Алексей Кудрявцев
И еще раз о драконах

Глава 1

Гаар-лы

Это был заключительный день ежегодного Всеимперского Кубка рыцарей на приз газеты «Истина». В первых лучах восходящей Материнской звезды по узкой горной тропе полигона «Лазурный», двигалась фигура конного рыцаря.

Боевой конь, несмотря на тяжелые металлические доспехи и немалый вес всадника с мечом, копьем и арбалетом, резво проскакал мимо специально оборудованных трибун. Среди зрителей финала по традиции присутствовал весь Верховный Совет Империи. Звенящая тишина на трибунах, а также то, что сражающиеся не видели ни трибун, ни зрителей, тоже было частью Великой Древней Традиции.

Той традиции, по которой лучшие офицеры спецслужб Империи соревновались друг с другом во всех военных дисциплинах. И лучшему из них, победившему всех своих товарищей, предоставлялось право сразиться с настоящим противником – древним реликтовым чудовищем. Причем, запрещалось использовать все современное оружие. Боец выходил на бой, используя то, что было доступно его предкам времен Первой реформации.

Всадник поднял забрало. В морозном воздухе пар от его дыхания смешался в одно облако с дыханием коня. Холод и эйфория от предстоящего зрелища ознобом пробивали зрителей, заставляя их глубже укутываться в шерстяные пальто и глубже натягивать каракулевые шапки.

Рыцарь был действительно хорош. Его прекрасные голубые глаза, внимательно смотрящие из-под красивой русой челки, выискивали что-то на склоне гор. Мускулистое, крупное, хорошо отдохнувшее тело, в блестящих доспехах, с наточенным и отлаженным оружием готово было ринуться в бой. И вот этот бой начался. Голубые глаза всадника встретились с желтыми глазами его противника, сидящего на уступе скалы.

«Так себе дракон», – Георгий опустил забрало. И действительно, дракон был среднего размера, то есть раза в четыре меньше лошади. Его чешуйчатое тело пестрело шрамами от старых, а кое-где и новых ран. Дракон был явно уставший, но главное живой, а значит опытный. В бой он не торопился, ждал нападения противника.

И дождался – Георгий вскинул арбалет. Двадцать стрел, которые были в колчане у всадника, позволили ему минут десять погонять дракона по ущелью. Но тактика дракона была безупречна. Он неподвижно сидел на скале, пока рыцарь не выпустит стрелу, затем мгновенно срывался с места, уклоняясь от поражения. Только когда ненужный арбалет был отброшен, дракон пошёл в атаку.

Привычной тактикой в этом случае было воспользоваться копьем, но его Георгий оставил на потом. Он еще минут двадцать отбивался от дракона мечом. В результате дракон получил еще пару резаных ран, и выбил меч из рук всадника.

Вот здесь-то и настала очередь копья. Дракон, изначально несвежий, теперь совершенно обессилел и истекал кровью. Георгию нужно было, не выпуская копья из рук, проткнуть им дракона на подлете и кинуть под копыта коню, что он и сделал.

Вроде бы все получилось. Копье пронзило крыло дракона, после чего дракон крыло сжал и, не давая Георгию выдернуть его для новых ударов, слету, скользнул под брюхо лошади и подсек ей ноги. Лошадь плавно упала на бок, при этом копье в руках рыцаря превратилось в рычаг, причем в пользу дракона, и было вырвано из рук всадника, который и копье потерял, и от коня был отброшен. Лошадь не пострадала, но и под весом доспехов встать сама не могла. Зато вскочил Георгий, чтобы биться до конца, и скорее всего, насмерть.

От дракона его отделяло десять метров. Его голубые глаза с круглыми зрачками снова встретились с желтым, немигающим взглядом врага. Дракон передними лапами выдернул копье из крыла, причем его миндалевидные зрачки даже не расширились, откинул копье и с шумом вдохнул в себя воздух. Георгий приготовился умереть. Огненный поток пролетел в метре над его головой и начисто выжег склон горы позади него. Дракон медленно повернулся, взмахнул крыльями и полетел прочь из ущелья, оставляя на снегу алые капли.

