# Ведьмин экзамен

Саша Арсланова

Что делать, если ты поехала сдавать экзамен и получать диплом ведьмы, а вместо этого была изгнана из Ковена и лишена своих сил? Как быть, если ты случайно вызвала самого настоящего демона и теперь должна отправиться с ним в опаснейшее приключение?

Как справиться с навалившимися проблемами? Видимо, как обычно: нырять в них с головой! Ведь ведьмин характер и неугомонную тягу влипать в неприятности никто отнять не может.

Copyright © Саша Арсланова, 2024

© elvirabay, иллюстрация на обложке

© ООО «Издательство АСТ», 2024

## Часть 1. Про опоздавшую ведьму, незапланированное знакомство и прелести новой работы

### Глава 1

Окно, звонко треснув, осыпалось на пол осколками, заставив меня все-таки подняться и откинуть одеяло. Злобно прищурившись, я опустила ноги на пол и краем глаза успела заметить улепетывающую с небывалой скоростью маленькую коричневую спинку. Это что ж, воробьишки совсем страх потеряли? Я их будить меня поставила, а они имущество портить?

Громко топая по теплым, нагретым утренним солнцем доскам, я распахнула дверь на улицу, грозно оглядела моих маленьких помощников, прятавшихся теперь по кустам, подняла руки вверх, прищурилась и…

– Что? Как это? – Я заторможенно опустила ладони, разглядывая светившее над верхушками деревьев солнце, и заморгала. – Это что, полдень что ли? – И заорала воробьям: – Да как полдень-то! Я вам когда сказала меня будить?! Экзамен же!

Схватившись за сердце, я рванула обратно в избу. Если я сегодня опоздаю, не видать мне диплома еще целый год. Это же позор для любой ведьмы! И никто, ни один из магов не примет во внимание тот факт, что накануне уважаемая ведьма всем лесом отмечала собственное совершеннолетие.

– Бурьян! – басом закричала я и от неожиданности даже замерла на месте.

Интересные последствия ночного пения. Надо признать, раньше у меня такого не наблюдалось. Нет, песни петь я всегда любила, но видно, тут сказался эффект гарпиевой настойки и русалочьи междунотные напевы…

Додумать я себе не дала, решила потом как-нибудь проверить. Помотала головой, прогоняя остатки дремы, и рванула собираться. Хорошо хоть чемодан заранее сложила. Овинник настоял. Он у нас самый хозяйственный оказался.

– А? Что такое? – поднял голову со стола леший.

– Ты все это время тут был? – удивилась я, натягивая школьное платье с белым воротничком и разглаживая мятый подол.

– А? – повторил Бурьян и бухнулся обратно, гулко стукнувшись лбом о столешницу.

– Вот вам и «а», – подняла я брови и начала надевать ботинки. – Да Бурьян же!

– Что? – мгновенно вскинулся леший. Нахмурился, уперся кулаками в стол и встал, покачиваясь на деревянных ногах.

– Опаздываю, Бурьянушка! – заныла я, замирая у зеркала и осознавая, что с этим рыжим колтуном на голове уже ничего не успею сделать. – Ка-та-стро-фи-чес-ки опаздываю!

Леший покряхтел, обводя мутным взглядом мою притихшую избу, а потом подошел к кадушке с водой, опустил туда голову и принялся жадно пить.

– Бумаги, бумаги подпиши, – сунула ему в кадушку свое направление на практику. – Не допустят же!

Леший что-то булькнул, утер рукой лицо, вытащил из таза сонную влюбленную жабку, о которой я совершенно забыла, и когтем по низу страницы провел.

– Ну все, – поклонилась ему, укладывая так и не проснувшуюся Василису в карман и подтягивая к себе неподъемный чемодан, – долго прощаться не будем, свидимся еще! Не держи зла, друг дорогой! Если чем обидела, то…

Договаривать не стала, некогда. Подскочила на месте, щелкнула пальцами, поднимая свои вещи в воздух, и выбежала на улицу. Теперь тропинку открыть до Дубков, а там уж Петер меня по маговскому порталу…

Вышедший следом Бурьян нахмурился и положил руку на мое плечо, останавливая.

– Погодь, этак ты до Дубков еще сколько идти будешь, даже по тропке.

– Бегом побегу, – деловито ответила я, поднимая подол повыше.

Хотя меньше всего мне сейчас хотелось бежать. Думала, после вчерашнего непременно сердечко что-нибудь эдакое отмочит. Но даже если оно встанет, Ковен все равно не признает эту причину уважительной для пропуска экзамена.

– Зараза, не ори, – раздалось из кустов.

Леший только головой покачал и прикрыл глаза. Нечасто у него приключалось плохое самочувствие, но вчера что-то все разошлись. Еще бы! Я зажмурилась, вспоминая посиделки. Все ведь явились, уважили. Даже кикиморы во главе с Инессой были, хоть я их вообще-то не звала. Инесса меня потом в сторонку отвела и сверток выдала для Лихо. Вдруг свидимся с ним? Я туда, конечно, сразу нос сунула, хмыкнула, завернула еще для верности в холщовый мешок и убрала подальше в чемодан. Не дай лесная сила Василиса углядит, что я лягушачьи лапки для перевозки взяла, мозг мне вынесет будь здоров! И не посмотрит, мелкая задавака, что не я посылочку собирала.

– И тебе, Кела, счастливо оставаться, – махнула я рукой.

Хорошо, что сестрички-гарпии успели мне четыре банки слюны наплевать в дорожку. Сейчас, боюсь, и капли бы у них не выцедила.

– Ну, – я нетерпеливо приобняла Бурьяна, – пора мне!

– Да погоди ты, – заворчал он и громко свистнул.

– Эй, совсем очумели там? – раздалось возмущенное из кустов. – И так голова трещит, а вы еще свистеть!

Но мы уж отвечать не стали. Услышав, как из леса к нам несется бурьянов лось Рогатик, я благодарно сжала руку наставника. О транспорте я не побеспокоилась, а ведь так действительно будет быстрее.

– Удачи тебе, Забава, – сказал Бурьян, придержав лося, когда я взгромоздилась на его спину. И добавил тише: – Возвращайся, мы будем скучать.

Я наклонилась, едва при этом не свалившись, чмокнула лешего в деревянный нос и задорно улыбнулась.

– Вы тут без меня пока отдохните хорошенечко! А что вернусь, тут и сомневаться не нужно!

Тронула пятками лосиные бока, открыла тропинку до Дубков, и мы поскакали, обгоняя притихших воробьишек. Они у меня уже ученые были, поняли, что кругом виноваты, и помалкивали себе. С меня станется совсем рассердиться, а там уж никто не предскажет, что я вытворять начну от плохого настроения.

У городских ворот меня ждали. Даром, что Петер вчера с нами полночи песни пел, теперь он бодренько вышагивал вдоль каменных стен, нервно оглядываясь и почесываясь. Ему ли, только-только получившему диплом мага, было не знать, что случится, если опоздаешь на выпускной экзамен. Увидев меня, молодой маг подпрыгнул на месте.

– Ты чего? Забава, экзамен почти закончился! Поторопись!

– Как закончился? Полдень же только?

Я скатилась с Рогатиковой спины. Поцеловала лося в мохнатый нос и легонько стукнула по крупу, отправляя обратно.

– Я же тебе вчера говорил, господин Верховный маг Айвен просил передать, что в этом году с самого рассвета начнут принимать!

– Говорил? – Я почесала колтун на голове. Действительно, что-то такое вспоминалось.

– Угу. – Петер потянул мой неторопливо летящий чемодан в ворота. – Шевелись быстрее! Я этот твой портал уже столько держу, что как бы силы прямо на переходе и не закончились.

– Я тебе закончусь, – нахмурилась я. – Мне сегодня только пропасть в портале и не хватало.

На самом деле Петер мне нравился. После правильного и безупречного Айвена, который пусть и продолжал периодически нарушать мое и без того не слишком устойчивое душевное равновесие, но в нашу развеселую компанию не влился, прыщавый и смущающийся Петер, согласный на любые мои авантюры, очень быстро со всеми подружился. Страшно сказать, его даже Добронрава подкармливала пирогами совершенно бесплатно. Как говорится, на свое место парнишка попал. За Дубки я теперь была совершенно спокойна. Пока буду в столице занята, не пропадут тут мои.

– Не забудь… русалкам книги… заказать, – пыхтела я, пытаясь догнать бежавшего впереди мага.

– Угу, – кивнул он, не сбавляя скорости.

– И выводок волчат проверь… тех… что у дальнего оврага появились… я им… пряников обережных дала!

Обернувшись на ходу, Петер хмыкнул и покачал головой. Своих экспериментов по оречеванию животных я, конечно, не оставила. Но заговорили у меня после жабки только воробьи, да и то не все. Может, стоило количество пряников увеличить? Или переходить на печенье?

– И овиннику… коврик новый… он почти уже научился… опять в кота… перекидываться!

Затормозив у дома, Петер открыл калитку и протолкнул меня внутрь.

– А с кикиморами новый танец не надо выучить, нет? – язвительно поинтересовался он, прыгая через ступеньки крыльца.

– Это по желанию.

Остановившись, я наклонилась и уперла руки в колени в попытке восстановить дыхание.

– Вот спасибочки.

Петер открыл дверь и зашел первый.

Там, прямо в прихожей заворачивался синими кольцами портал. И ничего он не собирался гаснуть, как меня Петер пугал.

– Айвен руку приложил?

Выпрямившись, я бросила взгляд на свое отражение в зеркале и вздрогнула. Честное слово, лучше бы не смотрела! Поездка на лосе и пробежка по городу добавили моей внешности этакий налет придурковатости и легкую сумасшедшинку. Ох, если бы волосы хотя бы были убраны в косу!

– Похоже, да, – ухмыльнулся Петер. – Господин Верховный маг решил позаботиться, чтобы ты наверняка на экзамен попала.

– Он такой, он обязательно…

Договорить я не успела. Петер со всего маха швырнул мой чемодан в недра портала, а потом схватил меня за локоток и поволок следом.

– Удачи, Зараза!

– Забава я! – ответила по привычке, направившись в закручивающуюся спираль, но потом затормозила и плюнула напоследок через плечо.

Пусть это древнее суеверие, а Петер теперь ругается, вытирая лицо, но зато я сделала все, что могла. И теперь с чистой совестью и взбунтовавшимся после вчерашних посиделок и портального перехода желудком пошла сдавать свой последний экзамен.

### Глава 2

Вышла я прямиком к памятнику во дворе школы. Оглядела нашего рыцаря и хмыкнула, порадовавшись наличию у оного второй пары рук и окладистой черной бороды. Помнится, в самом начале обучения мы наряжали его в бальные наряды, отчего дружно, всем ведьмовским курсом, бывали наказаны. Впрочем, нас это, конечно, не останавливало. Приятно, что кто-то подхватил традицию, и я готова была дать какой-нибудь свой дальний зуб, что снова ведьмы отличились. Ну лишал нас каменный рыцарь покоя. Стоял себе на солнышке во дворе, смущал молодые и пытливые девичьи умы.

Я, может, потому и на Айвена сразу внимание обратила в Дубках. Все-таки имелось у них со статуей некое сходство: то ли легкая грустинка с нотками паники при взгляде на меня, то ли нос выдающийся. За все время обучения так и не выяснила, в честь кого изваяли рыцаря. Кто при жизни так сильно постарался, что из него посмертно сначала такой ужас вылепили, а потом еще студентам на потеху поставили. Поговаривали, что когда-то давно табличка с именем все же присутствовала, да только поднаторевшие в магии студенты чего только на этой табличке не писали. Пришлось убрать.

Пока я стояла, рассматривая памятник и размышляя о том, что если дополнительную пару рук прилепили ниже талии, то это еще руки или все-таки уже ноги, на меня со всего маху налетел Дин.

– Эй! – возмущенно воскликнула я, схватившись за ушибленное плечо.

– Зараза? – удивился маг, опускаясь на землю и собирая рассыпавшиеся в разные стороны записи. – А ты чего тут? Ваши уже почти все сдали.

– Как сдали? – замерла я. – Как это сдали? – И закричала: – Где именно сдали?

– Так в западном крыле, – почесал голову Дин.

Даже Заразу ему простила за такое. Сама бы никогда не догадалась, что ведьмы последний свой экзамен в парадном зале сдают.

– Подержи, – протянула ему чемодан. – И покорми. – Я вытащила из кармана сонную жабу, которая начала возмущенно ругаться, только почему-то по-лягушачьи, видно, родной язык быстрее вспоминается, и положила ее на плечо Дина. – И только попробуй потеряй!

– Забава, – вспомнил он мое настоящее имя, – мне некогда совсем! Я к своим бегу, сказать… мы же там… ритуал ведь…

Однако я уже ринулась к входным дверям, а потому дослушивать не стала. Что бы там ни было, это не важнее моего экзамена.

Пока неслась по лестнице, начало покалывать в груди, и я недовольно поджала губы. Только предчувствия мне не хватало. Я с силой растерла ноющее место. Ну-ка прекратить! Не до интуиции сейчас.

К входу в зал подбежала как раз, когда оттуда Алеся вышла.

– Ну? Чего? – спросила, резко остановившись и пытаясь отдышаться. – Все плохо? Завалили?

– Не, вурдалака просто приволокли, – махнула рукой ведьма, распахивая горловину платья.

Чуть выше ключиц ярко выделялись свежие укусы.

– Неужели не сдала? – ахнула я.

– Чего это не сдала? – обиделась Алеся. – Очень даже сдала. Он просто прыткий больно, не дал мне ни секундочки сосредоточиться, сразу накинулся.

– И чего?

– Что чего? – Алеся сложила руки на груди. – Обездвижила я его и все, засчитали. Теперь в лечебное крыло. Чтоб этого вурдалака! Заходи давай, ты последняя. Еле успела.

