Devil’s smile
Можно ли насытить его жажду крови?
Hiroshi Oboro

© Hiroshi Oboro, 2023

ISBN 978-5-0060-6616-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ПРОЛОГ

Явление Демона

Стояла самая обыкновенная июльская ночь. Луна была полной, и освящала даже самые тёмные уголки большого города. Жизнь бурлила даже в самый поздний час. Нокс-сити – За последние несколько лет, из строящегося городка перерос в большой мегаполис. Город должен был стать новой столицей в ближайшее время, но резиденцию президента всё ещё не достроили.

В связи с катастрофой, случившейся недавно, и унесшей несколько десятков тысяч жизней, президент должен был успокоить волнения в стране. Он приехал в Нокс-сити, чтобы официально заявить о переносе столицы. О его приезде, местные власти узнали за неделю до этого, и лишь поэтому многоэтажные дома, обычно сыплющиеся по песчинкам, и общежития с огромными трещинами в стенах, выглядят чуть более опрятно, светофоры работают исправно, а в переулках подростки не ищут спрятанные наркотики.

Молодая страна, почти с самого начала её независимости, утопает в коррупции, и власти безнаказанных чиновников. Сам президент вот уже третий срок занимает свой пост, и выигрывает выборы с нереальным отрывом от оппонентов. Хотя никто из избирателей не помнит чтобы за него голосовал. Неоднократно люди выходили на мирные демонстрации, но каждый раз их жестоко разгоняли силовые структуры, получающие самые высокие зарплаты в стране. После таких демонстраций СМИ всегда приуменьшают количество пострадавших и умалчивают о погибших.

Но в эту лунную ночь, в этом прогнившем до основания городе, был лишь один человек, который отправился на свою работу в приподнятом настроении. Широко улыбаясь, он собирал свои инструменты, Даже не подозревая, что сегодня он отчалит в мир иной.

Исход

[11.07.2038. 21:37]

В большом конференц-зале на сорок четвертом этаже отеля «Атлас» началось тайное совещание президента Николаса Баркса с его «советниками». Пять охранников, три министра, начальник охраны и его новенький заместитель, а также сам президент. Всего одиннадцать персон находились в роскошном помещении, за стальной дверью и бронированными окнами.

Заметив косые взгляды, адресованные непривычному человеку в комнате, Баркс обратился к нему:

– Рэджи, сходи покури.

Поняв в чем дело, Реджинальд Дженсон понятливо кивнул, а затем покинул конференц-зал, несмотря на то, что он с рождения даже не пробовал курить. Видимо у всех присутствующих, он вызывал меньше доверия, чем другие охранники, которые уже не раз оставались в этом конференц-зале.

Дорогой черный костюм, идеально сидел на нём, до того момента, пока он не решил испортить всё, неаккуратно растянув галстук, расстегивая верхнюю пуговицу белой рубашки.

Его наняли на должность заместителя начальника охраны, за большой опыт боевой службы за плечами. В свои сорок с лишним лет, он всегда держал своё тело в тонусе, но сейчас, то-ли из-за плохой экологии в городе, то-ли из-за сковывающего костюма, ему было очень душно и болела голова. Массируя шею, он вышел в коридор и пошёл к кофейному автомату. Он вставил банкноту в купюра-приёмник, и предвещая себе бессонную ночь, выбрал самый крепкий кофе. Но внезапно свет отключился. Автомат был подключен к розетке, поэтому тоже перестал работать. Дженсон посмотрел вверх и словно заговорил с кем-то, расстроенным голосом:

– Неужели я так много прошу?…

Ответом ему стал тусклый красный свет, аварийного освещения, загоревшегося на потолке. Он достал рацию с пояса и начал слушать. По написанному им протоколу, в такой ситуации он должен был услышать поэтажную перекличку, но он слышал только шум помех. Отключение электричества, могло быть просто из-за перепадов напряжения или аварии на электростанции, но радиосвязь можно заглушить только с помощью специальных приспособлений.

– Это не к добру… – сказал он, машинально выхватив пистолет из кобуры, и передернув затвор.

Взглянув на дверь из которой он недавно вышел, он подумал: «Ради кого я это делаю?»

Ещё совсем недавно, он был отставным воякой, с роскошным загородным домом, который только и делал что охотился, рыбачил, и тренировался. Когда сам президент, послал ему письмо с предложением стать его начальником охраны, Дженсон даже не задумываясь отказался, несмотря на жалование. Однако его сыну Чарльзу, совсем недавно вернувшемуся со службы по контракту, хотелось украсить послужной список, службой в составе личной охраны президента.

Дженсон не смог оставить без присмотра единственное, что оставила ему его покойная жена, и согласился на первичное предложение. Нынешний президент ему совсем не приходился по нутру. Дженсон считал его скользким лицемером. Президент в свою очередь тоже ему не доверял, именно по этому Дженсон сейчас находился вне конференц-зала.

Когда он вступил в должность, он сразу заметил что, действующий начальник охраны, часто отсутствует по поручениям президента. А сама охранная система, держалась на двадцати элитных охранниках. Они были ветеранами закалёнными в боях. По крайней мере, так могло показаться если судить лишь по послужному списку. Большинство из них, фактически были фанатами насилия и геноцида. Но для нанимателя, было важно лишь то, что они как никто другой могли выполнять приказы, словно дрессированные псы. Дженсону пришлось нанимать ещё людей, и организовывать Оборонительную расстановку.

Теперь, когда было ясно, что свет отключился не из-за перепада напряжения и не из-за учебной тревоги, Дженсон решил пойти к сыну на двадцатый этаж. Благо для этого лифт всё ещё исправно работал на резервном питании. По пути к лифту он услышал странный шум со стороны комнаты, которую они оборудовали под электро-щитовую. Следом за шумом, последовало и отключение резервного освещения.

– Всё лучше и лучше… – возмущённо прошептал Дженсон, включая фонарь который он всегда носил на поясе.

В тёмной электро-щитовой, которая до этого была комнатой для персонала, в первую очередь бросался в глаза большой генератор, который разбрасывался искрами. Приглядевшись, Дженсон даже разглядел торчащий из него большой газовый ключ.

«Саботаж» подумал Дженсон, продвигаясь всё глубже во тьму.

Из-за угла выскочил мужской силуэт и набросился на Дженсона. Неизвестный засунув большой палец в спусковую скобу пистолета Дженсона, спровоцировал выстрел, отведя его в стену, при этом так сильно сжав затворную раму, что она не передернулась от газоотводной силы. Словив также жёсткий удар по челюсти, Дженсон был профессионально обезоружен. Однако получать удары для него было не впервой, моментально собравшись Дженсон рывком приблизился к обидчику и ударил его по руке своим фонарём, параллельно ослепляя ярким светом фонаря. Выбив таким образом свой пистолет у обидчика, Дженсон продолжил атаку, нацелившись в горло соперника, электро-шекером который находился на обратной стороне фонаря.

В свете продолжительного электрического разряда, Дженсон смог разглядеть лицо своего оппонента. Это был один из его подчинённых, бывший десантник – Арино Версетти.

– Даже щекотно! – сказал Арино не показывая и доли эффекта электрошока.

Телосложением он заметно превосходил Дженсона, особенно это было заметно когда он поднял его схватив за горло, и упёр спиной в стену.

Пинаясь и извиваясь Дженсон пытался вырваться, но всё было тщетно. Его лицо краснело, а в глазах угасала жизнь.

– Я думал ты круче! – сказал Арино глядя в эти глаза. – Даже как-то жаль тебя, мистер «девяносто девять уловок» может прохрипишь хотя бы свои последние слова?

– со… – процедил Дженсон сквозь зубы.

В этот момент открылась дверь, и новый человек с фонарём показался в проёме.

– ЭТО БУДЕТ СОТАЯ!

Пока Арино отвлекся на нежданного гостя, Дженсон наконец дотянулся до тычкового ножа, который был скрыт в подошве его ботинка, и вонзил нож в руку обидчика. Арино с бешеной силой бросил Дженсона в сторону двери. Успев приземлиться на ноги, Дженсон смог сбалансировать не сбив с ног своего спасителя, однако он всё равно перекрыл ему линию огня, чего Арино и добивался.

За ту секунду что Дженсон и его таинственный спаситель провели в коридоре, стоявший в комнате Арино, выхватил детонатор, и нажал на кнопку. В эту же секунду слева от них, со стороны бронированного окна, прогремел оглушающий взрыв, волна которого отбросила их на несколько метров. Пока они пытались вернуть себе, все частички своего разбросанного сознания, Арино спокойно вышел к ним в коридор, надевая странный рюкзак.

Неожиданным спасителем оказался Марк – бывший сослуживцев Дженсона, с которым они побывали на многих операциях.

Дженсон сквозь замутнённое и двоящееся зрение, мог только наблюдать как Арино идёт к образовавшемуся окну.

– До встречи в аду! – самодовольно сказал Арино, прыгнув с высоты около ста пятидесяти метров.

Наконец собрав все остатки сил, Дженсон выхватил из кобуры замешкавшегося Марка пистолет, и пошёл к окну, опираясь о стены, и спотыкаясь.

В свете полной луны, было отчётливо видно как фигура Арино летящего с парашютом, стремится в даль.

– До встречи в аду, ублюдок! – Прицеливаясь в него трясущимися руками сказал Дженсон.

Мушка пистолета в его руках, гуляла словно живая, а фигура Арино казалась мутной точкой на фоне.

Когда он наконец сосредоточившись, сделал выстрел, голова Арино разлетелась на мелкие кусочки. Несмотря на расстояние между ними, это было видно отчётливо.

Подошедший к Дженсону сзади Марк, обомлел от увиденного. Он не понаслышке знал о меткости Дженсона, однако эта сцена была за гранью разумного.

– О-отличный выстрел, босс! – Сказал Марк.

– Это не я! – сказал Дженсон, резко рванув подальше от окна.

Когда Марко его догнал, они прижались к стене.

– Можете объяснить – Какого хрена здесь происходит? – спросил Марко.

– Арино нас предал, похоже его задачей было отключение резервного генератора. – ответил Дженсон.

– Так это он отключил свет? – спросил Марко.

– Если ты не заметил, когда мы сейчас смотрели в окно, весь город был обесточен. Скорее всего они взорвали электростанцию, и где-то неподалеку установили радио-глушилку, скорее всего теле вышки тоже отключены.

– Откуда вы знаете? У вас есть телефон? – спросил Марко, как и все охранники сдавший телефон на входе.

– Я поступил бы также… – Ответил Дженсон. – В общем, мы влипли Марко.

– Так кто убил Арино?

– Видимо его заказчик не оставляет хвостов, если судить по такой логике, наш таинственный снайпер, и есть заказчик, либо их несколько, либо это организация или группировка которая наняла Арино. В общем, рано или поздно они сюда доберутся, и пленных брать точно не будут.

– Что делать то будем, босс? – озадаченно спросил Марко.

– По протоколу, в такой ситуации, кто-то должен пойти на крышу, пустить сигнальную ракету, или Помахать фаерами. Из ближайшей больницы должен прилететь спасательный вертолет, для эвакуации президента, однако я не могу бросить сына здесь, я пойду к нему.

– Если план выгорит, я придержу для вас вертолёт, на несколько минут. – сказал Марко, протягивая руку Дженсону, словно ощущая что это их последняя встреча.

– Только не подставляйся под прицел – сказал Дженсон пожимая ему руку.

– Берегите себя! – ответил Марк.

Когда они разошлись, Дженсон подобрал свой пистолет, и пошёл к лифту. Открыв ключом внешние двери лифта, он посмотрел в шахту. Без электричества лифт конечно не работал, однако Дженсон знал способ быстро спуститься.

– Двадцать этажей вниз? Ну уж нет лестница, не сегодня!

***

Марк поднялся на крышу в спешке, но шесть этажей вверх, дались ему не просто.

– Черт… я… Я не привык к такой физкультуре. – сказал он с отдышкой.

Разбив и взяв из аварийного ящика, сигнальную ракетницу, и пару фаеров, он пригнувшись вышел на крышу, в надежде что находится вне зоны поражения снайпера. Стоя рядом с платформой вертолетной площадки, он заряжал ракетницу, как вдруг от большого железного ящика рядом с ним, послышалось пиканье таймера. Секундой позже, из-за ящика раздался взрыв, волной которого, ящик выбросило с крыши вместе с Марко, которого он сбил.

В отчаянии, слыша лишь шквальный ветер, который обволакивал его тело, Марк кричал:

– Нееееееееее…

Однако в этой ситуации, он был бессилен. От вертолетной площадки, до ящика был прицеплен трос, который в конце концов натянулся до придела, и остановив ящик где-то на девятнадцатом этаже, пробив панорамное окно, залетел в один из номеров.

Марк, по счастливой случайности оказался на безопасной стороне, и когда ящик развернуло, он улетел по инерции прямо на кровать. Пытаясь осознать пережитое, и жадно глотая воздух, обомлевший Марк чувствовал как седеют его волосы. Однако, не пройдя и десяти секунд, кто-то вошёл в номер.

– Ты кто черт тебя дери? – Спросил Марк наставив на него ракетницу.

– О господи! Я Гари! Гари Форестер! Когда вырубился свет, меня послали доложить наверх, и вернуться обратно с инструкциями! – ответил молодой парень подняв руки вверх.

– Скажи пароль, Гари! Нервно сказал Марк.

– Оу-оу мужик остынь! Нам не говорили не о каких паролях! Только не стреляй!

– Ты шёл на двадцатый этаж, за инструкциями, услышал шум, и пришёл сюда так? – спросил Марк, и дождавшись кивка продолжил – как ты так быстро сюда поднялся? И почему ты вошёл сюда спокойно, а не с пушкой на перевес?

– Внизу лифт работает на резервном генераторе с четвертого этажа, а пушку мне не дали, сказали что пораню кого-нибудь. – посмотрев на окровавленный ящик, и на руки Марка, из которых торчали кусочки стекла, Гари продолжил – вам срочно нужна медицинская помощь!

Пока Гари побежал в ванную за аптечкой, Марко позволив себе немного расслабиться на кровати, оглядел свои руки. От адреналина он до этого не замечал как они кровоточили и тряслись.

Гари вернулся с аптечкой.

– Не двигайтесь мистер, я вас перевяжу. – сказал Гари и торопливо начал, перевязку.

– Добрый ты парень Га…

Гари закончил обматывать бинтами его руку и достал ножницы, чтобы их обрезать, однако вместо этого, он вонзил их прямо в грудь Марка.

– А ты везучий! – Сказал Гари, совсем иным голосом. – У тебя есть шанс пережить эту ночь, нужно всего лишь не дёргаться, и не вынимать эти ножницы. И тогда, может быть, тебя кто-то и найдёт.

Гари подошёл к ящику, и приложил к нему руку. Отсканировав его отпечатки пальцев, ящик оказавшийся на самом деле сейфом, открылся, а Гари сбросил с лица силиконовую маску.

***

Первоначально здание было двадцати этажным, а остальные тридцать этажей были достроены позже, когда гостиница набрала популярность. По этому, одна шахта лифта вела от первого до двадцатого этажа, с северной стороны здания, а ещё одна отдельная шахта, вела уже от двадцатого до пятидесятого, с Юго-Восточной стороны.

