Виктория Лебедь
Демон-Несса

ПРОЛОГ

Я смотрю на бездонное черное небо и понимаю, что не только не хочу никого видеть, но и совершенно никого не хочу слышать. Я не положительная героиня. Демоны не бывают добрыми существами. Они пособники зла с насущной потребностью пожирать людские души.

Но, с другой стороны, доля нашего участия в человеческих поступках не значительная. Если сравнить статистику внушения и совершенных людьми преступлений, то, боюсь, кому-то придется признать свою склонность к жестокости и злу. Так что давайте не будем списывать все на нечистых. Как говорится, вы нас не поминайте – и мы к вам спиной. Иначе, ваши грязные помыслы неожиданно сбудутся, душа станет проклятой, а вы сами превратитесь в покорных слугах его величества ЗЛА…

Ух, что-то я не на шутку завелась. Это все влияние ночи. В темное время суток я особенно злая… но справедливая. Противоречиво для демона, однако ничего не могу с этим поделать. Я, к сожалению, полукровка. Потому и человеческие чувства имеют место быть. Собственно, из-за них я взяла перо в руку, один крылатый друг посоветовал, говорит, выложи все на бумагу – так будет лучше, чтобы избавиться, вырвать, выплеснуть накопившееся и с облегчением выдохнуть.

Поэтому усаживайтесь как можно удобнее, поставьте любимую расслабляющую музыку (я же предпочитаю более динамичную: не отвлекает и настраивает на нужный писательский лад), обязательно запаситесь кофе, ночь будет долгая и, надеюсь, веселая. Но если вы вдруг уснете на самом интересном месте, я очень сильно рассержусь и обязательно явлюсь в ваш сон, чтобы лишить вас души и превратить в покорных рабов тьмы… Ладно-ладно, шучу я… а может и нет…

Итак, …

ГЛАВА 1

Не исправляй чужие ошибки – это путь

к твоим неисправимым ошибкам!

– Не помешаю?

Не дожидаясь ответа, я плюхнулась на единственную зашарпанную лавку в парке, на которой уже сидела всхлипывающая блондинка. Расслабленно откинувшись, положила ногу на ногу и c деланным вниманием уставилась на гладкую поверхность пруда, где отражались хмурые пузырчатые тучи.

Денек выдался холодный – ни малейшего повода для оптимизма. Колкий и пронизывающий до костей ветер, мелкий накрапывающий дождь, грозящий превратить первый выпавший снег в грязное месиво, и надвигающиеся ранние сумерки. Одним словом – осень. И чего ее потянуло в старинный и заброшенный парк, до которого даже птицам не было никакого дела? Побыть в одиночестве и пореветь можно в более уютных условиях, а еще лучше в компании подруг и с бокалом шампанского в руке. Хотя мне все равно. Ну, захотелось человеку при серой погоде стать жертвой атакующих вирусов, пожалуйста, для таких «подвигов» как раз то самое место и время. Не прогадаешь. Потом инфекция перерастет в осложнение, поднажмут душевные переживания, пропадет интерес к жизни и конец – миловидное лицо начнет разлагаться в деревянном ящике, куда родные ее поместят, установив сверху мраморный памятник. Перспектива печальная даже для меня.

– Нет, – услышала я запоздалый ответ и с пониманием усмехнулась – без шапки, в легком коротком пальто, видимо, вторая стадия атрофии мозгов началась. А первая произошла из-за мужика, по которому и нытье. Н-да. Было бы из-за чего горевать. Ни рожи, ни… Но признаюсь, сложением он удался. Высокий смуглый шатен. Сексуальный накаченный торс. Сильные и крепкие руки. А может, в них дело? Сама завожусь, когда мужские ручищи вижу. Ведь с такими, в идеале, разумеется, не пропадешь. Если понадобится, и через речку перенесут, и уличную толпу разгонят, и спать, как нам нравится, уложат, не отпуская до утра. Все ради тебя, любимая, только скажи. Угу. ПОКА ради меня. Потом, руки в брюки, с толпой как-нибудь сама, а по ночам капустный вариант – в чем хожу в том и сплю, с последующим заворачиванием себя несравненного в плед. Дальше, отдав дань стене, а не "любимой", отвернется и выпятит зад. Вот и вся любовь. И гением быть не нужно, чтобы понять – сворачивать шмотки и бежать. Ибо в дальнейшем его "пижамка" скоропостижно сменится на пуховик, и он направит свой путь к следующей обожаемой. Потому нельзя терять ни минуты, а лучше еще раньше, после первых признаков слабоволия или скудоумия, вроде:

– Что делаешь, дорогой?

– Ничего.

– Куда пошел, милый?

– Никуда.

– Как дела, любимый?

– Нормально.

– Чаю хочешь, зая?

– Нет.

Вот и поговорили.

Всхлипы участились, грозясь перейти в вой. Да уж. Тяжелый случай. Уже не в первый раз вижу, чтобы так убивались по беспомощному мечтателю. Хотя, чег я так ласково? Обычный лежебока и ночной пожиратель съестных запасов, непонятно почему уверенный, что его ждет великое будущее. Совершенно не готовый к трудностям, из-за которых в постоянной депрессии, поскольку вообще не способен к каким-либо действиям по их устранению. И любитель новых ощущений в чужой постели. Думаю, последнего аргумента достаточно. Потому радоваться должна, что избавилась от того самого, а не реветь. Тем более что сегодняшняя забава с брюнеткой, которую с моей помощью ты имела честь лицезреть, была далеко не первая. Кстати, хочу уточнить, той брюнеткой была я. Перевоплощение – мое кредо, и без сверхъестественных способностей в таких случаях, разумеется, не обходится. Конечно, смена внешности – это далеко не единственное, на что я способна, но об этом позже.

Итак, в черном облегающем платье, с ярко-красной помадой на губах, на высоких черных шпильках, в общем, все по нужному вкусу, что странно, ведь его благоверная была блондинкой, я заявилась в местный клуб. Завидев в слабоосвещенном помещении с деревянным убранством нужного типа у длинной подсвеченной ультрафиолетом барной стойки, сразу же почтила его вниманием. Пару раз улыбнулась, один подмигнула, первой завела беседу ни о чем, и вуаля. Спустя двадцать минут легкий на измену мужлан уже обнимал меня за талию, периодически целовал в шею и активно намекал на продолжение праздника. Что и требовалось доказать. УВЫ. И все это происходило на глазах его невесты, у которой СЛУЧАЙНО отказал мотор в машине, когда она проезжала мимо клуба и так же СЛУЧАЙНО села батарейка в мобильнике. Вот от таких случайностей ей и пришлось забежать в заведение, чтобы вызвать эвакуатор и оказаться на месте разоблачения. Что было дальше, сами понимаете – слов нет, одни сплошные эмоции.

Ох, девушки, девушки. Любим мы все по-женски приукрашать – жизнь, чувства мужчин, окружающий мир. Прирожденные художницы, что тут кажешь. Нарисуем себе большую, светлую любовь, мужское благородство и живем иллюзиями.

В общем, к чему это я? А, вспомнила – любите, прежде всего, себя, а уж потом сильную половину общества. А индивидуумов козлиного племени гоните прочь. Не пожалеете.

Так что отставить слёзы (покосилась на блондинку) и домой с бутылкой игристого в руках, дабы отметить этот знаменательный день свободы. Нашла из-за кого реветь.

В лицо ударил резкий порыв холодного воздуха. Он всколыхнул мои длинные черные волосы, разметав по спине, и полетел дальше. Я немного поежилась и, приподняв воротник твидового красного пальто, потянулась к сумке.

– Окажи мне услугу, как откажут ноги, сообщи, – с равнодушным видом перешла в наступление. Не люблю издержки расставаний, хоть и живу ими. Для дальнейшего сверхъестественного существования, подпитываюсь отрицательной энергией. Но мой резерв уже заполнен, и на лекцию нужно прийти вовремя. – А я пока номер скорой в мобильнике поищу.

– Что? – с непонимающим видом унылая девица повернулась ко мне и часто захлопала ресницами. Выглядела она при этом, прямо сказать, не очень. Растекшаяся тушь, красные от слез глаза, и огромный, не менее красный, нос. На мгновение она удивилась, пытаясь сообразить, кто я и откуда взялась. Погрузившись в свою печаль, девушка тут же забыла, что к ней подсели и несколько минут наблюдают, детально обмусоливая драматический пункт ее жизни.

– Говорю, как почувствуешь онемение конечностей, предупреди, – я демонстративно открыла замшевую красную сумку, запустила в нее руку. – А то я, как всегда, номер помощи в быстрый вызов забыла записать, – нахожу любимую мятную НЗ, медленно разворачиваю переливающуюся обертку, кладу карамель в рот и снова рукой в сумку. – Из-за работы все из головы вылетает. Думаю, тебе это знакомо, не так ли, – чуть слышно рассмеялась и, наконец-то, достала серебристого цвета мобильник. – Вот он мой родной. Без него как без рук, да? – Со стороны мое поведение и диалог покажется странным, но поверьте, бредовый нестандарт я считала лучшим решением, чтобы спровоцировать на ответ и вывести заблудшую в потемках собственного унынья на свет.

– Что?

– Домой иди, пока воспаление легких не подхватила. Не понимаю, почему я должна об это говорить, но обещаю, если потеряешь сознание, уйду, – я продолжила свой спектакль, мысленно настраиваясь на внушение, но неожиданно, краем глаза уловила какое-то движение, видимое только мне, потому резко замолчала и развернулась. Есть все-таки на свете Бог и, как всегда, в самый не подходящий для меня момент.

– А вот и подмога, – пробурчала я себе под нос, оценивающе рассматривая красивого черноволосого Амура, который не спеша дефилировал в нашу сторону. Его неотразимость меня била даже издали.

Высокий, статный, со спокойными, но пронизывающими глазами, удивительно синими для его смуглого лица, взгляд которых покорил не один десяток женщин. И легкая, но определенно придающая его лицу особую притягательность, щетина. Да, такой особью можно любоваться вечность.

Потертые джинсы и стильное черное пальто указывали на хороший вкус и характеризовали его, скорее, как искателя приключений… Кем он и являлся раньше. Потому что Амур никогда не оставался на одном месте. Тут и работа поспособствовала и личное желание постоянной смены обстановки. Но встретив симпатичную полудемоничку, его взгляд поменялся. Бушующие волны эмоций захлестнули по самое не хочу, и он решил осесть рядом со мной. Ну а я что?! Почему бы и нет. Красивые мужчины редкость, ангелы тем более, так что завертелось у нас на долгие пятьдесят лет со всеми его приключениями.

Пока я предавалась воспоминаниям, он остановился напротив моей неподвижной зареванной соседки, которая в данный момент практически не напоминала о своем присутствии, поскольку была похожа на статую.

– Я работаю, Несс, – отмахнулся красавец сухо, не обращая внимания на мой заинтересованный вид и, наклонившись к девушке, заглянул в ее стеклянные пустые глаза.

– Конечно-конечно. Не буду мешать… Хотя, если не заметил, я тоже "работаю", – недовольно подметила я. Ведь знал, что все равно бы ее не бросила, внушив уверенность и равнодушие к несостоявшемуся жениху.

– Ваша просьба принимается, – помедлив, сообщил синеглазый обманутой девице и, щелкнув пальцами, снова привел время в действие.

Словно по кнопке ВКЛ девушка вздрогнула, очнулась, и в недоумении запорхала ресницами. Потом, ее мокрое от слез лицо заметно преобразилось – сожаление и прочую унылость заменила гримаса возмущения.

– Ненормальная! – бросила она мне.

Затем вскочила на ноги и, не замечая рядом стоящего Амура, побежала по тропинке в сторону выхода.

Проводив ее безразличным взглядом, я обернулась к новому собеседнику.

– Могла бы и полегче с ней, – тут же отчитал он меня.

Я задрала подбородок и нагло уставилась в его лицо. Где-то в глубине моей грешной души я поражалась его красоте. Но это где-то было очень глубоко, так что вернемся к делу.

– Могла, но не захотела. Новый метод промывки мозгов. Кстати, какими судьбами?

– Сама знаешь, – начал он, усаживаясь рядом… слишком рядом. – Облегчил страдания – что дал, то и забрал. Но только если попросят. Главное правило Амуров, – занудил он привычную для меня песню.

– Знаю-знаю, – ответила я раздраженным тоном и наигранно добавила. – Что-то ты в последнее время вхолостую стреляешь, дорогой. Может тебе к окулисту обратиться? Могу адресок подсказать.

Уголки его губ чуть приподнялись и синие очи с хитрым блеском уставились в мои золотисто-карие. Он словно изучал меня, проникал внутрь и гипнотизировал. Потом, как в старом фильме, Амур невзначай поднял руку, обнял за плечи и легонько прижал к себе. Мне было приятно. Тепло, исходившее от его тела, согревало, а это весьма кстати, так как на улице резко похолодало, и похоже столбик на термометре опустился ниже нуля – мелкий, противный дождь сменил на такой же мокрый, но теперь уже снег. И, казалось бы, что сейчас самое время последовать примеру блондинки – вернуться домой, залезть в горячую ванну, потом плюхнуться на мягкую кровать и спать, спать, спать… Но не могла. Я как завороженная не сводила с него взгляд и словно влюбленная дурешка тоже улыбалась в ответ. Вот жук! А ведь он знал, чего я сейчас хотела больше всего.

– Сразу после тебя, любимая, – прошептал хитроумный мне на ушко и, будто прочитав мои мысли, склонился к губам.

Я не сопротивлялась. Да и зачем…

Поцелуй, как всегда, был мягкий, нежный, сладкий. Он словно заманивал в сети удовольствия, чтобы уверенно проникнуть в самую секретную комнату души и оставить там памятный след. Он словно обещал мир, звезды, луну в обмен на страсть и наслаждение. Он словно подводил к самому краю скалы и предлагал прыгнуть вниз, чтобы испытать это прекрасное чувство полета, освободиться от всего земного и даже от самой себя. Он словно… Так. СТОП!

