Информатизация судебной системы России:
генезис, содержание и будущее

Монография

Под редакцией 
кандидата юридических наук 
Р. А. Шарифуллина

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК [347.9+343.1]:004

ББК 67.71:32.81

И74

Авторы:
Шипилов А. Н., к. ю. н., председатель Краснодарского краевого суда, председатель Комиссии Совета судей Российской Федерации по информатизации и автоматизации работы судов – введение, заключение; Шарифуллин Р. А., к. ю. н., доцент, директор Казанского филиала Российского государственного университета правосудия – § 1 гл. 2, § 5 гл. 3 (в соавт. с Р. Г. Бикмиевым, Р. С. Бургановым); Галиакберов А. Ф., заместитель председателя по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан – § 2 гл. 2; Рамазанов Р. М., к. ю. н., заместитель начальника Управления Судебного департамента в Республике Татарстан – § 3 гл. 3; Ибрагимов А. Т., заместитель начальника Управления Судебного департамента в Республике Татарстан – § 4 гл. 3; Хисамов А. Х., к. ю. н., доцент, доцент кафедры гражданского процессуального права Казанского филиала Российского государственного университета правосудия, судья Арбитражного суда Поволжского округа – § 1, 2 гл. 3; Бикмиев Р. Г., к. ю. н., доцент кафедры уголовно-правовых дисциплин Казанского филиала Российского государственного университета правосудия, председатель Тюлячинского районного суда Республики Татарстан – § 1–4 гл. 1 (в соавт. с Р. С. Бургановым), § 5 гл. 3 (в соавт. с Р. А. Шарифуллиным, Р. С. Бургановым); Бурганов Р. С., к. ю. н., доцент кафедры уголовно-правовых дисциплин Казанского филиала Российского государственного университета правосудия – § 1–4 гл. 1 (в соавт. с Р. Г. Бикмиевым), § 3 гл. 2, § 5 гл. 3 (в соавт. с Р. А. Шарифуллиным, Р. Г. Бикмиевым).

Рецензенты:
Валеев Д. Х., доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Республики Татарстан, заместитель декана юридического факультета Казанского (Приволжского) федерального университета по научной деятельности;
Ефремова М. А., доктор юридических наук, доцент, профессор кафедры уголовно-правовых дисциплин Казанского филиала Российского государственного университета правосудия.

Монография посвящена рассмотрению вопросов, связанных с информатизацией судебной системы России. В работе дан теоретический, историко-правовой, сравнительный и нормативный анализ элементов электронного правосудия. Представлена полная характеристика понятия, сущности и правового регулирования информатизации судебной системы Российской Федерации. Исследован исторический опыт, развитие информатизации и возникающие при ее осуществлении проблемы. Детально рассмотрены механизм и компоненты электронного правосудия в правоприменительной деятельности судов. В основу монографии легли опыт использования судами России информационных технологий и личный опыт авторов по внедрению и работе с элементами электронного правосудия.

Разработаны предложения по совершенствованию законодательства и технологий, касающихся информатизации судебной системы Российской Федерации.

Законодательство приведено по состоянию на 1 сентября 2022 г.

Сформулированные в книге научные положения могут применяться в образовательной, научно-исследовательской и практической деятельности судей, работников аппарата суда, сотрудников правоохранительных органов, преподавателей, аспирантов, студентов юридических институтов и факультетов и практикующих юристов.

Печатается в авторской редакции.

УДК [347.9+343.1]:004

ББК 67.71:32.81

© Коллектив авторов, 2022

© ООО «Проспект», 2022

Монография посвящена 30-летнему
юбилею первого пленарного заседания
Совета судей Российской Федерации

ВВЕДЕНИЕ

Современная эпоха ‒ это эпоха технологического развития. Третья промышленная революция, которая представляла из себя повсеместный переход в производстве к применению информационно-коммуникационных технологий, привела к грандиозными изменениям во всех направлениях общественной жизни. Такие изменения происходили и в правовой среде. Судебная система, будучи важнейшим инструментом государственной политики, который обеспечивает развитие и функционирование государства, не могла остаться в стороне от происходящей трансформации. Поэтому одним из ключевых направлений реформирования судебной системы является информационное и цифровое развитие.

Судебная система Российской Федерации находится в состоянии постоянного динамичного развития: совершенствуется правовая база функционирования судов, готовятся и публикуются соответствующие разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, появляются и начинают работать новые судебные органы. Общественная жизнь ставит перед судебной системой новые вызовы, связанные, в частности, с увеличением судебной нагрузки. Анализируя судебную нагрузку за несколько лет, можно наблюдать лавинообразный рост количества рассматриваемых дел и обращений. Так, в 2017 г. было рассмотрено 14 510 дел, в 2018 г. ‒ 17 200 дел, в 2019 г. ‒ 19 582 дел, 2020 г. ‒ 21 420 дел, в 2021 ‒ 23 403 дел. Кроме того, расширяется перечень дел, рассматриваемых судами.

Рассмотреть такое количество дел уже становится невозможным только с применением традиционных способов судебного делопроизводства. На помощь должно прийти внедрение современных информационных технологий, позволяющих повысить результативность работы судов, сэкономить время и средства, освободить судей и работников аппарата суда от рутинной, механической работы. То есть необходимо автоматизировать процесс судопроизводства.

С другой стороны современные информационно-телекоммуникационные технологии повышают открытость и прозрачность правосудия, эффективность обеспечения прав и законных интересов граждан, органов и организаций, доступность правосудия для граждан и т. д.

В этой связи следует отметить огромное значение решения председателя Верховного Суда Российской Федерации В. М. Лебедева о создании Государственной автоматизированной системы «Правосудие». Оно было основано на опыте районных (городских, межрайонных), судов общей юрисдикции уровня субъекта Российской Федерации по использованию программных продуктов. Органы судейского сообщества, включая Совет судей Российской Федерации, а также Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации провели огромную работу в данном направлении.

После запуска ГАС «Правосудие» Юрий Иванович Сидоренко, занимавший в то время пост председателя Совета судей Российской Федерации, отмечал, что «это уникальная информационная система, которая позволила внедрить в суды новые технологии».

Внедряемые в судебную систему элементы электронного правосудия позитивно воспринимаются обществом, активно используются обращающимися в суд гражданами и организациями. Как отмечал 9 февраля 2022 г. в своем докладе на итоговом совещании судей судов общей юрисдикции и арбитражных судов Российской Федерации В. М. Лебедев, «повышается востребованность электронных ресурсов судебной системы. В прошлом году в суды подано в электронном виде 5 млн процессуальных документов ‒ это на 2 млн больше, чем в 2020 г. Количество запросов пользователей к ГАС «Правосудие» превысило 3,7 млрд. Судами направлено более 20 млн СМС-уведомлений о времени и месте судебных заседаний; с использованием видео-конференц-связи проведено 290 тыс. судебных заседаний. Обеспечено участие граждан в судебных заседаниях посредством веб-конференции с использованием личного компьютера или другого устройства»¹.

Появление на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) не только не приостановило темпы внедрения новых технологий в судебную деятельность, но и ускорило их, позволило активнее использовать такие элементы электронного правосудия, как видео-конференц-связь, дистанционная подача документов в электронном виде, межведомственное взаимодействие между судами и другими органами и организациями, онлайн-трансляции судебных заседаний и др.

Отвечая в интервью ТАСС на вопрос о том, не отразились ли вводимые в регионах ограничения на возможности обратиться за защитой в суд,. Генеральный директор Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации А. В. Гусев отметил, что федеральными судами общей юрисдикции принимались все меры к обеспечению права граждан на обращение в суд за защитой своих прав и интересов. Граждане могли обратиться в суд с заявлением как привычным способом на бумажном носителе, так и путем подачи документов в электронном виде на официальных сайтах судов, расположенных на интернет-портале ГАС «Правосудие», в разделе «Подача процессуальных документов в электронном виде» через личный кабинет.

На сегодняшний день в сфере внедрения новых информационно-телекоммуникационных технологий достигнуты значительные успехи. Перечислю основные из них.

Так, во всех федеральных судах общей юрисдикции активно используются сервисы, позволяющие гражданам подавать в суд иски и другие процессуальные документы и получать из судов документы в электронном виде через официальный сайт суда в сети Интернет.

За четыре года работы сервиса «Электронное правосудие» создано более 1 333 000 личных кабинетов, через которые в федеральные суды общей юрисдикции подано более 7 млн обращений (7 056 000).

Создано и эффективно применяется извещение сторон о месте и времени судебного заседания при помощи СМС-сообщений. По состоянию на 1 сентября 2021 г. отправлено более 20,5 млн СМС.

С 1 сентября 2019 г. введена в эксплуатацию система автоматизированного распределения дел судьям, которая позволила исключить субъективность при распределении дел судьям и учитывать нагрузку и специализацию судей.

Идет постоянная работа по электронному взаимодействию между органами судебной власти и государственными ведомствами через общегосударственную систему межведомственного электронного взаимодействия (СМЭВ).

При этом важно подчеркнуть активную работу Комиссию Совета судей Российской Федерации по информатизации и автоматизации работы судов. Так, в 2019 г. при активном участии Комиссии была утверждена Концепция развития информатизации судов до 2030 г., основными задачами которой являются:

1) максимально возможная автоматизация процессов судебного делопроизводства, начиная с первичной регистрации поступающих в суд процессуальных документов и заканчивая обращением судебного постановления к исполнению;

2) подготовка проектов законов об изменении процессуального законодательства, направленных на закрепление электронной формы обращения в суд как единственно возможной с одновременной формализацией требований к обращению;

3) реформирование процессуального законодательства в направлении отказа от письменной формы судебного делопроизводства и закрепление электронной формы судебного постановления как единственно возможной без дублирования на бумажном носителе, пересмотр института протокола судебного заседания, закрепление электронного документооборота между нижестоящими и вышестоящими судебными инстанциями;

4) разработка и внедрение программного обеспечения, позволяющего регистрировать в автоматическом режиме электронные исковые заявления и иные процессуальные обращения в суд, генерировать типовые процессуальные документы на основе имеющейся информации, хранить и обрабатывать электронные процессуальные документы, формировать, хранить и передавать в вышестоящие суды электронные судебные дела, осуществлять ознакомление с ними сторон и иных лиц, имеющих на это право, в автоматическом режиме;

5) совершенствование программ распознавания речи участников судебного процесса, разработка программ для защищенного электронного документооборота, в том числе с ГУФСИН России, для обеспечения возможности подачи осужденными жалоб в электронном виде.

В настоящее время что-то из перечисленного уже реализовано, но многое еще предстоит претворить в жизнь. Важно, что данные задачи сформулированы и являются ориентиром, для достижения которого прилагаются все усилия. Однако на этом технологический прогресс судебной системы не завершится. Предстоящая четвертая промышленная революция приведет к полному изменению общественного ландшафта, в том числе и судебной системы. Представляется, что она коренным образом улучшит качество работы суда, его открытость, гласность, доступность, эффективность и многие другие показатели деятельности судебной системы.

Очень дискуссионным в юридической среде и в обществе в целом является вопрос о возможности применения искусственного интеллекта в судебной деятельности.

Первый эксперимент в рамках пилотного проекта по вынесению судебных решений с помощью искусственного интеллекта в России был проведен в Белгородской области. С целью вынесения судебных приказов по однотипным делам о взыскании задолженности по различным налогам искусственный интеллект был подключен к ряду участков мировых судей. При этом искусственный интеллект в автоматическом режиме только проверял реквизиты и готовил документы, не беря на себя функции судьи по вынесению решения. Это экономило время мировых судей и сотрудников их аппарата. Думаю, скоро в судебной системе таких попыток будет больше и искусственный интеллект займет свое место в цифровой среде суда.

Конечно, есть и сторонники и противники такого применения, однако мы неизбежно столкнемся с этой проблемой и, уверен, достойно решим, выбрав верное направление развития судебной системы в условиях повсеместного применения искусственного интеллекта.

Представленная читателю монография содержит изложенные в доступной форме научные позиции авторов, касающиеся понятия электронного правосудия, характеризующие его правовые основы, процесс его зарождения и развития, опыт цифровизации правосудия в зарубежных странах, элементы электронного правосудия, механизм его осуществления, а также возникающие при его реализации проблемы, связанные с безопасностью и этической стороной его внедрения.

С точки зрения правовой теории авторы дают определения многих терминов, часть из которых в законодательстве не закреплены, а часть подлежит усовершенствованию. Ценным является проведенное авторами разграничение понятий и терминов в сфере цифровизации правосудия. Авторы обобщают и систематизируют правовую базу цифровизации правосудия в Российской Федерации, и это представляет особый интерес, поскольку круг таких правовых актов достаточно широк.

Практическое значение исследования, содержащегося в данной монографии, состоит в том, что авторы, исследовав нормативные правовые акты, в том числе ведомственные, правовую литературу, судебную практику и опыт практического применения цифровых технологий в деятельности суда, делают ряд ценных предложений по изменению и дополнению действующего законодательства. Авторы монографии обратили внимание на историю развития информатизации судебной системы и ее отдельных элементов, заложены основные направления и научное обоснование дальнейшего развития. Кроме того, конструктивным представляется стремление авторов усовершенствовать саму работу судов, перенеся некоторые виды деятельности суда на цифровые рельсы.

Полагаю, что постановка и видение авторами проблем, возникающих в сфере цифровизации правосудия, окажет существенное влияние на формирование и развитие системы электронного правосудия и его отдельных элементов. Ведь этот процесс далек от своего окончания и находится в состоянии ускорения.

Отдельно можно выделить внимание авторов к необходимости обеспечения информационной безопасности при осуществлении электронного правосудия. Несмотря на большую актуальность данной темы, она редко затрагивается учеными-правоведами и практиками. Авторы перечисляют угрозы, которые могут возникнуть при осуществлении электронного правосудия, и пути их предотвращения.

Авторами монографии на основе их богатого практического опыта работы судьями, сотрудниками Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации анализируются появившиеся в ходе цифровизации судебной системы России проблемы и предлагаются пути их разрешения.

Данная монография будет полезна судьям, сотрудникам аппарата судов, Судебного департамента, преподавателям вузов, студентам, аспирантам, всем тем, кто обращается в судебные органы, тем, чья работа связана с судом, а также всем интересующимся судебной системой и развитием цифровизации в России.

Алексей Николаевич Шипилов,
председатель Краснодарского краевого суда,
председатель Комиссии Совета судей
Российской Федерации по информатизации
и автоматизации работы судов

Глава I.
ПОНЯТИЕ, СУЩНОСТЬ, ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ИНФОРМАТИЗАЦИИ СУДЕБНОЙ СИСТЕМЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

§ 1. Понятие, сущность и значение электронного правосудия и соотношение со смежными понятиями

1. Понятие и значение электронного правосудия

С постепенным развитием научно-технического прогресса в России в оборот прочно вошло такое понятие, как «электронное правосудие». В настоящее время и со стороны ученых-правоведов, и со стороны практических работников и других людей, связанных с судопроизводством, можно услышать это словосочетание. Между тем многие понимают его по-разному, вкладывая в эти слова разный смысл и содержание. Поэтому, начиная рассматривать проблемы «электронного правосудия», мы должны определиться с терминами и раскрыть наше понимание этого явления.

Существуют разные подходы к понятию «электронное правосудие». Нужно отметить, что российское законодательство не дает легального определения данного понятия. Однако в некоторых документах, связанных с судебной системой, такое определение дается.

Так, одно из определений появилось в Концепции развития информатизации судов до 2020 г. В п. 1.3 данного документа установлено, что «под электронным правосудием понимается способ и форма осуществления предусмотренных законом процессуальных действий, основанных на использовании информационных технологий в деятельности судов, физических и юридических лиц в электронном (цифровом) виде»².

Длительное время единственным официальным определением было определение содержащееся в Рекомендациях Комитета министров Совета Европы CM/Rec(2009)1 государствам-участникам Совета Европы по электронной демократии. В данном документе под электронным правосудием понимается «использование информационно-коммуникационных технологий в реализации правосудия всеми заинтересованными сторонами в юридической сфере с целью повышения эффективности и качества государственных служб, в частности, для частных лиц и предприятий. Оно включает в себя электронное общение и обмен данными, а также доступ к информации судебного характера»³.

Вместе с тем в юридической науке нет недостатка в определениях «электронного правосудия». Ученые-процессуалисты далеко продвинулись в этой сфере. Существует немало определений как самого понятия «электронное правосудие», так и его соотношения со смежными терминами. Иногда используют такие сходные и близкие термины, как «цифровое правосудие», «киберправосудие», «онлайн-правосудие» и т. д. О них речь пойдет ниже.

Говоря же об электронном правосудии, мы коснемся следующих определений, данных в юридической литературе. Так, А. Сухаренко считает, что «электронное правосудие ‒ это способ осуществления правосудия, основанный на использовании современных информационно-коммуникационных технологий и имеющий своей целью обеспечение гласности, открытости и доступности судопроизводства»⁴.