Если бы не Дин, пожалуй, что и не успела бы: наша Верховная ой, как ждать не любила. В том, что она будет на экзамене, я не сомневалась. А вот присутствие еще и Айвена стало для меня сюрпризом. Правда, я сходу не решила, приятным или неприятным. Поэтому просто вскинула голову, достала из сумки документы по практике и, дождавшись кивка от господина ректора, приблизилась к длинному преподавательскому столу, за которым скучало еще шестеро преподавателей Ковена. И все, конечно, маги, что сразу делало сдачу экзамена чуть сложнее. Однако время близилось к обеду, и я очень рассчитывала на то, что между мной и столовским борщом они все-таки выберут борщ, а меня не станут сильно мучить.

– А вы, госпожа Забава, не торопитесь, – подняла бровь Верховная ведьма, и я пожала плечами.

– Непредвиденные обстоятельства.

Айвен на другом конце стола хрюкнул, а потом, прижав кулак ко рту, прокашлялся. Очевидно, маскировался. Действительно, Верховный маг должен уметь контролировать свои эмоции, пусть ему на пути и попалась одна ведьма, способная, как оказалось, эти маговские эмоции знатно взбаламутить.

– Ладно, начнем. – Верховная откинулась на стуле и принялась разбирать лежащие перед ней бумаги. – Я смотрю, вы всё остальное уже успешно сдали?

– Битву на мечах почти завалила, но взяла преподавателя измором, – поправила я. – Попробуй поймай ведьму в ее лесу.

– Да? А кто там принимал? – Она наклонилась над бумагами. – А… господин Дрэйк. Все-таки хорошая была идея проводить выездные экзамены.

Маги тяжело вздохнули. Еще бы, это ведь они ездили недоученных ведьм по всему миру экзаменовать, не Верховная.

– Но я все равно считаю, что ведьме меч не нужен, – продолжила она, а потом повернулась к ректору, господину Зигмунду: – Ведьмы всегда с палками лучше управлялись. Я говорила: подкараулить и…

Зигмунд задумчиво покивал, не поднимая глаз. Вряд ли он нас слышал. Хотя если с рассвета у нашего курса экзамен принимал, то выглядел еще достаточно бодренько. Общение с таким количеством ведьм никого до добра не доводило.

– Начинайте уже, – скучающе попросил кто-то из комиссии, и все замолчали, выжидающе на меня уставившись.

Я постояла, перекатываясь с пятки на носок, в надежде услышать задание, глянула на Айвена, который ободряюще мне улыбнулся, и совсем растерялась. Что начинать? Кто-нибудь скажет, что нужно сделать?

– Борщом потянуло… – задумчиво подпер голову один из магов.

– Это свекольная подливка к мясу, – шепотом ответила Верховная.

Я принюхалась, а ведь верно, на подливку больше похоже, и тут же отмахнулась, собираясь с мыслями.

– Да ладно? А я надеялся…

– Сегодня гороховый, – повернулся к нему господин ректор.

– Не люблю гороховый. Вот если б хотя бы лапша…

И я начала звереть.

Поэтому тихому рыку, который раздался из дальнего угла зала, очень обрадовалась. Обернулась, почти подпрыгнув на месте, руки развела и улыбнулась. Ну иди сюда, вурдалачишко. Сейчас ты мне очень кстати.

И только страшная зубастая морда показалась из-за колонны, зашептала заклинание. Я не Алеся, уж точно не позволю ему подойти ближе. Тем более уж это заклинание от вурдалаков я еще после истории со своим яблоневым садом выучила.

Бахнуло так, что задрожали стекла в огромных окнах, вурдалак осыпался на пол горсткой пепла, а я торжествующе повернулась к комиссии.

– М-да, – отмер господин ректор, разглядывая мой сданный экзамен, и повторил: – М-да… теперь придется еще одного вурдалака дрессировать. Госпожа Забава, вы зачем так? Испугались что ли?

Удивленно открыв рот, я повернулась к нему.

– Это был мой личный вурдалак, – расстроенно пояснил господин Зигмунд. – Он мне, наверное, пирожков из столовой принес.

– Я… э-э-э… – совсем растерялась я. – Простите, но…

– Вам какое задание выпало? – устало поинтересовалась Верховная.

– Выпало?

– Перед экзаменом билеты тянули, вам что попалось?

– Простите, – повторила я, сжимая ладонями подол платья, – я опоздала и…

– Так, понятно, – перебила меня Верховная. – Господа, что там осталось? Ищем последний билет. Быстрее сядем, быстрее выйдем…

Маги бодренько зашуршали бумажками на столе, а Айвен подпер рукой голову и старательно рассматривал потолок. Тоже мне, поддержка и дружеская помощь!

Волнение и предчувствие чего-то очень нехорошего навалились так резко, что я еле на ногах устояла, а перед глазами замелькали точки.

И в это время господин ректор воскликнул:

– Нашел! Открытие портала для перемещения неживого предмета. Вот, госпожа Забава, – он поднял вверх листочек бумаги, – перенесите свое собственное задание в мусорную корзину у двери.

Всего-то? В голове начало проясняться. Совсем ведь несложно. Помнится, у меня и несколько больших порталов получалось. Правда, с маговым кольцом, да и ведьмы больше любили по воздуху вещи переносить, но чего уж теперь.

Я подошла, взяла листок, повернулась к мусорной корзине и подняла руки. А потом начало твориться что-то совершенно не то.

Портал появился легко, играючи, стоило мне повести кистью, закручивая воздух спиралью. Но я нутром чуяла какой-то подвох. Повернув голову, быстро покосилась на комиссию. Маги тихо переговаривались, не обращая на меня внимания, видимо, итог экзамена их не особо интересовал. И только Айвен, поймав мой взгляд, дернулся и слегка привстал с места.

Я скомкала бумажку с заданием и отправила в центр круга, зависшего на уровне груди, и тут же посмотрела на мусорную корзину. Листок не появился.

– Ну что там? – поднялся ректор. – Закончили? Вот и чудненько, вот и хорошо! – Он потер ладони: – Несите корзину, посмотрим и пойдем уже обедать.

Меня бросило в холодный пот. Где этот дурацкий листок? Почему у меня не получилось? В груди что-то натянулось, неприятно засвербело. Приложив руку, я потерла ноющее место. Может, это не предчувствие, а последствия гарпиевой настойки? И ведь не хотела же ее пить! Я шумно выдохнула, повела плечами, и что-то лопнуло внутри, словно высвобождаясь, а портал загудел и стремительно поменял цвет.

– Забава! – закричала Верховная за спиной. – Убирай портал!

Легко сказать! Портал наливался чернотой, увеличиваясь в размере. Похоже, теперь не я его контролировала, а он меня. В глазах потемнело и скрутило живот так, что не получалось дышать. Я зашипела сквозь стиснутые зубы, стараясь схлопнуть взбунтовавшийся круг, и поняла, что не смогу. Он тянул из меня силы, не давая ни малейшего продыху.

– Что происходит?

– Госпожа ведьма, остановитесь!

Я слышала, как повскакивали с мест маги и попробовали меня окружить, но странный портал никого не подпускал. Я упала на колени, чувствуя: еще немного – и он меня попросту раздавит. А я даже диплом свой не увидела. И такая меня злость взяла. Какое-то дурацкое маговское заклинание меня сейчас размажет в этой парадной зале, а ведь ведьмы порталами даже не пользу…

Додумать я не успела. Портал вспыхнул, а потом перестал двигаться и поглощать мои силы, зависнув в воздухе, и я чуть не повалилась на спину от неожиданности. Оперлась руками о пол и помотала головой, приходя в себя.

– Забава, посмотри на меня. – В нескольких шагах от меня на коленях стоял Айвен. Даже ему не удавалось переступить незримую черту, установленную порталом.

– Смотрю, – прохрипела я.

– Умница, а теперь иди сюда, – улыбнулся он.

Вот только я заметила, как нервно подрагивают кончики его губ, и даже головой покачала. В каких только переделках мы с ним ни побывали, но чтобы господин Верховный маг чего-то испугался, я видела в первый раз. Помахала ему, чтобы не раскисал, и начала отползать. Чуяло мое ведьминское сердце, что неспроста портал застыл. Ой, неспроста.

Но как бы быстро я ни передвигалась на четвереньках, как бы ни болели за меня при этом Айвен и остальные маги, то, что полезло из портала, оказалось чуточку быстрее. И ведь оставался мне всего один шажочек до крепких айвеновских объятий, когда огромная когтистая рука, высунувшаяся из черного круга, ухватила меня за подол и потащила обратно.

Точнее, думала, что потащила. Ведь если ведьму поставить перед выбором быть утащенной в жутко интересный портал или остаться без платья, она, конечно, немножко подумает, но выберет все равно второй вариант. Никогда так быстро не раздевалась!

– Быстрее! – Поднявшийся с пола Айвен почти распластался на невидимой границе. – Забава, быстрее!

– Встали по окружности! – велел господин ректор остальным магам, скидывая сюртук.

– Надо вызвать подмогу!

– Не успеем! Приготовиться! – Ректор остановился у самого портала и поднял руки.

Ишь, как у него глаза-то загорелись! Видно, наш господин Зигмунд тоже в школе заскучал, а тут целое приключение.

Приключение за моей спиной взвыло, и кажется, полезло из портала целиком. Но я решила, что рассмотрю его внимательнее из-за айвеновой спины. Там и видно лучше, и пахнет вкуснее.

Кстати да, воняло из портала будь здоров. Как будто разом стухли все яйца в Ковене.

– Он подпитывается через нее! – крикнула Верховная. – Надо отцепить канал!

Откуда у меня что планируют отцеплять, решила сразу не выяснять, тем более что я благополучно добежала до Айвена и встала за его плечом, позволив себе только тихонько всхлипнуть от восхищения. Ничего себе я наделала!

Черный переливающийся круг надулся, словно большой пузырь, покачался в воздухе и выпустил из себя… Я икнула, широко распахнув глаза. Портал выпустил из себя целого настоящего демона! Это же, это же…

– Внимание!

– Подпитку на Зигмунда!

– Айвен, сдерживай!

– Дуняша! Теперь ты…

Я нашла глазами Верховную. Дуняшей нашу ведьму только смертники называли. Ну и господин ректор, похоже. Она стояла, раскинув руки, и пробовала закрыть портал, пока остальные держали бьющегося в цепях магии демона.

Вот только цепи демон очень даже рвал, а у Верховной закрыть портал не получалось.

– Они связаны! – прохрипел ректор, – Айвен, давай! Мы не выдерживаем!

Я привстала на носочки – какая еще связь? Любопытно было, жуть. Да и потом, когда еще доведется понаблюдать за тем, как сильнейшие маги нашего Ковена свою силу используют.

Поэтому не сразу обратила внимание на повернувшегося ко мне Айвена. Улыбнулась ему от всей души – за-ради такого зрелища и проваленный экзамен не жалко. Хотя, наверное, все же жалко, но должна ведь комиссия мне дать возможность пересдать.

И тут Айвен меня удивил. Посмотрел виновато, сдвинул брови, шагнул ближе – и замелькало у меня перед глазами, закачались стены, а пол стал приближаться как-то поразительно быстро.

– Что?.. – прохрипела я, чувствуя, как меня подхватывают на руки.

Успела только расстроиться, что не досмотрела, чем дело кончится, и вырубилась окончательно.

### Глава 3

Я шагала по городской площади, расталкивая людей, и скрежетала зубами.

– Да ладно тебе, – аккуратно погладила меня по щеке сидящая на плече Васька, – как-нибудь выкрутимся.

Я резко остановилась, отчего в спину врезалась идущая следом прачка, окатив меня мыльной водой из таза.

– Ой-ой, госпожа ведьма, – запричитала она, – не губите! Я ж…

Я скривилась, отряхнула мокрую юбку, вздернула подбородок и процедила:

– Ошиблись вы, уважаемая, я больше не ведьма. Я… я…

Топнула ногой и, не сдержавшись, отвернулась. Отошла к стоящему в центре площади фонтану, села на его бортик и уткнулась лицом в ладони.

– Вась, как он мог? – прошептала жалобно, а жабка только вздохнула. Господину Верховному магу она по старой памяти могла простить все что угодно.

– Ну так а что ему делать-то было? – в который раз завела она. – Сама подумай, на кону безопасность мира.

– А с другой стороны всего лишь я, да? – Я вытерла проступившие слезы. – И как я? Что я теперь?..

– Двигайся давай, – пихнула меня локтем появившаяся тут же прачка. – Ишь, села тут страдать, когда нормальные люди работают!

И пока я молча открывала и закрывала рот, поставила рядом со мной злополучный таз, вытащила оттуда серый ком, когда-то бывший одеждой, и принялась полоскать его в фонтане.

– Ты! – наконец отмерла я. – Да что ты себе позволяешь?!

Повернув ко мне голову, прачка утерла локтем лоб.

– Что надо, то и позволяю. Шла бы ты отседова, блаженная.

– Что-о? – взвилась я. – Я!.. Да ты!..

Привычно взмахнула руками, успев на мгновение насладиться ужасом в глазах хамки, но тут же дыхание перехватило, и я согнулась от дикой, разрывающей боли в груди там, где с недавних пор алел свежий шрам от печати, наложенной господином Верховным магом.

– Хы-ы-ы, – захрипела, падая на грязную каменную мостовую.

Очевидно, характер свой придется немного приструнить, если я хотела еще хоть немножечко пожить.

– Ишь, как корежит, – хмыкнула, любуясь на лежащую меня, прачка. – Уверена, что не блаженная, а?

Я помотала головой, поскуливая, и с тихим шипением выдохнула.

– Заразная? – нахмурила она брови.

Я закатила глаза, потом перевернулась на живот, подтянула колени и, упираясь кулаками в землю, начала подниматься.

– Не, не должна бы. Разве что с недавних пор невезучая. – Я перевела дыхание. – Но это пока вроде по воздуху не передается.

– Вот уж не знаю. – Отпрянув от меня, она схватилась за медальон на груди.

– И побрякушка твоя от невезучести точно не спасет.

Не в силах пока встать на ноги, я раскачивалась на коленях. Это ж надо, какая отдача мощная. До сих пор перед глазами мелькали разноцветные пятна.

– А что спасет? – Прачка аж вся подобралась.

– Зелье может.

Я села на землю и задумчиво огляделась в поисках слетевшей с меня Василисы.