– Ай! – неожиданно вскрикнул за несколько секунд до этого мною обожаемый и, освободив меня от своих цепких объятий, пальцы одной руки прижал к нижней губе. – Больно же, – выдохнул он удивленно и обиженно одновременно.

– Ну, разумеется. Было бы странно, если ты почувствовал другое, – усмехнулась я, накидывая красный капюшон на голову. Потом встала, поправила на плече сумку и, прежде чем уйти, угрожающе добавила. – Еще раз очаруешь, вообще откушу. И верхнюю губу в качестве компенсации тоже.

Амур был потрясен. Он смотрел на меня так, будто я уже лишила его всего самого ценного и выплюнула в рядом стоящую урну. Но мне было все равно. Даже больше. Мне стало смешно, очень смешно. А еще точнее, я еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться обиженному в лицо— настолько у него был оскорбленный и возмущенный вид. Ам совершенно забыл, что гримаса злости делает его физиономию комичной. Нервный тик глаза у меня всегда невольно вызывал улыбку. Так по-человечески.

В общем, я не сдержалась и расхохоталась, из-за чего Амур еще больше взбесился. Он прекрасно понимал причину внезапного веселья. Ну, а я что сделаю, если действительно смешно?! Помимо окулиста ему определенно и у невропатолога надо погостить.

– Ам, милый, кончай нервничать, тебе это не идет, – запустила еще одну ложку дегтя, в перерыве между приступами смеха, отчего его скулы покраснели, а в глазах появился нездоровый блеск.

Ох уж это мужское самолюбие и ангельское в придачу. Ведь у белокрылых все должно быть безупречно. Проникновенный взгляд, ослепляющий вид, правильные манеры, жесты, а тут такой облом. Да и не про Ама подобное резюме. Конечно, все перечисленные идеалы имели место быть, но характер, а порой неуравновешенное поведение, кстати, относительно безобидное, очень удивляли. Я не всегда могла предугадать, что от него можно ждать. Но, все же, выходя из своего привычного душевного равновесия, Ам легко возвращался обратно.

И сейчас мне, наверное, нужно было остановиться и извиниться, но нет. Сам виноват, вот и получай.

Амур открыл рот, явно намереваясь покрыть развеселившуюся редиску нехорошими словами, но вдруг осекся и, как всегда, сказал то, что меньше всего я ждала услышать:

– Несс, а ведь я не очаровывал. Ты же знаешь, что на тебя это не действует, – вот теперь настала его очередь самоуверенно ухмыляться.

Повисла тишина. Ветер резко усилился и загудел в ветвях голых деревьев. Дождь, ожидаемо сменился на мокрый снег. Но мы не обращали на это никакого внимания. Потому что смотрели друг на друга, не зная, что предпримет другой в следующую секунду. Где-то на подсознательном уровне я понимала, что Амур прав, но признаваться в своей слабости не собиралась. Светлая магия, по понятным причинам на меня никогда не действовала. Демоны всегда противились святой силе. Ведь они приверженцы того, кто не склонил колени и стал врагом. И Ам это, разумеется, знал, намекая на мои ответные чувства. Но всё это было давно и уже не нужно. По крайней мере, мне.

– Прощай, – прошипела я сквозь зубы и, зацокав высокими каблуками по асфальту, направилась к выходу из парка.

– Несс, подожди, я же по делу. Мне твоя помощь нужна, – спохватился он вдруг и бросился за мной. А я шла и сожалела о приходе сюда. Ведь могла и раньше все решить, на кой черт мне понадобилось помучить девушку еще немного.

– Пошел к черту. Он тебе и поможет, – крикнула я, прибавляя ход.

– Так я и пришел, – и, поравнявшись, добавил, – потому что мне нужна именно твоя помощь. Темная.

– Что? – я оторопела и остановилась. Ничего себе заявление. Это с каких времен Амуры начали обращаться за помощью к демонам. – Ты в своем уме?

– Конечно.

– В трезвом?

– Да уже год как.

– Серьезно?

– Один случай поспособствовал… – Ам замолчал, сообразив, что проговорился и, смутившись, отвел взгляд в сторону.

А вот с этого места поподробнее, мне очень интересно.

– Какой случай? Ну чего ты как красна девица зарделся? Колись давай, – стала настаивать я в предвкушении. События, особенно о которых предпочитают умалчивать весьма интригующие. Компромат еще никому не мешал.

– Несс, да все это уже в прошлом. Ну, подумаешь, промахнулся под этим делом и соединил не тех, кого нужно было. С кем не бывает? Речь ведь сейчас не об этом, – хитренько сменив тему, он воззрел на меня невинными глазками.

– Плевать. Рассказывай или ищи другую помощь.

– Боже, ну почему ты такая любопытная?!

– Что родилось, то родилось. Итак, кого ты соединил?

– Ну… если вкратце, то целился в девушку, а попал в мужчину.

Я в недоумении покачала головой.

– Да господи! – злясь, повысил он голос. – Вместо инь-ян, получился ян-ян. Чего непонятного?

Я аж ахнула от такого признания. Это ж сколько нужно было выпить, чтобы дойти до подобного? Теперь понятно, откуда ветер дует и куда задувает. Оказывается, пьют наши амурчики, соединители сердец, блин, и под этим делом промазывают. Я же говорила, что идеальное резюме – не его конек.

Я таращилась на Ама ошарашенными глазами несколько секунд, а потом звонко рассмеялась. Несмотря на холод, день явно удался. Давно я так не хохотала.

Вначале провинившийся пытался сохранить серьезное выражение лица. Но буквально через несколько секунд не стерпел и поддержал меня белозубой улыбкой, которая быстро сменилась на такой же хохот. И минут пять мы просто стояли, держась за животы, истерично выплескивая позитив, пока из глаз не полились слезы. Что тут скажешь – повеселилась на славу. Это ж надо так оплошать. Видите ли, в самый ответственный момент его качнуло, и ментальная стрела попала в мужика. Не повезло, одним словом. А жертве амурских пьянок, думаю, больше. Сомневаюсь, что он мечтал о подобных отношениях.

– Тебе, наверное, досталось от начальства, да? – посочувствовала я, успокаиваясь. Потом вынула из сумки бумажную салфетку и вытерла слезы.

– Ну да, было такое, – произнес он вдруг с грустью.

– Понимаю. Хорошо, что я не пью крепкие напитки. У меня же настроение после первой рюмки сразу ниже плинтуса падает. Даже представить боюсь, что натворила бы, надравшись в хлам. Но не кисни. Однополые птицы порой тоже совокупляются. Пингвины, например. Читала как-то…

– Несс, это другое, но спасибо за вечный оптимизм, – сказал он с той же печалью в голосе.

Выбросив салфетку в ближайшую мусорку, я снова подошла к Аму. С задумчивым видом посмотрела ему в глаза. Злости как не бывало. Особенно после такого признания и искреннего сожаления.

– Ладно, что ты хочешь? – не знаю почему, но все-таки решила выслушать его просьбу. Может, по старой дружбе, а может еще почему… Что-то шевельнулось внутри, когда мы давились от смеха. И это что-то мне очень не нравилось и тревожило.

– Чтобы ты разбила пару, – спокойно, четко, твердо.

– Надеюсь не…

– Нет-нет. Пара стандартная. Мужчина и женщина.

– И зачем разбивать?

– Собственно, по той же причине. Не смотри на меня так. Я был трезв, как стеклышко, клянусь. Говорю же, завязал. Просто тот мужик… Он словно из ниоткуда вылез. Я и сам не понял, как такое вышло. Стрела должна была попасть в другого, – он в недоумении развел руки.

М-да. Видимо, поговорка " на ошибках учатся" не соответствует действительности. Ам как был шалопаем, так им и остался. И даже отказ от алкоголя не помог. Непонятно как еще крылья умудряется сохранить.

– Значит, не судьба, – заключила я, пожимая плечами.

– Несс, какая судьба? У меня в документе был тот мужик, в которого надо, а этот просто резко выскочил. Понимаешь? Теперь меня за эту ошибку могут крыльев лишить.

– А вот это уже серьезно. Так в чем проблема, убей его и все.

– Очень смешно, – хмыкнул Амур и, обреченно выдохнув, добавил. – Ты вовсе не обязана мне помогать, я просто прошу посодействовать.

Насколько знаю Ама, он от своей работы всегда получал подлинное удовольствие, и очень остро реагировал на каждый промах, то бишь расставание соединённой им пары. Потому что каждую душевную муку, боль, переживания своих подопечных он чувствовал с утроенной силой и принимал на личный счет. Тут не позавидуешь. Поэтому всеми способами старался облегчить страдания и по возможности воссоединять пары, ибо верил, очень верил в возвышенную любовь. Это сущность и долг Амуров. И так будет всегда.

И сейчас тот самый, кто, казалось бы, руками и ногами должен держаться за отношения, стоял напротив меня и чуть ли не с умоляющим видом просил разрушить пару, заранее зная, насколько ему будет от этого хреново. Видимо, все намного серьезнее, чем я представляла себе, или…

– Слушай, а ты от меня ничего не скрываешь? – спросила я, подозрительно сощурив глаза.

– Нет, мне просто нужно восстановить порядок, так как от этого союза могут пострадать другие. Все взаимосвязано. Изменится у одного судьба, то же произойдет и у десятков, а может и сотен людей. Я не могу такое допустить, понимаешь, не могу! – прокричал Амур на эмоциях, схватив меня за плечи.

– Ты главное не ори. Подумаешь, промахнулся, велика проблема. Считай, что я согласна, а то истеришь, как девчонка, ну честное слово. Так и оглохнуть можно, – попыталась я привести его в чувство, – А теперь отпусти меня и успокойся. Вечером напишешь – кто, где искать и так далее, потом все обсудим. Хорошо?

– Угу.

– Ну и славно, – я улыбнулась на прощание, и, развернувшись, направилась домой.

И почему меня упорно не покидает ощущение, что в этой истории что-то не так?! Но не верить Аму я тоже не могу. Он единственный, искренне сопереживающий в моей непредсказуемой и злободневной жизни, друг. Так уж получилось. Хотя, признаюсь, без любовной линии, между нами, тоже не обошлось. Что поделать – полное взаимопонимание и обоюдное доверие творит чудеса. Несмотря на то, что мы две противоположности и стояли по разные стороны баррикад извечной вражды двух бессмертных сил на свете – добра и зла. И принадлежность к темной половине совершенно не помогла мне устоять перед тяжелой артиллерией грамотного охмурения. Амур все-таки по этой части профессионал. Женскую психологию знает назубок. И ему не нужны конфеты, цветы, шампанское, а также походы в рестораны, клубы, романтические парки. У него есть способ помощнее. Убедительный и весьма эффективный. Не удивляйтесь, это простое обаяние, отличное чувство юмора и кристально чистая душа. Какая и полагается ангелам. Но по большому счету зацепил он меня не этим. Помимо перечисленных благородных качеств, со всеми вытекающими каждодневными дифирамбами в мою честь, в нем присутствовал некий стержень наглеца и самоирония, что мне показалось забавным, особенно для небесного посланца. Н-да… Но все когда-нибудь заканчивается. По крайней мере, я первая сделала шаг в привычную и излюбленную пропасть одиночества, а Ам, по всей видимости, так и будет верить, надеяться и любить меня. А вот что чувствую я? К сожалению, пока еще не разобралась. Такие дела.

***

Вернувшись домой, в небольшую двухкомнатную квартирку, а мне многого не нужно, первое, что услышала – это металлический звук, который обычно производил мой волнистый пернатый друг, мечась по своей клетке. Я сняла пальто, бросила на кресло в темной прихожей, туда же полетели черные кожаные перчатки, сумка, прошла на кухню и скинула покрывало с клетки.

– Прости, Петруша, я – свинья.

Насыпала ему свежего корма, налила чистой воды и влажной тряпкой избавилась от испражнений. Затем двинулась в спальню. На неубранной постели валялась одежда, которую мерила сегодня утром, собираясь в университет. До него, в общем-то, я так и не дошла, решив немного прогуляться. Учебные пары всегда можно наверстать.

Перед зеркалом стояла бутылка давно выдохшейся газированной минеральной воды, рядом начатая пачка крекеров. Вот их я и прихватила, направившись в ванную комнату, предварительно нажав на системном блоке компьютера кнопку пуск.

В душевой разделась окончательно и бросила белье в корзину. Отодвинула полиэтиленовую, со смешными пингвинами, занавеску, повертела краны, пока не добилась нужной температуры, залезла в белоснежную керамическую ванну и, в состоянии полулежа, расслабилась, закрыв глаза.

Процесс релаксации у меня всегда длится не более двадцати минут, именно столько времени требуется, чтобы ванна наполнилась до краев. Потом я быстро сливаю воду, ополаскиваюсь прохладной водой и выскакиваю из ванной комнаты, которая успевает превратиться в парилку.

Итак, омыв себя в священных водах системы непрерывного водоснабжения, накинула махровый полосатый халат и, обмотав полотенцем волосы, потопала на кухню, чтобы заварить чашку кофе, а может и две. Да-да, знаю, что на ночь вредно, но я патологическая кофеманка, так что извините. Пила, пью и буду пить, когда и сколько хочу. Тем более, на мой сон это нисколько не влияет. Сплю как убитая даже после трех чашек. Хоть мелом обводите, все равно не почувствую.

Уже в спальне надела любимые домашние балетки цвета спелой клубники, стащила с головы полотенце и уселась на пуфик напротив зеркала, чтобы расчесать запутавшиеся мокрые пряди. Пока занималась этой приятной процедурой, а волосы у меня точь-в-точь как в рекламе – мягкие и шелковистые, от себя добавлю – и послушные, заодно рассматривала свое отражение в зеркале. Золотисто-карие глаза, черные волосы, густые ресницы, прямой, чуток курносый носик и алые, будто у насосавшегося крови вампира губы. Последнее мне нравилось больше всего. Немножко полноватые правда, зато мягкие и нежные. В общем, все в порядке, себя на премию не выдвинешь, как говорится, никто не выдвинет.