По мнению Е. А. Артюшовой, высказанному в 2010 г., «понятие электронного правосудия только входит в речевой оборот и на законодательном уровне не закреплено. Электронное правосудие (e-Justice) ‒ это способ осуществления правосудия, основанный на использовании ИКТ-систем»⁵. Стоит отметить, что с того времени понятие электронного правосудия уже прочно вошло в юридический оборот.

Ю. А. Жданова различает понятие электронного правосудия в широком и узком смыслах. По ее мнению, «в широком смысле под электронным правосудием можно понимать совокупность различных автоматизированных информационных систем ‒ сервисов, предоставляющих средства для публикации судебных актов, ведения «электронного дела» и доступа сторон к материалам «электронного дела». Вышеуказанные средства позволяют вывести на совершенно иной качественный уровень взаимодействие суда, участников процесса и иных заинтересованных лиц. В то же время все эти сервисы носят прикладной, вспомогательный характер, не изменяя способов ведения судебного процесса.

В узком смысле электронное правосудие ‒ это возможность суда и иных участников судебного процесса осуществлять предусмотренные нормативно-правовыми актами действия, непосредственно влияющие на начало и ход судебного процесса (например, такие действия, как подача в суд документов в электронной форме или участие в судебном заседании посредством системы видео-конференц-связи)»⁶.

В. Синенко определяет «электронное правосудие в самом широком смысле как такое осуществление главной функции судебной власти, которое основывается на использовании электронных информационно-коммуникационных средств»⁷. Далее он дает определение электронного правосудия, под которым понимает «такой судебно-юрисдикционный порядок рассмотрения гражданских дел, который всецело (включая совершение всех необходимых процессуальных действий) опосредуется необходимой и достаточной электронной формой выражения (закрепления) процессуальной информации и взаимодействия участников гражданского судопроизводства»⁸. Нам представляется важным то, что автор делает упор на «всецелое» опосредование осуществления правосудия электронной формой выражения.

Небезынтересна позиция А. Н. Козырева, который разграничивает понятия «электронное», которое относится к материальной форме воплощения сигнала, и «цифровое», которое относится к форме (или формату) представления информации⁹.

Е. А. Мошков рассматривает электронное правосудие как процессуальную форму¹⁰. Неоспорим тот факт, что электронное правосудие устанавливает определенные требования к форме судопроизводства, но эти требования устанавливаются не только к электронному судопроизводству, но и к обычному бумажному судопроизводству.

Далее Е. А. Мошков дает определение электронного правосудия в РФ, под которым он понимает «нормативно-установленный порядок деятельности судов по рассмотрению и разрешению дел, основанный на использовании информационно-коммуникационных технологий в процессе подготовки и осуществления гражданского судопроизводства, направленный на ускорение судебных процедур, повышение их открытости, а также обеспечение с помощью специальных информационных средств равного и полного доступа всех граждан к информации о деятельности судов и правосудию»¹¹. Данное определение мы считаем обоснованным, но не совсем полным, поскольку оно характеризует лишь одну из сторон электронного правосудия.

Д. А. Печегин отмечает, что «словосочетание «цифровое правосудие» в большей степени соответствует современному и будущему духу развития государства и общества, в рамках которого соотношение понятий «цифровое правосудие» и «электронное правосудие» можно представить в виде последовательных ступеней развития одного и того же процесса. Разница между ними заключается в том, что для правосудия цифровой эпохи характерным элементом становится использование роботов-программ, упрощающих и ускоряющих деятельность (в сфере электронного правосудия), а также технологий искусственного интеллекта, нейросетей, посредством которых роль человека в принятии решений при производстве дел сводится к минимуму. Иными словами, разница между двумя терминами заключается в отражении ими качества и глубины проводимых государством преобразований сферы юстиции»¹².

По нашему мнению, при определении электронного правосудия необходимо выделить следующие три понятия:

‒ электронное судопроизводство ‒ то есть, когда судопроизводство ведется не на бумажных носителях, а в электронном виде, но промежуточные и итоговые решения принимает в конечном итоге судья-человек, работая с электронными носителями информации. Например, в настоящее время исковое заявление может поступить в суд общей юрисдикции в электронном виде. Судья может принять вынести определение о назначении судебного заседания также в электронном виде и прикрепить его в ГАС «Правосудие», чтобы к нему имел доступ истец. Нужно отметить, что в настоящее время полный цикл осуществления правосудия в цифровой форме еще не реализован, но постепенно судопроизводство идет к этому;

‒ электронное правосудие ‒ когда промежуточное или итоговое решение принимает искусственный интеллект с помощью программного обеспечения. И речь здесь идет о «судье-роботе». Следует сказать, что в российском судопроизводстве такой робот не применяется, однако попытки разработки программ принятия решения компьютером, а не человеком уже существуют. Так, пермскими исследователями С. Б. Поляковым и И. А. Гилевым разработана «программа информационно-технологической поддержки принятия мотивированных судебных решений по делам искового производства по правилам Гражданского процессуального кодекса РФ «Лазер-ИП-ГПК-2020», которая оснащена функциями:

‒ создания судье строгих условий движения по стадиям правоприменения и юридической аргументации в соответствии с требованиями закона и юридической науки;

‒ сокращения дефицита времени судьи. Заполнение форм программы в процессе судебного разбирательства одновременно является написанием мотивированного решения, выдаваемого программой сразу по итогу решения судьями промежуточных задач в судебном заседании»¹³.

Позволим себе заметить, что до полного внедрения таких программ еще очень далеко по ряду самых различных причин. О них речь пойдет в параграфе 3.3;

‒ иная осуществляемая в электронном виде судебная деятельность. Она собственно правосудием не является, но неотъемлемо связана с правосудием. Это так называемая организационная деятельность суда, к которой мы можем отнести работу по судебной статистике, архивному делу, кадровое, материально-техническое обеспечение деятельности суда, учет законодательства и обобщение судебной практики, наполнение информацией сайта суда (пресс-релизы, отчетность, данные о суде) и др. Дело в том, что ограничивать электронное правосудие только непосредственно отправлением правосудия означало бы отделение от электронного правосудия того, что по определению правосудием не является, но теснейшим образом с ним связано. Например, предоставление информации о вынесенном судебном акте на официальном сайте суда, электронное распределение дел в судах общей юрисдикции дела распределяются в автоматизированном режиме посредством ПС ГАС «Правосудие» «Модуль распределения дел». Другим примером может служить случайная выборка кандидатов в присяжные заседатели ПИ «Присяжные» ГАС «Правосудие».

Таким образом, анализируя приведенные точки зрения в правовой науке, мы понимаем под электронным правосудием отличающийся от обычного (классического) способа способ отправления правосудия, который осуществляется с применением информационно-телекоммуникационных технологий (в том числе искусственного интеллекта), существует на электронном носителе в цифровом пространстве и позволяет применять в судопроизводстве цифровой, безбумажный порядок делопроизводства, ведения процесса, вынесения судебного акта и его исполнения.

В данном определении отражена сущность электронного правосудия, которую мы попытаемся раскрыть более подробно, проанализировав его отдельные элементы.

1. Электронное правосудие ‒ это один из способов осуществления правосудия. Он стал зарождаться с развитием и внедрением информационно-телекоммуникационных технологий, в настоящее время активно развивается и постепенно заменит собой обычный (классический) способ. Последний основан на письменном ведении судопроизводства на бумажных носителях, но с одновременным требованием устности при проведении судебного разбирательства (допрос свидетелей, оглашение иных доказательств и др.). Как нам представляется, произойдут коренные изменения в осуществлении правосудия: многие документы канут в лету (например, протокол судебного заседания), многие видоизменятся до неузнаваемости (различные запросы суда, исполнительные листы), активно будет использоваться биометрия, электронная цифровая подпись и др.

Вместе с тем электронное правосудие, помимо того, что оно является способом осуществления правосудия, является и его формой. В юридической науке существует большое количество определений процессуальной формы и ее элементов. При этом определения и понимание отличаются в зависимости от отрасли процессуального права. В целом обычно в понятие процессуальной формы включают порядок осуществления судопроизводства, юридические процедуры, условия, гарантии, круг и порядок деятельности лиц, содержание и характер действий, ответственность и т.п.¹⁴ Следует обозначить, что электронное правосудие тоже можно отнести к форме судопроизводства, ведь оно устанавливает и регламентирует определенную процедуру осуществления судопроизводства, порядок оформления, подачи, составления документов, порядок действий лиц и т. д.

2. Электронное правосудие осуществляется с применением информационно-телекоммуникационных технологий (в том числе искусственного интеллекта). Именно эти технологии, устройства и программные продукты являются материальной базой, основой для существования электронного правосудия. Постепенно появляются новые технологии, усовершенствуются уже существующие, поэтому процесс развития электронного правосудия носит постоянных характер. Искусственный интеллект является отдельной новейшей технологией, которая постепенно придет и в судебную деятельность.

3. Электронное правосудие существует на электронном носителе в цифровом пространстве. Особенность электронного правосудия заключается в том, что оно материализуется в виртуальной реальности в виде электронного дела. Такое дело, например, нельзя будет потрогать, физически ощутить, так оно представляет собой информацию, находящуюся на каком-либо участке какого-либо диска.

4. Электронное правосудие позволяет применять в судопроизводстве цифровой, безбумажный порядок делопроизводства, ведения процесса, вынесения судебного акта и его исполнения. Все движение судебных документов, их появление, видоизменение происходит в электронном виде (начиная от поступления документов до их списания в архив и уничтожения). Встают вопросы: какие коренные изменения произошли в порядке осуществления судопроизводства? Может быть, это всего лишь смена носителя? Из истории нам известно, что человечество использовало для судопроизводства и документооборота в судах и вообще для хранения информации различные носители. Это были папирус, глиняные таблички, каменные стелы¹⁵, восковые дощечки и т. п. Люди переходили от одного носителя к другому, пока не перешли на бумагу в ее современном виде. На наших глазах совершается переход от бумаги к электронным носителям, но это не просто переход от одного носителя к другому, но и более коренные качественные изменения. В виртуальный мир переходят не только отдельные документы, но и вся деятельность, связанная с судопроизводством (например, все судебное заседание проводится в виртуальном виде с использованием трансляции и видео-конференц-связи, многие процессы, такие как прием и подача документов, распределение дел в суде, исполнение решений, автоматизированы). В связи с чем мы считаем, что переход к электронному судопроизводству нельзя сводить только к смене носителя информации, это гораздо более существенные изменения.

Говоря о существе электронного правосудия, следует коснуться его элементов. По нашему мнению, электронное правосудие состоит из нескольких элементов, которые функционируют на различных этапах и в различных сферах отправления правосудия. Мы выделяем следующие элементы электронного правосудия: закрепление в сети Интернет информации о судебной системе и отдельных судах, доступ к судебной практике, онлайн трансляция из зала суда, информационно-справочные киоски, доступ к судебным актам по делу в электронном виде, видео-конференц-связь, электронное дело (электронный архив), аудиопротоколирование и многое другое¹⁶.

Данный перечень не исчерпывающий, и по мере развития электронного правосудия добавляются и внедряются новые элементы, и постепенно будет сформирована единая система, которая будет покрывать единым программным обеспечением все элементы и аспекты осуществления правосудия. Это, по нашему мнению, приведет к постепенному переходу к единому программному обеспечению, необходимому для перевода в электронный вид всех этапов судопроизводства.

Нам представляется, что в настоящее время доля электронной формы выражения судопроизводства далеко не стопроцентная, то есть электронными сервисами охвачена лишь определенная часть судопроизводства. Однако год от года с развитием и внедрением все новых информационно-телекоммуникационных технологий эта доля растет. Представляется, что в будущем электронное правосудие охватит все сферы судопроизводства, включая оценку доказательств, выбор и применение норм в каждом конкретном деле, обоснование выводов по делу и т. д.

Многие виды деятельности судов технологически и с точки зрения программного обеспечения пока не снабжены продуктами и технологиями, позволяющими перевести их в цифровой вид. Но постепенно в связи с активной цифровизацией судебной системы эти «белые пятна» перестанут существовать и перед нами предстанет полностью электронно-цифровая форма судопроизводства.

Мы считаем, что в настоящее время судебная система находится на этапе консолидации платформ. В данный момент эксплуатируются такие программы, как Автоматизированная информационная система «Судоделопроизводство» Конституционного Суда Российской Федерации, Автоматизированная информационная система Верховного Суда Российской Федерации, ГАС «Правосудие» в федеральных судах общей юрисдикции, Комплексная информационная система судов общей юрисдикции города Москвы (КИС СОЮ), Информационная система «Картотека арбитражных дел» (КАД) в арбитражных судах, информационные системы мировых судей (Информационная система делопроизводства мирового судьи «АМИРС», Программный комплекс «Мировые судьи» от компании ЗАО «КРОК» и др.). Существование такого большого количества систем неудобно как для судов, так и для граждан и организаций, поэтому необходима их консолидация.

Такая консолидация предусмотрена и в законе. В соответствии с Федеральным законом «О Судебном департаменте при Верховном Суде Российской Федерации» формирование единого информационного пространства федеральных судов и мировых судей является одной из задач Судебного департамента. При этом под осуществлением полномочий Судебного департамента по формированию единого информационного пространства федеральных судов и мировых судей в настоящем Федеральном законе понимаются: … «2) для мировых судей ‒ осуществление мероприятий по включению информационных ресурсов мировых судей в объединенные базы данных и банки данных, установление единых технических требований к функционированию информационных систем и использованию информационно-телекоммуникационных сетей, функционирующих на основе единых принципов и общих правил»¹⁷.

Завершая характеристику сущности электронного правосудия, следует отметить, что электронное судопроизводство и электронное правосудие заслуживают закрепления в федеральных конституционных законах, регламентирующих деятельность судебной системы, поскольку такая необходимость назрела.

Мы предлагаем дополнить Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» статьей 34.1 «Использование электронного судопроизводства в деятельности судов» и изложить ее в следующей редакции:

«1. Деятельность судов может осуществляться с использованием информационно-телекоммуникационных технологий. Порядок разработки, внедрения и использования таких технологий устанавливается в федеральных законах.

2. Использование информационно-телекоммуникационных технологий в деятельности судебной системы не должно нарушать права и свободы человека и гражданина, не может приводить к дискриминации отдельных лиц и нарушать принципы осуществления правосудия, закрепленные в главе 1 настоящего Федерального закона.

3. Никто не вправе разрабатывать и внедрять информационно-телекоммуникационные технологии, которые подменяют судебные органы в деятельности по осуществлению правосудия.

4. Учреждениями судебной системы могут создаваться предприятия по информационно-аналитической поддержке автоматизированных систем электронного судопроизводства».

2. Соотношение понятия «электронное правосудие» со сходными понятиями

Существует множество терминов, близких к «электронному правосудию», которые мы рассмотрим и соотнесем в рамках изучаемой нами проблемы.

Наиболее близким к «электронному правосудию» является понятие «электронное судопроизводство», которое нами выше уже было рассмотрено. Поэтому мы не станем на нем останавливаться подробно.

Время от времени в литературе встречается понятие «киберправосудие». Слово-приставка «кибер» означает связь с компьютерными сетями, Интернетом. Так, англоязычная Википедия рассматривает киберправосудие как «внедрение технологий в систему правосудия посредством предоставления судебных услуг в электронном виде, либо посредством использования электроники в залах судебных заседаний, либо для других целей разрешения споров»¹⁸.

Е. В. Булгакова, И. С. Денисов, В. Г. Булгаков указывают, что под киберправосудием «в широком смысле следует понимать как комплексную модель системы правосудия, вся совокупность элементов которой размещена на единой цифровой платформе, обеспечивающей полный цикл отправления правосудия, расширяющую возможности доступа к правосудию, характеризующуюся переходом к цифровым технологиям аналитики данных, использованием технологий искусственного интеллекта для повышения качественных характеристик принятия решений, сокращения издержек и сроков рассмотрения дел»¹⁹.

Несмотря на это, мы считаем, что, по сути, киберправосудие является синонимом электронного правосудия, хотя, когда пишут о киберправосудии, чаще речь идет об «онлайн разрешении споров» и использовании компьютерных технологий для принятия судебных решений.

Другим интересным термином является «цифровое правосудие». Этот термин был предметом внимания ряда авторов, которые его рассматривали с разных сторон.

Так, А. А. Козырева и Т. В. Пирожкова отмечают, что «словосочетание «цифровое правосудие» в большей степени соответствует текущим тенденциям развития государства и общества, в рамках которого соотношение понятий «цифровое правосудие» и «электронное правосудие» можно представить в виде последовательных ступеней развития одного и того же процесса»²⁰.

