# Убей себя на Хэллоуин

Марго Яман

Съёмочная группа молодых мошенников и авантюристов выезжает на побережье, к полуразрушенному особняку, служившему когда-то приютом контрабандистам, чтобы снять репортаж о здании, подлежащему сносу из-за ветхости. А может, и поживиться. Для некоторых из них репортаж становится последним: они приходят в неистовство и совершают самоубийство. Оставшиеся в живых, не имея возможности вызвать помощь и выбраться из заброшенного строения, пытаются понять, какие мрачные тайны таит в себе убежище пирата, и есть ли шанс выжить?

## Пролог

Знаете ли вы, как легко в действительности совершить убийство? Как хрупко и беспомощно человеческое тело? А его душа? Сколько в ней таится возможностей и чёрных замыслов, способствующих моей цели?

Убивать несложно. А порой весьма забавно. Для скучающего, скованного обстоятельствами, томящегося по живым эмоциям и человеческим страданиям профессионала убийство — лишь игра. Особенно яркой, шуршащей кровавыми листьями осенью.

Той самой, в которой звуки умирающей природы прячут меж себя другие звуки: страха, накатывающего ужаса, безудержной паники, хватающей за глотку и не отпускающей свои цепкие пальцы. В которой тихие обречённые завывания, толчками вырываясь на свободу, теряются в вое ветра, просто проносящегося мимо.

В которой расширенные, не смеящие моргать глаза видят то, что я хочу показать. И в которой запахи смываются проливными дождями, скрывающими мои следы в грязных лужах.

Или это были не лужи, а затуманенная гладь старых зеркал в заброшенном особнячке? Люблю этот особняк с его гнусавыми полами и вечно ноющими створками окон и дверей. Вальсирующий по залам сквозняк напоминает бриз: лёгкий, вкусный.

Это она, ветхая, дорогая моему сердцу и не единожды спасшая жизнь обитель, по воле мироздания ставшая мне тюрьмой.

Гостей, непременно сующих нос в моё убежище, встречаю весело. И что необыкновенно примечательно: никто не ждёт подвоха. Да и откуда бы его ждать? Разве старенький дом опасен? Разумеется, нет. И даже я не опасен. Или не очень. Или не для всех.

А вот и гости пожаловали, коих не люблю и не привечаю. Но в этот раз весьма кстати. Я жажду веселья. Так развлечёмся же!


## Глава 1


— Не поеду! — пухленькая блондинка хлопала нарощенными ресницами, словно крыльями беснующейся бабочки. Серые невыразительные глаза, подчёркнутые ярким макияжем, уставились на Артёма, создателя и идейного вдохновителя проекта «По следам Сидира».

Проект, по мнению самого создателя, был дурацким и совершенно незаконным. Начинался как «прикол» и «чисто поржать». Но неожиданно выстрелил и стал приносить прибыль.

Исследования аристократических усадеб и поиск тайников и артефактов, якобы имевших отношение к временам ушедшим, попытки разгадать тайну этих вещей и их владельцев привели к невероятному интересу.

На волне любви к авантюризму и мошенничеству Сидиров поднялся. Количество подписчиков ежедневно росло, и вот уже появились запросы на определённые места: «Сними да расскажи».

Артём радовался до тех пор, пока не понял, что его проект отнимает у него абсолютно всё время. Приходилось напрягаться, чтобы не оказаться найденными полицией, ведь со временем постановочный грабёж превратился в настоящий. Никто из них не желал расставаться с находками.

А ещё кормить аудиторию новыми историями было непросто. Не так уж много усадеб неприкаянных, сколько хотелось бы. Приходилось забираться всё дальше и дальше. Но и плюсы в этом были: крушить и ломать стены в поисках тайников можно было относительно безопасно. Никому на периферии старые усадьбы были не интересны.

