Christy Cher
К Хэллоуину. Лифт: кошелёк или смерть

Я дважды выругался, прежде чем нашёл на дне своего старенького рюкзака горсть монет. Они оказались липкими, и я тут же вспомнил пролитый утром лимонад. Сона, как всегда, не закрутила до конца крышку, и бросила бутылку обратно. Меня бесила её привычка брать без спроса мои вещи, но такая уж она была – наглая и невероятно милая. Только Сона умела довести своего парня до белого каления, а затем улыбнуться и сделать вид, что ничего не произошло. В одну секунду мне хотелось её прибить, в другую – целовать до умопомрачения. Жизнь «до» Соны и жизнь «после» Соны – это совершенно разные вселенные, первую из которых я совершенно не помню.

Неприятные сюрпризы, как, например, залитые лимонадом рабочие папки с документами в рюкзаке, поджидали меня на каждом шагу. Сона умела удивлять, оттого, быть может, моя жизнь в один прекрасный день перестала казаться скучной и ничем не примечательной.

Продавщица недовольно скривилась, когда я высыпал ей в ладонь монеты. Она хотела что-то сказать, но я быстро схватил буханку хлеба и выскочил из ларька под моросящий осенний дождь. Хлеб был горячим и пах так аппетитно, что я еле сдерживал себя, чтобы не откусить кусочек! Сона обожала коротать вечера за просмотром сериалов не только в моей компании, но и в компании хлеба с мёдом. Она брала самый тёмный и самый засахаренный продукт пчелиного труда, и вымазывала им мякоть, отчего ломтик под весом густого вещества прогибался и тут же оказывался во рту девушки. Целовать Сону после трапезы было так же сладко, как есть бутерброд с мёдом, и она это знала.

Мобильник зазвонил, и я, сунув батон в рюкзак, быстро вытащил смартфон из кармана слегка намокшей от дождя куртки. Звонила Сона. Я несколько раз попытался разблокировать телефон, но тот упорно продолжал настаивать на правильном отпечатке пальца. От холода и под недавним весом рюкзака рука дрожала, и я тяжело вздохнул, когда, наконец, мобильник поддался моим попыткам ответить на звонок.

– Да, Сон? – спросил я с облегчением.

– Уже семь вечера, – раздался знакомый голос на другом конце. – Я заказала пиццу и салат. Заберёшь, если встретишь по дороге курьера?

Это значило другое – «Подождёшь курьера и заберёшь тогда, когда он придёт». Сона говорит, она интроверт, и подобные встречи её очень пугают. Что ж, она психолог, ей виднее.

– Конечно. У тебя всё хорошо?

– Будет, когда принесёшь мне пиццу.

После этих слов раздались короткие гудки, что значило лишь одно – связь оборвалась. Мы жили в районе, где это было чем-то обыденным и давно уже никого не удивляло, поэтому я ускорил шаг, чтобы пройти «слепую зону». Дождь начал усиливаться, и дул холодный ветер. Я накинул капюшон. День тридцать первого октября каждый год не переставал радовать меня своей погодой. Если Сона обожала сидеть дома и слушать звук барабанящих по крыше капель, то я предпочёл бы идти домой с работы под яркими лучами солнца. Мы, как лёд и пламя, – разные, но созависимые.

А ещё каждый год, тридцать первого октября, Сона празднует Хэллоуин. Я никогда раньше не слышал об этом празднике, пока в моей жизни не появилась девушка. Мы семьёй отмечали лишь дни рождения, Рождество и Пасху. Хэллоуин же вошёл в мою жизнь, благодаря Соне. Она любит украшать дом гирляндами из привидений, искусственной паутиной и жутковатыми оранжевыми лампочками с пугающими меня, особенно по ночам, рожицами. Помимо этого, она вырезает причудливые фигуры из тыкв и расставляет их на подоконнике в ряд, отчего с улицы соседи, сказать по правде, могли бы подумать, что мы сумасшедшие.

Каждый день в октябре мы смотрим сериалы от любимого режиссёра Соны. Он, похоже, так же помешан на Хэллоуине, как и моя девушка. Все его сериалы (в жанре ужасов, разумеется) выходят в аккурат перед праздником, и мы успеваем насладиться не только прошлыми проектами, но и включаем на нашем стареньком телевизоре последнюю новинку. Сюжет всегда следует авторскому шаблону: большая семья каких-то психов переезжает в огромный дом с призраками или другими сверхъестественными существами, происходит ряд леденящих душу убийств и расследование местного ботана приводит к мозговыносящему финалу, где в живых остаётся любимая актриса режиссёра и любой другой персонаж на выбор (возможно, сам ботан, если на него положила глаз главная героиня). Больше всего в этой мутной истории мне нравится Сона: то, как она вовлечена в происходящее, её пристальный взгляд и немного прохладная ладонь, лежащая на моём плече. Мы сидим перед экраном телевизора, накрывшись пледом, и поедаем пиццу. В этом наши вкусы неожиданно сходятся.