О. В. Брянцева и О. Л. Солдаткина²¹, ссылаясь на ряд исследований²², отмечают, что «термин «электронное правосудие» (e-justice) уже в принципе устоялся, под ним традиционно понимается способ осуществления правосудия, основанный на использовании современных информационно-коммуникационных технологий и имеющий своей целью обеспечение гласности, открытости и доступности судопроизводства. При этом термин «электронное правосудие» необходимо отделять от термина «цифровое правосудие»: в первом случае речь идет о свойствах носителя информации, во втором ‒ о форме существования данных. Разница в терминах существенна, так как форма хранения информации определяет свойства среды. В частности, цифровое правосудие предполагает переход большей части коммуникаций в цифровую среду и, по крайней мере, равный статус с очно-бумажным взаимодействием²³, тогда как электронное правосудие предполагает в основном осуществление судами разрешения правовых конфликтов посредством информационно-коммуникационных технологий, прежде всего электронного документооборота и системы видео-конференц-связи, результаты которых отображаются в информационной системе²⁴».

Мы солидарны с мнением данных авторов и считаем, что соотношение между понятиями «электронное правосудие» и «цифровое правосудие» равнозначно соотношению свойств носителя информации и формы существования данных. Вместе с тем мы не видим каких-то принципиальных отличий между данными понятиями.

Рассматривая электронное правосудие, нельзя обойти стороной понятия «информатизация правосудия» и «информатизация судов».

Интересным представляется мнение С. Э. Несмеяновой, которая, анализируя два рассматриваемых понятия, приходит к выводу, что «информатизация судов и электронное правосудие ‒ хотя и связанные правовые явления, тем не менее имеют разное наполнение. Информатизация судов представляет собой электронное обеспечение правосудия, использование всеми судами самых разных информационных технологий. Причем эти новые информационные ресурсы используются прежде всего внутри самой судебной системы, во взаимоотношениях между различными судами, и только потом информационные технологии применяются во взаимодействии с иными лицами, органами, т. е. с внешними субъектами, что напрямую отражается на обеспечении открытости, прозрачности и доступности правосудия в целом. Информатизация упрощает многие действия суда и делает их более прозрачными»²⁵.

Разграничивая электронное правосудие и информатизацию судов, В. Синенко пишет, что «в качестве исходного тезиса можно определить, что понятие электронное правосудие не совпадает с простой информатизацией судов. Последнее предполагает, что суды в своей деятельности используют компьютерную технику, но только в качестве подсобного, а не процессуального средства. В то же время эти явления нельзя и противопоставлять. Электронное правосудие, естественно, связано с использованием информационных технологий, и поэтому, скорее всего, представляет собой достижение определенного уровня информатизации. Такого, при котором количественные изменения позволяют говорить о переходе в качественно новое состояние»²⁶.

Смешение данных категорий, отмечает С. В. Василькова, «на практике может привести к тому, что внешняя модернизация судебной деятельности без основополагающей сущностной перестройки будет рассматриваться как достаточная реализация концепции электронного правосудия. Однако объединение государственных судов в единую компьютерную сеть, публикация судебных постановлений в сети Интернет ‒ это еще не электронное правосудие. Необходимо разработать такие направления совершенствования законодательства и правоприменительной практики, которые позволят реализовать именно сущностную перестройку информационного и технологического обеспечения судебной деятельности в соответствии с потребностями современного информационного общества, в общем охвате концепции защиты прав и охраняемых законом интересов»²⁷.

Мы солидарны с мнением данных авторов, но вместе с тем хотим отметить, что понятие «информатизация судов» в большей степени направлено на отражение происходящего процесса внедрения новых информационных технологий в деятельность суда. Элементами этого процесса является материально-техническое обеспечение судов техникой (закупка компьютеров, серверов, подключение к Интернету и т. п.), программным обеспечением, обучение сотрудников работе с этим программным обеспечением. И если понятие «информатизация правосудия» носит динамический характер, поскольку отражает целенаправленный процесс, то понятие «электронное правосудие» отражает конечную цель и результат названной деятельности.

Отметим, что электронное правосудие ‒ это постоянно меняющееся и развивающееся явление. Уровень его развития изменяется с течением времени и внедрения новых технологий, а также отличается в разных государствах. Где-то уровень электронного правосудия очень высок, а где-то оно еще только зарождается. Развитие электронного правосудия, на наш взгляд, зависит как от внешних, так и от внутренних факторов. К внешним факторам следует отнести, например, распространение коронавирусной инфекции, которое придало значительное ускорение развитию электронного правосудия. К числу внешних факторов мы относим те, которые находятся вне судебной системы. Внутренние же факторы относятся к судебной системе и в качестве примера можно привести деятельность Советов судей РФ и отдельных регионов, проявленную инициативу отдельных судей и коллективов судов.

О том, что информатизация судов направлена в будущее, свидетельствует также, например, содержание Концепции информатизации судов и системы Судебного департамента до 2030 года, которая определяет направления, задачи, принципы и основные этапы создания в судах и в системе Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации условий для реализации электронного правосудия в целях повышения уровня доступности правосудия и доверия граждан, достижения максимальной прозрачности деятельности при соблюдении требований защиты персональных данных²⁸.

По нашему мнению, более широким по сравнению с «электронным правосудием» является понятие «электронного государства». В последнее входят все элементы цифровизации государственного управления.

С. В. Тихонова считает, что «электронное государство ‒ это новый способ организации публичной власти, трансформирующий все три ветви государственной власти. Законодательная ветвь представлена электронным законотворчеством и электронным парламентом, исполнительная ‒ электронным правительством, судебная ‒ электронным правосудием»²⁹. Данный автор использует для выделения частей электронного государства принцип разделения властей, что разделяется авторами данного исследования. Далее С. В. Тихонова указывает, что «наибольшей зрелостью отличается исполнительная ветвь электронного государства, две остальные находятся в эмбриональном состоянии»³⁰. С таким мнением нельзя согласиться, поскольку, несмотря на то, что автором статья была опубликована в 2013 г., в рамках судебной ветви власти уже функционировали многие элементы электронного правосудия как в арбитражных судах, так и в судах общей юрисдикции. Так, в феврале 2010 г. запущен сервис «Картотека арбитражных дел»³¹, в 2010 г. запущены сервисы публикации судебных решений и сведений о рассматриваемых в федеральных судах и у мировых судей общей юрисдикции делах³², налажена система видео-конференц-связи и СМС-информирование участников процесса³³. Конечно же, на этом развитие электронного правосудия не остановилось и шло активно и эффективно в самых разных направлениях (подача документов в электронном виде, цифровизация составления и направления документов судом, цифровизация архивов судов, онлайн-заседания и многое другое).

Вместе с тем электронное государство и электронное правосудие тесно взаимодействуют: органы исполнительной и судебной властей подписывают различные межведомственные соглашения, касающиеся электронного документооборота, ведут электронное взаимодействие в режиме реального времени. Отдельно следует отметить разработку суперсервиса «Правосудие онлайн», который будет функционировать на общем для государственных органов Едином портале государственных и муниципальных услуг. Более подробно вопросы межведомственного взаимодействия раскрыты в § 3 главы 1.

В связи с этим справедливо высказывание И. С. Денисова о том, что «электронное правосудие не может развиваться в отрыве от состояния и хода внедрения взаимодействия в электронном виде в обществе и в государстве целом, т. к. электронное правосудие является составной частью более глобального феномена ‒ электронного государства. В наиболее передовых странах, использующих электронный документооборот, юридически значимое взаимодействие с гражданами и бизнесом, прежде всего по территориальному масштабу, переводится в электронный вид не только в судебной системе»³⁴.

Необходимо также учитывать, что система электронного правосудия занимает особое место среди других элементов электронного государства. Это связано со сложностью и многоаспектностью регламентации судебной деятельности. Например, если гражданину требуется получить информацию, получить паспорт или справку об отсутствии судимости и т. п., он обращается в электронном виде и может получить эту государственную услугу. При этом от государственного органа не требуется осуществления сложных рассуждений, формулирования выводов, оценки доводов различных лиц. Другое дело ‒ судебная деятельность. Осуществление электронного правосудия реализуется, в первую очередь, в вынесении судебного акта, который отражает не только фактическую, но и интеллектуальную деятельность судьи.

Кроме того, следует учитывать независимость судебной власти. Электронный парламент предусматривает общественное обсуждение законопроектов, по результатам которого может быть принят закон. Такое обсуждение включает в себя оценку законопроекта обществом, в том числе его жесткую критику или, наоборот, одобрение. Обсуждение же судебного дела до вынесения судебного акта можно расценить как давление на суд, а это запрещено.

Следует также отметить, что суд рассматривает индивидуальные споры, что зачастую должно сопровождаться закрытостью данных участников таких дел. Это также накладывает свой отпечаток на электронное правосудие.

В этих положениях отражается специфика электронного правосудия по сравнению с иными элементами электронного государства.

Нам представляется обоснованным введение в научный оборот термина «безбумажность судопроизводства»³⁵. Авторы данного параграфа, рассматривая феномен безбумажности, писали, что «безбумажность судебного делопроизводства предусматривает постепенный и планомерный переход в судебном делопроизводстве от бумажных носителей информации, бумажных документов к их электронным аналогам с применением различных программных продуктов. То есть чтобы суд и участники судопроизводства в электронном, а не бумажном виде могли осуществить процессуальное действие, составить и подать документ, получить информацию и т. д.»³⁶.

Безбумажность является обратной стороной электронного правосудия, ее материальным выражением, поскольку представляет из себя переход от бумажного носителя к электронному. Нам представляется, что за этим будущее и безбумажность является более современным и эффективным способом ведения судопроизводства, к чему необходимо стремиться.

Еще одним интересным понятием, на наш взгляд, которое мы бы хотели осветить, является электронная демократия. Ей посвящено немало работ, которые рассматривают различные аспекты этого явления. Так, А. С. Лолаева указывает, что «средствами электронной демократии становятся интернет-голосования, электронные опросы граждан, предоставление электронных государственных услуг, электронный сбор подписей (петиции), электронные консультации, электронные ходатайства, электронное правосудие и т. д. Посредством электронной демократии появляется возможность расширения пределов прямой демократии вместо представительной, упрощаются способы коммуникации между представителями власти и гражданами, становятся более прозрачными процессы принятия официальных решений»³⁷.

Я. В. Антонов отмечает, что «в международной практике в числе проектов электронной демократии выделяются такие проекты, как E-business (электронный бизнес), E-employment (электронная занятость), E-procurement (электронные торги), E-commerce (электронная коммерция), E-justice (электронное правосудие), E-initiative (электронная инициатива), которые позволяют представителям бизнес-структур реализовывать свои экономические интересы во взаимодействии с органами публичной власти в рамках единой системы электронной демократии»³⁸.

С мнением указанных авторов нельзя не согласиться, поскольку электронное правосудие также содействует становлению демократии, как и интернет-голосование, электронные опросы и т. п. В качестве примера можно привести такой подлинно демократический институт в уголовном судопроизводстве, как производство в суде с участием присяжных. В рамках развития этого института создан такой элемент электронного правосудия, как Программное изделие «Присяжные» в ГАС «Правосудие», которое помогает реализовать право граждан на участие в осуществлении правосудия в качестве присяжных заседателей (сформировать список кандидатов в присяжные, разрешить вопросы выплаты компенсационного вознаграждения присяжным и др.).

Другим выражением электронной демократии в деятельности суда являются трансляции судебных заседаний, благодаря которым заседания становятся публичными и общественность получает информацию о деятельности суда. Особенно это важно в период пандемии, ведь доступ граждан в здание суда ограничен и принципы гласности и открытости не могут реализоваться в полной мере. Так, на сайте Краснодарского краевого суда посетителям предоставлена возможность наблюдать за процессом в реальном времени³⁹. Это уже далеко не единичные случаи, и многие другие суды предоставляют такую возможность.

Считаем, что видеотрансляции судебных заседаний являются важной гарантией демократичности судебного разбирательства и требуют дальнейшего развития и внедрения. Возможно проведение трансляций судебных заседаний в учебных целях. Авторы данного параграфа впервые провели в рамках учебного занятия процесс по рассмотрению Тюлячинским районным судом Республики Татарстан реального уголовного дела, предусмотренного ч. 2 ст. 258 УК РФ, которое транслировалось в онлайн-режиме⁴⁰ для студентов юридического факультета Казанского филиала Российского государственного университета правосудия. После окончания процесса его процессуальный порядок и результаты были обсуждены со студентами.

Другими связующими элементами между электронной демократией и электронным правосудием, по нашему мнению, являются каналы пресс-служб судов в системе «Телеграм» и на видеохостинге «Ютуб», в социальных сетях «Фейсбук», «ВКонтакте», «Инстаграм», благодаря которым общество получает информацию о значимых судебных процессах и работе судов.

Таким образом, электронное правосудие и электронная демократия тесно взаимосвязаны: электронное правосудие является одним из элементов электронной демократии, хотя и не все элементы электронного правосудия созданы для реализации электронной демократии.

Важно определить соотношение электронной демократии с искусственным интеллектом.

Искусственный интеллект ‒ свойство интеллектуальных систем выполнять творческие функции, которые традиционно считаются прерогативой человека⁴¹. Теория сильного искусственного интеллекта предполагает, что компьютеры могут приобрести способность мыслить и осознавать себя как отдельную личность (в частности, понимать собственные мысли), хотя и не обязательно, что их мыслительный процесс будет подобен человеческому; теория слабого искусственного интеллекта отвергает такую возможность⁴².

Искусственный интеллект является той технологией, которая, как нам кажется, вдохнет новую жизнь в электронное правосудие, позволит реализовать многие возможности, которые раньше казались на грани фантастики.

Иногда это приводит к курьезным случаям. Так, «компания Google уволила инженера Блейка Лемуана после того, как он заявил об обнаружении признаков сознания у искусственного интеллекта. В Google несколько месяцев работали с искусственным интеллектом LaMDA, но пришли к выводу, что заявления экс-сотрудника «совершенно не обоснованы». Лемуан рассказал о признаках сознания у LaMDA в статье Washington Post. За неделю до этого его отправили в административный отпуск ‒ он поделился с начальством своими мыслями насчет осознанности искусственного интеллекта.

Google представила LaMDA в 2021 г. Искусственный интеллект имитирует речь, анализируя триллионы словосочетаний из Интернета. Лемуан работал с ней с осени прошлого года, он проверял ее на использование дискриминационных выражений или ненавистнических высказываний.

Во время одного из разговоров искусственный интеллект заговорил о личности и правах. К тому же LaMDA поделился своим желанием: «чтобы его считали сотрудником Google, а не собственностью». Лемуан и его коллега представили отчет «Разумна ли LaMDA?» руководству Google, но там не увидели признаков сознания у ИИ»⁴³.

Председатель Совета судей Российской Федерации В. В. Момотов в своем выступлении на пленарном заседании конференции участников Глобальной сети обеспечения честности и неподкупности судебных органов (Global Judicial Integrity Network), которая прошла в Катаре 26 февраля 2020 г., отметил следующее: «В судебной системе внедрение искусственного интеллекта может обеспечить в том числе:

а) повышение качества и эффективности судебной деятельности за счет:

‒ использования систем поддержки принятия решений судом, например, система назначения наказания в уголовном судопроизводстве,

‒ использования систем обработки естественного языка ‒ распознавание общего смысла текста с возможностью выделять ключевые тезисы из текста,

‒ использования систем распознавания речи и видеоизображения в целях разметки аудио- и видеопротоколов судебных заседаний,

автоматизированная подготовка проектов судебных актов;

б) повышение эффективности судебной защиты прав и законных интересов граждан, организаций, органов государственной власти (за счет использования интеллектуальных помощников участников судебных процессов, расширения дистанционного участия в судебных заседаниях за счет использования технологий биометрической идентификации граждан);

в) снижение конфликтности, повышение правосознания за счет внедрения экспертных систем прогнозирования результата рассмотрения судебного дела»⁴⁴.

В. В. Момотов собрал воедино основные сферы применения искусственного интеллекта для целей судебной деятельности, которые в ближайшие десятилетия изменят систему работы судов.

Н. В. Архиереев, рассматривая искусственный интеллект в деятельности судов, приходит к выводу о том, что «слабый» искусственный интеллект применяется уже сейчас и сфера его применения будет только расширяться. При этом применение «сильного» искусственного интеллекта ‒ это сравнительно недалекое будущее, а вопрос о замене (дублировании) профессионального судьи системой «суперсильного» искусственного интеллекта может стать актуальным не ранее чем через 20–30 лет. В любом случае применение искусственного интеллекта ‒ это будущее правосудия и всей судебной системы»⁴⁵.

Интересен в этом плане опыт Китая в применении искусственного интеллекта. Из публикации на портале «Право.ру» следует, что «уже сейчас искусственный интеллект принимает участие в каждом судебном деле», заявил представитель пресс-службы Верховного суда Китая Сюй Цзяньфэн. А прокуратура страны проверяет способность машинного интеллекта самостоятельно выдвигать версии обвинения.

