спокойным голосом произнёс доктор. – Связывает с этой… гм… странной девочкой из динамика.

– А может она лишь фикция, – заговорил Абрамов. – Девочке похитить всех и такое устроить явно не по силам.

– Твоя правда, – согласился Док.

– Ха-ха, а я знаю, за что здесь Петрович.

Присутствующие вопросительно посмотрели на Вована, который, поедая бутерброд с мясной нарезкой, тоже решил ознакомиться с творчеством местного автора.

– Рисунки то, это, явно девочки этой. А он тут он ходит и воняет. Это безвкусица, то ему бред, – мужчина в драных шортах поперхнулся, выплюнул остатки бутерброда на пол и продолжил. – Небось, парашу влепил ей на уроке, вот она на него и в обиде осталась. Ха-ха-ха.

– Это не смешно, – насупился старый художник.

– Нет, я думаю за двойку Аманда с ним бы такое не сотворила, – вступилась Ольга за Бориса. – Дети обидчивые, но не настоль… Ой!..

Девушка прикрыла рот ладошкой, словно произнесла ругательство. Её спутники внимательно посмотрели на неё.

– Как ты её назвала? – спросил Вадим.

– Аманда, – боязливо ответила Ольга Сергеевна. – Не знаю, почему так. Просто всплыло.

– Тьфу, блин! И имя то басурманское, – снова сплюнул Вова.

– Возможно, ты начинаешь вспоминать. Точнее, что-то знакомое стимулирует данный процесс, – произнёс Док. – Ни у кого больше мыслей не возникло?

– Жарковато тут чего-то, – пробубнил Вован и потянулся за кувшином с компотом, стоящим на столе, но его умозаключение все проигнорировали.

– А милочка то права, да и Владимир тоже, – внезапно произнёс Фролов, рассматривая обратную сторону одного из рисунков. – Смотрите, подпись то моя.

Пожилой человек развернул к присутствующим обратную сторону листа. Корявыми печатными буквами на нём было написано «Аманда», а рядом красовалась жирная двойка и роспись старого художника.

– Ну хоть что-то, – выдохнул Вадим и расстегнул ворот рубашки. – Слушайте, а действительно жарковато стало.

– Да, – согласилась с ним Ольга. – Она же говорила, что тут безопасно до поры до времени.

– Возможно, это она и имела ввиду, – кивнул доктор. – Чем дольше здесь сидим, тем сильнее повышается температура в комнате.

– Зажарить, это, меня решила! – бурно отреагировал здоровяк в шортах. – Ну уж нет. Я тебе, это, так просто не дамся.

Мужчина с лопатой в руках уверенно направился к двери, ведущей на выход из комнаты. Внешне она была больше похожа на шлюзовую перегородку, как в старых подлодках.

– Эй, болван, не спеши, – окликнул его полицейский. – Мы тут все вообще-то заодно.

– Мусорок, ты давай-ка за базаром, это, своим следи! – вновь рявкнул на него Вова и сжал посильнее лопату.

– Ты кого мусором назвал, полудурок, а? – вскочил страж порядка, вновь потянувшись за оружием.

– Так, успокойтесь, господа, – встал доктор между здоровяком и Вадимом. – Ссориться друг с другом – это последнее, что нам сейчас нужно. Владимир, пожалуйста, откройте дверь.

Сплюнув в сторону слуги закона, мужчина в шортах взялся за вентиль двери, раскрутил его и открыл дверь. За ней оказался проход в несколько метров до другой двери.

– Ну-ка, это, придержите, а то ещё захлопнется, – произнёс Вован, указывая на дверь.

Доктор и Вадим взялись за первую дверь, а их товарищ тем временем подошёл ко второй.

– Ух-х-х! Это, не открывается, – осведомил он их, спустя минуту натужного сражения с вентилем двери.

– Видимо, пока первая дверь открыта, вторая не откроется, – сделал предположение Абрамов.

– С чего ты так решил? – спросил Борис Петрович, подойдя к ним вместе с Ольгой.

– Фильмов много смотрю, – пожал плечами полицейский.

– Тогда вперёд, – произнёс человек в одежде медработника, вытирая рукой проступивший со лба пот.