Весь элитный отряд охраны, включая Чарльза Дженсона, был в сборе. Они уже готовились к «приёму гостей» стояли на позициях и держали оружие наготове. Для презентабельности, обычно все они носили черные костюмы, и лёгкие бронежилеты под рубашкой. Но сейчас можно было заметить что все пиджаки и галстуки, лежат в одном углу. А сами они надели разгрузочные жилеты поверх рубашек.

Со стороны лифта послышался громкий продолжительный скрежет, который оборвался грохотом.

Двое охранников, подошли к лифту и один из них громко спросил:

– Там есть кто? Назовись!

– Да я это! Открывайте придурки! – послышался голос Реджинальда Дженсона в ответ.

Когда они открыли двери лифта, они увидели Дженсона лежащего на двух двуспальных матрасах. Видимо он вытащил их из номеров, и открыв люк в потолке лифта, отстрелил трос. Он знал что в этом лифте есть второй, «страховочный» трос, который медленно натягивается при быстром приближении к самому нижнему этажу.

Выйдя из лифта, Дженсон словно оказался в другом здании. Этаж на вид, отличался от президентских люксов, не только, менее богатым интерьером, но и строением. Через центр этажа проходил достаточно широкий коридор, в середине которого стояла стена с дверью. Стена была сделана из пуленепробиваемого стекла, толщиной с кулак. Через эту дверь, можно было пройти только назвав пароль, который меняется ежечасно. По обе стороны от двери, было два специальных отверстия, со специальными сошками, для установки пулемётов.

В холлах обычно открывался прекрасный панорамный вид на город. Там обычно стояли маленькие столики, удобные кресла и диваны. Но сейчас ничего из этого не было, а на окна были установлены металлические укрепления, чтобы этаж не простреливался снаружи.

Как только Дженсон вышел из лифта, он сразу начал отдавать приказы своим подчинённым:

– Так Парни, это не учебная тревога! Вы все знаете что делать. Установите пулеметы! И освятите ту часть коридора прожектором!

Пока говорил, он подошёл к барной стойке, которая уже несколько дней, представляла собой арсенал. Он взял со стойки штурмовую винтовку, и убеждаясь что в магазине есть патроны, передёрнул затвор. Высокий, лысый мужчина спортивного телосложения, быстро отдал ему честь и начал свой доклад:

– За исключением отключение света и радиосвязи, до вашего появления происшествий не произошло!

Мужчину звали Дэйв, но все называли его дядей, потому что он был здесь самым старшим.

До этого они относились к ситуации не серьезно, так как считали что это учебная тревога, затеянная новеньким заместителем начальника охраны. но после того как увидели местами окровавленный вид Дженсона, они поняли что это не шутки.

Они не могли посмотреть в окна, так как это было слишком опасно. Но если бы они всё-таки решили это сделать, то увидели бы, что электричество отключено во всём городе. Лишь в больницах горел красноватый свет, из резервных источников. В этом здании, телефоны были лишь у президента и у начальника охраны, ради избежание утечки какой-либо информации или слежки. Весь персонал оставлял телефоны на входе. Но Дженсон даже не сомневался в том, что и сотовая связь сейчас не работает. На нижних этажах должны были быть и другие охранники, и войти в здание мимо них было практически не возможно. По этому если «гости» не многочисленны, охрана могла уже с ними разобраться. И если так оно и есть, то кто-то из охранников может прийти сюда, чтобы доложить об этом.

Тактическая идея этой позиции, подразумевало то, что любого пришедшего на этаж, можно было изрешетить из пулеметов. Но без должного освещения, под обстрел без предупреждений могли попасть и «свои».

Дженсон не имел никакой мотивации сражаться, он желал только одного: остаться в живых вместе с сыном. Однако идея улететь на вертолете, вместе с президентом ему в корне не нравилась. Так как тот же снайпер мог сбить вертолёт, мог перестрелять их на крыше или на крышу мог прилететь вражеский вертолёт.

– Скорее всего глушилка радиосвязи, стоит в каком-нибудь фургоне, на подземной парковке. – сказал Дженсон – Нужно сходить туда и уничтожить её. Когда откроем дверь, я возглавлю отряд. Чарли, Пойдешь с нами!

Мужчина лет двадцати пяти, выглядевший самым молодым из всех, обернулся услышав своё имя. Чарльз Дженсон, был сыном Реджинальда, и в отличие от отца, у него не было и мысли о бегстве.

Дженсон старший понимал, что раз уж у вторженцев есть оборудование способное глушить радио связь, значит дело пахнет неприятно. Как бы ему хорошо не платили, этого явно не достаточно чтобы рисковать здесь жизнями вместе с сыном, тем более в компании психов. Он задумал организовать небольшой отряд, и добравшись до парковки сбежать отсюда. Да, бегство не самый мужественный поступок, для такого заслуженного ветерана, и возможно если бы здесь не было единственного человека, которого он хотел уберечь, он бы остался. Но сейчас он должен был выбрать путь с наименьшим риском.

На его слова обернулся также и другой мужчина. Он был весьма крупным, с короткой прической стиля «ирокез». Также он был единственным человеком здесь, из-за спины которого торчала рукоять от мачете. Он был самым вспыльчивым из всех в элитном отряде. Никто не знал как его зовут на самом деле, но он просил называть его Ритнер. Ритнер уловил подозрительный настрой в словах Дженсона, и не смотря на разницу в ранге, озвучил свои мысли:

– Ты что, дезертировать вздумал, А? Мы все и так здесь! Зачем нам связь?

– Нам нужна связь с нижними этажами! – громко ответил Дэйв, чтобы у остальных не было таких вопросов – Вдруг они уже закончили, а мы тут только зря напрягаемся.

– Если хочешь проведать своих ребят из «подтанцовки», валяй! – сказал Ритнер, с ухмылкой положив руку на плечо Чарльза – Но Си-Джей остаётся тут, с нами!

Ритнеру было наплевать на то что его могут уволить, за нарушение субординации, ведь даже если это произойдет, то произойдет завтра, а до завтра нужно ещё дожить. Большой спор с непосредственным начальником грозился разразиться надолго, но его прервал внезапно раздавшийся громкий шум этажом ниже. Никто не знал что это было, но грохот наверняка ощущался даже двумя этажами выше. Все рассредоточенные охранники ниже двадцать первого этажа, должны были собраться на третьем этаже и удерживать позицию. Это были ещё зелёные ребята. «Массовка» – так их называли. Хоть они и прошли подготовку, но опыта им ещё не доставало. Лучшие из лучших находились сейчас здесь, и рядом с президентом. Конечно перебить 30 человек хоть и неопытных, задача не лёгкая, но поговорку «на других надейся, но и сам не плошай» никто не отменял. По этому, услышав шум никто не растерялся, и не начал спрашивать «что это было» все просто приготовились стрелять, и приняли мысль о том, что кроме их самих, им больше никто не поможет.

Эта гостиница, была построена в те времена, когда всё делали на совесть. Все несущие стены и колонны были толстыми, и укреплёнными толстой арматурой внутри. Это настоящая крепость, а не отель.

Кто бы ни были эти «гости» им придётся пересечь этот коридор чтобы пройти дальше.

Два человека стояли по обе стороны от стеклянной двери, за стационарными пулеметами, остальные занимали позиции где могли.

Со стороны лестницы раздался взрыв, и звуки обвала. А после, через несколько секунд, начались выстрелы с той же стороны. Все пригнулись и начали вслушиваться. Выстрелы доносились слабо из-за стекла, и каждый из слышавших мог только гадать из какого оружия ведётся огонь. Более непонятно было кто там так рьяно отстреливается, если на средних этажах кроме элитного отряда никого быть не должно.

Прислушавшись, Дженсон вспомнил как слышал о том, что зарубежный спецназ иногда использует тактические гранаты эмитирующие выстрелы, чтобы отвлечь внимание. Но учитывая что единственный вход на этаж, находится за двадцатью сантиметрами пуленепробиваемого стекла, он решил что это какая то бессмыслица.

Среди них то и дело слышался шепот:

– Тут что-то не так!…

Сэмюель понимал что в такие моменты, отряду, как никогда нужна небольшая но приободряющая речь, для поднятия боевого духа:

– Кто бы там не пришел, ему не выдержать шквал из этих пулеметов! И уж тем более, не перебить элиту сред…

Вдруг в комнате послышался резкий звук металлического скрежета на ряду со стеклянным треском, сразу после которого последовал ещё более странный звук. Словно кто-то ударил бейсбольной битой по арбузу.

Сэмюэл не успел договорить фразу, до того как от его головы, осталась только нижняя челюсть, а в бронированном, двадцати миллиметровым металлом, внешнем окне, появился просвет, размером с мяч для гольфа. Пока все пытались понять, каким образом это произошло, стена снова окрасилась кровью, и уже новый луч лунного света, упал на лицо Дженсона. Когда его разум вышел из состояния шока, он понял что по ним работает снайпер. Хоть ему и не было ясно, как именно снайпер определяет их позиции через бронированное окно, он решил что важнее сейчас уйти из зоны поражения. Дженсон прокричал:

– ОТОЙДИТЕ ОТ ОКОН! ВСЕ ЖИВО В НОМЕРА!

Некоторых из них, облитых с ног до головы кровью товарищей, охватил дикий ужас. Кто-то кричал, а кто-то ещё более пугающе молчал. Те кто не замешкался, побежали толкаясь и спотыкаясь к дверям номеров, которые располагались в стенах коридора. Дженсон почти добежал до ближайшей двери, как вдруг, прямо под пулеметчиками стоявшими возле стеклянной двери, что-то взорвалось. Один из них разделился на две половинки, словно его снизу вверх разрезали пилой в мгновение ока, а второй в этот же момент, потерял ногу и руку по локоть. Дженсон упал на лопатки, останавливаясь и скользя на крови. Поднялась пыль. По вспышкам взрывов, Дженсон заметил что пол под стеклянной дверью, был взорван аккуратно в виде буквы «П». Пол не обвалился в том месте, лишь из-за того, что под бетонным покровом находились толстые прутья арматуры. Дженсона слегка контузило от взрывов, а затем из-за спины его окатило волной теплой крови. Видимо ещё кого-то позади него, пристрелили через окно.

Он попытался встать, но ноги почти не слушались, словно его мышцы и так были переполнены напряжением. В глазах потемнело, и всё стало мутным. Гул в ушах не прекращался напоминая постоянный ветер. Кто-то силой затащил его в номер за шкирку, и поставил на ноги к стене.

Когда его зрения чуть прояснилось, а в ушах перестал звучать звон. Он понял что это был его сын. Дженсон встряхнул головой, и с силой сжал рукоять штурмовой винтовки. Он отодвинул Чарли назад, встал у входа, и посмотрел на место взрыва. Когда пыль чуть рассеялась Пол был на месте, и казалось что на нём спокойно могут попрыгать несколько взрослых мужчин, но от него исходил какой-то странный гул.

– Ищи выход младший! Быстрее выбирайся! – сказал Дженсон сыну, не отводя взгляд от пыльного коридора.

Можно было подумать что атака всё таки провалилась, но с тех пор как начался гул с низу, пол начал прогибаться вниз, образуя собой лестницу, и треща по швам. Когда расщелина стала увеличиваться, оттуда повалили клубы белого дыма.

– Противогазы живо!

Услышав приказ все начали надевать противогазы, которые держали на поясе. В момент когда они надели их, прорезая клубы дыма, из пролома вылетело нечто. Оно было размером чуть меньше чем обычный баллончик дезодоранта. Ударившись о потолок, оно привлекло внимание остальных, и упало на пол. Когда Дженсон пригляделся, он понял что его худшие опасения сбылись.

– ВСПЫШКА! – хором прокричали все кто успел разглядеть этот предмет.

Здесь не было тех кто не знал что делать в этой ситуации, все кто услышал этот возглас, закрыли уши и глаза повторив его для не услышавших. Как только хлопок с оглушительной громкостью прозвучал, все сразу же вернули свое внимание на разлом. Рядом с обгоревшим каркасом свето-шумовой гранаты, уже лежала вторая.

Свето-шумовые гранаты, могли отнять зрение и слух, как минимум на пять минут. А когда ты находишься в зоне боевых действий, это нереально долгий срок.

Дженсон был шокирован. За годы своей службы, он повидал много профессиональных и фанатичных вояк, но мало кто из них мог так хитро и метко метать гранаты.

Этого уже никто не ожидал. Практически все кто выглядывал в коридор, ослепли. Остальные только оглохли или даже получили контузию. Некоторые забрызганные кровью и мозгами бывших товарищей, с которыми когда-то прошли огонь и воду, сидели забившись в уголке и издавали страшные крики идущие из глубин их душ, держа на руках бездыханные тела.

Осталось примерно лишь 6—7 человек, кто ещё мог держать в руках оружие, они смотрели из дверных проемов номеров, пытаясь совладать со страхом неизвестности. Больше всего их пугало отсутствие шума снизу. Ведь если там даже небольшой отряд, они должны были хоть как-то шуметь. В отличие от гогота и боевых кличей толпы, тишина могла означать всё что угодно.

Хлопки от свето-шумовых гранат прогремели ещё трижды. Дженсон перестал слышать всё кроме оглушительного, бесконечного гула в голове. Ноги почему то начали подкашиваться, а глаза закрывались.

Все были в растерянности кроме одного молодого парня, он закинул винтовку на спину, и подхватив Дженсона за шкирку, затащил его самую дальнюю комнату номера, это была ванная. Посадив его к стене напротив открытой двери, сам того не понимая Чарли кричал:

– ТЫ В ПОРЯДКЕ ОТЕЦ?

На его глазах наворачивались слезы. Ему было страшно. Ведь на его глазах умирал человек, чья теплая рука когда-то вела его в школу, а до этого носила в детский сад. Он даже не понимал куда его ранило, но лицо Реджинальда становилось всё бледнее. Он видел только что вся его спина была залита кровью. Когда он ощупал его бронежилет, его руку что-то поцарапало. В районе печени торчало остриё пули размером с указательный палец. Но порезался он о раскрывшийся бутон железа бронежилета вокруг неё.

Когда Дженсон понял что ещё жив, он увидел что из ушей его сына идёт кровь. Вероятно из-за той гранаты, у него лопнули перепонки. Он не почувствовал своё ранение раньше, из-за подскочившего адреналина, он не мог встать, и еле шевелил руками. Любое движение только усиливало кровотечение. Он чувствовал как его одежда мокнет от крови. Из горла что-то рвалось наружу словно изжога, но это тоже была кровь.

Дженсон всегда считал что пока он может держать в руках оружие, он сможет сам отогнать от себя смерть. Он считал что даст фору любому в перестрелке, но в этот раз, он точно знал что он не жилец. Он подумал: «Прости Эми… я не уберёг наше дитя…» это всё что он мог сказать своей покойной жене, встреча с которой так быстро близилась. Вся его жизнь пронеслась перед глазами. Он улыбнулся, вспомнив сцены того как его принимали на работу. Почти каждый раз ему предлагали сигары, но он отказывался. И каждый раз ему говорили « Тебя убьет не рак лёгких!…»

– Вот бы сейчас… кх, кха… закурить… – сказал он, кашляя кровью.

Увидев полосу крови от губ до подбородка отца, Чарли понял что Дженсон скоро пополнит сегодняшний список погибших. Слезы наворачивались на глазах сами собой. Он ни раз участвовал в спецоперациях, но они всегда были успешными и без потерь. Ему стало как никогда одиноко. И в голове промелькнула мысль о том, что он отдал бы всё что нажил, лишь бы снова сходить хоть раз с отцом на охоту.