Систему «Умный суд» запустили в Китае в 2015 г. Власти обязали все суды страны унифицировать свои цифровые системы и подключить базы данных к центру в Пекине. Одновременно информационный портал дал судьям доступ к базе данных полиции, прокуратуры и некоторых других госорганов.

Самообучающаяся система ежедневно обрабатывает около 100 000 дел по всему Китаю. Если судья решит отклонить рекомендации искусственного интеллекта, ему нужно будет письменно мотивировать это решение. Эксперты опасаются, что в большинстве случаев судьи не будут этого делать, чтобы упростить себе работу и снизить риски. В результате их роль может свестись к визированию оценок искусственного интеллекта»⁴⁶. Даже из нескольких абзацев процитированной нами статьи возникает несколько моментов, позволяющих задуматься, этично ли использование искусственного интеллекта в судебной сфере, нужно ли это. Поэтому более детально данные этические проблемы будут рассмотрены в параграфе 3 главы 3.

И последнее понятие, которого бы мы хотели коснуться, это «экосистема правосудия». На момент написания данного параграфа монографии авторы не обнаружили такого определения в юридической литературе и прессе. Вместе с тем в настоящее время идет активное формирование различных экосистем и осознание необходимости их создания. Так, 18 мая 2020 г. состоялась международная научно-практическая онлайн-конференция на тему «Формирование цифровой экосистемы адвокатуры в Азербайджанской Республике, Республике Беларусь и Российской Федерации»⁴⁷, на которой был, в частности, поставлен вопрос обеспечения в обозримом будущем создания полноценной экосистемы адвокатской деятельности. По нашему мнению, судебная деятельность уже обладает свойствами экосистемы, включающей в себя такие разные направления деятельности, как рассмотрение дел, прием документов, запрос документов, применение обеспечительных мер, мер предварительной защиты, направление документов, включая исполнительные листы, онлайн-процессы, оплата государственной пошлины, штрафов, оплата услуг адвокатов по назначению. Это происходит во взаимодействии с самыми разными органами и организациями (Росреестр, банки, Судебный департамент, адвокатские образования, другие государственные органы и др.). На необходимость таких подходов к судебной экосистеме обращали внимание и зарубежные исследователи⁴⁸. Так или иначе будущее покажет, нуждается ли судебная система в обретении статуса экосистемы.

Таково соотношение электронного правосудия со смежными понятиями. Они хотя и являются близкими и тесно связанными по смыслу терминами, однако их необходимо отграничивать от электронного правосудия, которое является самостоятельным явлением, имеющим свои признаки, элементы и свой путь становления и развития.

3. Технологии, благодаря которым сформировалось и продолжает развиваться электронное правосудие

Необходимо обратить внимание на то, какие же технологии позволили электронному правосудию появиться на свет и встать на ноги. Сюда относятся:

Компьютер. Первым шагом на этом пути, конечно же, был компьютер. Первоначально размеры, сложность, цена электронно-вычислительных машин не позволяли массово использовать их, но примерно с начала 90-х гг. перечисленные параметры решительно снизились и начался компьютерный бум. Компьютеры стали доступными большинству населения по цене, достаточно компактными и простыми в эксплуатации. С этого периода проникновение компьютеров в судебную систему можно было считать лишь вопросом времени. Вместе с тем сам по себе компьютер был лишь способом сохранения информации, создания документов и т. д.

Интернет. Следующим шагом на пути к информационному обществу был Интернет ‒ всемирная система объединенных компьютерных сетей для хранения и передачи информации. В современном обществе эта важнейшая технология ‒ сеть Интернет ‒ коренным образом изменила способ взаимодействия людей друг с другом. Повседневная жизнь значительно упростилась благодаря Интернету, и теперь ее сложно представить без этого изобретения. Ключевые направления экономической, общественной, политической и культурной жизни реализуются посредством всемирной сети. Интернет настолько проник в нашу жизнь, что все сферы нашей жизни от ежедневных бытовых вопросов (покупка продуктов, общение с родственниками и т. п.) до важнейших государственных и общественных решений (выборы, законотворчество, реализация государственных функций, в том числе и отправление правосудия) так или иначе в большей или меньшей степени осуществляются через Интернет или с его помощью. Уникальность этой сети в том, что для нее не являются помехой ни огромные расстояния для передачи информации, ни значительные объемы информации. При этом все происходит с большой скоростью.

С Интернетом связаны и основаны на нем другие важные технологии, которые используются для реализации возможностей электронного правосудия ‒ электронная почта, видеосвязь, электронная цифровая подпись и др. На их основе разработаны многочисленные сервисы, программные продукты и изделия.

Помимо названных изобретений, к которым мы уже успели привыкнуть, появляются новые технологии. Это естественный процесс развития. К таким технологиям следует отнести искусственный интеллект, машинное обучение, блокчейн и т. п. Попытки поставить эти новые технологии на службу правосудия уже делаются.

Так, по данным сайта ВС РФ, «в Верховном Суде Российской Федерации 11 июня 2020 г. прошло очередное заседание Пленума посредством веб-конференции. Состоявшийся Пленум, без преувеличения, можно считать знаковым для всей судебной системы. Как и три предыдущих заседания он прошел с использованием сервера видео-конференц-связи отечественного производства компании Винтео. С одним лишь существенным отличием. Участники Пленума для фиксации своего решения использовали современную систему онлайн-голосования Polys от Лаборатории Касперского, которая была развернута на базе российского облачного хранилища компании «Softline». Данная система голосования основана на технологии блокчейна и использует прозрачное шифрование. Первое же использование такой системы Верховным Судом России снискало исключительно положительную оценку со стороны руководства, судей высшей судебной инстанции страны и других участников заседания. В итоге, данная система рекомендована для использования в рамках проведения очередного пленарного заседания Совета судей Российской Федерации, которое состоится в июле 2020 г. К работе заседания предполагается подключить максимальное возможное количество представителей судебной системы России»⁴⁹.

Другим примером служит зарубежный опыт. В Китае «Искусственный интеллект в одной из районных народных прокуратур в Шанхае впервые стал составителем текста обвинительного заключения, которое будет предъявлено преступнику в суде. Как сообщает в понедельник газета South China Morning Post, искусственный интеллект получил прокурорские навыки после изучения более 17 тыс. дел, рассмотренных в судах Шанхая с 2015 по 2020 гг. Обвинения «цифровой прокурор» выносит с точностью в 97%, основываясь на одной тысяче «характерных черт», которые он выявляет в судебных документах по конкретным уголовным делам. «Искусственный интеллект в определенной степени может заменить прокуроров в процессе принятия решений, а также оказать им помощь при составлении обвинительных заключений, что позволит снизить их повседневную нагрузку и даст возможность прокурорским работникам сосредоточиться на более важных делах», отмечает издание. По данным газеты, «цифровой прокурор» на первых порах способен выдвигать обвинения по восьми наиболее распространенным в Шанхае преступлениям, таким как мошенничество с кредитными картами, организация азартных игр, опасное вождение, умышленное нанесение травм, создание препятствий представителям властей в выполнении служебных обязанностей, воровство, мошенничество. Ученые уверены, что в будущем искусственный интеллект сможет выносить обвинения и по более резонансным преступлениям. Китай первым в мире стал применять технологии искусственного интеллекта в работе прокуратуры. В 2016 г. в стране началось использование технологии, которая способна оценить доказательства, условия ареста и определить, насколько подозреваемый в преступлении может оказаться опасным для общества»⁵⁰. Это далеко не единичные случаи и проникновение перечисленных выше технологий в деятельность судов будет происходить более динамично.

Следует также отметить, что огромные надежды возлагаются на создание квантового компьютера, который является пока гипотетическим устройством, но может кардинально изменить компьютерные технологии и мир в целом. Естественно, это коснется и судебной деятельности.

4. Значение информатизации судебной системы

Необходимо определиться, действительно ли информатизация судебной системы необходима или это всего лишь дань моде и реальных оснований под собой не имеет. Последняя точка зрения достаточно распространена среди практиков и ученых-правоведов, которые либо вообще отрицают пользу информатизации и цифровизации права, либо относятся к ним скептически. Например, Я. В. Гайворонская, О. И. Мирошниченко отмечают что «требования к цифровому праву и инновационному правовому регулированию вообще вырабатываются не юристами и часто без юристов. В этих условиях очень легко выплеснуть с водой и младенца: многовековой ценностно-регулятивный багаж юриспруденции может оказаться отброшенным просто в угоду очарованию прогресса, а также потому, что определяют контуры регулирования люди с обыденным правосознанием, специалисты-техники, склонные уравнивать регулирование поведения и программные алгоритмы и игнорировать этический, аксиологический и социокультурный подтекст права… Еще одной проблемой юридической футурологии в контексте цифровизации является, как нам кажется, увлечение новизной и прогрессивностью цифровизации как явления. Это заставляет искать и видеть принципиальные изменения там, где их нет»⁵¹. Анализируя проблему, они указывают следующее: ««Можно ли это автоматизировать?» и «Нужно ли это автоматизировать?» ‒ два разных вопроса, ответы на которые могут помочь найти баланс между технологическим прогрессом и социальной стабильностью. Аналогичные вопросы нужно задать себе и по отношению к цифровизации»⁵².

При внедрении информационных технологий в судебную деятельность необходимо задаваться такими вопросами и внедрять новые технологии только тогда, когда это действительно необходимо. Здесь мы выделяем ряд критериев, которые показывают преимущества информационных технологий перед обычными⁵³.

Скорость. Электронное судебное делопроизводство, благодаря цифровым технологиям (Интернет, электронное заказное письмо, электронный архив, подача документов в суд в электронном виде, автоматическое формирование документов на основе ранее внесенных в систему данных, электронная цифровая подпись и др.), позволяет значительно ускорить составление, направление адресату и использование документа. Указанные свойства экономят время, ускоряя процессы делопроизводства.

Удобство. Другим немаловажным преимуществом является удобство электронного документооборота и использования электронно-цифровых технологий. Они делают возможным осуществление процессуальных действий при значительном территориальном удалении участников процесса друг от друга и от суда. Ярким примером является использование видео-конференц-связи, которое позволяет участвовать в судебном заседании через ближайший к месту жительства участника процесса суд или вообще из его дома.

Другим аспектом является удобство администрирования различных судебных документов или работы с ними. Так, программные продукты, предназначенные для взаимодействия адвокатов с судебными органами, предусматривают возможность быстрой подачи документов, доступа и просмотра информации об их движении и реакции суда на них, отбора документов нужной категории по различным критериям. Кроме того, сотрудник Судебного департамента или Федерального казначейства по запросу и по своей инициативе может за считанные секунды получить информацию об оплате труда адвокатов и выплаченных суммах в конкретном суде или по всему региону (количество постановлений, общая сумма по суду, сумма в каждом постановлении и др.). Таким образом, система позволяет проконтролировать выплачиваемые суммы практически сразу в отличие от бумажного документооборота, при котором это заняло бы достаточно длительное время.

Экономия площади служебных помещений. Документы на бумажных носителях требуют большой площади для их хранения и особых условий (влажность, пожарная безопасность, температура, особые стеллажи и т. п.). В связи с чем переход к электронному делопроизводству высвободит большие площади помещений, включая архивы.

Снижение финансовых затрат. Связанное с предыдущим преимущество заключается в экономии не только бумаги, но и других расходных материалов ‒ краска, тонер для принтеров, нитки, ручки, карандаши и др. Отдельная статья расходов ‒ транспортировка судебного дела из одного суда в другой. Ежегодно на это тратятся денежные средства, которые в масштабах целой страны являются внушительными.

Безопасность. Электронное судопроизводство является более безопасным по сравнению с обычным бумажным. Здесь речь идет о конфиденциальности информации, сохранности персональных данных, защите от подделки, безопасности документов при их хранении и использовании. Документ в электронном виде при соблюдении всех требований хранения информации обладает большей степенью защищенности от пожара, затопления, стихийных бедствий и подделки. Возможно, авторов подвергнут критике, но в настоящее время технологии позволяют достигнуть высокого уровня безопасности и этот уровень постоянно растет. К тому же можно отследить, кто заходил в систему электронного судопроизводства и внес изменения в тот или иной документ.

Открытость для общества. Благодаря электронному делопроизводству, общество в целом и юридическое сообщество в частности получает быстрый доступ к различной информации. Эта информация может касаться конкретных дел, организации и деятельности судебной системы и отдельных судов, судебной практики по той или иной категории дел. Так, суды в настоящее время на сайтах публикуют пресс-релизы конкретных дел, существуют каналы и аккаунты судов в социальных сетях, в которых можно получить много полезной информации о судебных делах и деятельности судов.

Экологичность. Это свойство электронного судопроизводства приобретает все большую важность и актуальность. Безбумажность позволяет намного снизить вред, который может быть причинен окружающей среде. Это экономия бумаги, учитывая и процесс ее создания, и процесс хранения, и процесс утилизации. Для распечатки документов требуются расходные материалы (тонер, картриджи, краска и т. д.), которые также загрязняют окружающую среду. Электронный документооборот исключает все эти негативные воздействия на природную среду и делают работу суда более экологичной.

Анализируя приведенные причины, мы считаем, что электронное судопроизводство по многим свойствам превосходит обычное бумажное судопроизводство. В связи с этим за электронным судопроизводством будущее и оно должно активнее внедряться и полномасштабно использоваться в деятельности судов.

Выводы:

1. Под электронным правосудием мы понимаем отличающийся от обычного (классического) способа способ отправления правосудия, который осуществляется с применением информационно-телекоммуникационных технологий (в том числе искусственного интеллекта), существует на электронном носителе в цифровом пространстве и позволяет применять в судопроизводстве цифровой, безбумажный порядок делопроизводства, ведения процесса, вынесения судебного акта и его исполнения.

2. Мы предлагаем дополнить Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» статьей 34.1 «Использование электронного судопроизводства в деятельности судов» и изложить ее в следующей редакции:

«1) Деятельность судов может осуществляться с использованием информационно-телекоммуникационных технологий. Порядок разработки, внедрения и использования таких технологий устанавливается в федеральных законах.

2) Использование информационно-телекоммуникационных технологий в деятельности судебной системы не должно нарушать права и свободы человека и гражданина, не может приводить к дискриминации отдельных лиц и нарушать принципы осуществления правосудия, закрепленные в главе 1 настоящего Федерального закона.

3) Никто не вправе разрабатывать и внедрять информационно-телекоммуникационные технологии, которые подменяют судебные органы в деятельности по осуществлению правосудия.

4) Учреждениями судебной системы могут создаваться предприятия по информационно-аналитической поддержке автоматизированных систем электронного судопроизводства».

3. Существует множество терминов, близких к «электронному правосудию», такие как «киберправосудие», «цифровое правосудие», «информатизация правосудия», «информатизация судов», «электронное государство», «электронная демократия», «безбумажность судопроизводства», «искусственный интеллект в правосудии». Они имеют сходства с электронным правосудием, но вместе с тем отличаются от него.

4. К преимуществам электронного судопроизводства в суде по сравнению с обычным относятся:

‒ скорость;

‒ удобство;

‒ экономия площади служебных помещений;

‒ снижение финансовых затрат;

‒ безопасность;

‒ открытость для общества;

‒ экологичность.

§ 2. Правовые основы информатизации судебной системы

Правовое регулирование процессуальной деятельности осуществляется с помощью системы нормативных правовых актов. Это акты различного уровня, значения и конкретизации регулирования.

Здесь вспоминаются слова В. В. Ершова, который писал, что «право в контексте парадигмы метамодерна … объективно характеризуется преодолением искусственных крайностей и линейных подходов модернизма и постмодернизма, объективным синтезом различных типов правопонимания, целостной системой национального и международного права в единстве его многообразия»⁵⁴.

При рассмотрении правового регулирования электронного судебного делопроизводства к числу таких актов можно отнести как международные акты, так и акты национального законодательства. К последним же относятся законы и подзаконные акты.

Немаловажное место в правовом регулировании электронного судопроизводства занимают акты Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, акты органов судейского сообщества (акты Всероссийского съезда судей, постановления Совета судей Российской Федерации, Советов судей субъектов Российской Федерации и т. п.), акты высших судебных органов (Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Президиума Верховного Суда Российской Федерации). Кроме того, для регулирования рассматриваемых правоотношений значение имеют акты судебных органов по конкретным делам. Хотя они и не обладают нормативным характером, их роль и практическое значение в части упорядочения конкретных правоотношений существенны. По справедливому утверждению В. В. Ершова, такие акты выполняют индивидуальное судебное регулирование. Он обоснованно полагает, что правовое регулирование в силу многочисленных объективных причин (абстрактный и относительно определенный характер принципов и норм права, коллизии и пробелы в национальных правовых актах и др.) явно недостаточно, не может эффективно и полноценно регулировать конкретные правоотношения без их индивидуального регулирования. Только совместное правовое и индивидуальное регулирование правоотношений сможет устранить объективную недостаточность принципов и норм права, обеспечит эффективность регулирования правоотношений⁵⁵.

