Артем Лукьянов
Звездный Патруль. Книга XI. Острая фаза

Пролог

Обиды и амбиции некоторых власть-имущих очень часто в истории приводили к гибели невинных людей. В наше время проблемы все те же, вот только масштабы другие.

(Из заявления Адриана Фьюри после политического переворота на Би-Проксиме)

Как известно на Би-Проксиме произошел незаконный захват власти. Как вы считаете стоит ли Крону в связи с этим объявить о своей независимости или же остаться в составе Федерации и, несмотря ни на что, довериться тем, кто стал у руля?

Объявить о независимости – 27%

Остаться в составе Федерации – 63%

Иное – 10%

(Независимый социологический опрос жителей Крона.

Заказчик: политическое руководство планеты

Исполнитель: ГЛТК.

03`2550`)

Военно-политическая обстановка с момента прибытия на Крон дипломатического корабля би-Молей резко изменилась. Весьма сильное влияние, обострившее ситуацию, оказали события, случившиеся недельный цикл тому где-то в далекой Туманности Розетка на окраине Сектора Ориона. Соответствующая нота от Звездного Патруля Терра-Нове не заставила себя долго ждать. Ситуацию в том виде, в котором ее обозначил Аламах, поддержали в ГЛТК, в Юнионе Семнадцати Созвездий и, даже, в Преторианском Альянсе. Но никто из них не торопился вмешиваться физически, предпочитая подождать, чем все закончится. Арнольд би-Моль выступил с требованием к «Новой Земле» незамедлительно отозвать своих миротворцев с Крона и освободить систему Альфа-Бета-Капелла от своего присутствия до полного разрешения кризиса. В то же время в системе «Регул» всеобщее народное ликование от победы над Патрулем переросло во всплеск патриотизма. Капитан «Улья» Вагул, якобы попавший в засаду и успешно справившийся с ней, в одночасье стал национальным героем. На волне небывалого патриотизма Терра-Нова отказалась выполнять просьбы би-Молей сославшись на все еще действующий договор по линии Лиги, который тот не может аннулировать без проведения референдума. Однако отрезвление правительства Терра-Новы после того, как от него отвернулись все, кроме Би-Проксимы, не заставило себя долго ждать. Вдобавок, на этот раз, в отличии от инцидента в системе «Альхена», Центральный Сектор Звездного Патруля в лице Арктура поддержал Аламах, признав грубое нарушение Конвенции со стороны Терра-Новы и ее вину в гибели всего экипажа «Горизонта». Антарес направил синта Скалу урегулировать кризис с «Альхоном», снять блокаду и перенаправить в систему Альфа-Бета-Капелла ганшип «Меридиан». До прибытия сил Звездного Патруля крейсер миротворцев Терра-Новы «Раупе» был на орбите Крона уже не одинок. Арбитражный военно-дипломатический корабль ГЛТК класса «Галеон» появился в системе и, тем самым, сорвал планы флота Терра-Новы на поддержку своих планетарных сил с космоса. Таким образом патриотический подъем внутри системы «Регул» омрачился начавшейся политической изоляцией снаружи. В Кроненбурге же начались уличные беспорядки между теми, кто требовал от миротворцев уйти, и теми, кто считал, что они обязаны остаться и защищать их от наемников «Воид», информация о прибытии которых распространялась со скоростью лесного пожара. Ситуация накалилась до предела и могла выйти из-под контроля в любой момент. Глава объединенного гражданского комитета Фридон Сильва попытался взять ситуацию под контроль, но одних лишь словесных усилий теперь явно не хватало. Крепкие политические позиции реакционеров в городе сильно пошатнулись после распространения информации, что войска Делано на плато были полностью разбиты некими альхонскими наемниками, прибывшими на Крон якобы для поддержки лоялистов.

На излечении

Несмотря на все протесты и жалобы о якобы нарушении Конвенции, считал и считаю, что использование «Орфея» для вытягивания сведений и маркировки сознания, наилучшим решением. Главное не сообщать об этом пациентам во избежание скандалов и судебных издержек.

(Саохин Мо. Центральный госпиталь Звездного Патруля. Аламах)

Пациент, поступивший не так давно в госпиталь Патруля на Аламахе, не сразу привлек внимание главврача. Да и не мог он его особо привлечь, потому что по чужой, местами поврежденной черной форме Преторианского Альянса, походил скорее на некое недоразумение, не поди как попавшее к нему в мед-центр. Да и по записям он шел как «артефакт-симбионт» с некоторыми незавершенными делами в Патруле. Именно эти незавершенные дела и предоставили ему палату для лечения в главном госпитале Патруля. Однако, внимание Саохина пациент привлек не за это, но когда по выздоровлении отказался выходить из отключки. ИИ не смог его привести в сознание базовым способом, хотя второй пациент, поступивший одновременно с этим, с куда более тяжелыми ранами в форме наемника «Воид», уже готовился к выписке. Саохину это показалось весьма необычным, и он принял решение понаблюдать за спящим «гостем».

Слабоумие и отвага

Освещение в столовой было по вечернему тусклым. Отбой объявили уже час как тому назад. Однако кое-кто и не думал идти на покой. За дальним у стены столиком сидели 3-е. Все были в серебристых комбинезонах Звездного Патруля. Лица их были грустны. Один из них встал и попытался сделать что-то у панели с автоматической линией подачи еды и напитков, но, потерпев фиаско, вернулся обратно за стол.

– Ну, что, Сай? … А я говорил, что это глупая затея… Теперь только утром пожрем, как люди – проговорил из сумрака один из них. – Мани, пойдем отсюда.

Однако отчего-то фигура с короткими каштановыми вьющимися волосами даже не пошевелилась.

– Пусть он еще попробует, Рико… 7 часов до подъема… Если сейчас не придумаем ничего с этим, так и будем до самого выпуска маяться и впроголодь жить.

Подошедший по имени Саймон сел за стол и грустно покачал головой. За компашкой наблюдал некто еще. Он сидел за самым дальним и совсем не освещенным столом. Он был тут раньше них, но притаился, решив, что это охрана. Их разделяло расстояние всего в 2 стола. Поняв, что ему ничего не угрожает, он встал и тихонько подошел к панели, возле которой совсем недавно крутился Саймон.

– Брод? И ты здесь? … Вечерок перестает быть томным – негромко сказал тот, кого звали Рико.

– Ну, вот. А ты хотел уходить – хохотнула Манита.

Саймон тут же обернулся и посмотрел туда, где уже обустраивался поудобнее их сокурсник. У того в руках явно что-то виднелось, но в сумраке невозможно было разглядеть. Саймон встал и тихонько подошел к Броду. У того в руках был дрон класса «Головастик».

– Ахренеть! Это как ты его из оружейки вынес!? – эмоционально не сдерживая себя удивился Сай.

– Тише говори – притушил его Брод. – Поставил экзо-костюм на диагностику, чтоб тот вырубился с открытой плечевой секцией… А дрона изначально после полетов не возвращал на «базу», а держал просто внутри.

– Ну, хитёр! … Может помочь с инженерной консолью? – уже успокоившись через нейро-обруч предложил Сай.

Брод посмотрел на него с ухмылкой и глазами указал, куда тому идти со своими советами. Уже через пару минут столик, где сидела небольшая компашка, ожил и подсветился голубой окантовкой. Курсанты едва смогли сдержать наплыв эмоций от радостного разрешения проблемы «пожрать». Тихие чуть посвистывающие звуки приводов системы автоматической приёмки заказов и подачи питания заработали.

– И все равно идея – дрянь дрянская. Завтра ИИ системы безопасности увидит недостачу протеиновых брикетов и напитков, потом подымет записи камер и интеллектуальных сенсоров, и нас возьмут тепленькими прямо на построении. Влепят штрафные балы и работы в рем-зоне КСП… Нагонять программу будем вот этими самыми ночами.

Компашка, налегая на прибывшую прямо из секции в столе еду и напитки, слегка замерла, слушая «плачь» Рико. Однако один рот все так же продолжал активно работать челюстями, не обращая внимания на товарища.

– Жрать охота, капец! … Чего слюни распустили, капитаны!? – бодро выдал он в через нейро-чат, не переставая поглощать брикеты с разогретыми слойками.

Манита, так и не откусив и кусочка, неспешно встала из-за стола, с грустью посмотрела на 3 парней-сокурсников, которые поглощали обогащенные протеины. Хотя 2 из них делали это как-то без задора и радости.

– Мани, ты чего? … Это я так, чтоб снять напряжение… Может пронесет – попытался ее удержать Рико.

Та глубоко и грустно вздохнула. Отодвинула в сторону поближе к остальным свои брикеты развернулась по направлению к выходу, выдав в конце:

– Хорошо вам говорить… У Брода так вообще высший бал в группе… А мне грозит отчисление из академки, если этику капитанов не сдам… А когда мне готовиться, если влепят штрафные циклы в рем-зону, а?

Саймон и Рико даже жевать прекратили, провожая грустным взглядом Маниту. И только Брод совершенно невозмутимо поглощал разогретый полуфабрикат, запивая все это обогащенным крахмальным напитком, подобным внешне и по консистенции разжиженным выделениям из носа при простуде. Хотя слово «простуда» или «болезнь» для людей-симбионтов были бы наверное неуместны.

– Брод, блин! Никакого сопереживания! – возмутился Рико через нейро-линк и отодвинул очередной брикет, грустно глядя вслед ушедшей девушке и заехавшей за ней двери в кают-компанию.

Тот в спешке дожевал свой кусок и принялся распаковывать новый, но, заметив взгляды Саймона и Рико, обращенные к нему, прервался.

– Что? … Она по сути права. Влепят нам штрафных… И что с того? … Мы ж по спец-программе, забыли? И мажорных мамок и папок на Эдэмии у нас нет, значит и подкармливать некому… Ну, посидим в рем-зоне, потрудимся с дронами… Ну, новые навыки приобретем… Всё ж знания – не кристаллидные пластины, чтоб в контейнере за спиной тягать… Да, и никто нас не исключит… Так что ешьте спокойно, пока горячее.