– У-у-у, так это надоть к ведьмам идти. – Прачка подошла и за руку подтянула меня вверх, прислонив к бортику фонтана. – Ну их, они знаешь какие?

– Какие? – заинтересовалась я.

– Да такие как ты, только хуже, – бросила прачка и, снова отвернувшись, принялась за работу.

– Ни добавить, ни прибавить, – прокомментировала вылезшая из воды Васька.

Я молча засунула ее в карман, отлепилась от фонтана, покачалась на неустойчивых ногах и отправилась на поиски жилья, потому как лишенная своих сил ведьма больше не имела права останавливаться в Ковене. Если так подумать, она больше ни на что не имела прав.

– Да хватит уже себя жалеть, – высунула мордочку жабка, словно прочитав мои мысли. – Где наша не пропадала.

– Где?

Запустив пальцы в волосы, я поморщилась. Это же сколько я не причесывалась?

– Сама отказалась от комнаты, которую тебе Айвен…

– Не упоминай, пожалуйста, больше его имени, – попросила я, старательно сдерживаясь, чтобы не повысить голос.

Васька вздохнула.

– Ты ведь сама понимаешь, что это просто невозможное стечение обстоятельств и поэтому…

– То, что во время моего экзамена в соседнем зале маговские выпускники пытались вызвать демона из нижних сфер и были чрезвычайно близки к успеху – это стечение обстоятельств, – все-таки повысила я голос, резко остановившись и широко раздувая ноздри. – То, что недостающим элементом для завершения ритуала оказалась моя наследственная запрещенная сила, от волнения вышедшая из-под контроля, а я прямо к ним по ошибке портал открыла – тоже случайность. – Я помолчала, задумавшись, и добавила ради правды: – Одна из тех, которые со мной всю жизнь происходят. – И тут же снова разозлилась: – А вот то, что господин Верховный маг решил избавиться от демона за счет моих сил, тут уж… – И махнула рукой, закусив губу. – Он ведь меня будущего лишил! Кто я теперь?..

– Он тебе жизнь вообще-то спас, – примирительно заметила Вася.

– Ох, Вась, а кто сказал, что я в этом нуждалась? Ведьмы ведь своей смертью не умирают, а моя стала бы такой, что еще долго обсуждали. – Я мечтательно подняла глаза к небу. – Единственная в своем роде смерть, можно сказать.

– Дура, – плюнула жаба и полезла в карман.

– Сама такая! – обиделась я. – Зато теперь я не ведьма. Радуйся, возможно, даже смогу умереть от того, что меня какая-нибудь прачка ненароком тазом пришибет или лошадь наедет. Или вот…

– Ой, не начинай, а? Надоела, – буркнула из кармана Васька, а я передернула плечами и надула щеки.

Ох и подружка-то у меня теперь. И ведь не денешься от нее никуда.

В трактир «Вурдалачья радость», где поутру совсем не было народа, я заходила с самым кислым выражением лица, которое только могла изобразить. Помедлила на пороге, пока глаза привыкали к полумраку, а нос к запаху квашеной капусты, а потом направилась прямиком к стойке. И, увидев незнакомое лицо, нахмурилась:

– А где Ганс?

– Почем мне знать? – сердито ответил трактирщик. – Чего надо?

– Однако! – уважительно покивала я, присмотревшись к новому хозяину, который возвышался над стойкой всего на полголовы. – И из каких ты будешь?

– Я тебе не тыкал, ведьма.

Трактирщик пропал из поля моего зрения, но вскоре снова вынырнул из-под стола, заметно увеличившись в росте.

Не сдержавшись, я перегнулась посмотреть. Так и есть, табуреточка.

– Гном? – прищурилась я.

– Сама ты гном! – встопорщил он бороду.

– Да ладно! – Я прижала руки к груди. – Неужто чудь белоглазая, наша, родненькая? Как же ты из-под земли-то… да и сразу в столицу! Вы же…

– Мы же, как же… – заворчал трактирщик. – Не твоего ума дела, девка.

Я скривилась: понял-таки, что я больше не ведьма.

– Забава я, – подумав, положила ладони на стойку. – Мне бы комнату. – И со вздохом: – Подешевле.

Он внимательно оглядел меня из-под светлых кустистых бровей, поцокал языком, потом спрыгнул с табуретки, покопался под стойкой и положил передо мной маленький ключ.

– Чердак. Три медяка за неделю.

Выбирать не приходилось. В кармане завозилась Василиса, я прижала ее ладонью, чтоб не высовывалась, положила деньги на стол, кивнула трактирщику и пошла наверх, смотреть свои новые хоромы.

– Бакуня я, – крикнул мне в спину чудь.

Я повернулась и с улыбкой кивнула. Вот и познакомились.

### Глава 4

– И как ты собираешься тут жить? – Мы с жабой остановились перед маленькой дверью, куда даже я могла пройти, разве что согнувшись.

– А что ты предлагаешь? – пожала я плечами. Расстраиваться по поводу жилья я не собиралась, других поводов хватало.

– Ты знаешь, что я предлагаю. – Вася посмотрела на меня. – Он ведь говорил, что не бросит нас…

– Так, – перебила я, вытаскивая ее из кармана и кладя на пол. А сама налегла на дверь. Несмотря на то, что ключ в замке со скипом, но повернулся, чердак открываться не хотел. – Если тебе совсем невмоготу со мной оставаться, иди к господину Верховному магу сама. Он же у нас такой добрый, ни за что в беде не оставит, да?

Васька неуверенно кивнула.

– И кормить будет, и жилье найдет, так?

– Так, – кивнула жаба.

– Угу. – Я отошла на пару шагов и процедила сквозь зубы: – Да как же эта дверь открывается?

Разбежалась и стукнула плечом. Дверь не пошевелилась. Зато плечо ощутимо заныло, и я начала сердиться.

– А потом твой любименький господин Верховный маг решит, что обезвреживать злобную кикимору намного удобнее, если перед этим скормить ей одну слишком разговорчивую жабу. И что ты будешь делать?

– Ну, Забав, – заныла Василиса, – да чего ж ты даже выслушать его не хочешь?

– А что он мне скажет?

Я встала напротив входа, подтянула юбку повыше и пнула створку ногой. И тут же зашипела, больно ударившись пальцем.

Васька замолчала, загрустив.

– Вот подумай сама, – я села рядом, прислонившись спиной к злополучной двери, – это он сейчас вину чувствует, помочь хочет, а потом?

– Что потом?

– Потом он тяготиться нами начнет. – Помолчав, я добавила: – Мной. Мной начнет тяготиться. Он ведь Верховный маг, зачем ему бывшая ведьма? Свои же не поймут. Да и как я стану жить за его счет? Я же себя совсем потеряю… и бабушка еще…

Я сглотнула. Только сейчас до меня дошло, что о своем хм… приключении еще ей как-то придется рассказывать.

– Бабушка не одобрит, если я сдамся и пойду жить к магу.

Вася вздохнула, запрыгнула мне на колени и полезла в свой карман.

– На себя.

– Что? – дернула я головой.

– На себя дверь потяни, – буркнула она и спряталась. – Совсем без меня пропадешь.

Я задумчиво покивала, соглашаясь. А потом развернулась, потянула за ручку и полезла смотреть свое новое место обитания. Выпрямившись, потрогала потолочную балку, которая нависала прямо над входом.

– Ого, какой замечательный сюрприз для незваных гостей!

– Да не один, – протянула Васька, показывая на проваливающиеся доски пола.

Я только плечами пожала.

– Зато места много, почитай, целый этаж наш.

– Ну-ну, – поцокала языком Васька. Этому она у Бурьяна научилась.

Кровать, маленький стол и шкаф обнаружились в противоположном от входа углу, у круглого окошка, из которого открывался гадкий вид на главную башню Ковена.

– И пыли нет, – сообщила я, подняв палец, и села на кровать.

– Ага, вместо нее паутина, – скривилась жаба.

Я свела брови на переносице.

– Вась, хватит страдать! Ты вообще на болоте жила.

Она сложила лапки, нахмурилась и недовольно ответила:

– Сама меня к комфорту приучила, теперь терпи.

Я встала, открыла шкаф, полюбовалась на пустые полки и задумчиво произнесла:

– Зря я чемодан свой оставила.

– А я говорила! – взвилась Васька.

Если по правде, она действительно советовала не пороть горячку, а спокойно собраться, прежде чем навсегда покидать Ковен. Но где я и где спокойно?

– Завтра заберу, – пообещала я, сморщив нос.

– Ой ли, – махнула лапой жаба. – Деньги остались? Ты хоть что-то с собой взяла из леса?

Пожав плечами, я достала из сумки горсть монет и пересчитала. Не густо. Я ведь приехала налегке. Да и зачем мне в Ковене деньги понадобились бы?

– Я только вещи в чемодан покидала, некогда было. Может, овинник чего положил? Он рядом крутился.

– Ох, Забав, намучаюсь я с тобой, – вздохнула жаба и подперла лапой голову.

Я лишь рукой махнула.

– Так я работу найду.

– Прачкой? – ехидно поинтересовалась Вася.

Покачиваясь на носках, я представила, как буду белье в фонтане полоскать, и засомневалась в собственных силах. Вот никогда не сомневалась, а тут нате вам!

– Пойду умоюсь, – задумчиво проговорила я.

И только повернувшись вокруг себя, сообразила, что удобства на чердаке отсутствовали. И тут даже ногой теперь не топнешь. Взвыла тихонько, себя жалеючи, и отправилась на поиски купальни. И мне еще очень повезет, если она окажется не этажом ниже.

– Рядом с лестницей, – крикнула мне в спину глазастая Васька.

Я вздрогнула, замерев на месте, и кивнула. Ну да, все-таки повезло.

– Ура. – Я повернулась к жабе и без особого энтузиазма подняла кулаки вверх, отчего та по обыкновению закатила глаза.

– Иди уже, горюшко.

### Глава 5

Спускались в таверну мы молчаливые и пришибленные. Я бы, может, и полежала в кровати, пострадала, но при Ваське было стыдно, поэтому решила сходить поесть.

Только я спустила ногу с последней ступени, только скучающе обвела глазами зал, прикидывая, куда приткнуться, как замерла на месте: у одного из угловых столов прямо на полу стоял мой чемодан. А рядом с чемоданом сидела чья-то огромная мощная спина, обтянутая белой рубашкой и бугрящаяся мышцами. Я сглотнула. Если придется вещи у этой спины силой отбивать, я прямо тут и полягу. А не отбивать нельзя, я свое в жизни не бросала!

– Вась, – зашептала, – ты это, если что, прячься за стойку у Бакуни. Он не прогонит, чудь только на вид злобный и сварливый, а так животину никогда не обидит.

– Э-эй, – жаба испуганно вылезла из кармана, – ты чего удумала?

Я округлила глаза и кивнула на свой чемодан. Точно ведь мой: угол помятый и пятно на боку от борща. Я тогда очень хороший борщ сварила, вообще ничего от него не отстирывалось.

– Я с тобой, чего уж, – недовольно скривилась Вася, тоже оценившая спину по достоинству. А потом махнула лапкой. – Швабру хоть возьми, вон, за лестницей.

Я осторожно отступила назад, достала швабру, радуясь тому, как удобно та легла в руку, несколько раз аккуратно ею махнула, а потом двинулась к воришке. Главное, чтобы коленки не подломились, когда эта махина надумает обернуться.

– Забава, – раздался окрик из-за стойки, и я едва удержалась на ногах, – у меня уже есть поломойка! – Бакуня снова запрыгнул на табуретку. – Иди лучше на кухне помоги, если делать нечего.

Пока я отвлеклась на трактирщика, вороватая спина повернулась и одарила меня знакомой ухмылкой.

– Сколько тебя можно ждать? – поднялся Лихо из-за стола, а я прижала руки к щекам, отчего швабра из этих самых рук выпала и громко стукнулась об пол.

Лихо подскочил, поставил инвентарь на место, а потом схватил меня своими огромными ручищами, поднял вверх и крепко обнял, перекрывая доступ воздуха.

– Тебя чем кормят? – изумленно выдохнула я, когда появилась такая возможность. – Как ты так увеличился-то?

Вырвалась из рук, нахмурилась и обошла Лихо со всех сторон, ощупывая.

– Это они над тобой все-таки опыты проводят?

– Вот балда! – Он обнял меня за плечи. – Никто надо мной опыты не проводит. – И, призадумавшись, добавил: – Наверное. А вообще Айвен говорит, это оттого, что я наконец с силами своими разобрался. Раньше вся еда на прокорм лиховского голода шла, а теперь задерживается, вот я и подрос.

Я лишь восхищенно покачала головой.

– Тогда тебе пора жрать поменьше.

– Думаешь? – Лихо приосанился, втягивая живот.

– Уверена, – кивнула я и улыбнулась. – Как же я рада тебя видеть!

Лихо усадил меня за стол рядом с чемоданом, который я незаметно погладила ладонью. Ну вот, и не придется возвращаться в Ковен.

– Будешь? – придвинул мне тарелку с жарким, проводив ее тоскливым взглядом.

– Конечно.

Я схватила ложку и быстро засунула еду в рот. Зная Лихо, можно предположить, что в какой-то момент он не выдержит и решит ко мне присоединиться. А я сама не ела аж…

Тут я застыла. В последний раз я перекусывала в своем лесу. Вечером. Получалось, сегодня шел второй день. И заработала ложкой с усиленным рвением. Лихо даже засмотрелся.

– Офень фкуфно!

Не переставая жевать, я перевела взгляд на парня и замерла с набитым ртом. Он еще шире улыбнулся и подвинул ко мне булочку с маком. Булку я, конечно, взяла, но и глаза прищурила. Медленно дожевала, проглотила и только потом спросила:

– А как ты меня нашел? Не припомню, чтобы с кем-то планами делилась.

Лихо вздохнул и развел руками.

– А догадайся.

– Так! – Я хлопнула ложкой по столу и отодвинула тарелку. Лихо тут же потянул ее на себя. – Он тебя подослал!

Я вцепилась с другого края, не отдавая.

– И что?

– А то, что ты на его стороне!

– Это которой? – нахмурился Лихо. – Я запутался что-то.

