Калейдоскоп возможных радостей
стихи как пожатие рук
Мария Ленц (Солозобова)

© Мария Ленц (Солозобова), 2023

ISBN 978-5-0060-7049-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Нечто большее

Есть нечто большее, чем проза,
Чем боль от первого мороза,
И кружки, встретившейся с полом,
И друга, что забросил школу.

Есть нечто большее, чем песня,
Чем радость: с кем-то можно – честно,
Чем счастье: кто-то – шаг навстречу,
Чем вера: боль не бесконечна.

Есть нечто большее, чем письма,
Чем то, что слишком к сердцу близко,
Чем то, что нынче не тревожит.
Есть нечто большее.
Но что же?

Смеюсь

Весь мир на нас ужасно зол.
И что?
Смеюсь ему в лицо.
Какая суетная грусть!
Я громче, может быть, смеюсь.

Смеюсь, чтоб им казалось – вздор,
Смеюсь – швыряю все в костер,
Смеюсь – не знаю ни о чем,
Молчу и дергаю плечом.

И только там, где ночь темна,
Где рана сердца горяча,
Я, глядя в небо из окна,
Смеюсь, но плачу
По ночам.

Доверься мне

Доверься мне, прошу, от Инь до Янь,
Где прячет ночь забвения края,
Где есть отрада – только не моя.

Доверься мне. От ноты до черты,
От света глаз до мрачной темноты,
От злого «Вы» до дорогого «ты».

Доверься мне. От слов до тишины,
От гордости до боли и вины,
До тех исходов, что нам суждены.

Доверься мне. Едва ли можешь, но
Отчаянно надеюсь все равно,
Что я – цепи твоих побед звено.

Ты

Ты зажигаешь звёзды каждой своей улыбкой,
Каждой слезой срываешь искры с хвостов комет.
Мой дорогой, хороший, странник с ранимой кожей!
Я не поверю все же: вечной печали нет.

Ты забываешь годы, ты забываешь числа —
Это твоя защита, способ закрыться от…
Я не поверю все же: ты не живешь без смысла,
Просто порой за сердце тяжкая грусть берет.

Может быть, раз от раза что-то тебя калечит,
Делает злей и тверже,
Только в уме держи:
Ты зажигаешь звезды в чьих-то улыбках встречных —
И у тебя все будет.
Хватит тоски и лжи!

Ты забываешь тени, ты забываешь лица —
Значит, того не стоят, мало в них теплоты.
Мой дорогой, хороший:
Худшее не случится.
Это не солнце встало.
Это
Проснулся
Ты.

Будущее

Что ты хочешь от меня,
Утро завтрашнего дня?
И прекрасное далеко
Бесконечно одиноко,
И разбито, и пропито,
И просеяно сквозь сито,
И проиграно в конце,
И возведено в прицел.

И на завтрашней странице
Можно снова лгать и злиться,
Бить в лицо, болтать заочно,
Делать культ из одиночеств…
Что ты хочешь от меня,
Утро завтрашнего дня?

Пусть прекрасное далеко —
Ручеёк до водостока,
Но хотя бы каплю света
Я возьму со всей планеты
И пролью, поклявшись снова:
Все проходит. Я готова.

Ты ведь будешь у меня —
Утро завтрашнего дня.

Нить

Заколочено с черного – я не иду с парадной.
Нет вещей еще проще, чем дергать нить Ариадны,
Выходя в лабиринт как искатель своих дорог.
Это может быть способом выбиться из тревог,

С апельсиновым солнцем себя ощутить как солнце,
Отпустить невозможное – даже когда вернется,
Переделать мотив, что задергал до рваных нот.
И клубок размотается, и темнота уйдет.

И ведя себя в собственных чащах, в тенях и бликах,
Я внезапно увижу, как мало добьешься криком.
И от шепота нить-паутинка дрожит в ночи:
Если можешь сказать —
Обязательно
Не молчи.