Пятеро теперь уже знакомых незнакомцев вышли в проход и закрыли за собой дверь. Сразу же раздался треск старого динамика и зазвучал голос Аманды.

– Очень тоненько жужжит и над нами он кружит. Берегись и млад, и стар. Это маленький… —динамик смолк.

– Комар, – машинально ответила Ольга Сергеевна на загадку.

Мистика

Пятеро знакомых незнакомцев находились в узком туннеле перехода из одной комнаты в другую и смотрели на старый динамик, словно ожидая услышать что-то ещё, но тот замолк и воцарилась тишина, прерываемая потрескиванием тусклой люминесцентной лампы.

– Это что, типа подсказка? – воскликнул самый импульсивный из всей компании человек в драных шортах.

Остальные же посмотрели на Ольгу, ожидая пояснения её недавнего высказывания.

– Комар – это ответ… – растерявшись, сказала она. – Ответ на загадку, которую произнесла Аманда. Это детская загадка.

– М-да… – протянул Борис Петрович. – Загадки от полоумного ребёнка-убийцы.

– Аманда не убийца! – возмутилась девушка, снова невольно вспоминая обрывки прошлого. – И не полоумная, она болеет.

– Все они не убийцы, до поры до времени, – хмыкнул полицейский. – И все больны, как попадутся.

– Ну тогда, надеюсь, все прихватили с собой «Фумитокс», – хохотнул Вован, взялся за вентиль двери и приоткрыл её. – Матерь божья! Это что за…

Заглянув внутрь, здоровяк тут же попятился в страхе, едва не свалив стоящего позади Абрамова.

– Ты аккуратнее, что ли, – проворчал Вадим, отталкивая от себя Вована. – Что, зеркало там увидел?

– Там, это… комар… – запинаясь, произнёс мужчина.

– Смотри штаны не обмочи, комара он испугался, – усмехнулся лейтенант и распахнул дверь.

В уже знакомом интерьере бетонных стен посреди комнаты находилось огромное существо, размером практически с коня. Овальное серое тело, покрытое мелким ворсом, прозрачные крылья на спине и голова с длинным острым носом, который больше был похож на шпагу – привычный всем комар, увеличенный в тысячу раз, был отвратительно пугающим. Большие круглые сетчатые глаза неподвижно уставились на незнакомцев. Никто из присутствующих не мог определить: спит существо или уже наблюдает за ними.

– Док, нас же могли чем-то накачать? Чтобы глюки были? – шёпотом спросил Вадим у товарища по несчастью.

– Вполне, но похоже, что мы все видим одно и то же, – ответил доктор. – Массовая галлюцинация крайне редкое явление, но мы же все видим гигантского комара?

Человек в одежде медработника обернулся и посмотрел на остальных, они неуверенно, но всё же кивнули.

– Чертовщина какая-то, – перекрестился Фролов.

– Там вон дверь, – указал полицейский на противоположную сторону помещения, где был такой же шлюзовой выход. – Так что тихо, аккуратно, как мышки, и вдоль стенки.

Абрамов, не опуская пистолета, медленно вошёл внутрь и жестом дал понять остальным, чтобы проходили. Цепочкой: Док, Ольга и Борис Петрович принялись обходить существо, прижавшись к стене. Вадим всё ещё стоял в стороне, целясь прямо в голову гигантского насекомого. А Вова, держа лопату на перевес, решил отличиться и обойти насекомое с другой стороны.

Крылья комара дрогнули и раскрылись в стороны. Противно захрустев, его хитиновые лапки задвигались, скребя пол. Недолго думая, Вадим сделал два точных выстрела в голову. Гемолимфа потекла из пулевых отверстий, но существо не думало умирать, а лишь завертело головой.

– На выход! – скомандовал Абрамов и рванул вперёд.

Комар, с неестественной для своих габаритов скоростью, молниеносно повернул голову в сторону стража порядка, и тот едва успел увернуться от носа-шпаги. Острый конец оружия насекомого прорвал одежду и распорол бок полицейскому, потекла кровь. Крылья комара, издав противную трель, заработали так быстро, что практически стали не различимы глазу. Поток ветра, который они создали, поднял пыль в комнате и едва ли не сдувал людей с места. Комар резко развернулся в сторону Владимира, при этом ударив Вадима ворсистым брюхом, отчего тот пролетел пару метров и рухнул на пол.