На утреннее построение известная компашка чуть-чуть опоздала. Только Манита была вовремя, и с гордо поднятой головой смотрела вперед, ожидая вердикта звездного офицера 3-го класса Карелия Курса относительно неподобающего поведения курсантов Патруля элитной академии в системе Фомальгаутов. Однако к ее большому удивлению тот даже не заикнулся об исчезновении контейнеров с полуфабрикатами в столовой. Взгляд удивления сменился непониманием особенно, когда она посмотрела на самодовольные физиономии троицы.

– Вы же понимаете, что в следующий раз вам влетит за оба раза!? – буркнула она им с ехидной усмешкой через нейро-линк.

В ответ те лишь пожали плечами и ровным строем за командиром-инструктором отправились на завтрак.

Следующей ночью все повторилось, только Маниты не было. Рико же к еде не притронулся и, тяжело вздохнув, объявил, что та поставила ему ультиматум: или он ходит на ночной перекус или он спит и терпит, как она.

– Если буду с вами, то она меня больше к себе не подпустит – завершил он свою мысль.

– Уже смешно – заулыбался Саймон, налегая на полуфабрикат. – Напомни, Рико, по чьей инициативе мы прошлый раз пришли сюда… Даже не представляю, откуда у вас теперь силы возьмутся на интимности при стандартном 2-разовом питании.

– Не знаю, как вы, а я сюда пришел по собственной инициативе – съехидничал Брод, дожевывая очередной кусок.

Рико постоял у двери, потупил взор и, так ничего и не ответив, ушел. Все в их компашке знали, что еще с первого курса Манита и Рико были вместе и тайком проводили время в душевой, якобы залечивая ссадины, полученные во время регулярных дневных тренировок. Они оба учились в академии так же по спец-программе. Были в их группе и другие курсанты, но из детей элиты Эдэмии, Би-Проксимы или же Аламаха. У них водились креды, и они могли в течение дня во время свободного времени дозаказать себе еду и напитки. Могли они себе позволить и увольнительные к родителям на Эдэмию, потому что было куда и к кому. Ни Брод, ни Сай, ни Мани, ни Рико не могли себе такого позволить, потому что не имели не то что стар-кредов, но даже собственных аккаунтов в банке, и находились на полном обеспечении эдемской академии. Среди них по спец-программе была еще одна курсантка по имени Ньюта. Однако им она казалась какой-то уж слишком зажатой, отчужденной и закомплексованной, чтоб звать на всякие авантюры с собой.

– Слушай, Брод, может Рико и Мани правы. Играем с огнем – выдал Сай уже прилично насытившись.

– Ага… И что ты предлагаешь? Голодать? … Можешь последовать за Рико, не обижусь… Я вообще тут был раньше вас и всё организовал в лучшем виде – ответил Брод через нейро-линк, дожевывая очередной кусок.

Тот положил ладонь на лоб и грустно покачал головой.

– Брод-Брод, какой же ты высокомерный поц… Неужели ты думаешь, что нам это сойдет с рук?

– Посмотрим.

Подобные ночные перекусы продолжались вполне себе беззаботно еще целый месячный цикл. Лишь только по слегка озабоченному взгляду куратора группы Карелия Курса можно было догадаться, что что-то не так.

Хотя и это его грустное лицо казалось таковым лишь только для известной 4-ки курсантов, но никак не для остальных 11-и. На сегодняшнем построении все было не так. Кроме Карелия на плацу присутствовал еще один весьма немолодой офицер с гравировками звездного капитана 1-го ранга. Его колючий взгляд через щели-амбразуры глаз сканировал всех курсантов, хотя лицо его выражало скорее добродушие, чем подозрительность.

– С сегодняшнего дня этику будет вести звездный капитан 1-го ранга Гаррисон Мак-Квой.

Брод внимательно осмотрел нового преподавателя этики и слегка ухмыльнулся, хотя остальные курсанты вели себя более сдержанно с неизвестным новеньким.

– И так еще раз для тех, кто не услышал. Меня зовут Гарри Мак-Квой. И да, я – действующий капитан звездного крейсера, того самого который сейчас находится в доке Академии.

Прямо во время его речи «ожила» огромная проекция за его спиной, где покоился 150-тысячетонный «Буцефал». То, что крейсер класса «Утренняя Звезда» назывался именно так, каждый мог убедиться, просто подключившись нейро-обручем к проекции и прослушав описание. Брод тоже это сделал.

– «Сай, а кораблик-то хорош, правда?» – обратился Брод к своему соседу.

– «Что!? В своем уме!? Да это старая рухлядь с кучей дефектов, иначе не отдали бы ее в академку для курсантов!».

– «Всяк лучше, чем тренажеры и симуляции»

– «Да, ни какой разницы» – снова возразил ему Сай.

Тем временем зоркий глаз распинающегося немолодого новенького капитана-преподавателя очередной раз скользнул по строю курсантов.

– Но, на ближайшие 2 годичных цикла этот крейсер вам может встретиться разве что на симуляциях… Так что подотрите сопли и засучите рукава. Именно я буду решать, какая из 3-х группа по 5 курсантов первой оседлает этого жеребца по-настоящему в живую!

Говорил Гаррисон четко и немного басовито. Выглядел он хорошо за 60 под стать своему командному голосу аккуратно стрижено с бакенбардами и сединой в волосах. Взгляд Брода уцепился за необычную кобуру преподавателя.

– «Зацени, Сай, дедуля забыл этику и нацепил ствол на магнитный сцеп на ремне вместо кобуры» – улыбнулся Брод.

– «О! Точно! Ну, ты – глазун! Я бы и не обратил внимания без твоей подсказки!».

Саймон тоже заулыбался рассматривая капитана. Тот же внезапно умолк, будто задумался о чем-то или просто потому что так захотел. Его зрачки метнулись в сторону парочки хохмачей и замерли на них. Саймон тут же убрал улыбку, а Брод, заметив пристальный взгляд на себе, даже и не думал.

– Курсанты Саймон и Бродерик! Три шага вперед! – громко и басовито объявил он.

Оба сделали шаги и застыли. Саймон заметно нервничал. Брод же продолжал давить улыбки, косясь взглядом на пистолет без кобуры.

– Расскажите нам, над чем вы уже минут 5 потешаетесь! … У нас в Звездном Патруле от семьи нету и не может быть никаких секретов. Думаю, и остальным будет интересно вас послушать. Согласны?

– Сэр! Так точно, сэр! – проревел строй.

Саймон заметно стушевался и побагровел. Брод, мельком глянув на соседа, еще больше улыбнулся и сказал:

– Сэр, конечно! … У нас вроде как «этика капитана», а вы, с вашего позволения, совсем ей не следуете!

Среди шеренги курсантов прокатились смешки. Гаррисон стоял все так же ровно и спокойно.

– А вы, Бродерик, я так полагаю, уже изучили всю этику капитана!? – спросил он громко.

– Ну, практически – улыбаясь выдал он.

– Не понял!?

– Никак нет, сэр! Этика и поведенческие архетипы у нас до конца года будут… Хотя, как по мне, предмет бесполезный – все так же с улыбкой произнес Брод.

На этот раз смешка из шеренги в поддержку не последовало. Всему виной было каменное лицо капитана Гаррисона.

– «Брод, ты вылететь с академки захотел!?» – ворвался предостерегающий голос Саймона.

– «Ой, да не сцы ты, Сай! … Сколько тебе говорить, что не будут они нас никуда выгонять, потому что это спец-программа… Мы тут и так не по своей воле… Забыл?» – парировал его тот.

– Курсант Бродерик, извольте объясниться. В чем по-вашему я нарушил этику капитана – прогремел голос Гаррисона.

– Вы забыли про кобуру, сэр! … Понимаю, спешили на первый урок! В привычку еще не вошло! … Нас лейтенант Карелий не сильно наказывал по первому разу! Всего-то 2 часа рем-зоны! – снова улыбнулся Брод совершенно уверенный в своей правоте.

На этот раз шеренга снова ожила. Раздались довольные смешки в поддержку шутке. Многие понимающе закивали головой, как бы соглашаясь с со своим сокурсником. Только лишь капитан Гаррисон все так же без особых эмоций смотрел прямо Броду в лицо. Он выждал немного, пока гудение и одобрения не спали, и сказал:

– Все согласны с курсантом Бродериком Новеном!?

Произошла некоторая заминка, но большинство принялось утвердительно качать головой.

– Я не слышу! – рявкнул капитан.

– Сэр! Так точно, сэр! – отозвался тут же почти весь строй.

Капитан, посматривая на шеренгу, двинулся вдоль нее. Он молчал некоторое время, видимо обдумывая что-то.

– Кто мне скажет, в чем отличия по этикету между курсантом и звездным капитаном 1-го… да и любого другого ранга?

Строй как по команде умолк. Даже Брод судорожно в уме перебирал все накопленные за почти год обучения знания по этикету, но не мог найти ничего относительно различий между офицерами и курсантами.

– «Ну, что, хвастун, попал!?» – съехидничал в нейро-канал Саймон.

– «Отнюдь. Нет там никакой градации. Кобура должна быть на поясе, а у него ее нет» – тут же ответил Брод.

Гаррисон тем временем дошел до стоявших на три шага впереди остальных Брода и Саймона. Он остановился, повернулся к ним, посмотрел в глаза и спросил:

– Курсант Саймон, а вы согласны с курсантом Бродериком на счет меня?

И тут Брод поймал себя на мысли, что его сосед-то и не выкрикнул согласие. «А дедуля-то внимательный. Надо бы с ним поаккуратнее на поворотах, а то чего доброго поймает за язык и на рем-зону».

– Нет, сэр – ответил, но негромко тот.

