Второй пилот. Командир. Инструктор. Настольная книга хорошего пилота
Пилот гражданской авиации – 2
Денис Окань

© Денис Окань, 2025

ISBN 978-5-0060-7181-0 (т. 2)

ISBN 978-5-0059-8730-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Как приобрести качества надежного второго пилота и как вырасти в командира, стать настоящим Лидером? А через что необходимо пройти, чтобы воспитать в себе пилота, достойного стать инструктором?

Однажды я получил вопрос от второго пилота, ставшего соучастником авиационного инцидента и очень по этому поводу переживавшего. Он просил дать совет, как научиться работать с разными командирами, а главное – как сопротивляться тем, кто лезет на рожон. О! Это, пожалуй, самый частый вопрос! Из моего ответа родилась первая глава «Второй пилот. Как стать надежным помощником».

Примерно в то же время я получил вопрос от молодого командира, который просил совет: как доверять вторым пилотам? И это тоже одна из проблем, которая встает перед любым пилотом, пересевшим в левое кресло. Размышления на тему доверия переросли в более глобальные, о том, кто такой Лидер, как научиться быть хорошим командиром. Об этом – вторая глава этой книги.

Третья глава появилась по моей инициативе. Мне хотелось поделиться своим видением того, какие качества должны присутствовать у современного пилота-инструктора, и что он может лично предпринять для того, чтобы помочь авиакомпании преодолеть наследие не самых светлых времен, помочь развиваться и внедрять новые методики и принципы организации летной работы.

Я старался писать эту книгу не как учебник. Это скорее книга-помощник, пособие для задумывающегося пилота, поэтому и стиль изложения – уж простите меня, любители строгости и сухости – местами своеобразный.

Рекомендации, которые вы здесь встретите, основаны как на моем собственном опыте (в том числе на «шишках», набитых за годы роста как пилота, как командира и как инструктора), так и на рассказах моих коллег, которые поделились со мной своим опытом, своими мнениями. Часть материала (касающаяся лидерства) была подсмотрена мной в учебнике «Human Performance and Limitations» академии гражданской авиации г. Оксфорда. Размышлениям о пилоте-инструкторе здорово помогли книжка FAA Aviation Instructor’s Handbook и документ Doc 9995 ИКАО.

Выражаю огромную признательность своим друзьям и коллегам, прямо или косвенно повлиявшим на возможность появления глав этой книги. Станислав, Наиль, Сергей (а вас, Сергеев, вообще очень много!), Павел и многие другие – спасибо вам большое!

Всегда рад получить ваши вопросы, замечания и предложения!

Летайте безопасно!

Дорогой читатель!

Электронная версия этой книги распространяется бесплатно на сайте издательства «Ридеро».

Если книга вам пригодилась и у вас есть желание поблагодарить автора, то мне будет очень приятно, если вы закажете бумажную версию этой книги на сайте издательства «Ридеро» или оформите подписку на мой канал «Небесные истории» на сервисе «Бусти».

Контакты и ссылки вы найдете в конце книги (требование издателя по размещению ссылок и email).

Спасибо!

Второй пилот. Как стать надежным помощником?

Предыстория

На написание данного материала меня натолкнуло письмо, присланное мне вторым пилотом Boeing 737 нашей авиакомпании:

«…я мог бы весь полет рассказывать ему как написано в документах работать с таким дефектом. Но я этого не делал, потому что еще в Москве при попытке поговорить по поводу нюансов дефекта натолкнулся на бетонную стену разницы возрастов, поколений, мировоззрения, отношения к написанному, что напрочь отбило желание дальше о чем-то говорить.

В полете я превратился в пассивного наблюдателя. Так часто у меня случается, когда летаю с дедами. Я тебе уже писал, что боюсь с ними работать, так как рано или поздно это закончится плохо.»

Что же там было?

…В одном экипаже оказались Очень Старый Командир (далее КВС¹) и достаточно молодой Второй Пилот (ВП). И то ли кто-то с левой встал ноги или так сложились звезды, но случился в полете инцидент – посносили пневматики после посадки.

ВП считает, что первопричиной стали действия КВС, который отработал не так, как этого требовали документы. Полет выполнялся с отложенным дефектом, который предусматривал применение специальных процедур. Однако командиром они не были соблюдены. Важно, что КВС о них знал, но намеренно игнорировал. При этом ВП честно (как видно из письма) отмечает, что он понимал, что творится некоторое безобразие, но ничего не сделал для того, чтобы инцидент предотвратить.

И теперь переживает из-за случившегося.

Получив письмо, я незамедлительно ответил пилоту, а затем подумал и решил, что это слишком уж важная тема: взаимодействие второго пилота и командира. И двух предложений для описания правильного поведения в подобных ситуациях недостаточно.

Вот так и родилась эта глава.

Введение в проблему

Факт – для управления современным самолетом вполне достаточно одного пилота. Казалось бы, ну и пусть тогда командир один и летает – зачем вообще нужен второй пилот? Ведь, убрав второго пилота, мы тем самым не только кучу денег сэкономим на зарплате, но и на корню пресечем любые разногласия в кабине, на 100% обеспечив выполнение золотого правила, преподносившейся в авиации из поколения в поколение как Правило №1:

Правило №1:

Пункт 1. Командир всегда прав.

Пункт 2. Если Командир не прав, смотри п.1

Да, в те счастливые годы CRM был куда более простым и понятным, чем сегодня… Нет разногласий – нет и конфликтов. Бинго!

Важно!

Второй пилот в самолете – нужен!

Второй пилот в самолете – нужен! И не только на случай внезапной и скоропостижной отлучки КВС в туалет посередине полета, но, что куда важнее – нужен для того, чтобы помочь командиру принимать правильные решения. Для того, чтобы помочь ему не допустить ошибку.

Увы, но катастрофы все еще случаются. За последние 60 лет конструкторы научились делать самолеты довольно-таки… да чего уж там – очень и очень надежными, поэтому подавляющее большинство катастроф в современной истории авиации случилось по причине неправильно принятых решений и последующих неправильных действий экипажа. Авиакатастрофы по причине человеческого фактора имеют разнообразное количество печальных сценариев, но в большом числе случаев схожи в том, что второй пилот по той или иной причине не помог вовремя остановиться командиру, неадекватно оценившему обстановку, а то и вовсе полезшему за «героизмом».

История знает множество примеров, когда не только второй пилот, но весь экипаж молча сидел и смотрел, как КВС убивает не только их, но и пассажиров за спиной.

Итак, начнем с того, что выбросим из головы «правило №1»!

Забыли! Нет его!

Даже умудренный мудростью мудрых вполне нормальный и очень опытный КВС может допустить ошибку. Невозможно знать все, невозможно быть идеальным каждую минуту в своей работе, невозможно быть стопроцентно сконцентрированным на задаче… Да очень много чего невозможно, и все это имеет влияние на полет.

Аксиома:

Человеку свойственно ошибаться!

Нет такого пилота, который за всю карьеру не допустил ни единой ошибки². А если вам кто-то скажет, что он никогда не допускал ляпов в своей работе – сдайте этого человека в НИИ для опытов, пусть послужит человечеству.

В общем, надо относиться критически и к самому себе, и к «деду», сидящему слева от вас в кабине. Даже если это ваш первый рейс, а у него за спиной тридцать с гаком лет полетов на «Боинге», четырнадцать диагнозов, и сажает он самолет не на глаз, а на слух.

Главная миссия Второго Пилота:

Помочь Командиру принять правильное решение!

Я не буду распространяться насчет прочей полезности ВП в кабине. Список может быть весьма длинным, допишите его сами, это несложно. Я расскажу о том, что мне хочется увидеть у молодого второго пилота, пришедшего в авиакомпанию.

Мне очень хочется, ребята и девчата, чтобы вы занимались самоподготовкой. Пусть на время обучения РПП, SOP, FCTM FCOM и QRH³ станут вашей Библией, не почитав которую перед сном, совесть не позволит вам лечь спать. Особенно FCTM.

В авиакомпаниях страны существует единая, но очень грустная традиция, делать упор на чем угодно, а FCTM забрасывать на полку, как третьеочередной. Это ой-ой как плохо и совсем неправильно! Если SOP и QRH – это «что надо делать», то FCTM объясняет «как это сделать», плюс там еще много чего интересного, включая картинки. Невозможно научиться правильно и с пониманием выполнять процедуры SOP и QRH, не изучая параллельно FCTM!⁴

Я сократил список «библий» до минимума. На самом деле их должно быть гораздо больше… но подразумевается, что 99% остальных правил вы получаете при обучении на пилота в летном училище.

Да, я понимаю, что это прозвучит как лозунг, но…

Будьте жадными до знаний!

Не стесняйтесь задавать вопросы, не ленитесь искать ответы! Помните: вы несете ровно столько же ответственности за безопасный исход полета, как и КВС! Это лишь по документам главная ответственность на командире. А перед твердостью Земли равны все!

Пока у вас нет опыта – добивайте пусто́ты знаниями. Читайте, сомневайтесь, спрашивайте!

Давайте поговорим о проблемах, с которыми сталкиваются, пожалуй, все вторые пилоты. Почему, казалось бы, простое «подсказать командиру», становится сложным, а иногда даже невозможным действием?

Проблема 1. Опыт

Начинающий второй пилот приходит в авиакомпанию и видит вокруг себя исключительно матерых асов. Это особенность зрения специалиста с нулевым опытом – да, в этот момент его глаза видят именно асов.