Дженсон старший понимал что он умрёт при любом раскладе. Он решил преподать своему сыну последний урок. Он с трудом снял с шеи железный армейский жетон, и отдал ему.

– В-возьми! И… Помни! Не забывай сы… сын…

Чарли взял жетон и посмотрел на него держа на весу. На обратной стороне от инициалов, были высечены единственные слова, которые для его отца значили всю его жизнь: « БУДЬ МУЖЧИНОЙ, САЛАГА!»

– Хорошо, отец… – сказал Чарли роняя слёзы.

– Ты… знаешь что делать…

Чарли знал что его отец имеет ввиду. Его на протяжении долгих лет учили этому. Он вытер глаза и встал спиной к стене, рядом с дверью, держа в руках пистолет. Конечно он мог взять и винтовку, которая висела за спиной, но применять компактное оружие – это основы боя в замкнутых пространствах.

***

Тем временем Ритнер стоял в противоположном номере как вкопанный. Он понимал что даже если он выйдет из номера с поднятыми руками, его вряд ли пощадят. Если бы у них было право на капитуляцию, им бы её предложили изначально.

В коридоре потихоньку стихали истошные крики и звуки стрельбы. Именно эти жуткие звуки заставляли его забыть о воле к сражению. Он и сам не заметил что дышит через рот. От этого стекло его противогаза, закрывающее всё лицо, начало запотевать. Он рефлекторно протер его снаружи, но это естественно не помогло. Поняв что он слишком сильно нервничает, он решил сделать жест который его успокаивал в такие моменты. Он вытащил своё мачете из-за спины и крепко сжал рукоять. Когда он выдохнул, его сердцебиение немного стабилизировалось, и успокоились нервы.

Он решил что если он пойдет наверх, к президенту то его всё равно настигнет смерть. Так что единственный выход, это спуститься вниз, под покровом дыма.

Решив что противники уже прошли наверх, он медленно вышел в коридор, и осмотрелся, хотя это не принесло ему никакой информации, из-за того что в дыму он не видел ничего дальше своего носа. Вдруг, раздался знакомый ему звук. Кто-то со стороны стеклянной двери, передёрнул затвор. В этот момент мозг Ритнера автоматически выдал ему решение. Он лег на пол и прижался к нему, словно пытаясь пройти сквозь него. Коридор разразился пулемётными выстрелами. Одна сплошная пулемётная очередь. Это длилось всего секунд сорок, но Ритнеру они показались вечностью. Можно было увидеть как пули с большой кучностью, одна за другой пролетали через коридор, но на самом деле можно было увидеть только каждую пятую, так как они были трассирующими.

Когда выстрелы закончились, видимо из-за того что все патроны были отстрелены, раздался чей-то голос, который словно исходил из динамиков.

– Чего ты там разлёгся? Вставай давай!

В густом дыму было видно лишь до красна нагревшийся ствол пулемета, но для опытного стрелка этого было достаточно. Ритнер поднялся с кровавого пола на колено, и начал стрелять из винтовки, в сторону таинственного пулемётчика. Но она выстрелила лишь раз. Пока он судорожно пытался передёрнуть затвор, и бил по ствольной коробке, нечто неспешно приближалось к нему.

Когда Ритнер понял в чём дело, ему стало дурно.

– Что, затвор залило кровью? Такое бывает… он просто скользит по патронам и не может довести их в ствол. – сказало оно из дыма, словно насмехаясь над его беспомощностью – Ты так и продолжишь сидеть? или возьмёшь свой клинок и умрёшь как мужчина?

Оставив тщетные попытки вернуть винтовку в строй, Ритнер схватил мачете и бросил его в своего обидчика. Когда он понял что оно от чего-то отскочило, он развернулся и побежал в сторону лестничной площадки, ведущей на верх. Но ему в спину прилетело что-то тяжёлое.

– Ты сам выбрал собачью смерть!

Когда он попытался встать, он понял что в него бросили пулемет. Он почувствовал как несколько из спинных позвоночников откликались жгучей болью. Он пожалел о том что не надел бронежилет, когда подумал что тревога учебная. Он не успел даже собраться с мыслями, до того как по его спине прошёлся ещё один удар. Это был уже пинок сверху, прямо по позвоночнику, обувью с железной подошвой. Ему вспомнились его армейские времена, когда он издевался над слабыми солдатами, заставляя их отжиматься, а если они не могли сделать пятьдесят отжиманий, то также их пинал в спину. После подобного, они уже не вставали. Был даже случай когда после такого, один солдат остался калекой неспособным ходить.

Ритнер попытался уползти, но как только он вытянул руку вперед, её пробило его же мачете. Оно прошло насквозь, между лучевой и локтевой костями. От невыносимой боли, Ритнер закричал, но это было лишь начало.

– Тут у вас немного накурено, пора проветривать помещение!

Схватив за мачете, по обе стороны от пробитой руки, его потянули по коридору к окну.

– Нет! Нет! Нет! Пожалуйста!

Он пытался отбиваться руками и ногами, но боль в руке быстро дала ему понять, что так он только делает себе хуже.

– У тебя был шанс, но ты меня разочаровал! Так что…

Его прижали спиной к окну, закрытому дырявым металлом. И поставили на ноги. Он почти не чувствовал ног, но поджилки тряслись сами собой. Он боялся даже сделать движение, не то что думать о сопротивлении. На глазах наворачивались слезы, а лицо стало таким жалостливым, что если бы он сказал что оставит эту работу, и станет монахом или проповедником, ему бы поверил каждый.

Его обидчик, достал из-за пазухи сероватый брикет взрывчатки размером с сигаретную пачку. Ритнер узнал её, это была с4.

Его обидчик приложил брикет к клинку мачете над рукоятью, и с силой воткнул его прямо в живот Ритнера. Ткани на животе были достаточно мягкими, чтобы задумка удалась. Дыхание Ритнера словно застыло на пол пути. Он хотел закричать но не мог издать ни звука. Затем его пнули в грудь, и он своим телом, пробив дырявое железное покрытие, разбил и без того треснувшее стекло.

Последним что он увидел, стала полная луна. Обычно он не придавал ей особого значения, наверное из-за светового загрязнения, присущего всем городам. Но этой ночью, когда весь город погрузился в ночную темноту, луна показалась ему прекраснейшей вещью на свете.

– Бумм…

В коридоре, заполненном мягким гулом ветра, раздался щелчок детонатора. А затем из далека донёсся взрыв. На высоте пятого этажа, тело Ритнера разлетелось на куски, оставив за собой лишь красное облако.

***

Тем временем глаза Дженсона старшего постепенно закрывались. Раньше он видел через дверной проем, как в коридоре охваченном дымом, периодически становилось светло от автоматных очередей. Но сейчас всё стихло словно ничего и не было. Даже весь таинственный туман куда-то выветрился. Ещё бы пять минут такой тишины, и он бы поверил в то, что всё что было до этого, оказалось просто кошмаром.

Он пытался как можно дольше не отключаться, надеясь на чудо. Но его адреналин снова подскочил, когда он увидел того, кто приближается в его сторону. К двери в ванную, через гостиную, шел человек в тяжёлой, черной броне. Из лба закрытого шлема, торчали два красных рога, которые заставляли усомниться в его человечности.

Дженсон мог только наблюдать, как неминуемая смерть идёт к нему. Когда человек в броне вошёл в комнату, Чарли просто застыл. Дженсон мысленно кричал «БЕГИ СЫНОК! БЕГИ!» но парень словно забыл как дышать. Это мгновение показалось Дженсону вечностью. Человек в броне смотрел на Дженсона, и даже не собирался поворачиваться к Чарли. Через мгновение, голову Чарли к стене пригвоздил крупный байонет, из нагрудных ножен. Это случилось так быстро, что Дженсон даже не моргая, заметил произошедшее только в конце. Когда клинок пробивший один весок и вышедший через другой, покинул голову парня, он упал на пол как марионетка без нитей.

Дженсон пожалел о том что не отключился раньше. По его щекам побежали слезы.

– Знаешь, я вижу тепло сквозь стены. – сказал он, тыкнув в красные механические глазницы на шлеме. – Прятаться от меня не было смысла, однако ты уже почти хладный труп! И у тебя почти получилось, мой новомодный био-ключ.

– Демон!… – процедил Дженсон из кровавых уст.

Демон встряхнул нож. Мелкие капли крови разлетелись по полу и стенам.

– Он самый!…

***

[22:00 Конференц-зал]

Президент был почти в панике, ему казалось что даже когда в него когда-то стреляли, ему было менее страшно. Он нервным взглядом посмотрел на сидевшего рядом начальника охраны и сказал:

– Ричи что происходит чёрт побери?

Ричи держался лучше него, до этого момента, но после обращения президента его нервы начали сдавать и он ответил:

– Заткнись тупой старик! Из-за тебя мы все умрём! Если сегодня мы не сдохнем, я улечу в другую страну и сдам тебя с потрохами! Я тебя до сих пор не грохнул, только потому что не знаю зачем ты им нужен, так что заткнись!

От этих слов президенту Барксу стало только хуже, он даже немного побледнел. За последние десять лет, он впервые задумался о всей серьезности злодеяний что он совершил. Остальные персоны находившиеся в зале, пытались сохранять спокойствие, но из-за недавних нападений на Адмирала морского флота, и на Генерала армии, на их лицах было написано что они в ужасе. Те двое не присутствовали в этом зале, потому что они были мертвы, и количество солдат охранявших их, даже если брать по отдельности, было в несколько раза больше чем в нынешней ситуации. Министры сидели за столом и нервно выкуривая сигары одну за другой, и медленно но верно осушали бутылки дорогого виски.

Один из охранников смотревший в монитор, рядом с бронированной дверью, с улыбкой на лице сказал:

– Мистер Дженсон запрашивает разрешение на вход через биометрический пароль!

Лицо президента вернуло себе нормальный цвет и он сказал с облегчением:

– Слава всему святому, я знал что Дженсон не подведёт. Хоть кто-то знает свое дел…

В этот момент что-то со свистом пролетело через окно и попало в левое плечо Ричарда. Пока он падал со стула на пол, он осознал что перед тем как поразить его, пуля пробила позвоночник охранника стоявшего у окна, и голову премьер-министра, сидевшего напротив Ричи. Пока он лёжа на полу стонал от боли, в комнате послышались ещё несколько резких звуков битого стекла и скрежета металла, за которыми последовали глухие звуки падения бездыханных тел. Он приоткрыл глаза, и увидел что все присутствующие в комнате, кроме президента и Ричарда, были убиты.

Через некоторое время, когда остатки его былых навыков, привели его в чувство, он достал свой пистолет из кобуры. Через мгновение, он услышал как женский цифровой голос, из терминала возле двери сказал:

– Агент Дженсон запрашивает разрешение на вход.

Ричи, пригнувшись встал на ноги, не поднимаясь выше стола. Он стоял у стены и смотрел в сторону двери. Почти все двери на этом этаже открываются после подтверждения анализа сетчатки, но только эта дверь требовала также и, подтверждения разрешения изнутри.

От стены послышались два глухих хлопка, а затем взрыв. Осколки бетонной стены разлетелись по комнате, поднимая пыль. Ричи отбросило взрывом к окну и он ударился спиной, о нижнюю часть перевёрнутого на бок стола. Он чуть не потерял сознание, но подняться он уже не мог, из-за большого куска стены, придавившего ему ноги. Он вытер глаза от песчинок прилетевших ему прямо в лицо.

Из появившейся дыры в стене, сквозь стоящую столбом пыль, в комнату вошёл человек в тяжёлой черной броне, с рогами на шлеме. Броня была такой черной что казалось что она сама поглощает свет. Такую экипировку, Ричи видел только на эскизах футуристичных экзо-скелетов, на ярмарках военных разработок. Помимо брони, в его образе ярко выделялся японский меч на поясе. Как только он вошёл, он бросил что-то на пол. Как и предполагал Ричи, это была голова Дженсона.

Ричи вздрогнул от испуга, к нему наяву явился его кошмар, который он видел во снах уже три ночи подряд. Его тело налилось страхом, казалось что пошевелиться самостоятельно было нереально.

– Де-де ДЕМОН!

Человек в броне заметив что за один день, его назвали по прозвищу уже дважды, раскинув руки в стороны сказал:

– Моя популярность растёт! Я так понимаю ты Ричард… – сказал демон глядя на его состояние. – Как ни посмотри а ты очень тупой, будь ты умнее, претворился бы мёртвым. А вот твой заместитель, мужик был умный, башка у него была тяжеленая!

– Т-ты, ты… ты ведь мог просто привести его! Зачем было так… – спросил Ричард, глядя на голову Дженсона.

– Знаешь, живыми «био-ключи» весят больше, сопротивляются, в общем от них одни неприятности. Если тебе его жаль, то не стоило включать его в «белый список».

Демон достал из кармана два человеческих глаза, и бросил один Ричарду, а второй Барксу.

– Знаешь, когда пытаешься открыть дверь с помощью головы, то ничего не выходит, потому что глаза закатываются и смотрят вверх. Кстати, почему у вас нет биометрических сканеров отпечатков пальцев? Ты вообще знаешь как тяжело отрезать «ключи» не запачкав их кровью? Столько стараний в пустую!

Со стороны президента послышался мерзкий звук, когда Ричи повернул голову в его сторону, он увидел то что в принципе и предполагал.

Президент немного вышедший из состояния шока и оцепенения, начал блевать от всего увиденного. Даже если бы он подумал тысячи раз, ему бы никогда не пришло в голову что можно найти такое применение человеческой голове. Брызги крови, внутренности и мозги его советников, всё это предстало сейчас перед его глазами.

Ричарда увидевшего насколько брезглив и жалок тиран, которого ему приходилось терпеть уже очень давно, немного отпустило чувство ужаса. Чувство отвращения к Барксу, в нём нарастало всё больше и больше, так как именно из-за него они сейчас находятся в этой ситуации.

– Чертов слабак!

Демон бросил на пол в сторону президента нож. Это был церемониальный танто.

– Можешь выбрать: умереть с честью… или как пёс.

Пришедший в себя президент решил попытаться решить всё привычным способом.

– Я… я не знаю сколько тебе там заплатили, но я могу дать больше! Намного больше! Сколько? Десять миллионов? Двадцать? Хорошо, миллиард!

– Дело не в деньгах… – сказал Демон – У меня их даже больше чем у тебя! Просто я умею убивать. Иногда тихо иногда громко, иногда красиво иногда не очень. Но кого можно убивать? Мирных граждан? Тебе может быть, и было интересно это делать, может ты чувствуешь себя богом в эти моменты, но для меня имеет смысл, только бросать вызов и сражаться с теми, кто смерти заслуживает! Например такие ублюдки как ты! Сидишь на кровавом троне, и наслаждаешься покладистостью своего народа.

– Я пастух! А они овцы! – перебил его президент. – Это я защищаю их от волков! Я даю им закон и порядок!

Демон схватил его за горло, и подняв с места сказал:

– Постух убивает овец чаще волков. Думай о себе что хочешь, но убийствам невинных нет оправдания! Ты наверняка сладко спал даже после убийств тысяч женщин и детей!

Демон бросил его на большой обломок стены, и наступил на спину. Баркс чуть придя в себя, решил парировать тем аргументом которым он себя оправдывал перед самим собой:

– Думаешь я прямо такой уж тиран и диктатор? Да кто угодно на моём месте, делал бы всё тоже самое! Не имеет значения кто у власти! Потому что править можно только так! Либо каждые три года, у руля страны будет сидеть просто новая цирковая обезьянка, Которая ничего не будет значить! Народу нужен кнут! Думаешь убьёшь меня и всё изменится? А вот хрен там! Ты просто сменишь одного тирана на другого!