Улыбка сошла с лица Брода. Он покосился на Саймона.

– «Эх, ты, слабак! Чуть что, сразу в кусты! Ты ж будущий капитан!» – выдал ему Брод через нейро-обруч.

– «Тут явно какой-то подвох» – попытался оправдаться Саймон.

Гаррисон тем временем разрешил ему вернуться в строй. Теперь же только Брод в одиночестве стоял на против немолодого капитана, который жестко буравил его глазами.

– Смотри, вот и твой товарищ уже сомневается – негромко сказал Гаррисон.

– Человек слаб, сэр. Трудно идти против авторитета. Я его прощаю – спокойно и снова немного улыбнувшись произнес Брод.

Капитан повернулся в пол оборота и глянул на остальных курсантов, которые замерли и будто не дышали в ожидании развязки.

– И так, вспоминаем первый заголовок этикета и его назначения… Если кто не помнит, пусть обратиться к своему нейро-обручу.

Сказав капитан Мак-Квой повернулся обратно.

– Курсант Бродерик, зачитайте вслух нам этот заголовок.

Брод сделал глубокий вдох и выпалил:

– Основное назначение этикета офицера, это не позерство и не превозношение, но практический и здравый смысл в готовности к любого рода опасностям на сколько это возможно! Этикет необходим…

– Довольно! – кивнул головой капитан. – Представьте, Бродерик, что я задумал убить вас прямо здесь и сейчас, потому что вы оскорбили меня, по сути назвав неряхой.

На этой фразе уже и сам Брод слегка занервничал, но взял себя в руки и, успокоившись, ответил:

– При всем уважении, сэр, у меня 93 по стрельбе. Это высший бал в нашей группе.

Капитан Гаррисон понимающе покивал головой. Броду показалось, что он даже причмокнул от удивления столь выдающимися оценками по стрельбе.

– Что ж, курсант Бродерик, пройдемте к ристалищу. Вам очевидно не составит труда одолеть меня в стрелковом поединке.

– «Ну, что, Сай!? Делай ставки и остальных позови! … Не все же нам еду тырить со столовки! … Креды нам явно не помешают!».

Брод вспомнил, как они проворачивали подобное и не раз во время драк. Правда с этим ему не очень везло. Кулачные приключения частенько заканчивались не в его пользу. Тут же по всему выходил беспроигрышный вариант. Главное, чтоб остальные поддержали и рискнули.

– «Да, Брод, все кроме 5 в деле»

– «Дай, угадаю… Артур, Астерия, Рико, Манита… А кто 5-ый? Ты что ли?»

– «Не, себя я не считаю… Да и у Рико и Маниты с финансами не лучше, чем у нас».

– «Тогда кто?»

– «Ньюта»

– «А, точно. Вечно про нее забываю… Она ж тоже без кредов».

– «Да… Ты, это, смотри не подкачай… Ставки велики».

– «Ты ж меня знаешь».

Брод проследовал за Гаррисоном к краю плаца к тирной стойке. Капитан дал знак ему остаться тут, а сам пошел в дальний тупик в 50-и шагах. «Ну, дедуля, вышибу я тебе мозги». Брод через нейро-обруч проверил настройки учебного бластера. Затем еще раз оценил «волыну» у капитана. «Это ж явно не бластер… Это роторный обрез! Этот дед, что, собрался меня по-настоящему!? Ну и дела!»

– Простите, сэр, капитан – обратился к нему Брод, пока тот еще был в пути в свой угол.

Гаррисон Мак-Квой остановился и обернулся.

– Вы собираетесь стреляться настоящим роторным обрезом, в то время, как у меня учебный бластер, который даже ожог на комбинезоне не оставит.

– А разве вы, курсант Бродерик, не лучший стрелок в группе? С чего бы вам тогда опасаться? … Мой обруч настроен на импульс в мозг в случае вашей победы. Так, что я даже рукой пошевелить не смогу.

– Да, но это как-то все равно выглядит нечестно, сэр – не унимался Брод.

– Я учту этот момент. Для победы надо мной вам, Бродерик, достаточно попасть в меня, в любую часть тела, хоть в пятку, хоть в мизинец, и победа будет засчитана… Мне же придется сразить вас либо в сердце, либо в голову в противном случае вы будете живы, и сможете продолжать дуэль до потери сознания, истекания кровью или сдачи по трусости.

Брод, слушая капитана, сглотнул. На лбу выступили капли пота. Тот же спокойно добрел до своего угла и приготовился.

– Сэр, при всем уважении! Это все выглядит нечестно! Извольте следовать протоколу дуэли или же я имею права отказаться! – громко выпалил Брод на одном дыхании. Справа и слева от него на безопасной дистанции за ферро-стеклом уже стояли сокурсники. За спиной у Брода выехала специальная бронированная стенка.

– «Я вас услышал, курсант Бродерик» – обратился капитан к нему по обручу, чтоб не кричать.

Откуда-то из-за спины вышел Карелий. В его руке лежал настоящий боевой бластер. Он с каменным лицом не очень прикрытого недовольства вручил оружие Броду и забрал учебный пистолет.

– «Бродерик, учтите, капитан Гаррисон имеет право вас убить, потому что он действующий звездный капитан 1-го ранга! … И почему вы не заметили особую гравировку на его плече, что он при исполнении!».

Дослушав в уме лейтенанта Карелия Брод тут же переключил взгляд на капитана и обомлел. Тот невозмутимо стоял в своем углу и ждал начала.

– «Как же мне это теперь остановить, сэр?» – взмолился Брод к лейтенанту.

– «Даже не знаю… Можешь, конечно, сдаться, но там наверное ставки уже ого-го, да? … Я могу вмешаться, но мне для этого нужна некая важная причина. Некое чрезвычайное происшествие, драка, кража там или еще что… То, что по этикету немедленно потребует прекратить дуэль, на которую вы оба согласились» – мысленно ответил ему тот и отошел к остальным курсантам.

– «Брод! Дедуля похоже совсем впал в маразм! Он думает, что это некая дуэль чести! … Кончай дурить и сдайся, пока не поздно!» – взмолился Саймон.

– «Э, нет, Сай, пусть лучше он теперь боится! … Бластер и легче и точнее. А мне ему хоть руку хоть в ногу, и победа в кармане».

Далее все произошло быстро. Прозвучал сигнал готовности. Затем залп на 5-ой секунде. Брод выхватил бластер с кобуры, а Гаррисон выстрелил с бедра. Раскаленный роторный стержень с визгом ударил прямо в руку курсанта, срезав три пальца и выбив бластер.

Поврежденный пистолет, заискрившись, отлетел в сторону. Туда же последовали и три обугленных пальца правой руки. Брод застонал и схватил кисть. Дуэль им была проиграна.

Новые пальцы под интенсивом отросли полностью уже на 2-ой день. Некоторые занятие пришлось пропустить из-за травмы. Зато Брод вполне сгодился в рем-зоне в управлении тех-дронами. Тем более, что и свеже-прибывший «Буцефал» нуждался в некоторых профилактических работах.

– Брод, ты когда заканчиваешь? Давно не виделись.

Голос Саймона у себя в уме он не спутал бы ни с чьим другим.

– Что? Небось помощь нужна по астрофизике? – улыбнулся Брод.

– «Да, я просто за своего друга переживаю, а он … Не, ну и по астре тоже хорошо бы. Тем более ты сам предложил».

– Ох, Сай-Сай… Не умеешь ты врать… Ладно. Заканчиваю скоро… Дроны ремонтировали тут кое-что в «Буцефале». Дали мне допуск прогнать тесты через инженерную консоль.

– Кому что… Рико и Манита – всё. Знать тебя не хотят… Как и добрая половина группы, кто поставил тот раз на тебя.

– А ты не спрашивал у кэпа, как он так лихо опередил меня с этой роторкой?

– А тебе не все ли равно. Капитан явно псих… Нашей группе из-за тебя влепили повторные занятие по стрельбе… Этот Гаррисон Мак-Квой пролоббировал… Близнюги из-за этого собирают воуты против тебя, чтоб исключить из академки. Типа ты мешаешь всем своими закидонами.

– Хех… Ну, пусть болезные потрудятся, раз им так охота.

Предательство

За полчаса до отбоя Брод был в душевой в дальней темной секции. Саймон застал его там. Оба прекрасно знали что Карелий ввел обязательное ночное дежурство по парам, видимо не справившись с казалось бы простой задачей найти воришку еды в столовой.

– Наша очередь через 3 цикла, Брод… Придется потерпеть – сходу выдал Сай через нейро-линк. – Странно. Разве нельзя просто камеры проверить, чтоб вычислить нас?

Брод знал, что ответить, но смолчал, лишь пожав плечами. Время неумолимо приближалось к отбою.      Дослушав мысли Саймона Брод отрицательно покачал головой.

– Очевидно же, что выдадим самих себя, если сунемся в свое дежурство – огорчил его он.

– Да… Я как-то не подумал.

– Все не предусмотришь, Сай… Кто в эту ночь дежурит?

Брод, сидя прислонившись к стене секции, посмотрел в лицо стоявшего напротив него напарника.       Тот ушел было в себя, чтоб выяснить нужное через обруч, но Брод его опередил, потому что знал ответ.

– Близнецы Астерия и Артур.

– Что нам с того? Не договариваться ж с ними… Да они и не будут, а сразу же обрадуются и сдадут.

Брод отрицательно покачал головой и посмотрел в сторону выхода из-за звука открывшейся двери с раздевалки. Кто-то зашел в душевую и направился в дальнюю кабину, где было так же тускло и мрачно, но по параллельному коридору. Оба замерли, когда через стенку активировался парогенератор.

– Это Ньюта – выдал Саймон в нейро-линк, услышав характерные всхлипывания и тоненький почти неслышный плачь.

Выбери она кабину поближе ко входу, может ее и не услышали бы, но за полимерной стеной звук не перебивался даже шипением пара.