Мои мысленно хвалебные песни прервал неожиданно раздавшийся сигнал входящей почты. Я с неохотой покосилась на синий монитор, на котором всплыло новое сообщение.

"Примите участие в конкурсе фанфиков…" Угу, обязательно, только волосы феном высушу и сразу приму. Красноречиво приму, чтобы больше не присылали всякий бред. И когда уже Ам…

Снова звоночек. Глянула. Хм.

" Ресторан " СЕВЕР" 19.00 4—ый столик " адресат: Река

– Легок на помине, – нахмурившись, пробубнила я себе под нос, узнав дурацкий ник Ама. Река, видите ли, такая есть. Очень оригинально!

Я еще раз взглянула на название ресторана. Не из дешевых. Вход простачкам туда закрыт, а раз так, то новоиспеченные жертвы возможно из элитных слоев, ну или одна из жертв, это как повезло. Но в любом случае те еще фрукты, чувствующие подвох чуть ли не за километр… Хотя, Несс, то ли еще у тебя было?!

И все же, почему Ам просто не отменил действие чар? Одной ошибкой больше, одной меньше. Во благо порядка мог бы проявить снисхождение к правилам. «Но только если попросят» Вспомнила я вдруг его надоевшую до печенок фразу. Нда, противоречиво получается. Сам напортачил, а теперь все решает выбор. А я значит должна подтолкнуть к этому самому выбору.

Задумавшись о странной просьбе ангела, в голове невольно всплыла сцена поцелуя. Ам снова ввел меня в смятение и неуверенность. Каждый раз, когда он появлялся на горизонте, я начинала думать о правильности теперь уже своего выбора. А ведь мы расстались более десяти лет назад, но до сих пор при каждой нашей встрече сердце то замирало, то начинало учащенно биться…

ГЛАВА 2

Совмещаем приятное с важным!

Неожиданное совпадение!

– Скажите, пожалуйста, а, правда, что демоны могут жить среди нас? – спросил один из студентов с дальних верхних рядов наиграно-деловитым тоном.

Я подняла голову и сфокусировала взгляд на молодом человеке в светло-бежевом свитере, сидевшем на последней парте, рядом с таким же бездельником, как он сам.

Зрение у меня отличное и память отменная, потому сразу поняла, что это за парочка. Злостные прогульщики и первые претенденты на неуд в зачетке, так как данные лица на моих лекциях мелькнули лишь раз. Потому что желание погудеть до полуночи с друзьями на алкогольной вечеринке, накурится кальяном, и просто полентяйничать было в первую очередь.

– Похоже, вы не так часто радуете нас своим присутствием, если задаете вопрос, который я разжевывала весь семестр, – холодно отчеканила я.

В аудитории послышались смешки и у парня мигом покраснели щеки, а его рыжий однокурсник-сосед сразу начал что-то насюсюкивать другу на ухо.

– Я ходил на пары, – пробурчал он, стараясь при этом всячески избегать моего взгляда, и закончил наглой ложью. – Просто иногда опаздывал.

– Да-да, могу подтвердить. Сам лично пинком подгонял. Все знают, что на ваш предмет нужно приходить вовремя. Вы, между прочим, часто нас спиной встречали, поэтому и не видели, – добавил рыжий, отчего уже по всей аудитории пронесся шепоток и множество светлых головушек в ожидании уставились на меня. Что же будет дальше?

Рыжий тем временем довольно ухмыльнулся, метнув в мою сторону дерзкий взгляд, и потянулся к мини-бутылке из-под минералки, стоящей рядом. Открутив крышку, он жадно прильнул к горлышку.

– Вранье стало таким привычным и повседневным явлением, а ведь раньше за это могли язык отрезать, а более того – казнить вовсе, – сказала я спокойным и ровным голосом, не сводя с него глаз. На что он неожиданно поперхнулся, стал задыхаться и, исторгая воду прямо на стол, согнулся пополам.

К его внезапному недугу вначале никто серьезно не отнесся и даже стали подтрунивать над однокурсником. Но когда рыжий побледнел, глаза закатились вверх, а тощая тушка принялась медленно сползать со стола на пол, шутки резко прекратились, и кто-то предложил позвать медсестру. В общем, зрелище не из приятных, для меня же бальзам на душу. Но как глубоко сопереживающий преподаватель, виду не подала, зафиксировав на своем лице маску беспокойствия. Но очень хотелось злорадно ухмыльнуться.

Все это время его приятель-лоботряс стоял позади поперхнувшегося и рукой хлопал по спине, но безрезультатно.

– Да чего ты нежничаешь, – воскликнула одна из студенток в черном кожаном платье. Невысокий ирокез на голове, различные железные побрякушки по всему телу и яркий вызывающий макияж намекали на её принадлежность к готам. А судя по такому же прикиду ее друзей, которые каждый вечер в ожидании подруги ошивались возле ВУЗа, готкой она и являлась. – Он же сейчас совсем окочурится, – словно приговор заключила девушка-вамп.

Парень явно испугался и еще больше занервничал. Потом мысленно приняв решение, со всего размаху ударил по товарищу ладонью, да так сильно, что тот чуть ласточкой не перелетел через стол, но друг вовремя остановил полет, вцепившись в свитер.

Вот тут я и ослабила ментальную хватку, после чего провинившийся наконец-то смог несколько раз судорожно вздохнуть, схватиться за горло и в полуобморочном состоянии плюхнуться обратно на стул.

Через какое-то время его дыхание постепенно восстановилось, и рыжий снова мог говорить, что и сделал – прохрипев товарищу спасибо.

– Все хорошо? – с тем же спокойствием поинтересовалась я у бледного паренька. Он еле заметно кивнул.

Ответила таким же движением головы и с безмятежным выражением, продолжила лекцию.

– Ну, раз все в порядке, тогда вопрос на засыпку. Итак, несмотря на то, что ад зачастую представляется нам как царство хаоса и беспорядка, человечество все равно определило ему иерархическую систему, что мы, собственно, и разбирали целый семестр. Всех демонов распределили на классы, которых сколько…

– Семь! – хором ответили несколько студентов, те самые отличники, зубрилы, ботаники… В общем, понятно кто.

– Угу, правильно, – протянула я, обводя группу в составе тридцати лиц взглядом. – Их еще ассоциируют с семью грехами, которые человек должен выдержать с достоинством, чтобы попасть в рай. Но сегодня прозвучал хороший и интересный вопрос, живут ли демоны с нами? Об этом я еще не рассказывала, но любые предположения, догадки, логические умозаключения послушаю с удовольствием. Советую проявить активность. Экзамены не за горами, и любой ваш ответ может реально повысить шансы на неплохую оценку в зачетке, – намекнула я, сдержанно улыбаясь одними губами.

После того как я озвучила вопрос с последующим дополнением, в аудитории повисла предсказуемая тишина.

Как и ожидала, большинство студентов даже не заглядывали в учебники, чтобы просто вызубрить ответ.

– Ладно, дам подсказку. Сон.

– Демоны кошмаров, – тут же отреагировала девушка в красной блузке.

Бинго! За сообразительность плюс.

– Еще.

– Полтергейст

– Это злобные духи, а не демоны. Хотя есть версия, что такие явления именно они вызывают. Спорное определение, но ладно. Еще.

– Ведьмы, утопленники, леший, демоны-обманщики.

– Первые три не в ту степь, это больше персонажи фэнтезийных сказок, нежели реальные сущности, а вот последние в точку. Демоны-обманщики могут явиться в образе мужчин или женщин. Профессионалы своего дела и специалисты по мелким пакостям. Они обладают даром внушения и первоклассно заговаривают зубы. Любой обман всегда доводят до конца и не успокоятся, пока задуманное не свершится, так как от этого впадают в эйфорию. Разновидности демонов на самом деле ограничены не только родом их занятий. Ещё они различаются по месту обитания, по чинам и много-много еще по чему, но об этом я вам расскажу уже на следующих занятиях, – подытожила я, зная, что сейчас…

Раздался долгожданный звонок, и студенты стали торопливо складывать учебники в сумки.

– И на вопрос, живут ли демоны рядом с нами, – я решила напоследок позлодействовать, – отвечу, да, – и многозначительно посмотрела на рыжего, отчего он снова побледнел и стремительно побежал к выходу.

По моим подсчетам его скорость и подгоняющий страх, должны были отвлечь от небольшого деревянного выступа в двери, об который он по пути споткнется. После чего парень пролетит пару метров и нырнет головой в небольшой декоративный фонтан, который находится внутри учебного корпуса, как местная достопримечательность.

– Несс, нас в кабинете ректора собирают. Внеочередная планерка. Вадим Сергеевич сегодня не в духе и хочет сообщить что-то важное, – услышала я знакомый женский голос, над ухом. В этот же момент раздался глухой стук, а через пару секунд шлепок по воде с многочисленными брызгами с последующим ржанием студентов на весь коридор.

Я довольно улыбнулась и обернулась. Рядом стояла Катя, она же Екатерина Викторовна – преподаватель психологии и моя подруга. Жизнерадостная особа, улыбающаяся прохожим и вносящая порой в эту скучную и унылую жизнь позитив. Компанейская душа, генератор безумных, в хорошем смысле слова, идей, смелая и решительная.

Ее главная красота начиналась с ума, все остальное лишь приложение – зеленоглазая шатенка с густой шевелюрой, красиво зачесанной на данный момент назад, собранной в пучок и правильные, тонкие черты лица.

В общем, мы сразу нашли общий язык, чему я всегда удивлялась. Катя ко всем своим достоинствам была еще немного не от мира сего, поскольку большую часть времени проводила в фантазиях и мечтаниях, нежели в реальности. И верила в вечную любовь. Ей бы с Амом сойтись, прекрасная пара бы получилась.

Тьфу, что-то не о том думаю, встрепенулась я, почувствовав легкий укол ревности.

– Несс, ты вообще слышала, что я тебе сказала? – не унималась подруга, требуя моего внимания.

– Да, задумалась просто, – я улыбнулась ей и, сложив учебники в стопку, поспешила к выходу.

А что ты плюешься Несс, Катька ведь и правда умница-разумница. Добрая, отзывчивая, готовить умеет. Любой разговор поддержит, блеснув парой-тройкой афоризмов, и чувство юмора у нее отличное, куда ж без него. Еще та хохотушка. Так что имей в виду, уведет… Совсем с ума схожу. У нее жених есть, а ты уже с Амом женишь. Хотя, как женила, так и разженила бы. Ладно-ладно, что-то завелась на пустом месте. Тем более Катька мне на самом деле нравится и, если бы подобное случилось, первого бы задушила Амура.

– Не хмурься, а то морщинки появятся, – бросила подруженька, заметив серьезное выражение моего лица, когда мы зашагали по коридору. – Кстати, собираемся в шесть. Будь готова, я за тобой заеду.

– К чему готова? – спросила я сразу, и чуть развернувшись, пропустила спешащего на лекцию студента.

– Здравствуйте, Несса Андреевна, – вежливо поздоровался он, проходя мимо.

– Здравствуйте.

Народу по коридору сновало уйма, поэтому разворачиваться и отвечать на приветствие приходилось часто, так же, как и Кате.

– Как к чему? Только не говори, что забыла? – подруга посмотрела на меня с укором. – Сегодня мы идем в ресторан отмечать мой день рождения, – и обиженно поджала губы.

Вот, черт! Совсем из головы вылетело. На прошлой неделе Кате исполнилось двадцать пять, но подхватив грипп, она весь день пролежала в постели с высокой температурой. Поэтому праздник отложили до лучших времен, то есть на сегодня. И я – близкая подруга, родственная душа, так сказать, имела наглость забыть, запланировав на этот день более важные дела. Причем совершенно меня не касающиеся, но раз обещала, (а для меня это табу) то надо.

Блин, как-то неудобно получилось. Теперь точно на модный кожаный пояс с кристаллами по бокам и большой сверкающей бляшкой, который я выпрашивала у нее целый месяц в качестве подарка можно положить крест. Уж слишком он мне понравился, а Катька, зараза, в бутике первая ухватила. Ведь знала же, что все равно никогда не наденет – не ее стиль, так нет, пусть будет, говорит, для самоутверждения. Конечно, я могла заставить ее сделать мне внеочередной презент, но решила честно дождаться своих именин. Без всяких там демонских штучек. Почему-то с Катей поступать плохо мне не хотелось.

– Не забыла, просто устала немного. Не сразу поняла, о чем ты, – начала я выкручиваться. – А в какой ресторан?

Идиотка, ведь она мне возможно уже говорила… В общем, я мысленно приготовилась к громогласному возмущению, но обошлось.

– "СЕВЕР" – сообщила Катя, широко улыбаясь во все тридцать два, и толкнув дверь в кабинет ректора, пропустила меня вперед.

***

Вот так удача, удивилась я уже в который раз, надевая на себя короткое, доходящее до середины бедра и держащееся на груди синее атласное платье. Причем двойная удача – не нужно придумывать причину опоздания на пиршество, и можно спокойно, в качестве гостя, "разведать обстановку". Правда, было бы лучше все-таки одной туда заявиться, как обычно сменив перед этим внешность, на всякий пожарный так сказать и быстренько уличить одного из голубков за четвертым столиком в измене. Но раз такая пьянка, то сегодня пусть будет исключение – займу наблюдательную позицию.

Покрутившись перед зеркалом, я поправила несколько страз на платье и расчесала длинные, прямые, до лопаток волосы, решив оставить их распущенными. Затем аккуратно нанесла последние штрихи макияжа – подвела глаза и перламутра-розовой помадой накрасила губы. Ну, и усе! Я готова.

Перед уходом, вспомнила, что не закрыла дверцу в клетке Петруши, которую распахнула утром для вошедших у него в привычку десятиминутных раздумий в свободном полете. Но в последнее время он часто отказывался от любимого занятия, и я на радостях, что не нужно скакать по всей квартире и ловить пернатую тушку полотенцем, сразу закрывала железную дверцу. Однако сегодня попугай резко выпорхнул из своей обители и уселся на дверцу шкафа. А я ушла в университет. Так что времени нагуляться, и пораздумать у него было предостаточно.