В день самого Хэллоуина планы не особо меняются. Мы всё так же смотрим какой-нибудь ужастик и наслаждаемся компанией друг друга. Сона не любит готовить, но утром тридцать первого октября печёт шоколадное печенье и тыквенный пирог. Аромат стоит потрясающий! Сегодня утром я шёл на работу с неохотой. С такой девушкой как Сона я был бы не против сделать Хэллоуин официальным выходным днём в стране.

Я невольно улыбнулся, заметив горящие в нашем окне тыквы. В этом году Сона сделала их ещё более пугающими. Я шёл по улице и слышал, как пробегающие мимо дети обсуждали увиденное. Похоже, Сона добилась желаемого эффекта!

Наш дом-коробочка был под стать своим собратьям на районе: такой же серый и унылый объект, в котором захотелось бы жить только какому-то идиоту-одиночке или людям с финансовыми проблемами. Я, к счастью, могу отнести себя ко второй категории. Сона хоть и жила раньше в обеспеченной семье, но не побрезговала в один прекрасный день выбрать меня и мою замухрыжную квартирку, денег на проживание в которой порой не хватало и в лучшие времена. Сона предлагала помощь, но я не хотел брать деньги у любимой девушки, пожертвовавшей своей счастливой семьёй ради меня, простого работяги с окраины Родвецка.

Из подъезда вышел мужчина с сигаретой в зубах и придержал мне дверь. Я поблагодарил его и быстрым шагом зашёл внутрь. Звуки дождя стихли, как только железная дверь с грохотом за мной закрылась. В подъезде пахло канализацией и курицей гриль, так сильно обожаемой нашей соседкой. Я заглянул в почтовый ящик и с удивлением обнаружил конверт с письмом. В темноте сложно было разглядеть адрес отправителя, и я просто сунул его в карман. Лампочку менял только я и только за свои деньги, соседи же делали вид, что их это не касается. Каждый раз я обещал себе, что больше никогда не внесу свой вклад в жизнь нашего многоквартирного дома, и каждый раз нарушал свою клятву.

Кнопка лифта заела, и я нажал на неё сильнее, параллельно уткнувшись в телефон. Висело сообщение о том, что абонент снова доступен для звонка, но, когда я набрал Сону, бездушный голос вновь оповестил меня об обратном. Сплошная ложь.

Двери лифта открылись, и я шагнул в кабину, щурясь от яркого света. Мы живём на пятом этаже. Кружочек с нужным номером Сона год назад обклеила забавными наклейками из мультика, название которого я позабыл. Тыкнув на кнопку, я снял рюкзак и расправил плечи. За день беготни в офисе моё тело нуждалось в отдыхе и вкусной еде.

Предаваясь приятным мыслям, я сначала не понял, что лифт продолжал стоять на месте. Цифра «один» горела красным цветом, двери плотно сжались и… на этом всё. Я раздражённо вздохнул и нажал ещё раз на «пятёрку». Ничего не произошло. Выругавшись, я продолжил нажимать на неё, пока до меня не дошло, что это бесполезное занятие. Первая мысль – позвонить Соне, ведь у неё больше шансов вызвать кого-нибудь для моего спасения. Однако телефон показал, что связи нет. Значок интернета мигал до тех пор, пока совсем не выдохся и не подтвердил мои опасения – я в «слепой зоне».

Панель управления продолжала мигать красным, предлагая пассажиру разные опции, в том числе – вызов оператора. Я нажал на неё, ощущая себя самым нелепым человеком на Земле. Застрять в лифте в Хэллоуин – тот ещё джекпот!

Раздались гудки. Они длились, казалось, вечность, пока я, затаив дыхание, ожидал ответа оператора. Треск помех сообщил мне, что я не один.

– Здравствуйте! Простите, я застрял в лифте по адресу Круговая, 7. Третий подъезд. Он просто стоит на месте. Не едет вверх, – не совсем складно объяснил я оператору, но с его стороны раздавалось лишь шипение и какая-то возня.

Я выждал минуту, но эти звуки не прекращались, и тогда я ещё раз повторил своё обращение. Странно, но, когда я говорил, наступала тишина. Будто кто-то останавливался, чтобы прислушаться к моему монологу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.