# Тумaн

Татьяна Карпеева

Школьные друзья, тридцатилетние Валерий и Анатолий, отправляются на поезде в путешествие по загадочным местам Сибири. Выйдя на одной из станций, чтобы обследовать местный магазинчик, они наблюдают, как станцию накрывает туман. Когда туман рассеивается, поезда у платформы не оказывается. Магазин на станции заброшен, прилавки покрыты пылью, электрические провода вырваны. Да и сам поселок давно покинут жителями. В нем хозяйничают духи. Удастся ли друзьям выжить в такой компании?

– Валер, зря мы этот гребаный тур купили. Только деревья в окне. Ни городка, ни захудалого поселка. А обещали! «Пробирающая до дрожи мистическая красота местных ритуалов, берущих начало из тьмы веков». Какие ритуалы, если здесь никто не живет. И интернета нет.

– Не всё так плохо, Толян. Во-первых, я выспался. Во-вторых, в вагоне-ресторане вкусно кормят, и официантки симпатичные. Проводница, Анна Павловна, прямо мать родная.

– Согласен, да. Но мы как в тюрьме здесь. И хочется уже твердой земли под ногами. Лучше бы в Турцию слетали.

– В Турции мы уже сто раз были. А здесь новый неизведанный мир. Слушай, мне не показалось? Вроде поезд тормозить начал. Смотри, домики симпатичные. Станция! Всё как ты хотел. Сейчас по твердой земле погуляем.

Пожилая проводница предупредила:

– На всякий случай далеко от поезда не отходите. Стоянка сокращена.

– Да мы рядом, Анна Пална. Вон магазин. Сувениры посмотрим и назад.

И два тридцатилетних парня, друзья детства Анатолий и Валерий, спрыгнув на низенькую, всю в трещинах, платформу, потрусили в сторону магазина.

– Смотри, Толян. Магазин-то заброшенный. Пустые полки в пыли, в паутине. Пойдем отсюда. И вообще, ты заметил? На станции ни одного человека, будто вымерло всё.

– Да, пойдем. Неприятное местечко.

Выйдя из магазина, ребята замерли на пороге. Не было видно ни рельсов, ни платформы, ни поезда. Станция тонула в плотном сером тумане.

– Твою мать! – только и смог сказать удивленный Валерка. – Куда идти-то?

– Наверное, прямо, – предположил Анатолий. – Магазин же рядом со станцией.

Где-то далеко в стороне, совсем не там, куда собрались идти парни, послышался гудок тепловоза.

– Мистика какая-то! – пробормотал себе под нос Анатолий. – Может, это и есть местные ритуалы? Однако впечатляет!

– Мистика и есть, – послышался совсем рядом тихий дребезжащий голосок.

Анатолий с Валерием уставились друг на друга с одним и тем же вопросом в глазах.

– Только я советую за этой мистикой из окошка наблюдать. До рассвета дожить хотите? Тогда кругом марш! И двери на засов, да побыстрее! – голос стал резким, командным.

Из окна было видно, как туман потихоньку рассеивался. Вот уже проявилось жёлтое станционное здание, за ним разноцветные домики, рельсы, шпалы, пустынная платформа… Поезда не было.

– Уехали без нас? Как они могли? Почему проводница не задержала поезд? – в серых глазах Валерия мелькнул страх.

– Никуда они не уехали. Их туман сожрал, – ответил тот же дребезжащий голосок.

– А вы, собственно, кто? И где все люди? – подозрительно спросил Анатолий. – Это у вас шоу такое местное?

– Я Прохор. Электрик здешний… был. До тумана, – буднично сообщил голос. – Вам повезло, что именно меня встретили. Среди нас знаете, какие есть? Ночью ощутите на собственной шкуре. Ну, мне пора, отдыхайте пока, туристы.

– Погодите, – остановил Прохора Валерий. – Не подскажете, как нам отсюда выбраться?

– Никак. Впрочем, есть поверье… Если увидеть в лучах рассвета церковь, а рядом дерево, дорога и откроется. Надо всего лишь постараться рассвет не проспать. И зачем я вам это говорю? Всё равно ведь сдохнете, и станете духами. Как мы.

Прохор не произнес больше ни слова. Парни тоже молчали. Тишина стояла мертвая. Или гробовая, кому как нравится.

***

– И что это такое было, Вэл? – рискнул, наконец, заговорить Толян. – Если и впрямь их хваленое шоу, то трюку с поездом можно поаплодировать. А всё остальное… Детский сад, пионерский костер. Вместо мрачных развалин замка какой-то убогий заброшенный магазин. Дальше по сценарию, как этот Прохор обещал, пойдет пугалово. Голоса всякие в темноте, улюлюканье и завывания. А потом торжественно объявят, что двум храбрым воинам, не убоявшимся свирепых местных духов, присваиваются звания батыров. Или как здесь богатыри называются. Нарядят нас в национальные костюмы, споют и спляшут в нашу честь. Кстати, тут электричество не работает? Ну конечно, вон провода с мясом вырваны.

