Надежда Катринич
Хозяйка леса

В захудалых деревнях того края, где распахнул врата в потусторонние миры березовый лес, ходили самые разные легенды. Кто-то верил, что ночами оттуда приходят души умерших родственников, другие же боялись не выполнить ритуалы на смену сезона у порога рощи, а некоторые под страхом смерти не переступали границу между хвойным и березовым лесами.

Но не было ни одного человека, который бы не верил, что в ночь с тридцать первое октября на первое ноября в роще не оживают древние легенды и глубинные страхи.

Чувство безопасности кончалось, когда пушистые лапы вечно молодых красавиц переставали цепляться за одежду, останавливая путников. А дальше. Дальше каждому березовый лес преподносил свой урожай.

Роща поднялась на месте давнего пожара, проглотившего сердцевину хвойного леса, богатого многовековыми соснами, пихтами и лиственницами. Березы приняли выжженную обглоданную почву с воодушевлением. Деревца выросли высокими, статными и они манили своей красотой, будто кто щедрый посеял. Роща словно хрустальный ручей, бежавший с ажурных склонов гор, чьи гребни выглядывали над верхушками, стоило лишь приглядеться, пролегала между двумя навсегда разлученными частями хвойного леса. На подступах к ним и выросли деревушки, спрятанные от цивилизации и современных нравов.

Приближался Самайн. В уже остывшем после бабьего лета воздухе чувствовались скорые заморозки. Дожди вспомнили о существовании иссушенной земли и лили по ночам, томно барабаня по стеклам окон и усыпляя жителей города страдающих от тревожности и стресса. Днем же на улицах среди вороха серо-черных тонов яркими зайчиками вместо солнца играли желтые листья на деревьях и асфальте, разноцветные шарфы и зазывающие вывески кофеин. До первого снега еще хотелось пожить. Успеть побегать с собакой в парке под листопадом и застать побольше ясных дней.

А в глубинке, в деревне посреди осеннего леса шла подготовка к фестивалю в честь Хэллоуина. В основном там соберется молодежь из студентов и тех, кто еще чувствует себя полным сил. Еще одной ночью, кроме нового года и дня рождения, можно и не поспать. И так в жизни мало поводов для веселья.

В этом году Матвей и Ева тоже решились поехать на праздник. Вдвоем отправляться на фестиваль, о котором хоть и нашлось в Интернете полно отзывов, им не хотелось. Поэтому парочка пригласила с собой друзей Миру и Льва. Они познакомились на втором курсе бакалавриата и вместе поступили в магистратуру. До сдачи диплома было чуть больше полугода, так что будущие переводчики решили повеселиться напоследок и посмотреть что-то новое. Ева считала, что поездка поможет Льву взглянуть на чуть закрытую, но творческую и любопытную Миру как на девушку, а не просто подругу. Тем более Мира давно грустно вздыхает с надеждой в компании Льва.

Две недели после пар они собирались в столовой главного здания университета, где обсуждали поездку и спорили о костюмах. После оплаты участия в фестивале и проживания в глэмпинге, им оставалось арендовать автомобиль, чтобы добраться до деревушки, что знаменита своими видами на необъятный хвойный лес и озеро в форме идеального круга.

Ребята выехали тридцатого сентября еще до рассвета, чтобы приехать в деревушку после обеда, заселиться в домик на четверых и успеть к озеру до темноты. Спустя десять минут после начала путешествия Мира уснула на заднем сидении повидавшего виды арендованного внедорожника. Ровная, текучая, словно карамель, трасса ее убаюкала лучше прошедшего дождя. Ее волосы, вившиеся сильнее от влажности, распались волнами цвета молочного шоколада по плечам, укутанным в вязаный свитер изумрудного оттенка, что был на пару тонов темнее ее глаз. Теплую куртку она успела снять до того, как задремала и прижала к себе вместо игрушки, потому что между ней и Львом на заднем сидении лежало его черное пальто.

Ева сначала довольно хмыкнула, заметив в зеркало заднего вида спящую подругу. Перед поездкой девушка покрасила волосы цвета липового меда в оттенок спелой тыквы смываемым тоником, из-за чего часто ловила недовольный взгляд Матвея. Ева всегда любовалась локонами подруги и хотела, чтобы ее прямая тяжелая копна выглядела также непринужденно-сексуально. Она включила на минимальную громкость радио новых треков и обогреватель, слегка замерзнув в тонкой бордовой водолазке и твидовой юбке, а затем долго смотрела на проплывающие в окне дома, пока не провалилась в сон. Что Мира, что Ева всю ночь корпели над костюмами, стараясь успеть их доделать.

В итоге Льву пришлось развлекать Матвея тихими беседами, чтобы тот за рулем не отключился вслед за девочками. Включенная печка выжигала воздух, от которого пересохло во рту и, в конце концов, разболелась голова. Лев приоткрыл чуть окно, впуская прохладную свежесть. Стал слышен монотонный гул десятков колес, что не стихал ни на день. Даже в понедельник, как сегодня. Парень провел по волосам цвета какао пальцами, то ли заставляя себя не впасть в дремоту, то ли успокаивая после суетливых сборов их команды. От этого движения волосы снова распались по привычке по обе стороны от пробора, скрывая острые скулы. Время от времени Лев поглядывал на хрупкую фигурку Миры, удивляясь, как она вообще дотащила до машины сумку весом почти с нее саму.