– На той, где здравый смысл и логика, – заявила выбравшаяся из кармана Васька и полезла в тарелку, которую мы продолжали тянуть каждый в свою сторону.

– М-м-м, как все весело-то. – Отпустив свой край, Лихо сложил руки на груди. – Давай сначала.

Я откинулась на спинку стула, злобно сопя и наблюдая за тем, как Василиса вылавливает оставшиеся кусочки картошки.

– Может, расскажешь, как дело было?

– Зачем? Неужто он не рассказал?

– Вот ты сложная! – скривился Лихо. – Не объяснить, что ли? Никто мне ничего не говорил. Половина парадного зала разрушена, Айвен ходит пришибленный, Зигмунд бледный, как покойник, ваша Верховная просто на всех подряд орет. А ты пропала!

– Я не пропала, а ушла, потому что мне больше нельзя находиться в Ковене.

– Это с чего? – наклонил голову Лихо.

А я протяжно вздохнула.

– На экзамене я случайно вызвала демона.

Брови Лихо поползли вверх.

– Точнее, даже не я, а маги-выпускники. – Я слегка помедлила. – Хотя без меня у них вряд ли что получилось бы.

– Подожди. – Он положил руки на стол. – Как это демона?

– Не знаю, как, – пожала я плечами. – Как-то.

– Но…

– Без но. Вызвала и вызвала, – нахмурилась я, – и это не главное.

– Не главное? – Глаза Лихо уже напоминали блюдца. – Демоны же! В прошлый раз, когда они прорвались, бойня была страшная! Маги тогда то ли с ведьмами объединились, то ли наоборот, потому что кто-то из ваших и стал изначально причиной. В учебниках об этом очень противоречиво написано. Я так до конца и не разобрался. – И тут же побелел: – Куда он делся? Он где-то тут?

Лихо принялся озираться по сторонам, заставив меня скривиться.

– Айвен его остановил. – И с грустью добавила: – Если я правильно поняла, для полного перехода демон черпал силы из меня, и наш Верховный маг просто мне все ведьмины силы заблокировал. Демон не успел, а я… – Я развела руками.

– А ты… – Лихо потрясенно приоткрыл рот.

– Угу.

Мы помолчали, пока Васька с аппетитом доедала мой обед.

– А я все гадал, и чего это весь выпускной курс магов наказали.

– Они хотя бы магами остались.

– Дела… – Лихо запустил руку в волосы, взлохмачивая их. – И что дальше?

– А дальше Айвен предложил нам помощь, – вклинилась жабка. – Но Забава решила, что справится сама.

Я злобно на нее посмотрела, но возразить было нечего.

Лихо поднялся и принялся ходить вдоль столов.

– То есть ты больше не ведьма?

– Какой догадливый, – хмыкнула я, отщипывая кусочек булки.

– И теперь живешь в этой дыре?

– С каждой минутой умнеешь.

– И тебе придется жить обычную человеческую жизнь, ведь в противном случае у демона получится завершить начатое и он устроит нам тут конец света?

Я не стала отвечать. Отвернулась к окну, сквозь грязное стекло рассматривая прохожих.

– Дела… – повторил Лихо, садясь обратно. – Может, в Дубки вернешься?

Я поджала губы.

– Зачем им бывшая ведьма?

– Ты ребят-то не обижай! – осадил меня Лихо. – Не припомню, чтобы кто-то из них друзей в беде бросал. Понимаю, почему на Айвена сердишься, хотя и он…

Я подняла глаза к потолку и заморгала, силясь остановить слезы.

– Нет, Лихо, я туда не вернусь. По крайней мере не сразу.

– Она у нас… как это… принципиальная! – снова влезла в разговор Васька. – Она сейчас примется всем доказывать, что и без сил на что-то способна, да?

Я насупилась.

– Может, и примусь. А может, и нет. Я просто…

Лихо тяжело вздохнул.

– Я просто пока не поняла, не свыклась.

– Ладно. – Он поднялся. – Пойдем, чемодан помогу донести. Мне еще в Ковен возвращаться.

Встав, я взяла жабку в руки.

– Эльку видел?

– Естественно. Она на ушах второй день. После твоего экзамена дошла до вашей Верховной, поскандалила с ней и сидит теперь, наказанная, в комнате.

– Скандалит она хорошо, – кивнула я. – Ладно, передай ей, что я тут…

– Да уж сообразил бы как-нибудь.

Он подхватил чемодан и зашагал наверх по лестнице.

– А Айвену что передать?

Вздохнув, я сжала кулаки.

– Ему ничего не надо.

Василиса чертыхнулась, закатив глаза.

– Над этим мы еще работаем.

Поднявшись, мы остановились у маленькой дверцы.

– Дальше я не пройду, – хохотнул Лихо.

– Я и не приглашаю, – ответила строго, но потом не выдержала и хмыкнула. – Но с удовольствием посмотрю в другой раз, как ты сюда залезать будешь.

Я открыла дверь, протолкнула чемодан внутрь и повернулась к другу.

– Ну…

– Что ну? – Он снова схватил меня ручищами и чмокнул куда-то в колтун на макушке. – Увидимся.

– Увидимся, – грустно ответила я, наблюдая за тем, как Лихо скатывается вниз по лестнице.

– Только снова не реви, а? – высунулась Васька.

– Ой, ну уж ради тебя постараюсь, – дернула я плечом и полезла вслед за чемоданом.

### Глава 6

Чего-чего, а уж реветь я точно не собиралась. Нужно было придумать план и как-то ему следовать. Правда, с планами у меня всегда не ладилось.

Для начала я решила выбросить из чемодана посылку кикиморы для Лихо. Какой бы бесстрашной я себя ни мнила, но на собственном опыте проверять отношение Васьки к лягушачьим лапкам не хотелось. Она же потом мне проходу не даст! Поэтому повернувшись к ней спиной, открыла защелку. Уже в следующий миг она запрыгнула мне на плечо и поинтересовалась:

– Чем воняет?

– Видимо, что-то сдохло, – грустно ответила я, вороша платья.

– Зелья что ли разлились? – Жаба сунула мордочку в чемодан и скривилась. – Теперь и одежда вся пропахнет.

– Уже. – Я вытащила свой любимый рабочий сарафан, на котором расплылись непонятные пятна.

– Ох, Забав, – Василиса перескочила на кровать и удобно устроилась на подушке, – проклял тебя, что ли, кто-то?..

– Я бы почувствовала.

Сморщив нос, я достала бумажный сверток, из которого на пол тут же полилась зеленая жижа.

– Фу, – Васька отвернулась, – унеси это отсюда!

И пока я бегала до купальни, холодной водой застирывая одежду, пока выбрасывала напрочь испорченные вещи, пока намывалась сама, на улице успело окончательно стемнеть. Свечей я, конечно, у Бакуни не попросила. Свечи стоили денег, а у меня с ними пока было туго.

– Вот. – Я положила на стол тщательно завернутый куль, найденный среди платьев, и жабка заинтересованно подняла голову.

– Это что?

– Это от овинника, только он у нас такой дотошный, чтобы упаковать все в несколько слоев.

– Ну так открывай. – Жаба потерла лапки. – Поди что-нибудь съедобное.

– Не знаю – не знаю, – засомневалась я. – А вдруг туда жижа попала? У меня теперь долго в носу этот запах стоять будет. Кажется, я и сама теперь пахну чем-то.

– Не переживай, тебе не кажется.

Вася забралась на стол и стала разворачивать подарок. Я же вздохнула, встала и подошла к окну.

– Ты бы не ходила тут, – попросила Васька, оторвавшись от своего дела. – Так запах становится сильнее. Постой на месте, будь другом.

Я обхватила себя руками и посмотрела на башню Ковена. Где-то там сейчас молодые ведьмочки-первогодки готовились к учебе, разбирали свои зелья, пробовали первый раз кого-нибудь проклясть. Магов, опять же, доводили.

– Ага! – воскликнула жабка, заставив меня вздрогнуть. – Пряники! Так и знала! И все целы!

– Подожди! – Я повернулась к ней. – Не ешь!

– А фто? – Она замерла с куском во рту и тут же снова принялась жевать, – Да тофно не пропали! Фто я, не отличу фто ли?

– Может, мы их продадим? – Я склонила голову набок. – Они ведь обережные! Подумай только…

– Угу, свою долю можешь продать, – кивнула жаба, подгребая себе большую часть.

– Ну знаешь… – обиделась я и села рядом, отчего Васька скривилась и слегка отодвинулась. – Давай сюда!

Я откинулась на стену, покрутила в руках румяный пряничек и откусила. Он оказался необычайно вкусным. Впрочем, овинник других и не делал. Я закинула остатки в рот и потянулась за следующим.

В груди зачесалось, и я передернула плечами. Поскольку печать заживала плохо, стоило бы приложить к ней какой-нибудь травяной компресс. Уж на это-то моих умений точно хватало.

– Сходи вниз, принеси попить, – махнула мне лапой Васька.

Я подняла бровь.

– Если ты отчего-то решила, что я теперь у тебя на побегушках, то ты глубоко…

И тут в грудь будто с размаху ударили. Я взвыла и повалилась с кровати на пол.

– Э-эй, – заволновалась жаба, соскакивая следом, – я же пошутила! Ты чего?

Я захрипела, обхватив себя руками. Сила внутри словно взбунтовалась. Она надувалась, растягивая кожу, и не могла прорваться сквозь печать.

– Пря… ник… – выдохнула я, сообразив, чем вызван приступ.

Только вот жаба поняла по-своему. Она метнулась к столу, схватила недоеденный кусок, а потом засунула его в мой открытый рот, придержав челюсть, чтобы я точно проглотила.

– Ты! – Я выпучила глаза. – А-а-а…

Казалось, вот так мне и придет самый настоящий конец. И отнюдь не такой, о котором мечталось.

– Ой, снова завоняло, – пожаловалась Вася, осматриваясь по сторонам. – И что-то потемнело, видишь?

– Ни… чего я… не… вижу, – выдохнула, переворачиваясь на живот и утыкаясь лицом в деревянный пол. Но вот запах, тот самый запах тухлых яиц, а не сгнивших лягушачьих лап, я отчетливо уловила и напряглась.

Боль нарастала волнами, а когда я подумала, что сейчас самое время отключиться, что-то громко хлопнуло внутри, и все прекратилось.

Зажмурившись и ощупывая себя руками, я наконец выдохнула. Судя по всему, меня должно было разорвать на несколько частей, а потому глаза открывать я опасалась.

– Забав, – жалобно прошептала Василиса, – а что это? А? Забав?

– Где? – прохрипела я, радуясь тому, что руки до сих пор приделаны к туловищу.

– В углу, – еще тише отозвалась жаба и замолчала.

Я подняла голову и ничего не увидела. Совсем.

– Вась, – позвала, – я ослепла?

– Не. – Жаба ткнулась мне в лицо. – Поморгай, привыкнешь.

Она чавкнула над ухом, заставив меня вздрогнуть.

– Ты там ешь что ли?

– Я когда нервничаю, всегда ем, – прожевав, ответила она. – Ну? Видишь?

Глаза постепенно привыкали к странной темноте. Подтянувшись на руках, я села и прижала к себе Василису.

Возле шкафа чернота словно перетекала, разрастаясь и снова сворачиваясь клубком, а от нее щупальцами расходился плотный вонючий туман.

– Что ты натворила на этот раз? – зашептала жаба. – Мне уже как-то не по себе.

– Нашла, что спросить. – Я потерла грудь. – Как будто я когда-то точно знаю, что натворила.

Печать осталась на месте, я чувствовала, как болит под ней кожа. Помотала головой и поднялась на ноги. Вздрагивая от каждого шороха, осторожно приблизилась к окну и открыла его настежь, чтобы впустить в комнату свежий ночной воздух.

– Посиди тут, – положила жабу на стол.

Огляделась по сторонам и схватила свою Книгу заклинаний, которая сохла на подоконнике. И пусть она тоже пострадала от протухшей посылки для Лихо, но намокшая вес имела немалый, а оттого вполне годилась в качестве оружия.

– Не ходи, – жалобно попросила Васька. – Ой, чует мое сердце…

– Мое не чует, – оборвала я и, поудобнее перехватив книгу, направилась к шкафу.

– Просто у тебя его нет, – успокоила жаба, прыгая на мое плечо. – Знаешь ведь, что я тебя не брошу.

– Была охота, – дернула я плечом.

По мере приближения к темному клубку мне все больше казалось, что он нас и не замечал вовсе. Крутился себе, потихоньку растворяясь на воздухе.

– Ну вот же, а ты боялась. – Я выпрямилась, рассматривая расползающийся туман. – Сейчас повоняет еще чуть-чуть и растворится.

– Что-то я уже не чувствую запахов, – пожаловалась жаба и снова захрустела пряником.

И тут прямо из этого клубка раздался стон.

– Ой, что это? – икнула Вася, а я судорожно втянула носом воздух.

– Я откуда знаю? – прошипела, отходя на несколько шагов.

– Так посмотри, – заявила она, ткнув меня лапкой в щеку.

– Ага.

Я еще немного отступила, подумала, посмотрела на книгу, взвесила в руках, а потом размахнулась и запустила ее в злополучный угол.

– Quid est hoc?[1] – проревело оттуда, и мы с Васей мгновенно оказались в противоположной стороне чердака. – Ubi ego sum[2]?

– Чего это оно?

Жабка обхватила меня за шею и мелко задрожала. Или это меня трясло, так сразу и не разобрать.

– Ubi ego sum? – повторил гулкий голос из угла.

– Чего говорит? – зашептала Вася.

– Понятия не имею. – Я принялась озираться по сторонам. Ну хоть маленькая палка на этом чердаке должна заваляться? – Точно ничего хорошего.

– И вам поздорову! – вдруг крикнула Васька и тут же спряталась у меня в волосах.

Я замерла, у шкафа тоже было тихо.

– А что? – зашептала жаба. – Не обязательно же там кто-то плохой, а вежливость еще никто не отменял. Вот у нас в лесу, если ты…

Договорить ей не дали.

Шкаф, хрустнув, начал заваливаться на бок, а из темноты к нам шагнуло рогатое нечто.