– Снова плачет… Что с ней не так? – возмутился Саймон.

– С ней все так, а вот с ее якобы подругами – нет… Используют они ее, прямо как ты меня, Сай – улыбнулся Брод, посмотрев на приятеля.

– Ну, ты! Выдашь тоже! … У нас взаимовыгодное сотрудничество, ты – мне, я – тебе.

Они подождали некоторое время, пока Ньюта закончит и покинет душевую.

– Фу. Наконец-то – выдохнул Брод. – Время поджимает… Ну, Сай, мне пора! … Всего 10 минут до отбоя. Я перехвачу близнецов в коридоре пока они еще не дошли до столовой, а ты по моему сигналу покинешь душевую и метнешься в столовку… У тебя будет 10 минут! Не облажайся!

– Погодь! А камеры? … Они ж наверняка будут все время подключены к ним, и сразу увидят неладное! – возмутился Сай.

Брод заторопился к выходу, лишь бросив тому в ответ:

– Ни о чем не волнуйся. Закажи брикеты без разогрева и сразу забирай… 10-и минут тебе должно хватить.

– Э, не… А если я попадусь? Давай лучше я попробую заболтать близнецов – перегородил ему путь Саймон.

Брод покачал головой, тяжело вздохнул и, положив ему руку на плечо, сказал:

– Ничего не бойся. Если что-то пойдет не так – вали на меня. Понял?

Тот кивнул головой и выпустил товарища.

Брод перехватил близнецов удачно за два поворота до столовой. Как раз, чтоб Саймон успел выгрести с запасом и исчезнуть с добром в недрах душевой.

– Артур, Астерия, стойте. Есть разговор – встал он им наперерез. Было светло, потому что до отбоя еще оставалось немного времени. Они переглянулись.

– Чего тебе? … Хочешь сознаться в преступлении? – выдали они поочередно.

Тот улыбнулся их «шутке». Подошел посередке и положил руки обоим на плечи.

– Есть одна тема… Я тут узнал, что у меня мать – известнейший археолог, а отец некто из рода «би-Нова» … А!? Как вам новость!?

Они остановились и недоверчиво посмотрели на него.

– Вы можете меня смело брать в свою компашку! Думаю, что мы можем быть полезны друг другу, а!?

– Ха-ха-ха! Вот, же позер и хвастун! – залилась звонким смехом Астерия и тут же скинула его руку со своего плеча. – Би-Нова!? Ты!? … Сын губернатора Марса что ли!? А почему не главы Федерации или Юниона, а!?

Артур же, не понимая, смотрел то на сестру, то на Брода.

– А вдруг и вправду… Мы ж не проверяли, Асти – чуть глупо сказал Артур.

– Блин! Братец, не тупи! Этот хитрован просто пытается попасть к нам в клуб!

Ответив Артуру Астерия повернула голову к Броду и хитро посмотрела ему в глаза.

– Докажи!

Брод вздохнул, прищелкнул языком и снова как бы невзначай, положил руку на плечи Астерии, типа чтоб чем-то важным и личным с ней поделиться.

– Тут ведь вот какая штука… Если кто-то из би-Новы сознается, что он мой отец, то в августейшем семействе будет скандал, мол как так наш отпрыск и в Патруле… А так договорились иметь некую спец-программу, по которой можно скрывать.

– Эво куда махнул! – снова сняла с себя руку Астерия. – И все равно, брехун ты, и я тебе не верю!

– А ты посмотри на это с другой стороны… К концу обучения все вскроется и тогда ты будешь локти кусать, что отвернула мою кандидатуру… У меня лучший бал в группе. Только представь, как я могу вас обоих подтянуть, а!

Астерия все так же недоверчиво и с прищуром смотрела на Брода, силясь разгадать его намерения.

– А как же твой дружок Сай? А Рико и Мани? … Их мы с тобой в свою тусовку не потянем… Безродные они, как и ты!

Брод в третий раз положил левую руку на плечо Астерии, в то время, как его правая рука все еще лежала на плече крупного и щекастого Артура.

– Саймон и другие – это пройденный этап… Я ж не слепой, вижу, кто здесь элита, и куда надо стремиться.

Артур, услышав это, даже выпятил грудь и придурковато заулыбался. Астерия презрительно посмотрела на него, затем на Брода. Она снова сняла его левую руку и убрала ее в сторону.

– О! Так мы теперь «элита», а не «зажравшиеся близнюги»!

Она сделала шаг назад и оттащила из под «опеки» Брода своего приторможенного братика. Затем злобно улыбнулась выставила вперед левую ногу, чуть согнув в колене и вытянув носок полимерного ботинка.

– На колени перед элитой! – рявкнула она.

Брод даже немного опешил от неожиданного поворота.

– Целуй мой ботинок и кайся, что сам – нищий поц! И дружки твои такие же! … Ну же!

Брод слегка замялся, но нашел выход:

– Если сделаю так, возьмете к себе в клуб?

Астерия и Артур рассмеялись одновременно. Однако быстро умолкли и кивнули головами. Брод медлил. Ему нужно было выиграть еще несколько минут до сигнала Саймона. Он осмотрелся вокруг в поисках кого-то или чего-то.

– Что? Ждешь своих дружков? … Сцыкотно!? … Ты ж би-Нова! Пади на колени и поклянись, что не врешь… Найдешь доказательства, я так же паду ниц перед тобой! – резко выдала Астерия, глянула на брата и добавила: – И он тоже!

– Я, наоборот… Хочу без свидетелей, чтоб случайно кто не зашел… Сейчас с отбоем потемнеет, тогда. Идет?

– Ха-ха-ха! Ну ты и трус! И балабол! … На кой ты нам такой сдался, выскочка! … Может ты, вообще, червивый, тогда тебе путь в нашу тусовку заказан, хоть все ноги мне облобызай!

– Не-е-е… Я точно не такой! – протяжно и натянуто улыбнувшись соврал Брод, чтоб потянуть еще время.

Свет потускнел. На коридор опустился сумрак. «Ну же, Сай, где сигнал!». Однако по нейро-линку в ответ была звенящая тишина. Брод начал неспешно опускаться на колени. Оба близнеца несказанно обрадовались.

– Ну! Я жду речи самобичевания! – прошипела Астерия.

Брод еще раз посмотрел по сторонам.

– Короче. Вы – элита. Мы – нищие поцы… Так сойдет?

Брод уже начал вставать.

– Халтуришь! … Не верю! … Ботинок кто целовать будет, а!?

Ситуация с каждой минутой становилась все более и более омерзительной. Саймон не отвечал, а Брод уже явно задержал близнецов на более, чем оговоренные 10 минут. Он посмотрел на их улыбающиеся физиономии как бы снизу вверх, тяжело вздохнул и припал лицом к ботинку Астерии. Она внезапно дернула его навстречу и врезала тому по губам и носу.

– Ух! Красавчик! Ты в тусовке! … Только нос подотри, а то весь коридор кровью зальешь!

Артур посмотрел на сестру, потом на Брода.

– А почему только тебе? Я тоже хочу, чтоб мне ногу целовали!

Брод уже вставал на ноги, когда ему внезапно на плечо легла рука Астерии.

– Слышал брата? Уважь!

«Ну, Сай, ну, черепаха! Заканчивай уже наконец!». Брод снова встал на колени и поднес лицо к ботинку Артура, но сделал это уже осторожно.

– Сестра, он мне кровью обувь вымазал! – возмутился Артур, глядя на свой ботинок.

Астерия, посмотрела на Брода с самодовольным прищуром.

– Нехорошо. Брата обидел. Кровь надо слизать…

Договорить она не успела, как Брод вскочил и резко ответил:

– Да, ну, вас с вашим клубом!

Он резко развернулся и пошел в сторону своей каюты.

– «Ну, Сай, времени тебе даже больше дал!»

– «Да, я давно уже все сделал… Наслаждался шоу, которое ты устроил этим… Че!? Реально они – элита, а мы – нищие поцы!? Ты серьезно!?»

Брод спешно шел в свой жилой бокс и Саймона не видел, но он слышал его через обруч.

– «Сай, это розыгрыш, чтоб время потянуть! Очевидно же!»

– «Ага. Только ты теперь в тусовке… И что дальше – прощай Сай? … Кстати, как ботинок? Понравилось лизать? Нашел свое место под эдемскими солнцами?»

Разговор по душам

С Саймоном с тех пор они больше не общались. Брод понимал, что тот сделал закладку брикетов где-то в душевой и периодически подъедал там же, когда был голодный. Душевой блок, как единственное место без мониторинговых камер и сенсоров, для этого подходил лучше всего. Даже в личных жилых-боксах они были, а там – нет. Теперь Брод вынужден был подворовывать еду один. Сумрачный приглушенный свет в коридорах сменил собой обычный. Брод тихонько вышел из душевой и наведался в столовую. Черед нести дежурство был у Ньюты. Да и пары у нее не было. Это подвигло Брода к осуществлению задуманного. Он быстро заскочил внутрь и расположился у дальнего столика. Было тихо. Полную тишину лишь нарушали приглушенные утробные похрустывания механизмов самодиагностики внутри автоматизированной линии подачи. Брод выжидал, обдумывая еще раз свой план.

– «Вот-вот придет. Должна прийти. Дежурство пропускать нельзя. Сядет сюда, потому что это самое скрытное место… Далее внезапно активируется ее столик на принятие заказа. Скорее всего растеряется, но сразу же вызовет дежурный ИИ… А не тут-то было, все камеры и сенсоры показывают статичную картинку пустой комнаты… Я резко активирую другие столики… Хотя она раньше испугается и убежит. Это ж Ньюта, известная трусиха».

Темная фигура действительно шагнула в сумрак столовой и села на тот самый столик, который уготовил ей в своих мыслях Брод.

– «Ну! Понеслась!».