– Ты думаешь, это просто местная самодеятельность? – в голосе Валерия прозвучало сомнение.

– Ну не духи же, на самом-то деле! Давай, пока не стемнело, поищем более уютное местечко, пригодное для отдыха. Кафе там, или бар. Если запланировано шоу, то никуда оно от нас не убежит. Мы ведь единственные зрители.

– А как же те, кто в поезде остался? Они без шоу?

– Наверное, им тоже шоу показывают, только другое, покруче. Никто же не ожидал, что мы погулять захотим. Вот нам развлекуха такая и досталась, по остаточному признаку.

– Это ты себя так успокаиваешь, Толян? Или меня? Не верится мне что-то во все эти развлекухи.

Они шли по поселку и недоумевали. Двери станционного здания послевоенной постройки, сталинский ампир со шпилем, колоннами и портиком, были наглухо закрыты и, похоже, не открывались уже много лет. Разноцветные домики, издалека казавшиеся нарядными, при ближайшем рассмотрении оказались старыми, ободранными, с облупившейся краской. Окна были заколочены неструганными досками, а в некоторых были выбиты стекла.

Поселок производил впечатление давно покинутого людьми. Да что людьми – по пути ребятам не попалось ни кошки, ни собаки. Даже птиц нигде не было видно.

Когда на перекрестке двух улиц показалось стеклянное здание, украшенное ржавой вывеской «Кафе «Ветерок», на дверях которого висел большой амбарный замок, стало понятно, что дальше идти нет смысла. Солнце клонилось к закату, а кто знает, какие сюрпризы таит в себе сгущающаяся темнота.

– Пойдем-ка домой, нагулялись уже, – раздраженно произнес Валерий.

Заброшенный магазин после бесконечных картин запустения показался даже уютным. Надо же где-то переждать ночь. Утро вечера мудренее. Может, их поезд объявится.

– Добро пожаловать, гости дорогие! – густой бас, раздавшийся из темной утробы магазина, заставил ребят вздрогнуть.

– А вот и шоу! – обрадовался Анатолий.

В ответ на это восклицание послышался нестройный гул голосов.

– Ну я же говорил, что шоу будет! – обрадовался Анатолий.

И первым шагнул в непроглядную тьму. Валерий, слегка поколебавшись, последовал его примеру.

– Дорогих гостей угощать положено, так ведь? – зарокотал бас. – Прошу к столу. Отведайте нашего скромного угощения.

Вспыхнул свет, такой яркий, что ребята невольно зажмурились. А когда открыли глаза, не узнали пыльного и неуютного помещения магазина. Прилавки были сдвинуты к стене, на их месте сиял белоснежной скатертью богато накрытый стол. За столом вальяжно разместилась компания человек из двенадцати. Мужской пол преобладал.

Во главе стола восседал крупный широкоплечий мужчина лет тридцати семи, кареглазый, с густой шевелюрой и ухоженной бородкой. Он как раз и оказался обладателем роскошного баса. Валерий про себя отметил его сходство с Шаляпиным в роли Мефистофеля. Видел чудом сохранившиеся архивные кадры начала прошлого века, когда приезжал в Госфильмофонд налаживать оборудование.

– Проходите, присаживайтесь вот сюда, рядом со мной, – продолжал рокотать обладатель красивого баса. – Вы, как я понимаю, туристы, отставшие от поезда? Анатолий и Валерий, так? Из Москвы? Мне о вас сообщили. Вам повезло, равно как и нам. Давайте, ребята, дружно поднимем бокалы за наших гостей, Толю и Валеру. Ничего, что я фамильярничаю?

Красавец-мужчина подмигнул и улыбнулся так искренне и обезоруживающе, что обижаться на него было абсолютно не за что.

– Прошу отбросить всяческое стеснение и отдать должное столу. Всё свое, не привозное. Стерлядка из нашего озера, икра, грибочки… Даже картошку сами растим. Такой вы в Москве не найдете. Попозже горячее будет. Молочные поросята, тоже с нашей фермы. Это всё наша волшебница, повар Зинаида Дмитриевна, Зиночка.

Пышная краснощекая дама неопределенного возраста с ворохом кудряшек на голове помахала парням с дальнего конца стола. Яркое цветастое платье в оборках казалось старомодным и очень не шло ей. Рядом с ней примостилась худенькая большеглазая девушка лет семнадцати в черной футболке с надписью «Скорпионс». Дочь?

– А рядом с Зиночкой наша нормировщица Настя. Анастасия Петровна. Молодая, а уже мать двоих очаровательных мальчуганов.

«Никогда не умел определять возраст женщин», – вздохнул про себя Валерий.

– Ну что ж, теперь я сам представлюсь, а то непонятно. Степан Федорович Шелестов, глава городского поселения под названием Туманный. Местное начальство, так сказать.