– Мамочки! – взвизгнула я, присев на корточки, поскольку это нечто я уже мельком видела. Такое просто так не развидеть. Такое на всю жизнь в памяти отпечатывается.

– Lamia[3]? – выступил вперед демон.

– Нет, – помимо воли вырвалось у меня, – Зара… Зара… Забава я.

– Ведьма, – кивнул демон и вдруг сел на пол, обхватив голову руками. – Снова ты! Ну почему?..

Тут уж и я опустилась на пол, потому что стоять на корточках никаких ног не хватит. А мои сегодня и так едва не оторвались.

Демон молча раскачивался из стороны в сторону и не предпринимал попыток меня убить. Крушить все вокруг он вроде тоже пока не собирался. Поэтому я немножко подумала, посмотрела на Ваську, которая почесывала лапой округлившийся живот, и спросила:

– Господин демон? Доброго вам вечера. А вы зачем тут?

– Quid est hoc mihi?[4] – простонал он.

– Похоже, болит у него чего-то, – ткнула меня в бок Васька.

Я плечами пожала и прошептала:

– Что у них болеть-то может?

– А я почем знаю? Переел? Рога натер? – Жаба снова икнула, а я закатила глаза.

И тут в дверь чердака постучали. Вскочив на ноги, я подняла руки для заклинания и тут же прижала их к животу. Нет уж, снова я так рисковать не буду.

А вот демон напрягся, повернул голову и внимательно посмотрел на дверь. Будь я поспокойнее, полюбовалась бы, как чудесно сочетаются красные глаза с черной кожей.

– Забава! – закричал Бакуня из коридора, – Почему шум? Жильцы жалуются!

– Я…

Не успела я договорить, как рогатый вскочил с места и с рычанием кинулся к двери.

– А-а-а, – запищала храбрая жаба, снова перелезая мне за спину.

– Стой! – только и успела я крикнуть непонятно кому.

Бакуня, дернув ручку, зашел внутрь.

А демон пролетел сквозь него, потом замер на месте и, грозно сверкая своими глазами-угольками, обернулся.

– Чего тут у тебя? – Бакуня огляделся по сторонам. – А, шкаф сломался. Так пришла бы и сказала.

– Ego occidam[5]!!! – зарычал демон, и я снова присела на пол, зажав уши. Еще чуть-чуть и сама орать начну.

– А воняет чем? Крыса сдохла? – спросил, деловито обходя чердак, трактирщик. – Полы помыть надо!

– Я… ты… – заикаясь, начала я.

– Свечу тебе принес. – Чудь повернулся ко мне и улыбнулся. – Сидишь тут в темноте.

Демон, раздувая ноздри, бросился на трактирщика и снова пролетел сквозь него.

Я поднялась на дрожащие ноги.

– Спасибо, Бакуня, за свечу и за…

Рогатый наклонил голову, обнажил длинные острые клыки и попробовал схватить за шею маленького трактирщика. Я вздрогнула, но Бакуня только почесал затылок. Демон провел рукой перед его глазами и нахмурился.

– Ты это, не думай, я не без понятия. Мы своих в беде не бросаем. – Бакуня слегка помялся. – Ведьмы, конечно, вредные бабы, но все равно свои. Не то, что маги.

– Спа… спасибо, – произнесла я, наблюдая за тем, как демон кружит вокруг чудя и раздувает ноздри.

– Ладно, – Бакуня еще раз окинул взглядом чердак, – завтра приду, помогу порядок навести. Сама понимаешь, мало желающих на чердаке жить, вот и не доглядел, что тут мужская рука надобна.

– По… понимаю. – Я выдрала из волос жабу. – Завтра тогда, да?

Трактирщик еще раз улыбнулся, помахал мне на прощание и вышел за дверь. А я села на кровать, прижала к себе Ваську и глубоко вздохнула. Стараясь не смотреть на мечущегося демона, подняла глаза к потолку и тихо спросила:

– Может, все-таки проклятие, а?

Демон повернул голову и оскалился.

– Maledictionem? No![6]

– Знаешь, – прошептала жаба, повернувшись ко мне, – такое впечатление, что он нас понимает.

– Еще бы не понимал, он ведь говорил по-нашему. – Я пожала плечами. – Видимо, у демонов тоже правила имеются.

Рогатый наклонил голову.

– Ну например, – я снова пожала плечами, – выглядеть так, будто с жуткого недосыпа, руками махать, зубы нечищеные показывать, произносить басом непонятные слова. Для устрашения всяких безобидных дев.

– А кто тут безобидная дева? – хмыкнула Вася. – Если только я.

– Ты тоже не очень устрашаешься.

– Я такого с тобой повидала, что этот странный демон кажется очень даже хорошеньким.

– Если ты про кикимор, то они такие сами по себе, я тут ни при чем.

– Ну-ну, – кивнула Вася. – А помнишь, как они у русалок подсмотрели наряды заграничные, что ты хвостатым в подарок накупила? И начали на болотах что-то подобное отшивать?

– О-о-о, – протянула я и задумалась. – Да, там точно жуть была. Никакого понятия о моде. Я их потом с Элькой познакомлю, пусть просвещает, ей такое нравится.

А потом перевела взгляд на стоявшего перед нами демона и предложила:

– Итак, может, уже перестанем друг друга пугать и поговорим?

Рогатый недоуменно моргнул, но промолчал.

– А знаешь, что мне все это напоминает? – снова повернулась я к жабе. – Нашу с господином Верховным магом первую встречу. Он тогда тоже грозно зыркал, что-то там на своем маговском мне, ведьме, запрещал, а потом рогатым ходил.

– Не застала я те времена, – вздохнула Вася, – но наслышана, да… И как Айвен с рогами?

Я улыбнулась, вспоминая приключения моего господина мага с головой быка:

– Очень естественно.

– Надо думать. – Жаба мечтательно прикрыла глаза. – Ему все идет, даже такое.

– Это да, – согласилась я. – Жаль, он не оценил.

– Ламия! – не выдержав нашу болтовню, взревел демон. – Склонись передо мной!

– О, – жаба подняла лапку, – смотри-ка, точно понимает!

– Ха! – Я дернула плечом. – Только обзывается, похоже. Что такое ламия, бес?

– Бес? – снова взревел он, взмахнув когтистой лапой.

Я даже не вздрогнула. Видимо, исчерпался мой пугательный запас. Теперь не скоро восстановится.

Лапа, как я и предполагала, прошила меня насквозь, не повредив.

– Видишь, он ненастоящий, – пожала я плечами.

А демон напротив начал наливаться какой-то подозрительной краснотой.

– Ему опять поплохело, – пожалела попаданца Вася. – Может, водички принести?

Рогатый резко выдохнул, показав нам новый, на этот раз бордовый оттенок кожи. А затем напрягся, и с кончика его пальца медленно сорвался маленький огонек, который долетел до края покрывала и поджег свисающие нитки.

– Все? – поинтересовалась я, туша ткань краем мокрой юбки. – Или еще на что-то способен?

– No, – грустно ответил демон, снова чернея, и сел на пол.

– Похоже, нет по-ихнему, – перевела жаба.

– Похоже. – Я широко зевнула, – Ну что ж, если он разговаривать не хочет, я, пожалуй что, и спать лягу. Больно день утомительный.

– Не то слово, – согласилась Вася.

Я подозрительно покосилась на молчаливого демона и вздохнула, поняв, что ложиться придется прямо так, в платье. Откинулась на подушку, сладко потянулась и повернулась к незваному гостю.

– Если тебе вдруг захочется поговорить или появится сильное желание что-нибудь поджечь, ты уж дождись, пока я проснусь, ладно? А то если нас, бывших ведьм, не вовремя разбудить, страшные дела наворотить можем. И жалко потом, а что делать? Характер так сразу не поменяешь.

А потом зевнула, отпихнула холодную Васю от лица и уснула.

### Глава 7

Открывать глаза не хотелось. Однако утреннее солнце спокойно проникало через незанавешенное чердачное окно. Я со стоном перевернулась на бок и натянула одеяло на голову.

– Ламия, – прошептал кто-то у самого носа, – ты проснулась?

– Неа, – ответила за меня Вася. – Не лезь к ней сейчас. Как-то я решила Забаву разбудить, так полдня сидела обездвиженная.

Я довольно хмыкнула. Помню-помню, обиделась потом жаба сильно. Следующие полдня со мной не разговаривала. Эх, хорошее время было.

– Почему ты говоришь со мной, natrix[7]? – рыкнул демон.

– Кто-о? – Воинственная жабка полезла через меня. – Как ты меня назвал?

Я села, спустив ноги на пол, и сообщила:

– Так, я встала. Встала.

И только потом открыла глаза. Демон стоял у кровати, снова начиная раздувать ноздри.

– Это, – я показала на свою подружку, – жаба Василиса. Можно просто Вася.

– Нельзя, – перебила она. – Это для друзей я Вася, а для него – Василиса.

Я устало вздохнула и ткнула в себя пальцем.

– А я Забава. И никакая не кто-то там, как ты меня зовешь. А ты?

И мы с жабой внимательно уставились на рогатого. Он дернул башкой, переступил с ноги на ногу и все же ответил:

– Корвус.

– Ну вот ведь можешь, когда хочешь.

Я потерла печать на груди, которая за ночь вспухла и снова начала болеть.

– Давай говорить, – прорычали мне прямо в лицо, когда я, поднявшись, собралась отправиться в купальню.

– Давай поедим? – предложила я. – Только сначала умоюсь.

Обошла его и полезла в дверь. Нет, все-таки не ценила я раньше свою жизнь. Одна избушка моя чего стоила. Вредная, конечно, не без этого, но у ведьм других и не бывает.

Тщательно умывшись и прочесав, наконец, свои волосы, заглянула в комнату.

– Вась, идешь?

– Подожди, Лами… Забава, – заявил Корвус, вставая передо мной. – Давай говорить.

– Вот ты настырный, – проворчала я, но все-таки зашла в комнату.

– А я очень злая, когда голодная, – вклинилась жаба.

– А я очень злой, если не убиваю перед завтраком парочку таких, как вы, – сложил руки на груди демон.

Жаба задумалась. Я подошла к окну, заплетая косу, и хмыкнула:

– И много у вас таких, как мы?

Демон нахмурился.

– Нет.

– У нас тоже с демонами не очень.

– Что произошло? – помолчав, спросил Корвус. – Почему я здесь? Почему не могу уйти от тебя?

Я тяжело вздохнула.

– Что такое Ламия?

– Ведьма. – Демон сел на пол, обхватив колени.

– А натрикс? – высунулась жаба.

– Водяная змея. У нас твой вид не встречается, – буркнул Корвус.

Вася понимающе покивала головой.

– Что ты сделала со мной, ведьма? – В красных глазах снова заалели угольки. – Я так долго строил портал в этот маленький убогий мир, столько сил положил на переход, а потом появилась ты!

Не выдержав, он подскочил и попробовал меня схватить, но руки снова прошли насквозь.

– Что ты сделала?!

– Подожди, – нахмурилась я. – Как это ты строил портал? Это ведь наши маги-выпускники, а я просто случайно…

– Случайно? – взъярился Корвус и словно бы увеличился в размере. – Да меня чуть не сплющило от твоей черноты во время перехода! Она утянула следом за собой, не оставляя выбора! Выкинуло где-то в непонятном месте, а потом эти жалкие homunculus[8] не дали до тебя дотянуться! О-о-о, – он сощурил глаза, – мне бы только немного твоей крови, я бы сразу понял, что делать…

– Ой, – я села на кровать, переглядываясь с Васей, – а давай помедленнее.

Демон зарычал и заметался по чердаку.

– Не дали ему до завтрака никого убить, вот он и лютует, – понимающе закивала Вася.

– Подождем, – пожала я плечами.

– Может, успеем сходить поесть? – предложила она.

– Non movere[9]! – Рогатый наклонил голову, приготовившись к прыжку. – Aut ego te occidere![10]

– Корвус, – я примирительно подняла ладони, – я ничего не делала специально, правда!

– Тогда освободи меня! – рыкнул он, подходя ближе. – Отпусти меня, ведьма, и я обещаю, что убью тебя быстро.

– Вот за это спасибочки, – хмыкнула я. – Всегда мечтала.

– И она не шутит, – закатила глаза Вася.

– Но сейчас как-то не ко времени. Да и сил у меня больше нет.

– Есть, – огорошил меня демон. – Я их чувствую. Я здесь из-за них, они держат. Я как Cerberus[11] в цепях не могу прорваться сюда полностью!

– О-о-о, – открыла я рот, а потом догадалась: – А-а-а.

– Чего? – ткнула меня в бок Вася. – Это он о каких силах? У тебя печать не сработала?

– Сработала, – шепотом ответила я. – Она-то демона и держит. Но, похоже, Айвен кое о чем не подумал.

Я почесала ноющую грудь.

– Кто такой Айвен? – Демон грозно сдвинул брови. – Убей его. Отпусти меня. И обещаю, умрешь быстро.

– Какой хороший план. – Я подперла голову ладонью. – Жаль, сама до него не додумалась.

– Как ты смеешь перечить! – Корвус снова начал метаться. – Ты всего лишь ведьма! Ты должна подчиняться мне!

– Еще один, – зевнула я. – Мало мне Ковена с его магами, которые вечно твердят: ведьма должна то, ведьма должна се, так и ты туда же.

– Ты отпустишь меня? – спросив демон, останавливаясь.

Я пожала плечами.

– Я не знаю как. – И, помолчав, добавила: – Я не чувствую своих сил, они все тут. – И ударила по ноющей печати.

– Кровь! – Корвус подошел ближе и склонил голову набок. – Пролей кровь, это всегда помогает.

– Я бы ему не верила, – вклинилась Вася, и я кивнула.

– Зачем ты рвался в наш мир? – поинтересовалась я, поднимая глаза на демона.

– Это мое дело, – рыкнул он.

– Тогда поживем пока так, – решила я, хлопнув по коленям руками и поднимаясь. – Одним болтуном в моей жизни больше, одним меньше… Тем более, никому ты ничего сделать не способен. Да и не слышит тебя, по всей видимости, никто, кроме меня.