Приступая к переучиванию, тренируясь на тренажере, летая на самолете, молодой и неопытный второй пилот готов свято верить своим учителям – и верит. Впитывает их примеры, как губка. Сложно представить, что на этом этапе второй пилот посмеет что-либо возразить седому командиру (а тем паче инструктору). А если посмеет, то…

Эх! Как же важен Правильный Пример инструктора и командира на этом этапе! Именно в этот период становления у зеленого еще пилота закладывается стиль работы и восприятие профессии, отношение к ней. Если же инструктор – самодур и отрицатель правил, то существует огромная вероятность, что под давлением подобного «авторитета» мозги у начинающего второго пилота сдвинутся в направлении, не совпадающем с безопасностью полетов.

Увы, намеренно или нет, но не все командиры и даже не все инструкторы демонстрируют исключительно положительный пример. Поэтому, мой дорогой читатель, давайте договоримся относиться критически ко всем: к коллегам по кабине, к авиатехникам, диспетчерам и даже к Самому Большому Начальнику, если доведется с ним лететь.

Даже к тому, что я пишу в этой книге.

Важно!

«Доверяй, но проверяй!» – рабочий лозунг хорошего пилота.

И конечно же, в первую очередь необходимо научиться критически относится к самому себе. Вы такой же генератор ошибок, как и все остальные, даже если не допускаете такой мысли.

Опыт не гарантирует правильность – пожалуйста, помните об этом! Доверяйте тому, что написано в документах.

Бывает, что седовласый командир довольно расслабленно относится к «книжкам». А то и нарушает их положения, разъясняя свои поступки тем, что «документы пишут дураки в кабинетах, а мы здесь, на практике, лучше знаем». Да, не все документы идеальны – ведь их пишут люди, а люди могут ошибаться. И да, не все правила универсальны для любой ситуации. Но пилоту жизненно необходимо выработать критическое отношение к таким вот балаболам.

Безусловно, необходимо иметь и трезвое отношение к документам и включать голову, когда это очень необходимо. Есть простые правила, которым обязан следовать безопасный пилот:

1. Если есть возможность не нарушать – надо не нарушать.

2. Если стало очевидно (после тщательного анализа), что в конкретной ситуации безопаснее отступить от требований документов, то надо следовать по наиболее разумному и безопасному пути.

Не зря ведь авиационные документы пишут кровью (да-да!). Лишь исключительно редкие случаи, в которых «повезет» попасть далеко не каждому, могут потребовать сознательного нарушения рекомендаций и правил.

И даже налетав десять тыщ килочасов, став опытным, не забывайте:

Опыт не гарантирует правильность!

Продолжайте относиться критически к себе, другим и будьте жадным до знаний.

Аминь!

Проблема 2. Знания

Во многом перекликается с проблемой недостатка опыта.

Если ВП приходит в авиакомпанию «пустым» и по какому-то недосмотру злобных⁵ проверяющих продвигается дальше, не наполняясь знаниями, то, попав в кабину самолета, он (вкупе с отсутствием опыта) в сто раз быстрее поверит инструктору или командиру, чем книжкам, которые пилот и не открывал.

И даже если инструктор тысячу раз неправ и учит совершенно не тому, чему нужно, если он скажет: «Черное – это белое», – для такого курсанта черное обязательно станет белым. Более того, он рьяно будет доказывать это своим молодым сотоварищам, вызывая у последних смятение и, возможно, сталкивая их в сторону «зла».

– Нельзя использовать режим vertical speed, и точка! Большой Босс так сказал!

– А книжки?

– Книжки? Ха! Книжки пишут дураки в кабинетах. Большой Босс знает лучше!

Ждать помощи от второго пилота, не имеющего ни опыта, ни знаний, а лишь понятия в горячей голове – напрасная надежда. С таким даже в обычном полете на командире будет повышенная нагрузка – ведь кроме выполнения полета надо постоянно смотреть, чтобы этот «специалист» ничего не натворил.

А если полет станет необычным?..

А если командир – такой же «специалист»?..

Вы бы хотели, чтобы ваша семья оказалась в самолете с таким вот экипажем?

Если вы не хотите учиться и не готовы учиться сами – пожалуйста, не идите в авиацию!

Или уходите из нее, пока не натворили бед.

Вы все еще в авиации? Тогда учитесь!

Проблема 3. Скромность. Неуверенность

Даже самые глубокие знания второго пилота окажутся бесполезными, если он не найдет в себе смелость донести свое мнение до командира.

Да, авиаторы – это романтики. Но это должны быть Лермонтовы, а не инфантильные Есенины. Скромность хороша в быту, но не тогда, когда КВС снижается между гор в грозу, игнорируя здравый смысл и орущую сигнализацию. В авиации много угроз, и командир-самодур, пожалуй, самая опасная.

Если ты видишь другой вариант, более безопасный – скажи вслух! Не дай себя убить!

Неуверенность…

Иногда даже самый нескромный ВП не выскажет сомнений только лишь потому, что ему не хватает… опять-таки опыта! Он еще не был в таких ситуациях, а КВС всем своим видом показывает: «Да ты успокойся, я сто р-раз так делал!», – или даже говорит об этом открытым текстом. В любом случае, если начитанность позволяет тебе в этой ситуации сомневаться – не держи в себе! Выскажи сомнения вслух.

Лучше перебздеть, чем обделаться!

О том, как донести до КВС свое нежелание быть размазанным о планету, поговорим чуть позже.

Проблема 4. Прошлый негативный опыт

Вот это наш случай! Второй пилот, который написал мне письмо, уже попадал в ситуацию, где ему показалось, что надо выполнить кое-какие предписанный QRH действия. Он их и выполнил, однако при выполнении наскочил на один из «заборов», который производитель напихал в Руководство по летной эксплуатации.

К слову, именно в той ситуации наскочить на «забор», а именно – превысить ограничение по скорости с выпущенными на 15 закрылками, являлось вполне нормальным, так как пришлось выбирать наименьшее из двух зол: продолжить заход в условиях сдвига ветра или выполнить предписанную для этого случая процедуру.

Замечу, что при выполнении Windshear Escape Procedure нет гарантии того, что ограничение по скорости не будет превышен, более того, это не так уж и страшно и совсем не важно. На первый план выходит другой приоритет – не убиться о землю. Ограничения у самолета установлены с приличным запасом – как раз на такие вот случаи.

Но… Мы же где? Мы в России, где динозавры от авиации и не думают уходить на пенсию. Так как расшифровкой не было зафиксировано срабатывание сигнализации о фактическом сдвиге ветра, а аргумент пилота «мне показалось» – к делу не пришьешь, те ответственные лица⁶, кто занимались расследованием, не усмотрели необходимости в действиях, приведших к «забору». В лучших традициях старой школы, авиакомпания по головке второго пилота не погладила. Посчитала его действия неправильными. Нарушением. Да еще и КВС выступил против него: мол, «фигня война – прорвались бы как-нибудь! Не надо было умничать». А веры словам командира у начальства по сложившейся испокон веков традиции больше.

В итоге, проявив инициативу и получив за нее по шапке, второй пилот потерял желание умничать в будущем. Правило №1 восторжествовало!

Я мечтаю, чтобы все начальники… Очень. Ответственно. Подходили к своему участию в расследованиях. Я занимался расследованиями. И никогда бы не обвинил пилота в похожей ситуации, даже если бы он привез нарушение летных параметров, так как это именно тот случай, где «перебздеть – лучше, чем обделаться».

Если есть сомнения в причинах, их надо трактовать в пользу действий пилота. Сигнализация – это еще не все, что в расшифровке можно углядеть. Пилоту предписано выполнить Windshear Escape Maneuver не только в случае сигнализации. Ее может и не быть, а сдвиг – присутствует. Пилот определяет сдвиг ветра по указанным в QRH изменениям параметров полета…

Только динозаврам-руководителям это неинтересно.

Хотя они тоже пилоты.

CRM пилота начинается на самых-самых верхах авиакомпании. А то и повыше, если копнуть глубже. Аббревиатуру CRM вполне можно раскрыть как «Company Resource Management», управление ресурсами компании. Нельзя требовать соблюдения красивых принципов CRM от экипажа, если летный руководитель демонстрирует наплевательское отношение к культуре Безопасности Полетов в целом и частностях, как в случае с бедолагой вторым пилотом, приславшим мне письмо.

Наказав пилота, выполнившего процедуру правильно, но налетевшего на «забор», горе-расследователи заложили мину замедленного действия, которая очень скоро сработала и «подарила» авиакомпании еще один инцидент.

Всего лишь инцидент, слава инженерам «Боинга»!

Проблема 5. Банальное раздолбайство

Увы, но даже среди талантливых вторых пилотов попадаются «философы», живущие по принципу «ну и фиг с ним» – перенося эту философию из обычной жизни в кабину самолета. Мол, «хочет командир на рожон лезть? Да пусть лезет, мое дело правое – не мешать левому».

Нет, друзья мои! Авиации с вами не по пути. Меняйтесь или летите поля опылять – там за вашими спинами не будет сотни-другой людей, уверенных в том, что в кабине сидят профессионалы.

Хотя нет, не стоит вам поля опылять. Там ваше раздолбайство тоже может привести к потерям.

Сидите дома, в общем.

Проблема 6. Добряки

«Ну зачем я буду ему что-то говорить, портить с ним отношения? Ведь ничего ж страшного не случилось?»

Внимание!

Это очень распространенная позиция!

Более того, этим зачастую и подменяется CRM в среднероссийском экипаже. Мол, «если я классный парень, со всеми умею ладить, то у меня отличный CRM!»

Хе-хе! Нет.

Это заблуждение. Быть «хорошим парнем»… это всего лишь черта Человека Хорошего. В быту это чаще всего здорово. В теплой компании на природе – великолепно! Но в такой ответственной сфере деятельности, как авиация, стремление ладить со всеми «любой ценой» может из преимущества превратится в недостаток.

Цена может оказаться неподъемной.

Пилот, помни!

Лучше испортить отношения с командиром, но предотвратить нестабилизированный заход на посадку, который по статистике является причиной 70% всех инцидентов и катастроф на посадке!