«А ведь у драконов тоже кровь красная», – подумал Георгий. Его прекрасные голубые глаза удивленно смотрел вслед удаляющейся зеленой фигуре.

Бой был окончен. Разочарованные зрители по традиции, быстро и молча, разошлись с трибун. Лишь жена сегодняшнего финалиста, чудом избежавшего смерти, оставалась на месте. Она не понимала зачем капитану Гаар-Лы, старшему офицеру четвёртого управления внешней разведки, отцу троих ее детей, с которым она прожила пятнадцать лет, нужно было так рисковать жизнью в неравной битве с этим смертельно вооруженным реликтовым чудовищем?

Она смотрела своими прекрасными желтыми глазами, то на капли крови, оставленные ее мужем, то на рыцаря, пытающегося поднять коня. И закипающая внутри неё ненависть струёй раскаленного газа вырвалась из ее зеленой груди и полетела в сторону Георгия, причем ее миндалевидные зрачки тоже не расширились.

Георгий об этом так ничего и не узнал. Второй раз от смерти его спасла прозрачная стена трибуны, замаскированной в скале. А поскольку прозрачной она была в одном направлении, то он видел только скалы. Да и ни к чему ему было видеть еще что– то, его мозг и так разрывало непостижимое удивление от подаренной ему драконом жизни.

Георгий поднял коня, собрал оружие и поскакал назад. А капитан Гаар -Лы летел вперед, все выше и выше, навстречу свету Материнской звезды.

Глава 2

Дроп-Ан

– А он никогда не убивает, – голос начальника Службы Всеимперской Безопасности Дроп-Ана по-старчески был тих и сух. – Мы рыцарю даже огнеупорный щит не давали, так были уверены.

– Но Дро, Он жа испор…тил усё настроеня, – Председатель верховного совета Бре-Нжи звуки то путал, то не выговаривал.

Оба престарелых члена высшего органа власти Империи садились в просторный лимузин, поджав зеленые хвосты под дорогие шерстяные пальто. Крылья они из– под них никогда не выпускали. Холодно, а старость не радость. Простудишься, помрешь, а в Империи не все еще готово к твоему уходу.

– Не, усё не по форме. Еже проткол турни…ра, – Бре-Нжи не собирался скрывать свое разочарование. – Нада соблю…дать!

– Послушай, Бре, важна не форма, а содержание, – сохранивший до преклонных лет ясность ума и речи, глава имперских спецслужб пытался вразумить коллегу. – Суть Всеимперского Рыцарского Турнира со времен Седьмой Реформации – не смерть генно-модифицированной обезьяны, а совершенствование своего боевого духа.

– Да не трынди, мы жа с тобой не раз энту запечёную в доспехах обезяну ели. Да и жертвы на турнире тож были. Двух офицеров на двадцать первую и тридцать пятую годовщину потеряли. Боевой дух от их кишок, кода из них обезяны чучелы набивали, был ого-го.

Лимузин вождей как раз пролетал над селением ГМО. Дроп пригляделся и в знакомом месте у рыцарского замка увидел драконьи кости. Среди них играли маленькие генно-модифицированные обезьяны. Древняя Великая Традиция была беспощадна и к своим, и к чужим. А сколько таких костей было разбросано по всем планетам Империи, и не сосчитать.

Они с Бре воевали во Вторую Галактическую. Тогда воевали все против всех, и Империя в это ввязалась, сильно пострадала, но потом даже немного выиграла. Те, кто выиграл много, и сейчас пытались захватить Империю. Кроме войны, для этого есть и другие способы. Дро знал, что они рано или поздно сработают, и в его голове зрел план, как их использовать для сохранения Империи.

– Нет Бре, ты все-таки к старости перестал замечать прекрасное. Ты так и не понял, как он красиво и всадника, и коня через копьё кинул…Что молчишь? Ответить нечего? – Дроп-Ан посмотрел на вождя.

Председатель Верховного Совета спал, уткнув роскошную клыкастую морду в воротник пальто. Таких клыков в Империи сейчас ни у кого не было. Да и морально-деловые качества в молодости у Бре-Нжи были под стать клыкам, сейчас остались одни клыки.

