Александр Савостин
Блэк Фокс. Ловчие сети

Пролог

Что скрывается во тьме?

Особенно если речь идёт о душе.

Размеры души невозможно измерить. Нет никаких способов ни увидеть её, ни почувствовать. Даже то, что скрыто на её дне, обычно покрыто мраком тайны, и попасть туда можно только сквозь сон. Тьма оседает у подножия безграничной её глубины.

Тьма – это жидкость. Она струится, льётся и затекает в самые удалённые уголки. Кто-то скажет, что тьма – это лишь отсутствие света. Но это не так. Тьма бывает материальной. Особенно во снах.

Монстры не пугают. Чаще всего, они предстают в образе уродливых сущностей, призраков, видений, а иногда и каких-то предметов. Их цель ясна. Они жаждут боли и ужасов.

В каком-то смысле, они даже занудливы. Ими движет либо ярость, либо жажда боли, которую они стремятся выплеснуть наружу. Навредить, исказить, сломать. Вот и весь монстр в нескольких предложениях.

Но вот поистине страшными их делает бездействие, этот ледяной взгляд. Почему он замер? Почему не нападает? Почему он так смотрит? Что им движет? Мурашки крадутся по коже. Мрачный силуэт просто стоит и наблюдает. Кровь стынет в жилах.

Страх неизвестного тоже материален. Натыкаясь во тьме на незнакомца, любой приятный сон превращается в кошмар. Незнакомец просто замер и выжидает – неизвестно зачем и для чего. Но это не тот самый «монстр». Эта сущность просто стоит и смотрит, и это пугает сильнее всякого ужаса.

Пугает ровно так же, как и шёпот, когда будучи ребёнком, он зовёт тебя в гостиную родительским голосом. Ты просыпаешься в своей «сонной» кроватке, потираешь глаза и идёшь на зов, чтобы навестить своего близкого, как вдруг, из противоположной комнаты раздаётся такой же: «не ходи туда, я тоже это слышу».

Эти голоса звучат настолько реально, что трудно понять, который из них настоящий. Но пугает не это. Пугает тот, кто это спрашивает, источник шёпота. Что это? Кто оно? Что оно хочет? Что движет этой неизвестностью, которая скрывается во тьме?

Тьма. Снова она. Страх, покрывающий кожу ледяными каплями и выбивающий из переменчивой дрёмы. Тайные уголки сознания. Но где это место? Не в глубине ли души?

А бывают сны, что подходишь к лестнице, отвлекаясь беседой со знакомыми лицами, да так спотыкаешься, что нога невольно лягнёт лежащего рядом. Ошарашенный взгляд бросается вниз. В глазах отражается вид, как тот проваливается между этажами, проходит напрямик через бетонные плиты, летит сквозь деревянные полы и приближаешься к земле. А может и просто, падает в жидкую темноту или на дно мрачной бездны.

Никто не знает, что ждёт в конце этой бездны. Возможно, это и есть самое дно души. Место, где затаился тот самый взгляд, который просто смотрит, который замер и наблюдает. Место, где живёт тот шёпот, что зовёт к себе на помощь. Пленник, который мечтает обрести долгожданную свободу, когда встретит свою жертву. Тюрьма для разума, павшего ниц перед могущественной обитаемой бездной. Кошмарная неизвестность. А по пути на абсолютное дно, в голове гудит лишь один вопрос.

Так, что же во тьме скрывается?

Глава 1

Из огня да в полымя

I

Облака белой ватой плыли по небосклону. Могучий ветер разгонял их стаю, но те лишь лениво переваливались с одного бока на другой. Свет отражался от белой пушистой глади и озарял небо своим теплом так, что даже нагнетаемый поток ветра не сразу ощущался, как падение.

Нежный сон рисовал прекрасные фигуры. То с одной стороны появился контур, напоминающий листок, падающий с пушистого дерева, то с другой внезапно вырос могучий белый гриб. Силуэты складывались в картину, а изображение придавало этому полотну красок. Чувства были ослеплены прекрасным виде́нием и уносили сознание далеко за горизонт, прочь от переживаний и волнений.

Золотая нить солнца, опутывающая края небесных созданий, намеренно путала их стороны. Определить, где у облака макушка, а где подстилка было невозможно.

Лишь глухой удар о водную гладь развеял все мечты. Сознание вылетело прочь. Оно растворилось в воде, как сахар в кипятке. Перемены были столь скоротечны, что ужас ещё не успел завладеть растерянным разумом. Полёт, падение, глухой шлепок, вспышка. Всё произошло молниеносно.

Лис начал барахтаться. Он ещё не понимал, что происходит. Он пытался грести в сторону поверхности, но вестибулярный аппарат потерялся в пространстве. Разум ещё не до конца осознал своё положение и пытался ухватиться за любую возможность осознать происходящее.

Тьма стала сгущаться. Краски куда-то пропали. Лапы перестали слушаться и начали неметь. Постепенно и тело стало погружаться под воду. Дыхание пыталось сохранить последний глоток воздуха и жадно вбирало его в себя, в те моменты, когда Лис высовывался из воды. После очередного погружения выяснилось, что этой порции было слишком много, и лишний пузырь вырвался из пасти.

Глаза вглядывались в темноту бездны. Что это, сон? Или это происходит наяву? Разум пытался проснуться и начал задавать вопросы. Он стал искать зацепку, какую-нибудь улику, чтобы распутать этот загадочный клубок. Но тщетно. Ответов нет. Взгляд снова устремился во тьму, но там уже была совсем другая картина.

В глазах отразился двойник. Он, как две капли воды, был похож на того, кто был с противоположной стороны. Но чьё это отражение – может это зеркало? Лапа невольно тянется к своей копии, чтобы убедиться, что это всего лишь сон, но та хватает и тянет на дно.

Наверху засияли облака. Они едва пробивались сквозь толщу воды. Тьма стала разливаться сильнее. Картинка уплывала вдаль и стала уменьшаться. Семена тревоги дали пёстрые плоды ужаса.

Лис повернулся вниз, чтобы взглянуть своему врагу в глаза. Но двойника там уже не было, его место занял скелет, сияя белизной своих костей. Лис всё ещё не мог поверить, что это не отражение и отказывался верить в сновидение.

Завязалась схватка. Скелет засиял холодным светом голубых глаз. Он был в ярости. Его костлявые лапы повторяли каждое движение, будто в зеркале. Рывок, момент, кувырок под водой и Лис со всех сил толкнул соперника прямиком в небытие. Победа. Тот медленно стал опускаться во тьму, и только его глаза испускали последние лучи света. Те преображались, не переставая, желтели, описывали переплетающуюся траекторию и постепенно сливались воедино.

Тьму озарил тёплый свет. Он изменился, стал переливаться, и начал описывать плавную дугу. Затем он замер, поравнявшись с Лисом, и в тот же миг вырвался из тени огненной пастью акулы. Она проплыла мимо, лишь всколыхнув реактивные струи воды и заставила Лиса перевернуться, будто в невесомости, а плавник ударил так сильно, что из глаз полетели искры.

Огромный скелет акулы вновь скрылся во тьме, но лишь для того, чтобы выйти на очередной заход. Сознание растворилось в тёмной воде, и картина продолжала становиться всё тусклее. Дыхание потеряло все запасы и освободило последние остатки воздуха. Акула стала приближаться.

Ещё момент, и огромная пасть поглотила свою жертву.

II

Лис пришёл в себя. Его трясло, а тело сковал озноб. Пребывание в холодной воде вылилось в переохлаждение. Лис лежал под плотным одеялом и крепко держался за него, будто кто-то мог попытаться его отнять.

Вокруг было уютно, тихо и светил приглушённый свет. Лис приподнял голову. Он лежал в какой-то необычной комнате. От всех остальных её отличали круглые окна, почти у самого потолка, который был достаточно низок.

Лис провалился в бессознательное состояние, а когда очнулся, то увидел парочку Енотов, которые хлопотали рядом с ним. Из-за своих юрких пальчиков они казались ему забавными. Он снова провалился в сон.

Когда Лис пришёл в себя в очередной раз, то рядом с ним, на столе, стоял поднос с разными вкусностями. На нём были фрукты и сладости. Он был так голоден, что не стал узнавать, для кого он предназначался. Наверняка его принесли для ослабленного бедолаги.

Смело расправившись с угощением, Лис попытался подняться. Это далось ему с большим трудом, а озноб начал возвращаться с новой силой. Лис оставил попытки выведать тайны этого места и плюхнулся обратно. Одеяло притягивало своим теплом, а мягкость кроватки заманивала в свои объятия.

Лис успокоил себя той мыслью, что кто-то приволок его сюда и помог набраться сил. Возможно, этот тайный (или тайные) незнакомец поможет найти путь домой? Лишние вопросы были ни к чему, поэтому самым правильным решением в данной ситуации, было откинуться на подушку и приходить в себя. Всему своё время.

III

Лис проснулся, как только в комнату из иллюминаторов пробрались первые рассветные лучи. Комната раскачивалась, словно на волнах, чем вызывала неподдельный интерес.

На столе стояла очередная порция перекуса, которая на этот раз стала богаче. Её составляли сладкие фрукты, овощи и рыба. Картина стала проясняться. Такой рацион встречался, в основном, на кораблях и в арктических экспедициях. Витамины укрепляют организм в долгих походах. Осталось лишь понять, куда следует это судно.

Одна из дверей каюты была слегка приоткрыта. Это была умывальная комната. Она была крошечной, но всё её убранство было расставлено с умом.

Вдоволь перекусив и приведя себя в порядок, Лис вернулся в каюту. В дверь постучали. Внутрь вошёл статный капитан из рода Моржей. Его вид напоминал матёрого мореплавателя. На нём сиял потрёпанный временем китель. Капитан представился и поинтересовался самочувствием Лиса.

Разобравшись с любезностями, капитан вежливо пригласил гостя на прогулку по кораблю. Он был достаточно вежлив и осторожен, но в нём читалась суровость севера. На Лиса это произвело большое впечатление.