Хорошая новость: далеко не все командиры являются злыми монстрами⁷. Возможно, ваш КВС еще и «спасибо» скажет, если вы ему поможете, подскажете.

Да-да, и такое бывает! Чем больше хороших командиров, тем чаще слышится «спасибо» в кабине. Слово «спасибо» в ответ на подсказку – признак профессионала. Услышав «спасибо» от командира, вы поймете, что с этого КВС можно брать пример.

Важно!

Став командиром, не забывайте говорить «спасибо!» своим вторым пилотам.

Так как же быть и что делать?

О командирах

Давайте разберем ситуацию со стороны командира. Почему происходит так, что самый ответственный в самолете дядька не прислушивается к своему главному помощнику – второму пилоту?

Хочу еще раз успокоить: далеко не все командиры плохие. Но если бы все были хорошими… Нет, правильнее так: если бы все «хорошие» были хорошими во всех ситуациях, то не было бы и писем, вроде того, что послужило катализатором написания этого текста. Даже хороший командир иногда пускает пенку – чего уж об остальных говорить.

Опыт

«Да я командиром сажал самолеты еще тогда, когда ты на горшок садиться учился, салабон!»

Готовьтесь! Для многих командиров этот аргумент важнее всего остального. Такие заранее ставят себя на десять порядков выше второго пилота, блокируя любой поток полезной информации.

Характер, привычки, стиль поведения и тот самый CRM

Люди разные. Разные характеры, разные стили поведения. Даже выглядят люди по-разному.

И да – множество людей не подарки, и даже командиры в такой романтической профессии не всегда соответствуют принятому в обществе образу⁸. Они замотаны жизнью, бытовыми неурядицами, и им попросту нет дела до культурного воспитания молодого пилота.

В гражданской авиации России очень долгое время воспитывались и поддерживались «уставные» отношения, базирующиеся на беспрекословном подчинении младших по должности старшим. Правило №1 нигде не было записано, но все его почему-то знали, а за несоблюдение ведь и вправду наказывали!

Не обязательно рублем, конечно же. За наказание вполне может сойти и гневная беседа на начальственном ковре, а также «санкции», вариантов которых была масса. Отпуск зимой, меньший налет, гадостные рейсы – инструментов воздействия у комэски, царя-бога-начальника, было хоть отбавляй, а вот у пилота инструментов борьбы не было.

При попытках второго пилота отстаивать свои права или, не дай бог, пожаловаться на командира, начальство (как правило, этого командира знающее гораздо дольше, чем ВП), обычно занимало (да и занимает) сторону командира, непрозрачно намекая второму пилоту: «Твое дело правое – не мешать левому».

«Дело правое – не мешать левому!»

Если у второго пилота хоть капелька мозгов в голове присутствовала, то он быстро понимал и – куда деваться? – принимал правила игры. И тем самым входил в замкнутый круг.

Власть меняет людей. Не все готовы применять власть во благо. Вчерашний второй пилот, получивший негативный опыт, превращался в командира и… Наорать в кабине – за милую душу. Морально задавить авторитетом – легко и с улыбочкой!

Не все, конечно, но многие вторые пилоты, пересев в долгожданное левое кресло, становились такими же самодурами и отыгрывались на коллегах.

«Просто смотри в это чертово окно!»⁹

Иногда дело принимало совсем уж серьезный оборот, ситуация в кабине доходила чуть ли не до драки (а то и доходила). И вот только тогда, нехотя, начальство обращало внимание на неподобающее поведение «левого» в кабине. Ему грозили пальчиком, на некоторое время авторитарный самодур затихал, но потом его характер снова проявлялся. И снова ему грозили пальчиком.

И так до пенсии – ведь кто уволит-то? Не было таких традиций – командиров «за ерунду» увольнять. Очень редко до такого доходило.

Кстати, именно вот на этой почве и зародилось то сладкое заблуждение, царящее среди отечественных пилотов, о котором мы говорили выше: «Я отличный парень – значит, у меня классный CRM! Не то что у некоторых!»

Не стоит думать, что данная проблема взаимоотношений в гражданской авиации СССР или России является чем-то уникальным. Через все то же самое прошла авиация во всех странах, даже самых цивилизованных. Обучение CRM в принципе зарождалось на Западе из попыток научить вторых пилотов противостоять авторитарности командиров, а командиров – научить прислушиваться и принимать помощь от второго пилота.

Прошло довольно много лет и во многих странах при помощи внедрения CRM проблему самодурства с разной степенью успешности искоренили. К сожалению, приходится признать: в нашей стране настоящий CRM не находит должного уважения даже после двух с половиной десятков лет, прошедших от начала принудительного внедрения (началось примерно в 1997 году). В мире уже появились и приносят пользу другие интересные (и не новые) подходы, которые базируются на CRM: Advanced Qualification Program, Competency-Based Training, Evidence Based Training и другие, но в России кое-кто…

Да чего там «кое-кто» – многие всё еще насмехаются над «буржуйской наукой для изымания денег» и учат смеяться других. Забавно до горьких слез то, что часто эти «кое-кто» – преподаватели CRM в учебных центрах России.

CRM – это совсем не наука. Это не более чем банальные принципы правильного поведения, эффективного взаимодействия, изложенные в понятном виде. Это инструмент обучения этим принципам. Принимай, обучайся, пользуйся!

В конце этой главы я приведу некоторые соображения по поводу проклятого CRM.

Надеюсь, осмысленно пройдя суровую школу правильного второго пилота, вы сделаете свой положительный вклад в становление CRM в нашей стране хотя бы тем, что не будете эти принципы отрицать.

Отцовские чувства

Это очень похоже на проблему «добряков». Некоторые «дедушки» готовы настолько по-отечески относиться к очень молодому второму пилоту, что не замечают за ним права на собственное мнение. В гамме отцовских чувств, улыбаясь в усы, легко пропускают мимо ушей робкие /агуканья/ пожелания второго пилота.

Ущемленная гордость

Несмотря на то, что иномарки в стране очень активно эксплуатируются уже не один десяток лет (а освоение началось в ранних 1990-х), этого времени всё еще недостаточно для того, чтобы однозначно сменился пласт анти-CRM, доставшийся от прошлых поколений¹⁰.

Грустный исторический факт: не все пилоты, бывшие прекрасными (по меркам времени) специалистами на Ту-154 или Ил-76 стали таковыми на «боингах» и «эрбасах». Летать на большом советском самолете, на котором огромный экипаж работает на тебя, и летать в кабине иномарки, где за весь экипаж работают два пилота – это совершенно разная специфика лётной работы. Кроме этого, вся документация иностранного самолета написана на английском языке, и качественно изучить ее, не очень хорошо зная язык, сложно. Более того, трудно даже заставить себя читать документы, когда ты знаешь, что тебя и так сделают командиром за твои прошлые «заслуги». А потом и инструктором – по той же причине. И даже начальником.

А став начальником, такой кадр не очень-то готов вникать в какие-то там «проблемы CRM» у его подчиненных. Он работал так, как привык работать.

«Какой там, к черту, CRM? Они просто летать них… не умеют!»¹¹

Да, такой КВС чувствует за собой грешок незнанья, однако ему очень соблазнительно считать, что именно с ним ничего не случится – ведь он уже 25 лет мудро пашет в небе, и всегда прокатывало! Да и самолет этот – ну такая няшка! – не то, что строгий Ту-154, где «заборов» было в десять раз больше!

Чтение умных книжек откладывается на неделю… на месяц… на год… навсегда. Летает и летает. Не падает же? Даже расшифровок не привозит! И тут на тебе – в кабине с таким вот товарищем летит второй пилот, у которого еще пилотское после купания в стакане со спиртом не обсохло, и начинает ему указывать на то, что «а в SOP написано вот так», «а почему вы этого не сделали, товарищ командир?», «FCTM пишет, что надо делать по-другому», и так далее.

Сам я, будучи вторым пилотом, однажды доумничался до того, что командир предложил мне засунуть FCTM себе в… кхм, то место, на котором человек сидит. Так как он, дескать, командир с большим предыдущим опытом, а книжки эти пишут для школьников». То есть для таких, как я.

Конечно, есть командиры, которые с радостью послушают молодого начитанного второго пилота и даже «спасибо» скажут. С ними классно летать, чего тут говорить, поэтому и говорим мы о других – о тех, кого вопросы второго пилота очень сильно уязвят. Такие будут искать повод, чтобы «нанести ответный удар», либо просто попросят заткнуться и не умничать.

Не обижайтесь на своих командиров. Просто обеспечьте CRM сами!

Суперпрофессионал!

Я уже готов был отправить эту книгу на публикацию, но, прогуливаясь по пляжу и слушая подкаст, в котором молодые пилоты обсуждали проблемы взаимодействия с различными командирами, поймал озарение: я ведь совсем не осветил очень занятный сценарий, в котором имеет место типаж КВС, радикально отличающийся от вышеуказанных!

В этом подкасте ребята затронули тему полетов с командиром, который известен своими высокими навыками и глубокими знаниями, что приводит к тому, что… такому КВС чрезмерно доверяешь и даже расслабляешься, и это может привести к пропуску чего-то важного.

Бинго! Один в один мнение, которое я однажды услышал от второго пилота (кстати, того самого, кто написал письмо, что мы здесь разбираем), и которое заставило меня задуматься, вспомнить свой опыт, взглянуть на некоторые моменты под другим углом зрения.

Да, интересная ситуация получается. Выполняя полет с не самыми сильными КВС, второй пилот внимательнее следит за его действиями и в целом уделяет больше времени контролю за происходящим, чем если он летит с командиром, которого считает сильным профессионалом.

А с колокольни своего командирского опыта скажу, что все то же самое характерно и для командира, выполняющего полет с сильным вторым пилотом.