«Пусть спит. Управление Империей осуществляет не он один, а целый совет. Молодые, пусть не такие клыкастые, но довольно глазастые и ушастые, уже готовят планы Восьмой Реформации», – Дроп внимательно читал эти планы, они были безупречны.

Все причины неэффективного управления в них были найдены, и механизмы исправления детально проработаны. Все в Империи должны были начать жить лучше, или по крайней мере, не хуже, чем в соседних Конфедерации и Суверенных Соединенных Монархиях.

Был только один недостаток – ослабление контроля над управлением в момент перестройки. На это и рассчитывали все соседи по Галактике. Они активно внедряли своих агентов в систему управления. Вербовали их среди граждан. Их число быстро росло. Кто же не хочет жить лучше?

Вторая Галактическая порядком измотала Империю. Вот уже пришли в Совет те, кто родился после войны, а уровень жизни был все равно ниже, чем у много выигравших соседей. Дроп-Ан не собирался мешать планам реформаторов, он знал, что произойдет, и не боялся этого. У него были хорошие учителя.

Последний из них Оттов-Молл, скончался совсем недавно, в таком возрасте, что и завидовать не стоит. Перед смертью Дроп-Ан посетил его на даче. Говорили много, но суть была одна: Империя не форма, а суть существования драконов. Форма менялась во время Седьмой Реформации, а суть сохранилась и помогла выжить во Второй Галактической.

Оттов родился еще до Седьмой Реформации, и был одним из тех, кто пронес суть Империи через нее, вырастил такого Председателя Верховного Совета, чьи клыки были больше, чем у самого Бре-Нжи.

Лимузин вождей перешел со сверхзвуковой на дозвуковую скорость и тихо влетел в Гору Верховного Совета. Спящего и через сон чего-то ворчащего Бре-Нжи помощники понесли в его семейные апартаменты. Дроп-Ан, не без труда, но и без посторонней помощи, выбрался из лимузина, и пошоркал в свой рабочий кабинет.

Носить хвост на весу ему было тяжело, а вот его личный секретарь держал хвост под сорок пять к горизонту:

– Вольно! – спокойная команда начальника, и секретарь, щелкнув хвостом об пол, начал доклад.

– Мой генерал, полковник медицинской службы Тер-А-Бех ожидает Вас в вашем кабинете. Барана она заказала. Уже ест.

Когда хозяин кабинета открыл дверь, Тер даже не попыталась встать. Для подчиненных высшего уровня доверия это было необязательно. Ждать Дро в его кабинете могли лишь десять офицеров Империи, заказывать барана – три. Какое там вставать, сразу к делу, причем барана можно было продолжать пережевывать.

– Из всех утвержденных вами кандидатур самой подходящей считаю Ла-Анжи. По всем психологическим параметрам она наиболее подходит как агент второго уровня залегания, шансы сохранить структуру своей личности после внедрения у неё самые высокие.

Ее родная планета в зоне поствоенного присоединения. Так что миссии будет ждать дома. Сейчас учится здесь, в столице, на биолога, в Институте Развития Цивилизаций Третьего мира. Практику проходит на полигоне «Лазурный».

Дро моргнул левым глазом. Тер, сделала паузу, выронила из пасти кусок баранины и продолжила:

– На «Лазурный», поближе к Гаар-Лы, пристроила ее я, вы лично не приказывали, но я сочла, что так удобнее. Я же изменила её специализацию. После вербовки на втором уровне подсознания, если все пройдет нормально, она продолжит учиться в Главном Университете Управления при Верховном Совете.

С таким образованием карьера ей на родине обеспечена. Она в совершенстве владеет языком Материнской Звезды. Гаар-Лы в школе изучал её родной диалект. Вербовку продублируем на двух языках.

Учитывая, что работы по изучению возможностей вербовки на подсознательном уровне в Монархиях только начались. О подобной кодировке они узнают лет через пятьдесят, – моргнув обоими глазами, она ловко подкинула упавший кусок мяса задней лапой вверх и на лету проглотила.