Внутри коридоров царил порядок. Дощатые полы, выстеленные мозаикой, были наполированы до блеска. Стены были узкие, и казалось, будто они поглощали пространство. Краска на них нигде не откалывалась и не была в разводах, что говорило о внимании даже к таким мелким деталям. Только потолки были усеяны золотыми нитями, покрытыми паутиной. Они переплетались, изгибались и соединялись в тоннелях над комнатами. Лис предположил, что это провода, питающие корабль, хотя смотрелись они инородно, по отношению к интерьеру.

За поворотом появилась дверь наружу. Капитан услужливо пригласил выйти к борту, чтобы подышать свежим воздухом. Дверь запиралась наглухо. Посреди неё сиял блестящий штурвал, который разводил клиновые упоры, а сверху была прикреплена лампочка в водонепроницаемом корпусе. Как только дверь отворилась, лампа озарила коридор ярко-красным светом.

Перед Лисом предстал невероятный вид. Небо плавно перетекало в океан и ослепляло солнечным светом, в котором купались стаи облаков. Они плыли по небесной сфере и отражались в бурных волнах бесконечного горизонта. Вокруг была только вода. Такой непривычный вид впечатлял, но и наводил тоску по дому, по твёрдой земле.

– Любой, кто терпит бедствие на воде, обязан быть спасён, вопреки всяких причин. Так гласит морской кодекс!

Голос капитана звучал твёрдо и властно. Он говорил с упоением, словно пересказывал стих или любимую цитату, но звучало это с весомой долей брутальности. Капитан продолжил.

– Вокруг нас бескрайний океан. Кто-то может возразить, мол любой океан рано или поздно заканчивается сушей. Это явный признак того, что эту персону не учили грамоте, и она никогда не терпела бедствие на воде. Волны во все стороны горизонта радуют только тогда, когда смотришь на них стоя на палубе.

Капитан захохотал. Лис не знал, что ответить. Возможно от того, что его стало укачивать на бесконечных волнах. Он старался собраться и пытался сосредоточить взгляд на конкретном виде, но ком предательски продолжал подкатывать к горлу.

Видя, что Лиса начала одолевать морская болезнь, капитан провёл его к носу корабля, откуда они по лестнице спустились на капитанский мостик¹. Путь к нему лежал через вереницу шахт и коридоров, опоясывающих корабль. На пути попадались многочисленные шестерни и рычаги, отстукивающие свой рабочий ритм. Наконец, цель была достигнута.

Это было огромное помещение, освещаемое многочисленными лампами. Панорамное стекло сияло жёлтым светом, за которым, то и дело, мелькали небольшие группы всяких диковинных рыб.

Лис вспомнил свой сон. Горящая акулья пасть, которая преследовала его, оказалась всего лишь большим панорамным стеклом, а сам хищник – спасительным кораблём. Его кошмар оказался отражением реальности.

На капитанском мостике кипела жизнь. Еноты рылись в приборах и ящиках и что-то искали, Выдры следили за стрелками на датчиках и шлёпали ножками, когда перемещались с места на место. Их походка выглядела забавной благодаря волокущемуся за ними хвосту, на который постоянно кто-нибудь норовился наступить.

Капитан занял своё почётное место у штурвала, который стоял посередине зала. Он был выполнен из дерева, с резными элементами, а вокруг выступали рукоятки, о которые можно было упереться на крутых поворотах.

Лис стоял рядом и наслаждался видом. Корабль частично выглядывал из воды, а волна бегала по стеклу вверх и вниз. Такое зрелище одновременно пугало и завораживало. Когда корабль рассекал волну, та отступала, и складывалось ощущение, будто корабль взмывал в воздух. Затем он наклонялся и намеревался разбиться о водную гладь, но вместо этого по стеклу разлетались брызги воды, рисующие пеной на верхушке стекла всевозможные узоры.

Капитан вновь взял слово.

– Не могу не спросить, вас, дорогой друг, о том, как вы оказались в таком бедственном положении.

Лис растерялся и начал метаться в сомнениях. Ему ни в коем случае не следовало говорить о своей настоящей принадлежности к службе, но другой легенды он ещё не успел придумать.

– Я… эм…

– Можешь обращаться ко мне «товарищ капитан». Ты теперь, своего рода, матрос² на моём корабле. Это формальности, не забивай себе голову. Имя?

Лис старался собраться и расслабится. Он старался ответить на вопрос максимально естественно, скрывая волнение за своим недомоганием.

– Меня зовут… эм… Джек Блэкфорест, товарищ капитан.

– Джек Блэкфорест, – по слогам медленно повторил капитан, – говоришь так, будто ещё не отошел от переохлаждения.

Лис растерялся. Его стало преследовать чувство, будто капитан читает его мысли. Морж продолжил.

– Откуда вы, мистер Блэкфорест?

Очередной вопрос и очередная порция лжи. Лис ворочал мыслями, стараясь подобрать как можно больше вариантов и выстроить логическую цепочку событий. Единственное, что пришло на ум, так это было то, чтобы увести легенду о персоне Лиса, как можно дальше. Наверняка капитан был родом с северных земель и не знал о том, что происходит по ту сторону планеты.

– Моя исследовательская группа стартовала с Южного континента…

– О, так вы из тех же краёв! Мы только вернулись оттуда.

В разуме зрела паника.

– О, да. Мы шли на небольшом корабле для изучения Южного пояса. Нашей целью были замеры температуры воды.

– Но эти данные и так получают с автоматических станций. В чём логика?

– Всё именно так, но в последнее время наше агентство заметило несколько аномалий.

– Видимо, на подходе к указанному месту, волна толкнула судно, и вас выбросило в открытые воды неподалёку от южных берегов Огненной Земли, а команда вас просто бросила?

– Эм… именно так, – и добавил спустя мгновение, – товарищ капитан.

Морж нахмурился. Лис почувствовал, как его кожу начал увлажнять холодный пот. Волнение достигло крайней точки. Нужно было что-то предпринять. Складывалось ощущение, будто капитан знал Лиса, как облупленного. Он завершал каждую его фразу, будто знал её наперёд. В какой-то момент он даже издевательски достал свою курительную трубку и принялся разжигать её.

«Беда. Тревога! Полундра!³ Меня раскрыли!» думал БлэкФокс. Его на мгновение сковала паника, но он быстро взял себя в лапы. В голову пришла мысль, о том, что, в конце концов, он действующий секретный агент Основания «БлэкФокс». Нужно немедленно действовать! План не заставил себя ждать.

– А вы откуда, товарищ капитан? – резко поинтересовался Лис.

– Я… – удивился Морж и бросил на Лиса растерянный взгляд. Такое преображение явно удивило спрашивающего, – эм… я тоже, своего рода, ваш коллега. Это исследовательское судно… на нём мы исследуем миграцию рыб. Я, кстати, на прошлой неделе был у берегов Южной Земли, но нигде не видел ваше судно.

– Наверно потому, что был шторм?

– Ах да, точно. Главное перед штормом убраться подальше от берега, не так ли, коллега?

Лис беззвучно выдохнул. Всё прошло, как по маслу. Тон капитана размяк и стал более податливым. Раунд переговоров был закончен, и теперь можно было вернуться к будничной рутине и разузнать о маршруте океанического круиза⁴. Капитан взял слово первым.

– Простите за плохую память. Напомните ваше имя?

– Джек Блэкфорест. Позвольте узнать, когда мы доберёмся до суши? Могу я сойти в ближайшем порту⁵?

Капитан смотрел на Лиса, будто ожидал от него второй части вопроса. Тот немного задумался и спустя пару секунд опомнился.

– О, и да – «товарищ капитан».

– Хм… спешу вас огорчить, мой дорогой друг, но морской кодекс запрещает высаживать терпящих бедствие на близлежащем берегу. Это опасно и противоречит правилам. Сожалею, но вам придётся ещё немного потерпеть моё присутствие.

– А могу я связаться с кем-нибудь на берегу?

– Это категорически запрещено! Такая выходка может наслать на нас какую-нибудь беду, пиратов, а может и ещё чего похуже…

Лис едва открыл рот, как капитан перебил его.

– Кроме того, напоминаю вам, матрос, что согласно морскому кодексу, исследовательские судна должны строго следовать назначенному маршруту, а весь «поднятый из воды» экипаж должен быть переведён в матросы. Спешу вас утешить – вы мой гость и поэтому я освобождаю вас от будничной рутины. Вы будете числиться в команде лишь номинально.

Лис удивлённо кивнул. Его впечатляла тактичность капитана.

– А когда будет следующая остановка?

– Уже в конце недели. Нас ожидают берега Туманного острова.

Капитан сказал последнюю фразу практически в полголоса, оттого следующий его возглас чуть не сбил Лиса с задних лап. Капитан набрал полную грудь воздуха и провозгласил:

– Готовимся к погружению!!!

Как только громогласный голос перестал отражаться эхом от стен, весь экипаж резко засуетился. Все стали копошиться и метаться между рычагами. Началась кутерьма⁶, захлопали люки. Со стороны хвоста донёсся рёв двигателей, и их гул вибрацией разнёсся по всему корпусу судна.

Корабль заходил ходуном, в жабрах закипела пена от сбрасываемого воздуха, панорамное окно залила вода. По накренившемуся полу покатились инструменты, какие-то гайки и чей-то обед. Свёрток с бутербродом катился, избавляясь от своего бумажного покрывала, а из термоса на пол полился чай. Судя по окружающей чистоте, когда хозяина тормозка найдут, его ожидает наряд⁷ на уборку капитанского мостика. Поэтому БлэкФокс предпочёл не выдавать коллегу и незаметно побрёл к своему пристанищу. Капитан был увлечён настолько, что не замечал ничего вокруг, пускал ещё больше дыма из своей трубки и зловеще хохотал, минуя очередной риф.

По пути в каюту, мимо Лиса пронеслась парочка Енотов и одобрительно похихикала. Они передвигались вприпрыжку, а в конце коридора рухнули и кубарем⁸ покатились за угол. Судя по их горящему взгляду и детской безмятежности, это был очередной привычный рабочий день на корабле.

В самом конце коридора Лису показалось, будто по потолку прополз огромный Паук, но он всё скинул на последствия переохлаждения.

