Вячеслав Пименов
Гулветра

Сказочка на ночь

1.

Гул ветра раздался очень-очень громко в трубе дома. Так громко, что стаканчики, стоящие рядком в буфете, тут же издают звуки: «Дзинь, дзинь, дзинь!» Досталось и разделочной доске. Деревянная досочка, помотавшись на крючке, сваливается на разделочный стол с грохотом: «Бах!» Карнизы на окошках не остаются в стороне от гула и откликаются: «Тадах, тадах, тадах!», а пустой чайник поет: «Фью, фью, фью!» Девочка, сидящая в уголке кухни, вскликивает: «Ай!»

За пять минут до всего этого шума, наша девочка просыпается в своей комнате от всяких неизвестных ей звуков, слышимых на кухне. На дворе давно уже мартовская, непроглядная ночь. Но, как можно спать – если так много в этой ночи непонятного. Пройдя темный коридорчик, любопытное дитя просовывает голову на кухню. Тотчас зажигается керосиновая лампа, стоящая на круглом столе. Ребенок не пугается. Это же – ночь. Сказки чаще всего случаются ночью. А сказки она любит очень.

С зажженной лампой всякие тени и светлые пятнышки запрыгали перед ее глазами. Кухню ребенок знает хорошо. Подойдя к окошку, она смотрит в темень, – может оттуда идут звуки. Нет. Кусты вишни никак не касаются окон. «Лучше ей дождаться следующих звуков, притаившись в углу», – мыслит ребенок и присаживается на коврик.

Как только она присаживается, то весь набор грохота, дзиньканья и тадахов возобновляется. Если, кто-то думает, что ребенок вот прямо сейчас испугался – совсем не так. Она догадывается где источник звуков. Приподнявшись, девочка на цыпочках подходит к печке. Печка давно не топлена. Угольки в ней собраны и аккуратно убраны. Просунув в печку голову, девчонка понимает, – в таком положении трудно узнать причину гула. Вот и пролезает малышка в печку с ногами. Так ей легко глядеть в верхотуру. В верхотуре, как ей кажется, кто-то живет.