– Мне не важно что будет с твоим народом. Я дам им шанс на перемены, а не ошибиться на выборах снова, это их задача. Ты для меня лишь очередной ублюдок заслуживающий смерти, не ты первый и не ты последний.

– Ты, ты ведь просто убийца! – сказал Ричард. – Ты убиваешь просто чтобы утешить своё эго! Ты даже не собираешься останавливаться! Гореть тебе в аду за всё содеянное!

– Да, я тоже убийца! И нет мне оправдания! Но оставлять в живых таких ублюдков как вы, это само по себе грех! Палач всегда хуже преступника, однако я не оправдываюсь. Пусть лучше будет один сильный палач, чем множество тиранов.

Лицо президента побледнело, а глаза полнились отчаянием. Раньше он встречал людей с твердыми принципами, но не понимал их, и поэтому избавлялся.

Ричи выхватил пистолет хоть и знал что его пистолет калибра 9мм, максимум только поцарапает его броню. Его целью была граната в кармане Демона. Он счёл что если есть хоть малейший шанс спастись, то он обязан им воспользоваться. Он много практиковался в стрельбе на вскидку, и был почти уверен что с этого расстояния попадет по ней.

Прозвучал выстрел…

Что-то промелькнуло и врезалось в стол, возле его головы. Ричард почувствовал жгучую боль в правой руке, и застонал еле сдерживая крик. Посмотрев на неё, он увидел лишь груду искорёженного металла с пистолетной рукоятью. Его указательный палец был сломан и совсем не шевелился.

Ричи посмотрел на Демона державшего в руке большой револьвер, из которого он выстрелил прямо в ствол его пистолета. Корчась от боли, Ричи в бешенстве проревел:

– Чёрт побери… Агх… ты ведь всё равно меня убьешь, так чего тянуть? Твою мать, как же больно.

– Прогресс не стоит на месте, хотя в вашей стране это лишь пустой звук. Давай я тебя познакомлю с пятидесятым калибром. Стоит только купить пару на чёрном рынке, сделать магазин побольше, и поставить их на манипулятор в соседнем здании, и теперь вся это чертова крепость прошивается насквозь пятидесятым калибром!

Демон достал небольшой планшет из подсумка, и сделал два нажатия. В следующую секунду две пули с коротким интервалом, сквозь стол, пробили грудь Ричарда прошивая его бронежилет на сквозь, образуя в воздухе два алых облака. Демон мог изначально убить президента выстрелом сквозь окно, однако для этого ему нужно было знать где он находится. Для определения тепловых сигнатур, он носил с собой небольшое приспособление которое оставлял этажом ниже, оно улавливало тепло, и передавало картинку на его шлем, и на планшет управления винтовками.

Демон, мысленно попрощавшись с бывшим собеседником, бросил планшет на пол, и обратил своё внимание, на президента, который отчаянно пытался вырваться из под его ноги.

– Уже заскучал?

Большим пальцем левой руки, которой он держал ножны, он вытащил клинок из них, на несколько сантиметров, а затем правой рукой плавно изъял черный клинок из ножен. Ценители сказали бы что это была традиционная японская катана, с очень красивой и аккуратной оплёткой рукояти. Настоящий инструмент для торжественных убийств.

От звонкого звука Баркс оцепенел, но поняв что его ждёт, он начал тщетно извиваться из последних сил. Демон прострелил ему оба плеча, и колени. Баркс почувствовал как частицы его раздробленных костей пронзают его же сухожилия. Он кричал от боли не в силах сдерживаться.

– Не дёргайся. – сказал Демон убирая с него ногу.

Он встал по левую руку от него, и занёс катану над головой со словами:

– Попрощайся со своей никчёмной головой, господин президент!

Плавным и резким движением руки, голова идеально отсеклась от тела. Такому аккуратному разрезу позавидовала бы даже гильотина. Голова медленно сползла с плеч, оголяя артерии фонтанирующие кровью.

Одновременно с головой, на пол упала и броня Демона, а сам он словно растворился в воздухе.

Глава I

Гость Великого Леса

Сильве-рид – это огромный материк, один из тринадцати тому подобных. Местные жители не знали точного смысла его названия, но предполагали что оно означает «Лесной мир». Такие мысли были не без основанными, так как большая часть материка была покрыта именно высоким и густым лесом. Именно на этом континенте уцелел последний храм желаний. Храм погрузился под землю почти полностью. Единственный его прихожанин, скончался уже очень давно, он лежал перед каменным плитным ящиком для пожертвований. Точнее там лежали его ссохшиеся кости. В этот ящик в своё время было положено не мало золота, но обычно оно исчезало так и не коснувшись дна ящика. Но если судить по скелету прихожанина, и по лежавшему внутри ящика, покрытому пылью, килограммовому самородку, в последний раз на небеса отправилось не золото, а душа прихожанина.

История тайных храмов начинается с легенды о боге жадности. Это был бог алчность которого, вызывало отвращение среди других богов. Когда он решил стать единственным владыкой божественной земли, другие боги, приложив немало усилий смогли победить его. Его золотая кровь градом разлетелась по всему единому материку, а сам бог жадности без сил упал с небес на землю. Из последних сил, тогда он создал двенадцать подручных, чтобы те создали на земле храмы в его честь, и выполняли любые прихоти прихожан за золото. В храме можно было попросить что угодно, от хорошего урожая, до помощи в грядущей войне. Естественно цена была высока, поэтому прихожанами этих храмов были местные правители. В те времена правители были готовы на всё ради успехов. Они просили всё больше, и пожиная плоды своих успехов, они несли всё больше золота в храмы. Простолюдины не знали в чём заключалась истинная ценность золота, но видя такую жадность в своих королях, стали ценить его и сами.

С тех пор прошло много воин, были пролиты моря крови, и всё ради золота и власти. Не в силах смотреть сквозь пальцы на такую дикость, богиня баланса и равновесия отделила все разнящиеся народы, и расы друг от друга, разделив один огромный материк на тринадцать маленьких. Изгнанного бога жадности, с его порождениями, она запечатала в жерле вулкана, на острове оставшемся в центре – Аркторне. И с тех самых пор, тайные храмы канули в небытие. Но не смотря на то что этот храм уже почти был на грани обращения в руины, он ещё послужит свою последнюю службу.

Часть первая: Прибытие

Великий лес Фрид. Лес состоявший из деревьев возраст которых измерялся не веками, а тысячелетиями. Они были столь высоки, что казалось достают до небес. Несмотря на количество хищников в этом лесу, он отличался спокойной и безмятежной атмосферой.

Жизнь в этих краях протекала медленно и не торопливо. Но словно решив развеять всю гармонию этого леса, в его глуби застрекотали громкие звуки. Словно бушующие всплески электроэнергии, собой они заполнили несколько километровый радиус. В их эпицентре стоял старый алтарь. Местные жители поговаривали, что он когда то был частью храма нечестивого бога, и поэтому они старались обходить это место стороной. Раскатывающийся с невероятным шумом, клубок ослепительно белой сферы, похожей на шаровую молнию, плавно но стремительно уменьшался. Когда он достиг размера чуть меньше двух метров, он исчез, создав ещё более громкий хлопок, и оставив на своём месте лишь молодого мужчину с мечом.

На вид ему было около 20—25 лет. Его угольно черные волосы были слегка взъерошены, словно с него сняли мотоциклетный шлем. Безупречно красивое лицо имело аккуратные черты, словно было рукотворным. Его кожа была слегка бледной, из-за редких контактов с солнцем. Но от него веяло свежестью и бодростью. Его рост составлял ровно 180 сантиметров. Он стоял в позе будто только что что-то разрубил своим мечом, а ножны от его меча, которые должны были быть на поясе, висели в воздухе словно подвешенные.

Он был спортивно сложен, и хорош собой. Черная рубашка из военной ткани, покрытая карманами, такие же черные армейские штаны и ботинки, выглядели так словно его выдернули из спец операции. Обе его руки крепко сжимали рукоять японского меча, почти касающегося земли кончиком клинка.

Его меч был отдельной темой для обсуждений. Это была катана, с немного удлиненной рукоятью, из-за разделяющего её по середине, золотого обода. Она была больше похожа на произведение искусства, нежели на оружие. Гарда в виде завивающегося дракона, и навершие рукояти в виде компактно сложенного хвоста этого же дракона, были отлиты из чистого золота. Черная оплётка рукояти была выполнена из качественных шнуров, а муфту у клинка украшал герб некогда известнейших кузнецов Японии. Это был герб клана «Игараши ” он выглядел как четырех конечная звезда. На навершие черных ножен, тоже была выгравирована золотая фигура дракона с открытой пастью.

Клинок был полностью матово чёрным. Металл из которого он был выкован был окутан тайнами клана. Эксперты и коллекционеры дали бы ей начальную цену на аукционе не менее 5 000 000$. Даже учитывая что катаны обычно достигают максимальной цены в 50 000$ с натяжкой. Элементы этого меча сделанные из золота, некогда самым лучшим ювелиром Японии, составляли только 50 000$ от общей цены. Ценность этой катаны была скорее научной, потому что в своё время, каждому японцу было известно что самые крепкие мечи делали в клане Игараши, но никому так и не удалось узнать почему.

Надпись на клинке над гардой гласила “ 理想» (Ri-so) Что в переводе означает «Идеальный». Надписи на клинках, делались только на мечах которые были подарены знатным людям в знак уважения, и на мечах которые главы клана выковывали для себя. Из-за оригинальности каллиграфического стиля этого клана, они тоже повышали ценность меча.

По клинку, от середины до кончика, медленно стекала кровь. Но на мужчине не было и намёка на ранения или даже царапину. Его зрачки были белыми как у слепого, но как только шум прекратился, и ножны от его катаны упали на землю, поддаваясь силе притяжения, его глаза приобрели его обычный, темный оттенок, словно с них сняли пелену. Когда его сознание вернулось в тело, яркий солнечный свет заполнил его взор. Его глаза привыкшие к полумраку, бессознательно прищурились, а рука быстро устремилась прикрыть глаза от света.

– Что за?…

В его мужественном голосе, можно было уловить нотки искреннего недоумения, и раздражения. Когда его глаза адаптировались к освещению, он оглянулся вокруг. Его ошеломил тот факт, что картина представшая перед ним сейчас, в корне отличалась от места где он находился мгновение назад. Его окружал лес из высоких и толстых причудливых деревьев. Шорох листвы ласкал его слух, словно импровизированная симфония самой природы. Для полной картины, не хватало лишь пения птиц, но видимо они все разлетелись, испугавшись звука, который предшествовал появлению мужчины. Возможно чувство совершенства, появлялось из-за того что сюда ещё не ступала нога человека. Об этом можно было легко догадаться, по отсутствию разбросанного мусора вокруг.

Он так долго не был в столь светлых и чистых местах, что ущипнул себя за руку, чтобы проверить сон ли это, но боль он почувствовал реальную.

– Не сон…

Он посмотрел под ноги чтобы понять на чём стоит. Это была замшелая округлая, каменная плита. Не смотря на её древний внешний вид, плита была настолько ровной, что глядя на неё на ум сразу приходят утверждения уфологов, на счёт существования пришельцев. Гравировка на ней была весьма причудливой или даже странной. Ровные линии с фиолетовыми вкраплениями, были исполнены столь аккуратно, что казалось их создали с помощью специальной техники, на заводе. Три круга таких линий, возрастая разветвлялись от центра до края алтаря. Также от центра вели в разные стороны три линии. Они обвивали три дугообразные колонны, растущие с трёх сторон алтаря, и соединялись в трёх метрах над головой мужчины. Вдоль линии были выгравированы различные символы и руны.

От алтаря вела в даль вымощенная камнем тропа, выглядевшая давно заброшенной, из-за местами росших поверх неё крупных корней деревьев, и травы растущей из промежутков между ровно выточенных камней.

Мужчина резким взмахом меча, сбросил постепенно густеющую кровь с катаны. Металл из которого она выкована был столь плотным, что от крови на ней не осталось и следа. Оглянувшись вокруг, Он громко сказал:

– Здесь кто-нибудь есть?

Но ответом ему был лишь шум листвы, качающейся на ветру.

Налюбовавшись видами вокруг, он погрузился в раздумья. Решив разобраться в происходящем по порядку, на повестку дня, на собрании в своей голове, он поставил три вопроса:

Первым был вопрос – «Где я?»

Он понимал что он в лесу, но не мог определить в какой он стране. За свою двадцати четырех летнюю жизнь, он не мало успел попутешествовать. И повидал немало лесов, джунглей и растений в целом, но никогда не видел таких гигантских и причудливых деревьев. А ещё больше его смущал каменный алтарь, со странными рунами.

Решив оставить этот вопрос без ответа, он перешёл к следующему.

Вопрос номер два – «Как я здесь оказался?»

Если учитывать время в котором он жил, время в котором города утопали в собственном мусоре, а заводы отравляли всё живое, то можно было бы предположить что это место походило на рай. Но он мог точно сказать что он не умер, перед появлением здесь. Да и если бы рай действительно существовал, вряд ли бы туда пустили лучшего наёмного убийцу в мире. В кругах государственных спец-служб, его называли – Дэвил, что в переводе с английского означает «Дьявол». Хотя они и старались скрывать его существования, чтобы не сеять панику в общественности, и скрыть тот факт, что его не могут поймать уже несколько лет. Его всё чаще и чаще узнавали те, по чью душу он являлся, так как он успел стать ночным кошмаром всех высокопоставленных, недобросовестных чиновников.

Прокручивая самые разные мысли в голове, он пришел к выводу что он сюда телепортировался. Эта мысль показалась бы ему бредом или галлюцинациями, если бы не аромат растений и свежей почвы, который вызывал у него желание вдыхать чаще. Допустив мысли о магии, он снова внимательно осмотрелся, предположив что кто-то призвал его сюда. Но рядом точно никого не было. Слегка помотав головой, он продолжил раздумья. Похоже этот вопрос тоже не найдёт ответа в ближайшее время.

Ну и наконец третий вопрос, который по сравнению с предыдущими сейчас реально важен – «Что делать?»

На своё удивление, он не был голоден и совсем не устал. Хотя ещё несколько минут назад собирался закончить работу, которой он уделил весь день, пойти домой, плотно поесть и плюхнуться в кровать на пару дней. Ему его бодрое состояние показалось немного странным, но особого значения он этому не придал.

Для него, опытного выживальщика, было очевидно что оставаться здесь глупо, потому что так он ничего не узнает, и попусту потратит время и энергию. Он взглянул на вымощенную каменными кирпичами тропу. Здесь она, если не считать алтарь, была единственным признаком цивилизации, а значит должна вести к населённому пункту. Решив добраться туда до темноты, он взглянул на верх. Солнце стояло прямо над ним ознаменуя полдень. Он поднял ножны, и вернув в них меч, он спокойно пошёл по тропе.