– Хорошо, дочка, проведи внедрение завтра утром, – оба желтых глаза Дроп-Ана выражали только удовлетворение.

– Служу Материнскому Свету! – стандартный ответ из её пасти прозвучал особенно трогательно. Она покинула кабинет, как и полагается при ее статусе, без разрешения и не прощаясь, зацепив когтистой лапой очередной кусок баранины, чтобы дожевать по дороге.

Дроп назвал её дочкой, но они не были родственниками. Её отец был лучшим другом Оттов-Молла. Её дед организовал Институт Мозга во времена Седьмой Реформации.

Глава 3

Георгий

В долину Георгий спускался пешим, ведя лошадь под узды. Встречающая его толпа стояла молча. Обычно всадник возвращался уже мертвым, перекинутым поперек седла лошади. Правда два раза через спину лошади был перекинут дракон, но это было при предыдущих поколениях. Это же поколение на спине лошади ничего не наблюдало.

Тишину нарушила Мария. Она кинулась навстречу живому мужу. Дети кинулись за ней. Получилась куча-мала. Визг и вопли, скорее радостные, чем грустные, и толпа решила толковать это событие как доброе, ну или хотя бы просто толковать.

Илия открыл священную книгу, и еще раз перелистал все картинки. Для толкования данного случая, предлагались две картинки. На одной всадник поражал копьем дракона, на другой – дракон испепелял всадника. В живых всегда оставалась лишь лошадь и кто-то из противников. Теперь все трое были живы. В таких случаях за подсказкой все идут к оракулу. Пошли и на этот раз.

Дежурным по оракулу стояла Ла-Анжи. Через прозрачные в одном направлении стёкла павильона она видела, как к ней приближается толпа ГМО, и среди них был живой Георгий. «Точно живой. Ведь с чего Мария такая радостная?» Но все равно не верилось.

Гаар-Лы был лучшим офицером разведки за все годы Турнира Рыцарей, прошедшим в финал. Она смотрела все этапы. В интеллектуально-тактической части офицеры внутренней безопасности, занявшие второе и третье место, вместе набрали очков меньше, чем он один.

Космические гонки с перестрелкой он выиграл ещё легче. Его выступлению в разделе Психология Воздействия Офицеры Института Мозга аплодировали стоя, что не делали даже, когда победил их кандидат. В силовых единоборствах, хоть его и сильно потрепали, первое место он взял, победив вдвое превышающего его по весу противника, да так, что офицер Блока Особо Опасных Операций уехал домой без левого клыка.

С таким противником у Георгия мог быть только один конец. В день финала Ла-Анжи попросилась в наряд по ферме. Смотреть, как Гаар-Лы убьет Георгия, ей не хотелось. Георгий, из всех обитателей фермы нравился ей больше всех тем, что не врал другим, и что главное, себе. Если он чего-то и боялся, то не делал вид, что это не так. И поэтому оказался единственным, кто сумел победить свой страх и выехать на бой в этом году, затем, чтобы несправедливо, но храбро погибнуть.

Но не погиб. И все равно не верилось: «Ведь не мог же он, в самом деле, победить Гаар-Лы?»

Пока толпа шла к колодцу оракула, Ла-Анжи включила новости. Увиденное потрясало больше, чем обвинения:

– Блестящий офицер поставил крест на своей карьере;

– Разочарование членов Верховного Совета;

– Явно кто-то мухлевал с очками в полуфинале.

Она не слушала обвинений. Открыв пасть, она смотрела на монитор: Желтые глаза Гаар-Лы, пламя, голубые глаза Георгия. Все стало ясно. Ответ для оракула возник в её голове мгновенно, она загрузила его в программу.

Толпа ГМО подошла к колодцу. Илия под бодрый шум, протяжным, смешным голосом, с завыванием задал вопрос оракулу.

– Однако, для начала здравствуйте! – ровный и спокойный голос оракула потряс всех, как всегда, – Если чего-то нет в книге бытия, ищите в книге пророчеств.

– И где ее взять? – промолвил уже без завываний Илия.