Акты, регулирующие электронное судопроизводство, достаточно многочисленны, и, например, С. В. Василькова в своем диссертационном исследовании подразделяет «правовые основы электронного правосудия в государственных судах Российской Федерации на:

‒ правовые акты, устанавливающие предпосылки для внедрения электронного правосудия в Российской Федерации, их общий «правовой контекст» (наиболее концептуальные акты);

‒ правовые акты, осуществляющие конкретное правовое регулирование в сфере электронного правосудия (его элементов, действующих в актуальный момент времени);

‒ правовые акты, осуществляющие программно-целевое регулирование, устанавливающие цели и задачи, этапы и перспективные мероприятия для постепенного внедрения электронного правосудия в Российской Федерации»⁵⁶.

Данная классификация представляется обоснованной и отражает динамику развития правового регулирования и судебной системы в целом в части внедрения электронного судопроизводства.

Но в настоящем параграфе мы для удобства и наиболее полного осмысления и анализа всего нормативного массива, посвященного электронному судебному делопроизводству, рассмотрим указанные акты по уровню их юридической силы.

2.1. Международные акты

Говоря об этих актах, следует иметь в виду внесенные в Конституцию РФ поправки, в частности, поправку о приоритете Конституции над международным правом.

«Конвенция о защите прав человека и основных свобод» (Заключена в г. Риме 04.11.1950) закрепляет основные положения, касающиеся в числе прочего и судебного разбирательства. Эти положения являются базовыми и на них следует ориентироваться при внедрении электронного судопроизводства.

Рекомендации Комитета министров Совета Европы CM/Rec(2009)1 государствам-участникам Совета Европы по электронной демократии ‒ в данных рекомендациях среди секторов электронной демократии указывается электронное правосудие, дается определение понятия «электронное правосудие» и указывается, что его целью является повышение эффективности судебной системы и качества правосудия⁵⁷.

Рекомендация Комитета министров Совета Европы от 11 сентября 1995 г. № R (95) 11 относительно отбора, обработки, представления и архивации судебных решений и правовых информационно-поисковых систем⁵⁸ ‒ в ней даются перечисленные в названии рекомендации и указывается, что к новым средствам информации должны иметь доступ широкие общественные слои и в особенности юристы.

2.2. Конституция Российской Федерации

Конституция Российской Федерации устанавливает основные права и свободы, фундаментальные положения о судебной системе Российской Федерации. Основу внедрения электронного судопроизводства составляют статья 118 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой правосудие в Российской Федерации осуществляется только судом, статья 126 Конституции Российской Федерации, согласно которой Верховный Суд Российской Федерации дает разъяснения по вопросам судебной практики и другие нормы, в частности посвященные открытости, равенству перед судом и т. д.

2.3. Законы и их краткая характеристика

Федеральные конституционные законы устанавливают основы судебной системы и функционирования отдельных подразделений судебной власти⁵⁹.

Эти законы устанавливают определенные пределы для функционирования электронного правосудия с целью сохранения существующего порядка судопроизводства и недопустимости ограничения прав. Так, принцип открытости судебных заседаний не должен ограничиваться, например, тем, что судебное заседание осуществляется в режиме видео-конференц-связи или в онлайн-режиме. Должно быть обеспечено право граждан посетить этот процесс и не быть ущемленным в своем праве присутствовать на процессе. При этом право гражданина присутствовать на процессе расширяется, поскольку он может присутствовать как лично в зале суда, так и присоединиться к онлайн-заседанию через Интернет.

Федеральные законы, связанные электронным судебным делопроизводством, мы предлагаем разделить на три группы:

‒ специально посвященные регулированию судебной системы. К ним следует отнести Закон РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации»⁶⁰; Федеральный закон от 8 января 1998 г. № 7-ФЗ «О Судебном департаменте при Верховном Суде Российской Федерации»⁶¹; Федеральный закон от 20 августа 2004 г. № 113-ФЗ «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации»⁶²; Федеральный закон от 22 декабря 2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации»⁶³ и др.;

‒ процессуальные законы. К ним можно отнести Уголовно-процессуальный кодекс РФ, Гражданский процессуальный кодекс РФ, Арбитражный процессуальный кодекс РФ, Кодекс административного судопроизводства РФ, Кодекс об административных правонарушениях. Кроме того, нормы процессуального характера содержатся в ФЗ «Об исполнительном производстве», ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Эти законы в последнее время стали дополняться нормами, касающимися электронного документооборота, которые прямо предусматривают возможность применения цифровых технологий. Так, согласно ч. 1.1 ст. 12 ФЗ «Об исполнительном производстве» исполнительный документ может быть направлен судебному приставу-исполнителю в форме электронного документа, подписанного судьей, лицом, председательствующим на заседании коллегиального органа, или должностным лицом, принявшим соответствующий акт, усиленной квалифицированной электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Данная часть введена в ст. 12 Федеральным законом от 8 марта 2015 г. № 41-ФЗ. Такие нормы довольно распространены и их количество регулярно увеличивается.

Еще К. Маркс писал, что «судебный процесс и право так же тесно связаны друг с другом, как, например, формы растения связаны с растением, а формы животных ‒ с мясом и кровью животных. Один и тот же дух должен одушевлять судебный процесс и законы, ибо процесс есть только форма жизни закона, следовательно, проявление его внутренней жизни»⁶⁴. Поэтому процессуальные законы также устанавливают базовые требования к осуществлению делопроизводства. В последующем правоприменитель использует для решения этих задач электронные средства. Так, процессуальные кодексы содержат нормы о необходимости извещения участников судебного заседания о времени и месте его проведения. В рамках реализации этих норм была разработана и внедрена система извещения с помощью СМС-сообщений. Возможность применения такого способа извещения разъяснена в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации. Так, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 г. № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству» в п. 7.1 содержит следующее разъяснение: «При решении вопроса об извещении лиц, указанных в постановлении о назначении судебного заседания (ст. 232 УПК РФ), судам следует иметь в виду, что извещение этих лиц допускается, в том числе посредством СМС-сообщения в случае их согласия на уведомление таким способом и при фиксации факта отправки и доставки СМС-извещения адресату»⁶⁵.

Анализируя процессуальные законы и кодексы, мы пришли к выводу, что закрепление норм о возможности применения электронных документов в различных видах судопроизводства приобрело разные формы.

В Уголовно-процессуальном кодексе РФ нормы об осуществлении судопроизводства в электронном виде распространяются на все документы, подаваемые в суд. В УПК РФ имеется отдельная ч. 6 «Электронные документы и бланки процессуальных документов», в которой предусмотрена возможность использования электронных документов. Согласно ч. 1 ст. 474.1 ходатайство, заявление, жалоба, представление могут быть поданы в суд в порядке и сроки, которые установлены настоящим Кодексом, в форме электронного документа, подписанного лицом, направившим такой документ, электронной подписью в соответствии с законодательством Российской Федерации, посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Суд также может вынести судебное решение в электронном виде (ст. 474.1 УПК РФ) и направить исполнительный лист вместе с копиями приговора, определения, постановления суда для исполнения в органы принудительного исполнения Российской Федерации в форме электронного документа (ст. 393 УПК РФ). Нам представляется, что закрепление в УПК РФ возможности выносить судебное решение в электронном виде имеет знаковый характер. Справедливо мнение М. В. Беляева о том, что «важнейшими признаками, определяющими содержание такого свойства судебного решения, как его соответствие требованиям правовых норм, является релевантность решения иерархичности правовых предписаний, регулирующих его форму, содержание и порядок вынесения; надлежащие толкование норм права, применяемых при принятии данного решения; соответствие судебного решения требованиям правовых норм, регулирующих порядок и основания его вынесения, содержание и форму; относительный характер соответствия судебного решения правовым предписаниям»⁶⁶. Решение суда по уголовному делу в электронном виде в любом случае должно соответствовать этим требованиям.

Таким образом, возможность использования электронного документооборота ограничена судебными органами. По нашему мнению, в дальнейшем электронный документооборот в уголовном процессе будет использоваться и в досудебном производстве.

Гражданский процессуальный кодекс РФ в ст. 3 «Право на обращение в суд» содержит общую норму о том, что исковое заявление, заявление, жалоба, представление и иные документы могут быть поданы в суд на бумажном носителе или в электронном виде, в том числе в форме электронного документа, подписанного электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет. В статьях 139 («Основания для обеспечения иска»), 326.2 («Приостановление исполнения судебных актов судом апелляционной инстанции»), 379.3 («Приостановление исполнения судебных актов судом кассационной инстанции»), 391.5 («Рассмотрение надзорных жалобы, представления») отдельно выделяется право подачи и требование подписания усиленной квалифицированной электронной подписью заявлений об обеспечении иска, ходатайств о приостановлении исполнения судебных актов и некоторых других.

Кроме того, ст. 13 ГПК РФ «Обязательность судебных постановлений» предоставляет возможность выполнения судебных постановлений в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. В случае, если постановление принято судом коллегиально, оно подписывается всеми судьями, рассматривавшими дело, усиленной квалифицированной электронной подписью. Далее эта возможность конкретизируется для судебных приказов (ст. 130), решений суда (ст. 199), определений суда (ст.224).

Статьи 130 и 428 ГПК РФ предусматривают возможность направления судом исполнительных документов (судебного приказа и исполнительного листа) в форме электронного документа, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Статья 113 ГПК РФ предусматривает сроки размещения информации на сайте суда в сети Интернет о принятии искового заявления, заявления к производству суда, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия.

Статьей 214 ГПК РФ предусмотрена возможность размещения решения суда, выполненного в форме электронного документа, с согласия лиц, участвующих в деле, их представителей на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее пяти дней после дня его принятия и (или) составления, а ст. 227 ГПК РФ ‒ определения суда. Для решения суда по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, обязанность размещения решения предусмотрена в ГПК РФ (ч. 1 ст. 232.4 ГПК РФ).

Хотя в большинстве случаев использование электронного судопроизводства является правом лиц, участвующих в деле, ГПК РФ в ряде случаев устанавливает обязанность использования электронного делопроизводства на стороны. Так, ст. 113 ГПК РФ закрепляет, что органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные органы и организации, являющиеся сторонами и другими участниками процесса, могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий лишь посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в указанный в части третьей настоящей статьи срок, если суд располагает доказательствами того, что указанные лица надлежащим образом извещены о времени и месте первого судебного заседания. Такие лица, получившие первое судебное извещение по рассматриваемому делу, самостоятельно предпринимают меры по получению дальнейшей информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации в основном содержит те же положения, касающиеся электронного документооборота, что и ГПК РФ. Вместе с тем он содержит ряд специфичных положений, обусловленных особенностями арбитражных судов, программного обеспечения арбитражных судов и истории становления электронного делопроизводства в этих судах.

В статье 121 АПК РФ предусмотрена при соблюдении определенных условий возможность направления судебных актов о назначении судебных заседаний и совершения отдельных процессуальных действий посредством размещения этих судебных актов на официальном сайте арбитражного суда в разделе, доступ к которому предоставляется лицам, участвующим в деле, и иным участникам арбитражного процесса (в режиме ограниченного доступа).

Статьи 169 и 184 АПК РФ устанавливают, что решение и определение арбитражного суда выполняется в форме электронного документа. Интересно их сравнение со ст. 197 и 224 ГПК РФ, закрепляющими, что решение и определение суда может быть выполнено в форме электронного документа.

В отличие от ГПК РФ, в соответствии со ст. 177 и 186 АПК РФ согласие лиц, участвующих в деле, на направление решения суда путем размещения его на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет не требуется, а срок направления решения и определения меньше и закреплен как «не позднее следующего дня после дня его принятия/вынесения».

Специфику имеет и нормативная регламентация электронного судопроизводства при рассмотрении дел в порядке упрощенного производства.

Так, согласно ч. 2 ст. 228 АПК РФ одновременно с определением о принятии искового заявления, заявления к производству сторонам направляются данные, необходимые для идентификации сторон, в целях доступа к материалам дела в электронном виде. Речь идет о пароле для доступа к материалам дела.

Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации в целом содержит аналогичное ГПК РФ и АПК РФ правовое регулирование электронного судопроизводства. Вместе с тем имеется и ряд особенностей.

Интересная норма содержится в ч. 3 ст. 135 КАС РФ: «В случае, если административное исковое заявление и приложенные к нему документы поданы в суд в электронном виде, они направляются административному ответчику и заинтересованному лицу посредством размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в разделе, доступ к которому предоставляется лицам, участвующим в деле, и иным участникам процесса (далее также ‒ в режиме ограниченного доступа), и (или) указанным лицам сообщается о возможности ознакомления с такими документами и изготовления их копий в суде». Здесь, в отличие от АПК РФ, предусмотрена возможность направления административного иска и приложенных документов путем размещения на сайте в режиме ограниченного доступа. В АПК РФ такое размещение предусмотрено лишь для судебных актов, а у истца есть обязанность направления исковое заявления и приложенных к нему документов другим лицам, участвующим в деле, по почте. Представляется, что это шаг вперед в направлении электронного судебного дела и эта возможность в ближайшее время будет предусмотрена и другими процессуальными кодексами. Она, по сути, освобождает истца и суд от необходимости направления документов ответчику и снимает риски направления истцом ответчику не тех документов или не всех документов, которые он должен направить.

Аналогичное правовое регулирование предусмотрено КАС РФ и для апелляционных жалоб, подаваемых в электронном виде (ст. 302 КАС РФ), кассационных жалоб (ст. 320 КАС РФ), заявления, представления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам к производству суда (ст. 248 КАС РФ).

КоАП РФ содержит нормы об электронном судопроизводстве, хотя их объем невелик. С судебным делопроизводством в КоАП РФ связаны два положения.

Суд, согласно ст. 26.10 КоАП РФ, вправе вынести определение об истребовании сведений, необходимых для разрешения дела. Направление определения для исполнения и представление истребуемых сведений (информации) или уведомления о невозможности представления таких сведений (информации) могут при наличии технической возможности осуществляться в электронной форме с использованием единой системы межведомственного электронного взаимодействия и подключаемых к ней региональных систем межведомственного электронного взаимодействия.

Статья 29.10 КоАП РФ закрепляет, что постановление по делу об административном правонарушении может быть вынесено и направлено для исполнения в форме электронного документа (в том числе с использованием единой системы межведомственного электронного взаимодействия и подключаемых к ней региональных систем межведомственного электронного взаимодействия), подписанного судьей, лицом, председательствующим на заседании коллегиального органа, или должностным лицом, вынесшим постановление, усиленной квалифицированной электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

У мировых судей, которые рассматривают большинство дел об административных правонарушениях, не реализована возможность подачи участниками процесса документов в электронном виде. В арбитражных судах электронный документооборот, который распространяется и на дела, рассматриваемые в порядке КоАП РФ. В ГАС «Правосудие» подача документов в рамках КоАП РФ на момент написания данного параграфа не реализована. Вместе с тем законодатель предусмотрел возможность подачи жалобы в суд на постановление по делу об административном правонарушении через Единый портал государственных и муниципальных услуг или посредством заполнения формы на официальном сайте суда. Статья 30.2 КоАП РФ дополнена ч. 3.1 следующего содержания: «Жалоба на постановление по делу об административном правонарушении в случае фиксации этого административного правонарушения работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи может быть также подана в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью либо простой электронной подписью, ключ которой получен в соответствии с правилами использования простой электронной подписи при обращении за получением государственных и муниципальных услуг в электронной форме, устанавливаемых Правительством Российской Федерации, с использованием Единого портала государственных и муниципальных услуг либо посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». При этом направление жалобы в суд в электронной форме возможно при наличии технической возможности у суда принять жалобу в такой форме»⁶⁷.

Процессуальные кодексы являются основой для отправления правосудия, поэтому основные понятия, касающиеся электронного правосудия, должны содержаться именно в них. В связи с этим мы поддерживаем мнение Е. В. Голошумова, который указывал на необходимость включения «в Арбитражный процессуальный, Гражданский процессуальный, Уголовно-процессуальный кодексы Российской Федерации, Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации понятийного аппарата, касающегося применения электронных документов в процессуальной деятельности органов судебной власти, в том числе понятий: электронное правосудие, электронный судебный документ, подача документа в суд в электронном виде, электронная подпись, усиленная квалифицированная электронная подпись, судебный акт в электронном виде»⁶⁸. Это позволит исключить неопределенность как в теории, так и в практической деятельности по осуществлению правосудия.

ФЗ «Об исполнительном производстве» содержит немало норм, посвященных электронному делопроизводству, большинство из которых появилось за последние пять лет. Далеко не все из них связаны с судебным делопроизводством, и мы, в силу заявленной темы исследования, коснемся тех из них, которые связаны с судебным делопроизводством.

