# Петроглифы проклятой горы

Анастасия Хабарова

Вера не верит в древние легенды и бабушкины сказки о том, что в пещерах живут духи. Но странности сталкивают ее лицом к лицу с тайнами пещер. Вере придется сделать выбор – спасти себя, дочь и сохранить свой дом или помочь ИМ вернуться к жизни.

– Добро пожаловать в наши пещеры. Здесь пригните голову, вход невысокий, но залы будут достаточно просторными. – Вера, экскурсовод тридцати лет, пропустила группу из двенадцати человек внутрь, а затем вошла сама. – Кто-то уже знает, как была открыта пещера?

– Три года назад сквозь горы решили проложить тракт, и, когда взрывали породу, обнаружили вход, – без особого энтузиазма ответил паренек лет шестнадцати.

Мамочка-наседка тут же гордо заулыбалась и попыталась погладить сына по голове, от чего тот удачно увернулся.

– Верно! Представляете, Рыбный живет около этих гор уже сто тридцать четыре года. Только за последние тридцать лет к нам на озера приехало более двух миллионов туристов, что примерно в полторы тысячи раз больше, чем самих жителей. И все мы гуляли рядом с этими горами, рыбачили, купались, отдыхали, жили и даже не подозревали, что скрывают склоны Проклятой горы. Названию не пугайтесь! Это всего лишь легенда, которую мне когда-то рассказывала бабушка. Проходим, аккуратно, пожалуйста, не облокачивайтесь на ограждения, не пытайтесь отколоть породу и смотрите под ноги. Сейчас можете сделать несколько кадров, и я продолжу легенду. А уже скоро вы увидите самое интересное и загадочное явление Проклятой горы.

Толпа начала толкаться за места с самым удачным ракурсом на фоне обзора пещеры, а Вера накинула на плечи вязаный кардиган. В пещере, как обычно, было прохладно.

– Итак, почему моя бабушка называла эту гору Проклятой? Она рассказывала, что в детстве они с друзьями часто собирали около нее грибы, ягоды и слышали странные завывающие звуки – будто плакала сама гора. А позже она узнала от своей бабушки, что в Рыбном многие эту гору боятся – ходила легенда, что в ней живут проклятые души, которые обречены быть запертыми за грехи и не имеют возможности найти выход и выбраться наружу. По сей день вы можете, хоть и редко, но встретить жителя, который боится горы – кто-то уверяет, что нехорошо чувствует себя рядом с ней, кто-то – будто тоже слышал нечеловеческие звуки. Даже пара археологов, задержавшихся однажды допоздна, заявила потом, что тоже что-то слышала. Доказательств того, что в этой пещере есть что-то кроме горных пород и насекомых, у нас пока нет. Но если вы что-то услышите или заметите – обязательно сообщите. – Вера остановилась около стены и развернулась лицом к группе.

– А вы не боитесь ходить сюда? Что если гора действительно проклята или здесь кто-то обитает? – донесся из толпы звонкий девчачий голосок.

– За три года мы никого так и не встретили. Зато обнаружили эти интересные петроглифы, которые, возможно, говорят нам о том, кто обитал здесь задолго до нас.

Группа столпилась около стены, усеянной высеченными на каменной поверхности рисунками, и активно защелками камерами телефонов.

– Как вы видите, рисунки демонстрируют нам не просто людей или отдельные элементы их быта. Мы можем увидеть разные сцены из их жизни.

– А вы уверены, что это люди? – мужчина лет пятидесяти дотошно разглядывал каждый петроглиф, придерживая очки на носу.

– Хороший вопрос. Это действительно стоит под сомнением. Возможно, мы видим антропоморфную форму жизни, которая вымерла задолго до нас. А антрополог Павел Григорьевич Фролов, выходец из нашего прекрасного Рыбного, выдвинул теорию о том, что это наши предки, из которых мы потом эволюционировали. Он основывает её на антропоморфной схожести – как видите, существа имеют, кажется, такое же, как у нас тело. Единственное – они будто более высокие и все очень худые – но, опять же, насколько мы можем доверять изображениям в части передачи параметров тела? Да, они нарисовали себя значительно выше человека относительно представленных животных, но, может быть, таким образом они показывали свое превосходство над животным миром? Отличия, в которые мы точно можем верить, это зубы – они достаточно хорошо прорисованы, и у каждого существа их очень много, а еще они все острые, как у акулы. Вот здесь вы видите сцену охоты и затем принятия пищи. Культура еды, очевидно, была не особо развита, готовить они не умели и поедали добычу в сыром виде, раздирая зубами.