Стол активировался и по его контуру загорелась пригласительная подсветка. Брод прятался в углу за противоположным стулом и не высовывался. Однако по вздохам и охам Ньюты догадался, что она впечатлилась очень сильно и вот-вот сорвётся. Брод даже сделал заказ, и прямо перед носом у Ньюты из секции в столе выехал графин с киселе-подобным напитком. Она тут же вскочила с места и направилась к выходу. Брод краем глаза заметил, что она подошла к двери, и выскочила наружу. Брод прижался к стулу и затих, чтоб никак себя не выдать. Он напряг слух в ожидании, когда секция двери закроется за ней. «Ну, что же так долго! Есть хочу, не могу!». Брод едва выдержал эти долгие секунды ожидания и тут же, дождавшись, вскочил и принялся посылать в систему другие заказы. «Ньюту все равно не исключат, потому что она как и я, и Саймон, и другие, по спец-программе. Ну, влепят ей рем-док – получит навык инженера. В жизни все пригодится». Брод улыбнулся собственным мыслям и принялся быстро сгружать брикеты в полимерный пакет. Местечко в душевой для себя он присмотрел и про кладку Саймона знал, но не трогал из-за гордости и обиды на того. Он знал, что тот экономил и расходовал очень бережно. «Голод – не тётка. Прикончишь свои запасы, снова ко мне придешь». Внезапно стул у стола напротив зашевелился и самопроизвольно повернулся. Брод побледнел и замер. Прямо ему в лицо смотрели глаза-амбразуры капитана Гаррисона Мак-Квоя. Он громко и медленно зааплодировал. Холодный пот прошиб шею Брода. Капельки влаги просочились вниз и спустились в таз вдоль позвоночника, неприятно взбодрив все тело. «Вот жесть! Откуда он тут взялся!? Вляпался я, кажись!»

– Браво, курсант Бродерик! Браво! Вы временно решили проблему голода одного взятого индивида на станции-академии!

Брод тихо и неспешно положил свой полимерный пакет на стол и вытер предательские взмокшие руки о грудки комбинезона.

– Скажите, Брод, а вам не приходило в голову, почему прием пищи в столь элитной академии организован лишь дважды, вынуждая всех курсантов ложиться спать голодными, а?

Брод, смекнув, что сейчас ему предстоит некий непростой разговор, сел за стол и нашел, чем возразить:

– Ну, сэр, при всем уважении, не все в академии равны. Есть те, кто равнее. Для них проблема 2-разового питания, как собственно и голода, уже успешно решена. Остались лишь те несчастные, кто не имеет богатых родственников, да и вообще не имеет никаких, чтоб поддерживать себя в сытости и форме.

Капитан Мак-Квой встал со своего места, подошел к столу Брода и присел напротив. Левой рукой он взял один из брикетов и осмотрел его.

– Хм… Сырой полуфабрикат? Занятно… Не думал, что в меню курсантам дают нечто подобное. Видимо где-то дефект в программе… Придется вызывать бригаду инженерных дронов и все тут перебирать…

– Не нужно ничего перебирать, сэр. Системная консоль простая… Я написал небольшой скрипт, чтоб автомат выдавал сырые брикеты… Так быстрее, чтоб не ждать и не рисковать.

Капитан понимающе закивал головой. Он покрутил еще какое-то время брикет и вернул его обратно на стол.

– Ну, а камеры как обманул? – спросил он внезапно, перейдя на «ты», что было нарушение этикета.

Брод сделал вид, что не заметил этого и, отмахнувшись, буркнул:

– Выставил фриз на получасовой интервал.

– Фриз!? – переспросил удивленно тот.

– Режим само-диагностики через инженерное меню… Это можно сделать, если знать коды.

– А ты их, стало быть, знаешь – удивился Гаррисон. – Откуда?

Брод увел глаза в сторону.

– Сэр, при всем уважении, я не вижу причины и не имею желания объяснять вам то, на чем был пойман. Скажу лишь, что я не нарушил протоколы безопасности при получении их – резко перешел Брод обратно на «вы». – Можете меня арестовать за воровство. Мне все равно.

Даже так! – удивленно посмотрел на него капитан. – А если я скажу, что тебе за это может грозить исключение!

– Да пофиг… Вот честно – я не по своей прихоти попал в этот террариум. Вы ж знаете, что я – симбионт, я тут по спец-программе, а не по доброй воле.

Тот напряг лоб, и Брод заметил, как вздулись его морщины. Он погладил пальцами правой руки свои бакенбарды, раздумывая.

– Если тебе так индифферентно, зачем сокурсника подставлять? Ради чего? Ради хохмы?

– Кого? Я никого не подставлял… Саймон… А, чтоб меня!

Брод, не договорив, осекся поняв, что только что сдал Сая на ровном месте.

– Я не про Саймона, а про Ньюту… Она чем провинилась перед тобой?

Брод открыл широко глаза от удивления.

– Ее я уж точно не собирался подставлять. Так, припугнуть… Что, кстати, вполне проканало.

– Про…Чего? Что за словечки у тебя? Откуда?

– С детства запомнились… Ньюта сбежала, как только у нее на глазах столик ожил и начал выдавать еду…

– И что по-твоему случилось бы дальше? – поинтересовался капитан, буравя своими глазами-щелками Брода.

– Пф… Ну, через обруч она позвать не смогла из-за режима само-диагностики в столовой… Ну, побежала бы в каюту и вызвала бы охранный ИИ оттуда… Мне бы и 5-и минут хватило, чтоб управится и исчезнуть…

– А Ньюта, получила бы штрафные балы за то, что не справилась с дежурством – перебил и дополнил его капитан. – Кстати, не пойму, тебя ж камеры заметили бы при выходе, нет?

– Не… Там до поворота все зафризено. Дальше уже проблемно, я не знаю, где инженерная консоль… Да и слишком палевно ее ковырять на виду у сенсоров ИИ.

– И?

Брод снова увел глаза в сторону.

– Сэр, при всем уважении…

– Кончай ломать комедию, сопляк! Я сейчас встану и пристрелю тебя, как оказавшего сопротивление охране.

Брод лишь усмехнулся.

– Как тот раз, да? … Вот только я не сопротивляюсь, а вы – не дежурный.

Гаррисон просто достал роторный обрез и положил его на стол дулом в сторону Брода.

– А я, может, дежурный напарник Ньюты. Что? Нет? … А сенсоры тут и так по твоей милости не работают. Поди докажи потом, что не оказывал сопротивление.

Брод смотрел на оружие, направленное в его сторону, и молчал.

– Ты мне напоминаешь своего отца… Тот в молодости тоже борзый был, наглый, самовлюбленный хвастун… Это у вас, у «би-Нова» в крови.

Тут уже Брод даже рот открыл от изумления.

– Вы знали моего отца!? Кто он!? … Я имею в виду, как его зовут!? – затараторил он сбивчиво.

Гаррисон умолк и улыбнулся. Брод же жадно буравил его своими глазами в надежде вскоре услышать всё, но тщетно. Гаррисон молчал и улыбался. Брод ухмыльнулся, потупил взор и сказал:

– Про инженерные коды узнал у рем-дронов. Я с некоторых пор частый гость в техническом доке… А по поводу уйти незаметно – это легко. Тут за поворотом душевая. Нырнул туда и считай пропал для охранного ИИ.

Гаррисон все еще улыбался, рассматривая черты лица Брода.

– Имечко, конечно, тебе дали… Это все она… Ну, да ладно. Меркури и сам хорош гусь.

Капитан словно беседовал сам с собой, обсуждая курсанта. Броду это не очень нравилось.

– Мой отец – Меркури би-Нова?

Гаррисон кивнул головой. Брод обрадовался и засиял, как ребенок, которому дали новую игрушку и пообещали вскоре еще одну лучше прежней, если будет себя хорошо вести.

– Ну, а мать я и так знаю… Спасибо, сэр, вы мне очень помогли! … А теперь можете меня арестовать! Я не против!

Брод выпалил все на одном дыхании и вскочил со своего места. Его лицо просто светилось от радости. Гаррисон оставался на своем месте, лишь убрав пистолет со стола.

– Торопишься влиться в клуб богатых и знаменитых? … Что ж… Дело твое. Отговаривать не буду… Вот только и товарищей там для тебя нет и не предвидится. А если узнают, что ты – симбионт, так вообще изгонят с позором – неторопливо посматривая на собеседника произнес Гаррисон.

Он взглядом указал Броду сесть на место. Вот только тот не спешил следовать его указаниям.

– Вы ничего обо мне не знаете. Я и так уже без друзей… А там у меня будет шанс быть полезным, а значит влиться в тусовку.

– Упрямый, как и он… Я знал твоего отца еще вот таким юнцом, как и тебя сейчас. Вот только повлиять не смог.

– Меркури би-Нова – легендарный капитан Федерации! Если наши узнают, что он мой отец – меня на руках носить будут! – выпалил возбужденно Брод.

Гаррисон лишь негромко и как бы немного грустно рассмеялся.

– Послушай меня сынок. У тебя есть все, что тебе надо для успешного окончания академии… Просто сделай над собой усилие и возьми себя в руки. Не трать свои силы на сомнительные авантюры…

– Спасибо за заботу, но я сам решу, куда и как мне тратить свою энергию, сэр!

Гаррисон хлопнул ладонью по столу и грозно глянул на Брода.

– Загубишь карьеру, будешь жалеть всю жизнь! … Эти эдемские мажоры и пальцем не пошевелят за тебя! Отправишься обратно на Марс контейнеры собирать! … Не уж-то этого хочешь!? – он запнулся на мгновение, чтоб успокоиться. – Или ты думаешь, именитый родитель впишется? … Увы, но твой папаша отрекся от тебя, как от ненужной обузы.