Часть 4 ст. 5 Закона устанавливает, что в целях обеспечения принудительного исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а также обмена информацией в электронном виде, электронными документами с органами государственной власти, иными органами, государственными внебюджетными фондами, организациями, лицами, участвующими в исполнительном производстве, Федеральная служба судебных приставов использует государственные информационные системы. Речь здесь идет о банке данных исполнительного производства, а также о разрабатываемом и внедряемом суперсервисе «Исполнительное производство». Кроме того, ФССП осуществляет взаимодействие с другими органами, в том числе и судами, в электронном виде.

Закон об исполнительном производстве в ст. 12 устанавливает, что исполнительный документ может быть направлен судебному приставу-исполнителю в форме электронного документа, подписанного судьей, лицом, председательствующим на заседании коллегиального органа, или должностным лицом, принявшим соответствующий акт, усиленной квалифицированной электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Здесь закон содержит норму, корреспондирующую нормам процессуальных кодексов, предусматривающих направление судом исполнительных документов для исполнения в форме электронного документа.

ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» содержит значительный массив процессуальных норм, которые применяются по делам о несостоятельности (банкротстве). Много здесь и норм об электронном судопроизводстве, которые касаются различных направлений движения документов.

Согласно ст. 34 этого закона лица, участвующие в деле о банкротстве, вправе представлять в арбитражный суд предусмотренные настоящим Федеральным законом документы в электронной форме, заполнять формы документов, размещенных на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, в порядке, установленном в пределах своих полномочий Верховным Судом Российской Федерации.

В соответствии со ст. 42 Закона о несостоятельности в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, определение о принятии заявления о признании должника банкротом направляется арбитражным судом в форме электронного документа.

Большую роль в получении информации и обеспечении доступа к документам о банкротстве имеет Единый федеральный реестр сведений о банкротстве, где размещаются документы, связанные с банкротством, в том числе и судебные. Организован открытый доступ к данным документам, что обеспечивает публичность и открытость процедур банкротства, а также основанием для презумпции информированности лиц, участвующих в деле, об обстоятельствах, сведения о которых размещены в Реестре.

Нельзя не упомянуть внесенный в Государственную Думу РФ Законопроект № 1144921-7 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части регулирования дистанционного участия в судебном процессе». Он предусматривает значительные изменения, которые продвинут электронное судопроизводство в российских судах. Речь идет о внедрении таких возможностей, как подача документов через Единый портал государственных и муниципальных услуг (функций) (далее по тексту ‒ ЕПГУ), получение извещений от суда и направление судебных актов через ЕПГУ, единая биометрическая система идентификации личности. На момент написания монографии законопроект прошел первое чтение.

Законы, посвященные информатизации. К их числу можно отнести Федеральный закон от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ «Об электронной подписи»⁶⁹, Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»⁷⁰. Данные законы отражают общие технические моменты реализации электронного судопроизводства, дают основные определения, связанные с электронным документооборотом.

2.4. Подзаконные акты и их краткая характеристика

Указы Президента РФ

Указ Президента РФ от 7 мая 2012 г. № 601 «Об основных направлениях совершенствования системы государственного управления»⁷¹,

Указ Президента РФ от 9 мая 2017 г. № 203 «О Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017–2030 годы»⁷²,

Указ Президента Российской Федерации от 21 июля 2020 г. № 474 «О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года»⁷³,

Указ Президента РФ от 7 мая 2018 г. № 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года»⁷⁴,

Указ Президента РФ от 2 июля 2021 г. № 400 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации»⁷⁵.

Данные документы установили основы дальнейшего развития информационного общества в России, частью которого является и судебная система. Мы выделили Указы Президента РФ, которые, на наш взгляд, наиболее связаны с развитием электронного судопроизводства. Эти документы являются актуальными на настоящее время, но некоторые из них заменяют ранее существовавшие. Например, Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации на 2017–2030 годы пришла на смену Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации, утвержденной Президентом Российской Федерации 7 февраля 2008 г. № Пр-212⁷⁶. Здесь необходимо отметить, что информационные технологии активно и динамично развиваются, в связи с этим важно усовершенствовать правовые акты, ставить новые задачи, подводить итоги реализации ранее поставленных задач.

Акты Правительства РФ

Постановление Правительства РФ от 27 декабря 2012 г. № 1406 «О федеральной целевой программе «Развитие судебной системы России на 2013–2024 годы»⁷⁷,

Постановление Правительства Российской Федерации от 2 марта 2019 г. № 234 «О системе управления реализацией национальной программы «Цифровая экономика Российской Федерации»⁷⁸,

Постановление Правительства РФ от 15 апреля 2014 г. № 313 «Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Информационное общество»⁷⁹ предусматривает обеспечение развития государственной автоматизированной системы Российской Федерации «Правосудие» с целью реализации суперсервиса «Правосудие онлайн»,

Распоряжение Правительства РФ от 20 сентября 2012 г. № 1735-р «Об утверждении Концепции федеральной целевой программы «Развитие судебной системы России на 2013–2020 годы»⁸⁰ ‒ Правительством РФ на основе итогов реализации предыдущей Программы была разработана Концепция новой целевой программы на период с 2013–2020 годы. В ней подведены итоги реализации Программы до 2012 года, предложены варианты решения проблемы, оценены преимущества и риски, возникающих при различных вариантах решения проблем, связанных с дальнейшим развитием судебной системы России и др.,

Постановление Правительства РФ от 27 декабря 2012 г. № 1406 (ред. от 29 декабря 2020 г.) «О федеральной целевой программе «Развитие судебной системы России на 2013–2024 годы»⁸¹ ‒ на основе вышеуказанной Концепции была разработана Программа «О федеральной целевой программе «Развитие судебной системы России на 2013–2020 годы». Впоследствии в нее внесены изменения, в том числе продлен срок ее действия до 2024 г. В отличие от предыдущей программы в новой ставятся такие цели и мероприятия, как:

‒ внедрение современных технологий в систему исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц, включая создание единой автоматизированной информационной системы Федеральной службы судебных приставов и электронного архива для хранения электронных документов с целью перехода на принудительное исполнение в электронном виде;

‒ мероприятия по созданию мобильного правосудия, электронного правосудия, внедрению программных средств аналитического обеспечения деятельности и осуществлению сканирования всех поступающих в суды документов, а также формирование электронных дел и формирование электронного архива судебных дел;

‒ расширение возможностей использования мобильных устройств в качестве доступа к информационным ресурсам, программным комплексам и базам данных федеральных судов Российской Федерации посредством использования «облачных» технологий для судей и работников аппарата судов ‒ мобильного правосудия;

‒ создание системы персональной видео-конференц-связи судей арбитражных судов Российской Федерации, в частности внедрение программно-аппаратного комплекса видео-конференц-связи судей арбитражных судов, оборудование залов судебных заседаний видеокамерами купольного типа и создание системы хранения видеозаписей всех судебных заседаний;

‒ развитие электронного правосудия и интеграция с информационными системами органов государственной власти;

‒ создание в арбитражных судах специализированных правовых электронных библиотек;

‒ создание мобильных подвижных офисов судей с применением видео-конференц-связи для проведения выездных заседаний в географически удаленных населенных пунктах страны;

‒ организация входного сканирования всех поступающих в арбитражные суды документов и формирование электронных дел (пилотный проект «Электронное дело»),

Постановление Правительства РФ от 18 июля 2019 г. № 934 «Об утверждении требований к форматам исполнительных документов, вынесенных и (или) направляемых для исполнения в форме электронного документа»⁸² ‒ в нем приведен алгоритм ввода данных, элементы (блоки, реквизиты) исполнительных документов, вынесенных и (или) направляемых для исполнения в форме электронного документа,

Распоряжение Правительства Российской Федерации от 2 мая 2012 г. № 681-р о создании федерального государственного бюджетного учреждения «Информационно-аналитический центр поддержки ГАС «Правосудие»⁸³ ‒ данным распоряжением было создано данное учреждение. В настоящее время открыты его филиалы во всех субъектах Российской Федерации,

Распоряжение Правительства Российской Федерации от 25 декабря 2013 г. № 2516-р «Об утверждении Концепции развития механизмов предоставления государственных и муниципальных услуг в электронном виде»⁸⁴, согласно которому к числу сервисов, подлежащих приоритетному размещению на Едином портале государственных и муниципальных услуг (функций), относится, в частности, возможность подачи в электронном виде исковых заявлений в суды,

Постановление Правительства РФ от 8 сентября 2010 № 697 (ред. от 24.06.2021) «О единой системе межведомственного электронного взаимодействия» (вместе с «Положением о единой системе межведомственного электронного взаимодействия»)⁸⁵ ‒ в систему такого взаимодействия входят и суды, в связи с чем данные положения должны учитываться в судебной деятельности.

Другими документами, уточняющими и развивающими нормы о порядке организации межведомственного электронного взаимодействия, являются Постановление Правительства РФ от 19 ноября 2014 г. № 1222 «О дальнейшем развитии единой системы межведомственного электронного взаимодействия»⁸⁶; Постановление Правительства Российской Федерации от 25 декабря 2014 г. № 1494 «Об утверждении Правил обмена документами в электронном виде при организации информационного взаимодействия»⁸⁷.

2.5. Акты судебных органов

Акты Верховного Суда Российской Федерации

Концепция информатизации Верховного Суда РФ (утв. приказом Председателя Верховного Суда РФ от 15 февраля 2021 г. № 9-П)⁸⁸. В ней установлено, что Концепция является основополагающим документом в области информатизации Верховного Суда Российской Федерации. Концепция определяет цель, направления и основные задачи информатизации Верховного Суда на период до 2030 года,

«Порядок подачи в Верховный Суд Российской Федерации документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа» (утв. приказом Председателя Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. № 46-П)⁸⁹.

Постановления Пленума ВС РФ. Верховный Суд Российской Федерации разъясняет в соответствующих постановлениях Пленума вопросы, касающиеся отдельных аспектов электронного судопроизводства. О содержании этих разъяснений речь пойдет в последующих параграфах данной монографии. Отметим, что есть постановление Пленума, которое специально посвящено использованию документов в электронном виде. Это Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов»⁹⁰ ‒ в данном Постановлении Пленум дает важные разъяснения о порядке работы с документами в электроном виде в разных видах судопроизводства.

Кроме этого постановления, имеются иные, в которых разъяснения об электронном судопроизводстве даются вместе с другими разъяснениями. Например, в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» указывается, что в случае подачи апелляционных жалобы, представления в электронном виде посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте соответствующего суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, дата подачи жалобы, представления определяется датой и временем их поступления в соответствующую информационную систему⁹¹. Такие случаи достаточно многочисленны и приводить все эти случаи нет необходимости.

Акты Президиума ВС РФ также имеют большое значение для развития электронного судопроизводства и для единообразного понимания судами вопросов, связанных с его ведением. Отметим наиболее важные из них, которые касаются темы нашего исследования.

Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2017 г. «Об утверждении Положения о порядке размещения текстов судебных актов на официальных сайтах Верховного Суда Российской Федерации, судов общей юрисдикции и арбитражных судов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»⁹². Здесь подробно регламентирован порядок такого размещения на основе требований Федерального закона № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации».

Большое значение имеют Обзоры судебной практики Верховного Суда РФ, которые придали значительный импульс в развитии элементов электронного правосудия и дают важные разъяснения, связанные с электронным документооборотом. Отдельно следует отметить Обзоры по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции. Всего их было три, и они имели позитивное значение для более активного внедрения систем видео-конференц-связи в судебной системе Российской Федерации. Перечислим их:

«Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21 апреля 2020 г.)⁹³,

«Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30 апреля 2020 г.)⁹⁴,

«Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 3» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 17 февраля 2021 г.)⁹⁵, который указал, что «в условиях применения ограничительных мер, связанных с противодействием распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19), в целях обеспечения в том числе санитарно-эпидемиологической безопасности участников уголовного судопроизводства, суд по каждому уголовному делу или материалу по разрешению вопросов, связанных с осуществлением судебного контроля в досудебном производстве и исполнением приговора, требующему безотлагательного рассмотрения, вправе принять решение о проведении всего судебного разбирательства с использованием систем видео-конференц-связи».

Президиум ВС РФ касается элементов электронного правосудия и в других обзорах. Например, «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 7 апреля 2021)⁹⁶ в п. 49 указывает, что «при рассмотрении доводов кассационной жалобы о необеспечении подсудимому возможности участия в судебных прениях суд кассационной инстанции вправе проверить порядок судебного разбирательства путем сопоставления текста протокола с его аудиозаписью». В данном пункте содержатся важные разъяснения, касающиеся значения аудиопротокола судебного заседания. На наш взгляд, такие разъяснения, касающиеся различных элементов электронного судопроизводства, будут встречаться в Обзорах судебной практики ВС РФ все чаще и чаще, так как цифровизация все больше охватывает судопроизводство.

Акты Совета судей Российской Федерации

Совет судей Российской Федерации в силу возложенных на него задач ведет активную деятельность в сфере внедрения информационных технологий. В составе Совета судей РФ действует комиссия по информатизации и автоматизации работы судов⁹⁷. Совет судей РФ и его Президиум приняли ряд важных документов, связанных с темой нашего исследования. Выделим основные из них.

«Концепция информационной политики судебной системы на 2020–2030 годы» (одобрена Советом судей РФ 5 декабря 2019 г.)⁹⁸,

Постановление Совета Судей Российской Федерации от 5 декабря 2019 г. № 5 «О суперсервисе «Правосудие онлайн»⁹⁹,

Концепция информатизации судов и системы Судебного департамента до 2030 года, утвержденная постановлением Президиума Совета судей Российской Федерации от 2 декабря 2019 г. № 785¹⁰⁰,

Постановление Совета судей Российской Федерации от 5 декабря 2013 г. № 317 «О введении некоторых элементов электронного делопроизводства в судах»¹⁰¹,

Постановление Президиума Совета судей Российской Федерации от 1 февраля 2012 г. № 290 «Об использовании юридически значимых электронных документов в деятельности органов судебной власти»¹⁰²,

Постановление Президиума Совета судей РФ от 24 марта 2011 г. № 258 «О ходе выполнения поручения Президента Российской Федерации от 15 декабря 2010 г. № Пр-3645 по повышению открытости и доступности правосудия»¹⁰³,

Постановление Президиума Совета судей Российской Федерации от 21 июня 2010 г. № 229 «Об утверждении Положения о порядке рассмотрения судами общей юрисдикции поступающих в электронной форме обращений граждан (физических лиц), организаций (юридических лиц), общественных объединений, органов государственной власти и (или) органов местного самоуправления»¹⁰⁴.

Работа в сфере электронного судопроизводства ведется и Советами судей субъектов Российской Федерации, в которых также имеются соответствующие комиссии. Так, в Республике Татарстан ведется работа в данном направлении, разрабатываются и принимаются соответствующие постановления, касающиеся отдельных элементов электронного судопроизводства. Например, в 2020–2021 гг. были, в частности, приняты следующие документы:

Постановление Совета судей Республики Татарстан № 60 от 28 мая 2020 г. «О деятельности судов республики и использовании информационных технологий при отправлении правосудия в условиях особого санитарно-эпидемиологического режима в период пандемии коронавирусной инфекции», в котором принято решение продолжить работу по развитию информационных технологий и их внедрения в процесс осуществления правосудия.

Постановлением Совета судей Республики Татарстан № 123 от 17 декабря 2020 г. «О материально-техническом, организационно-методическом и финансовом обеспечении деятельности судов Республики Татарстан, включая мониторинг состояния зданий, сооружений» одобрена практика использования судами внедренного Управлением Судебного департамента в Республике Татарстан в целях оптимизации процедуры возмещения судебных издержек, повышения прозрачности и снижения сроков компенсации судебных затрат портала учета и контроля оплаты постановлений (УКОП).

Постановлением Совета судей Республики Татарстан № 40 от 18 марта 2021 г. «Об электронных исполнительных листах: состояние и перспективы» предложено комиссии Совета судей Республики Татарстан по информатизации и автоматизации работы судов, Управлению Судебного департамента в Республике Татарстан, Министерству юстиции Республики Татарстан провести анализ электронного взаимодействия между судами республики и Федеральной службы судебных приставов по Республике Татарстан в рамках исполнения судебных решений, результаты обсудить на заседании Совета судей Республики Татарстан¹⁰⁵.

Акты Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации

Являясь федеральным государственным органом, осуществляющим организационное обеспечение деятельности судов, Судебный департамент осуществляет деятельность по организации внедрения электронного судопроизводства, в том числе формирование единого информационного пространства федеральных судов и мировых судей¹⁰⁶. Акты Судебного департамента в данной сфере достаточно многочисленны и бывают полностью посвящены отдельным элементам электронного судопроизводства либо затрагивают электронное судопроизводство при регулировании более широкого круга вопросов. Примерами последнего является Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 29 апреля 2003 г. № 36 «Об утверждении Инструкции по судебному делопроизводству в районном суде»¹⁰⁷ и другие подобные инструкции.