В общем, имейте в виду:

Хороший профессионал, сидящий в кабине слева от вас… тоже представляет собой угрозу!

С кем бы вы не полетели, всегда держите в голове золотое правило:

Рекомендации

Начинайте с себя.

Прежде всего стоит намотать себе на ус, что в гражданской авиации мы не в игрушки играем. Это должно быть принято на уровне аксиомы. Вы в равной с командиром степени несете ответственность за судьбы людей, доверившихся вам.

Пожалуйста, проникнетесь ответственностью, осознайте ее, прежде чем стесняться подсказывать командиру!

Да, вам, скорее всего, придется несладко. Каждый раз, встречая очередного нового командира, вы будете гадать: «Чего мне ждать от этого дядьки?» Вам придется подстраиваться под него, дабы не обидеть, не задеть, не расстроить. Иначе, вдруг он нажалуется на дерзкого второго пилота начальству и тогда «век ввода не видать»!

Думаете, я шучу? Да я никогда еще не был так серьезен! Самые педантичные вторые пилоты даже записную книжку ведут – «Индивидуальные особенности командиров».

Такого, конечно же, быть не должно. Одним из основных принципов CRM является стандартизация: все пилоты авиакомпании должны работать одинаково, ожидаемо и без существенных нюансов. Как мы можем контролировать друг друга, если каждый работает так, как нравится только ему, но не так, как написано в SOP?

Никак.

Проблемы всё еще есть. Правда жизни такова, что зачастую именно на втором пилоте лежит непростая задача обеспечить CRM в экипаже, умудриться сработаться с любым командиром. Не обидеть его, не огорчить и при этом суметь донести до него свои сомнения и даже подсказать, если потребуется. Но подсказать так, чтобы эта помощь командирские чувства не уязвила, конечно же.

Очень важно еще при подготовке к вылету, в первые же минуты встречи оценить, что за командир тебе сегодня достался и определить границы, в которых ты сможешь свободно работать.

Напомню: когда дело пахнет керосином, границы для всех равны, а во имя обеспечения безопасности все способы и действия хороши.

Но они должны быть последовательными!

Как нельзя себя вести?

Давайте сначала договоримся о том, что хорошему второму пилоту точно не стоит делать :

Вести себя вызывающе

Дерзкие вторые пилоты, бессовестно карабкающиеся на пьедестал неформального лидера в экипаже, ожидаемо вызывают неприятие. Такое поведение случается, например, когда второй пилот считает себя очень опытным, а командир стал командиром совсем недавно. Или если командир пришел из другой авиакомпании, особенно если это какая-нибудь мелкая конторка в отличие от твоей, одной из самых крупных.

Смотреть на командира сверху вниз

Даже если вы прочитали SOP от корки и до корки, а FCTM цитируете полными разделами, не стоит из-за этого относиться к командиру как к недоучке. Пусть знания вас греют и создают запас уверенности в той ситуации, в которой командир, возможно, уже был (в силу своего опыта), а вы – еще нет. Не выпендривайтесь лишний раз, проявляйте уважение – это банальный совет, конечно же, но он хорошо работает.

Здесь мне очень хочется вставить рассказ своего друга Алексея о его опыте работы вторым пилотом в Корее:

«Однажды захожу в кабину, усаживаюсь, регулирую кресло под себя. Замечаю, что раскосый командир как-то не очень добро на меня смотрит. Спрашиваю:

– Кэптэйн, я что-то не так делаю?

Тот отвечает:

– Ты сидишь выше меня.

Я:

– Но это моя нормальная позиция, если я сяду иначе, мне будет неудобно.

Он:

– Ты сидишь выше меня. Это проявление неуважения».

Умничать в полете тогда, когда можно промолчать

Перекликается с пунктом номер два.

Если весь полет сыпать умными фразами, и втыкать командиру по поводу и без, то не стоит удивляться, что именно тогда, когда ваш совет может оказаться полезным, сидящий слева попросит заткнуться, так как его мозг уже переполнен, а профессиональная гордость требует мести.

Если КВС хочет использовать автобрейк 3 на сухой длинной ВПП при температуре +15 градусов – да пусть использует! Не та ситуация, чтобы накалять ее цитатой из SOP «На сухой ВПП рекомендуется положение 1 или 2».

Имейте понимание, что чрезмерная борьба за безопасность может привести… к снижению той самой безопасности, о которой вы радеете. Не играйте в инструктора там, где это не требуется, не доводите до конфликта в кабине.

Чрезмерная борьба за безопасность может привести… к снижению безопасности!

Молчать тогда, когда надо умничать

Вам предстоит посадка в аэропорту города N. Погода так себе, сцепление не самое лучшее. Самолет тяжелый, полоса достаточно короткая. Посадку будет выполнять командир, на брифинге он определяет: «Закрылки 30, скорость не менее плюс десять, а там поглядим. Может, еще добавим». И начинает рассказывать тебе методику посадки в аэропорту N: «…садиться надо на бугор, иначе, как пить дать, перегрузку привезем!»

Вот тут самое время высказать свое мнение, что вы не согласны с методикой перелета не важно в каком аэропорту, тем более при таком сцеплении. И закрылки 30 в этом случае тоже не вариант, вам больше нравится положение 40.

Только сделать это надо достаточно мягко, но настойчиво.

Но как?

Как надо себя вести?

Давай разберем следующие сценарии.

«Мягкая» ситуация

Это тот случай, когда действия командира кажутся неидеальными, но при этом вы не видите реальной опасности. То есть ситуация из разряда «А вот я бы сделал по-другому».

Станете командиром – сделаете.

Обратимся к примеру с посадкой на сухую длинную ВПП и использованием системы автоторможения на уровне «3». Если вам все-таки не терпится высказать свое мнение по этому поводу, не стоит говорить: «Ха! Да нам единички хватит за глаза!»

Скажите иначе:

«Иван Иванович, если не трудно, объясните, почему вы решили использовать автобрейк „три“ для этой посадки?»

Когда он ответит, можете добавить:

«А вообще, могли бы мы сегодня садиться на „единичке“?»

Вполне возможно, что это не фобия командира. Просто он прочитал в правилах аэродрома, что освобождать ВПП надо по рулежке А5, а вы – нет. И если промчаться мимо A5, то потом придется разворачиваться и рулить назад, мешая заходящему на посадку самолету.

«Баги» на 737CL

А может быть, и фобия, «перестраховка». Но она не несет опасности в данных условиях – и стоит из-за этого конфликт городить?

Другой пример. При подготовке к вылету на Боинге-737-500 вы заметили, что КВС ничего не сделал из своих положенных процедур, но командует «PREFLIGHT CHECKLIST!»

Ничего страшного. Если он не установил «баги»¹² на своем EADI, дружелюбно подскажите: «Иван Иванович, вы забыли „баги“ поставить». Если вы не уверены, что он сделал тест табло, спросите: «Иван Иванович, я пропустил, наверное. Вы же сделали LIGHT TEST?»

«Жесткая» ситуация

Предположим, ученые изобрели машину времени и вам предстоит полет в старый добрый аэропорт Ростова-на-Дону. ВПП 22 этого аэродрома устойчиво удерживала первое место по выкатываниям после посадки в нашей стране. И вы, конечно, в курсе рекомендаций, направленных против выкатываний, так как за предыдущий год вы с ними ознакомились не один и не два раза (по числу новых выкатываний). Поэтому, когда КВС ничтоже сумняшеся лезет на рожон, это не тот случай, когда указание «молчи – сойдешь за умного» имеет место быть.

Попробуйте сказать так:

«Иван Иванович, может быть я перестраховываюсь, но мне было бы спокойнее, если бы сегодня мы использовали закрылки 40. И не перелетали при посадке. Тут столько раз на пустом месте выкатывались и при гораздо лучших сцеплениях. Вот только недавно знакомились с рекомендациями на разборе».

Я думаю, что большинство КВС с такими фразами согласится. Посмеются в усы: мол, раз ты боишься, то давай! Затем, когда самолет остановится на половине полосы, скажут тебе: «А ты боялся, смотри сколько полосы осталось! Эх, молодежь!»

Пусть смеются. Зато самолет на полосе. За это, говорят, еще никого не наказали!

…В полете в Ростов-на-Дону один КВС A320 много и складно рассказывал юному второму пилоту о том, как надо правильно садиться на ВПП 22. Выполнив на этой полосе посадку, на пробеге он еще раз успел посмеяться над теми, кто здесь выкатывался… И выкатился. Скользко было.

В таких условиях лучше сначала оттормозиться, а потом смеяться.

А лучше не смеяться вообще.

Выкатывание 737—400 в Ростове, в расследовании которого мне пришлось принять участие (2012 год)

«А если командир из вредности не согласится?»

Конечно, не забудьте посчитать дистанцию, которая потребуется для того способа посадки, который хочет КВС. Апеллируйте к цифрам и фактам прошлых выкатываний в гораздо более простых условиях, чем сегодня. Постепенно делайте свой голос более твердым:

«Иван Иванович, по расчету мы впритык проходим с закрылками 30, и это без намеренного перелета».

«А что делать, если командир упирается до конца?»

Что ж, тогда переходим к плану Б. Вежливо, но уверенно скажите:

«Я считаю, что надо использовать закрылки 40 и не перелетать. Если вы, Иван Иванович, не согласны – это, конечно же, ваше командирское решение. Но я свое мнение озвучил, оно на магнитофон записано. Если вы все же приняли иное решение, прошу, хотя бы дайте самолету остановиться уверенно, прежде чем отключать автобрейк или выключать реверс».

В 99.9% случаях это сработает. Только очень упертый командир будет упорствовать после магической фразы «записано на магнитофон». Но это уже упорство барана, что является поводом для приватной беседы с разумным начальником и написания рапорта с просьбой вас с этим командиром больше не планировать.