Прямо в дверях каюты⁹ Лис не удержал равновесия и плюхнулся плашмя на пол, нехило приложившись плечом о дверной косяк. Затем поднялся и доковылял до надёжно стоящего кресла. Он вальяжно распластался на нём и стал жалеть ушибленное место.

Внезапно, на ближней полке, он увидел фотографию, которая лежала рубашкой вниз. Он подумал, что рамка могла упасть из-за набегающей волны, которая накренила корабль, но в каюте ни одна другая фотография не свалилась. Более того, все вещи были на своих местах, а в иллюминаторах¹⁰ с невероятной скоростью мелькали рыбы. Корабль набрал полный ход.

Лис поднял рамку со старым снимком. На нём была запечатлена семья Моржей. Из-за стекла сияли улыбки главы семьи в опрятном идеально выглаженном кителе, его супруга и прелестная дочурка. Складывалось ощущение, будто это чужое фото. На нём были счастливые лица, а капитан растерял всю свою грозность и выглядел дружелюбно.

Лис подумал, что раз уж эта фотография находится в данной комнате, значит это, не иначе как, каюта капитана. Эта мысль заставляла его чувствовать, что он был здесь важной персоной.

Механическая акула изгибалась, виляя хвостом. Она неслась под водой с такой скоростью, что в иллюминаторах лишь на долю секунды мелькали рыбы. Его движение было настолько плавным, что ощущалось только медленное раскачивание в стороны.

Спустя некоторое время, включилось наружное освещение, и за стёклами предстала удивительная картина. Диковинные пёстрые рыбы мелькали вдоль океанического дна, а некоторые из них пытались соревноваться в скорости с механическим монстром, но ни одна не смогла даже близко приблизиться к этому рекорду. Казалось, будто смотришь на проносящихся прохожих в окне автобуса или маршрутного такси, но то был океан! Лис был пленён этим представлением. Он ещё раз, молча, поблагодарил капитана за своё спасение и развалился в кресле, где успешно и уснул.

IV

Спустя пару дней Лис окончательно пришёл в себя. Его самочувствие улучшилось, а здоровье поправилось. Время от времени, в каюту заглядывала Выдра. Она приносила ему чистые полотенца и забирала грязную посуду. Его терзали вопросы, на которые она не могла дать ответы. Кроме того, от природы они были неразговорчивы. Отчего-то язык давался им с трудом, поэтому встретить свободно говорящую Выдру было большой редкостью.

Лису строго-настрого запретили бродить по кораблю. Первые дни он проводил в полном одиночестве и чувствовал себя некомфортно. Из развлечений были лишь виды из иллюминаторов в каюте и немногочисленное любовное чтиво, непонятно как сюда попавшее.

БлэкФокс хотел, было, спросить о своём карманном коммуникаторе, но посчитал, что тот, скорее всего, утонул вместе с остальной экипировкой. Кроме того, этот вопрос мог запросто навлечь беду на Лиса. Коммуникатор имел свои особенности, хоть и был похож на обычный. По ним можно было определить принадлежность его владельца к службе. Судя по тому, что никто не спросил Лиса об Основании, коммуникатор был утрачен навсегда.

Следующие дни БлэкФокс проводил за чтением неинтересных ему книг, рассматривал океанические виды и праздно шатался по каюте (насколько это было возможно). Корабль шёл на север, а за окном проплывала осень. В какой-то момент ход времени потерялся, и безделье стало настоящей привычной рутиной.

Иногда корабль всплывал, чтобы нагнать сжатого воздуха в баки и перевести дух экипажа от замкнутых пространств. Каждую такую вылазку Лис ждал с нетерпеньем. Он стал грезить увидеть землю, или хоть какой-нибудь крошечный остров на горизонте, но всё, что попадалось взгляду, было либо волнами, либо рыбами.

Однажды, проснувшись ночью, БлэкФоксу показалось, что в иллюминаторе он увидел свет вдалеке. Он выскочил на боковую палубу (в тот момент корабль шёл в надводном положении). В голову пришла мысль о маяке или сигнальном огне, но свет куда-то исчез и больше не появлялся. Лис оставался стоять на боковой палубе до самого погружения. Это его сильно огорчило и, в гордом одиночестве, он вернулся в свою каюту.

Одна из Выдр, приносивших Лису еду, как-то взяла его лапы и стала водить по ним своими ловкими пальчиками. Она вырисовывала какие-то узоры, но Лис так и не смог понять, что же она пытается ему объяснить. Её ручки были холодные и между пальцев соединялись перепонками. В завершение, Выдра сложила лапы Лиса вместе и похлопала по ним. В тот момент Лис осознал, что та его пытается подбодрить. Ему стало теплее на душе, и он улыбнулся ей в ответ.

Спустя несколько дней водную гладь стали дополнять туманы, а температура за бортом понижалась. Это говорило о том, что корабль миновал экватор и уже на всех парах движется к месту назначения.

На корабле всё также царила кутерьма при погружениях, а его обитатели всё чаще начали появляться на боковой палубе, чтобы насладится последними тёплыми деньками перед вторжением в осенние воды.

V

БлэкФокса разбудил раздирающий слух скрежет настенного динамика. Он думал, что тот был сломан или отключён, потому заставил его подпрыгнуть от неожиданности. После него зазвучал чёткий голос капитана.

– Приём, приём. Меня слышно? Земля! Всем предвкушающим свободу приготовиться сойти на берег.

Лис обрадовался этому сообщению, как ребёнок, которому наконец-то купили заветный леденец. Все его вещи, которые могли ему пригодится, остались на дне мирового океана по ту сторону планеты. Всё, что у него было, это одежда, которую выдали на судне и мыльные принадлежности.

Лис осматривал интерьер каюты, чтобы запомнить место своего невероятно длительного заточения. В иллюминатор было видно, как изгибается корпус акулы-корабля, но ни одна вещь не каталась по полу и не падала с полок. Ход был такой плавный и стремительный, что завораживал Лиса. Любопытство не давало покоя, но капитан запретил ему посещать технические отсеки, поэтому конструкция корабля-акулы осталась для Лиса загадкой.

Спустя некоторое время, на горизонте замаячил берег. Он становился всё ближе и всё больше. Посередине возвышался маяк. Берег был каменистым и пологим.

Лис спустился к площадке, где его уже ждала лодка, готовая переместить его на сушу. Капитан пожелал новому знакомому счастливого пути и дал немного денег в дорогу. Лис пообещал всё вернуть до последней монеты, но капитан настрого запретил ему думать об этом.

Одна из Выдр, управляя лодкой, помогла Лису сойти на берег. Тот помахал ей на прощание и ненадолго задержался, чтобы полюбоваться открывающимся видом. Верхний плавник корабля грозно торчал из воды, а на утреннем небе плыли осенние тучи.

Остров, на который ступил Лис, был довольно большой и соединялся с землями Грозных ветров. Туда Лису и было нужно. Сейчас он был у восточной точки острова, а до ближайшего аэропорта было двадцать пять километров хода. Оглядевшись и сполна насладившись красотой океана, путешественник двинулся к своей цели.

Спустя некоторое время, Лис вышел к небольшой деревушке, в которой наткнулся на утренний рейсовый автобус. Одна из его остановок, была аэропорт. Лис вскочил на него. Внутри было немноголюдно. Большая часть жителей Туманного Острова уже работала в море, пока рассвет ещё только зарождался в своей колыбели.

Солнце пробивалось сквозь серое небо и развеивало туман, в котором сиял красными огнями удаляющийся автобус. Как хорошо, что не придётся идти пешком.

Глава 2

Туманная осень

I

В автобусе едва не разразился скандал. БлэкФокс пытался расплатиться той валютой, которую ему дал в дорогу капитан корабля-акулы, но на Туманном острове расплачивались другой. Лис пробовал объясниться, но скандал разгорался с новой силой. Один из пассажиров заплатил за Лиса. Тот сердечно благодарил своего спасителя, но в ответ получил лишь осуждающий взгляд.

Нрав у жителей этого острова был необычайно суровым. Сказывался тяжёлый труд на промысле. Благодаря торговле и повсеместной автоматизации, остров быстро разбогател за последнее время. Вокруг было порядочно и чисто. Дороги сияли ровным асфальтом угольного цвета.

По прибытии в аэропорт БлэкФокс встретил таксистов, машины которых столкнулись лоб-в-лоб около главного здания. Они ругали друг друга и размахивали руками. Другая машина такси спокойно стояла в сторонке, а её водитель наблюдал за происходящим.

– Утро не задалось? – начал беседу Лис.

– О да, мистер. Вам доброго утра, а этим господам не очень, – засмеялся таксист.

Его услышали разгорячённые водители и стали чертыхаться¹¹ в его сторону.

– Нечего на руль пенять, если можешь только гусей погонять! – крикнул в ответ таксист и снова обратился к собеседнику, – они уставятся в эти свои навигаторы, и дорогу за ними не видят. Надо наизусть знать родные края! Всегда и всем говорю, чем лучше знаешь свой город, тем меньше проблем оберёшься! Ну, никогда не слушают. Для нас, шофёров, нету ничего роднее дороги!

БлэкФокс перекинулся с таксистом ещё парой фраз, пожелал ему всего самого лучшего и поторопился в аэропорт.

Главное здание аэропорта поражало своей архитектурой. Здесь были высокие потолки, которые украшали панорамные окна с обеих сторон. Они состояли из множества окон среднего размера, объединённых крепкой единой рамой и стояли под острым углом к полу.

Снаружи здание выглядело, как стеклянный аквариум, который от солнца защищала слегка наклонённая крыша, поддерживаемая могучими колоннами. Прямо перед зданием, дугой, раскинулась дорога, по которой к аэропорту прибывали машины такси, и где сейчас стояла ругань между двумя их водителями.

Лис нашёл стойку регистрации, за которой его ждала продавщица билетов. Лис представился, улыбнулся и попросил один билет до своей цели. Его путь лежал к штабу Основания.

Пока билетёрша занималась терминалом, Лис осматривался вокруг. Свет проникал во все уголки здания, и разливался мягкими тонами. На взлётной полосе вдали сиял воздушный лайнер, который сотрудники аэропорта готовили к перелёту.

