Дарья Афонина
Кукла

Леся крутилась на кухне в приподнятом настроении. Курица по-французски – любимое блюдо Сережи, – запекалась в духовке, пока девушка нарезала салат. Сегодня была их третья годовщина, и Леся уже предвкушала, как Сережа обрадуется ужину. Он был не силен в датах и наверняка забыл, но ничего: он увидит, что Леся приготовилась, и завтра купит ей букет цветов в качестве извинений.

Звук открывающейся двери. Сережа дома. Леся мельком посмотрела в зеркало, хотя не наряжалась – она никогда не наряжалась, даже в первые месяцы их отношений. И Сережу это всегда устраивало – он принимал ей такой, в джинсах и в толстовке, с лишним весом и тонкими белесыми косичками. Она всегда думала, что ей повезло и что так будет всегда и ей не нужно стараться, что бы нравиться своему возлюбленному – ей было достаточно просто быть.

Вот и сейчас Леся ожидала, что Сережа подойдет к ней сзади, обнимет за талию и чмокнет в щеку и спросит, что у них на ужин. Леся повернулась, что бы, предугадывая его вопрос, рассказать про пиршество, но слова застряли у нее в горле: на Сереже как будто не было лица. Леся всегда думала, что это книжный штамп, который скрывал под собой страх, ужас, волнение, тревожную бледность, и был настолько избитым, что когда он появился у нее в голове, она ужаснулась его правдивости. Внешне черты лица сохранили свой вид и форму такими, какими они были и до этого, но все лицо в целом как будто бы потеряло целостность и стало безликим, как оболочка чего-то, что уже потеряло свою ценность. Сережа застыл посреди кухни и рассматривал Лесины приготовления без всякого интереса.

– Сережа, – позвала парня Леся. – Милый, ты…

– Нам надо поговорить, – перебил девушку мужчина. Сейчас Лесе стало по-настоящему страшно – и хотя сама фраза часто бывало предтечей к неприятному разговору, но напугало девушку не это, а то, каким голосом были произнесены слова: как будто все краски стерлись и остался только серые безличные оттенки. Это был безжизненный хриплый голос, и тогда Леся поняла, что случилось что-то страшное.

– Сережа, ты меня пугаешь, – прошептала Леся, но послушно села напротив парня. Между ними был празднично накрытый стол, но теперь это не имело значения.

– Не бойся, – сказал Сережа, будто это было самым очевидным решением.

– Что случилось?

– Ничего. Точнее… Я ухожу.

– Куда?

– Отсюда. Ухожу от тебя.

– Это что, какая шутка, да? – Леся напугалась еще больше, но его слова были такими бессмысленными, такими ненастоящими, что она отказывалась в это верить.

– Нет. У меня нет чувства юмора, ты же знаешь.

– Знаю, – Леся схватила Сережу за руки, но он резко выдернул ладонь из ее рук, как будто она его обожгла. Сердце девушки сжалось, и она не нашла ничего лучше, чем сказать, – у нас сегодня годовщина. Ты забыл?

– Да, – ответил Сережа, вставая из-за стола. – Мне еще нужно собрать вещи.

Здесь Леся не выдержала: она кричала, плакала и даже пару ударила Сережу, но ничего не помогало. Парень действительно собирал вещи, не обращая внимания на ее истерику. Он был словно замороженный, и Леся не узнавала в нем парня, которого любила. Она не понимала, что происходит, и от этого ей становилось только хуже. Сквозь волны истерики в голову Леси внезапно пришла мысль.

– Кто она? – закричала Леся, перегораживая Сережи выход в коридор. Он уже собрал небольшой рюкзак и собирался уходить, – кто? Я отпущу тебя, только скажи мне, кто она?

– Это не важно. Я просто больше тебя не люблю.

Эти слова были словно удар под дых. В сентиментальном романе написали бы, что Леся сползла по стене и залилась слезами, но в действительности она просто застыла, боясь, что если она пошевелиться, то умрет или упадет в обморок или еще что-то сотворит ее организм.

Сережа воспользовался ее оцепенением и проскользнул за дверь. Вслед за хлопком двери на кухне пропищала духовка. Курица по-французски сгорела.

Первым порывом Леси было позвонить матери и все ей рассказать. Они всегда были вдвоем против всего мира – отец умер, когда Леся была еще маленькой, а подруг у мамы не было, только коллеги. Видимо, Леся переняла это у нее – какое-то время она всерьез верила, что всю жизнь проживет с мамой, пока не встретила Сережу. Он заменил ей сразу всех: и рано умершего отца, и парня, и подружку. Мама тоже была отчасти влюблена в Сережу и, как догадывалась Леся, была рада сплавить повзрослевшую дочь в хорошие руки. Несмотря на это, мать и дочь оставались близки, и Леся рассказывала ей все об отношениях с Сережей. Так бы она поступила и сейчас, но время приближалось к полуночи, а это значит, мама скорее всего уже спит. В последнее время у нее были проблемы с давлением, и если бы Леся ее сейчас разбудила, мама бы в лучшем случае не заснула бы до утра.

Поэтому Леся поступила так, как и тысячи брошенных женщин на ее месте – решила залить горе алкоголем. Благодаря собственным усилиям стол и так был накрыт, а вино ждало в холодильнике, и Леся уже второй час подряд плакала, пила, закусывала приготовленными салатами и бесконечно обновляла страницу Сережи. От этого ничего не менялось, а хорошо знакомая фотография любимого появлялась перед ней раз за разом без изменений.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.