В ситуации, в которую попал второй пилот, написавший мне письмо, надо было делать именно так. От плана А к плану Б последовательно.

Хочет КВС слушать или нет – слова должны быть сказаны вслух. Если это даже и не предотвратит инцидент, то в любом случае у второго пилота будут козыри, которые помогут ему в дальнейшей работе.

Если уже с первых минут работа в штурманской комнате не заладилась, командир настаивает на «героизме» – надо еще до начала полета предложить позвонить разумному начальнику (наверняка в любой авиакомпании такие есть) и попросить совета. Или даже отказаться от выполнения «геройского» полета с этим дефектом и/или этим командиром.

Я понимаю, что на бумаге советы написаны гладко, а в условиях реальности выполнить их будет очень сложно для второго пилота хотя бы потому, что он чувствует себя… вторым пилотом. Поэтому его слова должны быть на порядок более обоснованы документально (с точки зрения документированных правил) – в этом случае никто не сможет обвинить его, ни один начальник.

Да, это может показаться некрасивым. Не по-товарищески (точнее, не по-пацански). Мы в России воспитаны на поговорке «сам погибай, и товарища выручай»… Но в гражданской авиации, независимо от страны, это звучит совершенно по-другому:

«Погибая сам, ты мочишь и товарища, и всех тех, кто сидит за твоей спиной».

Надо уметь услышать это звучание и перебороть себя.

Я верю в то, что количество разумных начальников за последние годы пошло в гору, как и число хороших командиров. Да я даже уверен в этом! Ну не может же быть такое, чтобы поколения уходили, но ничего не менялось? Сегодня второй пилот гораздо более защищен, чем это было в годы тотальных сокращений 90-х годов¹³.

Оправдание своего бездействия тем, что «век ввода не видать» – это гибельный путь, это самообман! Наличие в послужном списке инцидента из-за собственного бездействия ввод, конечно же, ускорит, ага.

О, вы и не задумывались о том, что инцидент по вашей вине в будущем сыграет роль и помешает вам устроиться в «забугороную авиакомпанию»? Ну так теперь вот и подумайте, прежде чем быть «хорошим парнем», бездействовать и стать соучастником.

Окажись на записи бортового регистратора ваши слова, которыми вы излагаете свое видение ситуации, в которых слышна ваша правильная настойчивость, ввод может ускориться в разы, даже если вы-таки стали участником инцидента.

Замечу, что вряд ли в «забугорной авиакомпании» будут ждать пассивных пилотов с распростертыми объятиями. Справка об отсутствии инцидентов по личной вине давно уже стала стандартным требованием для кандидатов. Помните об этом! Работайте так, чтобы к вашим действиям не было возможности подкопаться. Если вы знаете документы и рекомендации, а командир упорно лезет на рожон – стойте на своем, проявляйте позитивную настойчивость!

Стесняетесь писать рапорт на командира? Считаете, что это не по-пацански? Я вас умоляю! Пока вы стесняетесь, он уже предоставил комэске своё видение ситуации, в которой вы выглядите далеко не лучшим образом. Но при этом он, командир, не считает, что «стучит». И комэска тоже так не думает.

Удивительно?

Вот такая вот интересная у нас в стране гражданская авиация.

Такой вот у нас CRM¹⁴.

Позитивная настойчивость

Давайте учиться правильному поведению в «жестких» ситуация.

Как следует действовать?

В российском CRM применяется очень хорошая аббревиатура ПППВ.

П — подскажи!

П — помоги!

П – потребуй!

В – выполни!

Виталий Деревянко, инструктор CRM из «Аэрофлота», предлагает очень хороший пример ПППВ:

П. «Командир, уже две мили до входа в глиссаду, не пора ли выпускать закрылки?..»

П. «Если мы не выпустим до начала снижения, мы не сможем стабилизироваться к тысяче футов…»

П. «Командир, мы обязаны уйти на второй круг, мы не стабилизовались!»

В. Диспетчеру: «Уходим на второй круг!»

Вот так, четыре уровня настойчивости:

Чего делать не стоит? Не надо переходить сразу к четвертому уровню. Командир выпадет в осадок от неожиданности.

Но это же авиация, здесь бывают исключения даже из правил. Да, очень редко, но перейти к «В» все-таки может потребоваться.

За свою короткую карьеру полетов на Ту-154 мне дважды приходилось перед самой землей (на высоте менее ста метров) самому двигать руды вперед, когда внезапно самолет «проваливался», гудел сигнализатор критических углов атаки, а КВС (пилотирующий пилот) не реагировал.

Как вы понимаете, никто меня за выполнение «В» без «П-П-П» не убил, я здесь и задвигаю мысли с умным видом. После разбора (сначала эмоционального, потом по делу) мои действия были признаны правильными. А в первом подобном случае штурман, Юрий Гришин, помолчав, сказал что-то вроде: «И вообще, не факт, что мы бы сейчас сидели и обсуждали, если бы ты этого не сделал».

И чего уж точно нельзя делать – бездействовать!

Бездействие – это плохо! Мне кажется, я уже достаточно написал выше, чтобы считать это доказанным.

Подведем итог

➢ На втором пилоте лежит огромная ответственность! Его задача – найти индивидуальный подход к каждому КВС. Не обидеть его, не расшатать ранимое командирское эго. Да, надо уметь подстраиваться.

➢ Если есть сомнения в правильности решений, действий командира – они должны быть озвучены независимо от возраста, опыта, поведения, пола и прочих индивидуальных черт КВС.

➢ Второй пилот должен быть хорошим дипломатом. Уметь использовать несколько уровней настойчивости, чтобы донести свое мнение до командира.

➢ Каждый полет должен быть завершен успешно, то есть безопасно. Если для этого потребовалось чрезмерное убеждение КВС, или конфликт, если командир лез на нарушение правил – это должно быть озвучено руководству – грамотно, четко и по существу. КВС должен знать о том, что руководству это будет озвучено.

➢ Второй пилот – оплот CRM в экипаже!

Подозреваю, что меня кое-кто уже обвинил в «неблагородстве», в призывах к «непацанским поступкам. Знаете, мне до лампы. Мы тут не в бирюльки играем, за нами – судьбы людей. Я очень ровно к таким обвинениям отношусь, более того, знаю множество случаев (как бывший летный руководитель тому свидетель), когда именно командиры, ничтоже сумняшеся и с искажением фактов доносили на вторых пилотов, при этом, сами вторые пилоты не были в курсе того, что КВС на них жалуется. И это почему-то считается «благородным» и совершенно не расценивается как «стукачество».

Время 90-х прошло. Пилоту надо быть более смелым в отстаивании своей позиции, в том числе и перед начальством. Спокойно, вежливо, и по документам. Разумных начальников сегодня достаточно, чтобы разобраться, кто есть кто, кто виноват, а кто нет¹⁵.

Самый главный итог

Работая вторым пилотом, набирайтесь опыта – любого: позитивного, негативного (превращая последний в позитивный через осознание), – чтобы тогда, когда сами станете КВС, не повторили ошибки ваших командиров сегодняшних. Только так, «войдя в дом через окно, мы сможем открыть двери» – для тех молодых пилотов, кто идут за вами.

Вам уже проще, чем было моему поколению пилотов, а будущей молодежи должно быть проще, чем было вам. Это уже ваша задача – упрощать им жизнь и укреплять культуру безопасных полетов.

Простите за пафос.

Старым становлюсь, сентиментальным.

Немного о практическом CRM

Личный опыт

Мне очень близка описанная только что тема. Я последовательно прошел через все ступени: от самого молодого второго пилота Ту-154 (как по возрасту, так и по опыту), до пилота-инструктора на Боинг-737 и далее до летного руководителя.

Очень продолжительное время (не в абсолютном, конечно, значении, а в относительном) все вокруг были старше и опытнее меня. Да еще и время было такое, что на очень молодых пилотов, попавших на большой самолет, смотрели очень и очень косо. Был значительный разрыв поколений.

Я очень хорошо знаю, что такое «добивать пусто́ты знаниями».

Что касается взаимодействия в кабине, честно признаюсь: моя эпопея изучения CRM основывается прежде всего на личном опыте ошибок и поступков – как хороших, так и не очень. Выше я написал: «набирайтесь опыта – позитивного, негативного». Далеко не всегда я вел себя в кабине правильно, и мне потребовалось время, чтобы это осознать. Нет, конечно же, случаи, за которые мне стыдно, на самом деле были редки, по крайней мере мне хочется в это верить. Самое частое, что я делал так, как сам же выше рекомендовал не делать – это умничал тогда, когда можно было и промолчать. Иногда был резок в высказываниях – и пусть даже это было по делу, но (я уверен в этом по прошествии времени) именно в той ситуации можно было быть помягче, потерпеливее, терпимее. Быть уважительнее!

Когда в октябре 2006 года я только-только стал молодым командиром с общим налетом в пару тысяч часов, то, считая себя очень начитанным и уже мудрым (ха!), начинал вести себя как инструктор с первых же минут полета. И ведь мне виделось благим делом делиться начитанностью, но это была палка о двух концах. С одной стороны – да, кажется, что надо, надо делиться своей начитанностью или опытом полетов на новомодном Боинг-737 со вторым пилотом. С другой же стороны, далеко не всегда возрастным вторым пилотам это нравилось.

Наверное, можно было иначе делиться информацией, чем я это делал, и было бы это куда эффективнее.

Что ж, мы все учимся по образу и подобию… и на своих ошибках тоже. Важно уметь ошибки признавать и стараться исправиться.

Сегодняшней авиационной молодежи куда проще, чем моему поколению – ее, молодежи, очень много. В 2003 году, когда я начал карьеру вторым пилотом Ту-154, и даже в 2005-м, когда стал вторым пилотом Боинг-737, нас, по возрасту молодых, в большой авиации России было очень мало. Да и в небольшой тоже. И это было еще тем вызовом, очень непростой задачей: доказать свою состоятельность, что ты достоин быть пилотом, и молодость твоя – не порок.