Внутри аэропорта было довольно шумно из-за потока пассажиров. Кто-то громко разговаривал, другие шелестели обёртками бутербродов в дорогу, некоторые вовсе кричали на телефонную трубку.

Одна из таких персон привлекла внимание Лиса. Пассажир стучал по телефону, а затем прикладывал его к уху. Молчание. Затем снова, но уже кулаком обстукивал гаджет по краям и снова прислушивался, но результата это не дало. В ход пошла брань. Так повторилось несколько раз.

За этим представлением Лис не заметил, как его пытались окликнуть уже несколько раз. Лис осознал свою оплошность, улыбнулся билетёрше и подмигнул.

– Я сегодня немного рассеянный после долгого путешествия.

– Извините, но терминал завис, – проговорил трясущийся голос, – я попробую ещё раз, простите, пожалуйста.

– Не переживайте так. Мне некуда торопиться.

Лис улыбнулся и приободрил взволнованную билетёршу. Она сильно переживала, и было видно, что не готова к таким ситуациям. Возможно, совсем недавно начала работать.

– А как же остальные пассажиры? – спросил Лис, чтобы разрядить обстановку.

– Те, кто купил билеты заранее, могут сразу проходить на посадку. Да что же это такое?! Никак не могу одолеть эту штуку…

Тем временем, вокруг началась суета. По коже БлэкФокса пронеслись мурашки в ожидание какой-то угрозы. Шестое чувство ещё никогда не подводило Лиса.

Через пару минут во всех уголках аэропорта пассажиры стали колотить свои коммуникаторы. Кто-то пытался подходить к окну, чтобы наладить связь, кто-то привязывал проволочку к антенне, но всё без толку. Напряжение нарастало. Продавщица цыкнула и нахмурила брови. БлэкФокс удивлённо посмотрел на неё. Она заметила его взгляд и немного побледнела.

– Мне так жаль. Простите, что заставляю вас ждать, но тут всё сбилось. Я сейчас попробую ещё раз. Пожалуйста, простите.

От волнения у неё проступили слёзы.

– Не волнуйтесь. Всё в порядке. Я передумал, – подбодрил её Лис и подмигнул напоследок, – давно не пользовался наземным транспортом, пора привыкать.

Лис заставил улыбнуться милую плаксу и сам немного посмеялся, как вдруг, с оглушительным грохотом, на посадочную полосу грохнулся самолёт. Его шасси разбились, и он скользил днищем по полосе. Все резко повернулись. Самолёт продолжал скользить по полосе в сторону терминала. Толпа ринулась врассыпную. Самолёт пробил носом панорамное стекло, сотряс стены, и замер под вой сирены.

К счастью, при посадке остаётся лишь малая часть топлива и самолёт чудом не вспыхнул. Пожарные машины и кареты скорой помощи, дежурившие на территории аэропорта, поспешили к рухнувшему лайнеру. Все пассажиры вопили и тряслись, а кто-то продолжал наблюдать за происходящим с открытым ртом.

– Пожалуйста, сохраняйте спокойствие, – верещало сообщение из динамиков, когда БлэкФокс покидал здание, – не выходите на открытые места!

Лис отыскал шофёра, с которым говорил перед тем, как войти в здание аэропорта и попросил помощи.

– Только наличные, мистер, – с улыбкой возразил шофёр.

БлэкФокс замялся.

– Ну, то тоже! Хуже неработающих навигаторов могут быть только неработающие кошельки! Ладно, садись! Эх, прокачу!

БлэкФокс запрыгнул в машину, и они понеслись на всех парах прочь. Кто знает, когда очередное судно шлёпнется вниз?

II

Машина стремительно двигалась в направлении юго-западного берега Туманного острова. Ещё одним путём сообщения с континентом была паромная переправа. Для того, чтобы преодолеть залив не нужны были навигаторы и связь. Маршрут был достаточно обжит и, наверняка, не подкинет приключений на местной паромной станции.

Город поглощал хаос. Машины метались, светофоры моргали всеми цветами одновременно. Осколки битого стекла, и помятые кабины машин встречались повсюду. На одних перекрёстках их было больше, на других, препятствия удобно расположились ближе к обочине.

Водитель нарезал крутые виражи¹², уходя от аварий. Он частенько чертыхался и бранил судьбу за этот день. Дорога петляла по улицам и резко огибала повороты. Водитель был не робкого десятка. Благодаря своему опыту и здравому смыслу, он проложил маршрут не по самому короткому пути, через магистраль, а по узким улочкам спальных районов. Оживлённые трассы, однозначно, были сейчас источником транспортного коллапса¹³.

По пути, с каждой минутой, всё чаще стали попадаться аварии. На заправках столпились огромные очереди, но Лис видел их лишь издалека. Толпы водителей, вышедших к кассе, кричали и толкались. Назревал бунт.

Спустя почти битый час, машина вырулила на развязку, которая соединяла окраину города и его окрестности. Дорогу стали окружать зелёные ели, а на горизонте замаячили холмы.

Чтобы немного разрядить обстановку, водитель и Лис предлагали друг другу версии происходящего, и во что это событие может вылиться. Теории выдвигались разные. Начиная от простого сбоя и заканчивая мировыми заговорами. Но внятный ответ пока не приходил на ум.

Внезапно, почти над самой головой пронёсся самолёт. Скорее всего, он был очередной жертвой программного сбоя и снизился, рассчитывая на аварийную посадку. Приборы отказали, и приземляться отныне можно было только вручную. Лис посчитал, что пилот принял верное решение.

Некоторые машины сталкивались по пути, другие глохли прямо посреди дороги. Их «умная» начинка почти в одночасье стала смертельно опасной угрозой. Лис поинтересовался, не ждёт ли их такая же участь. Водитель успокоил его и принялся расхваливать своего «железного друга».

Машина такси была старого образца, а это значит, что в эту модель ещё не начали устанавливать электронную начинку. Она была оборудована электродвигателем, а от интерьера салона веяло какой-то стариной. Водитель хвалил своего надёжного работягу, и всякий раз упоминая его, поглаживал по приборной панели.

Заряжалась машина двумя способами. Обычно это была простая розетка, которая насыщала аккумуляторы электричеством. Альтернативным вариантом была солнечная панель на крыше. Она вырабатывала ток, перерабатывая энергию горячей звезды.

Радио по-прежнему молчало. Водитель, как в старые времена, загрузил плёночную кассету в магнитолу, и в динамиках, похрипывая, заиграла весёлая песенка в стиле «кантри».

Ох, дальняя дорога, куда ты меня ведёшь?

Принесёшь мне счастье или в беду вовлечёшь?

Колёса стучали по трещинам в асфальте, а впереди ожидала дальняя дорога.

Осенние холода едва начиналась, и вокруг ещё царствовал тёплый воздух, властвуя на своих просторах. Лесные пейзажи сменялись прудами и озёрами, раскинутыми вдоль трассы. Машина иногда приближалась к береговой линии, но деревья мешали насладиться её видами. Лис уже так долго был окружён водой, что от её вида уже тошнило.

Прошло уже много часов и начало темнеть. Животы скрежетали и ворчали, выпрашивая чего-нибудь вкусненького. Было решено остановиться, перекусить и немного размять затекшие лапы. Водитель въехал на стоянку отеля «у Оленьего озера» и занял место. Лис хотел, было, выскочить, но тот одёрнул его.

– Не торопитесь, мистер. Я схожу и раздобуду чего-нибудь перекусить, а вы пока посторожите машину. Тем более что платить могу только я, – уколол Лиса таксист и подмигнул ему, – сначала перекусим, а потом и мир успеем спасти.

БлэкФокс не стал сопротивляться, лишь снова развалился в кресле. Здешний отель был очень удобно расположен. От ветра его защищала насыпь, по которой тянулась автомобильная трасса. Рядом стояла заправка, на дверях которой висела табличка «Мы закрыты», а на её парковке остались несколько брошенных автомобилей. На горизонте раскинулись холмы, покрытые осенней дымкой и уже скоро леса вокруг должны начать наливаться пёстрыми красками.

До места назначения оставалось меньше половины пути, как вдруг, к машине вышли две персоны в масках. Шофёр не зря оставил Лиса. Спустя пару секунд, как хлопнула дверь отеля, две тени попытались совершить угон, но на пути у них стоял пассажир.

Лис не сразу их увидел и сначала дёрнулся от испуга. Уже через мгновение он обуздал панику и заблокировал все двери за миг до того, как преступники попытались их отворить.

– А ну, вылезай, если жизнь дорога!

Бандиты достали ножи и грозно дёргали дверные ручки. БлэкФокс попытался выиграть немного времени.

– Нам не нужны неприятности. Мы просто проезжали мимо и скоро снова уедем.

– Нам нужна только тачка! Выходи по-хорошему, мистер!

Хозяина машины всё не было. Преступники угрожали разбить стекло. У Лиса не было шансов дать им отпор. Он судорожно осмотрел салон и залез в бардачок, устроив там беспорядок. На пол полетели салфетки, бумажки и какие-то ключи. В самой глубине бардачка Лис нащупал нож и заряженный револьвер.

Раздался выстрел. БлэкФокс дёрнулся в сторону и увидел, как налётчики сначала подняли руки вверх, а затем молниеносно рванули прочь. Администратор отеля вышел с берданкой¹⁴ и припугнул негодяев. Таксист быстро запрыгнул в машину.

– Вы в порядке, мистер?

– У меня всегда всё под контролем, я знал наперёд, что всё будет хорошо, – дрожащим голосом отрапортовал Лис.

Таксист засмеялся.

– Ну, что ж, спасибо, за спасение моей кормилицы. Давайте теперь перекусим, мистер. Если, конечно, кусок полезет в горло.

БлэкФокс вместе с водителем переместились к багажнику машины, где расстелили скромный стол. Сгорая от нетерпения, они жадно принялись за сэндвичи¹⁵, которые шофёр достал в столовой. Он смаковал свой ужин, запивая горячим кофе и рассказывал забавные истории про свою работу, будто ничего и не было. Лис нервно оглядывался, пока пытался прийти в себя после увиденного.