Часть вторая: Дети Леса

В самый обычный летний день, великий лес Фрид кипел своей повседневной жизнью. Так как он занимал одну с половиной трети острова, в нём располагалось не малое количество жилых деревень, и несколько городов. Неподалеку от одной из деревушек, у одной из рек, проходивших через весь остров, от северных гор, до южных джунглей, стояло небольшое деревянное сооружение, напоминающие пирс для лодок. Мальчик, на вид лет 10-12-ти сидел на нём, и привязывал к нему новую доску. С его головы покрытой золотистыми, и слегка кудрявыми волосами, то и дело сбегали капельки пота, из-за летней жары. По бокам из волос торчали длинные уши, с заострёнными концами, они и выдавали расу ребенка. Это был маленький эльф. Его звали Гарнер. Он периодически вытирал лоб рукавом своей голубой рубашки а кожаную жилетку. Лук и колчан стрел, он повесил на торчащую из воды палку.

Обычно он в это время бездельничал, и слонялся по лесу, практикуясь в стрельбе из лука. Но недавно он набрёл на это место. Прямо посреди реки стоял небольшой островок, обтекаемый водой с обеих сторон. Он хотел обустроить на нём свой «секретный штаб» и проводить время, обустраивая там шалаш. По началу он хотел принести веревку, и перебираться на остров сделав тарзанку. Но из-за сильного течения, и отсутствие навыков плавания, он решил отказаться от этой затеи.

На берегу островка питались травой мелкие существа, покрытые зелёным мехом, и похожие на кроликов. Не считая окрас, отличием было только то что эти существа были в два раза меньше. Видимо они пробрались на остров когда река замёрзла. Этот вид местных животных, по словам его дедушки, питается исключительно корнями сорняковых растений. По этой причине, они были крайне полезны в хозяйстве. Если их пустить на поле, то можно было бы забыть о прополке, а если разводить, то можно неплохо озолотиться на продаже. Приручить их было не просто, а вот потерять в кустах было очень легко, из-за зелёного окраса. Но они не отходили далеко друг от друга, поэтому чтобы их разводить, было достаточно найти пару, и лишь по очереди выпускать пастись.

Строить мост на остров, Гарнера мотивировали мысли о похвале от родителей, которую он получит изловив пару таких кроликов домой, он не думал что с ними делать дальше. Он не хотел раскрывать взрослым, местоположение своего будущего «секретного штаба» поэтому занимался этим в одиночку.

Дедушка его учил беречь лес и его жителей, поэтому он хотел также уберечь кроликов от голодной смерти, которая им будет грозить, когда они съедят все сорняки на островке. Он находил в лесу старые, сухие деревья и спиливал их ветки на доски, для своего моста. Живые деревья он не трогал, не только потому что его учили их беречь, а потому что в этих краях никому такое даже в голову не приходило.

Наконец привязав доску, он решил проверить её на прочность, как и все предыдущие. Он медленно и осторожно на неё наступил. Когда он перенес весь центр тяжести на ступающую ногу, доска чуть скрипнула, но в остальном её задача была выполнена. Выдохнув с облегчением, он встал на неё обеими ногами. Убедившись что доска его выдерживает, он гордо улыбнулся. Но, ребяческое любопытство и извечный вопрос в голове « А что если?…» не давал ему покоя. Он прыгнул на доске и…

Доска оказалась слишком ветхой, чтобы выдержать последний этап его испытаний. Ровно по центру, она сломалась под его ногами. Падая в реку он успел схватится за палку со своими вещами, но и она потекла по реке в след за ним.

Течение было сильным. Настолько сильным, что даже если бы он умел плавать, это почти никак не повлияло бы на ситуацию. Он стекался по реке, панически размахивая руками в воде. Хоть он и знал что его никто не услышит, потому что он был очень далеко от дома, он пытался звать на помощь. Из-за того что он не мог постоянно находится на поверхности, его мольбы о помощи звучали как:

– По… гите…

Но когда сила притяжения снова забрала его с головой в воду, он не успел сделать вдох и хлебнул воды.

Здесь нигде не было ни заводов ни фабрик, в воду не сливали никаких химикатов, и не сплавляли мусор. Но чистой и приятной на вкус, её назвать было нельзя, из-за запаха лягушек и рыбы.

Его детскую голову посетила мысль о том, что это и есть его конец. Ему должно было исполняться двадцать четыре года через два дня. По эльфийским меркам он был ещё совсем ребенком. Мысли о том, что через два дня, вместо звуков веселья, из его дома будет доноситься лишь плачь его родителей, кольнула его в сердце. Он Шёл на дно пока течение несло его дальше. Мысли о скорой смерти уже почти заполонили его сознание. Как вдруг, кончик ноги коснулся илистого дна, и уносимый течением про скользил по нему.

За долю секунды, мозг среагировал и осознал что сдаваться рано. Он оттолкнулся от дна, и всплыл на поверхность. Он перестал звать на помощь, так как понял что от этого ему только труднее, и постарался выровнять дыхание. Постепенно он научился оставаться на плаву, за счёт плавных и симметричных движений рук и ног, больше не заглатывая воду на вдохе. Он научился плавать, может и не до конца, но этого было достаточно чтобы не утонуть. Тысячи лет эволюции и выработка инстинктов, всё ещё не были убиты в нём, чрезмерной родительский заботой. Но у него не было времени собой гордиться. Чем дальше его несло, тем шире становилась река, и слабее течение. Спустя двадцать минут борьбы с водой, его наконец вынесло на мелководную, каменистую заводь.

Он выкарабкался на берег, словно оставив все силы в воде. Он дополз до согретых солнцем камней, и перевернулся на спину.

– Я думал утону! – Сказал он и по детски рассмеялся

Разлегшись на камнях он закрыл глаза. Летнее солнце было в зените и просвечивало через закрытые веки, но это не мешало ему заслуженно расслабиться. Улетучившаяся через несколько минут усталость, оставила после себя мысль, которая заставила его резко встать и пойти к реке. Увидев что все его вещи лежат в воде, прибившись к камням, он вздохнул с облегчением. Лук и колчан, были подарком его дедушки, ему было бы очень обидно, если бы он их потерял.

Отдельная заводь в которую его занесло, была ему знакома. Она была искусственно создана, местными эльфами. Он иногда приходил сюда, купаться с родителями. По вечерам, здесь не редко можно было встретить влюбленных парочек, романтично проводивших время, а по утрам любителей закаляться.

От берега до центра заводи, тянулся каменный выступ. Он выглядывал из воды на три метра. Гарнер видел раньше как взрослые прыгали с него в воду. Тогда он тоже хотел прыгнуть, но в отличие от него нынешнего, смелости и умения плавать ему не хватало. Он посмотрел на выступ и решил, что в этот раз он сможет с него прыгнуть, тем более взрослых, которые бы его отговаривали здесь не было. Ловко взобравшись на вершину, он посмотрел вниз. Боязни высоты у него не было, потому что он часто лазал по деревьям. Но было ощущение, что из глубины на него кто-то смотрит в ответ. Почти вся его храбрость исчезла, став жертвой его собственной фантазии. Он глубоко вдохнул, а затем выдохнул пытаясь успокоиться.

Вдруг кончики его ушей слегка дрогнули, улавливая странный шум. Он посмотрел в ту сторону, и стрекочущий хлопок, эхом дошел до его ушей. С той стороны леса взлетела свора птиц, и разлетелась в разные стороны.

Звук показался ему странным, потому что никаких магических зверей в этом лесу не было. Этот район находился далеко от демонических подземелий, поэтому и монстров там быть не должно.

Его детская фантазия, выдала ему самую позитивную мысль из всех возможных, и он улыбнулся. Он подумал что это бродячий маг, заблудился и подаёт сигнал с просьбой о помощи или просто устраивает представление.

Гарнер быстро спустился со скалы, и собрав вещи он отправился в ту сторону.

***

Дэвил спустя несколько часов движения по тропе, услышал странный звук глубоко в лесу. Осознав что этот звук был издан определенно каким-то крупным животным, Дэвил залез на одно из деревьев, и отправился в глубь леса чтобы поохотиться. Ловко передвигаясь по деревьям, он увидел животное отдаленно напоминающие Американских вапити. Но это животное лишь напоминало их формой тела, а в остальном сильно отличалось. Отличием было то что это животное было крупнее и мускулистее, окрас пушистого и мягкого на вид меха был белым, ярко красные рога не росли в хаотичной форме, а были в форме двух ровных полумесяцев, идеальной симметрии. Глаза были полностью черными, словно не имели зрачков. Несмотря на то что олени стадные животные, этот олень щипал траву в одиночестве.

Пристально вглядываясь в зверя, Дэвил задумался. Ведь он никогда не видел таких оленей. Этот олень больше походил на существо из легенд о духе леса, нежели на обычную дичь. Дэвил не знал правильно ли будет убить его ради мяса. Но за два с половиной часа, проведенных в пути, он не встретил ни единого живого создания, кроме этого оленя. Вполне возможно, что если он его не убьет, то умрёт от голода, ведь не известно сколько ему ещё предстоит пройти. Конечно если ему удастся дойти до населенного пункта, он бы смог продать его шкуру. Но также это может быть опасно, если этот олень местная достопримечательность.

Взвесив все за и против, он решил что когда вопрос стоит о его собственном выживании, в неизвестном лесу, то речи о сохранении вымирающих видов и быть не может.

Тихо изъяв клинок из ножен, он занёс катану над головой, и обрушился на оленя как водопад на скалу. Без шансов на другой исход, олень должен был стать обезглавленным через мгновение, но…

«Стрела!»

Из глубин леса, с высоты нескольких веток, стрела летела прямо в него. Но благодаря своей постоянной бдительности, и нечеловеческой реакции, он смог отбить её за долю секунды.

Олень увидев его, аккуратно приземлившегося в метре от него, отпрыгнул в сторону, а затем и вовсе убежал.

Дэвил встав в среднюю стойку защиты, громко и яростно прокричал:

– НАГЛЕЦ! КАК ТЫ ПОСМЕЛ ВСТАТЬ МЕЖДУ ОХОТНИКОМ И ЖЕРТВОЙ?

Его жутко раздражало когда что-то шло не по задумке. Он смотрел прямо туда откуда прилетела стрела, но никого не видел. Краем глаза наблюдая за оленем, который в три прыжка исчез из поля зрения, он держал катану наготове ожидая следующую стрелу из любого направления.

Со стороны с которой была выпущена стрела послышался мужской голос:

– А КАК ТЫ ПОСМЕЛ ПОДНЯТЬ МЕЧ, НА СТОЛЬ ПРЕКРАСНОЕ БОЖЬЕ СОЗДАНИЕ?

Голос из леса хоть и немного исказился из-за расстояния, но по нему можно было понять что это был голос молодого человека, который явно пытается сделать его более грозным. В нём даже можно было услышать нотки дрожи от страха.

После выстрела, профессионалы меняют позицию, чтобы их нельзя было выследить, по траектории полета стрелы. Но судя по тому что голос шёл с той же стороны что и стрела, таинственный лучник стоял на месте.

Чтобы проверить зародившуюся теорию, Дэвил мельком посмотрел на сломанную стрелу, лежавшую на земле неподалеку.

Она выглядела как ровная точёная ветка. В хвостовой части было вставлено и привязано перо, а наконечником служил неумело заточенный, привязанный камень.

Такие стрелы легко сделать, но они годны лишь для детской тренировочной стрельбы. Тот факт что она летела в Дэвила по прямой траектории, уже было достойно похвалы.

Поняв что он воюет с дилетантом, он сделал резкий рывок за дерево, рядом с которым он стоял, и взобрался на него по грибкам.

Несмотря на то, что очевидно лучник враждебно к нему настроен, у Дэвила было слишком много вопросов чтобы его убивать.

Стрелок стоял на толстой ветке дерева, и держа руку со стрелой на тетиве, пытался его найти. Потеряв его из виду, лучник в панике крутил головой во все стороны. Его разрывала паника, одна его часть боялась двигаться в принципе, а вторая желала убежать отсюда со всех ног.

Он убрал стрелу с тетивы, и уже было сделал первый шаг к бегству, но тонкий слух подметил что этот шаг прозвучал чуть громче обычного. Он не ошибся, так получилось потому что позади него, кто-то очень тихо приземлился. Дэвил схватил его за шкирку, и подставив подножку к ступне, повалил его на ветку спиной, потянув на себя.

Поняв что это ребёнок, он не стал проявлять жестокость, которая ещё недавно в нём бурлила. Он просто прижал его ноги коленом, а рукой аккуратно давил на центр груди.

Он поймал его чтобы найти ответы на свои вопросы, но взглянув на него, он только обрёл новые. Длинные и острые уши ребенка, торчали из волос словно козьи, и это не могло не привлекать его внимания. Если смотреть на это, в совокупности с золотистыми волосами, то в голову приходило лишь одно подходящее слово:

– Эльф?

– А?

Дэвил второй рукой взял его за ухо и потянул.

– Ай—ай, ай, Перестань! – проскулил эльф.

Поняв по температуре что уши настоящие, Дэвил отпустил их.

– Ты ведь эльф? – спросил он. Ему бы показалось это большим бредом, если бы до этого он не появился на загадочном алтаре, и не попытался убить белого оленя, спрыгнув с гигантского дерева.

– Л-лесной эльф! – ответил ему ребенок с дрожью в голосе, зажмурив глаза и закрывая лицо руками.

Существовало три вида эльфов, и их очень раздражало когда их путали друг с другом или сравнивали.

Глядя на него Дэвил задумался. Всё это, всё больше казалось ему какой то чертовщиной.

– М-мое имя Гарнер – Гарнер Ноитингейл. Отпусти меня пожалуйста. – Маленький эльф решил что его имя скажет всё за него. Но он не знал что Дэвил не местный.

Дэвил не понял что эльф хотел сказать своим именем, и продолжил задавать вопросы:

– Ты сказал «лесной эльф» значит есть и другие?

Всё ещё лёжа на лопатках, Гарнер смотрел на Дэвила со страхом, но ответил:

– Есть ещё темные эльфы, и высшие эльфы.

Гарнеру показалось странным столь низкая осведомлённость Дэвила. Но он понимал что отвечать на его вопросы, сейчас было в его интересах.

Дэвил найдя хоть и маленький но источник информации, продолжил осыпать его вопросами:

– Здесь ведь есть город, неподалеку?

Гарнер посмотрел на него с ещё большим подозрением, и задал встречный вопрос:

– А ты сам то откуда?

– Пока что, правила такие: Я – задаю вопросы, Ты – отвечаешь! – сказал Дэвил грозно взглянув на Гарнера.

– Хорошо, только успокойся! – испуганно сказал Гарнер.

– Где мы находимся? – спросил Дэвил.

– На острове эльфов – Сильвэ-Рид! Это к северо-западу от Аркторна. Если точнее мы в центральной части леса Фрид.

Дэвил отнёсся с подозрением к словам маленького эльфа. Ведь он никогда не слышал ни о Сльвэ-риде, ни о лесе Фрид. Сейчас, его разрывали надвое, желание поверить ему, и сомнения в психическом здоровье, как маленького эльфа, так и в своем.

Во всяком случае в лесу оставаться было нельзя. Эльфийский это остров или просто шутка этого мальчика, Неважно. Если неподалеку есть поселения разумной жизни, то нужно туда добраться. С остальным можно разобраться на месте.

– Рядом ведь есть город? Проведешь меня туда? – спросил Дэвил с милой улыбкой на лице, как у старика просящего об услуге.

Гарнер посмотрел на меч в руке Дэвила и спросил:

– А если я не захочу?

– А ты сможешь оставить голодного человека, в лесу одного? – спросил Дэвил всё ещё мило улыбаясь.

Гарнер недолго подумав, ответил:

– Хм, да! Очень даже могу!