Молодость, как известно, единственный недостаток, который проходит с годами.

В общем, где-то нужна была золотая середина, которую мне долгое время не удавалось ухватить. И хоть проблемы психологии мне всегда были интересны, всерьез я начал относиться к ним лишь тогда, когда в 2009-м был назначен заместителем командира эскадрильи в 29 лет – уже не юноша, но и молодецкий задор еще не пропал. По стечению счастливых обстоятельств мне в руки тогда попали интересные материалы по CRM, и тут, собственно говоря, все и началось. Кирпичики в голове стали постепенно выстраиваться в симметричные порядки, и буквально первое, что я окончательно осознал: быть «хорошим парнем» – это еще не CRM. CRM – это другое!

Нет, я не изменился за три дня. Но начал понемногу двигаться в нужном направлении – благодаря пониманию, что хорошо, а что – плохо.

Это понимание должно появляться у пилота гораздо, гораздо раньше!

К сожалению, преподавание CRM в нашей стране оставляет желать лучшего, поэтому эти три буквы со временем превратились чуть ли не в ругательство, синоним химеры.

А ведь это действительно работает.

CRM – это не революция

CRM по своей сути является толкованием жизненных принципов, одинаково универсальных как для авиации, так и для любого другого производства. Да даже для личной жизни.

CRM – это не тайна, доступная лишь избранным после прохождения торжественных курсов. Мы все с раннего детства имеем об этих принципах некоторое представление, иногда даже считаем, что с точки зрения пресловутого CRM поступаем безусловно верно. Однако, если кто-то попросит объяснить тот или иной ваш правильный поступок (почему надо делать так, как вы сделали), вы задумаетесь и в итоге… вероятно, не сможете доступно объяснить, почему правильно именно так, а не иначе.

«Учение CRM всесильно, потому что оно верно!» – такой аргумент для недоверчивых пилотов не сработает.

Но в CRM ответ, почему так вести себя – правильнее и безопаснее, дан, изложен по полочкам, разрисован в картинках – читайте, изучайте, вникайте и применяйте на практике.

CRM – это набор инструментов правильного поведения!

CRM – это не революционное изобретение. Да это вообще не изобретение! Например, русский язык существует много-много веков. И ведь как-то ведь люди на нем разговаривали, не умея ни читать, ни писать?

В один прекрасный день умный человек изучил, структурировал и описал правила русского языка, это стало основой для преподавания в школах. Грамотность и правильность от этого, конечно же, выросла…

Но ведь и без записанных правил русский язык существовал и люди как-то общались? Дети же как-то разговаривают и без обучения в школе?

После описания правил и после их изучения и вследствие применения понятность изложения мыслей значительно улучшилась!

Вот и с CRM та же история. Принципы эффективного взаимодействия существовали со времен командной охоты на мамонтов, но в некоторый прекрасный период времени они были изучены – пришло понимание, что во многих сложных ситуациях хорошее взаимодействие помогло избежать авиакатастроф. Затем принципы были понятно описаны, были придуманы инструменты обучения, и понеслось…

Однако знание и понимание принципов – это всего лишь половина дела. Очень важно получить личный опыт, убедиться в том, что это работает. Поэтому правильное обучение CRM завязано на командной работе, на сценариях, в которых человек учится применять полученные знания.

Правильное преподавание CRM строится на тренировках, в которых перед командой ставится конкретная задача, и ее участники должны прийти к победе путем правильного взаимодействия. Всё это снимается на видео и потом разбирается – со стороны очень полезно посмотреть на себя, свое поведение, услышать свою речь.

И сделать выводы.

Во время CRM-тренинга вам могло казаться, что вы ведете себя идеально. Но, поглядев со стороны, вы видите, что, увлекшись высказыванием собственного мнения, проигнорировали коллегу, который хотел возразить, но, будучи стеснительным, не смог привлечь ваше внимание. И его толковое замечание оказалось пропущенным, что повлияло на результат.

Замечу, что я пишу не только о пресловутых занятиях CRM в учебном центре, но и о куда более эффективном способе – обучении на тренажерах. Evidence Based Training (EBT), современный подход к тренировкам – это обучение CRM в чистейшем виде, куда более понятное и интересное пилотам, нежели изучение движения сыра в модели SHELL при просмотре очередного скучного видео в учебном центре.

Мне, например, помогают съемки видео в кабине¹⁶. На них можно углядеть то, что в полете не заметил, взглянуть на свое поведение со стороны, услышать интонации, которые я считал нормальными, дружелюбными, но при просмотре показавшиеся резкими и даже грубыми. Серьезно – я много чего поменял в интонациях, когда посмотрел на себя со стороны.

CRM в повседневной жизни

Принципы CRM прекрасно применимы и в жизни вне кабины самолета.

Например, мы и без сертификата об окончании курсов знаем о вреде усталости. Но продолжаем вести автомобиль «со спичками» в глазах, проезжая один мотель за другим, так как верим в то, что нас неприятности не коснутся.

«А меня это не коснется!»

Человек с хорошим CRM скажет себе: «Стоп! Что я творю? Это ненужный риск. Мне надо отдохнуть!» Остановится, отдохнет и аккуратно поедет дальше.

Еще один пример. Очень соблазнительно раньше всех развернуться через две сплошных, когда видишь, что не успеваешь проскочить на зеленую стрелочку светофора. Да, ты знаешь, что это запрещено и может быть опасным – ведь встречные джигиты не дремлют. Ты это знаешь, но про себя думаешь: «А, пронесет, никого ведь нет!» Развернулся, и… говоришь улыбающимся работникам ДПС: «Здра-а-сте…»

Был ли смысл торопиться? Сэкономил ровно три минуты, а потерял пятнадцать и полторы тысячи рублей в придачу. А если тебе в бочину прилетел такой же джигит, со встречки проскочивший на красный?

(Я был свидетелем такой ситуации. Выглядело стремно, а главное – вообще не было необходимости нарушать).

А если там у тебя двухлетний сынишка сидит, который еще утром тебе улыбался?.. И всё, он тебе больше никогда не улыбнется. Только с фотографии.

Ты сможешь жить после этого?

Просто представьте себе эту ситуацию. Перенесите ее из повседневной жизни в авиационную, где за видимой абсолютной безопасностью скрывается много угроз.

Одной из главной угроз являемся мы сами.

В итоге мы снова возвращаемся к тому, с чего начинали: как главной ролью второго пилота является поддержка КВС в принятии правильных и безопасных решений, так и CRM дает нам инструменты правильного поведения и отношения к работе, и опять же – принятия правильных и безопасных решений.

Процитирую еще одного пилота:

«Не хочется говорить банальности. Но по моему скромному мнению, предел человеческих возможностей фантастически расширяется, когда человек знает что делать, и на него не давят эмоции».

Или еще одна цитата инструктора «Аэрофлота» Виталия Деревянко:

«Бывают случаи, когда человек умеет петь от рождения. Этот человек будет очень удивлен, когда кому-то нужно объяснять, как это – петь? Бывают случаи, когда человек вообще не умеет петь и удивляется, зачем пению нужно учить. Бывают случаи, когда человек всю жизнь поет в компании и постепенно на практике учится пению, и при условии, что способности были, преуспевает в этом.

Но все перечисленные случаи не отменяют необходимости курса вокала».

Да, бывают пилоты, у которых понимание принципов правильного управления окружающими тебя ресурсами, как говорится, в крови. Точнее, наверное, бывают, так как идеальных самородков лично я в авиации не встречал, но знаю многих людей, которые свой CRM оценивают как идеальный, считая прохождение курсов пустой тратой времени.

Оставлю это мнение на их совести.

Я не идеален. Нет у меня навыков CRM от рождения. Мне пришлось учиться, и придется учиться дальше. По книжкам, на курсах, на тренажере и в самолете. Хочется верить, что пройдя сквозь тернии лично, набив шишки, я получаю право своим опытом и соображениями делиться, дабы помочь молодым авиаторам.

Что я и делаю.

Зубастый CRM

Наверное, надо все же сказать пару слов о «резкости» как об очередной специфике, без которой иногда попросту никак. В некоторых ситуациях, возможно, будет правильным сказать что-то достаточно твердо и жестко. Как говорится, «CRM должен быть с зубами» – и это не только про Россию сказано, разумеется.

Одни и те же слова, сказанные в одной и той же ситуации, воспринимаются публикой по-разному, если их произнес молодой пацан или имеющий вес (хотя бы в виде возраста) мужик. В CRM это понимается как «лидерство», которое может быть формальным и неформальным, и о котором мы поговорим в следующей главе. Можно быть юным командиром – формально, на бумаге, – но коллектив не будет тебя воспринимать, пока ты не завоюешь лидерство неформальное. Например, справедливостью, последовательностью поступков, личным примером, проявлением твердости и даже резкости (но ни в коем случае грубости!), когда это действительно необходимо.

Проблемой толковой молодежи зачастую как раз является отсутствие этого необходимого авторитета. Демонстрируя компетентность и твердость намерений, ты начнешь зарабатывать авторитет и доверие даже у более возрастных коллег.

Почему же именно второй пилот – оплот CRM?

Так для чего же в этой главе столько всего написано? Почему бы сразу не начать работать с командирами – ведь именно они, по сути и по документам, должны отвечать за правильный CRM?

Хех. Вопрос не в бровь, а в глаз!

Личный опыт привел меня к выводу, что это очень и очень сложно – переучивать уже сложившихся специалистов. Да и наука педагогика считает весьма непростой задачей переучивать взрослых людей, уже имеющих опыт и вес в обществе. Они должны сами захотеть измениться – иначе мирными способами никогда не получится их поменять. Революционные изменения в таких людях способен (и то не всегда) произвести лишь непререкаемый для них авторитет.