Отдельным элементам электронного судопроизводства посвящены следующие документы Судебного департамента:

Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 17 октября 2017 г. № 182 «Об утверждении Порядка организации и проведения в судах трансляции судебных заседаний по радио, телевидению и в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»¹⁰⁸,

Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 11 сентября 2017 г. № 168 «Об утверждении Порядка подачи мировым судьям документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа»¹⁰⁹,

Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 28 декабря 2016 г. № 252 (ред. от 20.02.2018) «Об утверждении Порядка подачи в арбитражные суды Российской Федерации документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа»¹¹⁰,

Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 27 декабря 2016 г. № 251 «Об утверждении Порядка подачи в федеральные суды общей юрисдикции документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа»¹¹¹,

Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 28 декабря 2015 г. № 401 «Об утверждении Регламента организации применения видео-конференц-связи при подготовке и проведении судебных заседаний»¹¹²,

Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 2 ноября 2015 г. № 335 «Об утверждении Регламента размещения информации о деятельности федеральных судов общей юрисдикции, федеральных арбитражных судов, мировых судей и органов судейского сообщества в информационно-телекоммуникационной сети Интернет и Регламента размещения информации о деятельности Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, управлений Судебного департамента в субъектах Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет»¹¹³,

Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 25 декабря 2013 г. № 257 «Об утверждении Регламента организации извещения участников судопроизводства посредством СМС-сообщений»¹¹⁴,

Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 17 декабря 2014 г. № 293 «Об утверждении Перечня общедоступной информации о деятельности Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, размещаемой в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в форме открытых данных»¹¹⁵,

Приказ Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 17 марта 2014 г. № 52 «Об утверждении Положения об организации эксплуатации Государственной автоматизированной системы Российской Федерации «Правосудие»¹¹⁶,

Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 13 января 2014 г. № 2 «Об утверждении перечня информации о деятельности Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, размещаемой на официальном сайте Судебного департамента в сети Интернет»¹¹⁷,

Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 16 сентября 2010 г. № 197 (ред. от 17.03.2014) «Об утверждении Положения об организации и порядке обеспечения функционирования комплексов средств автоматизации Государственной автоматизированной системы Российской Федерации «Правосудие»¹¹⁸.

Эти регламенты, порядки и положения содержат массу норм, которыми следует руководствоваться сотрудникам судов. Нормы законов и кодексов формулируют возможность применения тех или иных технологий, связанных с электронным правосудием, в наиболее общем, абстрактном смысле. Многие положения не могут быть закреплены в законе с детальной регламентацией. Приведенные акты конкретизируют нормы закона и разъясняют порядок их применения.

Акты иных судебных органов

Другие судебные органы также не остаются в стороне и вносят свой вклад в развитие электронного судопроизводства. Хотя подобные акты и не являются правовыми, но вносят свой вклад в развитие электронного судопроизводства, регулируют эти вопросы на локальном уровне.

Так, Приказом Председателя Кемеровского районного суда Кемеровской области от 22 ноября 2010 г. № 58 утверждена Политика информационной безопасности информационных систем персональных данных специального программного обеспечения ГАС «Правосудие» Кемеровского районного суда Кемеровской области¹¹⁹.

Другим примером является утвержденный председателем Ульяновского областного суда от 15.07.2010 г. № 196-05 Регламент приема и рассмотрения обращений граждан (физических лиц), организаций (юридических лиц), общественных объединений, органов государственной власти и (или) органов местного самоуправления, поступающих в Ульяновский областной суд в электронном виде¹²⁰. Данный Регламент разработан в целях определения механизма оформления, направления, приема, регистрации, обработки и рассмотрения электронных обращений, поступающих через официальный сайт суда.

В другом случае приказом председателя Свердловского областного суда от 2 апреля 2014 г. № 20/ОД утвержден Порядок организации доступа к информации о деятельности Свердловского областного суда, приложениями к которому являются Положение о порядке размещения информации о деятельности Свердловского областного суда в сети Интернет, Положение о порядке ознакомления пользователей информации с информацией о деятельности Свердловского областного суда, находящейся в архивном фонде суда, Положение о порядке направления, регистрации и обработки запросов, поступающих в Свердловский областной суд¹²¹.

В Республике Татарстан Верховным Судом Республики Татарстан и Управлением Судебного департамента в Республике Татарстан был разработан Временный регламент взаимодействия структурных подразделений районных (городских) судов Республики Татарстан при работе с электронными обращениями, поступившими в суд через раздел «Подача процессуальных документов в электронном виде» официального сайта суда. Подробнее об этом регламенте речь пойдет во второй главе при раскрытии системы электронного делопроизводства.

Полномочия председателя на принятие таких локальных актов предусмотрены Законом РФ «О статусе судей» и другими нормативными правовыми актами. Такие акты могут регулировать вопросы электронного судопроизводства, неурегулированные действующими законами и актами Судебного департамента при ВС РФ. Значимость фигуры председателя суда для регулирования информатизации судопроизводства велика, поскольку он непосредственно на месте сталкивается с возникающими в делопроизводстве вопросами и имеет полномочия по их решению. В этой связи нельзя не согласиться с Я. Б. Жолобовым, по мнению которого «закономерностью формирования компетенции председателя как руководителя суда является закрепление его полномочий методом открытого перечня при определенности границ компетенции субъектов внутрисудебного администрирования и правовых форм взаимодействия между ними и председателем суда. Названная закономерность определяет порядок распределения управленческих полномочий, позволяющий оперативно рассматривать возникающие в деятельности суда вопросы»¹²².

Подводя итог и давая общую оценку правовым основам информатизации судебной системы Российской Федерации, сделаем следующие выводы.

1. В систему правового регулирования электронного судопроизводства входит значительное число актов различного уровня. Особое место среди этих актов занимают процессуальные кодексы. Значительное число рассмотренных правовых актов принято такими специфичными органами, как органы судейского сообщества, Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации.

2. Положительным является то, что здесь распространены акты, ставящие цель, задачи, определяющие направление развития электронного правосудия в целом или отдельных его элементов на несколько лет вперед.

3. Рассматриваемые правовые акты стоят на пересечении технологии и права. И здесь важен параллельный прогресс законодательства, судебной системы и технологий. Как мы видим, такое бывает не всегда. Иногда внедрение технологий запаздывает за изменениями процессуального законодательства, но более распространена ситуация, когда какая-либо технология существует, но законодатель и правоприменитель не успевают ее внедрять и использовать по разным причинам. То есть законодательство запаздывает за бурным развитием технологий.

4. Характеризуя нормы процессуальных кодексов об электронном судопроизводстве, следует отметить, что в цивилистическом процессе отдельно описаны возможности подачи в суд и вынесения судом документов в электронном виде для отдельных видов документов в разных частях кодекса и для отдельных видов судопроизводств. В этом плане цивилистический процесс и административный процесс в России более развиты, чем процесс по делам об административных правонарушениях и уголовный процесс. В свою очередь АПК РФ и КАС РФ содержат более жесткие требования по уровню вовлеченности сторон в электронное судопроизводство, связанные с тем, что здесь доля профессиональных юристов и вообще лиц, подготовленных к делопроизводству, гораздо выше. В гражданском процессе более распространено участие лиц, не имеющих юридического образования и навыков работы и с электронными документами, и с документами вообще. Возложение на таких лиц обязанности по подаче документов в электронном виде, отслеживанию дел и т. п. может привести к их дискриминированию и ограничению их прав, вероятно, поэтому на данном этапе законодатель отказался от более глубокого проникновения электронного судопроизводства в гражданский процесс. В любом случае право выбора между бумажным и электронным судопроизводством должно сохраняться до повышения цифровой насыщенности российского общества.

5. Все государственные органы в рамках своих полномочий ведут активную работу и вносят определенный вклад в общее дело продвижения электронного судопроизводство в судебной системе России.

6. Электронное судопроизводство является той сферой общественных отношений, которая идет в ногу со временем и меняется очень быстро. Это касается и нормативной базы. Непрерывно готовятся новые законопроекты, инструкции и положения, которые меняют облик электронного судопроизводства. Только в 2016 г. принят Федеральный закон от 23 июня 2016 г. № 220-ФЗ, который кардинально изменил электронное судопроизводство, и вот уже рассматривается законопроект «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части регулирования дистанционного участия в судебном процессе». Он предусматривает использование единой биометрической системы, использование Единого портала государственных услуг в электронном судопроизводстве и другие серьезные изменения. Представляется, что такой быстрый темп изменений правовой базы электронного судопроизводства будет сохраняться и в будущем. Информатизация судебной системы в России активно поддерживается руководством страны, Верховным Судом Российской Федерации, Судебным департаментом и органами судейского сообщества.

7. Дополнить процессуальные кодексы легальным определением понятий «электронное правосудие», «электронный судебный документ», «подача документа в суд в электронном виде», «электронная подпись», «усиленная квалифицированная электронная подпись», «судебный акт в электронном виде», «электронный образ документа» и др.

§ 3. Электронное взаимодействие между судами и другими государственными органами и иными организациями

Общие положения о взаимодействии

Электронное правосудие развивается в судебной системе Российской Федерации ускоренными темпами. Одновременно в других государственных органах и иных организациях идет не менее активная работа по информатизации и цифровизации деятельности.

В некоторых органах этот процесс идет очень интенсивно (например, Росаккредитация, Федеральная налоговая служба, Минкультуры¹²³), в некоторых ‒ медленнее. Однако практически все основные органы и организации вовлечены в процесс цифровизации.

Мы обратили внимание на то, что это развитие идет зачастую в каждом органе самостоятельно, «своей дорогой», то есть в отрыве от цифровизации других органов и организаций. На это оказывает влияние специфика работы того или иного органа, особенности взаимоотношения с гражданами и другими органами и организациями. Часто государственные органы создают свою систему электронного документооборота, внедряют свои программные продукты и усовершенствуют их. Это отрицательно сказывается на возможности межведомственного электронного взаимодействия.

В этом параграфе мы бы хотели рассмотреть вопросы и проблемы, возникающие при электронном взаимодействие между судами с одной стороны и другими государственными органами и иными организациями ‒ с другой. Суд не находится в безвоздушном пространстве и зачастую входит в цепочку различных органов, которые оказывают какую-либо услугу населению или выполняют общественную функцию. Например, между судами и Федеральной службой судебных приставов налажено взаимодействие, в ходе которого исполнительный лист по рассмотренному гражданскому делу может быть передан на исполнение в электронном виде. Взаимодействие возможно и в ходе рассмотрения дела, когда суд может запросить и получить необходимую информацию в электронном виде, например, из Росреестра.

Правительством Российской Федерации 8 сентября 2010 г. принято Постановление № 697 «О единой системе межведомственного электронного взаимодействия» (вместе с «Положением о единой системе межведомственного электронного взаимодействия»)¹²⁴, которое придало импульс налаживанию межведомственного взаимодействия между органами и организациями. Впоследствии в развитие вышеназванного Постановления было принято Постановление Правительства РФ от 19 ноября 2014 г. № 1222 «О дальнейшем развитии единой системы межведомственного электронного взаимодействия»¹²⁵.

При этом возможность электронного взаимодействия имеется не всегда и не налажена между всеми органами. Разрешение этих проблем является перспективным направлением совершенствования цифровизации государства в целом и электронного правосудия в частности.

В связи с этим А. В. Аносов обоснованно отмечает, что «Одновременно специалистам по информационным технологиям предстоит осуществить интеграцию систем электронного документооборота, используемых в судах, с аналогичными системами, существующими или создаваемыми в других государственных органах»¹²⁶.

Судебные органы во взаимодействии с другими заинтересованными органами и организациями активно ведут такую работу по интеграции. По нашему мнению, можно выделить несколько форм взаимодействия при осуществлении интеграции систем электронного документооборота:

‒ проведение совместных совещаний, конференций, круглых столов является достаточно распространенной формой взаимодействия на разном уровне, с разными участниками и по разной тематике электронного документооборота.

Согласно Отчету об итогах деятельности Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации за 2019 г. «Представителями Судебного департамента принято участие в совещаниях межведомственных рабочих групп, в том числе по подготовке документов о межведомственном информационном взаимодействии: с Министерством внутренних дел Российской Федерации; с Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций; с Генеральной прокуратурой Российской Федерации; с Федеральной службой судебных приставов; с Федеральной налоговой службой; с Росреестром; с Федеральной таможенной службой; с Федеральной нотариальной палатой; с ПАО «Сбербанк»; с Фондом социального страхования Российской Федерации; с Федеральной службой исполнения наказаний; с Федеральным казначейством»¹²⁷.

Например, 28 февраля 2019 г. «в Верховном Суде Республики Татарстан под руководством заместителя Генерального директора Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации Александра Паршина состоялось совещание, посвященное вопросам информационного взаимодействия ПАО «Сбербанк» с судебной системой».

Мероприятие прошло с участием руководства Верховного Суда Республики Татарстан, Управления Судебного департамента в Республике Татарстан и Министерства юстиции Республики Татарстан, представителей Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, представителей ПАО «Сбербанк». «Участники совещания обсудили готовые решения ПАО «Сбербанк» по электронному взаимодействию на судебных участках мировых судей республики, определили дальнейшие действия по их реализации. 5 сентября 2018 г. также в Верховном суде уже обсуждались вопросы совершенствования электронного документооборота на судебных участках мировых судей в рамках приказного производства. 25 и 26 октября 2018 г. на пяти судебных участках мировых судей в трех районах Казани были проведены соответствующие мероприятия»¹²⁸.

Подобные совещания часто проводятся с представителями Федеральной службы судебных приставов и посвящены электронному взаимодействию при исполнении судебных актов. Так, 25 июля 2019 г. «в Управлении ФССП России по Севастополю прошло рабочее межведомственное совещание совместно с Управлением по обеспечению деятельности мировых судей и Главным управлением информатизации и связи города Севастополя. В ходе совещания обсудили выполнение пунктов плана работы по организации направления мировыми судьями юридически значимых исполнительных документов в электронном виде. Участники совещания обсудили этапы разработки системы, способы ее внедрения, а также привлечения специалистов федерального уровня, занимающихся разработкой и ведением технического сопровождения систем обоих ведомств. В настоящее время УФССП России по Севастополю осуществляет электронное взаимодействие с ГИБДД УМВД по г. Севастополю, Федеральным агентством по управлению государственным имуществом, Управлением Федеральной налоговой службой по г. Севастополю, банками РНКБ, Россия»¹²⁹.

Рис. 1. Участники Всероссийской научно-практической конференции «Налоговое право России в условиях формирования цифровой экономики: современное состояние и перспективы развития» (г. Казань, 26 мая 2022 г.)

Другим примером взаимодействия являются научные мероприятия. Так, 26 мая 2022 г. в Казани прошла Всероссийская научно-практическая конференция «Налоговое право России в условиях формирования цифровой экономики: современное состояние и перспективы развития». Конференция была организована ФГБОУВО «Российский государственный университет правосудия» совместно с Управлением Федерального казначейства по Республике Татарстан. На конференции были представлены и судебные органы, и налоговые, и Федеральное казначейство, и представители научного сообщества. Среди других были подняты и обсуждены вопросы цифровизации судопроизводства. Так, заместитель Председателя Верховного Суда Республики Татарстан Эдуард Каминский выступил с докладом на тему: «Рассмотрение налоговых споров в судах общей юрисдикции в условиях цифровизации», вызвавшим бурную дискуссию и обмен мнениями;

‒ подписание протоколов, соглашений об информационном взаимодействии. Например, Федеральным казначейством Российской Федерации «организовано межведомственное взаимодействие с Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации и обеспечен обмен электронными исполнительными документами между органами Федерального казначейства и судами общей юрисдикции (краевые, областные, республиканские суды).

В рамках мероприятия по проведению опыта организации исполнения электронных исполнительных документов по форматам, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации, в целях развития процесса информатизации, полноценного обмена электронными исполнительными документами между территориальными органами Федерального казначейства и судами общей юрисдикции, Федеральным казначейством заключено соглашение с Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации.

УФК по субъектам Российской Федерации заключили соглашения об обмене электронными исполнительными документами с краевыми, областными, республиканскими судами, судам автономной области и автономных округов»¹³⁰.