Дэвил медленно проводя тыльной стороной клинка, по горлу эльфа, так чтобы он прочувствовал холод не только металла, но и его сердца. И при этом с максимально серьезным выражением лица сказал:

– Тогда голодному человеку, которому «нельзя трогать животных», придется съесть – ТЕБЯ!

Гарнер громко сглотнул слюну. По его телу пробежался чистый ужас. Он посмотрел в глаза и на улыбку Дэвила. Он пытался понять – шутка ли это?

Но все инстинкты в нём, говорили что человек перед ним, серьёзен. И если ему так будет угодно, он сможет съесть его, Даже не проявив и малейшей доли жалости.

Если бы Гарнер стоял на ногах, то от такого испуга у него задрожали бы поджилки. Слова сами вырвались из его уст не в силах испытывать терпение Дэвила.

– Я шучу! Шучу! Это просто шутка! Ха-ха ха-ха хаа… – Он не весело смеялся, а испуг в глазах оставался неизменным. – Хорошо, я лишь провожу тебя до города, а пробраться в него тебе придется самому! И слезь с меня пожалуйста!

Кровожадность в глазах Дэвила испарилась словно её никогда и не было. Слезая с мальчишки эльфа, Дэвил спросил:

– А все эльфы говорят на английском?

Гарнер знал что люди мало контактируют с другими расами, но то что Дэвил не знает даже о элементарном магическом переводе речи – ему показалось странным. Не придав этому особого значения, Гарнер начал объяснения.

– Это мировая магия. Благодаря ей, все расы понимают языки друг друга, точнее сами мысли, которые хочет донести своими словами говорящий. Говорить естественно может только тот, у кого для этого достаточно интеллекта. Для меня ты говоришь на эльфийском.

Несмотря на двадцать четыре года за плечами, Гарнер все ещё оставался ребенком. И как и всем детям, ему нравилось восполнять чьи либо пробелы в знаниях своими. Иначе говоря умничать. Ведь когда ты маленький, и тебе всё объясняют, очень приятно находить того кто хочет что-то узнать у тебя. От этого у детей появляется чувство превосходства в интеллекте. К тому же у Гарнера не было друзей.

Исходя из этого, Дэвил понял что Гарнер весьма удобный источник информации. Ведь он охотно отвечает на любой вопрос. А если он расскажет взрослым что видел человека, то ему вряд ли поверят. Его скорее похвалят за фантазию.

Гарнер думал что своими словами всё доходчиво объяснил, но в голове у Дэвила теперь роились ещё больше вопросов. Он думал что на телепортациях вся магия закончится, но слова «мировая магия» значили что это не единственный тип магии.

Пока Дэвил думал о особенностях этого мира, Гарнер собрал свои рассыпанные от падения стрелы и сказал:

– Идем?

Дэвил прервав свои раздумья ответил:

– Пошли…

Часть третья: Силь Де Рим

Сильвэ-рид – остров населенный исключительно эльфами. Его общая площадь составляла около восьми миллионов километров. Он делился на три региона:

На севере острова, располагались Великие Хребты Бротрегии. Это горная местность, пещеры которой богаты самыми различными видами ископаемых. В этих хребтах жили и трудились Высшие эльфы. Их бледная кожа, таила в себе невероятную жадность, и неприязнь ко всем рождённым вне их владений. А черные как воронье оперение волосы, лишь показывали отражение их душ. По количеству добываемых драгоценных металлов, они уступали лишь Дворфам, но не намного. Их расовой способностью, была предрасположенность к магии иллюзий, и обмана. Приехавшие туда иноземцы, часто пропадали в подземельях. Они – движимые золотой лихорадкой, даже и представить себе не могли, насколько высшие эльфы могут быть страшнее любых монстров.

На южной части острова расположились непроходимые Джунгли Роквэл. В этом зелёном аду, даже цветы жаждали крови. Любой посторонний шорох там, мог предвещать внезапную смерть. Джунгли таили в себе множество опасностей. Но в самом сердце джунглей, жили племена Тёмных эльфов. Смуглая кожа и темные волосы, помогали им прятаться и охотиться под покровом ночи. Они жили за счёт собирательства, “ урожайной охоты» и рыбалки. Изгнанные из племени мужчины, если не становились пищей для джунглей, то становились бродячими торговцами. Продавая сладкие и экзотичные фрукты, они начинали совсем иную жизнь.

Из-за недостаточно развитой государственности, на племена Тёмных эльфов живущих у моря, часто устраивали набеги пираты. Убивая мужчин, женщин и детей они забирали в рабство. Из-за высокой живучести, рабы темные эльфы высоко ценились на черном рынке.

Их расавая способность была похожа на шаманскую магию или дикую некромантию. Они могли общаться с духами или даже призывать их.

Дэвил сейчас находится в самом центре острова. Великий лес Фрид – если брать по отдельности, занимал большую часть острова по сравнению с другими двумя местностями. Если не считать весьма редкие, нападения монстров из подземелий, Обычной, скромной жизни лесных эльфов здесь ничего не угрожало. Лес был богат на грибы и лекарственные растения с различными эффектами. Лесные эльфы за счёт плодородных полей, и разводимых животных, стали весьма развитой расой, с открытой внешней политикой.

Лечение – являлось их расавой способностью. А маги способные воскрешать, стали востребованными, и хорошо оплачиваемыми работниками в любой стране.

Три этих народа объединяло только слово «эльф», человекоподобное телосложение, и естественно заострённые уши. В остальном они отличались, как в культуре так и в религии.

Высшие эльфы имели три храма: храм Бога трудолюбия – основная идея которого заключалась в том что за хороший физический труд в шахтах, бог одаривает своих послушников крепким здоровьем, и благословляет на удачу.

Храм бога богатства – проповедует стремление к индивидуальному развитию, но за основу берется идея помощи населению. Считалось что тот кто с добрым помыслом открывает предприятие, тот и будет богат вне зависимости от направления.

Храм Гордыни – несмотря на разность двух других, никак не перечил обоим, поэтому имел самое большое количество послушников. Идея заключалась нацистских идеях связанных с цветом кожи. В этой религии считалось что два других вида эльфов, произошли от кровосмешения высших эльфов с людьми, а сами высшие эльфы потомки богов.

У лесных эльфов было много мелких религий, но в конце концов их всех вытеснил храм Богини Милосердия – идея этой религии заключалась в том что лесные эльфы должны хранить как друг друга, так и лес с его обитателями. Считалось что лишь истинно милосердных богиня благословляет лечить всех и всё. Но хоть и религия была практически национальной, всегда оставалось как минимум 30% скептичных атеистов.

У тёмных эльфов у всех без исключения, за религию брался культ предков. Они считали что всё что их интересует они всегда могли спросить, либо у старших либо у их духов. Также они всегда могли попросить у них помощи, и с помощью ритуалов призывать их.

***

Лес был густым, но рядом с каменной тропой не было видно никаких отрубленных пней, и даже следов от их выкорчевывания. Словно для прокладки этой тропы лес сам расступился.

После чуть более часа ходьбы пешком, по всей видимости часто используемой, каменной дороге, Дэвил вдруг остановился, ни на миг не отводя взгляд от того что его так сильно удивило.

– Что это?

Проследив за его взглядом, подбоченившись и с гордостью выпятив грудь, Гарнер ответил:

– Это Силь де рим!

– Сильде… что? – спросил Дэвил продолжив идти.

Они находились примерно в трёх километрах от этого дерева, но его было отчётливо видно. Если это учитывать то его ствол был диаметром примерно в 10 километров, а в высоту его ветки достают до облаков.

Дерево было воистину огромным, оно увеличивалось в диаметре от корня, до ветвей, Внешне напоминая дуб.

Гарнер рассмеявшись объяснил:

– Силь де Рим! – это древнее дерево, которое для эльфов сотворила богиня милосердия.

– Богиня милосердия?

– Как тебе наверное известно, в нашем мире есть много рас, но «основных» – 12, такое же количество жилых островов, и все они идеально приспособлены для проживания на них соответствующих рас, расположены они также идеально по кругу. Это значит только то что это дело рук божьих, и мы должны оберегать всех его созданий. Даже не смотря на то что она… покинула наш мир…

– В каком смысле покинула? – спросил Дэвил.

Гарнер поведал историю, которая стала началом новой эры.

– До её прихода, все народы жили на одной земле, и из-за этого повсюду царили хаос, нескончаемые войны, голод и страх. И всё это из-за короля демонов… когда богиня снизошла с небес, она сразилась с ним, и его приспешниками, но силы были ровны, убить их она так и не смогла, а их битва была столь неистовой что земля раскололась на тринадцать частей. Она смогла запечатать их в вулкане Аркторна, и сдерживала их несколько тысячелетий. Она оставила своё физическое тело там, а сама помогала всем расам, породив такие чудеса как это великое древо. Когда прошло много времени с тех пор как её видели в последний раз, появились еретики которые не верили в её существование. Они начали создавать новые религии, а когда им стало тесно на их островах, они решили избрать королей с помощью турниров и под их предводительством, отправиться на Аркторн, и побороться на нём за право владения. Богиня была там но она сильно ослабла. Ведь её силу должны были подпитывать мы, своей верой. Из-за того что мы перестали за неё молиться, и делать добрые дела, когда они пришли к ней, она не смогла удержать печать и на волю выбрались демоны. Король демонов отправил двенадцать своих прислужников, на каждый остров и они обосновали на них свои подземелья.

Гарнер посмотрел на Дэвила, ожидая возгласов вроде: «Так вот откуда эти подземелья!» но Дэвил просто продолжал смотреть на него словно прося продолжения.

– Расскажешь про подземелья? – спросил Дэвил прерывая неловкое молчание.

– Ты вообще хоть что-то знаешь?

– Я знаю что у меня очень острый меч. – не без намека ответил Дэвил.

От таких слов, мальчику конечно становилось страшно, однако Гарнер понимал что самым оптимальным вариантом для него в этой ситуации, будет: как можно скорее его проводить и отвечать на вопросы.

– Родители говорят мне даже не думать о подземельях, они говорят что быть авантюристом опасно. Но иногда авантюристы бывают у нас проездом, и иногда я слушаю их истории, они очень страшные! Подземелье кишит самыми разными монстрами, и ловушками. Но говорят что там можно найти много ценных вещей, и также можно найти драгоценную руду. Также гильдия магов платит авантюристам за информацию о монстрах. Они заносят всю информацию в «Энциклопедию Подземелья». А ещё у каждого монстра есть отличительные черты, например уши, глаза, ядовитые железы. Авантюристы вырезают их, относят в гильдию магов и получают деньги.

«Кстати на счёт денег…»

– Расскажи о вашей валюте. – спросил Дэвил.

– «Льен» – так называется наша волюта. Монеты делятся на: железные, бронзовые, серебряные, золотые и платиновые. Один железный – это 1 льен, один бронзовый – это 50, серебряный – 250, золотой – 1000, платиновый – 5000.

– А сколько стоит хлеб?

– 1 льен – ответил Гарнер.

– Хмм… понятно, а в вашем городе есть какие-нибудь развлечения? – спросил Дэвил

– У нас есть арена, там проводятся бои за деньги. Там много интересных бойцов, но мой любимый боец «Фарадель»! он может пустить три стрелы одновременно! – энергично сказал Гарнер.

«Это я и хотел услышать!»

– А сколько платят?

– Я не знаю…

– А как победить на арене? Там есть какие-то правила?

– Нужно убить противника! Вот и все правила.– ответил Гарнер.

От этих слов на лице Дэвила, снова появилась его дьявольский красивая улыбка.

– Но погибших воскресят!

– Что? Зачем? А смысл тогда биться на смерть? – спросил Дэвил с нотками разочарования в голосе.

– Ну было бы жаль терять интересных бойцов… Кстати скоро ежегодный турнир! Приедут бойцы из других стран.

– Вы не враждуете с другими странами?

– Нет, мы стараемся поддерживать хорошие отношения и каждый год, на одном из двенадцати островов по очереди, проводится турнир.

«Понятно. Так как у них есть общий враг – „монстры“ переизбыток численности населения им не грозит, так как достаточно людей умирают в подземельях, всем достаточно своих земель. Наверняка если бы не было короля демонов, они бы перегрызли друг другу глотки».

Они ещё примерно час продолжали беседовать в пути, затем Гарнер посмотрел вперёд и сказал:

– Я побегу. Через несколько сотен шагов, Силь де Рим. Дальше ты можешь дойти и сам, только никому не говори что я тебя привел. Удачи!

Махая рукой маленький эльф убежал за горизонт по каменной дороге, в сторону огромного дерева.

«А я уже хотел припугнуть его чтобы не болтал про меня. Ну что же, так даже лучше! Я получил общую информацию о местности, знаю как заработать, и при этом остался „инкогнито“. Пока все идёт неплохо. Эльфы, значит… интересно…».

Снова улыбаясь, Дэвил шел вперед.

Через чуть более двадцати минут ходьбы, лес росший вдоль тропы закончился.

К последнему дереву в конце тропы, был прибит лист толстого пергамента. На нём было что-то написано рунами.

«Наверное это эльфийский»

Дэвил продолжил смотреть на пергамент, но ничего не мог разобрать. На пергаменте было нарисовано что-то, отдаленно напоминающие Колизей. Вдруг над пергаментом появились плывущие в воздухе, и такие привычные Дэвилу буквы латиницы, затем они словно прилипли на руны, а те начали исчезать.

«Перевод распространяется и на текст значит»

На пергаменте было написано про турнир. В подробностях были написаны правила и другие аспекты его проведения.

«10 000 золотых! А это – Миллион льен! Звучит как великолепное начало, для моей новой жизни. Этот мир не так уж плох! С каких пор я верю в то что я попал в другой мир? Наверное с тех пор как увидел это дерево…»

Взглянув снова на Силь Де Рим, и на равнины которые его окружают, Дэвил снова задумался:

«Надеюсь пацан не соврал мне на счёт оружия. У входа наверняка есть охрана. Если бы ко мне подошёл чужак с катаной, естественно я бы занервничал. Да и обороняют город наверняка чем-то помощнее обычных луков, однако если меня сразу же решат убить, просто потому что у меня уши коротковаты, то не хотелось бы сражаться с голыми руками. По сути как участника турнира, меня должны впустить и с оружием, но бдительность понижать не стоит».

С севера, обтекая окрестности древа и утекая на юг, проходила река. Она обтекала поля которые окружали дерево. На них росли самые разные плоды, разных цветов и размеров.

Каменная дорога пролегала прямо через поля, к большому треугольному отверстию в дереве, которое образовалось в ходе ответвления двух гигантских корней. Пройдя по ней, Дэвил дошел до входа. Там стояли два эльфийских копьеносца закованные в серебристую броню, и один эльф писарь с блокнотом. В это время почти никто не выходил, и не входил в город. Эльфы в это время, обычно отдыхают дома после рабочего дня или идут развлекаться. По этому у входа не было очереди.

Когда Дэвил подошёл достаточно близко, Эльф с блокнотом сказал:

– Предъявите документ пожалуйста.

– Прошу прощения, я утратил его, когда у меня украли сумку по пути. Я бы хотел сделать новый, если у вас конечно есть соответствующие учреждения.

Взглянув на него усталым взглядом, эльф ответил:

– Только пожалуйста не затягивайте с этим. Приятного времяпровождения в Силь Де Риме. Проходите.

– Благодарю. – сказал Дэвил и спокойно прошел через ворота.