Лист

На ветру бесконечно трепещет отчаянный лист,
Оторваться от ветки не время, казалось бы, но
Он отчаянно хочет почувствовать новую жизнь —
Залететь в твое сонное, в шторах зелёных, окно.

Из окна одиночество смотрит глазами котов,
Серебристая дымка окутала город с утра.
И так хочется песни писать, но выходит не то,
И решается лист: полететь в бесконечность пора.

И взлетает он выше, чем думалось даже взлететь,
Оседает на крыше, чтоб алым подкрасить закат.
Хорошо, что мы всё-таки думаем о красоте,
И теплом чуть искрится
Наш светлый,
Рассеянный взгляд.

Романтика прошлого

В шуршащих юбках я присяду
На потемневшую скамейку,
И в алых листьях винограда
Найду в ушедшее лазейку.

Хочу быть рыцарем и дамой,
Венцом на царственном челе,
Хочу портретом быть и рамой,
И алым угольком в золе.

Но мир сегодняшний гудит
Автобусами, новостями,
И несравним рекламный щит
С пейзажем в золочёной раме.

И кто-то сделает нас тоже
Потоком лент, иллюзий, лиц.
Нет людям ничего дороже,
Чем времена с чужих страниц.

Повезло

Дорогой мой маленький ангел с крыльями на излом!
Нам с тобой повезло,
Уверяю:
Нам с тобой повезло.

Мы с тобой занимались блажью, чушью и ерундой,
Как котята бездомные мокли под дождевой водой.
Принимали людей беспутных, тушили свет,
А потом оказались спутниками
Чужих планет.

Мы прощаем себе и другим
Причиненное в чем-то зло.

Мы живые, мой ангел.
И нам с тобой
Повезло.

Если кто-то решит, что это
Не лучший год,
То я честно скажу:
В грядущие —
Повезёт.

Дорогой мой маленький странник
С лучиком фонаря!
Никогда не думай,
Что ты
Что-то сделал
Зря.

И мы входим в новые реки
Со старым веслом,
И срастается на лопатках
Больного
Крыла
Излом.

Кофейный этюд

Пусть не ма́нят края винных чаш —
Не близка мне нелепая блажь
Алкогольных паров.

Я губами приникну к краям,
И воскреснет вновь бодрость моя,
Сонный сдернув покров.

Сладость с горечью мягко смешав,
Утомится в разломе душа —
И найдется на дне

У кофейной моей тишины.
Мне все бедствия враз не страшны —
Я стократно сильней.

Это слишком возвышенный стиль,
Он похож на бенгальский фитиль —
Вспышка слов и дымок.

Но иначе воспеть не могу,
И отдам даже сердце врагу —
Но не кофе глоток.

Безгранично

Прихожу из трамвайного звона,
На пороге квартиры стою.
Даже если люблю беззаконно,
Все равно как-нибудь допою.

Даже если за дверью нет места,
Даже если они говорят:
Эта может хоть надвое треснуть,
Только бы чей-то выпросить взгляд.

И мне кажется, что безгранично
Ощущается это тепло.
Хоть о нем говорить – неприлично,
Я не верю, что мы – это зло.

Вера

Перестань, пожалуйста!
Даже если время безжалостно,
Даже если холод и лезвия,
Даже если злые и трезвые
Будни.

Перестань, хорошая!
Даже если песни заброшены,
Даже если всюду неласковы,
Даже если тускнеют красками
Люди.

Перестань, не вычеркни,
Даже если слышат лишь притчами,
Даже если зеркало хмурится,
Даже если ливни по улицам.
Что же?

Я пишу – а значит, мне верится,
Сквозь асфальт пробилась, как деревце,
Та надежда, что не развеется —
Сможешь!

День субботний

«У Спасителя нет аргументов,
Обойдемся без экспериментов!
Нам хватает доходов от стада, —
И неоновых вывесок сочных,
От которых горит автострада».
(Мы в порядке, но это не точно)

«У Пилата хорошие связи.
Он прижат, но не бьется в экстазе.
Ему очень обидно все портить,
Но приходится все-таки малость.
Он жалеет о прошлом комфорте,