– Да вы не переживайте, мистер, они не вернуться.

– Откуда нам это знать?

– Если налёт с первого раза не удался, то теперь они будут дольше собираться с духом. Давайте лучше поговорим про то, что вы, мистер, видели в бардачке.

Тон водителя стремительно менялся. Завязался неприятный разговор. Местами он был похож на угрозы, а местами разбавлялся шутками от таксиста.

– У меня большая семья, мистер. Целая стая. Они не простят мне, если я вернусь с пустыми руками. Разорвут. А вы, как я вижу, ещё тот пройдоха¹⁶, мистер. За мои услуги я рассчитываю выручить с вас кругленькую сумму.

Таксист откусил очередной кусок своего сэндвича и продолжил говорить с набитым ртом.

– Вы не переживайте, мистер, так бывает. Кому-то везёт, а кому-то нет. Рассчитываю, что вы не выкинете какой-нибудь фокус. Ну, а если попытаетесь – немедленно отвезу вас в лес и закопаю.

Последнюю фразу таксист сказал, немного посмеиваясь, будто шутит, но БлэкФокс понимал, что это не так.

– Что ж, мсье, – начал БлэкФокс, – признаюсь, я тоже был с вами недостаточно откровенен.

Лис говорил таким тоном, чтобы намеренно заинтриговать своего слушателя. Его голос был спокоен и нетороплив, будто старался загипнотизировать оппонента.

– Вы, стало быть, сударь, подумали, что я какой-то заплутавший путник или бизнесмен. А может, просто богач, ищущий приключений на свою пятую точку на дальних островах. Но это не так. Я агент специальной службы, о которой вы, наверняка, немало слышали.

Таксист побледнел и замер, глядя на Лиса. Казалось, будто один его глаз начал дёргаться. Бутерброд, который тот держал, начал разваливаться, и его начинка стала падать на землю.

– Брешешь! – сквозь зубы выпрыснул таксист. Его гримаса превратилась в злобный оскал.

БлэкФокс сделал вид, будто не слышал его и продолжил.

– Я видел много негодяев и злодеев, но оправдывать любое зло благими намереньями, бо́льшее преступление, чем простая жажда наживы.

– И много вы понимаете, мистер! Вам не дано понять, что такое семья! Убирайся с глаз моих прочь! Добирайся дальше сам.

Таксист бросил коробку с едой, прыгнул в машину и бесшумно умчался, хрустя колёсами и оставляя клубы пыли позади себя. Пакеты с ужином и стаканчики покатились по двери багажника и свалились на землю.

– Ну, хоть за поездку спасибо! – крикнул в след БлэкФокс, но ответа так и не услышал, и добавил, – нечего добру пропадать…

Лис доел свой сэндвич, стоя в одиночестве посреди стоянки отеля.

На улице совсем уже стемнело, и осенняя прохлада настраивала на поиски тёплого и уютного ночлега. БлэкФокс двинулся к парадному входу отеля. Хозяин забаррикадировался внутри за стойкой администратора, заняв оборонительную позицию с ружьём наперевес. Лис аккуратно постучался в стеклянную дверь и отошёл в сторону, чтобы, в случае чего, можно было увернуться от заряда с солью (а может и с дробью).

– Простите за беспокойство, не могу ли я воспользоваться вашим телефоном?

III

Администратор пустил Лиса внутрь и провёл к телефону, после чего, вернулся к входной двери и запер её изнутри.

– Вы кого-нибудь ждёте? – поинтересовался Лис.

– О, простите. Я, наверно, вас напугал. Такие вещи происходят! Мир сошёл с ума. Со временем всё точно уляжется, а пока, нужно быть осторожнее.

Администратор был в достойном возрасте. Ещё не совсем старик, но уже с сединками на шерсти. Он был напуган, но явно не желал никому зла. Толи из-за своей глухоты, толи из-за выстрела, он громко говорил и иногда просил повторить заданный ему вопрос. Скорее всего, выстрел из ружья был первый за долгое время его жизни и с непривычки оглушил его. Лис перекинулся с управляющим отелем парой фраз, чтобы успокоить себя и его.

Таксофон застучал кнопками, после чего разразился гудками. Работает! Проводные телефоны не спеша становились частью прошлого. Глобальное отключение (которое позднее назовут «блэкаут») вдохнёт новую жизнь в этот способ связи.

Администратор попытался поймать радиочастоту, но в ответ только получил порцию шипения. Оно было таким громким, что раздавалось на всё фойе. БлэкФокс из вежливости не стал просить убавить громкость, а плотнее прижал трубку к одному уху, а второе зажал лапой.

Раздался голос.

– Добрый день, слушаю вас!

– Офицер Р6, личный номер БФ9-23.

На какое-то время, в трубке воцарилась тишина.

– Соединяю.

Ещё минуту спустя, нежный строгий голос начал стандартное приветствие. Лис готовился к худшему, ведь он провалил своё предыдущее задание.

– Вы пользуетесь секретной линией связи и несёте полную ответственность за конфиденциальность этого канала. Агент БлэкФокс, ваше предыдущее задание отменено. Прослушайте новое сообщение.

БлэкФокс немного опешил. Он рассчитывал на худшее, но такой поворот событий заинтриговал его. В трубке раздался голос, с тёплым бархатным тоном и басовым тембром.

– Здравствуй, Лис. Для тебя есть особое поручение. Доберись до Снежного острова. Прикрытия не будет, все агенты заняты. Никому не верь и не пользуйся общей связью. Хорошо, что ты выбрал такой способ. Я знал, что никогда не разочаруюсь в тебе. Удачи!

Трубка щёлкнула и разревелась монотонным гулом. БлэкФокс пытался вспомнить, где он мог слышать этот голос. Знал ли он его раньше или это воспоминания о случайной встрече? Мысли двигались ураганом по уголкам памяти, но не смогли отыскать нужную ячейку.

БлэкФокс вернулся к испуганному администратору и поддержал его простым разговором, немного рассказав о себе. Тот уже пришёл в себя и перестал быть бледным. Он положил ружьё за стойку и приглушил радио. В фойе отеля снова вернулся покой.

– Мне нужно попасть на Снежный остров. Подскажите, пожалуйста, в какую он сторону?

– Конечно. Рад услужить вам, мистер. Снежный остров в полутора тысячах километров отсюда на северо-восток. Но добраться туда можно только по воздуху – паро́м туда не ходит. Я бы и с радостью помочь, но это не в моих силах. Это какая же нужда вас туда несёт?

Лис нахмурился и стал преисполнен досадного взгляда. За окном на окрестности опускалась ночь. Несколько секунд он всматривался вдаль и, внезапно, к нему пришла идея.

– Тут есть поблизости военный аэродром?

– Несколько часов на автомобиле на север.

Пешком такое расстояние не преодолеть, а транспорт сейчас было не найти. Судя по всеобщему хаосу, водители предпочтут воздержаться от поездок до момента, пока всё не устаканится. Этот остров был незнаком Лису, поэтому он решил переночевать, а с наступлением утра попробовать поискать помощь.

– Могу я снять номер в долг? – улыбнулся Лис.

– Разумное решение.

Глава 3

Отчаянный рейс

I

Администратор отеля, как только узнал о службе своего постояльца, без раздумий предложил ему лучшую комнату, а также угостил завтраком следующим утром, едва БлэкФокс проснулся. День предстоял трудный и богатый на впечатления. Во всяком случае, Лис так его себе представлял.

Утром в столовую отеля «У Оленьего Озера» ворвался опаздывающий местный житель. Он торопился на работу, проспав свой неисправный будильник. Лис поинтересовался, куда тот направляется, и, о чудо, первая удача!

Водителем был инженер, обслуживающий самолёты на военном аэродроме. Его отпуск закончился, и он торопился приступить к первому рабочему дню. Лис напросился к нему попутчиком и тот вежливо пригласил штурмана¹⁷ занять почётное место пассажира.

Поездка выдалась лёгкой. Наверно потому, что вчерашний хаос ослабил свою хватку и водители стали внимательнее смотреть на дорогу. Хотя иногда и попадались на дороге самые, что ни на есть Олени.

В целом поездка была долгой, но зато прошла без приключений. В какой-то момент на пути показалась башня диспетчерской и высокий забор со сторожками охраны, окружившие периметр. Лису пришлось задержаться на пропускном пункте, из-за того, что его документы остались по ту сторону экватора. Вся надежда была на телефон. Но кому звонить?

Водитель подсказал БлэкФоксу имя и должность диспетчера здешнего военного аэродрома. Им был матёрый, закалённый службой Мастер из рода Лосей.

– Уж, не тот ли Генрих Стэндфорд, который учил меня летать? – пробормотал Лис.

Спустя полчаса, Лиса на территории авиабазы сопровождал его старый лётный учитель, а нынче – легендарный начальник лётного крыла. На его счету были тысячи вылетов и сотни учеников. В стародавние времена он преподавал в Основании БлэкФокс, где они и познакомились. Лис был на хорошем счету у своего учителя, поэтому он быстро его вспомнил.

Лис поднялся в диспетчерскую башню вместе со старым знакомым. Он был уже в почтенных летах, но всё ещё бодр и со свирепым характером. Как только он вернулся на рабочее место, то сразу же принялся за работу, предложив Лису поведать о своей оказии. БлэкФокс чувствовал военную сноровку и не стал затягивать со своей историей и целью.

– Мне нужно на Снежный остров. Прямое поручение из БлэкФокс.

– Так, так. По-порядку. Вы, мистер, стало быть, наш коллега. Хм…

Генрих задумался. Затем он начал перебирать бумажками и поглядывать на приборную панель диспетчерской. Лис немного заскучал. В комнату вошли два инженера, явно не ожидавшие там увидеть кого-нибудь. Они надули глаза и попытались незаметно исчезнуть, но уже было поздно.

– Эй, а вы, почему ещё не в ангаре!? А ну за работу, бездельники!

Невезучие лазутчики¹⁸ откланялись и скрылись за дверью. Диспетчер стал ходить по комнате и снова взялся за старое – рассматривать бумаги с полётными планами и сметами. Затем он поглядел в окно, пытаясь что-то там разглядеть, и снова вернулся к экранам радаров. БлэкФокс начал терять терпение. Кажется, про него просто забыли.