«И это всё? Никакого досмотра? Никаких придирок? Просто взял и пропустил? Либо у них слишком открытая внешняя политика, либо явные проблемы с охраной».

Войдя внутрь, Дэвил удивился строению города. Дупло этого древа было полым, и имело диаметр около десяти квадратных километров. На земле, в центре дупла, стояли несколько этажные, многоквартирные дома. Некоторые из них служили мастерскими ремесленников, или магазинами. Дома были очень красивыми и аккуратными. Черепичные крыши, круглые окна и другие декоративные элементы были похожи на сказочные.

Закончив любоваться архитектурой, Дэвил направился прямо по центральной улице, он отправился в сторону самого большого здания в городе. Судя по тому что оно очень походило на римский амфитеатр, он предположил что это и есть арена. Она находилось прямо в центре города, перекрывая главную дорогу, проходившую от западных ворот, к восточным.

Существа похожие на Волов тянули редкие повозки, без особых усилий. Видимо также эти животные использовались и при обработке полей. Отличались они от обычных волов лишь более мускулистыми и коренастым копытами, черными рогами, конским хвостом и былыми глазами.

Эльфы выглядели по-разному в плане одежды, но в основном мужчины в брюках и в толстых рубахах, со стоящим коротким воротником. Некоторые носили что-то вроде пальто но с таким же воротником. Женщины носили платья и выглядели довольно симпатично, благодаря правильным чертам лиц. Все эльфы имели европеоидные черты лиц, чистую и здоровую кожу, и были голубоглазыми блондинами.

Где-то в середине пути, Дэвил встретил небольшую свору вооруженных эльфов, которые перегородили ему дорогу. Выглядели они как наёмники, если судить по разновидности оружия в их руках и отсутствию единой формы. Их объединяли лишь потрёпанный вид и ехидный взгляд.

– Слушай парень, хочешь не хило подзаработать? – сказал самый крупный из них.

– Бывают те кто не хочет? – спросил Дэвил.

– Бывают и такие… пойдём отойдем, обсудим дело.

Откуда-то сверху послышался свист и одновременно обернувшись, наёмники увидели бегущих в их сторону стражников.

– Городская стража! Бежим! – сказал предводитель наёмников, и бросился наутёк, в тёмный переулок.

Дэвил в свою очередь спокойно стоял на месте, пока мимо него проносилась толпа закованных в латы стражников. Лишь один эльф, не носивший шлема, неспешно подошёл к Дэвилу.

– Эти оборванцы ничего у вас не украли? – Спросил стражник.

На его бывалом лице виднелся давний шрам, короткие волосы постепенно седели, а шёл он хромая на одну ногу.

– Возможно к счастью, но меня обокрали ещё в лесу. – Сказал Дэвил неловко почесывая затылок. – Денег и документов, я лишился по пути, так что этим ребятам нечего было с меня взять.

Стражник прошёлся по Дэвилу оценивающим взглядом, изначально он принял его за высшего эльфа, однако позже заметил что у него человеческие уши. Он остановил взгляд на катане, выглядевшей словно произведение искусства.

– Прошу простить мои манеры. Моё имя Гарс Варгейт, я являюсь сотником кавалерийского полка его величества. —сказал он, поклонившись, а затем с разочарованием в голосе продолжил. – хотя на данный момент больше подойдёт титул, командующего единым гарнизоном балбесов которые могут только гоняться за карманниками.

– В связи с религией, я бы предпочел сохранить своё настоящее имя в тайне, однако вы можете называть меня Хито. – сказал Дэвил.

– Интересная у вас религия, господин Хито, однако принуждать назваться я вас не стану. Но как верующий верующему, скажу вам одну вещь, вы профессионально умеете врать, господин Хито.

– Что же навело вас на такую мысль, господин Варгейт?

– Ваш тон соответствует вещам которые вы говорите, более того вы жестикулируете подчеркивая искренность ваших слов. Однако ваш меч говорит мне куда больше вас. Как только я на него взглянул, в моём сердце поселился страх, который гонит меня прочь с вашего пути, такой всплеск кровожадности может издавать лишь оружие погубившее сотни жизней, а значит по пути вас точно не могли ограбить, а если бы и ограбили, то меча бы с вами не было. Теперь, мне даже кажется что мы не спасли вас от тех оборванцев, а как раз наоборот, спасли их от вас.

– Что же, я действительно задумывался о том, чтобы разделаться с ними в переулке, да и в остальном вы оказались правы господин Варгейт. Но как вы почувствовали всё это, лишь взглянув на меч?

– Я обрёл силу и чутьё служа добродетели, лишь молитвами и добрыми делами можно обрести истинную силу. Однако речь сейчас не об этом. Сейчас я бы хотел узнать, откуда вы, и что затеваете в наших землях.

– Что бы вы не говорили, однако таким чутьём, там откуда я родом, в древности обладали могучие войны. – Дэвил низко поклонился, и продолжил. – Однако я не могу сказать вам откуда я явился, но спешу заверить вас, что дурных помыслов, относительно вашего государства, я не имею, скажу больше, с момента прибытия на эти земли, я ощущаю нарастающие теплые чувства относительно прекрасной местной природы.

Гарса удивило такое признание, до этих слов, он мысленно готовился обнажить меч, однако подозрение превратилось во взаимоуважение.

– Говорят что по настоящему оценить что-то по достоинству, может только тот, кто это потерял. Из ваших слов я понял что там откуда вы родом, происходят умелые и мудрые войны, но ответов на свои вопросы я не получил, в итоге я говорю с человеком из ниоткуда, который скрывает своё имя, разумно было бы взять вас под стражу, однако инстинкты подсказывают мне что это могут быть слишком громкие слова для хромого старика. Однако просто отпустить вас я не могу, позволите ли вы сопровождать вас какое-то время, дабы убедиться в благочестии ваших намерений.

– Если у вас найдется на это время, то возражать не стану. – ответил Дэвил, продолжив свой путь. – На данный момент, я держу путь к арене, мне нужно заработать денег на ночлег и еду. В столицу же, я прибыл ради участия в турнире.

– Это многое объясняет господин Хито. Однако мне не даёт покоя вопрос: как человек достиг такой силы?

– Не скажу что мои навыки фехтования на много лучше чем у моих предков, однако нынешних результатов я достиг лишь упорной работой над собой и постоянной практикой.

– Видимо наши сведения о людях устарели… – задумчиво сказал Варгейт.

– Что же на счёт эльфов? Неужели существо живущие тысячи лет, не преуспевают в оттачивании боевых искусств?

– Наши предки действительно были воинами, которые были способны на невообразимое, однако с тех пор утекло много воды, теперь большинство из нас простые крестьяне, живущие мирной жизнью, не обременяя себя тренировками. Из-за новой, открытой политики, большая часть регулярной армии расформирована, а остальные служат либо дворянам, либо в городской страже. Финансирование маленькое, а из героев в сияющих доспехах, мы превратились в бездельников, слоняющихся по городу.

– Что же, прискорбно что ваше ремесло лишилось престижа, а нация не раскрывает боевой потенциал, однако мирное небо над головой, это ведь мечта любого солдата! Разве нет?

– Когда-нибудь, нам снова придется защищать это мирное небо, и тогда, я бы не хотел оказаться плечом к плечу с теми, кто и копья в руках не удержит.

– А вам ранее доводилось встречать ту шайку?

– Не могу быть уверен что это они, однако пару раз до этого, мы гнались за похожей группой. Не уверен их ли это рук дело, однако в нашем городе пропадают иноземцы. Кто-то уводит их в укромные места и убивает. Я до сих пор не могу разгадать мотив, ведь у таких людей не водится много денег, однако при убийстве иноземцев никто их потом не ищет, так как чаще всего у них здесь нет ни родственников ни знакомых. Мы нашли около пятнадцати жертв, всё из которых были не эльфами.

– Неужели в городе не происходит других убийств?

– Остальные мы быстро раскрываем, так как чаще всего они бытовые, однако вот уже несколько лет, мне даже кажется что сейчас орудует уже вторая группа, менее профессиональная. Это больше похоже на чей-то заговор, но разгадать я его не могу.

– А что насчёт воскрешения жертв?

– Мы пытались, однако все тела были найдены слишком поздно, они уже начинали разлагаться.

– А были ли среди погибших люди?

– Честно говоря, я вообще раньше не слышал чтобы люди покидали своего острова. Так что вы первый человек, которого мне довелось увидеть.

Неспешно беседуя, они наконец дошли до арены, узнав на кассе что для участия в боях нужно зайти со служебного входа, Дэвил отправился туда, а Варгейт купил билет и пошел наслаждаться зрелищем.

Часть четвертая: Чемпион Арены

Арена была городской достопримечательностью и местом развлечения. На арене можно было делать ставки, выпить вина или пиво, также готовили и закуски. Представляло оно из себя округлое здание, в центре которого находилось пространство для сражений. Там был специальный магический песок, из которого можно было создавать несколько разновидностей ландшафта. А оградой зрителей от бойцов, служил магический купол, защищавший от шальных стрел, и осколков.

Перед служебным входом стояли два высоких и крепких эльфа, один из них сказал:

– Здесь только для персонала и особых гостей. Тебе чего?

– Я хочу участвовать, не подскажите как зарегистрироваться на бой?

Эльфы оглядели его и решив что в принципе стандартам он соответствует, пропустили внутрь:

– Тебе прямо и направо. Проходи.

– Благодарю.

Двое вышибал смотрели на него с ехидной улыбкой, словно волки на овечку идущую в западню.

Дэвил насторожился почувствовав их взгляды своей спиной.

Закончив с регистрацией, Дэвил зашёл в комнату в которой стояли 5 эльфов в разной экипировке. Три лучника, в легких кожаных доспехах. Мечник, имел короткий одно ручник, с изящно изогнутым лезвием, железный наплечник, и малый щит. И пятым был эльф в тяжёлой броне, с большой шипастой булавой. Все они обсуждали план на предстоящую битву:

– Все знают что делать? – спросил мечник. – Лучники?

– Не даём ему высунуться из-за укрытия, шквальным огнём.

– Я обхожу в правого фланга и завязываю ближний бой. – Сказал здоровяк с булавой.

– Затем я обхожу с левого фланга и атакую его в спину. – закончил сам мечник.

Примерно через минуту после прихода Дэвила, в комнату вошёл полноватый но довольно крепко сложенный эльф. Его морщинистое лицо отражало его возраст, и небольшую усталость. Он окинул всех своим острым взглядом, словно пересчитав всех присутствующих. Затем достал из кармана кожаный мешочек, и доложив в него одну золотую монету, положил мешочек на стол и сказал:

– Здесь 6 золотых. Ваш противник – Фарадэль. Бой закончится либо когда вы убьёте его, либо когда он вас! Если вы победите, то на оставшихся в живых я разделю эти 6 золотых, и убившему достанется его снаряжение. Если все проиграете, получите только по два серебряных, а все своё снаряжения оставите ему. Вопросы есть? – убедившись что вопросов нет, он продолжил – Тогда марш на арену!

Все шестеро, колонной пошли в тёмный коридор, в конце которого виднелся свет. По пути мечник подошёл к Дэвилу и сказал:

– Эй человек, будешь путаться под ногами, лично прирежу! А если выживешь до конца боя, может и получишь пару-тройку серебряных.

– Слушаюсь и повинуюсь мой господин. – ответил Дэвил.

– Вот так то, может из тебя и выйдет толк.

Конечно арена была похожа на римский амфитеатр, но в размерах она ему явно уступала. Диаметр внутреннего пространства, от одной стены до противоположной, достигала пятидесяти метров. Вдоль стен арены, проходили небольшие пролёты не высоких стен из камней и глины, за которыми можно было укрываться от стрел, а центр арены представлял из себя пустое пространство, идеально подходящее для поединков.

Дэвил с пятью эльфами вышли из темного коридора. Как только они все покинули туннель, за их спинами опустилась железная решетка. Сам туннель был высокий и широкий, наверное из-за того что на арену иногда выпускают и монстров. Дэвил увидел как на противоположной стороне тоже опустилась решетка, но он не видел кто вышел с той стороны из-за стен.

Диктор задорным тоном сказал:

– Давайте поприветствуем бурными аплодисментами нашего неповторимого чемпиона! Встречайте: Великолепный ФАРАДЕЛЬ! Сегодня он снова покажет нам, как ассы используют лук!

Зрители разразились овациями. Всё таки решив прервать их, диктор продолжил:

– А вот и его сегодняшние мишени – 5 эльфов, и, эм… один человек? – удивился диктор. – Я слышал что они только быстро плодиться и могут, однако этот человек смог добраться аж до эльфийских земель! Будем надеяться что у него есть чем нас порадовать… Ну что же, если все готовы, то начнем.

Эльфы подняли кулаки правых рук. Видимо это был знак готовности. Дэвил поступил также.

– Тогда – да начнется славная битва!

Услышав команду о начале, все стали занимать позиции и выдвигаться согласно оговоренному плану.

Дэвил подошёл к лучникам, стоявшим плечом к плечу за стеной, которые активно вели огонь в сторону противника. Выхватив катану, Дэвил всадил её прямо в сердце одному из лучников и по инерции катана прошив его насквозь, пронзила и второго. Пока третий стоял в недоумении, Дэвил провел плавный и быстрый горизонтальный удар. На первый взгляд могло показаться что с третьим лучником ничего не случилось, однако Дэвил пронзил голову лучника прямо в глазницу и пнул его в грудь. Голова осталась на катане, а остальное тело стало падать на спину, обливая фонтаном крови, стоявшего позади мечника.

– Ах ты… – сказал мечник, вытирая лицо от крови, до того как ему в лицо прилетела голова лучника.

Мечник отшатнулся, от такого удара тупым предметом в лицо, он чуть не упал когда уже выставил руки назад, чтобы мягче приземлится, Дэвил горизонтально вспорол ему брюхо до самого позвоночника. Когда мечник восстановил равновесие, его внутренности стали выпадать. Мечник закричал, и тогда Дэвил вонзил катану ему в рот до самой гарды. Вышедший на другой стороне головы клинок, он вонзил в землю, тем самым сложив его тело лодочкой. Одновременно с этим раздался громкий хруст позвоночника, который никогда раньше так сильно не изгибался.

В это время, эльф в полном доспехе почти добрался до Фарадэль. Опираясь на катану которая торчала из рта эльфа который его недооценил, Дэвил наблюдал как лучник, закованный в зелёный полный доспех, с золотой гравировкой, стрелял из металлического лука такой же расцветки, в эльфа с булавой, который шел на него словно танк. Наконец заметив брешь в поножах, Фарадэль прострелил ему ногу, и когда тот припал на колено, Фарадэль неспешно вложил на тетиву стрелу больше обычной. Вытянув левую ногу перед собой и присев на правое колено, Фарадэль натянул тетиву на максимум. Стрела влетела прямо в обзорную щель в шлеме, и пробила его с обратной стороны. От мощи выстрела жертву даже отбросило назад.

– Долго возишься! – сказал Дэвил изъяв свой меч из ещё живого тела. – Я даже успел заскучать.

Дэвил перепрыгнул через стену, и пошёл к центру арены, всё это время находясь на прицеле у Фарадэль. Встряхнув меч от крови, Дэвил сказал:

– Если закончить это слишком быстро, то зрители потребуют обратно свои деньги за билет, так что сперва покажи что можешь!