Матвей наблюдал за ним в зеркало, но никак это не комментировал. Ева убьет его, если он испортит ее гениальный план по созданию влюбленной пары. Парень нервным движением поправил на левом запястье часы, проверив, не отстают ли они по составленному им графику. Последние пару недель выдались напряженными. Толком не начался семестр, а уже завалили заданиями и проектами, это еще не считая работу в автомастерской и уроков гитары в районной детской музыкальной школе. Он заметил в зеркале темные круги под глазами цвета грозового неба, что казались ярче на фоне бледной кожи. Зато синякам было далеко до оттенка коротко подстриженных волос переливающихся, как обсидиан под светом скрывшегося за облаками солнцем. Ева обожала проводить ладонью по ним, смешно зажмурившись от удовольствия, такими шелковистыми они были.

Им всем нужны были эти три дня отдыха, что Мире удалось выбить на кафедре взамен на огромную статью о фестивале с фотографиями.

Матвей останавливался на заправках, выпить кофе со Львом и размять затекшие ноги. Ева с Мирой не проснулись даже когда шоссе сменилось проселочной дорогой, хотя парни то и дело подпрыгивали на сидениях из-за рытвин, которые больше напоминали испещренную кратерами поверхность Луны. Матвей порадовался, что на последней остановке залил полный бак – вплоть до деревушки им не попалось ни одной заправки.

Наконец машина остановилась на парковке: импровизированная площадка располагалась рядом с маленькими деревянными домиками глэмпинга, построенного на отшибе деревни. Слева тянулась темно-зеленая стена хвойного леса.

Первым из внедорожника выскочил Лев и оглядел приглушенные тона высоченных сосен, щекотавших облака, которые налились серостью. Он поморщился. Не хватало еще посреди праздника оказаться под ливнем. Землистые темные цвета заменили ушедшую летнюю пестроту травы и ясного неба. Лев вытащил из автомобиля пальто, оделся и пошел помочь Матвею с сумками.

Девочки, наконец, проснулись. Мира застегнула куртку до самого подбородка и зябко поежилась. В машине было намного теплее. Она захлопнула дверцу, заметив чащу отливающую изумрудами.

– Как хорошо я поспала, – зевнула и потянулась Ева, когда последней вышла из внедорожника, беззаботно хлопнув дверцей. – И это все? На фотках выглядело живописнее.

– Обычное дело, – хмыкнула Мира на разочарованный тон подруги и ее поджатые губы. – Немного фотошопа и вместо деревни модный глэмпинг.

– Надеюсь, у нас будет приличный дом. Ева, ты же внимательно заполнила заявку? И так пришлось забронировать на две ночи, – Матвей перехватил покрепче дорожную сумку, а за плечами выглядывала еще одна.

– Вот на что денег хватило, то и забронировала, – ощетинилась Ева. Копна рыжих волос выделялась на приглушенном фоне осенней природы слишком ярко.

– Девочки, ведите уже к дому, – повел подбородком в сторону городка Лев, нагруженный своей и Мириной сумками. Через плечо он перебросил ее чехол с костюмом. – Любишь таскать с собой кирпичи?

Мира потупила взгляд из-за колкости Льва, а ее щеки против воли загорелись, будто она снова оказалась в старом доме бабушки и случайно прижалась к горячей печке.

– Спасибо, – промямлила девушка, но все-таки стащила с друга чехол.

Ева взяла подругу под локоть и повела к аккуратным домикам, выстроенным двумя рядами. С одной стороны их прикрывал лес, а с другой – широкое открытое пространство, где суетились гости, занося свои вещи или переговариваясь на миниатюрных верандах.

После круглосуточно шумящего города сельская тишина и правда оказалась лечебной. Здесь не было гомона вечной стройки, галдения ребятни и рева автомобилей. Вместо этого глэмпинг встретил их умиротворяющим шуршанием вечнозеленых крон, звонкими переливами птиц, голосами убежавших из мира асфальта людей. Ева то и дело проваливалась каблуками модных легких сапожек в землю, а подол длинного пальто ласкался с травой удивительно сочной для конца октября.

Они приехали не первыми, но и не последними. Меньше половины домов стояли пустыми. Зато в остальных уже тепло и душевно горели лампы. Несмотря на то, что до заката было еще несколько часов, людям не хватало света в хмурый октябрьский день. В центре импровизированной улицы их встретил организатор. Он сверился с заявкой, дал Еве ключи и провел ребят к такому же домику из брусьев и треугольной крыши.

Девочки выбрали из двух комнат ту, что с видом на улицу, потому что Мире в сумраке леса померещились волки, а Ева любила быть поближе к цивилизации. Парням досталась дальняя комната.