– Зовите его просто царь, – хихикнул сидевший напротив рыжебородый парень с хитринкой в глазах.

– Всё бы тебе шутить, Семенов, – спокойно отреагировал глава поселения. – Мэр, царь, глава, какая разница. Начальство, одним словом. Вот, кстати, Саша Семенов, наш весельчак и балагур. По совместительству главный инженер прииска. Да, мы тут золото добываем для страны, представьте важность задачи.

Так постепенно, не забывая давать указания подливать и подкладывать, мэр представил почти всех собравшихся.

– А это Прохор Гусев, местный электрик. Тоже большой шутник. Да мы тут все шутники, если честно, – захохотал Степан Федорович.

– Нравится вам у нас? – прозвучал уже знакомый ребятам голос, в котором слышались дребезжащие нотки.

Парни покивали и что-то промычали набитыми ртами.

Потом Семенов расчехлил гитару, и пошли душевные песни, такие искренние, что казалось, вот оно, счастье – сидеть в хорошей компании и дружно петь. Но Валерия не оставляла тревога.

– А почему поселок будто вымерший? – спросил он в паузе между песнями.

– Он и есть вымерший, очень уж местность тут туманная. Низина. Настоящий поселок за горой, в нескольких километрах. После банкета, если захотите, поедем туда с нами. Вы не представляете, как мы рады новым лицам. Ведь здешние давно друг друга знают. До того, что порой мысли соседа могут прочитать. Он еще ничего не сказал и не сделал, а все уже в курсе. – ухмыльнулся глава. – Поедем с нами, ребята. Новости московские расскажете.

– А как же поезд?

–Вернется ваш поезд через несколько дней, никуда не денется. Я им уже сообщил, что вы у нас. На обратном пути подхватят.

– Степан Федорович, я все-таки не пойму, почему поезд так быстро уехал, – высказал Валерий тревожащие его мысли. – Ведь могли бы поискать, покричать.

– Так они и кричали, и искали. Туман же был. А когда туман, всё здесь не так как надо. Аномальная зона. Вам показалось, что пять минут прошло, а поезд чуть ли не час у платформы простоял. Ну что, едем? Наш транспорт прибыл.

За окном послышались нетерпеливые звуки клаксона.

– Я точно поеду! – с воодушевлением произнес Анатолий. Мне Семенов рыбалку обещал.

– Не знаю, я как-то так сразу не готов, – неожиданно сам для себя ответил Валерий. – Хочется побыть одному, мысли собрать в кучку. Вы только не обижайтесь, Степан Федорович.

– Понимаю, – глава поселения похлопал Валерку по плечу. – Моя команда тут прибралась, электричество провели. Санузел, душ, всё как полагается. В соседнем помещении спальня, белье свежее. Если что-то срочное, звони. Телефон там на тумбочке.

Валеру, действительно, помимо не отпускавшей тревоги, вдруг накрыло ощущение непоправимой ошибки, которую он совершил, расставшись с Мариной. Душевные песни поспособствовали, что ли? Хотя вроде бы всё сделал правильно. Несколько лет непонимания, ссор по мелочам, то и дело перераставших в крупные скандалы, погасили любовь. Распутывать клубок обид и претензий уже не было ни сил, ни нервов. Тем более что отношения они официально не регистрировали, детей не завели. Марина вроде бы и хотела, но он считал, что еще успеется связать себя по рукам и ногам. Короче, ничто не удерживало. Поэтому Валерий с радостью уцепился за предложение Толяна, любителя рыбалки, дальних странствий, новых знакомств, весёлых застолий и тому подобной движухи провести часть отпуска в путешествии на поезде по загадочным местам Сибири.

Последним выходил электрик Прохор.

– Спасибо тебе и другу, что не сдали меня начальству. Оно у нас строгое, волюнтаризма не прощает. Ну что, не хочешь становиться духом? Друг-то твой готов уже, влип по макушку. Шучу! Ну, бывай!

Прохор коротко хохотнул и протянул Валере руку. На долю мгновения тому показалось, что его рука прошла сквозь ладонь электрика, как будто этой ладони не было. Но почти сразу наваждение исчезло, и парни обменялись крепким рукопожатием.

– Струхнул? – вновь хохотнул Прохор. – Я ещё и не такое умею. В кружке юных иллюзионистов занимался при Дворце пионеров. Детей и юношества, так вроде по-новому.

И было непонятно, шутит он или говорит всерьез.

После того как габаритные огни микроавтобуса скрылись за поворотом, Валерий долго стоял на крыльце магазина, прислушиваясь к своим ощущениям. И не находил в них ни страха, ни тревоги, хотя в заброшенном поселке, помимо него, никого больше не было. Тишина и величавое спокойствие царили вокруг. Как будто горы, возвышавшиеся на горизонте, делились с ним мощью и силой.