Мужчина в шортах, обороняясь, выставил перед собой лопату, но комариное жало разрубило черенок лопаты пополам. Комар сделал рывок вперёд, целясь своим острым носом в мужчину, но Вован в последний момент смог увернуться от смертельного укола и упал, сбитый с ног мощным ударом головы насекомого. Мужчина не растерялся и, ухватившись за голову противника, твёрдо встал на ноги и, сжав в руке укороченную лопату, с рёвом принялся наносить удары трепыхающемуся существу. Он бил по голове и глазам существа, одним из ударов срубил нос-шпагу комара, и тот словно взбесился. Комар задёргался в конвульсиях, заметался по всей комнате, сбивая людей с ног и заливая всё вокруг своей «кровью», пока наконец не затих, упав на пол.

– Он сдох? – Вова, тяжело дыша, поднялся на ноги.

– Пойди проверь, – произнёс старик, продвигаясь ближе к двери выхода.

– К чёрту насекомое, лучше помоги мне оттащить его, – воскликнул врач, подбегая к раненному полицейскому.

Двое мужчин оттащили Вадима к двери, где их уже ждали Ольга и Борис Петрович.

– Вроде не двигается, – Ольга с отвращением посмотрела на убитое насекомое.

– Я в порядке, в порядке, Док, – произнёс Абрамов, когда человек в костюме медработника приступил к его осмотру. – Так, слегка задел.

– Действительно, повезло, – заключил Док. – Даже шрама не останется.

– Ну что съела, сучка мелкая! Ха-ха-ха, – смеясь, прокричал Вован незримой наблюдательнице Аманде. – Десант, это, так просто не взять! Ха-ха.

– Я разделяю Вашу радость, Владимир, – произнёс Борис Петрович. – Но не могли бы Вы мне помочь.

Старичок виновато улыбнулся, показывая, что ржавый вентиль двери ему не поддаётся.

– Это можно! Отойди, отец, – широко улыбнулся здоровяк, чувствуя своё превосходство и значимость.

Сильные руки мужчины легко раскрутили ржавый вентиль. Широко распахнув дверь в очередной коридор меж комнат, Вовчик галантно поклонился, приглашая даму пройти вперёд. За Ольгой последовал Борис Петрович, после уже сам Владимир, а за ним, отряхивая пыль с мундира, прошёл Вадим. Доктор замыкал шествие и, оказавшись в коридоре, закрыл за собой дверь.

– Ай да я! Ай да сукин сын! – радостно воскликнул здоровяк, всё ещё находясь в эйфории от своей победы, и достал сигарету.

– Владимир, прошу, не курите здесь, иначе мы все задохнёмся, – возмутилась Ольга Сергеевна.

– Ладно уж, это, крошка, только ради тебя, – ухмыльнулся собеседник и убрал сигарету за ухо.

Динамик вновь громко захрипел, чуть не оглушив пятерых знакомых незнакомцев, стоящих в узком проходе.

– Чтож, очень весело нам играть, – послышался голос Аманды. – Но время первому настало умирать. Ужас ночи той вспоминай и наказание своё принимай.

Все обратили свой взор на Ольгу, но та лишь пожала плечами, всем своим видом показывая, что не знает, о чём говорит Аманда.

– Это явно не загадка, – произнесла девушка.

– Ладно уж, это, не дрейфьте, – с усмешкой воскликнул человек с лопатой. – Я с вами!

Тяжёлая железная дверь жалобно застонала, когда Вован отрыл её. Обстановка за ней резко отличалась от ранее виденного, поскольку за дверью была не новая комната, а настоящая подворотня. Точнее – задний двор какого-то бара, откуда доносилась приглушённая танцевальная музыка. У чёрного входа стоял большой контейнер, всюду валялся мусор. На контейнере сидела бездомная кошка, поедая остатки чего-то не слишком аппетитного. Заметив прибывших, кошка зашипела, спрыгнула с мусорки и убежала в темноту подворотни. Там же, возле контейнера, без сознания лежал прикованный к нему наручниками ребёнок. Мальчик лет десяти, одетый явно не по погоде. Вадим и Владимир сразу же бросились к нему.