Дико хотелось в отпуск и свалить на кого-нибудь свою ответственность. Но коллектив, которым он постепенно обзавёлся, не желал брать на себя чужие заботы. Раскрывал клювики в ожидании донатов и отворачивал мордашки при малейшем напряге. Лодыри и лоботрясы. Поправка: талантливые и креативные лодыри и лоботрясы. Жаль, что зажрались и начали капризничать.

Вот и сейчас Артём анонсировал свой долгожданный отпуск подписчикам. И тут же прилетел новый запрос: «Ветхое здание на заброшенном диком побережье определили под снос. Но особнячок, служивший в давние времена пристанищем контрабандистам, хранил в себе следы истории».

Краеведы бунтовали, писали письма в администрацию и очень надеялись на Артёма, к которому обратились прилюдно, в полном отчаянии. Шутка ли просить грабителей о помощи? Но аудитория этих дерзких и нахальных авантюристов так велика, что был шанс привлечь общественность.

Репортаж об этом месте мог спасти его от сноса. Правда, краеведам пришлось дать добро на разграбление найденного. Хотя втайне они надеялись, что там ничего стоящего давно не осталось.

Подписчики ликовали, предвкушая веселье. Ведь жилище пиратов и контрабандистов — лакомый и очень вкусный кусок. То, что разграблено там всё до них, никого не интересовало. А снесут его или нет, Артёму тоже было плевать. Как и его коллегам. Но игнорировать такую возможность Сидиров не мог, понимал, что лишится и подписчиков, и репутации.

— Надо ехать, Феечка! — ласково улыбаясь, он глядел на Анечку, которая получила своё прозвище за способность буквально порхать, несмотря на полноту, среди его коллег и всё успевать. Никто не понимал, как ей это удаётся, но прозвище прилипло, и ей нравилось.

— Артём, там ни одного населённого пункта рядом. Понимаешь? Ноль цивилизации. Я загуглила — дыра дырой. И потом, нас могут встретить с мигалками и фонарями. Миллионам известно, что ты согласился. Не поеду!

— Но ты нужна. Помнишь, для чего я тебя взял в команду? — Артём нахмурил тёмные брови и уже сурово глядел на коллегу. Анна насупилась. Замечание верное. Холодочек пробежал по спине. Не уволит же? Нет? Но до чего же ей не хотелось тащиться в такую даль. Она любила комфорт, лёгкость, свою стабильность и деньги. Их больше всего.

— Допустим. Я поеду. Но мы не управимся за один день. Где ты предлагаешь нам переночевать? В машинах в позе эмбриона? Или палатки ставить? Меня в палатку? Исключено. В машине тоже не комильфо. Как работать в таких условиях? — патетика сквозила из каждой фразы, но Анне было наплевать. Она ещё надеялась отмазаться от поездки.

— Феечка, каждый раз одно и то же. У нас работа предполагает отсутствие комфорта. Мы рухлядь исследуем, ломаем и грабим. Ты снимаешь. Свет и съёмка на тебе. И твоя съёмка — это половина успеха. Кстати. Я не спрашиваю. Просто соберись. — Артём резко встал с кресла и направился к выходу. Высокий и плечистый молодой брюнет, желанная, но несбыточная мечта всех незамужних красоток коллектива. Они пытались. Но его совершенная влюблённость в свою девушку была серьёзной помехой. Мышь серая, как её называла Феечка. О себе она думала, что «уж она-то, яркая и упитанная, куда больше подошла бы Артёму, хоть подержаться есть за что. А эта? Тощета заморская».

— Тё-ё-ёма, — протянула Аня, — ну кто угодно снимет. Половина подписоты даже смотреть не станет. Пусть Лысый едет, он камеру держать может.

— Зато вторая половина посмотрит! И едут все! — отрезал Артём и вышел за дверь маленькой студии, оборудованной под эфиры. Здесь же был офис, где «поисковый отряд» гуглил найденные артефакты. В общем, в тесноте, да не в обиде.