Но войдя на кухню, обнаружила, что попугая там нет. И его не было нигде. Ни в гостиной, ни в спальне, ни в коридоре. Иначе я бы заметила.

Ну вот! Неужели свершилось, и мой перьеобразный друг, о чем предупреждал меня Ам (все же его подарок), провалился в щель между шкафом и стеной и сломал себе крылья, пытаясь выбраться? А все оттого, что я поленилась заткнуть такие опасные ловушки газетой.

В общем, на шпильках, в модном платье, с фонариком в руках, враскорячку, ругая себя за лень и черствость, я принялась осматривать каждую щель в моем скромном жилище. И лишь когда заглянула под ванну, неожиданно услышала чириканье оттуда, откуда ему и полагалась раздаваться. Я бегом вернулась на кухню. Петруша, добровольно вернувшийся непонятно откуда в свою одиночную камеру, сидел на жердочке и чистил клювом перышки.

– Еще раз такое выкинешь, зажарю и съем! – пригрозила я ему. Потом улыбнулась и накрыла клетку покрывалом.

В этот самый момент зазвучал рингтон входящей смс. Я спешно достала из сумки мобильник, прочитала сообщение и в предвкушении интересного вечера зацокала каблуками в сторону выхода. Пока шла ментально поочередно выключала в комнатах свет, оказавшись в темноте. Повернула в замке ключ, вышла на площадку.

Захлопнув за собой дверь, я на несколько секунд замерла и прислушалась к звукам на первом этаже. Сама же жила на пятнадцатом.

Итак, убедившись, что внизу нет посторонних глаз и ушей и никто в ближайшие несколько секунд там не появится, быстренько нарушила простые законы физики, побив все рекорды по скорости, и очутилась прямо у подъездной входной двери. Потом не спеша накинула кожаную черную куртку, которую прихватила из дома и, толкнув дверь, вышла на улицу.

– Оперативно! – удивилась Катька, кладя телефон в сумку.

– Обожаю пунктуальность, – улыбнулась я, и вместе с ней запрыгнула в такси.

***

Мы медленно подъезжали к парадному входу ресторана. Ну что ж, по мне, так ничего особенного, видала и получше – большая сверкающая вывеска, многоступенчатое поднимающееся вверх крыльцо, огромные тонированные окна. Но для Кати, со средней заработной платой преподавателя, которой едва хватало на терпимое существование в обществе, этого было достаточно. Она постоянно издавала восторженные ахи и охи, когда я со скучающим, безразличным выражением на лице смотрела в автомобильное окно.

– Тебе что наследство привалило? – поинтересовалась я у подруги, когда такси остановилось.

– Нет, спонсора нашла, – она хитро улыбнулась, потом подмигнула и вылезла из машины.

– Неужели Дима решил наконец-таки раскошелиться? – расплатившись с водителем, я последовала за ней.

– Да. Представляешь это его подарок мне на юбилей.

– Представляю… Честно говоря, ну ты знаешь, я об этом скряге была худшего мнения, но раз так, то еще есть шансы на исправление… Наверное.

– Несс, прекращай. Никакой он не скряга, а очень хороший, понимающий и добрый человек.

– Угу. Надолго ли?

– Навсегда, ты просто плохо его знаешь. Ладно, пошли быстрей, а то они, наверное, уже заждались, – раскрасневшись от волнения, Катя схватила меня за руку и потащила по ступенькам вверх.

– Кто они? Разве мы не втроем будем? – удивилась я, двигаясь за ней в спешке.

– Ой, совсем забыла тебе сказать, Дима пригласил коллегу по работе. Собственно, на это я его надоумила, а то как-то неправильно получилось – я с Димой, а ты одна. Не против?

Ох, Катя-Катя, вечно ты со своей инициативой, не спросив у меня. Против, конечно. Еще как против. Не люблю, когда меня просвещают в самый последний момент.

– Нет, разумеется, вчетвером веселее будет, – ответила я и, делая вид, что ее затея мне пришлась по душе, счастливо улыбнулась.

И что я тут забыла? Если бы не Ам со своими проблемами, давно б уговорила всю эту компанию отправиться в какой-нибудь ночной клуб и оторваться по полной программе со всеми бурными вытекающими последствиями.

Но оказавшись внутри заведения, и оценив по последнему писку моды обстановку, мысленно поставила галочку одобрения. Живописная роспись сплетающихся тел на стенах, креативный танцпол, светодиодное точечное освещение потолка, словно над тобой звездное небо, – впечатляло. И в полумраке все это великолепие смотрелось очень эффектно и романтично, с легким намеком на секс.

Несколько пар уже танцевали, медленно покачиваясь в такт ненавязчивой, расслабляющей музыки. Но были и одиночки. Облокотившись о барную стойку, они со скучающим видом рассматривали посетителей ресторана. Ну что ж… Мне понравилось.

– А вот и наши мужчины, – радостно воскликнула подруга. Она рукой указала, на столик, за которым сидел Дима и его чуть ли не на всю голову лысый друг, по всей видимости, тот самый коллега по работе.

Да уж, подруженька, удружила так удружила.

Надо потом не забыть высказать, что я по всему этому поводу думаю.

***

– Девушка, из итальянской кухни у вас что-нибудь есть?

А он еще и гурман.

На протяжении получаса, на фоне веселой болтовни Катькиных друзей, я медленно потягивала легкий коктейль и наблюдала за темноволосым мужчиной, который сидел за тем самым четвертым столиком, ко мне спиной. Напротив него сидела не то, чтоб симпатичная, но вполне милая и стройная девушка в красивом вечернем платье цвета слоновой кости в контраст его стильному черному пиджаку. Она нежно улыбалась и периодически на что-то отвечала. А так как по счастливой случайности наши столики располагались рядом, причем в шахматном порядке, я легко отсеяла посторонние разговоры остальных гостей и, навострив ушки, настроилась лишь на один.

Разумеется, кроме банального романтического диалога, ничего интересного не услышала и, судя по тому, как девушка смотрела на своего ухажера – не сводя с него влюбленных глаз, – виды на него у нее были очень серьезные. А вот что по этому поводу думал ее спутник, еще предстояло узнать. И для этого мне нужны были его глаза. Да-да, те самые зеркала души, в которые стоит посмотреть лишь раз и вся информация как на ладони. Поэтому я сразу начала мысленно сосредотачиваться на ментальном приказе разворота…

– Несс?

И наткнулась на вопросительный взгляд Кати.

Тут я поняла, что потеряла нить разговора, в процессе которого изредка кивала головой, и видимо сейчас от меня ждали какой-то ответ. Быстренько припомнила, что речь вроде шла о неожиданном карьерном росте жмота…ладно-ладно Димы, как же все это было скучно, я, дабы не обидеть подругу выдала общую фразу, надеясь, что она вполне впишется в последнее предложение и этого будет достаточно:

– Ну что ж поздравляю.

– Несс, официант уже пять минут стоит возле тебя, чтобы узнать, принести ли еще коктейля.

Я в недоумении посмотрела на свой пустой бокал, потом на хмурое выражение лица подруги, естественно, она заметила мой секундный ступор и тут же сообразила, насколько мне было интересно слушать их пустую болтовню, и с невозмутимым видом протянула официанту бокал.

– Да, была бы вам очень признательна, – вежливо произнесла я ему.

– Может, девушка желает более легких напитков? – не унимался официант, и взял бокал так, что его пальцы полностью обхватили мои.

А вот это уже наглость. Не выдержав, я окинула этого подавальщика самым злобным взглядом, на который только была способна, надеясь, что он сразу испарится из поля зрения. Но, что я вижу… Его спокойные синие глаза и не думали наполняться страхом, а наоборот, вызывающе смотрели в мои карие колючки. АМУР! А он что тут делает? Да еще в смешном гриме, который делал его похожим на одного из собратьев Юго-Восточной Азии. Неужто проконтролировать явился, узкоглазенький ты мой?

– Нет, девушка желает то же самое и на этот раз, не разбавляйте пожалуйста, – я мило улыбнулась, пытаясь скрыть раздражение, так как не имела привычки работать под наблюдением. Да и вообще, синими брызгами своих глаз он меня только с мыслей сбивал. Причем крутящихся по заданному плану с того самого момента, как согласилась ему помочь, ибо продуманка с головы до ног.

– Вы уверенны в своем выборе? – деловито переспросил Амур, явно на что-то намекая.

– Абсолютно.

– Простите мою навязчивость, – продолжил официант услужливым тоном, – я, конечно же, с огромным удовольствием выполню ваше желание… Но, не могу такую красивую и шикарную девушку не предупредить о… крепкости коктейля, потому что… Потому что обилие таких напитков могут медленно убить разум.

О как! Значит, меньше пей, больше действуй. Удивительно. И как я сама об этом не догадалась?

– А я никуда не спешу, так что будьте добры, и побыстрей, если можно, – съехидничала я в ответ, и, засверкав улыбочкой, повернулась к друзьям.

Амуру ничего не оставалось, как молча забрать бокал и, удерживая поднос на пальцах одной руки, потопать к барной стойке.

– М-да. Впервые вижу, чтобы официанта волновало здоровье посетителей, – произнесла Катя, провожая сотрудника ресторана недоуменным взглядом.

– Не обращай внимания, им за это доплачивают, – усмехнулась я, но еще больше из-за отборного ворчания в свой адрес, которое возмущенный Ам бубнил себе под нос, пока мешал коктейль. Ведь знает же, что я все прекрасно слышу.

– Правда? Жаль, а я хотела ему хорошие чаевые оставить, – разочарованно протянула подруга, откидываясь на спинку стула.

– Катенька, не стоит. Эти бездари в фартуках за один вечер обдуривают клиентов немалыми вознаграждениями с чувством выполненного долга, – усмехнулся Дмитрий, приобняв ненаглядную за плечи.

– Интересно, откуда такая осведомленность? Неужели походы в рестораны для тебя обычное времяпрепровождение? – промурлыкала я наиграно вежливо.

Скрывать не буду – бойфрэнд подруги мне не нравился. Эдакий гламурный тип ну просто с колоссально огромным эго. На мой взгляд, великий жадюга, ибо подарок Кате на юбилей это единственное приличное место, куда он пригласил ее за все шесть месяцев их «романтичных» отношений. А ведь работал в какой-то крупной фирме топ-менеджером…

– Не обычное, просто это общеизвестный факт. Не веришь, проверь потом счет, не удивлюсь, если обнаружишь пару лишних строк, – спокойно ответил Дима, бросив на меня безразличный взгляд, потом сверкнул улыбкой и снова переключил внимание на именинницу. Еще сильнее прижал к себе и поцеловал в губы.

– Делать мне нечего, кто платит, тот пусть и проверяет, – буркнула я, наблюдая за их нежностями.

Проверить бы тебя друг на вшивость, а то сдается мне, ты здесь не только с Катей был…

– А я, пожалуй, оставлю чаевые, потому что он прав, – вклинился в разговор Олег – «неотразимый» коллега, отвлекая меня от размышлений.

– И в чем же? – полюбопытничала я, развернувшись к новому собеседнику.

Олег сидел рядом по левую сторону от меня, напротив Кати и Димы. Обычный мужчина тридцати пяти лет, с полуоблысевшей головой и если приглядеться, с мелкими морщинками на лбу. Дальше – тонкие губы, широкий нос с горбинкой, хомячковые щеки, маленькие глазки, в данный момент открыто пялившиеся на мою грудь, и небольшие с короткими пальчиками руки. Зуб дала бы, что они у него еще и нежные как у ребенка, не знавшего настоящего мужского труда. Уж что-что, а трудолюбивых уважаю больше. Умственный труд тоже в счет. Но Олегу до статуса трудоголика очень далеко, поскольку он типичный маменькин сынок, за которым убирают, стирают и по головке гладят. Ну как обычно в таких случаях. В общем, далеко не мой вкус, но на один вечер почти терпимо.

– В том, что ОЧЕНЬ красивая, и ОЧЕНЬ волнующая, – ответил он, расплываясь в многозначительной улыбке.

Неожиданно я почувствовала, как под столом что-то теплое легло на мое бедро. Я покосилась вниз и увидела его руку. Ну, понятно.

Нахмурившись, я снова посмотрела на Олега и встретила самоуверенно-похотливую ухмылку. Еле касаясь, двумя пальчика, я охватила его мужское запястье и грубо отвела конечность в сторону.

Обломинго, Олежек, продолжение банкета отменяется. Даже и не мечтай.

Хорошо, что мне достался понятливый собеседник, иначе залепила бы эдакому самцу по самое не хочу, но не пришлось. Обиженно поджав губы, он под предлогом нужды временно удалился. Я же с облегчением выдохнула.

– О, это наша любимая мелодия, – внезапно воскликнула Катя. – Дима, мы обязательно должны под нее станцевать. – Она резко поднялась и схватила его за руку. – Пойдем.

– Ты же знаешь – я не любитель, – замялся он, не двигаясь с места.

– Слышать ничего не хочу, – уже чуть захмелев, чересчур громко взвизгнула она, отчего несколько голов за соседними столиками повернулись в нашу сторону.

Катька, какая же ты молодец, обрадовалась я, потому что тот самый темноволосый, за четвертым столиком, тоже последовал примеру остальных и с еле заметным любопытством на лице обернулся. Вот что значит эффект толпы!

ГЛАВА 3

Любопытство может быть смертельным!

Вначале его взгляд остановился на моих друзьях, потом лениво перекочевал на пустой стул Олежика и наконец-то добрался до меня. Я же, разумеется, терять время даром не стала – немного подалась вперед, ослепительно улыбнулась, дабы заинтересовать и задержать на себе внимание и быстренько принялась копаться в его мыслях, желаниях, мечтаниях, и если таковые имелись, то и в любвеобильных сексуальных пороках. На что, в общем-то, и делала всегда ставку.

Но… Все идеально. Родился, учился, работал, еще не женился, но явно собирался. Свой дом, преданная собака, любимая работа, уважение коллег, достаток, причем достигнутый своим потом и кровью, а не как обычно благотворительность от родителей, и самое главное – ни одного, даже малейшего, малюсенького, мизерного намека на непристойное поведение. Да ладно? Таких не бывает. Прямо мужчина моей мечты. А я очень, очень привередлива.