– И меня, – вставила жаба.

– Да, кстати. – Я нахмурила лоб. – Тогда надо проверить.

– Не слышит, – досадливо прошипел Корвус. – Только вы. Сегодня ночью я попытался уйти, но дальше нижнего этажа не смог. Меня будто нет. Ни один homunculus даже не учуял.

– Это, наверное, потому что я очень проницательная, – довольно отозвалась жаба.

– Это, наверное, потому что ты все пряники подожрала. – Я подняла бровь и добавила: – Хоть бы один оставила.

Васька виновато потупилась.

– Не могу устоять, ты же знаешь, никакой силы воли.

Я только вздохнула.

– Итак, что мы имеем: ведьма без сил – одна штука, привязанный к ней надоедливый демон – одна штука, жаба без силы воли – тоже одна. Не густо.

– Зато я очень милая, – заявила Вася. – Ну что, пойдем уже завтракать? Чую, блинчиками пахнет…

Демон что-то зарычал-застонал, но промолчал. Добавить ему было нечего. Как и мне.

В голову полезли нерадостные мысли: чтобы прокормить мою «милую» Ваську, нужно срочно найти хоть какую-то работу. И почему она как все нормальные жабы не питалась насекомыми?

Так мы и стали спускаться по лестнице: довольная Василиса подпрыгивала на плече, а понурый Корвус плелся за спиной. Даже если бы и хотел, без меня остаться наверху он не мог. На последней ступеньке я замерла и поморщилась. Меня ждали. И, судя по стоящим рядом тарелкам, часть из которых была уже пустой, ждали давно.

– Ой, – прижала лапки к щекам жабка, – пришел!

– Пришел, – буркнула я, раздумывая, не рвануть ли сейчас обратно, пока меня не заметили.

Но Айвен, словно почувствовав, обернулся. На миг сердце сделало кульбит, и я зажмурилась. Не хватало еще радоваться приходу врага. А то, что господин Верховный маг мне теперь враг, я еще вчера твердо постановила.

– Забава! – улыбнулся он и шагнул ко мне, но я осталась стоять со скрещенными на груди руками. – Сердишься?

– Сержусь? – Я подняла подбородок. – Да я в бешенстве! Как ты посмел прийти после того, как…

И тут голос меня предательски подвел, дрогнул в самый неподходящий момент, сорвавшись.

– Это Айвен? – наклонился ко мне Корвус. – Убей его.

– Сгинь! – шикнула я.

– Что? – Маг удивленно поднял брови. – Подожди. Пожалуйста, давай поговорим, и я все объясню.

– Это Айвен. – Васька мечтательно наклонила голову. – Ну до чего же красивый!

Я медленно выдохнула. С моим зверинцем требовалось срочно что-то делать, иначе мне грозило остаться не только без ведьминых сил, но и без разума.

– Он? Красивый? – оторопел демон. – У него даже рогов нет, как он может быть красивым? У нас таких…

– Да были у него рога, – отмахнулась я и замолчала, натолкнувшись на внимательный взгляд господина Верховного мага.

– Все равно урод страшный, – припечатал Корвус. – Как и ты.

Я булькнула, вздрогнув от неожиданности, и не смогла удержаться, возмущенно уставилась за спину. Кто бы говорил? Чтоб я еще когда-нибудь восхищалась его красным глазами? Стервец!

– Не уходи, – понял по-своему Айвен и добавил: – Пожалуйста. Дай мне объяснить.

– Ладно, – повела я подбородком и прошла к столику. – Только недолго. У меня времени нет, работу нужно искать.

Маг скривился, но промолчал, помогая мне занять место.

– Поешь? – спросил участливо.

– Поест, – ответила за меня Вася и перепрыгнула на Айвена.

– Предательница, – проворчала я, двигая к себе тарелки.

– Возьми эту серебряную палку и воткни ему в глаз, умирать будет долго, – посоветовал Корвус, устраиваясь напротив.

Я посмотрела на вилку, вздрогнула, представив результат, и незаметно покачала головой.

– Тогда… – не унимался демон.

– Я не хотел, чтобы все так вышло, – произнес Айвен, и я опустила голову. – Когда демон начал прорываться, мы понятия не имели, как его остановить. Никогда с таким не сталкивался.

Я пожала плечами и принялась старательно жевать.

– Ни один из ваших homunculus[12] не сравнится с моей мощью, – поддакнул Корвус.

Я цокнула языком.

– Прости. – Маг взял меня за руку. – Я правда пытался… оставалось только отрезать его от источника сил. Твоих сил.

Я выдернула ладонь и потерла печать.

– Болит? – нахмурился Айвен и потянулся ко мне.

– Нет! – отпрянула я. – Не смей меня лечить!

Жаба только головой покачала. Она, в отличие от меня, аппетит не потеряла – сидела в соседней тарелке и уплетала кашу.

– Позволь мне хоть как-то помочь.

– Ты уже помог, спасибо. – Я откинулась на стуле. – Дальше сама.

– Забава, – простонал Айвен, – ну как ты не понимаешь…

– А я понимаю, – кивнула я. – Серьезно. Прекрасно понимаю тебя как Верховного мага, который должен был защитить Ковен и … – я махнула рукой, – и весь остальной мир. Я смириться не могу, что ты, мой друг, так поступил. – Насупившись, я быстро поправилась: – Бывший друг, конечно же.

– Конечно же, – вздохнул Айвен.

– Тарелкой по голове, – мечтательно добавил Корвус. – Не убьет, но оглушит. Потом можно стулом добить и осколками горло перерезать.

Васька, подавившись, закашлялась и возмущенно уставилась на демона. А мне вдруг захотелось пореветь. В голос, чтоб от всей души!

– Забав, я найду выход, обещаю. – Маг сложил ладони на столе. – Я верну тебе силу! Засяду за книги…

– Хорошо, иди, заседай. Чего ты тут время тратишь? А лет через сто, когда ты этот выход найдешь, обязательно отыщи меня. Может, я к тому моменту еще жива буду.

– Ну что ты… – скривился он.

– А что я? – горько улыбнулась. – Не права? Ты вообще знал, что эту печать не снять? Меня тут наша Верховная успела просветить, когда я в лекарском крыле в себя пыталась прийти после твоей помощи.

– Просто мне об этом ничего не известно. – Айвен сдвинул брови. – Я расшибусь, но узнаю!

– Ну-ну.

Я снова взялась за ложку, стараясь не смотреть, как внимательно Корвус слушает слова мага.

– Она меня держит? Печать? – осклабился демон. – Тогда точно убей его. С его смертью заклятье падет.

– Да? – не сдержалась я.

– Да, мы использовали печать, чтобы блокировать силы магов-преступников и, сама понимаешь, вопросом снятия этой самой печати не занимались, – кивнул Айвен на мое восклицание. – Не было нужды.

– А может, и не падет, – задумчиво протянул Корвус. – Но мне все равно будет приятно.

– Да не буду я никого убивать! – закричала я, выйдя из себя.

Айвен застыл.

– Я знаю! И я не называл тебя преступницей, просто сказал…

– Я слышала, что ты сказал! – Я вскочила со своего места. – И еще много чего слышала! Хватит!

– Подожди. – Он поднялся следом. – Позволь я помогу, вот…

Айвен достал кошель и протянул мне.

– Убери, – прорычала я не хуже демона, – убери сейчас же!

– Да что ж ты, – начал закипать Айвен, – упертая, как стадо баранов!

– Да что вы говорите? – Я возмущенно замахала руками. – Хотя, простите, конечно, про баранов вам поди-ка все известно!

– За спиной палка стоит, давай! – подначил меня Корвус, подходя ближе. – Только руку протянуть.

И я протянула. Не собиралась ведь, а сделала. Схватила палку, оказавшуюся все той же злополучной шваброй, махнула перед лицом опешившего господина Верховного мага и крикнула:

– Уходи давай, мне еще полы мыть! Работа сама себя не сделает! А то ходят тут всякие с грязными ногами, убирай потом за ними!

– Это я с грязными ногами? – не выдержав, заорал Айвен. – А ты вообще лохматая и пахнешь непонятно чем! И знаешь что?

– Что? – Я приблизилась к нему вплотную и задрала голову. – Что?

– Я бабушке твоей рассказал, – вдруг тихо признался он, и я бухнулась на стул, захлопнув рот, отчего зубы стукнулись друг о друга.

– У меня уже есть поломойка! – крикнул из-за стойки Бакуня. – Я ведь говорил, хочешь работать, иди на кухню.

– Угу, ее только на кухню, – хмыкнула жаба, продолжая жевать. – Потравимся тут все напрочь.

– И-и-и, – запищала я, прижимая к себе швабру.

Айвен опустился передо мной и проговорил:

– Милая, я понимаю, что ты ведьма до кончиков волос, но так сложились обстоятельства.

– У-у-у, – отозвалась, вытирая плечом скатившуюся по щеке слезу.

– Ну что ты. – Маг обнял меня, и я уткнулась в его крепкую грудь.

– Рядом артерия, я ее вижу, чуть повыше подними голову и кусай, – влез Корвус.

– Да королобый же ты пресноплюй! – не выдержала, обхватывая руками мага. – Не буду.

– Я? – изумился Айвен.

– Нет. – Я шмыгнула носом. – Ты просто дурень несусветный! Бабушке! Нашел кому!

– Я кто? – помолчав, спросил демон, но я только посильнее вжалась в Айвена.

– Так ты же не даешь мне помочь, – прошептал господин Верховный маг.

– Но так-то зачем?

– Колоробый пресноплюй, – покатала на языке Васька, запоминая.

А я вдруг хихикнула. Да уж, не думала я, что сдача последнего экзамена выльется во все это. И захохотала в голос, выпутываясь из объятий.

– И как тебе она? – спросила, утирая слезы. – Лично, надеюсь, поведал историю блудной внучки?

– Лично, – улыбнулся маг.

И я захохотала еще громче. Айвен присоединился ко мне.

– Ну а что? Просто выяснил о себе много нового, доселе неизвестного. Биографию мою до пятого колена обсудили, физиологические особенности…

– Ну, дорогой мой, это еще начало. – Отсмеявшись, я снова погрустнела. – И когда ее ждать?

– Госпожа ведьма не посчитала нужным сообщить мне это, – пожал плечами Айвен. – Думаю, скоро.

– Ох. – Я потерла ладонями юбку. – Может, я еще успею сбежать?

– Не советую, – легко улыбнулся Айвен. – Найдет даже в нижнем мире.

– Кстати, об этом… – подняла мордочку Васька, а я, резко повернувшись, хлопнула по столу так, что та подскочила на тарелке и изумленно на меня вытаращилась.

А я что? Я сделала большие глаза и подвигала бровями.

– Придурочная, – бросила жаба, отворачиваясь.

– Ладно. – Я встала, растирая ладони. – У меня правда много дел.

– Это каких? – заинтересовался Айвен.

– Всяких, – не стушевалась я, посмотрев на него с вызовом. Не хватало только и перед магом отчитываться. И так, похоже, последние свободные деньки остались.

– Хорошо, – улыбнулся он.

А я подняла подбородок и спросила:

– Сколько я должна за завтрак?

Айвен еще раз вздохнул, посмотрел на меня своими синющими глазами, да и ответил:

– Полтора медяка.

Я серьезно кивнула и полезла в карман за мелочью.

– Настоящий грабеж – полтора медяка за две тарелки каши, – проворчала тихо. – Надо будет поговорить на этот счет с Бакуней, этак мы с Васькой будем питаться один раз в день.

Айвен сделал вид, будто не услышал. Принципиальный.

– Так, – сказала я, пересчитав монетки, – у меня тут не хватает, но буду тебе должна.

И высыпала в ладонь магу маленькую горстку.

– Ну конечно, как без этого-то, – спокойно отозвался он.

И состроил такое лицо, что захотелось его треснуть. А потом вилкой в глаз. Эх, все-таки успел демон пагубно на меня повлиять.

– Ты меня простила? – уточнил маг, оправляя расстегнувшуюся жилетку.

– Не всего, – честно призналась я. – И еще злюсь.

Он улыбнулся, отчего Васька в своей тарелке снова томно вздохнула.

– На большее не смел и рассчитывать!

– И с бабушкой ты меня очень подставил, – протянула я.

– Я понимаю, постараюсь как-то помочь.

– Ой, нет. – Я взяла его за руку. – Пожалуйста, там точно не помогай! Боюсь, потом мне тебя спасать придется.

– Разберемся.

Айвен перехватил мою ладонь и легонько поцеловал запястье. И пока я непонятно с чего краснела, поклонился и вышел за дверь.

– Хочешь что-нибудь поджечь? – поинтересовался Корвус, наблюдая за тем, как я разглядываю свою руку.

– А? – Я повернулась к нему. – Нет уж, с этим повременим. В другой раз.

– Как знаешь, – пожал он плечами.

Я направилась к стойке, за которой копошился чудь.

– Бакуня, ты говорил, что я могу на кухне работать?

– Да. – Вылезший трактирщик отряхнул пыль с бороды. – Там помогайки не хватает на подхвате. Плачу немного, но еда и жилье за мой счет.

– Еда без ограничений? – высунулась Василиса.

Трактирщик задумался, оценивая жабьи габариты, и все же кивнул. Признаться, я немножко заволновалась, пока он думал. Моя подружка уже значительно превосходила размерами своих родственников.

– Тогда она согласна, – ответила Васька.

– Я согласна, – произнесла я одновременно с ней.

– А я нет, – буркнул демон. – Тебе нужно пролить чью-нибудь кровь, это всегда помогает, и отпустить меня!

– Мне это точно не нужно, – прошептала я, когда Бакуня скрылся под стойкой.

– Это ты сейчас так думаешь, – осклабился Корвус. – Я ведь никуда не денусь.

– Кстати, – вспомнила я, отходя к лестнице и беря жабу на руки, – ни слова Айвену про демона!

– Почему? – взвыла жаба. – Зачем ты мне сказала?! Я не умею хранить секреты! И от кого? От него!

– Так, – нахмурилась я. – Прекрати истерить и просто держи язык за зубами.

Васька надулась, а потом резко высунула длинный розовый язычок и сцапала им сидящую на перилах муху.