— Не прокатило, — надув губки, подкачанные гелем, пробормотала в пустоту Феечка. Разглядывая себя в маленькое зеркальце, она в очередной раз убедилась, что красота — сильная штука. Особенно если её подправить по чуть-чуть там, где надо. Да, полновата. Роды сказались. И былую стройность вернуть не удалось. Но её не портила аппетитная фигурка. Всё на месте и должное впечатление производит.

— Фея-редиска! Ты снова Тёмыча разозлила? — звонкий голосок Олеси, молоденькой костюмерши и декоратора в одном лице, раздался из приоткрытой двери. Войдя, рыженькая девушка с размаху упала в удобное кресло и закинула ногу на ногу.

— Можно подумать, ты горишь огнём от мысли ночевать в дебрях Вселенной без еды, воды и тёплой постельки? — Анна не выходила из роли, но смирилась с тем, что едет, и мысленно составляла список необходимого.

— Как будто первый раз? Зато развлечёмся. Хэллоуин на носу, между прочим. У-у-у-у... жути нагоним. — Сделав паузу, Олеся перекинула стройную ножку в модной джинсе через подлокотник и продолжила: — Ребята про этот особняк кое-что нарыли. Можно и правда интересный репортаж снять, а Тёмыч, как всегда, красиво расскажет. Я ему шикарный камзол нашла, и парик... Натуральный граф выйдет, да и Лысый уже набрасывает сценарий.

— Лысый пусть помоется, может, вонять не будет в машине, — Аня скривила личико и отвернулась. Её неприятие молодого парня, взаимное к тому же, было всем известно. Они постоянно цапались, но работе это не мешало, и Артём не вмешивался. Хотя причину понять не мог никто. Конечно, от Игоря, который за свою причёску был назван Лысым, не воняло вовсе. Ухоженный, воспитанный, молодой и тонко подмечающий детали парень нравился всем. Кроме Ани. До драки не доходило и ладно. Так думали все и терпели их стычки.

— А ты ресницами своими на него помаши, развеешь ароматы, — подколола Олеся и, сверкнув модными кроссовками с нашивкой известного бренда, упорхнула прочь, прихватив из кресла цветастую подушку.

Тем временем Артём с Игорем трудились над сценарием, делая наброски и бурно ведя обсуждение прямо в кафе, куда оба спустились за порцией кофеина. К их эмоциональным баталиям официанты привыкли, посмеивались и немного гордились причастностью к известным, дерзким и популярным репортажам.

Вскоре к ним присоединился Андрей — ещё один участник съёмочной группы, чьей основной профессией было вскрытие замков и сейфов. Ничего противозаконного. Всего лишь спасал растяп, не могущих попасть домой или забывших код собственного сейфа.

Его участие в проекте было незаменимым. С наименьшими потерями удавалось проникнуть в потайные места заброшенных помещений. Инструмент и навык Андрея, физическая сила, а также его искренний интерес к деятельности блогера и жажда наживы были очень кстати.

Кстати было и то, что мужчина средних лет был немногословен и не раздражителен, выдерживал любые условия, не искал комфорта и стойко переносил все вылазки группы. Чувство юмора присутствовало в нужном объёме, и зачастую ему удавалось разрядить возникающее напряжение внутри коллектива. Именно благодаря ему эти двое — Анна и Игорь — до сих пор не убили друг друга.

Мужчины, окружив кофейный столик, составляли список нужных в поездке вещей, когда компанию разбавила Олеся в обнимку с подушкой. Кивнула головой Артёму, и он выдохнул. Анна едет.

Всякий раз он задавался вопросом: почему нельзя пропустить эту часть, где она вредничает, и сразу перейти к списку необходимого в поездке? Но нет. Это же Феечка и её обязательный ритуал.

Но сборы начались, а мысль об отпуске, робко бродившая в голове, даже немного осмелела. А вдруг удастся?