Фарадэль сквозь броню почувствовал его жажду крови, несмотря на то что его доспех был изготовлен из очень редкого и крепкого металла, от меча Дэвила словно исходила аура способная разрубить его как консервную банку.

Фарадэль пустил стрелу прямо в Дэвила но он её с лёгкостью отбил. Сразу после выстрела, в правой руке Фарадэль появилась новая стрела. Отбив очередную стрелу, Дэвил заметил что когда они появляются, то красный кристалл на наруче оппонента, ненадолго загорается. Дэвил ринулся вперёд, попутно отбивая и уклонившись от трёх одновременно выпущенных стрел. Фарадэль бросил лук и вскинул обе руки, обнажая скрытые под наручами клинки. Дэвил вцепился в правый наручь, которым Фарадэль собирался его ударить, затем перехватил и левый. Держась за оба наруча, Дэвил подпрыгнул и двумя ногами пнул Фарадэль в грудь.

Держа в руках оба наруча, Дэвил пошёл на свою исходную позицию в центре арены сказав:

– Посмотрим на что ты способен без стрел!

Фарадэль упавший на лопатки от силы такого пинка, попытался встать как можно быстрее, и схватил свой лук. Выставив левую ногу перед собой, и присев на правой, он до упора натянул пустую тетиву и между дугой лука и тетивой образовалась магическая материя состоящая из ослепительно белого света.

Дэвил не знал сможет ли он заблокировать магическую атаку, по этому в момент выстрела он бросил в Фарадэль его же наручь. Ели удерживающий равновесие Фарадэль, чуть не выронил лук, однако магическую стрелу пустил. Белая магическая материя, похожая на пламя, полетела чуть правее цели, однако постепенно сворачивала в сторону Дэвила. Во время выстрела, Фарадэль вложил определенную цель в этот магический снаряд, по этому он летел по спирали-видной траектории, кружа вокруг Дэвила, всё сужая свои кольца.

Дэвил вспомнил старую технику, которую он всегда считал вымышленной, однако тело двигалось само по себе. Ножнами катаны он поймал кружившую вокруг него магическую стрелу, не останавливаясь на достигнутом, он вложил катану в ножны. Катана на ряду с ножнами начала святится и он одним движением вынул катану из ножен, и провёл вертикальный удар по земле в сторону Фарадэль. Белая магическая дуга, следовавшая за клинком, попала прямо в Фарадэль, разрушая внутренние органы.

Без единой царапины на броне, Фарадэль упал на колени. Шлем в котором даже глаза были защищены стеклянным линзами, ему стало очень душно и последние силы он потратил на то чтобы его снять.

«Девушка?»

Длинные волосы цвета облаков, выливались из под шлема словно молоко, алые губы, окрашенные кровью совпадали оттенком с её глубокими и большими глазами. Бледная кожа выглядела словно это была нежнейшая текстура на свете. Черты лица были столь красивы, что казались рукотворными. Дэвил подхватил её и аккуратно положил на спину.

– Вторая… – тихо сказал Дэвил и девушка посмотрела на него.

Интерлюдия: Игра Надежды

На улице потихоньку темнело. Кроны деревьев в лесу, закрывали собой любой источник света, но мальчик эльф знал лес как свои пять пальцев. Ведь он живёт в нём с рождения.

После того как он проводил Дэвила до Силь де Рима, Гарнер шел по лесу уже несколько часов. Чтобы Дэвил не узнал где он живёт он побежал вперёд него и забежал в лес. У местных эльфов считалось что жить в пределах города это роскошь, потому что тамошняя недвижимость дороже. В городе также были и кварталы бедняков, но там проще найти смерть от грабителей, чем пристойное жильё.

Гарнер жил с родителями, в деревушке которая находилась глубоко в лесу. Наконец дойдя до неё, он прошел через деревянную арку, которую окружал низкий забор. На арке была надпись на эльфийском, которая гласила “ Добро пожаловать в деревню Хранителя леса».

История этой деревни началась несколько сотен лет назад. На эльфийский остров прибыл Король дворфов – Гильер Вэлд Одиннадцатый. Перед его прибытием Король эльфов – Розгард Аттэйл Дарантэль приказал передать всем его подданным, что его гостям на время их пребывания на острове, разрешено практически всё. Он пообещал лично наказать любого, кто посмеет выразить хоть каплю неуважения к гостям.

По прибытию, Дворфийский король вёл себя достаточно скромно, в отличие от своего советника. Дело было в том что Гильер был сыном предыдущего Короля, а его советник Гляйн – был его двоюродным старшим братом. Гильер никогда не перечил и не наказывал Гляйна, не только из-за уважения к старшим. Ему было жаль брата, которого отделили от престола. После дня пребывания в Силь де Риме Гляйн проголодался, ведь во всём эльфийском городе не было мяса. Гляйн не ел фруктов, овощей и ягод, выпечка и другие блюда тоже вызывали у него отвращения. Посреди голодной ночи он решил, отправиться в лес и добыть мяса сам, но эльфийский дворянин по имени Хэйг Ноитингейл, не дал ему притронуться даже к цветку, в священном лесу. Для Хэйга лес был свят, он был готов даже умереть, лишь ради того чтобы сохранить каждый камешек на своем месте. На утро, их, раненных и измотанных нашли, и привели во дворец. Король Розгард лишил Хэйга дворянского статуса, и изгнал из города. А что стало с Гляйном, Король Гильер решил скрыть. Хэйга прозвали “ Хранителем Леса» Он покинул город, а пять его сыновей последовали за ним. Они основали эту деревню, а все те кто считал его поступок правильным, тоже поселились в этой деревне.

Гарнера не удивляло то, что во всех домах не горел свет, потому что сейчас жители деревни, должно быть только собираются возвращаться с полей. Гарнер пошел к своему дому, который находился на окраине.

Дом был не большой, но двухэтажный. Гарнер вошёл, и снял с себя кожаный колчан и лук. Положив колчан в углу, он прошел на задний двор, через тёмный коридор. На заднем дворе стоял столб. Он был чуть длиннее лесных деревьев. Из столба до самого верха, с двух сторон торчали толстые балки, На которых лежали, свитые из маленьких веток гнезда.

Гарнер закинул на плечо сумку, лежавшую у двери, и начал лезть вверх на столб по балкам. Попутно собирая яйца из гнезд. Это были яйца хладнокрылов. Эти достаточно крупные птицы несли их под утро, и сидели на них весь день, сохраняя их в прохладе своих тел. А вечером, когда в отсутствии солнца на улице становилось достаточно прохладно, они улетали на охоту за мелкими грызунами. Большинство из их яиц были не оплодотворенными, по этому они никогда не искали пропавших.

Когда Гарнер добрался до вершины, там на деревянной платформе, под маленьким стеклянным куполом, лежали белые светящиеся кристаллы.

Это были «кристаллы света» или как их ещё называли «камни солнца». Они впитывали солнечный свет весь день, чтобы светится всю ночь.

Гарнер положил четыре в сумку, а оставшийся один, взял в руку и смотрел как свет просачивается сквозь его пальцы. Закончив любоваться, он обратил свой взор на родную деревню. Деревня состояла примерно из сотни домов, расположенных по кругу, в несколько рядов вокруг центральной ратуши. В башне ратуши был виден большой колокол. В центре площади, перед ратушей, одиноко росло относительно небольшое дерево.

Эльфы долгоживущая раса. Но они рождаются не обычным образом. Найдя себе пару, они создают «семечко» будущего ребенка, затем крепят к ветвям Силь де Рима, а дерево вынашивает плод вместо матери. Раз в сто лет дерево цветет и только в год цветения, из семян прорастают маленькие эльфы, затем родители забирают ребенка.

Это дерево было специально выращенным ростком Силь де Рима. Чуть больше пяти десяти лет назад, росток был подарен деревне, в честь её официального внесения на карту.

Дерево пока имело только одну плодотворную ветку. Двадцать четыре года назад, Гарнера сняли именно с неё. Этот росток зацвел позже Силь де Рима на двадцать лет, поэтому куда бы он не пошел, Гарнер не смог найти ровесников.

Гарнер был сыном Вайрэда, а Вайрэд был самым старшим из пяти сыновей Хэйга. Именно поэтому ему была оказана честь первым посадить своё семечко на дереве. Из-за того что Гарнер был единственным ребенком в деревне, все жители его любили и баловали, поэтому его никогда не брали на работу в поле.

Гарнер сидел и смотрел на заходящее солнце уже минут десять, как вдруг услышал странные звуки. Посмотрев в их сторону он увидел толпу деревенских жителей, кричащих и бегущих со всех ног. Они бежали от огромного существа размером чуть больше медведя и очертаниями тигра. Тёмная шкура, когтистые лапы и красные глаза вселяли страх в любого кто посмеет встать у него на пути. Это была химера. Химеры были порождениями подземелий, но так как они были очень сильны, им не редко удавалось вырываться из подземелий и нападать на деревни.

Химера догнала и вцепилась зубами в одного из сельчан. Её пасть была столь огромна и мощна что она вырвала кусок мяса и костей, от шеи до плеча бедолаги. Над её волчьим хвостом, тускло горела тёмно-синяя сфера, она немного увеличилась, и словно из тени химеры появилась другая.

Новая имела лишь половину размера своей матери, но уже была готова убивать. Обычный сельчанин не справился бы с химерой, даже будь она в три раза меньше.

Большая химера продолжала проделывать тоже самое с другими сельчанами, которых догнала, пока Гарнер ошеломленно смотрел, на эту ужасающую картину.

Как и остальные деревенские жители, его мать забежала в дом, и закрыла все двери и окна.

Одна из маленьких химер, в попытках найти вход, забежала на задний двор и видимо почувствовав его запах, увидела Гарнера. Она с разбегу начала взбираться по балкам. Гарнер пришел в себя и бросил в неё сумку с яйцами. Химера получившая сумкой по голове, оступилась и начала падать. Полтора метровая в длину, химера, весом примерно в сто килограмм, в падении с четырех метровой высоты, цеплялась за балки, которые ломались под натиском её веса.

Химера приземлилась на лапы. Поняв что второй раз ей уже не взобраться, так как балки сломаны, задрав голову она начала издавать звук, отдаленно напоминающий волчий вой. Другая химера, которая ломилась в парадную дверь, прибежала на зов собрата. Вместе, две химеры начали грызть столб на котором стоял Гарнер.

– О нет! – испуганно воскликнул мальчик.

Когда они отгрызли чуть больше половины, столб начал падать на дом. Гарнер схватился обеими руками за край платформы, на которой стоял. Столб упал и пробил крышу. Во время удара, руки Гарнера соскользнули и он упал в чердак через пролом. Прокатившись спиной по ступенькам, он попал со второго, на первый этаж.

От ударов о ступени и крышу, у него болела поясница и встряхнулись руки, но в целом он был рад тому что ещё жив. Когда он открыл зажмуренные глаза, его мать Райга обняла его и сказала:

– Слава богу ты жив!…

В тёмной прихожей одиноко горел ярким светом кристалл, лежавший у подножия ступеней. Он выпал из рук Гарнера когда тот упал. Гарнер почувствовал как его плечо становится мокрым, от материнских слёз. Он всё ещё не осознавал что происходит.

От двери ведущей на задний двор, исходил громкий скрежет зубов и когтей. Одна из химер начала спускаться со второго этажа. Видимо она взобралась на крышу, по лежащему на ней столбу. Райга схватила лежавший на ступеньках кристалл света и закрыла собой Гарнера от неё. Задняя дверь сломалась не выдержав натиска, и уже вторая химера вошла в дом. Обе химеры просто стояли и рычали глядя на свет.

Химеры боялись света. Дело было в том что химеры были ночными созданиями, их глаза позволяли им идеально видеть в темноте, а яркий свет их ослеплял. Химеры предпочтительно нападают на противников слабее себя, поэтому сейчас они ждали пока их адаптивное зрение привыкнет к свету, чтобы решить – нападать или бежать.

Райга знала об этом, в отличие от Гарнера. Гарнер встал и схватил свой лук и колчан стрел. Он выстрелил в химеру, но от её толстой шкуры стрела просто отскочила.

Райга направляя руку с кристаллом в их сторону повернулась к Гарнеру. Она знала что у неё есть ещё максимум тридцать секунд, а затем они начнут атаковать. От мыслей что её сыну придется видеть её смерть, у неё дрожали поджилки, она была очень напугана, но у неё ещё было ради чего жить. Она периодически всхлипывая, сказала:

– Гарнер, мальчик мой, сейчас я открою дверь, и ты побежишь к дедушке. Пообещай мне, что без него не вернёшься!

– Но мама!

– Никаких но юноша! – громко перебила его мать – Делай что я сказала! – Она рукавом вытерла лицо от слёз, затем взяла в руки виллы, которые до сего момента подпирали парадную дверь. Она отдала ему кристалл и сказала – БЕГИ! И НЕ ОГЛЯДЫВАЙСЯ! – Затем буквально вышвырнула его за дверь.

Гарнер в какой то мере понимал что с ней произойдет, но чтобы её жертва не была напрасной, побежал к площади вытирая слезы, а страх только подгонял его. Он считал себя сильным, прямо как его дедушка, но за сегодня ему уже третий раз доказывают его беспомощность, слабость и трусость. Он бежал и плакал, ему ни на секунду не давали покоя мысли о том, что если бы он читал энциклопедию подземелий, он бы знал что химеры боятся света, и не выбросил бы сумку с кристаллами. Также если бы он привел того человека в свою деревню, а не в город, его мать возможно была бы жива. Он не мог перестать винить себя в этом.

Пока он бежал, химеры поедавшие сельчан, разбегались от света кристалла на безопасное расстояние. Но когда он их миновал они не преследовали его, а просто продолжали есть. Он еле сдерживал рвотные позывы, глядя на разбросанные по улице, внутренности и конечности.

Если бы Райга побежала вместе с ним, то химеры из дома, уже привыкшие к свету, догнали бы их. И они оба пополнили бы ряды этих мертвецов.

Его дедушка Хэйг, получил глубокие раны в поединке с Советником Короля дворфов. Меч Гляйна был проклятым, его особенностью было то, что он сокращал жизнь раненных им врагов, на половину одним ударом, а последующие удары сокращали оставшуюся часть ещё на половину.

Обычно эльфы живут от тысячи, до двух тысяч лет, Хэйг после той раковой ночи прожил один век, а затем в свои триста пятьдесят четыре года, скончался после основания деревни.

Гильдия магов нашла способ продлить его жизнь, чтобы он мог наставлять своих потомков. Они запечатали его дух в колокол ратуши. Хэйга можно было призвать на сутки в год, ударом колокола. Раньше жители деревни призывали его когда им нужен был мудрый совет, но после рождения Гарнера, у них появилась традиция призывать его на день рождения внука.

До дня рождения Гарнера оставался ещё пара дней, так что сейчас его можно было призвать. Хэйг был опытным и сильным воином, его призыв сможет переломить ход событий в этой ситуации.

Гарнер добежал до площади и застыл в ужасе. Там на ветке дерева вальяжно лежала большая химера. Её черная гладкая шерсть, поглощала даже лунный свет. Гранатово-красные глаза имели вертикальный зрачок. Кошачья морда не имела усов, а белые кисточки на кончиках ушей, медленно качались на вечернем ветру. Видимо это была та самая, которая наплодила остальных. Она периодически зевая, спокойно смотрела на него, словно он был букашкой не заслуживающей её усилий. Она словно ленилась что-либо делать, зная что её порождения с лёгкостью захватят эту деревню и без её помощи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.