– Я его не контролирую, он сам по себе! – заявила она и полезла в карман.

– У тебя лягух в роду не было, а? Жабы ведь так не могут?

– Семейная тайна, – буркнула Васька и замолчала.

Наградила же судьба подружкой! Хотя, если так подумать, я сама себя ею наградила.

### Глава 8

– Забава, – позвал Бакуня, выходя в зал, – фартук в кладовке возьми! Можешь прямо сейчас и начинать, у нас тут вечером маги будут что-то праздновать, нужно подготовиться.

– Где? Здесь? – удивилась я, поскольку «Вурдалачья радость» уже давно стала пристанищем исключительно ведьм. Маги любили места побогаче, да и к Ковену поближе.

– Вот прямо тут, – ткнул Бакуня пальцем в сторону столов. – Ну? Будешь работать?

– Конечно, – вздохнула я. – Уже иду.

На кухне творилось колдовство. Я встала в проходе, восхищенно наблюдая за тем, как две кухарки споро снуют между столами. Одна месила тесто, другая резала овощи, скидывая их в огромный котел на огне. Печь тут тоже стояла отменная: большая, светлая. Сразу видно, новый хозяин у трактира появился. Навел порядок!

– Ого, это тебе не зелья варить! – восхитилась вылезшая Вася.

– Помощница? – повернулась ко мне одна из кухарок и нахмурилась. – Больно тоща! Ты хоть что-то умеешь?

– Умею, – подумав, ответила я и добавила на всякий случай: – Еще как умею! У меня борщ получается замечательный! А настойка…

– Тогда иди тарелки мыть, – велела она, утирая лоб рукавом. – Стеша тебе покажет.

Стеша хихикнула, вытерла руки о фартук и поманила за собой.

– Вот, – махнула она рукой на гору грязной посуды в углу. – Воду наберешь в колодце на улице, умывальники у нас пока только в жилой части дома. Бакуня старается все быстрее устроить, но пока так.

– М-да, – протянула я, оглядывая фронт работы, – это ж я до вечера тут…

– До вечера нельзя, – нахмурилась Стеша, – только завтрак закончился, потом в обед еще принесу.

– Поняла, – вздохнула я, закатывая рукава. – Значит, до обеда.

– Ну, давай, – махнула мне кухарка и побежала обратно к печке.

– Гхррр, – выдохнул за спиной Корвус. – Quid est hoc mihi[13]?

– Сначала всякие маги кучу еды себе заказывают, – я взяла ведро и через заднюю дверь зашагала во двор, – а потом бедным ведьмам за ними тарелки намывать.

– Зато кормят бесплатно, – успокоила меня Вася.

В маленьком дворе лежали горой наваленные дрова, за которыми стоял покосившийся от времени колодец.

– Бесплатно, ага. Если нас так все бесплатно кормить начнут, я загнусь. – Я наклонилась и заглянула внутрь. – И как дальше?

– Прыгаешь внутрь и тонешь, – ответил появившийся в дверях Корвус. На солнышке сквозь черную кожу на нем стали проступать светящиеся рисунки.

– Как ты вообще до такого возраста дожила? – уперла лапки в бока жаба. – Кидаешь туда ведро, потом вытаскиваешь с водой. Все.

– Ведьмам такое без надобности, – сообщила я, поджав губы. – Пальцами щелкаешь, и ведро само наполняется, а потом за тобой летит.

– Ну-ну. – Вася прыгнула на землю, подползла к краю колодца и тоже заглянула внутрь.

– Ладно, что я, не справлюсь что ли? – пожала я плечами и бросила ведро в воду.

– Забав! – Жаба посмотрела на меня и прикрыла глаза.

– Ты чего? – Я тронула ее пальцем. – Плохо тебе?

– Мне хорошо, – отозвалась она. – Только надо было другое ведро взять, с веревкой.

– Ой! – пискнула я, вместе с жабой следя за тем, как медленно тонет в воде мое ведро.

– Ничего, сейчас. – Я свесилась с края колодца. – Ноги держи.

– Я? – изумилась жаба.

Однако я слушать не стала. Не хватало только в первый рабочий день так опростоволоситься. А потому я наклонилась еще ниже и едва кончиками пальцев зацепила свою потерю, как над ухом прошипели:

– Прыгай!

Конечно, я не удержалась и ухнула в ледяную воду, скрывшись сразу с головой.

– Вот зараза! – закричала Васька, когда я вынырнула, отплевываясь.

– Я не Зара…

– Да я тебя за такое! – донеслось до меня приглушенное сопение, и тут же взвизгнул демон.

– Ой! Ты кусаешься!

– Доставай ее живо! – проорала моя жаба, а я чуть снова под воду не ушла. Что там происходит?

– Quam?[14] – завопил Корвус. – Как ты можешь меня касаться?

– Я тебе сейчас покажу как! Я тебе сейчас такое покажу!

Голоса удалялись, и я вцепилась пальцами в мокрые доски, стараясь удержаться на поверхности.

– Эй! – позвала тихонько, – я тут…

Прислушалась. Какое-то время раздавалось лишь странное пыхтение, а потом надо мной появилась голова демона.

– Ладно. – Корвус отвернулся и добавил громче: – Я сказал ладно! Только отойди от меня.

Он протянул руку, пытаясь когтистыми пальцами уцепить меня за плечо, но снова ничего не получилось: его ладонь проходила сквозь меня, как через растопленное сало.

– Видишь? – Он повернулся к жабе, которая с воинственным видом, раздувая брюшко, коршуном следила за его действиями.

– Вижу. – Она прищурилась. – Забав, попробуй ты.

Демон снова опустил когтистую конечность, а я, подтянувшись на руках, осторожно тронула его ладонь и тут же вцепилась в нее клещом.

– Что? – От неожиданности Корвус отпрянул, махом вытянув меня наружу, и вырвал свою руку. – Quare?[15]

– Неожиданно, – согласилась я, выпуская ведро, которое перед этим повесила на локоть. – Но хоть воды набрали.

Демон стоял поодаль, нахохлившись и злобно поглядывая на Ваську.

– Интересненько. – Приблизившись к нему, я выставила палец вперед. – А если так?

И ткнула этим самым пальцем в грудь демона. Палец уперся в шестиконечную звезду, резко засветившуюся на темной коже. Демон рыкнул и в ответ попробовал толкнуть меня. Но я только хохотнула и приложила к его переливающейся груди уже обе ладони.

– Ха, – улыбнулась я и добавила злорадно: – Ну и кто тут попал? А? Кто тут никуда от меня не денется?

– Ведьма, – прошипел Корвус, отступая.

– Была, – с грустью произнесла я, отворачиваясь и хватая ведро. – Одно хорошо, нашлась и на тебя управа.

Я кивнула на Ваську, хихикнув, и двинулась обратно на кухню. Нутром чуяла, что с мытьем тарелок тоже не все гладко будет, но сдаваться так просто не привыкла.


Мы сидели друг напротив друга и мрачно смотрели на одинокую тарелку с мясной поджаркой.

– Ешь давай, – устало подперев голову рукой, сказала я Ваське.

– Чего-то не хочется.

Жаба опустилась на брюшко, растопырив лапки в разные стороны, и закрыла глаза.

– Честно заработанная еда, между прочим.

Взяв вилку, я принялась ковыряться в тарелке. Аппетит, впрочем, пока не приходил. Никогда в жизни потомственная госпожа ведьма так не уставала, даже когда участвовала в великой кикиморошной битве на болотах.

Стеша сновала по кухне, будто и не упахивалась тут с рассвета. Она протирала столы и готовилась к завтрашнему дню, что-то тихо напевая себе под нос. А Бажена, которая была за старшую, помогала Бакуне в зале. Гостей сегодня действительно пришло много. И мы с Васькой, голов не поднимая, только терли и терли эти грязные тарелки и пивные кружки, которые приносил нам маленький чудь.

Василиса поначалу лишь ценные указания раздавала, а потом, поняв, что я не выдерживаю, присоединилась. Так, вдвоем, и отработали до закрытия.

– Завтра полегче будет, – улыбнулась Стеша. – Бажена завсегда сначала проверяет работницу, дает ей самую грязную работу. А ты вон молодец, справилась. И с завтрего будем вместе все. Я эту посуду, ух! – Она махнула полотенцем. – Быстро наловчилась мыть, не пропадем!

– Угу, – я посмотрела на свои красные опухшие руки, которые полдня пробыли в ледяной воде, – ух.

– Там тебя, кстати, спрашивали сегодня, – вспомнила кухарка, рассовывая кастрюли по полкам. – Но компания какая-то уж больно буйная явилась, я тебя и не стала звать. Ни к чему.

– Угу, – повторила я, засовывая в рот кусочек мяса.

Мясо, надо отдать ему должное, оказалось очень вкусным, но в горло не лезло. И я с тяжелым вздохом отложила вилку. Нет, следовало только на деньги договариваться, с такой работой еда может и не понадобиться.

– Где этот? – поинтересовалась жаба, открыв один глаз. – Что-то давно его не слышно.

– Где-то там, – махнула я рукой в сторону зала, откуда доносились крики и вопли подвыпивших посетителей, и добавила тихо: – Демону, видите ли, не по статусу на кухне сидеть и на посудомоек смотреть.

– Нам же лучше, – кивнула Вася.

– Ладно. – Я оперлась о спинку стула, покряхтела и потянулась. – Надо еще до кровати добраться, завтра новый прекрасный день.

– Приходи к обеду. – Стеша сняла фартук. – За завтраком сами управимся, да и народа обычно не бывает.

– Что за удивительное везение, – кисло ответила я и положила сонную жабу в карман, глядя на то, как гасит свечи кухарка.

– Да ладно тебе! – Стеша положила мне руку на плечо. – Тут работа отличная и платит Бакуня вовремя.

Я покосилась на свою недоеденную оплату и хмыкнула.

– Я раньше в «Маговом выворотне» работала, вот там да, там тяжко приходилось. – Кухарка присела на краешек стула, подперев щеку ладонью. – Весь день носилась как угорелая, то дров принеси, то щей навари, то вон в зале на подхвате подавайкой. А там уж и всякие гости бывали, кто монетку даст, а кто и зажмет под лестницей.

– И чего ты? – нахмурилась я.

– А чего? – удивилась Стеша. – Терпела. Так везде. Это тут Бакуня не дает гостям разгуляться, сам за порядком следит. А он хоть и маленький, но кулак у него будь здоров!

– Н-да… – протянула я и загрустила. Все-таки ведьмой работать было не в пример легче.

– Ладно, иди давай, а то так и уснешь тут за столом!

Кухарка вскочила, обдав меня ароматом свежей выпечки, и ушла через заднюю дверь.

Я со стоном поднялась на ноги, задула последнюю свечу и тихо направилась в зал, стараясь никому не попадаться на глаза.

А вот там творилось нечто невообразимое. На кухне мы, конечно, слышали, как веселятся гости, но тяжелая дубовая дверь заглушала шум. Я остановилась на пороге, пытаясь сквозь дымку разглядеть Бакуню, чтобы отчитаться о работе, но белесая голова чудя ныряла в глубине зала.

– Ладно, все завтра, – решила я и осторожно, стремясь не привлекать внимания загулявших магов, двинулась к лестнице.

– Смотрите! – закричал кто-то у крайнего стола. – Я же говорил, она тут!

И заржал, вставая, хлопая себя по бедрам.

– Да ладно? – принялись пьяно оглядываться его дружки, поднимаясь.

А я вздохнула, прижала всполошившуюся жабку ладонью, застегнула на пуговичку карман, чтобы не вылезла, и выпрямила спину.

– Ну ничего себе, кто у нас тут в поломойках. – Маги окружили меня, тесня к лестнице. – Наша веселая подружка, госпожа ведьма.

– Где? – пожала я плечами, оборачиваясь.

Этих конкретных магов я знала слишком хорошо, чтобы понимать: просто так мне не сбежать. Еще когда я одному из них, Вилфу, свое экспериментальное зелье подлила в столовой Ковена, и он несколько месяцев проходил в фурункулах, мне обещали серьезно отомстить. Но где отомстить и где ведьма? Я, помнится, с Элькиной помощью после их угроз весь выпускной курс на горшок посадила. Похудательная настойка у меня всегда отменная получалась.

– Ах да, – ухмыльнулся Рилан, обдав меня перегаром, – она ведь у нас теперь, сюрприз-сюрприз, больше не ведьма!

– Как интересно, – протянул из-за спины запропавший демон. – Неужто тебя сейчас убьют? Надо было соглашаться на мою сделку, я бы сделал это быстро.

– Вот еще! – Я дернула головой, еще выше поднимая подбородок. – Никогда никого не боялась, а уж этих маленьких мальчиков…

– Чего? – надвинулся Рилан. – Ты еще огрызаешься? А ну встала на колени, девка!

– Эти точно долго убивать станут, я такое нутром чую, – кивнул Корвус.

– Эй, что тут происходит? – ввинтился в наш тесный кружок Бакуня. – Разошлись, я сказал!

– Иди ты, гном, дальше, куда шел, – пьяно улыбнулся Вилф. – Зашибем ненароком.

И упал на месте как подкошенный. Мы с магами дружно уставились на чудя, который наливался нездоровой краснотой.

– Я не гном, – процедил он, ударом кулака укладывая рядом следующего выпускника.

– Ой!

Я поспешила отойти к скучавшей в углу знакомой швабре.

– Стоять! – рявкнул Рилан, дергая меня за рукав.

– А это уже интересно, – оскалился Корвус.

– Интересно ему, – проворчала я, выворачиваясь и хватая инвентарь.

А Рилан уже поднял руки, готовя заклинание. Но ведьма со шваброй – страшная сила. Пусть ведьма и бывшая.

Я взмахнула своим оружием, подсекая мага, и когда он повалился мне под ноги, припечатала по лбу.

– Плохо, – прокомментировал Корвус, скрещивая руки на груди. – Он жив остался. Надо сильнее бить, даже черепушка не треснула.

– Нормально, – процедила я. – Если я каждого мага, которому насолила, убивать стану, в Ковене никого не останется.