Ну или жесткий диктатор. Через кнут.

Только вот не мирные способы могут привести к непредсказуемым результатам.

Непререкаемым авторитетом стать практически невозможно, а быть диктатором – непродуктивно и небезопасно. Осознав это (в далеком 2008 году), я принял решение сконцентрировать усилия на работе с молодыми (начинающими) пилотами в надежде на то, что когда-нибудь получится собрать команду единомышленников и, однажды, всем вместе, по чуть-чуть, понемногу, нам удастся изменить мир вокруг себя. Молодые будут расти, впитывать правильный опыт (отмечая и негативный), будут становиться командирами – на ступеньку лучше предыдущих. Затем они станут инструкторами, и распространять позитивные идеи станет проще.

Последующим поколениям пилотов должно быть проще. Им откроют дверь изнутри, и по водосточной трубе лезть уже не потребуется.

А с командирами мы тоже поработаем.

Много позже, прочитав историю внедрения CRM во втором издании одноименной книги, я отметил, что западные «внедрители» руководствовались практически теми же соображениями: старых поменять сложно, поэтому обязательно будет некий буферный период, а вот с новичками надо очень плотно работать.

Так что, молодые мои читатели – пока растет поколение КВС, получившее более правильную подготовку в плане CRM, чем мое, вам придется быть оплотом CRM в экипаже… для того, чтобы эту более правильную подготовку как раз-таки и получить, и в итоге стать хорошими командирами – и продолжать быть оплотом CRM.

Представляете, как здорово будет работать вам с молодым вторым пилотом, который тоже старается быть хорошим?

И если таких подавляющее большинство – то и безопасность полетов устремится ввысь. А если еще и хорошими руководителями станете…

Вот жизнь наступит!

Чего-то я размечтался.

Небольшое послесловие

Будучи летным руководителем, я как мог старался следовать заданным в летной молодости вектору движения и принципам. И да, это дало результат – появлялись молодые таланты, они развивались, становились хорошими командирами…

К сожалению, именно команду собрать не удалось – нас раскидало по авиакомпаниям и даже по миру, но за парней и девчат, с кем довелось поработать, мне точно не стыдно.

А почему «к сожалению»? Может быть, и к счастью – ведь мы же не закончили свою летную деятельность, мы продолжаем набираться опыта. И как знать, может он все же будет востребован и тогда будет и команда?

Неуютные офисные коридоры я покинул довольно-таки давно, но стараюсь не сдаваться. Эта книга – один из способов продолжить работу в направлении, заданном в 2008 году.

На «ты» или на «вы» в авиации

Однажды мне пришло такое вот письмо от пилота:

«…я получил пилотское образование в среде, где пилоты обращаются друг к другу исключительно на «ты». Мне лично даже экзаменатор на чек-райде сказал: «Мы сидим в одном кокпите, наша жизнь зависит друг от друга, так что если еще раз обратишься ко мне на «Вы», то экзамен не сдан»!

Кстати, Денис, мне кажется, что это высшая степень CRM, когда экзаменатор, имеющий тысячи часов налета, вдруг говорит студенту с минимальным опытом, что он не должен почтительно относиться к инструктору или даже экзаменатору только потому, что у того регалий больше. Экзаменуемый сидит слева, он КВС, он МОЖЕТ и ДОЛЖЕН использовать опыт экзаменатора, если посчитает это нужным в какой-то конкретной ситуации. И это будет только плюсом для него».

Вся молодежь обязательно задается вопросом, как вести себя со старшими коллегами, когда приступает к работе в авиакомпании. Казалось бы, что тут непонятного? Ведь даже ежу понятно – невежливо обращаться к старшему по возрасту или по должности на «ты». О чем тут можно вообще разговаривать?

Но это ж авиация. Тут куча неписаных правил, которые часто превращаются в понятия и различаются не только от авиакомпании к авиакомпании, но даже от человека к человеку внутри одного коллектива. И истории вроде «…я получил пилотское образование в среде, где пилоты обращаются друг к другу исключительно на „ты“» довольно распространены.

Поделюсь своим личным опытом.

Начиная с конца нулевых годов XXI века молодому пилоту – к счастью! – не приходится ощущать на себе кучу пристального внимания, связанного исключительно с его возрастом. В сегодняшних коллективах он такой не один – как правило, в любой авиакомпании много пилотов его возраста или лишь чуть постарше. А мне пришлось побыть «самым молодым», причем не раз – по мере перехода из коллектива в коллектив или из должности в должность. Я начинал работать вторым пилотом Ан-2 – мне было 20 лет, а самому молодому командиру далеко за 30. Затем я работал на Ту-154 в авиакомпании «Сибавиатранс», где разница в возрасте между мной и остальными была еще более значительной. Потом пришел в авиакомпанию «Сибирь», ее барнаульский филиал, и снова стал самым молодым – значительно моложе, чем любой другой второй пилот, штурман или бортинженер, не говоря уж о командирах.

Ну и так далее.

Переучиваясь в 2005 году на Боинг-737, я все еще был куда более молодым, чем большинство, хоть и, слава богу, возраст пилотов стал понемногу снижаться и мои 25 лет были уже не так заметны. Но тем не менее находились и такие, кто пытался меня упрекнуть в том, что я молод.

Конечно же, будучи самым юным, поначалу я обращался ко всем исключительно на «вы»… Но в один чудесный день мой командир Ан-2 популярно объяснил, что «в авиации принято обращаться на „ты“». И потом, работая на Ту-154, я не раз слышал это мнение, и даже в него поверил – ведь если старшие товарищи так говорят, значит, так и есть? Им же, более опытным, лучше знать? Они ведь дольше меня в авиации работают? Находясь под пристальным вниманием, как «самый молодой», я всячески стремился работать так, как мне говорили.

Возможно, основанием для мнения «в авиации все на „ты“» служила распространенная в те годы практика полетов в закрепленном составе экипажа. Командир, второй пилот, штурман и бортинженер могли месяцами, а то и годами летать вместе, образуя самую настоящую летную семью, в которой, действительно, рано или поздно переходили на «ты» за редким исключением.

Замечу – тогда, в начале пути, я еще не встречался с противоположным мнением, что в авиации принято обращаться «на „вы“». Ну, разве что к начальству – тут иного мнения не было, к командирам эскадрилий молодежь обращалась на «вы», и я не помню, чтобы те были против.

Я ощущал значительный дискомфорт от того, что обращался на «ты» к старшим коллегам по кабине, даже если они сами на этом настаивали. И этот дискомфорт реально мешал. Поэтому я не могу согласиться с тем экзаменатором, который готов ставить «фейл» за обращение на «ты».

У меня нашлось бы что сказать этому товарищу.

Если вернуться к базовым принципам CRM, то обстановка в кабине должна благоприятствовать комфортной работе. Если молодой второй пилот стесняется обращаться к командиру и тем паче экзаменатору на «ты», то и не стоит заставлять его делать это. Утверждение «наша жизнь зависит от того, обратишься ты ко мне на „ты“ или на „вы“», требует дополнительных исследований, прежде чем брать его на веру.

Настало время и я на личном опыте убедился, что разные старшие товарищи относятся к этому по-разному, а мнение «в авиации все на „ты“» – это личное убеждение некоторых индивидуумов, которое не является общей практикой.

Более того, оно может сильно молодому пилоту навредить.

Произнеся такую фразу, экзаменатор заложил мину замедленного действия – однажды молодой пилот полетит с командиром, который не приемлет панибратского отношения, и работа омрачится конфликтом. Знаю по собственному опыту, поэтому утверждаю с уверенностью – такие советы раздавать нельзя.

Ибо конфликты в кабине – плохо!

Взрослея, переходя с должности на должность, я неожиданно сам столкнулся с проблемой «ты или вы» – теперь уже по отношению ко мне, ставшему старшим для подросшей молодежи.

Признаться, когда мне было лет тридцать – тридцать пять, обращение ко мне на «вы» вызывало у меня смятение и дискомфорт. Видимо, по инерции не хотелось расставаться мне с авиационной молодостью. Но я сделал выводы из прошлого опыта и не говорил молодежи такую романтическую глупость, что «в авиации все на „ты“». Я предлагал не стесняться обращаться ко мне на «ты», но не говорил, что это нормально и при обращении ко всем другим. Более того, так как я плотно общался с молодежью, которой предстояло работать в нашем коллективе, то давал советы, как вести себя с тем или иным товарищем. Ведь «российский CRM это такой CRM», и лучше быть заранее осведомленным.

Чем старше я становлюсь, тем отчетливее замечаю, какой дискомфорт вызывает у хорошо воспитанной молодежи обращение на «ты» к старшим. Поэтому я не настаиваю. Если ему удобнее на «вы», пусть обращается на «вы». Единственное, я прошу называть меня по имени, без отчества – по крайней мере, в кабине. В кабинете – не принципиально, а вот в кабине длинное обращение точно ни к чему, но, опять же – у некоторых товарищей на этот счет может быть иное мнение.

Был в моем прошлом один большой во всех смыслах товарищ, который мог морально уничтожить низшего, если тот посмел к нему обратиться без должного уважения. Одна бортпроводница со слезами на глазах поведала мне показательную историю. Этот «товарищ» (большой начальник по должности) был командиром в рейсе. И она – вы не поверите! – посмела обратиться к нему по имени.

И случился Апокалипсис…

Надо заметить, что незадолго до этого формат задания на полет в авиакомпании претерпел изменения – оно стало печататься на английском языке и отчество в нем больше не указывалось – ни командира, ни прочих членов экипажа. Вот девушка и обратилась к большому начальнику по имени, не зная его отчества. После чего в течение нескольких минут узнавала – в полете, замечу! – о себе много нового, а после рейса ее вызвал начальник службы бортпроводников для проведения профилактической беседы. Мол, как ты могла не знать отчества всех ста тридцати пяти начальников и все такое.