Может еще раз посмотреть, вдруг что-то пропустила? Только вот осуществить задуманное легко не далось, потому что ко всему вышесказанному, природа одарила этого странного типа выразительными, под цвет его чуть удлиненных волос, темно-карими, как шоколад, глазами. И сейчас они спокойно, на лице маска безупречной вежливости, смотрели на меня, из-за чего я немного смутилась.

Кстати, заметка на будущее: у данного индивидуума стойкое самообладание. Хладнокровное. И дождаться момента растерянности или недоумения, чтобы поймать его на слабости, вряд ли удастся.

Итак, еще мгновение незнакомец смотрел на меня все тем же отстраненно-внимательным взглядом, потом, как и полагалось, повернулся к своей обожаемой и оставил меня ни с чем. В полном разочаровании я устало опустила голову и сделала несколько глубоких медитативных вздохов. Расслабление, расслабление, расслабление, ни капельки напряжения, и покой, покой, покой. Все-таки мозговая экскурсия изрядно выматывает, потому не так часто ею пользуюсь, только в исключительных случаях. И чтобы избавиться от временной хвори, которая приходит после сеанса телепатии, мне всегда нужно выдержать паузу. Этакая дыхательная гимнастика, которая быстро сводит на нет все недуги, и возвращает в прежнее бодрое состояние.

Спустя несколько секунд, уже в полном здравии и решимости, я подняла голову и снова задумчиво уперлась в спину странного типа. Что-то было не так. Не знаю, что именно, но такое безупречное кадровое резюме меня сильно заинтриговало. Уж слишком все идеально. Будто заранее подготовленный диафильм, который позволили просмотреть. Да, точно. Словно передо мной промелькнули красивые, бездушные картинки, которые я никак не могла связать между собой. Не было между ними какой-то плавности что ли…

Пока думала, что делать, краем глаза заметила Ама. Держа в руках заказанный напиток, он, не спеша, как и полагалось официанту, двигался в сторону нашего столика.

– Все в порядке, – сказала я успокаивающим тоном, когда он приблизился с тревогой в глазах, и поставил полный бокал коктейля к остальным приборам. Дима с Катей уже вовсю развлекались на танцполе, потому надобности в изощренных шифрованных речевых оборотах не было. А Олег, вообще видимо передумал возвращаться, ну и отлично.

– Точно?

– Да. Перестаралась просто, – я вымученно улыбнулась.

Такой ответ ему явно пришелся не по душе, поскольку тут же нахмурился, но быстро взял себя в руки и с искрой надежды в глазах спросил:

– Хорошо. Тогда что скажешь? Есть шансы?

– Нет. Поздравляю Ам, ты умудрился попасть в самого консервативного, порядочного и справедливого человека. С железной хваткой и верным глазом. Женщины его любят, так же, как и он не прочь побыть в их обществе, но дальше флирта никогда не заходит. Пипец, да он святее тебя, – подытожила я, усмехнувшись.

– По—нят—но. Ну, что ж, тогда мне ничего не остается, как пригласить тебя на свое разжалование. Вот уж попируем. Как раз то, чего ты всегда хотела.

– Я не хотела этого, – посмотрела на него с обидой, – а просто предлагала пойти на уступку. Кому-то же нужно было.

– Угу. И этим, кем-то в твоем понимании обязательно должен быть я. У нас же больше нет вариантов, ведь так, Несси? – на последнем слове он сделал ударение, потому что знал, насколько мне было противно на его взгляд вполне себе ласковое прозвище.

– Еще слово и о крылышках можешь забыть навсегда, – твердо отчеканила я.

– В смысле? Ты же сказала…

– Мало ли что я сказала. Это был предварительный вывод… – я увидела, что незнакомец поднялся со стула и, извинившись перед подругой, направился в сторону выхода. Возможно, просто решил подышать воздухом или перекурить, так как его черный пиджак остался на спинке стула. – А не окончательный, – быстро добавив, я поднялась и поспешила за ним.

– Куда ты? – удивился Амур.

– Хочу познакомиться поближе, – бросила я через плечо и ускорила шаг.

Я была права. Мой объект неприступности действительно вышел перекурить. Он стоял на одной из ступенек крыльца, вдыхал в себя сигаретный дым, и смотрел на сверкающее звездами ночное небо. В любой другой день я тоже не отказалась бы полюбоваться завораживающими звездными светлячками, разлетевшимися по всему небосклону и всегда привлекавшими меня своей недосягаемостью. В такие моменты я ощущала свободу, легкость, внутри все радостно трепетало, наполнялось счастьем, и время как будто замирало, оставляя меня наедине с собой. А это я ценила больше всего. Потому что даже демонам иногда хочется побыть в одиночестве – поразмыслить о своем вечном и, так сказать, злободневном бытии. Ведь кто не любит одиночества – тот не любит свободы, ибо лишь в одиночестве можно быть свободным, обрести силу и научится рассчитывать на себя…

– Жаль, что скоро всего этого не будет, – неожиданно услышала я чуть хриплый, но глубокий и очень притягивающий голос.

Простите, вы, о чем?.. Тэк-с-с, видимо, мне еще и умник попался, философ. Ну, ничего, я тоже не промах.

– Да. Но и в неизбежности есть своя изюминка, – промурлыкала я, и медленно, словно подкрадывающийся хищник, подошла к мужчине. Поравнявшись с ним плечом к плечу, отметила, что даже несмотря на мои высоченные шпильки, он был выше на целую голову. Этакая громада прекрасного равнодушия, потому что незнакомец, как ни в чем не бывало, продолжал наблюдать за небом и время от времени делать затяжку.

– И какая же? – с отстраненным спокойствием поинтересовался он.

– А в том, что наконец-то не придется выбирать, думать, искать. Ты просто принимаешь все как есть, – я решила поиграть словами и перевести на романтический лад.

– Думаете?

– Уверена. Звезды порой заставляют мечтать. А мечтать – это будто рисовать на чистом холсте совершенство, идеал, который бы нам хотелось иметь. Где-то подотрем, что-то замажем и – вуаля! – на поводу наших желаний и мечтаний мы рисуем несоответствие действительности.

– А вы реалистка?!

Отбросив докуренную сигарету, незнакомец все же развернулся и посмотрел прямо мне в глаза.

В полумраке я не могла разглядеть выражение его лица, но блин, чем угодно могу поклясться, мои губы сейчас интересовали его больше всего.

– Увы, как раз та самая идеалистка, – прошептала я, чувствуя, что от его присутствия мне становится жарко. Очень жарко.

Затянулась пауза, после которой по всем законам жанра должен был последовать долгожданный поцелуй, только вот кому из нас этого хотелось больше, я так и не поняла. Потому что он для меня все еще был загадкой.

Вместо поцелуя мужчина вдруг неожиданно усмехнулся. И так странно, что мне в спину ударил электрический разряд страха. Что-то не так.

– Извините, но мне пора – сказал философ, медленно отстраняясь от меня. Потом резко развернулся и, спустившись по лестнице, двинулся от ресторана в ночную тьму.

Вот уж точно чудной. И куда это он так ломанулся?

Не обращая внимания на холод, я, чуть помедлив, засеменила вслед за ним, стараясь как можно тише цокать по тротуару каблуками. Держалась на незначительном расстоянии на случай, если вдруг обернется, быстренько нырнуть в какое-нибудь темное местечко. Но этого не потребовалось, потому что, завернув за угол, из-за которого я ранее потеряла его из виду, оказалась на перекрестке дорог, посередине которого увидела темный силуэт. Вокруг ни фонаря, ни любого другого источника света. Даже засомневалась, а он ли это вообще, так как человеческая фигура не двигалась. Вообще. Она застыла. Стала словно неживой. Или тенью от чего-то неживого. Н-да.

На какой-то миг показалось, что фигура исчезла, и поэтому я несколько раз моргнула, дабы убедиться, что человек все еще там, а потом сделала несколько шагов вперед. Неожиданно меня резко обдало ужасающим морозным холодом, и как-то сразу стало не по себе. Я вдруг почувствовала присутствие еще кого-то. Того, кто явно меня за что-то ненавидел. Мне даже не нужно было видеть. Я ощущала это, как говорят, всеми фибрами своей души.

В общем, теперь настала моя очередь застывать и лихорадочно соображать, как поступить. Предел своих возможностей я отлично знала, и постоять за себя умела, но только когда играла по своим правилам, а вот с такими нежданчиками сталкиваться еще не приходилось. Поэтому машинально сделала три шага назад. Остановилась, вгляделась в тень еще раз. Нет, что-то здесь и в самом деле не так. Лучше уйти. И побыстрей.

Но стоило развернуться, как я встретилась лицом к лицу, по всей видимости, с тем самым существом, которое из-за чего-то меня сильно невзлюбило. И у него было такое же ошеломленное выражение, которое было у меня секунду назад. Да уж, не повезло, осталось только разобраться кому именно.

Дальше все случилось настолько быстро, что до меня не сразу дошло, что это я отлетела назад и приземлилась на асфальт, сильно приложившись головой.

Черт, а это больно!

Итак, распластавшись на грязной наждачной дороге, я лежала в тупой неподвижности и непонимающе смотрела на небо. В области затылка пульсировала боль, которая судорожными волнами растекалась по телу до самых кончиков пальцев рук и ног. Неприятное ощущение. Будто миллионы осколков разбивались о мои ребра, мышцы, кости и возвращались обратно в точку на затылке, активно атакуя нервную систему. Но это ладно. Терпеть можно. Тем более я всегда быстро восстанавливалась. Больше возмущало – за что мне такое болезненное "счастье" привалило? И самое главное – кто это был?

Эти вопросы прокрутились у меня в голове за считанные секунды. Именно столько мне понадобилось времени, чтобы взять себя в руки – восстановить восприятие окружающего мира и решить, что делать дальше.

Я быстро поднялась на ноги, боли уже почти не чувствовала, а вот одежда изрядно потрепалась, сверкая многочисленными дырами. А аккуратный струящийся атласными волнами край наряда превратился в оборванные лохмотья, свисавшие лоскутами.

Вот гад, это было мое любимое платье. Ну, погоди, сам напросился.

Расправив плечи и искривив губы в подобие улыбки, я приготовилась нарушить данное примерно лет пятьдесят назад самой себе обещание – не убивать, пока не разберешься. Потому что тот, кто сейчас прятался в тени и ждал моей реакции, уж точно был настроен не на дипломатический лад.

– Кто ты? – прошипела я своему обидчику, сдерживая до нужного момента внутреннего зверя, возникшего из самого темного уголка моей души. Он рвал и метал, требуя свободы. Зверь хотел мщения. И это уже было не желание, а необходимость. – Выходи!

Сощурив глаза, я неотрывно смотрела в черноту, в которой еле-еле проглядывались очертания неизвестного. Я слышала его сердце. Оно стучала в бешеном ритме, словно несмолкаемый гул барабанов. Учащенное, судорожное дыхание и… СТРАХ! Да, это существо или кто бы там ни был, боялось меня. Это я уже ощущала по запаху, по вкусу всеми клеточками кожи. Все-таки не зря говорят, запах страха сильнее запаха крови. А уж на каком уровне это улавливалось – подсознательном, энергетическом – неважно. Главное, что я как собака чуяла желание убежать, испариться и спрятаться где-нибудь подальше от этого места. Только почему он медлил, и продолжал наблюдать, не понимала.

Ну что ж, тогда последуем принципу Магомета и горы, только в ускоренном варианте.

Сотая доля секунды мне понадобилась, чтобы очутиться рядом с обидчиком, вцепиться в его теплое человеческое тело, кстати, да, это все-таки был человек, и таким же образом швырнуть на асфальт. Потом размытым пятном догнать его приземление, налететь сверху и сильно вдавить коленями в твердую поверхность. Он даже не успел пискнуть. И судя по размякшему состоянию, продолжать борьбу не собирался. Просто лежал, раскинув руки в сторону и, ошарашенный таким стремительным исходом, в немом изумлении смотрел на меня.

ОЛЕГ!

Ничего себе, обычный коллега по работе! Любитель черной магии, блин.

Когда я ослабила хватку, он тут же этим воспользовался – начал извиваться и дергаться.

– С ума сошла! Отпусти! – закричал напуганный Олег, пытаясь меня скинуть.

– Угу, сразу после того, как убью, – прорычала я в ответ и снова придавила к асфальту.

Он замер и жалобно, скорее даже обреченно простонал:

– Я не хотел тебя убивать, всего лишь проверить на прочность.

– Это ты кому-нибудь другому рассказывай. Наслать удар смерти – это явно не проверка на прочность. А самое что ни есть убийство. Только вот на мою удачу или твою тупость ты, видимо, забыл добавить какое-то решающее слово. Колдун хренов.

– Несс, Несса, Несси, умоляю, я не хотел. Правда, – заверещал он, словно недорезанная свинья. Я аж скривилась. Не, ну что за мужики пошли – с виду все ОК, а стоит чуть пригрозить, так сразу визжать и юбку задирать. – Как только тебя увидел, сразу оборвал заклинание. Не хотел убивать. Скорее чувство самосохранение сработало. Сам не ожидал, что так выйдет, когда тебя увидел…

Я смотрела на испуганную физиономию Олега и думала, он действительно такой идиот или прикидывается? Кому как не мне знать, что в заклинании всего ЧЕТЫРЕ латинских слова и либо ты сразу им убиваешь демона, либо вообще не используешь. Иначе, в случае ошибки, можно получить сильную и чаще всего смертельную отдачу. Да-да. С черной магией только так. Либо пан, либо пропал, другого не дано. И если решился, то действуй до конца. Но так как Олег цел и невредим, и я в добром здравии, значит, он либо действительно дурак, который сумел перепутать местами одно-два слова, либо… Честно говоря, не знала, чем закончить, потому что сама не понимала, почему осталась жива, если он вдруг все-таки все произнес правильно. Думаю, поэтому и медлил, скрываясь в тени. Дожидался моей смерти. Но, УВЫ, надежды не оправдались. После чего и получил – мордой об асфальт.