– Господин, диспетчер… – попытался обратиться Лис, но тот перебил его.

– Погоди, я думаю…

БлэкФокс перевёл взгляд на широкое окно идущее дугой. Снаружи царило безмятежное туманное утро. Солнце светило изо всех сил, но едва прорывалось сквозь кисельную дымку. С каждой минутой туман слабел, но старался держаться изо всех сил.

– Придумал! – разразился начальник военного аэропорта, – я выкрою для вас небольшое судно. Не обижайтесь, мистер, но военная техника не является имуществом для разбазаривания всяким проезжающим мимо агентам. Даже если это секретная служба «БлэкФокс». Даже если вы мой бывший ученик. Надеюсь на ваше понимание.

Диспетчер ни на секунду не прекращал ходить по комнате и перебирать бумажки, поглядывать в окно и нажимать на кнопки приборных панелей.

– Самолётик дряхлый, поэтому, в качестве поддержки, я выделю вам, мистер БлэкФокс, одного из своих Истребителей. Рассчитываю на ваше глубокое почтение. Это даже для меня чересчур, но для коллеги ничего не жалко. Ах да, кстати, Истребитель сопроводит вас только на половину пути. Этого будет достаточно. Если вы разобьётесь на оставшемся пути, это будут уже не мои проблемы. Ступайте!

Голос был громогласен и БлэкФокс немедленно подчинился, будто под гипнозом. Уже на лестнице он переварил всё сказанное и хотел вернуться, чтобы задать интригующие вопросы, но передумал. Военные не располагали к уточнению приказов. Поэтому пришлось поспешить в ангар.

Поднялся лёгкий ветерок, который помог растворить остатки тумана и дневной свет отдавал своё последнее тепло ранней осени. Шла вторая половина сентября – ночью уже крепчали морозы, тем более что Туманный остров и так находился практически у самого Северного полярного круга.

Снаружи небольшие группы персонала аэродрома занималась привычными делами. Кто-то таскал ящики с инструментом и принадлежностями, другие занимались приведением в порядок территории. Внутри ангаров кто-то чистил технику, а механики крутили один из винтов транспортного самолёта. Другие и вовсе дурачились с надувным трапом¹⁹. Скорее всего, им дали указание его испытать, поэтому они совместили приятное с полезным.

В ангаре Лиса ждал сюрприз. «Самолётик», на котором он должен был лететь, был самодельной колымагой²⁰. Механик с нелепыми очками и огромными линзами поспешил к посетителю. Шепелявым голосом он представился и принялся расхваливать своё «детище».

– Вы не смотрите, что он такой дохлый. Зато сделан с душой!

На самолёте были заплатки и множество заклёпок. Создавалось ощущение, будто его собирали ученики в школе, в качестве поделки для уроков труда. Пропеллер был криво посажен и немного не совпадал своим центром с осью самолёта.

– Домчит в любую точку мира! – с гордостью провозгласил энтузиаст²¹.

Лис впал в ступор. В любом случае, делать было нечего и этот «подарок судьбы» был лучше, чем ничего. Тем более, когда напичканный электроникой самолёт мог в любую минуту просто перестать слушаться, а может и просто воткнуться носом в землю. Единственный вопрос вызывала способность этого «чуда» доставить своего пилота до места назначения.

Внезапно в ангаре взметнулся ураганный ветер. Он набежал так быстро, что застал врасплох Лиса. Поток воздуха погнал по ангару взметнувшиеся листы бумаги и чертежи, а со стола посыпались гайки и болты.

Тень опустилась на самолёт за спиной БлэкФокса и сложила крылья. Лис впервые встретился с Истребителем. Это была огромная хищная птица, которая села на фюзеляж и даже слегка погнула его своим весом. Истребитель был из рода Белых Орланов и издревле славился своим могуществом. Пара таких птиц может с лёгкостью «приземлить» целый воздушный флот любого Ареала.

– Кто пустил постороннего в нашу воздушную гавань²²?

Истребитель сверлил взглядом Лиса и не выпускал из виду. Его голос был грубым и томным. БлэкФокс старался не принимать его грубость на свой счет. Истребитель продолжил.

– Было время, когда мои предки не брезговали лисятинкой… Даже если ты залезешь в это корыто, я с лёгкостью вскрою его, и этот жестянка окажется всего лишь консервной банкой с лисьей тушёнкой. Так что не пытайся выкинуть какую-нибудь глупую шутку.

Механик-чудила взял слово.

– Он всегда такой грубый. Не обращай внимания.

На эту реплику Истребитель отреагировал яростью. Он начал махать своими огромными крыльями и гонять по ангару потоки воздуха, которые сдували всё на своём пути. Складывалось ощущение, будто тот вот-вот зарычит. Истребитель в грубой форме заставил механика замолчать.

В ангар спустился диспетчер.

– О, я вижу, вы уже познакомились с нашим Истребителем, мистер БлэкФокс. Он сопроводит вас на некоторое время в пути. Но не более! – Генрих повернулся и обратился к грозному здоровяку, – думаю, тебе не помешает размять крылья. Как закончишь, сразу возвращайся на базу.

Механик стал собирать раскиданные вокруг инструменты и готовить самолёт к полёту. Лис помог ему подобрать чертежи и принялся изучать конструкцию самолёта под пристальным зловещим взглядом Истребителя.

II

Самоделку выкатили на небольшую длинную узкую дорожку, поросшую бурьяном²³ по периметру. Из-за этого её не было видно с основной части аэродрома, и казалось, будто это не взлётная полоса вовсе, а просто набор бетонных плит, забытых здесь на добрые века.

Механик стал что-то ковырять внутри двигательного отсека самолёта и подтягивал какие-то гайки своим огромным разводным ключом. Самолёт был построен по классической схеме, при которой кабина раскинулась до самого хвоста самолёта, а крылья крепились ровно над ней, усиливая каркас жёсткости.

Особенностью же самолёта были лыжи, которые дополнялись специальной тележкой на колёсиках для транспортировки этого «чуда» до взлётной полосы. На основании этого факта, Лис предположил, что данное летательное средство вряд ли когда-нибудь взлетало, либо его очень хитро ловили при посадке на эту маленькую платформу на колёсиках, что было трудно представить, даже при учёте огромного числа допущений.

Лис забрался в самолет, и надел шлемофон²⁴. Вид его был удручающим не только снаружи, но и внутри. Помимо облупившейся краски и повсеместных царапин, внутри него было пыльно. Ткань, которая когда-то нежно поддерживала шлем на голове пилота, даря тому комфорт, сбилась в складки и стала щетинистой от пота носившего её неряхи.

БлэкФокс уже обучался пилотированию в Основании, но тут дело было куда сложнее. Этот самолёт был спроектирован и собран вручную. Механик бегло объяснил, как нужно управлять им, но понятнее от этого не стало.

В кабине царил откровенный бардак²⁵. Повсюду выпирали внутренние стыки фюзеляжа. Провода просто лежали на полу, а где-то даже были привязаны к другим таким же при помощи проволоки. Рельсы, на которых стояло кресло пилота, так и норовились распороть ногу невнимательному кандидату в пилоты. Лис едва не поранился, когда стал забираться в кабину, но всё обошлось.

Отдельного внимания заслуживает приборная панель и органы управления. Если можно было бы как-то выразить своё крайнее недовольство, удивление и смешать это с чертыханиями и пожеланиям доброго здравия тому, кто всё это создал, то это было бы нужное слово. Но, увы, такого крепкого словца ещё никто не придумал, а те, что есть, нельзя употреблять ни в письменной, ни в устной речи, ибо это являлось крайней степенью некультурности и быдлячества.

Штурвал²⁶ был собран из двух автомобильных рулей, распиленных наспех ручной пилой и собранных воедино при помощи двух стальных пластин, посаженных на болты. Его создатель явно пытался создать шедевр в стиле ретро-футуризм, но ему не хватило навыков и чувства вкуса. Крепился рогатый руль к трубе, напоминающий черенок швабры и скрывался в специальном пазе. Под «специальным пазом» подразумевается дыра, выгрызенная не совсем ровно, чтобы называться отверстием. В стандартных справочниках такой формы не найти, даже не пытайтесь.

Рычаги набора высоты и управления двигателем оканчивались надетыми на них перчаткой и бильярдным шаром. Они располагались по центру нижней консоли, которая разделяла место пилота и штурмана.

Но самое интересное зрелище открывалось на приборной панели, представляющей собой столешницу в форме буквы «Т», фигурно обрезанную лобзиком «на глаз». Она была покрашена в чёрный цвет (видимо для того, чтобы скрыть изъяны), и несла на себе, самую что ни на есть важную функцию – она соединяла в одно целое раму лобовых стёкол, пол и боковые стороны фюзеляжа. Проще говоря, если в полёте что-то с ней случиться, то кабина самолёта раскроется, как банановая кожура. Горе тому, кто будет в этот момент внутри.

Главной изюминкой приборной панели были полоски бумажной липкой ленты, расклеенные над приборами, кнопками, лампочками и тумблерами. На них наносились надписи вроде «Прибор для высоты» или «Вот эту вот не трогать». Но это лишь отдельные случаи. Чаще всего, надписи дублировали правильное название прибора или органа управления, к которому они были приклеены.

Края липкой ленты были потрёпаны временем. Некоторые полоски износились так, что их края свернулись в трубочку. У других клей кое-где высох и их хвост так и стал болтался, не имея возможности прилипнуть к чему-нибудь. Были и такие полоски, которым не хватало второй половинки. Надпись просто обрывалась на полуслове.

От такого вида Лису стало нехорошо, от чувства обречённости. Больше всего его беспокоил тот факт, что сопровождать его будет Истребитель с совершенно недружелюбным нравом. Что он может выкинуть, одному лишь ему известно.

Пока Лис разбирался с управлением нового вида транспорта, механик-самоучка что-то химичил²⁷ у носового винта. Лис пытался рассмотреть его возню, но этому препятствовал длинный кузов. Он вытянулся к лобовому стеклу во весь рост, оперевшись о штурвал, и старался найти угол обзора, который позволил бы ему увидеть, что там происходит.