## Глава 2

«Едем, едем в соседнее село, на дискотеку-у-у, едем — едем на дискотеку со своей фонотекой!» — вопил из динамиков с приборной панели гнусавый голосок. Олеся подпевала вместе с Игорем, Артём крутил баранку их фирменного фургона и лыбился. Предвкушение новых находок, когда ты ещё в пути, он любил больше всего.

В начале своей деятельности приходилось мухлевать: приобретал на блошином рынке вещицы того времени, слушал продавцов, рассказывающих истории, и выдавал за находки, красочно расписав проведённое расследование. Но однажды случайно обвалившаяся стена обнажила спрятанный в ней тайник. Находка потешила самолюбие, обогатила карман и увеличила аудиторию.

Так Артём увлёкся настоящим поиском. Всерьёз заинтересовался историей: сначала родного края, а там и дальше понесла его стремления жажда наживы.

Тогда-то и познакомился с Игорем. Тот тоже что-то или кого-то искал в одной из больниц города, где ошивался Артём, ищущий владельца портсигара с загадочной гравировкой. Разговорились, и так вышло, что сработались.

Умение молодого парня подмечать детали и обращать внимание на мелочи не раз выводило поиск к настоящим открытиям, к тайнам судеб и странных вещей. О своём поиске Игорь молчал, Артём не настаивал: придёт время — расскажет. Ну а нет, так нет. Чужая душа — потёмки.

Олесю они нашли на заброшенной даче какого-то академика: она бессовестно тырила отростки редких насаждений. В действительности девушка была дизайнером, а в их команде — мастером на все руки: грим, подходящая одежда, сцена из артефактов, приведение их в порядок для съёмки. Она умела всё. Даже искусственно состарить вещицу. Цены её рукам, композициям и чувству стиля не было.

А вот Андрея вызвал к себе домой Артём, специально заблокировав сейф. С шестой попытки удалось найти мастера, который проявил интерес к проекту и своей будущей задаче.

Анна же пришла сама. Наткнувшись на дерзкий, но плохо снятый репортаж, она написала Артёму и предложила свои услуги. Сняла и смонтировала более чем профессионально первый ролик, чем вызвала рукоплескание всех коллег, кроме, пожалуй, Игоря.

С первой встречи они невзлюбили друг друга. Но Анна осталась в команде. Способность снимать в процессе и подавать материал так интересно и вкусно, что подписчики увеличились вдвое за короткое время, была ценна. А профессионализм Артём уважал.

Все звёзды над головой проекта сошлись год назад. И уже год он не просто процветал, он был на вершине. Команда работала не покладая рук, деньги текли рекой, а сюжеты становились всё интереснее.

— Особняк старинный, в жопе мира, — Артём проводил краткий инструктаж, сделав небольшую остановку. Поёжившись от холодного, проникающего за воротник тёплой куртки ветра, он продолжил. — По слухам, в нём проворачивали свои делишки контрабандисты и даже пираты. В общем, почти наш брат: ворьё и преступники. Вряд ли мы найдём что-нибудь интересное, до нас растащено и разворовано. Тем не менее домишко принадлежал «графьям», что и составляет большую часть его исторической ценности. Краеведы приготовили для нас материал. Получим на месте. Если повезёт, найдём что-нибудь стоящее, если нет — то красиво снимаем оставшиеся стены и лепнину, подбросим пару золотых монет и брошь с прошлого поиска, рассказываем об исторической значимости, потомках, если таковые имеются, Анна монтирует, заливаем и свободны. Ночуем, кстати, там: крыша вроде местами цела, спальники взяли. Встретит нас смотритель. Он там обретается постоянно. Раз живёт, значит и мы сможем. Ищем сегодня и завтра день. В ночь мчим по домам. Все мы ждали отпуск. Много работали. Очень устали и заслужили его. Но как все понимают, отказаться от съёмки, запрос на которую сделан прилюдно и поддержан аудиторией, нельзя.