– Олег, не морочь мне голову. Сам понимаешь, что оправдываться глупо. И как ты мог успеть заметить, я далеко не обычный человек, чтобы вешать лапшу на уши. Так что советую говорить правду.

– Это правда. Машинально среагировал. А когда понял, что это ты, было уже поздно, – заладил он.

– Что за бред? И что значит, когда меня увидел? – зацепилась я за слово.

Надо еще про Диму узнать, вдруг у них там с кооперированный междусобойчик темных дел. И возможно, что яркая, слепая любовь Кати – это его рук дело, а не истинное проявление чувств.

– Так не тебя хотел…

– А кого? – перебила его, догадавшись о ком, возможно, пойдет речь.

Неужели того странного типа, из-за которого я в общем-то и попала в эту заварушку? А ведь даже имени его не узнала. Как раз было бы кого проклинать во время предсмертной агонии. Кстати, а где он? Мог бы и помочь. Или для него в порядке вещей видеть врезающихся в асфальт девушек?

Удерживая нытика коленками – нельзя недооценивать противника, потому лучше не рисковать – я обернулась и устремила взгляд на перекресток, где в последний раз видела человеческую фигуру. Но только я повернула голову, как неожиданно почувствовала новый всплеск боли в бедре и в изумлении уставилась на тонкую торчащую из моей плоти рукоятку, по всей видимости ножа. Дальше пошла ломота в костях – верный признак того, что клинок заговоренный и пропитан каким-то ядом, и навалилась слабость, парализуя все тело. Мне вдруг очень сильно захотелось спать, отчего моя голова безвольно поникла, руки обмякли, и тело начало клонить прямо на Олега, который в свою очередь шустро перевернул меня на спину, и с довольным оскалом резко вытащил заостренный предмет из бедра. Я понимала, что мне нужно было срочно подавить действия яда, но затуманенный рассудок твердил другое – времени на восстановления нет. Отдохнешь после смерти, благо тебе до нее осталось не так много.

После этого мой мозг отключился окончательно.

Ну что ж, раз так, тогда пусть все убираются к чертям. А я на заслуженный покой. Наконец-то!

Под воздействием обманчивого восприятия закрыла глаза, и мой внутренний мир взорвался безумием, до которого неожиданно донесся родной и любимый голос Ама. Он кричал и просил вернуться обратно. Я хотела, правда хотела, только забыла зачем.

***

– Несса, возвращайся, слышишь! Очнись!

Голос еще долго кричал, но все было бестолково. Мне и здесь неплохо, зачем куда-то возвращаться? Тут я не чувствую боли, меня никто не ненавидит, никто не собирается убивать, здесь я никому не нужна. Немного взгрустнулось от последнего, но одиночество, в общем-то, никогда не пугало и даже нравилось. Потому что в одиночестве чувствовала себя свободной. Наслаждалась тишиной, полностью погружалась в свой мир – там я была такой, какая есть. Думала о том, о чем хотела, а не о том, о чем нужно было, дабы случайно не раскрыть свою сущность, излечивала женскую демоническую душу от разных издержек магических штучек. В общем, было комфортно и уютно одновременно.

Неожиданно кто-то попытался проникнуть в мою скромную подсознательную обитель и воздействовать на разум.

– Пошел вон, – крикнула я ему, и тут же почувствовала, как мое тело прижали к чему-то теплому и твердому. Я слышала, как там учащенно билось сердце и что кто-то, не теряя надежды, шептал «Вернись». И этот кто-то, словно маленького ребенка, начал меня убаюкивать.

Как мило… И приятно. Даже очень.

Ну, ладно, вернусь, пожалуй. Тем более мне уже гораздо лучше. Раны зажили, и я полностью восстановилась. Конечно, идея свалить от всех была отличной, но валяться тут во тьме, когда из реальности настойчиво зовут, очень нервирует и пробуждает сильное любопытство. Демонов же не просто так вызывают. Может выгодную сделку хотят заключить или напакостить бывшей подруге, сопернику, врагу. Легко обогатиться или разорить несправедливого начальника. А может, надо кого-нибудь убить. Тоже вариант. Вообще-то это не по моей части, но… Внезапно я замерла и уставилась на возникшие непонятно откуда воспоминания последнего вечера, прежде чем провалиться в сонную пропасть. Перед глазами вновь и вновь прокручивался один и тот же эпизод, связанный с моей преждевременной кончиной.

Ночь, улица, фонарь… Нет, фонаря как раз-таки не было. Зато был красивый незнакомец, стоящий на перекрестке рядом с аптекой, потом полуоблысевший ненормальный, маг типа, я и торчащая из правого бедра деревянная рукоятка. Все понятно.

Тэк-с! По-моему, с сегодняшнего вечера, убивать УЖЕ стало моей частью. И теперь я даже знала, с кого начать. Так что, Несс, поднимай-ка, милая, свою задницу, и бегом обратно в реальность. А то, пока ты тут медитативно прохлаждаешься, тебя действительно преспокойненько укокошат. И кто потом будет кормить Петрушу?..

Я медленно открываю глаза и таким же темпом прихожу в себя. Вначале все видится мутным и расплывчатым. Фокусируюсь на одной точке и через пару секунд понимаю, что смотрю в синие, наполненной тревогой глаза Амура. Он лежал рядом, почему-то с голым торсом, крепко меня обнимал и прижимал к себе. Я от удивления открыла рот, чтобы высказать все, что по этому поводу думала, но…

– Ты очнулась! – прошептал он, целуя щеки, лоб, виски, волосы, куда только мог дотянуться.

– Да-да, очнулась, – пробубнила я быстро и, просунув между нашими телами руку, попыталась его оттолкнуть.

– Что ты делаешь?

– А ты не видишь? Хочу отлепить тебя от себя.

На мое заявление, Амур только ухмыльнулся. Затем еще сильнее прижал к груди, зарылся рукой в волосы и, сжимая затылок, полностью лишил возможности увернуться.

– Не надо, – прохрипела я, чувствую, как внизу живота от предвкушения запорхали бабочки, а тело предательски выгнулось ему навстречу.

Ответом был поцелуй. Не настойчивый, в репертуаре Ама, ленивый, с легким заявлением своего права на меня. Одной рукой он продолжал удерживать затылок, вторая же пустилась в сладострастное путешествие вдоль спины. В этот момент мне удалось освободить руки, отчего он слегка напрягся в ожидании сопротивления. Но я просто запустила пальцы ему в волосы и… крепко прижала его голову к себе, страстно отвечая на поцелуй.

Все-таки пребывание во тьме творит чудеса. Энергии столько, что, кажется, отдых мне не понадобится еще как минимум неделю. Так бы целовалась и целовалась.

Привыкший к постоянным отказам, Амур явно не ожидал такого поворота. Потому теперь он в свою очередь начал вырываться. Но вцепилась я крепко, и кто сейчас кого соблазнял, понять уже было трудно.

А что такого? Подумаешь, изголодавшаяся по поцелуям девушка, дальше ведь ни-ни. Зачем ворошить прошлое и давать пустые надежды? Сейчас, только еще немножко попользуюсь моментом и…

Взять себя в руки мне стоило неимоверных усилий, но я все-таки собралась, резко его оттолкнула и демонстративно вытерла губы тыльной стороной ладони.

Какое-то время мы просто лежали и, учащенно дыша, смотрели друг на друга. Мои губы распухли, грудь болела, а если бы я еще стояла, то уверена, в ту же секунду потеряла бы равновесие и на радость мужскому самолюбию плюхнулась прямо ему под ноги. Поэтому хорошо, что я лежу. Отвела взгляд, огляделась. Кстати, и лежу в своей кровати, у себя дома.

– Что ты сделал с Олегом? – спросила я, несмотря на то, что все мое тело трепетало от возбуждения и всячески настаивало на продолжение ласк.

– Ничего. – И встретив мой сомневающийся взгляд, добавил – Почти ничего.

– Да прекрати меня поглаживать. Что значит почти? Где он?

– Скажу так, с моей помощью он отправился в вольный полет через растущие недалеко кусты шиповника. Что с ним произошло дальше, не знаю, меня больше ты волновала. Но он определенно жив, иначе я почувствовал бы его смерть.

– Ам, – начала я с серьезным видом, – вот поэтому мы и не можем быть вместе. Каждый раз одно и тоже. Стоит нам сойтись, так обязательно что-нибудь происходит. От переизбытка эмоций я слабею и на радость охотникам теряю бдительность. Мою раскаленную от излишка чувств ауру они фиксируют за несколько метров. И я сейчас не о себе беспокоюсь… просто ты не можешь постоянно меня спасать, иначе когда-нибудь сам пострадаешь.

– Думаешь, Олег все-таки охотник? – спокойно спросил Амур, заправляя за ухо локон, упавший на мою щеку.

Нет, ну что за баран упрямый? Ведь специально же игнорирует.

– Сомневаюсь. А если да, то определенно еще новичок. Ты вообще слышал, что я тебе сказала?

– Да, – и нежно провел кончиками пальцев по щеке.

Я отвела его руку в сторону, потом поднялась с кровати и, снимая на ходу изорванное платье, направилась в душ.

– Хорошо, тогда предлагаю ретироваться с миром, ты согласен?

– Нет, разумеется!

Красноречиво выругавшись, я громко захлопнула за собой дверь.

***

В ванной комнате я быстро сняла нижнее белье и принялась внимательно осматривать небольшую зажившую ранку на внешней стороне левого бедра. Осторожно дотронувшись до нее, приготовилась к болезненным ощущениям, но ничего не почувствовала. Кожа вокруг пореза будто онемела – последствия яда, и насколько могу предполагать, чувствительность после такого посягательства на жизнь вернется еще не скоро. И если бы не Ам, возможно, сейчас я была уже мертва.

– Эх, Ам, Ам. Почему не отпустить меня просто и все?! Ведь ты действительно, когда-нибудь пострадаешь, – вздохнула я.

ГЛАВА 4

Беги детка, беги. И как можно дальше!

Завернувшись в полотенце, я вышла из ванны и пошлепала в спальню. Там я наткнулась на странную картину. Развалившись в кресле, Амур держал в руках ажурные черные трусики, и иронично изогнув бровь, рассматривал их с разных сторон.

– Раньше ты такое не носила.

– Времена меняются, – я нисколько не смутилась, быстрым движением выхватила белье, вернула обратно в верхний ящик расписного комода, – как и мода. И вообще, разве тебе не говорили, что копаться в чужих вещах нехорошо?

Когда обернулась, Амур все так же сидел в кресле, и, скрестив на груди руки, оценивающе разглядывал мои оголенные ноги.

– Хватит на меня глазеть.

– А есть разница между глазением и восхищением? – улыбнулся он.

– Слушай, если тебе нечем заняться, сделай доброе дело – приготовь завтрак. А то мой желудок уже очень громко выражает недовольство.

– После трехдневной диеты этого ожидать стоило, – хмыкнул он и, поднявшись с кресла, направился на кухню, прихватив с собой светлый свитер, который неряшливо свисал с края кровати.

– Я что, спала три дня?

– Ага, и три ночи.

Я проводила его округлившимися от удивления глазами до самой кухни.

Три дня! Ничего себе! Как быстро пролетело время, пока я была в отключке. А мне показалось, что прошло не больше двух часов. Н-да.

Несколько секунд я стояла неподвижно, потом, пожав плечами: ну бывает, что с того, зато наконец-то выспалась, двинулась к шкафу. Открыв дверцу, я отстраненным взглядом уставилась на полки. И почему меня мучает ощущение, что сейчас нужно было думать явно не о завтраке?

Ни разу не подводившая интуиция, которой я доверяла даже больше, чем Аму, почему-то вдруг забила тревогу и настойчиво толкала к каким-то действиям. Хм…

Я повернула голову и с задумчивым видом заскользила по своему отражению в зеркале. Думай, Несса, думай. Проблемы нужно решать по мере их поступления. А раз нет проблем… Или все же есть?..

И меня, наконец-то, осенило.

ЧЕРТ! Это же целых три дня! Удивительно, как они еще не нагрянули за это время. Черт! Черт! Черт!

Сосредоточенная на одной мысли, я отбросила полотенце, потом поспешно натянула джинсы и черную футболку с кельтским серебристым узором кошки. На ходу собрала волосы в хвост, накинула куртку, и, запрыгнув в ботинки, ринулась на кухню.

Ам стоял у плиты и напевал какую-то смешную песенку. Да уж, кулинария явно не его профиль – пахло подгоревшей яичницей и свежим кофе.

– Нам надо уходить отсюда. И чем быстрее, тем лучше.

Он обернулся и протянул мне наполненную кружку ароматным напитком. Схватила ее и сделала два крупных глотка.

– Зачем уходить?

– Затем что…

Меня перебил неожиданно зазвонивший мобильник. По доносившейся из спальни мелодии поняла – Катя. Мигом очутилась в комнате и обнаружила телефон на полу рядом с кроватью. Видимо выпал из кармана платья. Не раздумывая, подняла аппарат и ответила на вызов.

– Где ты была? Почему не отвечала на сообщения? Вадим Сергеевич в бешенстве. Ты пропустила пять лекций. А заменить тебя некому. И вообще, как тебе не стыдно?! Ты меня бросила. Вначале пропал Олег, потом ты испарилась на три дня…Что происходит? – наконец замолчала подруга, фыркая в трубку.

– Кать, прости, мне стыдно, очень стыдно, но сейчас не могу говорить. Я… заболела.

Любимая студенческая отмазка, так как разглагольствовать времени не было.

– Как заболела? Что-то серьезное? – встревожилась она. – А по голосу не скажешь. Может, приехать?

– Не надо. Обычная простуда. Не переживай. Еще день-два поваляюсь в кровати и буду как огурчик. Прости, нужно было позвонить, но… честно говоря, все эти дни я только и делала, что спала. Сейчас уже намного лучше.