Спустя минуту механик отбежал в сторону, держа в руке верёвку. Её он привязал к винту и крикнул: «Понеслась!», а затем рванул её, что было сил. Лис хотел остановить его, но едва открыл рот, самолёт подпрыгнул, загудел и рванул с места, как ужаленный пчёлами.

БлэкФокс растерялся и едва не вывалился в приоткрывшуюся дверь. Чудом ухватившись за штурвал, он выровнял судно чётко вдоль полосы и приготовился к взлёту. Где-то в глубине души он чувствовал себя одновременно испытателем и первооткрывателем нового вида транспорта, но на сантименты²⁸ не было времени, потому что полоса начала приближаться к своему завершению.

Колёса тачки колотили по бетонным плитам и отдавали грохотом по кузову самолёта, внутри стоял дикий звон инструментов, закатившихся под сиденья, но металлическая птица рвалась на свободу. Она подпрыгивала, и казалось, будто вот-вот захлопает крыльями. Мгновение, и лыжи оторвались от тележки, на которой стояли, и та, с громким треском, разбилась о пень, спрятавшийся на краю взлётной тропинки. Обратного пути отныне больше нет. Самолёт взмыл в небо.

Земля опускалась в окнах всё ниже и стелилась потрясающим видом. Вокруг по острову гуляли туманные стаи, будто дети, отпросившиеся погулять у своих облачных родителей. Солнце окрашивало весь этот пейзаж в невероятные осенние цвета, хоть уже и переставало согревать своим теплом в преддверии²⁹ зимы.

Лететь до Снежного острова было достаточно долго. Самолётик развил необходимую скорость, чтобы преодолеть пролив за пять часов. Погода стояла достаточно мягкая, хотя снаружи и было жутко холодно. Жар от двигателя задувал внутрь кабины небольшой вентилятор. Он был закреплён у подножия лобовых окон, и одновременно не давал им запотевать и должен был отогревать их от снега и льда, если те надумают запорошить стекло.

Истребителя всё не было видно. Лис облегчённо вздохнул. Наверняка тот спрятался где-нибудь недалеко от скалистого берега, делая вид, будто провожает лётчика-испытателя.

Спустя минуту Лис понял, что рация отработала своё. Она стояла недалеко за сиденьем штурмана. БлэкФокс аккуратно выкатил её из-за сиденья и перевернул. Из батарейного отсека торчали провода, припаянные вручную к аккумуляторам, свободно болтающимся за корпусом рации. БлэкФокс вспомнил механика и беззвучно выругался.

Спустя пару часов, перед самолётиком повисли плотные тучи, которые затмевали собой дневной свет. Пошёл легкий снежок, который лениво огибал кабину. Он был совсем ещё редкий и не доставлял серьёзных проблем, но кто знает, что ждёт впереди.

И действительно, беда не приходит одна. В тот же момент, мимо самолёта пронеслась тень. Лис от неожиданности пригнулся. Её турбулентная волна заставила самолёт отклониться от курса. Это был Истребитель, который быстро нагнал воздушное судно.

Истребитель кружился вокруг осенних облаков и играючи огибал их контуры. Он выполнял разные фигуры высшего пилотажа, и было видно, какое удовольствие это ему приносит. Могучие мускулистые крылья с лёгкостью справлялись с набегающим потоком воздуха, который был способен лишь немного отогнуть кончики перьев.

Огромная хищная птица, осматривала острым взглядом округу. Мгновение, и Истребитель резко рванул назад. БлэкФокс потерял его из виду. Пытаясь увидеть Истребителя, Лис вертелся из стороны в сторону, но того и след простыл. В окне самолёта развернулся океанический вид во все стороны горизонта.

Внезапно, в переднем стекле появилась перевёрнутая голова Истребителя. Лис подпрыгнул от страха. Всё это время, Истребитель парил над самолётом, что того даже не было слышно. Он беззвучно приблизился к самой кабине, практически уперевшись в её крышу.

Истребитель что-то сказал БлэкФоксу, пропал на мгновение и вцепился в переднюю часть крыльев, да так, что его когти оказались в углах кабины пилота, прошив её насквозь. Раздался страшный скрежет и хруст. Истребитель вырвал часть передней консоли³⁰ кабины и немного оголил крышу.

– Мягкой посадки! – крикнул он напоследок и, расправив крылья, выполнил переворот. Истребитель скрылся под самолётом и направился обратно восвояси.

В кабине начался ураган, а ближайшая туча застелила перед самолётом снежную штору. Ветер трепал всё, что мог. На шлеме были треснувшие очки, которые едва защищали глаза. На ощупь БлэкФокс нашёл какой-то кусок ткани, которым замотал лицо, чтобы снег перестал хлестать его ледяными плетями снега.

Судно начало терять высоту. БлэкФокс увидел в боковом стекле, как крылья самолёта, потерявшие прочность, начали покачиваться от набегающего потока воздуха. В кабине было слышно их потрескивание. Они двигались, как крылья птицы, вновь пытающиеся научиться летать после долгого простоя. В конечном итоге это приведёт к катастрофе. В этом не было сомнений.

Сбавив скорость, Лис продолжал бороться со стихией. Погода портилась на глазах и застилала белой пеленой ветровое стекло. Кабину трясло и шатало. Подмогу ждать было не откуда. Прошло уже более четырёх часов, и земля уже должна была показаться, если бы не новые обстоятельства. С каждым часом крылья начинали качаться всё сильнее, а кабину накрыл снежный тайфун³¹.

БлэкФокс неоднократно думал вернуться. Его одолевал приступ паники, он брал себя в руки, собирался с силами и вновь цеплялся взглядом в горизонт в поисках посадочной полосы. Он прекрасно понимал, что Истребитель точит на него когти и воспользуется любым случаем, чтобы учинить крушение самолёта и выдать это за случайную катастрофу. Теперь в его подлых намерениях не осталось сомнений.

Спустя ещё примерно час, крылья стали описывать такую траекторию, что самолёт начал качаться, будто шёл по волнам, как корабль. По крыше поползла трещина. Инструменты, разбросанные в кабине, выдавали мелодию в стиле «фанк». В кабину заглянул хаос и устроил там вечеринку. Только вот пилот отчего-то вцепился в штурвал и, кажется, будто немного подвывал от страха.

Лис отчаянно боролся с напастью на протяжении уже нескольких часов. Он пытался держать и успокоить болтающиеся части силовой рамы, которую повредил Истребитель, но это не особо помогало. Лис пытался сквозь снежную бурю найти на панели хоть что-то связанное с автопилотом. Он уже битый час оглядывал кабину в поисках какого-нибудь спасения, небольшого помощника или волшебной палочки, которая чудесным образом исправит все проблемы.

Стемнело. Снег стал стихать. В это время года он был не таким частым гостем пролива, но судьба решила подкинуть в жизнь агента секретной службы чуть больше неприятностей. Обычно, осень приходила на Снежный остров серыми унылыми дождями, и лишь в конце ноября сменялась снегом.

Наконец (к счастью), впереди замаячили огни. Один из них был ярче других и вспышки его периодически появлялись и гасли, а остальные были тусклее, но горели постоянно. Наверняка это был маяк у прибрежной деревушки. Лис немного приободрился. Самолёт уже летел практически у самой воды и намеревался свалиться с воздушной тропы прямиком в ледяной океан.

Заглох двигатель. Топливо в баках закончилось. Такой поворот судьбы снова выбил Лиса из равновесия. До берега оставалась добрая куча миль. БлэкФокс судорожно начал бегать пальцами по кнопкам и искать выход из сложившейся ситуации. Он решил сунуть руку под сиденье и нащупал, какое-то кольцо. Аккуратно и нежно потянув его, верёвка, к которой оно было привязано, оборвалась, и кольцо оказалось на пальце Лиса. К нему, при помощи шпагата, была привязана бирка, на которой детским почерком было нацарапано «для приводнения». Раздался щелчок. Затем в хвостовой части самолёта что-то загудело. Лис увидел, как снизу надуваются лыжи-катамараны.

БлэкФокс снова потянулся под сиденье и вытянул оттуда костыль. Это был небольшой треугольный деревянный костыль, который, обычно, являлся верным спутником юношей, вывихнувших ногу. На нём было написано «автопилот». Лис отбросил его в сторону и приготовился к приводнению.

III

Приводнение вышло не самым удачным, но Лис удержал самолёт и не дал ему перевернуться. Крылья почти у самой поверхности воды сложились, и он ударился о воду, проплыв так достаточно большое расстояние. Не смотря на это, до берега всё равно оставалось ещё пару сотен метров. Вокруг сиял только свет аварийных фар и тусклый свет маяка вдали. На небе выглянула любопытная луна.

Что-то в хвосте самолёта продолжало гудеть. БлэкФокс, сняв с себя шлем и импровизированный шарф, принялся искать, откуда доносился этот звук. Температура воздуха ночью, в отличие от Туманного острова, была в два раза ниже. Изо рта повалил пар.

Источником шума оказался компрессор в хвосте кабины, который запускался при помощи верёвки. Рычаг, который отвечал за пуск последнего, заклинило, и он стал молотить изо всех сил. Самолётик продолжал раскачиваться на волнах.

Раздался хлопок. Он был где-то впереди, и самолёт даже немного дёрнулся. БлэкФокс метнулся к окну. Один из надувных баллонов пускал смачные пузыри и начал терять форму. Компрессор нагнетал слишком много воздуха, тот не выдержал и дал слабину.

БлэкФокс бросился обратно, прихватив с собой костыль, и попытался расклинить рычаг компрессора, но тщетно. Тогда он попробовал колотить по нему, но тот стойко молотил своим двигателем и насыщал трубки сжатым воздухом. Компрессор был закреплён на полу кабины при помощи массивных заклёпок. Снаружи трубок не было, поэтому пришлось смотреть под кабиной.

Лис выбрался наружу. Стоял ужасный осенний холод и припорашивал небольшой снежок. Не теряя времени на осмотр окрестностей, Лис спрыгнул на, пока ещё целую, надувную подушку и прошмыгнул под днище самолёта. Вода была ледяная, и любое лишнее телодвижение могло окунуть Лиса в эту воду, откуда уже не было спасения.