Брод решился было что-то сказать, но сдержал себя. Его лицо заметно погрустнело от последних слов Гаррисона. Он сел за стол, посмотрел на капитана и улыбнулся:

– Не надо меня пугать, сэр! … Это вы сами тут в академии Патруля на Фомальгаутах создали такие условия, что курсанты вынуждены либо унижаться перед мажорами и богатенькими сынками, или голодать, или красть.

Гаррисон тяжело вздохнул, покачал головой и сказал:

– Это то, с чего я начал с тобой беседу… Понимаешь, зачем все это? … Или ты думаешь у Патруля не хватит сил и средств накормить вас досыта?

– Ну, и зачем?

– Именно тогда человек проявляет свою силу и талант, когда он голоден. Сначала, конечно, из него вылазит вся скверна… Он вывернут наизнанку, как подкладка полимерного комбинезона. Все чувства и нервы обострены до предела… Именно здесь он должен найти в себе силы и победить собственную плоть.

Брод, дослушав Гаррисона, громко рассмеялся.

– При всем уважении, сэр… Расскажите эти сказки близнецам. Думаю они, дожевывая очередной протеиновый брикет и запивая его разбавленной метой, вам подмигнут.

Капитан умолк на мгновение, чтоб дать собеседнику высказать наболевшее.

– Это богатые детишки богатых родителей. Они получат из своих чад то, что сами посеяли… Дай время прорости семенам, и ты сам все увидишь, и ужаснешься… Элита Звездного Патруля – это вы, а не они! Ваша 5-ка! Открой уже свои глаза! … Обруч на шее. Загляни в табель набранных балов… Что ты там видишь?

Броду не нужно было никуда заглядывать. Он и так знал статистику успеваемости. Тут он был на коне. Его показатели были выше, чем у других. Все немного портила дисциплина, потому как и по штрафным балам он тоже был «лучшим».

– Неужели ты думаешь, что Звездному Патрулю для удержания и подтверждения своего статуса нужны избалованные капитаны-слабаки?

Брод молчал. Он за более, чем год обучения в академии, еще ни разу не задался подобным хоть и весьма очевидным вопросом. Сейчас же прямо внутри него все бурлило и клокотало. Накопленные обиды и унижения тоже искали выход и нашли его:

– Так почему бы просто не распустить группу, оставив лишь нашу 5-ку, если мы – самые правильные курсанты, а!?

– Потому что Галактика вокруг неправильная, Брод! … Кругом царит то, что ты в миниатюре видишь тут в стенах академии. К этому можно приготовиться только пройдя весь путь от начала и до конца. Именно так в этих стенах вы сможете научиться отличать важное и настоящее от мнимого и напускного.

– А может стоит просто немного подкорректировать рацион!? На пустой желудок, как то совсем знаете ли плохо думается о высоких материях! – возмутился Брод.

Гаррисон снова глубоко вздохнул и потер правой ладонью лоб. Видно было, что ему трудно давался этот разговор с упрямым, твердолобым и своевольным курсантом, но будто некая неведомая сила побуждала его снова и снова стучать в закрытую дверь.

– Ладно… Возможно я был слишком высокого мнения о тебе… Яблоко от яблони.

– Не надо этих высокопарных фраз, сэр… Я вам не навязывал этот разговор, и повода думать, что я какой-то особенный, тоже не давал – ехидно выдал Брод, понимая, что капитан хочет соскочить с этой темы.

– Слушай, а зачем тогда тебе это все? Зачем стараться в учебе? Зачем работать на лучший результат, а? – тут же спросил его Гаррисон.

– А просто так, сэр. Просто, потому что мне это легко… Потому что так я больше смогу делать, что хочу… Отличника сложнее исключить, он ведь отличник… Такой ответ вас устроит?

Капитан спокойно дослушал его и лишь отчего-то улыбнулся и довольно покивал головой.

– Это у тебя в маму… Меркури не был обременён талантом к учебе… А по поводу якобы голода.

Гаррисон внезапно умолк и не торопился продолжать, но видимо хотел, чтоб тот потрудился и сам нашел решение. Он снова взял в руки брикет полуфабриката.

– Вот, смотри сам что ты набираешь для утоления голода… Это очень концентрированный обогащённый сгусток биомассы, чтоб насытить чрево за минимальное время.

– Ага. Он самый… Скажите еще, что и тут я нелогичен – ухмыльнулся Брод.

– Именно… У вас же есть выбор блюд. Ну, попробуй эту обогащённую муть съесть с утра, а в вечерний прием пищи закажи вот это.

Договорив Гаррисон активировал проекционное меню над столом и указал на небольшие спрессованные пластины зеленовато-синего цвета.

– Что это? Спрессованная трава? – брезгливо поморщился Брод.

– Да… А что тебя так смущает? … Забить желудок высококалорийными брикетами и надеяться, что он не попросит добавки ближе к ночи – верх наивности… Вот вы и растянули свои животы. А нужно лишь вспомнить базовую пара-биологию и применить на практике… Разве ее на первом курсе не изучали? Разве там у тебя не лучший показатель? – уточнил капитан.

Брод отвел глаза в сторону и буркнул:

– Не, пара-биология – не мой конек… Я даже не в 3-ке лучших.

– Ах, да… Там Ньюта молодец.

На этих словах Брод внезапно вспомнил про темную тихоню и недотрогу. «Хм… Странно все-таки, как он догадался, что я именно сегодня нанесу визит в пищеблок? … И в дежурстве на эту ночь лишь Ньюта, иначе я б запомнил… Откуда же он тут тогда взялся? Позвала его? Вряд ли. Он бы не успел так быстро. Не уж-то Саймон сдал? Не. Не мог. Он не знал».

– Можно один вопрос, сэр? – медленно и немного неуверенно начал Брод.

Тот оторвал взгляд от проекционного меню над столом, глянул на него и кивнул головой.

– Сегодня в дежурстве только Ньюта… Не знаю, как это вылетело у меня из головы… И мой симбионт смолчал… Сэр, как вы узнали, что я появлюсь тут? – спросил немного волнуясь и запинаясь Брод.

Он отчего-то чувствовал себя глупо, спрашивая подобные вопросы. Из его опыта они как правило имели весьма банальный и простой ответ, который по какому-то досадному упущению ускользнул из поля его зрения. Однако то, что сказал Гаррисон удивило и смутило его еще больше.

– Ньюта сообщила, что ты придешь сюда за едой сегодня сразу после отбоя – ответил тот спокойно и невозмутимо. – Видимо где-то ты прокололся, раз она все узнала.

– Почему же она нас раньше не сдала?

– Ну, этого я не знаю… Спросишь у нее потом… Она – толковая, хоть и пугливая… Ну, и на первый раз я тебя отпущу. Издержки возьму на себя… Будем считать, что этот урок ты усвоил и снова к нему не вернешься.

Застрявшие

Успех наемного подразделения зависит от влияния и харизмы его командира. Невозможно только лишь платить хорошее жалование и ожидать, что бойцы выполнят любой приказ. Командир своим примером и характером должен показывать уровень. При этом ему не обязательно лезть под излучатели в первых рядах, но он должен адекватно оценивать обстановку и отдавать соответствующие ей приказы. Хорошим маркером тут послужит то, как бойцы себя поведут при внештатной ситуации при потере связи с командованием, или потерей самого командира. Даже простое отношения к братьям по оружию, раненым и погибшим, их своевременная эвакуация и оказание помощи способно выявить слабые места в дисциплине отряда, в его сплоченности, в уважении к сослуживцам и руководству.

(Успешные наемники. Рихтер Фон-Ален. Йотунхейм)

Бой среди оврагов

Спасательная капсула с космолета «Чибана» лежала среди горящих кустов и небольших деревьев, более походивших на черные обугленный срезанные стволы. Шрайбен выбил люк и едва не поймал раскаленный вольфрамовый стержень роторной винтовки. От удара тот высек искры на пластине капсулы и срикошетил куда-то в сторону дымящихся кустов. Шрайбен, резко оттолкнувшись от стенки, нырнул лицом вниз и, перевернувшись через голову, скатился в небольшую впадину. Где-то вдали там, откуда прилетел роторный патрон, виднелись яркие всполохи боя. Ползком через колючий кустарник Шрай выбрался наверх и не поднимая высоко головы осмотрелся. Черный боевой шлем Альянса, что использовали все бойцы альхонского отряда, давал неплохую картинку в мозг, но не хватало более кратного увеличения. Яркий плазменный шар с воем просвистел прямо у него над головой, заставив погрузить «лицо» в грунт, и поразил спасательную капсулу, из которой он только минуту тому вылез. Та от удара плазменного шара ярко полыхнула и растворилась в сотнях разноцветных искр и мелких расплавленных осколков, обдав его ими словно каплями кипятка. Черный доспех Шрая справился с этим и защитил от ожогов и ранений. «Значит они либо очень далеко от меня, либо пленных не берут». Он снова медленно приподнял голову и посмотрел вдаль. Высунуться еще выше, что бы рассмотреть откуда по нему стреляли, он не решился, ограничившись лишь обзором небольшого кусочка равнины перед собой и вечернего неба. Внезапный и до боли знакомый шум звездного шаттла привлек его внимание. «Что это? «Мотыль»? Зачем?». Звук скоростного космического межзвёздного аппарата этого класса он не спутал бы ни с чем на свете. «Не похоже на эвакуацию раненых или сбор павших». Шрай еще с учебки хорошо помнил назначение подобных шаттлов. На таких обычно перевозили или ВИП-персон, или очень опасных преступников. И в том и другом случае важна была скорость доставки. «Ну, и кто же тут у нас такой особенный?». Он замер, как вкопанный, под весом собственной догадки, тут же осенивший его. «Брод!»

– Это «Силос» … «Одала»? «Чара»? «Сэд»? Кто-нибудь? – обратился он через нейро-линк.