– Выпусти меня, – завозилась в кармане Вася. – Я им сейчас…

Корвус передернул плечами, и я помимо воли улыбнулась. Да уж, кто бы думал, что маленькая жаба целого демона запугает.

Бакуню меж тем окружили оставшиеся трое магов, трезвевшие на ходу. Дарен даже вспомнил обездвиживающее заклинание. Заметив, как он складывает третий и четвертый пальцы, я хмыкнула: у ведьм это дело намного быстрее получалось. И хорошенько пихнула его шваброй в зад, сбивая заклятие.

А потом входная дверь настежь отворилась, громко ударившись о стену, и кто-то громко заорал:

– Забава! Девчонки, Забаву бьют.

– Все. – Я опустила палку и посоветовала: – Теперь точно бегите.

Маги переглянулись и рванули в разные стороны, перепрыгивая через столы, к окнам, оставив своих павших товарищей на милость врага. Потому что одно дело задирать одну бывшую ведьму, и совсем другое – столкнуться с одиннадцатью звереющими на глазах ведьмочками, которые сильно не жалуют магов. Даже Ждану из кровати подняли. А во главе злобноведьминского отряда стояла магиня Элька, сейчас задорно выпускающая огненные шарики, которые жалили удирающих магов во все места, в которые попадали.

И только все маги с поразительной ловкостью покинули помещение, девчонки обступили меня со всех сторон, гомоня кто во что горазд.

– Я тебе зелье принесла оздоравливающее, – сунула мне в руку пузырек Отрада. – Больше двух ложек сразу не пей, я еще не знаю точно, как оно работает. У моего лешего на него, правда, прыщи полезли, но сил, сказал, прибавилось, даже добавку пить не стал!

– Слушай, а хочешь, я тебе одежду зачарую от пятен, а то… – подняла руки вверх Алеся, и я испуганно отшатнулась. В последний раз, когда Алеся использовала бытовые заклинания, у нее половина гардероба сгорела.

– Вот тебе добрынь-трава, сама собирала на практике, засушила почти правильно, а что чуток подмокло в конце, так ничего страшного! Отличные зелья будут получаться, даже без ведьминых сил, – тряхнула холщовым мешком размером с чудя Алеся.

– А от меня кольцо семейное, вурдалаков должно отпугивать, но я не проверяла, – взяла меня за руку Ждана, цепляя массивное золотое кольцо. – Ни одного завалящего вурдалака за год не нашла. Думала уж сама его сотворить, но в моем лесу добровольцев не нашлось!

– Так, ведьмы, – вышла вперед Верея, наша староста, – не наседаем. Забаве и так досталось! Сейчас я только быстренько заговор на здоровье прочитаю.

Я, уже не зная, плакать или смеяться, обняла сразу всех своих девчонок и всхлипнула.

– Эй-эй, не толпимся, давайте сядем и поговорим спокойно, – вытянула меня Эля.

– Закрываемся мы! – выступил вперед растрепанный Бакуня, как раз закончивший вытаскивать бессознательных хулиганов на улицу, и встопорщил бороду. – Никаких больше магов в моем трактире!

– Так мы и не маги, – подперла рукой круглое бедро Верея, а потом посмотрела на Эльку и добавила: – Почти.

– Дел тут наворотили сегодня, уборки до утра! – нахмурился чудь. – Нет уж, закрыто, говорю.

– Тю! – взмахнула руками Добролика. – Так что ж вы, родненький, сразу не сказали, мы тут быстренько!

– Ой нет, – выставил вперед ладони Бакуня, – я сам!

Я хмыкнула. Похоже, хорошо он ведьм знал.

– Какой ужас, – тихо простонал из-за плеча Корвус. – Мало мне тебя одной, так вас вон сколько.

– Хорошо, батюшка чудь, – повела плечом Алеся, – уходим уже!

И наклонилась ко мне:

– Что-то в Ковене неспокойно сегодня, весь день Верховная бегает, и Зигмунд волнуется!

– Да-да, – зашептала на ухо Ждана. – И я слышала, как твое имя называют!

– Я-то им на что? – удивилась я. – Вроде все уж порешали.

– Кто знает, – протянула оттеснившая от меня ведьм Эля. – Держи ухо востро!

– Спасибо вам! – сказала я, прижимая руки к груди.

Девчонки снова меня обступили, похлопывая по плечам. А потом вздохнули разом, и одна за другой покинули трактир, помахав на прощание.

– Да… – подала голос из кармана Вася, – не зря леший говорил: «Видишь много ведьм – прячься».

– Не преувеличивай, – отмахнулась, выпуская жабку. – Хотя в твоем случае, может, и оправданно. – И хмыкнула: – Тебя бы точно затискали!

– Во-во, – высунула голову Василиса, – пойдем уже спать, а? Сколько можно?

– Забав, – позвал меня Бакуня, когда мы уже поднимались, – ты уж прости, но сегодня помочь на чердаке не выйдет.

Он снова взмахнул руками, показывая на разбитые окна и опрокинутые столы.

– Да уж понятно, – со вздохом ответила я. – Ничего, мне там даже нравится.

### Глава 9

Утром меня разбудил настойчивый стук в дверь.

– Уже иду, – пробормотала я, поворачиваясь на бок и укутываясь в одеяло. – Или не иду.

Стук не прекратился.

– Там странное существо какое-то, – обрадовал Корвус. – Не могу никак определить, к какому роду относится. Вроде и на humanum[16] похож, но и на quercus[17] смахивает.

– А? – Я оторвала голову от подушки. – Чего говоришь?

– К тебе пришли, говорю, – отмахнулся демон.

– Да открой уже, – толкнула меня жаба, не открывая глаз. – Надоел стучать-то.

Я свесила ноги с кровати, пальцами потрогала теплые доски пола и потянулась. Дверь содрогнулась от очередного удара, и я, нахмурившись, поднялась.

– Ну? – спросила я, наклонившись и распахнув свою маленькую дверь.

И, быстро выпрямившись, больно стукнулась о балку.

– Ой, мамочки! – Я прижала руку к затылку.

– И тебе поздорову, Забава, – ответил бабушкин леший, пролезая внутрь. – Осторожнее надо, молодая хозяйка, тут вон палка у тебя.

Он выпрямился во весь свой немаленький рост, осмотрелся по сторонам и неодобрительно покачал головой.

Я посмотрела тоже. Ничего страшного, кроме демона, сидевшего в углу на поломанном шкафу, к которому имел необъяснимую душевную привязанность, не обнаружив, пожала плечами. А что не убрано, так это я гостей не ждала.

– Госпожа Гордана доброе утречко передает и просит незамедлительно к ней явиться.

– Так бабушки нет внизу?

Я выдохнула с облегчением. Не хватало только объясняться, что внучка ее непутевая посудомойкой на жизнь зарабатывает.

– Нет, отговорил я ее, – прогудел Чащоба и улыбнулся. А потом подмигнул мне и распахнул объятия. – Что ж ты тут устроила-то снова?

– Ох, Чащоба, – я прижалась к лешему, – да все как обычно!

– Ну-ну. – Он погладил меня по голове. – Все у тебя, молодая хозяйка, как обычно. Ничегошеньки за восемнадцать лет не поменялось!

– Он мне не нравится, – буркнул из своего угла Корвус, а Чащоба вдруг глаза свои сузил, втянул воздух со свистом, и заклокотало где-то в деревянной груди.

– Так, – протянул он, отодвигая меня, и на шкаф уставился, – та-а-ак.

– Чего? – шепотом спросила я, хватая за руку бабушкиного верного друга. Сколько себя помнила, он всегда с ней рядом находился. А уж когда я на свет появилась, так и меня нянчил, в лес первый раз отвел, с силой учил обращаться.

– Ну, Забава! – Чащоба укоризненно посмотрел на меня и покачал головой. – Собирайся. Гордана долго ждать не будет, сама приедет.

– Я с вами, – вылезла из-под одеяла Васька. – Василиса я. – Подумала и добавила: – Для вас можно просто Вася. Здравствуйте.

Я только хмыкнула.

– И вам не хворать, – откликнулся леший.

Снова покосился в угол на демона, который подобрался для прыжка, нахмурился и, уже выйдя в коридор, сообщил:

– Внизу вас жду, карета у входа.

– Карета, – простонала я, приблизившись к окну.

– Он меня видит? – прорычал Корвус.

– Так спросил бы. Но вообще-то надеюсь, что нет. Если бабушка про тебя узнает, ой, что будет.

– Что? – Васька от любопытства даже поднялась на лапках.

– Что-то! – Я сдвинула брови. – Ты уж, будь добра, язык свой самостоятельный приструни. Если сегодня что не так пойдет, не видать нам с тобой свободы всю оставшуюся жизнь!

– Я-то тут причем? – удивилась жаба. – Я куда захочу, туда и пойду. Мне твои родственники не указ.

– Это ты пока так думаешь, – обнадежила я, раскладывая на кровати стиранные платья. Знала бы, что все так скоро случится, попросила бы вчера Эльку что-нибудь подходящее принести.

Взяла то, что менее всего пострадало от лиховской посылки. Понюхала – запах, конечно, не выветрился, но в нос сильно не бил. Если близко ни к кому не подходить, может, и ничего.

Причесалась тщательно, посмотрела на черную краску для волос и отложила. Не ведьма я больше. Можно сильно не стараться. Огладила подол, положила жабу в карман и направилась вниз.

– Я не хочу никуда ехать, – нахмурился Корвус.

– Так не едь, – бросила я через плечо.

Он только зло рыкнул и поплелся следом. А куда ему от меня теперь деваться?

Бакуня, улыбаясь во весь рот, махнул из-за стойки, и я насторожилась. С чего он вдруг такой счастливый?

Наконец я вышла на улицу. Летнее солнце радостно осветило золоченую крышу кареты, заставив меня скривиться. Нет, чтобы попроще чего прислать, но бабушка была в своем репертуаре. А потому я наклонила голову, прикрываясь ладонью, чтобы никто из знакомых не увидел, и юркнула внутрь.

– Молодец, быстро, – похвалил Чащоба, закрывая дверь. – А я тут с чудем белоглазым пообщаться успел. Хороший мужик, правильный.

– Угу, – буркнула я, отворачиваясь.

– Теперь тебе, молодая хозяйка, нет нужды на кухне работать. Я заплатил за комнату и за еду. А бабушке мы не скажем.

Я сжала кулаки и заскрипела зубами, но смолчала. Ничего. Другой трактир найду.

– Не сердись, – погладил меня по плечу леший, – я не могу иначе.

– Я сама бы… – начала я сердито.

– Сама-то сама, но ты же внучка мне почти, с пеленок на моих глазах. – Он улыбнулся. – Как я тебя в беде оставлю?

– Если бы я в беде была, сама бы попросила.

– Ой ли? – покачал головой Чащоба, но дальше развивать тему не стал.

Оно и правильно. Мне требовалось сосредоточиться и собраться с мыслями.

Карета остановилась у самых ворот Ковена, и я, застонав, прикрыла глаза. Стоило бы догадаться. Бабушка тихо приезжать не умела, ей непременно надо было поставить всех на уши. А я-то надеялась, что она где-нибудь в хорошей гостинице захочет пожить.

Народищу на улице собралась тьма, галдели, кто во что горазд. Чащоба выбрался из кареты первым, а я за его спиной тихонько выскочила и в сторону отошла, затерявшись в толпе. Вроде как не при делах, не знаю никакой кареты. Никому не говорила, кто у меня бабушка и, если получится, планировала никому не говорить. А ректор с Верховной сами язык за зубами держали, им с нашей семьей тоже ссориться не с руки.

– Чего стоим? – спросила у мага-первокурсника, который едва не подпрыгивал от нетерпения.

Он повернулся и широко улыбнулся, демонстрируя дырку между зубами. Первокурсники мне даже нравились, это они потом приобретали все необходимые для магов черты характера: надменность, упертость и самодовольство. Видно, магия у них была порченная, не то, что у нас, ведьм. Мы из года в год только лучше становились: злее, вреднее и ехиднее. А пока мальчишка, радостно махнув рукой, показал в сторону главной башни.

– Так сама госпожа Гордана приехала! Представляешь! Легенда! Даром, что ведьма!

– Представляю, – кисло пробормотала я, стараясь не попадаться на глаза ищущему меня Чащобе.

– Это ж первый раз за столько лет она в столице! И что такого могло случиться, чтобы она из лесов своих выбралась?

– Действительно, что бы такого могло произойти? – вздохнула я.

– Говорят, сам Верховный маг Айвен ее вызвал, чтобы она восстание демонов предотвратила, как в прошлый раз!

– Ну да, ну да. – Я провела носком туфли по земле и только потом насторожилась, сообразив. – В какой прошлый раз?

– Ой, да ну тебя, иди историю учи! – отмахнулся первокурсник. – Вот бы хоть глазочком…

– Не советовала бы тебе это, парень, так можно и без глаза остаться, – произнесла я, похлопав его по плечу.

А вот про прошлый раз я действительно не поняла. Не то чтобы я подвигов бабушкиных, совершенных ей по молодости, не знала, но чтобы демоны… не припоминала такого. И, кстати, куда запропастился мой собственный демон?

– Корвус? – позвала шепотом, оглядываясь по сторонам.

– Он за каретой прячется от лешего, – ответила из кармана Васька. – Какой-то нам с тобой трусливый демон попался. Только и знает, что зубами щелкать, а толку-то…

– Ну хоть так. – Я прижала ее рукой. – Не вылезай пока, тут слишком много магов на одну тебя.

– Как сама меня магам перед экзаменом отдала, так нормально! – проворчала жаба, высунув мордочку.

– Я не магам, я Дину, – пожала я плечами. – Он нормальный. – И, подумав, поправилась: – Во всяком случае был, пока они демона не собрались вызывать.

# Примечания

1

Что это такое?

2

Где я?

3

Ведьма?

4

За что мне это?

5

Убью!

6

Проклятие? Нет!

7

Водяная змея.

8

Человечишки.

9

Не шевелись!

10

Или я убью тебя!

11

Цербер.

12

Маленькие человечишки.

13

За что мне это?

14

Как?

15

Почему?

16

Человек.

17

Дуб.