– Написать, причем во всех возможных вариантах! – выдал оракул и затих.

Толпа загалдела. В результате, ответственным за написание книги пророчеств был назначен тот же Илия, причем иллюстрации свалили тоже на него.

– Ну и настродамится же он, – сказал Георгий, посадил детей на лошадь, нежно обнял жену и двинулся к замку.

Поселение на полигоне «Лазурный» обслуживала смена всего из пяти сотрудников Института Развития Цивилизаций. В отличие от остальных, специально смоделированных поселений, где применялась феодальная схема управления, это было полностью самодостаточным.

А все, потому, что был ежегодный турнир. Все студенты биологи, и Ла-Анжи не была исключением, знали, что в замке обычно селится самая сильная и агрессивная особь, которая на принципах, далеких от справедливого распределения ресурсов, доминирует над всеми остальными ГМО. Поэтому приходилось держать большой штат сотрудников, чтобы избежать гибели поселения.

А на «Лазурном» была идея ежегодной борьбы со смертельным врагом, грозящим разрушить поселение. Все ГМО, сплоченные этой идеей работали на победу. В замке управлением занимался самый бескорыстный и бесстрашный ГМО, готовый отдать свою жизнь за общину. Георгий стал тем редким рыцарем, чьё правление продлилось больше чем год, а выдающиеся успехи прошлого года ставили его вне конкуренции с предшественниками.

Выдающийся лорд и управленец велик во всем. Георгий был именно таким. Счастливая Мария после лучшей ночи в своей жизни мирно улыбалась во сне, когда Георгий, поцеловав её на прощание, вышел из спальни и приступил к делам общественным.

Во дворе его уже ждали другие кандидаты в рыцари и оружейный мастер Фрол. Именно Фрол вчера на рассвете до последнего пытался вручить Георгию огнеупорный щит. Но год постоянных разговоров с оракулом сделал рыцаря поклонником идеи того, что только сила духа может защитить от огня дракона, а щит лишь культивирует страх.

Сегодня Фролу пришлось отрабатывать вчерашнее неверие. Его господин приказал ему раздвинуть руками полы плаща, наподобие крыльев дракона, а затем кинул в плащ копье. Фрол рукою вытащил копье из складок плаща и с досадой откинул его в сторону.

– Вот именно так, – голос Георгия был неподдельно торжественен, – дракон разумен, как и мы с вами. Воистину разумен!

Капитан Гаар-Лы наблюдал за ним через прозрачную стену павильона. Он тоже час назад покинул свою любимую жену, нежно погладив её кончиком хвоста по спине между крыльев, и прилетел сюда, но не для встречи с Георгием. Ла-Анжи конечно не могла знать, что Гаар-Лы ждет именно её. Молодая практикантка, виляя синим хвостом, шла к себе в общежитие, а тут он.

Вместо удивления по телу будущего агента Империи пробежала волна тепла и спокойствия. Не зря офицеры Института Мозга вот уже пятьдесят лет оттачивают свои гипнотические методы. Ла-Анжи не могла знать, что в метре за её спиной стоит подполковник Тер-А-Бех, так-как уже была в глубоком трансе. Сеанс внедрения длился не более десяти минут. Дело не во времени, а в мастерстве. В заключение всех манипуляций Тер-А-Бех произнесла:

– Гаар, тебе понадобиться кодовое слово. Выбирай.

Капитан посмотрел в сторону рыцарского замка. Потом, вышедшая из транса Ла-Анжи помнила лишь то, как неожиданно встреченный в павильоне Гаар-лы медленно растворялся в воздухе, произнося лишь одно слово:

– Георгий, Георгий, Георгий.

Его голос стих, она моргнула и огляделась. В павильоне никого не было. «Показалось от усталости. Пора спать», – подумала она. За стеклом Георгий рассуждал о том, что лишь высоко духовное существо может оценить силу духа другого существа.

Глава 4

Семья и Империя

Драконы начинают учить детей летать в возрасте шести лет. К этому моменту молодые дракончики уже неплохо бегают на двух, а когда надо и на четырех лапах, отлично плавают, причем не без помощи хвоста, и, главное, уже неплохо думают.