Но в ответ была лишь тишина. Понимая, что оставаться на этом месте очень опасно он сполз обратно в ямку и выбравшись с другой стороны направился к оврагу, ведущему в сторону места рандеву со «Спэйсгейтом». Перевалив за очередной гребень Шрай стремительно сполз со склона и угодил в широкий укатанный овраг, который вел в том числе и в сторону шаттла отряда. Тут он почувствовал себя в относительной безопасности, встал и осмотрелся. Дно оврага было укатано, свежие следы указывали на то, что тут уже проезжала колесная техника. Понимая, что двигаться безопасно по дну оврага он не сможет, Шрай перебежал на другую сторону и решил взобраться на утыканную сухими черными стволами деревьев опушку. «Отличное место, чтоб осмотреться и попытаться вызвать своих». Он еще раз глянул по сторонам и рванул в ту сторону по пологому склону. Внезапно, еще не добежав до первых деревьев, Шрай услышал подозрительные звуки. Он тут же упал на месте и медленно, пытаясь не шуметь, пополз к ближайшему кустарнику. Однако доползти он немного не успел. Прямо в лицо ударил резкий яркий свет. Фильтр броне-шлема среагировал с небольшим опозданием, но все же дал ему возможность рассмотреть силуэт бронированной 4-колесной машины «Войд».

Чья-то тяжелая ступня внезапно опустилась на его спину и сильно придавила к земле. Шрай застонал от боли.

– Что тут у нас? – послышался искаженный голос через репродуктор того, кто наступил на него.

– Пилот? – послышался другой голос чуть поодаль.

– Похоже на то… К своим полз видимо… 3-х уже взяли, этот 4-й.

– «Войд» сказал всех в расход.

– Ага. А «Спираль» говорит, что за него награда назначена.

– Не за него! За другого! … Его уже взяли. За этого, ничего.

Давление ноги чуть ослабло, и Шрай смог немного повернуть голову и посмотреть, кто его так жестко придавил.

Над ним нависало массивное тело в 2.5 метра ростом, закованное в очень толстую пехотную броню. На локтях обеих рук были прицеплены мощные орудия, способные противостоять даже боевым машинам, космолетам и роботам. Дуло импульсного мега-ватного лазера уперелось ему прямо в спину в том месте где стояла массивная бронированная ступня. Вторая рука приподнялась вверх сверкнув дулом легкой роторной пушки.

– Выруби свет фар! Только позицию свою за зря выдаем! … У него шлем Альянса с затемняющими фильтрами… Давно уже нас рассмотрел… – пробасил грубый искаженный голос воина, закованного в тяжелую броню «Вихор».

Внезапно вольфрамовый раскаленный роторный стержень ударил прямо в грудную пластину тяжелого пехотинца, выбив небольшой кусок полимерной брони и озарив темноту позднего вечера каскадом ярких искр. Потеряв устойчивость тот пошатнулся и отступил, сохранив равновесие.

Одновременно с этим яркий голубой дрожащий луч выстрела импульсной винтовки мелькнул на мгновение и исчез. Сноп разлетающихся искр и кусочков оплавленных полимеров каскадом разлетелся во все стороны откуда то с плеч. Обезглавленная фигура второго бойца «Войд» в легкой пехотной броне вскинула руки и рухнула на грунт. Шрай, уловив момент, резко вывернулся в сторону и скатился вниз по склону.

Выстрел с ручного роторного орудия ему вдогонку не заставил себя ждать, вырвав огромный клок земли вместе с растительностью и накрыв всем этим откатывающегося вниз по склону Шрая. Полосни тот своим мега-ватным пульсаром возможно от него ничего и не осталось бы. Однако вражескому пехотинцу в тяжелой броне «Вихор» сподручнее и быстрее оказалось ударить именно роторкой. Комья тяжелого грунта накрыли тело в черном доспехе с головой, столкнув еще ниже по склону.

Шрай попытался выбраться, но вовремя уловил звуки шагов боевых дронов класса «Пульсон» из свиты наемников «Воид». Они проскочили его, не заметив, и устремились в поисках к самому подножию склона. Шрайбен медленно и не без усилия приподнял голову и посмотрел им вслед. Оба дрона остановились в самом низу в поисках следов.

«Это мой шанс!». Шрайбен извлек электромагнитную гранату и метнул ее вниз. По мысленному сигналу с нейро-обруча она детонировала, будучи в воздухе прямо над головами дронов. Несильный хлопок и ряб воздуха, распространяемая на несколько метров во все стороны осталась незамеченными впотьмах тем, кто был все это время наверху. Решив, видимо, что пилот более не представляет для него опасности, «Вихор» полностью переключился на то, откуда прилетели выстрелы из роторки. Шрай видел, как две яркие точки ракет отстрелились с РПУ тяжелой колесной машины, стоявшей рядом и все еще светившей вперед своими фарами, и устремились куда-то в сторону пути, ведущего к месту посадки «Спэйсгейта».

– «Силос», ты живой!? Уходи оттуда как можно быстрее! Мы сейчас ударим Гауссом по машине! Чтоб тебя не зацепило! – услышал Шрай голос Тулулы, чем весьма обрадовался.

– Вы где? – тут же спросил он в ответ.

– Не важно! «Марио» тебя прикрывает!

Однако последовавший двойной взрыв от ракет, а за ним резкий и пронзительный крик в нейро-эфире кардинально изменили ситуацию. Шрай догадался, что ракетный удар накрыл Апполо и решил во что бы то ни стало помочь своим. Он принялся ритмично разгребать и выкапывать себя из-под завала. Его руки в перчатках ухватились за кустарную поросль, чтоб окончательно высвободиться, но все выходило слишком медленно и неуклюже. «Эх, Шрай, сейчас он заметит, что ты уработал его дронов и мигом тебя прихлопнет!». Второпях он достал «флэшку» и швырнул ее вверх, туда, где был противник. Граната внезапно ударилась прямо о грудную пластину тяжелого пехотинца, выдвинувшегося на поиски или его самого или пропавшей внезапно свиты. Детонация произошла одновременно со вскинутым в сторону Шрая мегаватным излучателем. Яркая белая вспышка осветила весь склон, как днем. Шрай был готов к этому, потому сразу же зарылся шлемом в грунт. Отсчитав секунду после взрыва он резко поджал ноги, оттолкнулся вправо и вскочил во весь рост. Этой простой но весьма действенной тактике он научился в академке. Ослепленному противнику интуитивно проще и быстрее ударить по месту последний раз замеченной цели и повести пульсирующий луч вправо. Наведенный мегаватный излучатель правой руки тяжелого пехотинца намекал ему именно на это. Вскинутый бластер Шрая изрыгнул несколько ярких голубых вспышек на максимальной мощности, лупцуя «Вихора» прямо в грудь. Броня в местах поражения тут же оплавилась и покраснела от нагрева, будто устыдилась нелепо упущенного момента. На груди кое-где обнажилась структура и от высокой температуры задымились узлы конструкции. Фонтан искр разлетелся в разные стороны. Однако сам тяжелый доспех был далек от фатального повреждения. Его импульсный излучатель ярко-голубым пульсирующим лучом заработал всего в метре от лица Шрая, но из-за временного «затмения» лицевых сенсоров предсказуемо двинулся вправо в надежде на удачу. Однако сегодня она была определенно на стороне пилота. Сделав последний выстрел бластер умолк с опустошенной батареей. «А чтоб тебя!». Шрайбен, не думая, метнул последнюю гранату, висевшую на поясе. Это была обычная одноразовая термо-ударная. Привычка Патруля носить именно эти 3 типа гранат так и осталась с ним на всю жизнь. Достаточно прытко для такой массивной брони «Вихор» отпрыгнул в сторону, словно догадался, что именно против него временно ослепшего применят. Его мегаватный излучатель на последних мгновениях выстрела поджег кустарник за которым находился Шрай, пока не осознал свою беспомощность, и не нырнул снова вниз по склону. Яркий голубой луч на излете, быстро пульсируя, скользнул сквозь поросль в надежде подцепить Шрайбена, но тот уже был в недосягаемости, буквально сросшись с землей чуть ниже по склону. Термо-ударная граната детонировала в стороне от «Вихора» и сама по себе не нанесла бы фатального урона. Но в уже изрядно проплавленной и поврежденной броне пехотинца «Воид», что-то сломалось или перегорело. Тем временем бледно-голубой полупрозрачный инверсионный след прочертил линию, озарив сумрак пространства вокруг. Следом сильный громоподобный грохот буквально разорвал вечернее небо. Массивная, покрытая броней, как черепаха панцирем, 4-колесная машина внезапно полыхнула прямо изнутри. Через несколько секунд что-то утробно и приглушенно в ней детонировало, и с сильным скрежетом и визгом выбило десантный люк. Сам тяжелый пехотинец, осознав, что его броня безвозвратно повреждена, выдавил защитную броне-крышку спереди, чтоб покинуть поврежденный доспех, но тут же схлопотал по голове. Яркий раскаленный до бела стержень, озарив уже объятую огнем площадку, с характерным свистом ударил его в откинутый колпак. Голова человека внутри лопнула и разлетелась на обгоревшие дымящиеся кусочки костей и плоти. Приличная часть структуры с оплавленной броней так же с характерным звуком откололась от затылочной броне-пластины и отлетела куда-то в сторону. Полыхнуло яркое пламя. Каскады искр будто праздничный фейерверк полетели во все стороны из застывшего словно статуя тяжелого броне-костюма. Сам пехотный доспех «Вихор» застыл как статуя весь объятый пламенем, отсвечивая темно-красными пятнами остывающих пробоин на броне.

– «Силос», ты как!? – послышался голос Тулулы по нейро-каналу.

– Я норм. Что у вас?

– У нас тоже… Апполо правда немного присыпало… «Сэд» хорошо натренировал менять позицию после каждого выстрела… Меня тоже цепануло, но не страшно… Давай вниз, сейчас за тобой заедем!

– Где командир? «Сэд»? «Чара»? Остальные? – спросил ее Шрай.