Пока Катька молчала и раздумывала над моими словами, я тем временем вернулась на кухню. Амур как ни в чем ни бывало стоял у окна и, держа в руках тарелку с подгоревшей пищей, активно трапезничал.

Совсем с ума сошел? Как можно спокойно есть, когда нас скоро убьют, блин!

Потом он подцепил вилкой очередной кусочек, смутно напоминающий колбасу, и с довольным видом протянул мне. Мол, попробуй, не пожалеешь.

– Ну, ладно. Смотри сама. В случае чего звони.

Покачав головой, отказалась от предложенной «вкуснятины». И как можно есть такую гадость?

– Угу. Пока. Нет, стой. Кать?

– Что?

– Ничего, просто будь осторожна, – пожелала я ей, вспоминая плачевный эпизод с Олегом.

– Странная ты какая-то, Несс. Кстати, забыла сказать, Олег недавно спрашивал у Димы твой адрес. Сказал, что хочет устроить тебе сюрприз. Это так романтично, – мечтательно произнесла подруга. – Ты ему понравилась. Так что жди гостей!

И, словно по сигналу, в этот момент кто-то позвонил в дверь.

Уже дождалась, мрачно заключила я про себя и нажала на кнопку «отбой».

Звонок снова ожил, потом повисла ожидающая тишина. Но для кого как, разумеется. Потому что я отчетливо слышала, как по ту сторону двери шептались некие лица, решая, что им делать дальше. По разговору поняла – об исходе в мою пользу можно было и не мечтать, поскольку указание было – любым способом проникнуть внутрь. И, конечно, во избежание шума самое простое, для начала – это просто взломать замок. Чем, собственно, они и занялись. Хотя такой способ для меня показался странным. Интересно, кто охотникам преподает практическую демонологию? Неужели они на самом деле думают, что обычная отмычка, одна из результативных вещей, которая легко поможет им попасть в квартиру? Нет, ну надо же хоть как-то учитывать демоническую хитрость.

Усилив ментальную защиту двери, мы с Амом побежали в спальню. Конечно, он сразу сообразил, что случилось, и бороться сейчас смысла не было – каждый боялся за жизнь другого, особенно после случая с Олегом. А охотники были, есть и будут всегда. Всех не перебьешь. Уже не в первый раз мы вот так срывались с места и сломя голову уносили ноги. И каждый такой раз я хотела считать последним. Но, УВЫ! Видимо, это наша судьба.

Отодвинув занавеску, Ам открыл балконную дверь, и мы выбрались на балкон.

– Высоко! – присвистнул он, ухватившись за железные перила.

– Так я ближе к звездам.

– Не сомневаюсь, – хмыкнул Амур, зная мою чудную любовь к недостижимому. – Ну что, готова?

Он перекинул через перила сначала одну, потом вторую ногу и протянул мне руку помощи.

– Я сейчас, – бросила ему и тут же на несколько секунд испарилась, оставив в полном недоумении. – Вот теперь готова. – И крепко держа небольшую переносную клетку, проделала те же самые движения.

– А без пернатого никак?

– Слушай, я же не спрашивала тогда, зачем ты прихватил с собой полумертвого терьера.

– Вообще-то это был мой пес.

– А это МОЙ попугай. Так что расправляй крылышки, амиго, сегодня я твой пассажир.

– В смысле?

Внезапный громкий ударный звук в квартире заставил нас вздрогнуть.

– Петруша не переживет телепортацию, – заключила я быстро.

– И как я не подумал об этом, – проворчал Амур, надежно обнимая меня за талию, – только ради тебя, Петруша, – и оттолкнувшись от бетонного выступа, мы камнем полетели вниз.

Ух! С ветерком!

От стремительного приближения к земле мое сердце подпрыгнуло и заколотилось где-то в горле. Скорость падения увеличивалась вместе с адреналином, который УЖЕ превысил все допустимые нормы и теперь молотом стучал в висках. Но я была в восторге. Надо же, сколько удивительных и необычных ощущений пропустила, используя телепорт. Напряжение и экстаз одновременно – это что-то. Просто неописуемое удовольствие. Интересно, Ам тоже это испытывает или уже привык?

После второго этажа сопротивление воздуха резко смягчилось, и мы плавно опустились на землю. Но мой боинг не спешил разжимать объятия, поскольку чувствовал, что сейчас я определенно нуждалась в поддержке и за это была ему очень благодарна. Потому что стоило мне коснуться земли, как ноги тут же подкосились, и если бы не Ам, то сами понимаете, что случилось бы. И, конечно же, при свете дня без лишних очевидцев не обошлось.

– О Господи, свят-свят! – Заохала и перекрестилась какая-то старушка, пока Амур прятал огромные белые крылья, которые раскрыл в самый последний момент и использовал в качестве тормозного парашюта. Потом сморщенное старческое лицо вдруг побледнела, а руки заметно задрожали.

Только этого нам еще не хватало. Хотя бабку можно понять – мы ж как снег на голову, да еще с исчезающими крыльями.

– Спокойно, бабуля, сценический костюм и обычный трюк с подстраховкой. На крыше скрытая камера. Нервничать ни к чему, – произнесла я уверенным тоном первое, что пришло на ум.

Бред, конечно, но эффективный. Старушка сразу проглотила и приняла за чистую правду.

– А разрешение у вас есть на эти трюки-то, – быстренько вернулась она к жизни, потом резво, будто и не было до этого сердечного приступа, поднялась с лавки, и, преградив путь, угрожающе двинулась на нас. – Да я сейчас полицию вызову! Знаю я вас лихачей. Совсем с ума сошли? Все прославиться небось хотите в этом, как его… тик-ток.

Хм… продвинутая бабка.

– Заморочь ее, – предложил Ам.

– Что? Еще угрожаете? – заверещала она, преувеличенно изображая ужас. – Помогите! Хулиганы убивают.

– Да что ж такое-то? – не выдержал Амур, и, расцепив объятие, двинулся к старушке навстречу.

Дальше произошло невероятное. Словно по щелчку, пожилая женщина вмиг утихомирилась, и на некоторое время зависла. Впечатление сложилось такое, будто сейчас она пережила глобальную перезагрузку всей нервной системы, потому что от ее негатива не осталось ни следа. Старушка вдруг повеселела, черты лица смягчились, и уж как-то подозрительно для меня умиленно уставилась на Ама. Тот в свою очередь галантно взял ее за руку и прошептав что-то на ухо, обратно усадил на лавку. Та, продемонстрировав милую беззубую улыбку и расплывшись от счастья, покорно подчинилась. Амур пожелал на прощание крепкого здоровья и неспешно направился ко мне.

Удивительно.

– Куда? – спокойно поинтересовался он, будто спрашивал, о чем-то совершенно обыденном.

Да уж. Его самоконтролю можно только позавидовать. Кстати, это первая характерная черта, которую ценила в нем.

– Думаю.

– Некогда, Несс…

– Да знаю я, – перебила его, лихорадочно осматривая двор и гаражные постройки, боясь, что вот-вот кто-нибудь выскочит из своего укрытия и с сумасшедшим воплем кинется на нас.

Эх, нужно было послушать Катьку и вовремя обзавестись железным конем. Машина сейчас точно б не помешала, и, как назло, ни одной стоящей рядом, которую можно было бы на время позаимствовать. Хотя в понедельник утром этого ожидать стоило. Работу еще никто не отменял. Так что…

– А вот и наше спасение, – улыбнулась я, задержав взгляд на одиноко припаркованном у дальних гаражей мотоцикле.

– Бежим, – моментально среагировал Амур, без лишних вопросов. Это была вторая черта. Все бы так.

Мы успели отбежать на несколько метров, когда из моего подъезда выбежали четверо охотников в черных одеяниях и с криками остановиться, а то хуже будет, бросились нас догонять.

Вот блин, а все из-за этой визгливой пожилой сирены. Столько время потеряли…

Двое рванули наперерез, но перехватить нас не успевали. Самый шустрый попытался схватить меня за волосы, но Ам с размаху врезал по его лицу кулаком. Отличный хук и болезненный – прямо в нос. Отчего охотник сразу ахнул и схватился за пострадавшую часть тела.

В общем-то, и все. Быстро оседлав мотоцикл, рулить предоставила благоверному, поскольку ни черта не смыслила в управлении, и Ам завел его одним словом.

– Что ты сделал с бабкой?

Интересно же. Еще потому, что Амурам строго-настрого запрещено использовать свои возможности в личных целях.

– Влюбил в себя. Держись, – предупредил он и резко крутанул ручку газа.

С оглушающим ревом, словно изголодавшийся по свободе зверь, мотоцикл тут же сорвался с места и увез нас в неизвестность.

***

Спустя двадцать минут, в течение которых оглянулась раз сорок, я убедилась, что никто за нами гнаться не собирался. Да еще бы. С таким рулевым, видимо возомнившим себя гонщиком-экстремалом – то резко тормозил, то так же внезапно разгонялся, то на дикой скорости выделывал невероятные виражи между домами – разве угонишься. Даже полицейский махнул рукой, когда мы вихрем промчались мимо его металлического цвета тарахтелки. Все равно ж не догонит, зачем просто так бензин сжигать. Честно говоря, против такой сумасшедшей поездки я ничего не имела. И в любой другой день сама с удовольствием покаталась бы, но сейчас нужно было думать о другом.

Мой первый крик остановиться Амур пропустил мимо ушей и, переключив скорость, поехал еще быстрее.

– Это не мотоцикл, а ракета! – крикнул он сквозь шум мотора, явно наслаждаясь своим занятием.

– Ты едешь слишком быстро.

– Да ладно! Всего лишь сто пятьдесят! – возмутился он.

Действительно, ерунда какая. Мне-то все равно, а вот прохожим – иногда нас заносило на тротуар – явно не до спокойствия.

Я намертво вцепилась в него ручонками и до боли уперлась в клетку, которую раннее зафиксировала между его спиной и своим животом.

Еще минут пятнадцать мы неслись по главной дороге, обгоняя автомобиль за автомобилем, пока не выехали за город. Но и тут Ам почему-то сбавлять скорость не спешил.

– Останови! – заорала я во всю мочь и сильно сжала его бока.

Словно очнувшись, он резко затормозил, слегка выехав на обочину. Мотоцикл чуть не занесло, но потом он выровнялся и замер.

– Прости, это все эмоции. Давно не ездил просто, – начал провинившийся с оправданий. – Знаешь, а ведь в прошлой жизни я был гепардом…

Это третья черта, которую любила в нем. Всегда, в самый можно сказать напряженный момент, что-нибудь ась, да и ляпнет.

***

– Что ты придумала? Зачем тебе к этому типу?

Мы стояли на обочине и громко спорили.

– Затем, что у меня есть подозрения, что он как-то причастен к моему несостоявшемуся убийству, – я надрывалась, чтобы перекричать шум проезжающих машин.

– Бред! Каким образом? Кроме лысого там больше никого не было.

– Когда появился ты – возможно, но не попрись я за этим красавцем, тебе вообще не пришлось бы меня спасать. Это была заранее подготовленная ловушка, Ам, а вот для кого именно и за что, нам еще только предстоит узнать.

В этот момент оглушающе гудя, и едва не задев мотоцикл, мимо проехала фура. Ам смотрел на меня, совершенно сбитый с толку.

– Я не понимаю. За каким чертом нам что-то узнавать? И так все понятно. Ты демон, они охотники за демонами, вполне обычный для нас с тобой случай. Свалили бы как раньше и все.

– В том то дело, что сейчас не все как раньше, – заорала я, правда не совсем понимала с чего вдруг у меня такое проявление злости.

– А что изменилось, Несс?

– Я… не знаю.

И это была правда. Конечно, нам нужно было поступить как предлагал Ам, но… Вот это, НО меня и беспокоило.

Действительно, Несс, что же изменилось? Может, тебе надоело убегать? Может, ты захотела хоть раз остановиться и дать убедительный отпор? А может, наконец-то решила освободиться от вечного статуса изгоя и спокойно зажить с Амом? Что, Несс?

Вопросы, вопросы, вопросы и туманные, невразумительные, скользкие ответы. Единственное, что я могла сказать точно – это то, что у меня вдруг появилось ну просто огромнейшее желание изменить свою жизнь. Как – пока еще не знала, но определенно чувствовала, что сейчас нужно было вернуться обратно. Зачем – тоже не понимала, но от смерти бегством не избавишься и если суждено, то по крайней мере потом, в конце, если меня все-таки постигнет печальная участь, спокойно, без сожалений, смогу заявить, что я сделала все, чтобы сохранить себе мирное существование.

– Ладно, если ты не хочешь, то тащить силой, как барана на бойню уж точно не собираюсь. Мне же лучше. Сама отправлюсь к нему и все выясню.

– Зачем? – не унимался Ам. – А может, это отговорка? Признайся, Несс, он ведь на самом деле понравился тебе, да? Между прочим, меня ты редко красавчиком называла.

Я подошла к мотоциклу и заглянула в клетку. Петруша чувствовал себя прекрасно – как обычно наводил в крылышках чистоту, потом выпрямилась и насмешливо подняла бровь.

– Ревнуешь?

Решила немного подстегнуть.

– Да.

– Брось, ну обаятельный, ну привлекательный, ну красивый…

– Несс…

– Еще уверенный в себе, умный, потрясающая фигура…

– Несс…

Ам явно начинал злиться.

– Приятный голос, спокойный взгляд…

– НЕССИ!

Я резко замолчала, но ненадолго:

– Тогда не говори глупостей. Кстати, есть еще одна причина, из-за который мы оба должны вернуться назад и наведаться к нему.

– Какая?

– Нам, точнее МНЕ, нужно, навести порядок в ТВОЕМ амурском списке влюбленных. Забыл?.. Или тебе уже плевать на судьбы людей?

Надавила на самое больное.

***

Дом, в котором жил незнакомец, выглядел таинственно – двухэтажное здание, высокое и узкое, оно как бы нависало над самим собой. На каждом уровне были небольшие балконы разного размера. Они придавали стенам неровную ломаную форму. Рядом с домом располагался простой металлический гараж. И стояло это странное здание, до которого мы добрались уже ближе к вечеру, в отдалении от соседей, крайним в ряду.