– А еще у них очень длинные руки, – тихо донеслось от группы туристов.

– Да, вы правильно заметили. Более того – у них не просто длинные руки, у них очень большие ладони и длинные пальцы – как минимум в два раза больше, чем у нас. А вот эти сцены, – Вера обвела красной лазерной точкой часть петроглифов, где существа сидели в кругу, взявшись за головы, – говорят нам о том, что они, возможно, не были просто дикарями, и скорей всего у них была своя культура. Мы не можем точно знать, на что это похоже, но напоминает какой-то обряд – возможно, так они обращались к высшим силам. Чуть дальше вы можете увидеть еще несколько сцен, пофотографироваться и осмотреться лично. За поворотом есть еще один небольшой зал, но там уже нет петроглифов, как и прохода куда-то дальше. Археологи пока больше не обнаружили доступа к каким-то другим залам, а в части пещер просто невозможно попасть, потому что они затоплены водой. У вас есть пятнадцать свободных минут, затем я жду вас у автобуса.

Группа разбрелась по пещере, активно обсуждая увиденное, выдвигая предположения и снимая на камеры телефонов все подряд.

Вера убрала указку и вышла на воздух. Идти в автобус не хотелось, и она осталась погреться на солнце.

Когда все участники туристической группы вышли, она повела их к автобусу, но на пути встала Клара – местная жительница шестидесяти семи лет, которая на весь Рыбный славилась разногласиями с собственной головой. Она считала, что имеет некие сверхъестественные силы. Все остальные считали, что имеет она лишь проблемы с психикой. И увидев её дикий взгляд перед собой, Вера поняла, что спокойно им не пройти.

– Да зачем вы опять ходите туда, еще людей водите, будите их. Закрыть эту пещеру нужно! Взорвать так, чтобы все снова завалило, все закрыло! – Женщина взметнула руки так, что чуть не мазнула Вере по лицу. – Вы получите то, на что напрашиваетесь. Они придут! Они заберут ваш скот, ваших детей, вас!

Вера набрала полную грудь воздуха, сдерживая напрашивающиеся на выход реакции, и стала обходить сумасшедшую со стороны, рукой подзывая за собой группу.

Клара резко прыгнула в её сторону и схватила за рукав, заглядывая прямо в глаза:

– Ты хочешь, чтобы они и твое дитя забрали? Если не похороните их в горе, лучше бегите. Беги, пока можешь! Они уже почти здесь…

Вера молча вытащила из безумной хватки свою руку и ускорила шаг.

– А сейчас вы наблюдали еще одно загадочное явление Рыбного – явление местной сумасшедшей народу, – с улыбкой, чтобы успокоить группу, заговорила Вера, встав между рядами автобуса. – Пожалуйста, не обращайте внимания, женщина уже несколько лет не в своем уме. Как её младшая дочь умерла, так она и начала сдавать. Раньше все конец света предрекала, а как мы пещеру обнаружили и стали туристов водить, так придумала сказку про какое-то вселенское зло, которое из этой пещеры должно появиться.

– Разве это не похоже на ту легенду, о которой рассказывала ваша бабушка? – раздался рядом женский голос, и по салону пробежала волна перешептываний и тихого эха:

– Точно, точно, похоже…

– Я бы сказала по-другому. Это и есть бабушкина легенда, просто пересказанная на новый лад. – Вера пыталась говорить спокойно, дышать размеренно, чтобы никто не заметил в её голосе подрагивающие нотки. От неожиданного нападения Клары ей было не по себе. Нет, к подобным словам сумасшедшей она уже привыкла. Но вот взгляд, полный ужаса, до сих пор стоял у неё перед глазами.


* * *


– Егор тоже был там? Вы его видели? Они все пропали? – Вера бегала потерянным взглядом по людям, столпившимся около пещеры.