Не будьте такими, как этот товарищ!

другая история. Был у нас инструктор, из молодых, то есть моложе меня (хоть и ненамного), который упорно называл меня Денисом Сергеевичем и обращался исключительно на «вы», хоть мы уже были порядком знакомы и я не раз и не два предлагал ему не стесняться. На мои попытки перевести отношения в менее формальные он говорил, что так воспитан, что ему сложно вести себя по-другому, это вызывает дискомфорт. Ему потребовалось еще несколько лет, чтобы научиться обращаться ко мне по имени и на «ты».

Англичане поступили просто: чтобы не мучиться, они всегда используют ’you’. То есть «вы». Так что… Не знаете, как обращаться к командиру? Разговаривайте с ним на английском!

Шутка.

Итак, что я могу посоветовать?

Придя в новый коллектив, не парьтесь – обращайтесь к более старшим людям на «вы». Если им захочется, они вас поправят.

Если вы услышите фразу «в авиации все на „ты“» – не спешите следовать этой установке. Попросите уточнить, кто такие «все»? Уверен, узнаете много деталей и выяснится, что среди «всех» есть исключения, и таких исключений достаточно много.

Если вы пришли на вылет, а командир вам незнаком, обращайтесь к нему на «вы», пока он сам не попросит об обратном.

Если требование обращаться на «ты» вносит в вашу работу дискомфорт – не стесняйтесь вежливо сообщить об этом!

В общем, соблюдайте элементарные правила вежливости. Не ведитесь на призывы к панибратству. На самом деле, как бы того не хотели иные «рубахи-парни», панибратство в авиации в целом не приветствуется. А вот что действительно приветствуется – профессиональное, вежливое, доброжелательное общение.

Хороший командир еще в штурманской комнате создаст необходимый настрой и доброжелательную рабочую атмосферу, в которой каждый член экипажа не будет стесняться задавать вопросы и выражать свое мнение.

Ни в коем случае нельзя перегибать палку. В кабине самолета командир-рубаха-парень является угрозой ничуть не меньшей (если не большей), чем командир-Царь. И второй пилот, особенно молодой, демонстрирующий вольное отношение ко всему и всем, тоже не выглядит профессионалом. Да и профессиональным такое поведение назвать нельзя.

Успехов, ребята и девчата!

Об излишней вежливости в кабине

Представьте ситуацию: мы только что закончили запуск двигателей и прочие действия, которые надо сделать перед выруливанием. Прочитали соответствующий чек-лист, и тут второму пилоту надо бы запросить у диспетчера разрешение на руление, но он поворачивается ко мне и вопрошает:

– Вы готовы? Я запрашиваю?

Другая ситуация: подруливаем к полосе, уже выполнили чек-лист BEFORE TAKEOFF («Перед взлетом»), получили разрешение на занятие исполнительного старта и взлет. Я выруливаю на полосу, устанавливаю самолет по осевой, передаю управление второму пилоту стандартной фразой, убираю руки-ноги с органов управления… И получаю вопрос, который совсем не жду:

– Командир, вы готовы?

Меня не то чтобы сбивают с толку эти фразы (я знаю их природу), но… Знаете, мой природный сарказм так и пытается прорваться: «Да не… Давай еще минут пять постоим».

Признаться честно, иногда я так действительно говорю – улыбаясь, конечно, чтобы было понятно, что это шутка. И вот тогда видно, что этот ответ выбивает из колеи коллегу (почему я и стараюсь удерживать сарказм при себе) – это явно не то, что он ожидал услышать,.

«А если ты не ожидал этого – зачем спрашивал? Мы только что выполнили необходимые действия, прочитали чек-лист – неужели я не готов к выруливанию и тем паче ко взлету, стоя на полосе и передав управление? Тогда для чего мы читаем чек-лист? Разве есть такое предписание – в дополнение к процедурам и чек-листу поинтересоваться у КВС о его личной готовности ко взлету?»

Примерно так, только в куда более обтекаемой форме, я иногда интересуюсь у чересчур участливого коллеги по кабине. Мне интересно подтвердить свои предположения о природе подобной вежливости, и не раз, не два и не три я получал примерно одинаковые ответы, причем в разных странах. Моими собеседниками были арабы, малазийцы и, конечно же, соотечественники – коллеги по «Глобусу» и «Победе».

Причина простая и банальная. Таким образом они хотят продемонстрировать ни больше, ни меньше – уважение к старшему по званию.

Уважение уважением, но пилоты, как правило, не задумываются о бессмысленности подобного интереса к готовности командира.

На вопрос о том, что стало причиной – может, кто-то учит такому? – в ответ я получаю неопределенное: командиры, мол, разные, и есть такие, кто обижается, когда второй пилот что-то делает без спроса.

Мне с трудом верится, что командир может обидеться на то, что второй пилот запросил выруливание после чтения чек-листа, не испросив нижайше на то разрешение, но… Но некоторые вторые пилоты всерьез утверждают, что получали выволочку от командира за то, что запросили разрешение на выруливание или доложили о готовности ко взлету без высочайшего на то разрешения.

Что ж, мне остается поверить на слово, только все равно не думаю, что в наше время таковых удивительных командиров много. Хватает других – тех, кто хочет держать все под контролем и желает, чтобы вторые пилоты работали исключительно по его команде. Но чтобы обижаться на второго пилота, доложившего о готовности ко взлету после чтения чек-листа?.. Каким же тонкокожим и ранимым надо быть! Что эти люди делают в авиации?

Конечно, вряд ли каждый командир придает значение излишней учтивости и интересуется у коллеги, зачем тот спросил его о готовности, поэтому у последнего, возможно, и создается впечатление нормальности и даже полезности такой участливости.

«Работать только по моей команде, понял, щенок?»

Здесь следует остановиться подробнее. Даже если обидчивых командиров немного, то все еще хватает командиров, которые уверены, что в кабине все должно быть «по команде». Запуск ВСУ – по команде. Подключение генераторов – по команде. Включение фар – по команде.

Более того, есть авиакомпании, где каждая процедура начинается по команде. Так написано в их SOP. Вот уж где рай для бестолкового авторитаризма!

Все это – отголоски прошлого, ребята. Того самого, в котором ценились индивидуалистские способности командира быть богом, рулить всем в одиночку, держать все нити правления и бдить, бдить, бдить. Тянуть, тянуть, тянуть. Таких «героев-мачо» очень любят показывать в кинематографе – суровые, побитые жизнью, но не сломленные, командиры с мужественным взором приводят в экстаз далекую от понимания авиации публику. А выглядящий юно престарелый молодой пилот с романтическим взглядом и абсолютно бестолковым поведением влюбляет в зрительниц. Примером подобного дерьма 

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Командир воздушного судна.

Вернуться

2

Исследования AIRBUS показали, что даже высококвалифицированные экипажи в среднем допускают 3—7 ошибок за час обычного, нормального полета.

Вернуться

3

Я не привожу расшифровку аббревиатур, так как книга рассчитана на пилотов, уже с ними хорошо знакомых.

Вернуться

4

Подробные рекомендации, как расставить приоритеты и не потеряться в куче документов во время переучивания, приведены в книге «Профессия шофер самолета».

Вернуться

5

Пожалуй, в этом контексте правильнее было бы написать «добрых». Или «хороших».

Вернуться

6

Правильнее было бы написать «безответственные».

Вернуться

7

К этому момент у читателя, возможно, сложилось мнение, что все командиры – монстры. Это не так. Хороших парней больше, чем чудаков. Я стараюсь заранее подготовить молодого пилота к тому, как справляться с чудаками. А с хорошими он и так справится.

Вернуться

8

А может, и хорошо, что не соответствуют – если это образы героев Машкова и Козловского из фильма «Экипаж» 2012 года. Эти ребята умудрились продемонстрировать примеры пилотов, которых правильнее было бы выгнать ссаными тряпками из авиации. Что, при правильном использовании фильма, пожалуй, можно было бы обратить в плюс – как учебное пособие на курсах CRM.

Вернуться

9

«You just look out the damn window». Реальная фраза, прозвучавшая в 1982 г. в кабине американского пассажирского самолета. Второй пилот пытался помочь, указать на ошибку, но КВС это не понравилось… Этот случай неоднократно используется в книге «Crew Resource Management», как один из эпизодов, послуживших возникновению обучения CRM. А книга написана непосредственно участниками создания CRM.

Вернуться

10

Сейчас, в 2023-м, когда я работаю над книгой, читать собственные выкладки в этом разделе, впервые написанные в 2014 году, и смешно, и грустно одновременно. Многие «динозавры», подвиги которых я держал в голове, уже с почетом ушли на пенсию или вот-вот уйдут, а проблемы все те же.

Вернуться

11

Реальная фраза.

Вернуться

12

Пластмассовые штучки на окантовке указателя приборной скорости, которые пилот выставляет на значения характерных взлетных скоростей.

Вернуться

13

Будет честным напомнить, что эти слова были мною написаны задолго до февраля 2022 года, в котором многое в авиации повернулось вспять в сторону темных 90-х.

Вернуться

14

Нисколько не лукавлю. Жаловаться на ВП считается нормальным, это весьма частое явление, и никто из начальников не воспринимает это «стукачеством», а вот второму пилоту жаловаться на действия командира…

Вернуться

15

И снова считаю необходимым указать, что после февраля 2022 года 90-е в авиации начали возвращаться. Бороться за безопасность полетов снова стало сложнее. Будьте готовы!

Вернуться

16

Внимание! В вашей авиакомпании это может быть запрещено.

Вернуться