Приведем также пример из практики судов государств «ближнего зарубежья». Так, 29 января 2019 г. «председатель Восточно-Казахстанского областного суда Нурлан Каирбеков и начальник Департамента уголовно-исполнительной системы Ерсайын Нуртазинов подписали Меморандум о сотрудничестве. Документ нацелен на развитие электронного судопроизводства. В регионе расположены 12 учреждений УИС. В 2018 г. суды области рассмотрели почти 7 тысяч материалов об исполнении приговора, в том числе об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания или замене наказания. В суды вместе с материалами направляются и личные дела осужденных, судебные акты. Кроме того, к материалу, поступающему в суд, дублируется часть документов, содержащихся в личном деле. На эти процедуры при бумажном документообороте требуется достаточно много времени и средства на составление материалов, а также их транспортировку. В отсутствие личного дела перемещение осужденных лиц из одного учреждения в другое затруднено. Ведение в электронном формате личных дел осужденных и материалов, направляемых в суд, позволяет решить все данные вопросы оперативно и без затрат. Для этого суды № 2 Усть-Каменогорска и Семея, Жарминский и Шемонаихинский райсуды, рассматривающие материалы из учреждений УИС, оснащены необходимым оборудованием¹³¹»;

‒ разработка планов, дорожных карт и др. В данном случае составляется и закрепляются намерения по сотрудничеству между государственными органами и организациями в будущем, однако в настоящий момент само взаимодействие еще не налажено.

В качестве примера можно привести следующие мероприятия, проведенные в Республике Татарстан. 11 марта 2021 г. «представители руководства управления Судебного департамента и филиала ФГБУ ИАЦ Судебного департамента приняли участие в совещании Минцифры Республики Татарстан по вопросу организации защищенного межведомственного электронного взаимодействия судебных участков мировых судей на базе ГАС «Правосудие». Успешная реализация намеченных мероприятий создаст стабильную информационно-коммуникационную инфраструктуру государственных и муниципальных органов и обеспечит бесперебойное функционирование важных для граждан и организаций государственных сервисов.

Уже в 2021 г. планируется обеспечить на судебных участках мировых судей защищенное подключение к сети ГАС «Правосудие». Для этой цели в ходе совещания утверждена «дорожная карта» и согласована схема подключения. В настоящее время отрабатываются мероприятия по конкурсным процедурам на поставку оборудования.

В течение ближайших двух лет планируется осуществление мероприятий по формированию необходимой информационно-технологической и телекоммуникационной инфраструктуры для приема исковых заявлений в электронном виде и использования систем видео-конференц-связи в процессе судебных заседаний. Обеспечение мировых судей новейшими информационными технологиями создаст более комфортные условия для работы мировой юстиции»¹³²;

‒ разработка и внедрение совместных проектов и нормативных правовых актов. Данная форма взаимодействия предусматривает запуск каких-либо программных продуктов или их юридическое оформление, закрепление в нормативных правовых актах. Это возможно как в ходе сотрудничества с другими государственными органами и организациями, так и между отдельными судебными органами.

Например, 29 августа 2019 г. в г. Самаре состоялось совещание по вопросам взаимодействия судов первой инстанции судебного кассационного округа и Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции с Шестым кассационным судом общей юрисдикции. В мероприятии приняли участие председатель Шестого кассационного суда общей юрисдикции Александр Алексеевич Ефанов, заместитель Генерального директора Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации Александр Иванович Паршин, председатель Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции Магомед Магомедович Магомедов.

Участниками совещания стали также руководители верховных и областных судов судебного кассационного округа, работники Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, представители органов Генеральной прокуратуры Российской Федерации, руководители Управлений Судебного департамента в субъектах Российской Федерации, представители органов государственной власти, обеспечивающих деятельность мировых судов. Республику Татарстан представили председатель Верховного Суда Республики Татарстан Ильгиз Гилазов, начальник Управления Судебного департамента в Республике Татарстан Зявдат Салихов и его заместитель Алмаз Ибрагимов, а также министр юстиции Республики Татарстан Рустем Загидуллин.

По результатам обсуждения было принято решение о пилотной эксплуатации СЭД «Практика» в судах судебного кассационного округа, скорейшем внедрении системы единого расписания судебных заседаний в режиме видео-концеренц-связи vks.sudrf.ru и модуля получения данных в судах апелляционного и кассационного инстанций, а также регистрации данных апелляционного и кассационного производства в судах первой инстанции¹³³.

Примером изменения нормативных правовых актов на основе взаимодействия судебных органов с другими органами и организациями можно считать следующие изменения. Ранее упоминавшийся Временный регламент информационного обмена между органами прокуратуры Российской Федерации и судебными органами Российской Федерации в рамках интеграции государственной автоматизированной системы правовой статистики и Государственной автоматизированной системы Российской Федерации «Правосудие» утвержденным приказом Генеральной прокуратуры Российской Федерации и Судебным департаментом от 12 октября 2018 г. № 659/20 нашел свое отражение во вновь принятой Инструкции по ведению судебной статистики¹³⁴.

С развитием электронного взаимодействия возможно появление и иных форм. В данном случае важно формирование единых пространств, «наведение мостов» между органами и организациями, решение практических проблем, возникающих при запуске и эксплуатации нового программного обеспечения, таких как проблема несовместимости программ, внесение изменений в функционирующие программные продукты и т. п.

На необходимость решения этих проблем указывалось в Концепции информатизации судов общей юрисдикции и системы Судебного департамента (Одобрена Советом судей Российской Федерации 29 октября 1999 г.): «Слабо финансировались работы по внедрению унифицированных средств автоматизированного сбора и анализа первичной судебной информации, объективно возникающей и используемой в судебном процессе (справочные листы по гражданским и уголовным делам, протоколы судебных заседаний, информация о субъектах судебного процесса, об условиях назначения дел к рассмотрению и др.). Унификация системы первичных информационных ресурсов является одним из важных условий эффективного информационного взаимодействия судов разных инстанций, следственных органов и органов прокуратуры. Отсутствие межведомственных соглашений по унификации электронных форм документов и методических материалов по обеспечению целостной структуры информационного поля первичной судебной информации затрудняет получение агрегированных аналитических и прогнозных оценок, необходимых председателям судов и органам Судебного департамента для принятия управленческих решений»¹³⁵.

Взаимодействие с отдельными организациями и в рамках отдельных проектов

Электронный документооборот с Федеральной службой судебных приставов Российской Федерации происходит по различным направлениям, многие из которых переживают период активного развития.

Одним из таких направлений, которые уже реализованы, является передача исполнительных документов в ФССП в электронном виде. Такая возможность была предусмотрена в законодательстве. Федеральный закон от 8 марта 2015 г. № 41-ФЗ¹³⁶ внес изменения в процессуальные кодексы и иные законы в части возможности направления исполнительного документа в службу судебных приставов в электронном виде. Так, ч. 1 ст. 428 ГПК РФ была дополнена абзацем следующего содержания: «Исполнительный лист может направляться судом для исполнения в форме электронного документа, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации»¹³⁷.

В последующем 20 октября 2015 г. было принято Постановление Правительства Российской Федерации № 1121 «Об утверждении требований к форматам исполнительных документов, вынесенных и (или) направляемых для исполнения в форме электронного документа», которое утратило силу в связи с принятием Постановления Правительства РФ от 18 июля 2019 г. № 934 «Об утверждении требований к форматам исполнительных документов, вынесенных и (или) направляемых для исполнения в форме электронного документа»¹³⁸.

Как следует из Постановления Совета судей Республики Татарстан от 18 марта 2021 г. № 40¹³⁹, в 2016 г. утвержден план мероприятий по организации электронного взаимодействия между Федеральной службой судебных приставов России и Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации.

В рамках реализации плана согласован регламент межведомственного взаимодействия Федеральной службы судебных приставов России, судов и системы Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (далее ‒ регламент), согласованы этапы проведения опытной эксплуатации, а также состав участников взаимодействия опытной зоны…

В 2020 г. Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации поддержано предложение Федеральной службы судебных приставов России о включении в пилотную зону судов общей юрисдикции Республики Калмыкии и Республики Татарстан.

Между Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации и Федеральным казначейством в 2019 г. заключено соглашение об организации взаимодействия в электронном виде в рамках исполнения судебных решений от 18 апреля 2019 г., которым закреплена организация обмена исполнительными документами посредство системы межведомственного электронного взаимодействия. Верховным Судом Республики Татарстан в тестовом режиме осуществлялась отправка исполнительных листов с использованием системы удаленного финансового документооборота (СУФД) до момента расторжения указанного соглашения 22 сентября 2020 г. Между областными и равными им судами и территориальными отделениями федерального казначейства заключено соглашение от 31 августа 2020 г. о модификации специального программного обеспечения ГАС «Правосудие» в части технического обеспечения передачи исполнительных документов в электронном виде в ТОФК посредством системы межведомственного электронного взаимодействия (далее ‒ СМЭВ).

В целях обеспечения обменом информации в электронной форме между судебной системой Российской Федерации и другими органами власти Российской Федерации через СМЭВ создан программно-технический комплекс обеспечение информационного взаимодействия ГАС «Правосудие» с другими (внешними) информационными системами (далее ‒ ПТК ВИВ).

ПТК ВИВ внедрен в Верховном Суде Республики Татарстан 2020-м г., ежегодно филиалом ФГБУ ИАЦ также проводится обновление электронных подписей судей с возможностью работать во всех под система ГАС «Правосудие». Таким образом на сегодняшний день существует возможность сформировать и подписать электронной подписью судьи исполнительный лист используя ПИ «Судебное делопроизводство и статистика».

Электронное взаимодействие с Федеральной службы судебных приставов России позволит судам в течение суток после вступления решения в законную силу передавать документы компетентным должностным лицам, сократятся сроки регистрации исполнительных листов, минимизируется ошибки, допускаемый при ручном вводе информации из бумажных документов».

В настоящее время происходит поэтапная реализация этих положений законодательства. Так, в Республике Татарстан уже используются предусмотренные законодателем возможности направления исполнительных листов судами в электронном виде судебным приставам-исполнителям. Первым судом в Республике Татарстан, который опробовал данное нововведение, стал Советский районный суд г. Казани. Первоначально это потребовало обучение сотрудников суда, налаживание системы направления исполнительных листов, однако впоследствии это стало проще. И на сегодняшний день все суды республики направляют исполнительные листы в электронном виде. По данным сайта Управления Судебного департамента в Республике Татарстан, «по состоянию на 29 октября 2021 г. судами было направлено свыше 25 000 электронных исполнительных листов, при этом отмечается значительная экономия времени, необходимая для их формирования и направления»¹⁴⁰.

Как следует из отчета Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации за 2020 г., «на сегодняшний день передача в районные (межрайонные) отделы судебных приставов исполнительных документов в электронном виде осуществляется федеральными судами города Санкт-Петербурга, Нижегородской и Ульяновской областей, а также судебными участками мировых судей Московской области. Начато внедрение данного взаимодействия в федеральных судах общей юрисдикции республик Калмыкия и Татарстан, Ставропольского края, а также мировых судей Пермского края, Вологодской, Саратовской областей»¹⁴¹.

По нашему мнению, большие возможности может дать внедрение «электронного привода», когда суд направляет постановление о приводе в соответствующее подразделение Службы судебных приставов для исполнения в электронном виде с электронной цифровой подписью. Считаем, что это упростит и ускорит работу и судей, и сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации. Впоследствии данный опыт можно распространить и на органы дознания.

Здесь нельзя также не упомянуть работу ФССП по поэтапному внедрению суперсервиса «Цифровое исполнительное производство». В интервью РАПСИ «первый заместитель директора ФССП России Ольга Помигалова рассказала, что задача по цифровизации была поставлена перед службой в 2019 г. «Она вводится поэтапно. Есть задачи на 2021, на 2022, на 2024 гг. Например, до конца 2021 г. мы должны обеспечить получение сторонами через Единый портал государственных услуг (ЕПГУ) электронных образов всех процессуальных документов. А уже сейчас реализована возможность отправки в ФССП через ЕПГУ любых ходатайств и заявлений. Также мы налаживаем электронное взаимодействие с контрагентами ‒ судами, госорганами, кредитными организациями. Последнее необходимо для получения информации об имущественном положении должников», ‒ отчиталась заместитель главного судебного пристава»¹⁴².

В настоящее время ведется работа над законопроектом, связанным с цифровым реестром исполнительных документов. В случае принятия этот закон изменит порядок взаимодействия суда и ФССП, а также порядок исполнения судебных актов. Как следует из обзора, подготовленного СПС «КонсультантПлюс», «от выдачи взыскателям и направления приставам исполнительных документов планируют отказаться. Вместо этого сведения о них будут вносить в специальный электронный реестр. Проект вынесли на общественное обсуждение. Его завершат 9 августа. Рассмотрим основные новшества. Реестр станет вести ФССП в электронной форме для учета сведений об исполнительном документе, его сторонах и ходе принудительного исполнения (с. 28–29 проекта).

Откроют сайт реестра. Этот портал позволит получить доступ к общедоступным данным, а именно (с. 30–31 проекта):

‒ к дате принятия судебного акта, акта другого органа или должностного лица;

‒ виду исполнительного документа, его номеру, наименованию органа, который его вынес;

‒ Ф.И.О., дате и месту рождения гражданина-должника;

‒ наименованию и адресу по ЕГРЮЛ, фактическому адресу компании-должника;

‒ требованию исполнительного документа, если его вынесли на основании судебного акта, который можно разместить в Интернете;

‒ сумме непогашенной задолженности.

Сведения о ходе исполнительного производства, о взыскателе, об имущественном положении должника, а также персональные данные к общедоступной информации относиться не будут.

Доступ к данным, например, о ходе исполнения документа предоставят должнику, взыскателю, их представителям через «Госуслуги» и систему межведомственного электронного взаимодействия (СМЭВ) (с. 31–32 проекта).

Передавать в реестр информацию об исполнительных документах в основном станут органы, которые их выносят. Так, направлять сведения об исполнительных листах и судебных приказах будут суды (с. 27 проекта).

Регистрировать документы в реестре будет ФССП. Должника, взыскателя, их представителей известят о регистрации СМС-сообщением, электронным письмом или другим способом. Порядок уведомления установит Минюст (с. 29–30 проекта).

Стороны исполнительного производства и их представители будут вправе получить бумажную или электронную выписку из реестра. В проекте обозначили несколько способов запросить ее. Один из них ‒ через «Госуслуги» (с. 37 проекта).

По общему правилу возбуждать исполнительное производство будут по заявлению взыскателя, которое зарегистрировали в реестре (с. 38 проекта). Сейчас это делают тоже по заявлению, но на основании исполнительного документа.

В связи с переходом на «реестровую модель» исполнительного производства Минюст подготовил сопутствующие поправки к другим законам, в т. ч. к АПК РФ и ГПК РФ¹⁴³».

Электронное взаимодействие с Росреестром

Для рассмотрения дел судам жизненно необходимо взаимодействие с Росреестром, так как по делам часто приходится запрашивать сведения об объектах недвижимости, а также направлять определения об обеспечении иска. Такое взаимодействие было налажено.

Следует заметить, что в 2019 г. «Судебный департамент принял участие в рабочих встречах и совещаниях с представителями:… Минэкономразвития России, Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по вопросу обеспечения доступа уполномоченным лицам от судебной системы Российской Федерации к сервисам Росреестра…»¹⁴⁴. В последующем такое взаимодействие было налажено, и, в частности, согласно письму от 7 октября 2021 г. № УСД2/2683 Управления Судебного департамента в Республике Татарстан на имя председателей районных (городских) судов Республики Татарстан, они проинформированы о том, что ФГБУ «ИАЦ Судебного департамента» введено в эксплуатацию специальное программное обеспечение «Программно-технический комплекс внешнего информационного взаимодействия с другими (внешними) информационными системами (ПТК ВИВ) на основе юридически значимого электронного документооборота посредством системы межведомственного электронного взаимодействия (СМЭВ). Посредством ПТК ВИВ можно сформировать и направить следующие виды формализованных, то есть заполняемых по установленному образцу, запросов:

‒ ЕГРН: Запрос сведений об объекте недвижимости;

‒ ЕГРН: Запрос сведений о правах лица на имевшиеся/имеющиеся у него объекты недвижимости;

‒ ЕГРН: Запрос копии документа.

Управлением в судах развернута защищенная сеть VipNet, которая позволяет судам реализовать юридически значимый электронный документооборот с подключенными к сети организациями, в том числе и с Росреестром. Посредством VipNet можно направлять запросы в Росреестр в форме электронного документа, подписанного электронной подписью судьи. При этом в письме обращено особое внимание на рекомендацию о сведении к минимуму направления запросов в бумажном виде и об использовании бумажного варианта в исключительных случаях при невозможности направления в электронном варианте.

В дополнение к указанному письму Управлением Судебного департамента в Республике Татарстан в адрес судов и руководителя Управления Росреестра 2 декабря 2021 г. направлено письмо за № УСД2/3210. Данным письмом доведена до сведения адресатов информация об использовании в качестве приоритетного способа направления в Росреестр определений по обеспечению иска, о применении мер предварительной защиты по административному иску или их отмене через сеть VipNet в форме электронного документа в формате PDF, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи¹⁴⁵.

Отметим важность данного направления взаимодействия в деятельности как судебных органов, так и органов Росреестра в целях гарантированной доставки в течение нескольких минут запросов и определений судов, контроля целостности и обеспечения юридической значимости отправляемых данных благодаря