Первый полет – событие настолько важное, что в нем стараются принять участие как можно больше членов семьи. В этом отношении семья капитана Гаар-Лы была образцом Традиции. Присутствовать при первом полете его младшего сына собрались тридцать его родственников.

В полдень последнего дня весны это огромное стадо, весело рыча, поднималось на вершину горы юниоров. Гора была идеальным местом для первого полета. У подножия отвесного склона на много километров вокруг раскинулось красивейшее озеро, делая первый полет не только безопасным, но и зрелищным. Ведь что может быть прекрасней, чем полет дракона, отражающийся в голубом зеркале озера. День был солнечным, и редкие облака лишь подчеркивали глубину неба.

– Значит, говоришь, рапорт о твоей отставке подписали, – самый старший дракон семьи вместе со своим единственным сыном чуть отстали от основной толпы. – Что дальше делать будешь?

– Уйду на административную работу. Друзья уже зовут в местный Совет. Сам знаешь, способов служить Империи много, – капитан Гаар-Лы понимал, его отец расстроен, и искал нужные слова. – Батя! Да хвост с ней, этой военной карьерой, я на гражданке еще Председателем Верховного Совета стану.

Смелое заявление сына, и глаза старого дракона повеселели:

– Да ладно, я как-нибудь это переживу, а вот жена у тебя явно не смирилась. В газетах писали, что она спалила правительственную трибуну на «Лазурном».

– Это она не из-за карьеры. Это она из-за меня. Ты же знаешь, она страстная, вот и зажгла слегка, – Гаар-Лы с любовью посмотрел вслед супруге, – имеет право.

– Согласен, женщина, сделавшая моего сына счастливым и подарившая мне троих внуков, имеет право на свои маленькие слабости, – в голосе старика уже не было грусти.

«А чего грустить? – подумал он, – Империя жива. Младший внук становится на крыло. Это ли не счастливая старость?» Дальше нахлынули воспоминания.

Он вспомнил первый полет своего сына, и слова что ему говорил. Обычно все отцы Империи рассказывают своим детям примерно одно и то же: «Дракон в полёте опирается на воздух. В жизни дракон опирается на свою семью. Но если членов семьи можно потрогать, то воздух, как не маши когтистой лапой, нет. Зато, если высунуться из автомобиля на большой скорости, то в тебя ударит целый поток воздуха. Чем выше скорость, тем сильнее поток. Воздух становится реальным и осязаемым, на него можно опереться. Поэтому премудрости драконьей левитации просты. В первый раз молодой дракон прыгает со скалы, поджав лапы и сложив крылья, и начинает падать, при этом важно не начать крутиться. Набрав скорость, он медленно раскрывает крылья и ложится на поток воздуха. Затем следует планирование со снижением по спирали и посадка на воду. Считается, что для первого полета этого достаточно, и семья переходит к праздничному обеду с обязательным жареным бараном. Дальнейшая техника полетов преподается уже в школе и оттачивается всю последующую жизнь. Так повторяется из поколения в поколение. Так будет и сейчас».

Мысли старого дракона вернулись из прошлого в реальность. Семья стояла на вершине горы. Его сын что-то говорил его внуку перед полетом. Затем последовала короткая команда: – Пошел! – и маленький дракон шагнул вниз со скалы.

Вместо привычного трехсекундного свободного падения юный Джаав-Лы, названный так в честь дедушки, продолжал камнем падать в озеро. Когда до водной глади оставалось не более пятидесяти метров, сердце старика сжалось, и он дернулся вперед. Но ему на плечи легли крылья его старших внуков.

В этот момент Джаав, резко расправив крылья, остановил падение и, захватив крыльями поток, резко развернулся и взлетел вверх. Скорость, которую он успел набрать, и пара взмахов крыльями позволили ему взмыть обратно к вершине горы, и плавно просвистев над головами ошарашенных родственников, приземлиться позади них. Толпа молча повернулась к нему, а затем также молча, к стоящему у обрыва Гаар-Лы. Все ждали, что скажет старший:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.