Погода портилась – дул ледяной, колючий ветер, из-за чего мне не терпелось оказаться внутри. Звонка на двери не было. Но и мы, собственно, не на чай пришли, чтобы соблюдать правила приличия и с деловым видом стучаться в дом. Да и по отсутствующему свету в окнах поняли – хозяина нет. Нам же лучше. Застать врасплох – самая выгодная ситуация. Так что вперед.

Я осмотрелась, дабы убедиться, что из соседних домов за нами никто не наблюдает, передала клетку Аму и мигом очутилась на крыше гаража. Через несколько секунд Амур последовал за мной, но в замедленном темпе, чтобы не повредить Петруше. Одобрительно кивнула и направилась к самому ближнему балкону. На мою удачу, дверца удерживалась простой задвижкой, которую я мысленным образом потянула пальчиком в нужную сторону, обеспечивая тем самым свободный доступ в помещение, без лишнего разбивания стекол. Всё—таки проходить сквозь стены я пока еще не умела. Не тот уровень.

А вообще, во избежание воровской деятельности, устанавливать такие ненадежные защелки как-то странно. О сигнализации молчу, потому что такое средство охраны не всем по карману. Но на прочные замки мог бы и раскошелиться. За костюм, в котором был ресторане, небось приличную сумму отвалил, а тут видимо пожмотничал.

– Все, путь свободен, – прошептала я, услышав щелчок открывшейся двери.

– Ну, наконец-то, а то я уж было подумал, что сноровку потеряла, – подстегнул Ам, открыто демонстрируя недовольство.

В ответ я лишь фыркнула, потому что прекрасно понимала причину его злости. Не хотел он ехать сюда, очень не хотел, но пришлось.

– Одну я тебя не пущу, – это были последние слова, когда мы сели в мотоцикл и направились в другой конец города.

Всю дорогу он молча дулся, а сейчас видимо не выдержал и решил брать ворчанием. Ничего, как надулся, так и сдуешься.

Оказавшись внутри, я осторожно, без лишнего шума закрыла балкон и еще раз обратила внимание на задвижку.

– Слушай, обходиться без дополнительных мер безопасности с его стороны глупо и безответственно.

– А зачем они ему, у него же есть пес, – мрачно заключил Ам, хмуро уставившись куда-то вглубь комнаты.

– Что? – удивилась я, услышав за спиной глухое рычание.

Вот черт, и как я могла забыть. Только этого нам не хватало. Обернувшись, сразу увидела огромную черную собаку, которая стояла в двух метрах от нас, посередине комнаты, и угрожающе обнажив белые клыки, готовилась к нападению. Встреть этого пса в любой другой день, я бы обязательно восхитилась его породистым телом. Но сейчас перед нами был неумолимый страж – губа от возбуждения дрожит, голова и уши напряжены, его кожу покрывала густая, блестящая шерсть, натянутая на восемьдесят килограммов мускулов, готовых к действию. В общем, полный пипец.

– Что ты стоишь, сделай что-нибудь, – прошептала Аму, замерев в неподвижности.

– Что именно? Я ведь амур, а не кинолог.

– Да что угодно… влюби ее в себя, со старушкой же вышло.

– Несс, не говори глупостей. Это же собака.

– Ну а что тогда делать?

– Предлагаю пожертвовать.

– Кем?

– Попугаем. Как отвлекающий маневр сойдёт.

– Живо отдай мне Петрушу. Не позволю.

– Не понимаю, зачем тебе эта птица?

– Просто верни мне его и все. И если уж хочется кем-то жертвовать, жертвуй собой.

– Угу. Я тоже тебя люблю, Несси.

Пока мы препирались, собака снова зарычала, продемонстрировав впечатляющую челюсть, и не мешкая прыгнула на Ама. Среагировал он быстро – поднялся на пару метров вверх и завис прямо над ней. Я в свою очередь мигом переместилась в сторону, едва касаясь бежевого коврового покрытия, и оказалась позади мохнатого бойца.

Попытка успокоить песика эмпатическим импульсом дружбы провалилась в туже секунду, потому что он резко развернулся и кинулся на меня. Единственное, что я успела сделать, прежде чем снова податься сверхскоростному перемещению – это сымпровизировать голосовыми связками тот самый ультразвук, которым обычно отпугивают разбушевавшихся собак, отчего громогласный страж слегка растерялся, притормозил и на несколько секунд прижал уши. Недолгая заминка была как раз кстати – я сорвалась с места, быстренько вскарабкалась, используя книжные полки как лестницу, на высокий шкаф и посмотрела вниз, дабы увидеть, что произошло с животным дальше. Неудачная затея. Потому что песик, как ни в чем, ни, бывало, уже смирно сидел у подножия книжной стенки, и, словно гипнотизируя не сводящим взглядом, смотрел на меня, из-за чего я застыла в тупой неподвижности.

Ух. Не знаю, что точно случилось, но я вдруг услышала резко усиливающееся мощное звуковое излучение, словно бумерангом отскочившее от животного и теперь целенаправленно атакующее меня. Вдобавок этот песик словно магнитом начал притягивать мое тело, и дабы не свалиться вниз, я по инерции крепко вцепилась в деревянную узорчатую перегородку. Икроножные мышцы свело судорогой. Появилось головокружение и резь в животе. До крови прикусила губу, давя рвущийся наружу крик, поскольку не могла больше слышать убивающий громкий сигнал. Это конец, пришло почему-то на ум. Да-да, именно он. Что-то в последнее время я слишком часто задумываюсь о смерти. Неужели и правда пора?.. Нет, надо бороться.

Продолжаю смотреть в маленькие черные глазки мохнатого и понимаю – вырваться из засасывающей бездны не получится. Еще чуть-чуть, и от боли мои руки сами по себе разожмутся, и я рыбкой полечу прямо зверю в пасть. В глазах потемнело, пальцы судорожно пытаются задержать падение, цепляясь за перегородку, но…

– Гром, ко мне! Ко мне мальчик! – раздалось неожиданно.

Тот же глубокий, но уже твердый уверенный голос.

Я устало подняла голову, необходимость сопротивления гипнозу высосала последние силы, и посмотрела в дальний затемненный угол комнаты. Сфокусировала взгляд на силуэте, прячущемуся в тени. Видимо, он находился в комнате достаточное количество времени, выжидательно наблюдая за нами. Немного поддалась вперед и пригляделась. В углу увидела кресло и, конечно же, того самого типа из ресторана.

Послушный хвостатый слуга послушно ретировался в сторону хозяина, преданно улегся у его ног и положил голову на лапы, глаза при этом не закрыл – караулил незваных гостей.

– Так и знал – наполовину демоничка и святой любядеец, – бросил незнакомец с равнодушием. – Стоять, – тут же пригрозил он Аму, когда тот попытался сорваться с места и подлететь ко мне.

Интересно, почему он раньше этого не сделал?

– А вы я посмотрю, совсем не удивлены, – сказала я, тоном в тон, но контролировать эмоции давалось очень тяжело.

– Отчего же, приструнить собаку низкой частотой – задумка весьма интересная.

– Однако безрезультатно.

– Естественно. Это же питомец охотника, а не обычная дворовая псина.

Говорил он медленно, мягким, приторно-сладким голосом, с гнильцой.

Такого поворота событий я не ожидала, потому настороженно покосилась на Ама. Встретила вполне себе предсказуемый взгляд – я же говорил, что не стоило возвращаться.

– Так, значит мы в логове охотника! Весело, – хмыкнула я обреченно.

– Не совсем. Я в отставке.

– От этого мне легче не стало.

Мужчина поднялся и в полумраке уверенной походкой направился к столу возле шкафа, на котором лежала кипа бумаг. И принялся усердно их рассматривать. Необычное, конечно, поведение.

Повисло молчание. Я глянула на Амура. Тот пожал плечами и глазами указал на собаку. Она не сводила с него взгляд. Теперь понятно, почему Ам не может двигаться.

Я снова сконцентрировала внимание на мужчине. Высокий, стройный, немного массивный даже. Темные волосы, темная одежда.

– Как вас зовут? – захотела получше разглядеть его лицо и немного наклонилась вперед, но мою голову снова пронзила нестерпимая боль, а из горла вырвался резкий вздох.

– Хаммэл, можно просто Мэл. Знаете, Гром наполовину сжег вашу нервную систему, поэтому советую обойтись без резких движений.

– Моя нервная система в порядке, – прохрипела я, правда, сомневаясь, что это действительно так. – Какое-то чудное у вас имя – Хаммэл.

– Моя бабушка была наполовину немкой.

Я закрыла глаза, чтобы собраться с мыслями и полностью восстановить контроль над телом. Он был прав – славный песик здорово потрепал нервные ткани и одной медитацией тут теперь не обойдешься, но деваться некуда, попробую, может, все-таки получится.

– Дай ей прийти в себя, – услышала голос Ама. Видимо, ему не так сильно досталось, поскольку держался он уверенно, с наглецой.

Гром снова издал предупреждающий рык, но хозяин мигом приструнил песика, сказав одно слово – лежать.

– Я ж не против, пожалуйста, – последнее Мэл уже произносил развернувшись, потому что почувствовала на себе горячий и обжигающий взгляд. (У Ама же он был более мягкий и нежный) Отчего вдруг отчетливо осознала, насколько беззащитна была сейчас и насколько зависела от его желания помочь. Хотя, с чего бы ему помогать? Ответ на вопрос пришел сам по себе – стоило мне расслабиться, как руки тут же разжались, и я не успела даже охнуть, оказавшись в теплых и сильных объятиях. Открыла глаза и наши взгляды встретились. Секунда молчания – и я оказываюсь на полу. Но мне было достаточно, чтобы разглядеть широкий лоб, выразительный взгляд, причем на тот момент он был крайне неприветливым и четко показывал, что с ним шутки плохи, и твердый, упрямый подбородок, говорящий о силе характера. И если бы его можно было сравнить с хищником, то это непременно был бы лев. В общем, эдакий величественный и властный зверь.

– Несс, как ты?

Убедившись, что неумолимый пес больше не предоставляет никакой опасности, Амур опустился вниз, быстро пересек комнату и присел рядом со мной.

– Мне больно, Ам…

– Знаю. Потерпи, я переложу тебя на диван.

– Тогда… сделай это быстро.

Видимо, мой стонущий крик о помощи прозвучал настолько жалобно, что Ам с умилением протянул:

– Несси…

– Еще раз так назовешь, обещаю вырвать каждое перышко из твоего крыла и…

Я не договорила, потому что ко мне наконец-то снизошел спасительный сон, но прежде, чем провалиться в свой мирный уголок, услышала:

– Серьезная девушка.

Спокойно, холодно, но с неожиданной ноткой уважения.

ГЛАВА 5

Нельзя надеяться на лучший исход,

когда кто-то предлагает тебе сделку

 Не буду повторяться, и рассказывать о приятном времяпрепровождении в подсознательном обиталище, тем более в этот раз, после пережитого напряжения, там мне пришлось весьма несладко. Регенерация нервных клеток полностью истощила и без того скудные запасы темной силы. Собственно, она и лечила меня в подобных случаях. Теперь понимаете, почему я вынуждена пакостить и порой причинять незначительный вред? Обычный допинг для бессмертия. С этим все ясно. Но опять же, как всегда, есть НО. Получилось так, что в процессе восстановления человеческий фактор тоже сыграл немаловажную роль. Я была жутко голодна, что очень сильно отвлекало. Ведь сколько бы я мысленно не убеждала свой желудок потерпеть, он все равно выражал недовольство острой резью с обещанием переварить самого себя. В общем, нужна простая еда – поставщик энергии, без которой обойтись я не могла никак. И немедленно.

   Когда проснулась, я не сразу открыла глаза, но заинтересовано навострила ушки. Потому что то, что услышала, меня в прямом смысле слова позабавило.

– Я могу помочь. Принеси воды, после сна ей очень сильно захочется пить, – выдал Мэл, тем же непринужденным тоном.

– Не смей приближаться. И не нужно указывать, что мне делать.

   Я почувствовала холодный ветерок и легкое, пуховое прикосновение к щеке. Ам заслонил меня.

– Вообще-то вы находитесь на моей территории, в моем доме и девушка лежит на моем диване. И как хозяин, я могу говорить вам все, что посчитаю нужным.

   Рассудительно, логично.

– Разумеется, но откуда Я могу знать, что, подойдя к Несс, вы не придушите ее? Нет, на такой риск не пойду. И так уже помогли, из-за вас она, возможно, уснула на несколько дней.

   Спасибо, милый. На тебя всегда можно положиться.

– Да уж… Тогда спрашиваю просто так, из праздного любопытства, на кой черт вы вторглись ко мне, заранее зная, чем все это может обернуться?

– Затем, что если она что-то вобьет себе в голову, то проще переубедить осла, чем ее.

   Ну… да, согласна, есть такое, но в меру. Не преувеличивай, Ам.

– Я понял, что демоничка упертая натура. Еще в ресторане заметил назойливые ухищрения. Только вопрос был не…

– Я слышал, что ты спросил, – перебил Амур.

– И?

– Что И? Будто сам не знаешь, почему мы здесь.

– Нет. Просветишь?

   Повисло молчание. То ли Амур обдумывал свой ответ, то ли не собирался отвечать вообще. Самое время для того, чтобы вмешаться.

– А можно мне и правда воды? – выдавила я из себя сразу, как только открыла глаза.

Спустя миг Ам развернулся, присел рядом, внимательно вглядываясь в мои глаза. Мэл же отступил в тень.

– Как ты себя чувствуешь?

– На букву х, но не думай, что хорошо, – услышала насмешливый хмык, и покосилась на охотника. – Ам, я пить хочу.

– Да-да, конечно, сейчас… где? – обернулся он к Мэлу.

– По коридору налево.

Амур кивнул, и вновь посмотрев на меня, засомневался. Видимо боялся оставить наедине с хозяином дома, но желание избавить любимую от страданий пересилило, потому поднялся на ноги и со словами «если что кричи», поспешил в указанное направление.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.