– Не знаю, только приехал, сейчас начнем поиски. – Медведь, как горожане звали Олега за его почти двухметровый рост, мощное телосложение и рычащий голос, приобнял девушку за плечи. – Паниковать пока рано, возможно, им удалось пройти глубже и они застряли. Если так – вытащим, найдем.

– Но ведь не могло четверо человек просто пропасть? Просто исчезнуть? Раствориться?

– Вера… Вас ведь Вера зовут?

Девушка кивнула, Медведь мягко повторил её движение и продолжил:

– Все их вещи остались на месте работ – от инструментов до личных телефонов. Это значит, они должны быть в пещере. Давайте сделаем так. Оставьте мне свой номер телефона, и я позвоню вам, как только мы найдем их. А пока лучше езжайте домой, внутрь вас все равно не пустят, а здесь вы только будете мешать.

Вера сбивчиво продиктовала цифры и продолжила стоять на месте, схватившись за голову. Безусловно, она переживала за всю археологическую группу. Но особенно за Егора – парня, с которым успела подружиться за последние полгода. О романтических отношениях речи не шло – по крайней мере у Веры, но по удивительной для неё случайности, она успела привязаться к нему как к другу.

Медведь еще раз посоветовал девушке ехать домой и успокоиться, и направился к участковому. Олега вызвали для помощи в поисках – Вера знала, что нынешний управляющий пилорамой когда-то был следователем, а оперативников из райцентра на Рыбный вечно не хватало. Поэтому сегодня участковый Николай Алексеевич вызвал всех, кто хоть как-то мог помочь в поисках.

– Вера! – донеслось сзади эхом так, что девушка не сразу поняла, что её окликнули. Чьи-то пальцы коснулись руки, и она развернулась.

– Егор, ты жив! – взвизгнула она и бросилась парню на шею. – Как… что… почему ты… – Слова никак не могли собраться в предложения, а руки продолжали мять его предплечья, убеждаясь, что это реальность.

– Мы вчера обнаружили перспективный проход с новыми петроглифами, и ребята решили задержаться. А у меня телефон сломался, и пришлось уйти раньше, чтобы успеть в ремонт… Сейчас приехал, а мне сообщают, что… ребята пропали. Я ничего не понимаю.

– Они могли пройти дальше? Они могли застрять, заблудиться? Как хорошо, что твой телефон сломался!

– Извини, думаю, со мной сейчас захотят поговорить, я должен идти. Сегодня заберу телефон и напишу тебе, не переживай. Они найдутся, я уверен, – Егор быстро обнял Веру и пошел в сторону участкового, который уже нервно наблюдал за ним и подзывал рукой.

Среди толпы, облепившей огородительную ленту, мелькнула взъерошенная голова Клары. Вера медленно выпустила весь воздух из легких и пошла к машине. Она понимала, что оставаться здесь ей действительно бессмысленно – если не можешь помочь, не мешай.


* * *


В следующие пару дней об археологах ничего не было известно. Егор переживал за коллег, за работу, за объект, и просил Веру раздобыть информацию.

– Уверен, за пару дней они хоть что-то нашли! – настаивал он.

Но среди всех, кто участвовал в поисках и расследовании, не считая участкового, знаком Вере был только Медведь. И то лишь заочно и по той минутной встрече, что произошла у пещеры в утро события.

И так как экскурсии в пещеру отменились, освободив Вере время, а пилорама Олега легко нашлась на картах, она отправилась туда к вечеру в надежде на то, что к этому времени он уже будет дома.

– Простите, но для вашего друга никаких утешительных новостей у меня нет. Сегодня я там даже не появлялся – мы прочесали округу, но, похоже, они действительно пропали внутри. На одной из стен, в проходе, обнаружено несколько капель крови, возможно, кто-то поцарапался, когда они протискивались туда. Вчера мы проникли через этот проход, но дальше все затоплено водой. В поисковой группе уже активно обсуждают легенду нашей горы про какие-то проклятые души. Некоторые всерьез думают, что в пещерах было заперто что-то или кто-то. Было, пока мы не открыли её и пока археологи не прошли глубже.