– Я позову на помощь! – воскликнула Ольга и дёрнула ручку двери бара, но та оказалась заперта.

Тогда она решила выбежать на улицу, чтобы хоть кого-то найти. Но и здесь её ждал неприятный сюрприз: хоть ей и казалось, что она пробежала приличное расстояние, но по факту девушка не сдвинулась с места. Её товарищи смотрели на неё с удивлением.

– Опять чертовщина какая-то, тьфу! – Борис Петрович начал снова креститься. – Бес попутал нас, я вам говорю.

Ольга сделала несколько шагов назад, потом ещё и ещё, при этом не отводя взгляда от своей компании. Казалось, что она действительно удаляется, но в тоже время остаётся на месте.

– Но как так? – жалобно спросила девушка. – Кошка же убежала…

Тем временем доктор заметил разбросанные повсюду рентгеновские снимки. Это были снимки чьей-то головы, и мужчина принялся их изучать.

Вован пытался освободить ребенка, дёргая наручники, которые были пропущены сквозь ручку мусорного контейнера.

– Ты можешь, это, их снять? – нервно спросил он у полицейского.

– Так, подожди, – ответил Вадим и принялся вновь копаться в своих карманах.

Спустя некоторое время он достал связку с ключами и попробовал на наручниках самый маленький из них. Ключ подошёл, и браслеты открылись, освобождая маленькие ручки.

– Это ты его тут заковал, а?! – рявкнул со злости Владимир.

Здоровяк что было силы ударил полицейского в лицо, и тот, не удержавшись на корточках, упал на асфальт.

– Ты совсем, что ли, рехнулся, полудурок?! – завопил Абрамов, держась за разбитый нос. Он повернулся к единственной девушке в их компании и бросил ей ключи. – Попробуй их на двери бара, может какой-то подойдёт.

Между тем, никто ещё не обратил внимания, что температура в этой «комнате» поднималась гораздо быстрее, чем в комнате с рисунками.

Владимир же прижал к себе ребёнка и стал озираться, вспоминая это место. Мысли начали мелькать в его голове, сначала обрывисто, но вскоре они сложились в единую картину. Мужчина в драных шортах вспомнил свой последний вечер.

Он весь день как батрак работал в поле лопатой, поскольку чёртов трактор опять решил сломаться. А по возвращении домой единственным его желанием было развалиться на диване перед телевизором и выпить пива, посмотреть футбол или хоккей. Хотелось расслабиться. Но проклятущая жена, как ведьма налетела на него со своей руганью. Вечно недовольная им, их жизнью, собой – Владимир отчётливо помнил, как эта гадюка его достала. Как он разорался на весь дом, чем перепугал детей, как влепил жене оплеуху и ушёл из дома.

Мужчина сел в машину и отправился в город, в ближайший бар. Таким был бар «У Джорея»¹. Ему не очень нравилось это заведение для молодежи с их идиотской музыкой, где они, закинувшись наркотой, дрыгались, как эпилептики в припадке. Но выпивка была там отменная. А иногда получалось подцепить ужратую в сани, размалёванную фифу, с которой можно было повеселиться. Жена его уже особо не привлекала, после четвёртого ребёнка её разнесло, словно свиноматку.

Да, тогда он был так зол на свою женщину, что и сам напился до чёртиков. И даже решил впервые попробовать наркотики, купив у какого-то дрыща пару таблеточек. Он презирал наркоманов, но в тот день у него всё стояло поперёк горла.

Под волшебными таблетками ему действительно стало легче, выпивка стала ещё вкуснее, а музыка уже не казалась такой идиотской, и даже захотелось двигаться под неё. Но он же не лох какой-то, чтобы выплясывать с этими малолетними дегенератами. Поэтому мужчина пропивал все деньги в баре, пробуя различные коктейли. Когда последний напиток не зашёл, и Вован чуть не проблевался, то по совету бармена решил выйти на свежий воздух, проветриться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Отсылка на любимый бар Джима Рейнора на планете Мар Сара (вселенная «StarCraft»).

Вернуться