Внутри пахло опилками, лавандой, пучки которой украшали прикроватные тумбочки, и лежащими в блюде на кухне цитрусами. Сколько бы Ева не бормотала про условия ниже среднего, заглядывая в шкафчики и проверяя на пятна и свежесть постельное белье, Мира знала, что подруге понравилось. Ей самой пришелся по душе компактный домик с ненавязчивым скандинавским интерьером, располагающий к покою и отдыху. Пока они обходили дом, долго споря о том, будет ли горячая вода круглосуточно, парни уже загрузили продуктами холодильник, разложили свои вещи и поставили в комнату девушек их сумки.

Вечер выдался суетливым. Пока ребята, сходили в душ, развесили костюмы и поели, солнце юркнуло к горизонту, желая уйти с работы пораньше. Матвей предложил сегодня отдохнуть, посмотреть деревню, а к круглому озеру, что оказалось не так и близко от глэмпинга, поехать уже завтра с утра. Остальные согласились. Тепло одевшись, компания высыпала на улицу, где ярко горели желтые фонари. Раскинувшийся по обе стороны лес зиял чернотой, отпугивая сыростью и холодом. Ребята посмотрели на главную площадку фестиваля, которую оборудовали вначале глэмпинга. Невысокая деревянная сцена с плотным белым навесом и стоящим в глубине экраном. В программе запланированы конкурсное дефиле косплееров, выступления музыкальных групп и шабаш с мастер-классами, фуршетом и играми. Все должно было пройти прилично.

Сделав кружок по глэмпингу, Ева предложила погреться дома. Раздевшись, они уселись с чашками чая и настольной игрой на ковре и разошлись по комнатам спать лишь после того как вдоволь нахохотались и наслушались треска пламени в электрическом камине.

Из приоткрытого на ночь окна рано утром в комнату втек густой туман, пахнущий сыростью и соснами. Лев озяб и накрылся одеялом с головой, лишь подставил морозной свежести лицо. Матвей же проснувшись от холода, поднялся закрыть окно и вернулся в постель доспать еще пару часов. Когда жужжание голосов на улице стал невыносимым, Мира и Ева поднялись с постелей и успели в душ раньше парней. Наспех позавтракав бутербродами с кофе, ребята загрузились в машину с термосами с чаем и кипятком, чтобы заварить на обед вермишель.

В этот раз Мира с широко распахнутыми глазами смотрела по сторонам, любуясь пышными верхушками леса, подпирающие низкие облака. Льву же нравилось наблюдать, как в проплешинах сизых перьев проглядывают кусочки лазоревого неба. В отличие от Миры, он не мельтешил по заднему сидению туда-сюда, пытаясь рассмотреть как можно больше. Пока Ева подпевала под задорно-печальные мотивы песен из ее альбома, Матвей хмуро вглядывался в дорогу перед собой, объезжая глубокие ямы. Чтобы попасть на озеро, нужно было объехать кусок леса и по извилистому проселку добраться до другой деревни.

Попавшийся по пути сгорбленный мужик в тулупе подсказал дорогу к достопримечательности. Машину пришлось оставить раньше и дойти пешком, продираясь через чащу сосен и пихт. Почти незаметная в сохранившейся тут вялой, но густой траве тропинка провела ребят, вязнувших в грязи, к берегу озера. Сонная поверхность цвета стали зеркалом отражала нависшие сверху облака и растущие по краю деревья.

Матвей глубоко вдохнул запах смолы с привкусом собирающегося дождя. Ева с тихой улыбкой взяла его под руку, опустив голову ему на плечо. Наслаждение приглушенными красками Львом прекратилось, когда он в последний момент поймал Миру за талию, что захотела потрогать рукой воду и чуть не упала в озеро с головой. Ева разразилась от этого таким заливистым смехом, что разбудила уток. Те выскочили из ближайших зарослей с недовольным кряканьем и перелетели на другую сторону подальше от человеческих визгов. Видно уткам тоже хотелось побыть в тишине и покое.

Мира скукожилась под курткой, спрятавшись по кончик носа, лишь бы Лев поскорее перестал нагло ухмыляться, глядя на растекшийся как чернила румянец на ее щеках нежно розовый, как закат. В наступившей лечащей душу тишине ребята слушали музыку природы: разговоры птиц в чаще, едва слышные шорохи прыгающих белок, шуршание еще по-летнему сочной травы. У озера время будто остановилось. Ровный круг в обрамлении хвои, как веко ресницами, гипнотизировал своей бесконечностью, и казалось, так было всегда и будет всю жизнь – умиротворенно.

Ребята очнулись спустя полтора часа, когда совсем задубели от холода, а чай в термосах кончился. Первой не выдержала Мира. Та в теплом свитере и спортивных штанах на флисе не понимала, как Ева не посинела еще в осеннем пальто и тонких колготках.

На обратной дороге они сделали крюк через деревню, где их застал ливень. Мокрые, как брошенные котята, девочки рискнули постучаться к местным. До машины бежать было еще далеко. Ребята выбрали участок с отворенной настежь калиткой. Забежали по ступеням крыльца, постучались в дверь. Та распахнулась, а на пороге появилась женщина с красным ободком на голове и морщинистым лицом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.