Снизу кабины торчали трубки. Они дрожали от набегающего потока сжатого воздуха и раскалились до предела. Сбить с них шланги было трудной задачей, потому что нужно было одновременно держаться за что-нибудь, чтобы не упасть в ледяную воду и колотить по хомутам, что было сил. БлэкФокс попытался забросать шланги ледяной водой, из-за чего тут же получил смачное облако пара, которое сединой покрыло шерсть на его морде.

Самолёт дал ощутимый крен. Одна из подушек похудела наполовину. Пришлось действовать. Лис окунул одну лапу в воду, чтобы было не так больно обжечься, затем сорвал ей один конец шланга со штуцера. Не дожидаясь, когда придут ощущения жара, он сменил лапу и опустил в воду вторую. Охлаждённой лапой он снова взялся за раскалённый шланг и повернул его, пытаясь сдёрнуть. Так, мыча от боли, он повторил несколько раз, пока шланг не освободился полностью.

Лис отмачивал обожженные лапы в ледяной воде, а компрессор ещё с минуту поработал, издал странный визг и окончательно заглох, после того, как его внутренности заклинило. БлэкФокс выругался. Одна из подушек катамарана³², потеряв поддержку компрессора и наглотавшись воды, начала погружаться под воду.

БлэкФокс снова сунулся внутрь кабины в поисках спасения. Он прекрасно понимал, что вода могла застать его там врасплох. Другого варианта не было, как и шансов выжить в ледяной воде.

Лис нашёл какой-то ящик и выволок его наружу. Сев на уцелевшую надувную лыжу, он аккуратно раскрыл чемодан, чтобы содержимое не ускользнуло в воду. Стало совсем темно.

Набегающая волна заставила Лиса отвлечься на секунду, больные пальцы дали слабину и он упустил несколько инструментов в ледяную воду. Лис чертыхнулся и продолжил ощупывать внутренности ящика через слегка приоткрытую крышку. Он нащупал ножницы, которые упёрлись раскрытыми клешнями в корпус ящика и ракетницу с сигнальными огнями. Это был последний шанс.

Огни вдалеке продолжали светить, заманивая морских гостей к себе на сушу. БлэкФокс срезал верёвки баллонов катамарана с шасси самолёта в последний момент, как судно потянулось на дно. Надувная подушка подпрыгнула и бросилась в сторону. Лису пришлось прыгать на неё из воды. Промочив задние лапы, он стал ощупывать карманы, но ракетницы в них уже не было. Шансы на спасение таяли на глазах.

Баллон раскачивался на волнах и стал потихоньку спускать воздух. В паре метров от себя Лис увидел пузырьки, которые испускал отсоединённый шланг. Досадное чувство одолело БлэкФокса, что заставило его вглядеться в воду. Вокруг было темно, и вода отблёскивала лишь светом далёкого маяка. Лис на время замер. В ушах гудело. Впервые он почувствовал озноб. Он начал замерзать. Мокрая шерсть начала напоминать о себе.

IV

– Ли-и-ис!!! Давай сюда!

Малыш Крот пытался перелезть через ограду руин Древних. Перед ним стоял остов деревянной двери, верх которой сгнил уже много лет назад и рассыпался. Нижняя часть была обита дырявым ржавым железом, но сквозь острые, как лезвие ножа, дыры лезть было опасно. Иначе можно угодить в ловушку и остаться стоять наполовину внутри и на половину снаружи.

Башня, была огромной по меркам малыша. Её стены были из кирпича, а на окнах догнивали металлические решётки. Тайна этого места мани́ла его и приглашала узнать тот секрет, который таила в себе.

Из плотных соседних кустов кувырком выкатился рыжий Лисёнок. Он был весь пыльный и чумазый из-за лужи, в которой рос куст.

– Помоги, дружок! Мне без тебя никак, – умолял Лисёнка малыш Крот.

– Сейчас, только поймаю солнышко и помогу! – важным голосом ответил озорник.

– Мне никак не перемахнуть за дверку, помоги мне.

– Ну, хорошо…

Лисёнок встал возле двери на четвереньки, и малыш Крот миновал препятствие. Внутри башни его ждала куча разных переключателей, рычагов и кнопочек. Приборные панели украшали разные стёклышки, которые переливались и завораживали юного исследователя. Они гипнотизировали его, и он представил, что если выковыряет их все, то станет самым богатым во всём мире.

Лисёнок прыгал снаружи и ловил солнечного зайчика, который прыгал с травинки на травинку. Он там появлялся благодаря качающейся на ветру двери одного из приборного шкафа внутри башни. Солнце светило сквозь дыру в потолке, а ветер поворачивал дверцу, чем зазывали Лисёнка поиграть.

В какой-то момент солнечный зайчик замер. Лисёнок прильнул к земле и завертел хвостом. Он готовился совершить прыжок. Его глаза горели огнём в предвкушении своей добычи. Ветер стих, и даже трава замерла в ожидании.

Молниеносной искрой Лисёнок взмыл вверх и выпустил когти, в предвкушении победы над своей жертвой. Пахнул резкий порыв ветра, зайчик унесся, и Лисёнок приземлился передней лапой на осколок стекла, который коварно прятался в траве.

Стекло вспороло Лисёнку лапку и ему стало невыносимо больно. Лисёнок заревел. Он катался в траве, облизывал ранку и прижимал её к груди. Из открытого пореза сочилась кровь. Несколько секунд спустя, на двери повис малыш Крот. Он пытался перелезть, но его короткие лапки никак не могли зацепиться за верхушку преграды.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Капита́нский мо́стик (ходова́я ру́бка) – специальное помещение, размещающееся в корабельной рубке или в надстройке, из которого осуществляется управление кораблём на ходу. (Википедия)

Вернуться

2

Матро́с – должность на гражданском флоте для младшей категории служащих, принадлежащих к палубной команде судна. (Википедия)

Вернуться

3

«Полу́ндра!» (также палу́ндра и фалу́ндер) – восклицательное междометие, возникшее во времена парусных флотов и изначально имевшее значение «берегись сверху!». (Википедия)

Вернуться

4

Круи́з (в первоначальном значении) – морское путешествие. (Википедия)

Вернуться

5

Порт – место, расположенное вблизи берега моря, озера, водохранилища, судоходного канала, реки, устроенное для стоянки кораблей и судов.

Вернуться

6

Кутерьма́ – суматоха, беспорядок. (Толковый словарь Ожегова)

Вернуться

7

Наря́д – воинское задание, поручаемая военнослужащему работа. (Толковый словарь Ожегова)

Вернуться

8

Ку́барем – вертясь, стремительно (о падении). (Толковый словарь Ожегова)

Вернуться

9

Каю́та – помещение на судне или корабле, оборудованное для проживания пассажиров, а также различных служебных целей: буфет, кают-компания. (Википедия)

Вернуться

10

Иллюмина́тор – застеклённое, обычно круглое, окно подводных судов и космических аппаратов. (Википедия)

Вернуться

11

Чертыха́ться – ругаться, поминая черта. (Толковый словарь Ожегова)

Вернуться

12

Вира́ж – полет самолета с креном по кругу или поворот по кривой автомобиля, велосипеда. (Толковый словарь Ожегова)

Вернуться

13

Колла́пс – резкое ухудшение экономических, политических условий жизни общества, грозящее крахом государства; тяжёлый кризис. (Большой толковый словарь)

Вернуться

14

Берда́нка – однозарядная винтовка, охотничье ружьё. (Большой толковый словарь)

Вернуться

15

Сэ́ндвич (са́ндвич) – бутерброд из двух ломтиков хлеба с какой-либо прослойкой. (Большой толковый словарь)

Вернуться

16

Пройдоха – пронырливая, хитрая, ловкая в делах персона. (Большой толковый словарь)

Вернуться

17

Шту́рман – специалист по проведению по курсу судов, летательных аппаратов. (Толковый словарь Ожегова)

Вернуться

18

Лазу́тчик – разведчик (преимущественно в тылу противника). (Толковый словарь Ожегова)

Вернуться

19

Авари́йный трап – устройство для спуска из кабины самолёта при чрезвычайных ситуациях. (прим. Автора)

Вернуться

20

Колыма́га – старинный тяжелый крытый экипаж; тяжёлая, громоздкая, неуклюжая повозка. (Толковый словарь Ожегова)

Вернуться

21

Энтузиа́ст – лицо, которое предано делу, идее. (Толковый словарь Ожегова)

Вернуться

22

Возду́шная га́вань – то же, что и аэродром, аэропорт. (прим. Автора)

Вернуться

23

Бурья́н – сорные травы, преимущественно высокие, крупностебельные (крапива, лопух, чертополох и т.п.). (Большой толковый словарь)

Вернуться

24

Шлемофо́н – шлем лётчиков, космонавтов и танкистов с заключённым в нём переговорным устройством; само переговорное устройство. (Большой толковый словарь)

Вернуться

25

Барда́к – беспорядок, неразбериха, хаос. (Большой толковый словарь)

Вернуться

26

Штурва́л – рулевое колесо, с помощью которого управляют движением судна, самолёта, а также работой других машин (трактора, зернового комбайна и т.п.). (Большой толковый словарь)

Вернуться

27

Хими́чить – изобретать, придумывать, заниматься какими-либо опытами. (Большой толковый словарь)

Вернуться

28

Сантиме́нты – проявление излишней чувствительности. (Большой толковый словарь)

Вернуться

29

Преддве́рие – время, непосредственно предшествующее какому-либо событию, начальный период чего-либо. (Большой толковый словарь)

Вернуться

30

Консо́ль – выступ или одним концом заделанная в стену балка, служащая опорой чего-нибудь. (Толковый словарь Ожегова)

Вернуться

31

Тайфу́н – ураган большой разрушительной силы, преимущественно в западной части Тихого океана, тропический циклон. (Толковый словарь Ожегова)

Вернуться

32

Катамара́н – судно, имеющее два корпуса, соединённых друг с другом общей палубой. (Большой толковый словарь)

Вернуться