– Тут только мы остались, я, «Марио» и «Энвис» … Остальные, кто на борту, кто потерян.

– Ясно! … Возможно они в плену… Я видел шаттл.

Съехав на дно широкого оврага, Шрай прижался к стене и посмотрел в сторону поворота. Через минуту оттуда донесся гул работающего двигателя. Дверь открылась, и рука в черном броне-костюме помогла ему запрыгнуть внутрь. Шрай осмотрелся и заметил Дункана и Апполо. Их шлемы лежали в стороне. Оба о чем-то спорили. Шрай скользнул в кабину к Туле и быстро указал на проекции, где может быть «Сэд».

– Вот тут я получил от него сигнал последний раз еще будучи в космолете.

– Никто не отвечает на вызовы… Живы ли? – буркнула Тула.

Шрай посмотрел на черное лицо наемницы, но та даже не повела бровью. Ее взгляд был прикован к проекции. Шрай так же снял свой шлем. Он заметил, что в небе висел их «Канзату», который уже передавал данные.

– На нашу удачу они все сейчас заняты друг другом.

Сказав, Тулулу подсветила район парой десятков километров восточнее там, откуда доносились раскаты боя между миротворцами и наемниками «Воида». Тем временем квадробот окольными путями выехал к оврагу, за которым был небольшой выжженый пролесок.

– Дальше пойдем пешком. Если выскочим на колесах, нас легко обнаружат и снимут – произнесла Тулулу, притормозила и выпрыгнула из машины.

Шрайбен лишь кивнул головой, перезарядил бластер и последовал за ней. Дункан получил указание наблюдать за ними через «Канзату» и тут же докладывать об опасности, если они что-то упустят. Апполо закинул импульсную винтовку на плечо и так же выскочил следом за Тулулой. Шрайбен взобрался первым и, высунув немного голову в броне-шлеме, осмотрелся. Всего в 30 метрах догорали останки квадробота Самбора. Прикрываясь обломками машины Шрай и Тула подобрались ближе и осмотрелись. Среди останков ни тела Брода, ни Николь, ни самого Самбора не было видно. Тулулу подалась чуть вперед и заметила метрах в ста полыхающий «Спайдервилс». Путь к нему был устлан обломками и пропаленными воронками в земле. Она подозвала Шрая и показала ему картину. Следы минулого боя были по всюду. По характерным повреждениям стало ясно, что «Спайдервилс» угодил в засаду, попав под удар плазменного излучателя. Затем его просто добили ручными лазерами и ракетами. Шрай всмотрелся и заметил по пути небольшой овраг, который почти незаметно разрезал поляну на две части. Он подполз к его краю и подсветил дно. Чуть присыпанная землей внизу мелькнула рука в черном броне-костюме. Тулулу помогла ему спуститься вниз и извлечь тело. Погибшим оказался Самбор.

– Ох, Дункан не обрадуется – выдохнул грустно Шрайбен.

– Война, есть война… Посмотри, может там еще кто – отозвалась Тула.

– Нет… Остальные в плену.

– Откуда знаешь?

– Меня те двое там, когда прижали, спорили брать ли в плен четвертым, ссылаясь на неких 3-х якобы уже плененных… Уверен, это Брод, Николь и Лоуренс… Сюда прилетал эвакуационный шаттл… Такие прилетают, когда нужно срочно забрать что-то или кого-то и увести быстро и далеко.

Тулулу ничего не ответила, тихо прошлась вдоль останков квадробота, осматриваясь в поисках чего-то.

– Этот тоже приложили плазмой. Детонировали обе РПУ. Ничего почти не осталось.

Она с грустью обошла машину в поисках хоть чего-то полезного, но тщетно. Захватив тело Самбора они вернулись в квадробот. Дункан, заметив кого они принесли, побледнел. Его глаза смотрели куда-то сквозь мертвого бойца и не моргали.

– Очнись, Дунк, это война! Ты подписался на это все, когда вступил в отряд! – рявкнула на него Тула.

Тем временем на связь вышел Апполо, который внезапно обрадовал их всех тем, что обнаружил слабый сигнал «Разведчика» на одном из дальних холмов. Добраться до него оказалось не так-то просто. Около часа квадробот петлял среди расщелин и пещер, пока не выскочил к подножию холма. На нем так же наблюдались следы боя.

– Вот отсюда по нам работали плазменные излучатели – тут же выдала Тулулу, осмотрев немного местность.

Шрайбен прошелся рядом, затем посмотрел вверх на холм. Его взгляд скользнул еще выше и коснулся темного вечернего неба.

– Ага… Все верно… Отсюда меня уработали – выдал наконец он свое заключение.

Спустя несколько минут обнаружили они и «Разведчик». Тот находился в стэнд-бае, потому что его батареи были почти пусты из-за проведенного продолжительное время в активном камуфляже «МАСК». Тулу подскочила к роботу первой и сразу же осмотрелась. Фонари выхватили множественные следы, будто кто-то что-то с холма срочно эвакуировал. Вокруг валялись куски броне-пластин и частей чего-то крупного.

– Полюбуйся, Шрай… Ты все таки приложил этого гада – довольно высказалась Тула.

Тот подошел к ней, посмотрел вокруг и снова уставился на «Разведчика». На его грязной броне-пластине тускло отражалось зарево горящего вдали «Спайдервилса». Шрайбен пробежался чуть вперед и посмотрел с холма на долину. Ему открылся неплохой обзор на то самое поле боя. Он улыбнулся и радостно взмахнул руками.

– Что-то нашел? – поинтересовалась Тула.

Тот кивнул головой. Затем снова повернулся к роботу и сказал:

– Он нам все расскажет и покажет, что произошло.

Вернувшись в квадробот они собрались использовать дата-кристалл регистратора «Разведчика», чтоб считать все, что накопилось там в памяти и найти нужное. Благодаря сенсорике «Игл-ай» можно было рассчитывать на больше, чем просто темные фигурки на размытом фоне. Шрай подключил дата-кристалл, и проекция «ожила». На «экране» появились фрагменты боя попавшего в засаду «Спайдервилса». Из-за редколесья сложно было разобрать кто и откуда бил по машине отряда. Не ясной осталась история с появлением квадробота Самбора, который вроде как поразил позицию противника ракетами, но вместе с этим отстреливался от кого-то в непосредственной близости. Когда же бой перенесся к оврагу, стало отчетливо видно, что Самбор тащил на себе раненого командира, но был убит импульсным излучателем прямо у его края. Николь и Лоуренс появились чуть позже, но уже ни от кого не отстреливались. А вот зависшего в полете над оврагом «Ганрана» сняли метким выстрелом плазменного излучателя откуда-то с дальнего холма. Бой был окончен пленением всех трех с альхонского отряда прибывшими бойцами «Воид» в тяжелых доспехах. Их переговоры на общей частоте были записаны обрывисто из-за сильных помех и большой дистанции. Заканчивался фрагмент прилетом шаттла, который уже упоминал Шрайбен.

– Почему «Разведчик» не ударил ракетами и не отбил наших!? – возмутился Дункан.

Ответ Шрайбен вывел туда же на проекцию. Свой «смешной» запас ракет робот израсходовал еще во время схватки на тракте, а на тех-станции его так и не пополнили. Шрай заинтересовался и самой схваткой на дороге, вывел ее на «экран» и весьма удивился тому, что отряд атаковал своих союзников с Мун-Терры. Он вопросительно посмотрел на Тулулу и остальных.

– Не смотри на меня так. Хель знает, что тогда нашло на нашего босса. Он отдал приказ ударить в спину – грустно пояснила та.

– Что ж тут непонятного! Командир решил вписаться за мирных, которых клали на убой эти техны, потому и отдал приказ поддержать его! – снова эмоционально встрял Дункан.

– Это для тебя понятно! – вмешался Апполо. – А вот я решил тогда, что это наш командир предатель… Продался врагу и приказал ударить по своим!

Реакция на его высказывание была всеобщим возмущением и негодованием.

– А что вы на меня набросились!? … Ты, Тула, разве сразу кинулась исполнять приказ, а!? – посмотрел он на наемницу.

– Я сразу! – выпалил Дункан, – потому что это был приказ командира!

Слушавший их Шрайбен никак не мог взять в толк, о чем все же разговор. Он вопросительно посмотрел на Тулулу.

– Ты просто пропустил кое-что – отмахнулась та от него, когда заметила удивленный взгляд.

Дункан же в общих чертах обрисовал ситуацию, в которой они оказались, и что командир принял решение вступиться за мирных даже ценой предательства. Шрай, выслушав, заметно погрустнел.

– Да уж, делов вы натворили… Знать бы куда теперь нам с таким багажом… Ладно. Давайте обратно к шаттлу. Там все решим… Может Дэнеб что подскажет.

Однако Тулулу не торопилась покидать подножье холма с прекрасным видом вокруг. Она обошла «Разведчика» и выдала:

– Этого надо подзарядить от нашего квадробота и забрать с собой… Размерчик у него, что надо. Через любую дырку пройдет не хуже колесной машины.

Космопорт

Яркий плазменный шар ударил точно в здание, которое судя по проекционной «вывеске» являлось штабом миротворческих сил с Терра-Новы. За окном была тьма ночи. Второй такой же яркий плазменный сгусток энергии прилетел в вышку связи. Потеряв равновесие и опору та с треском и скрежетом завалилась прямо на рядом стоящий ангар. Раздался сильный грохот, сопровождаемый вспышками разрывов. Территорию, где располагались ангары и корпуса миротворцев, заволокло пылью и дымом. Послышались крики и стоны раненных. Завыла тревожная сирена. Огни подсветки сменились на красные. «Располага» миротворцев, разбуженная столь внезапным и коварным ночным нападение, приходила в себя.

– Откуда бьют!?

Поллукс с окровавленным лицом выскочил из командирского корпуса, который был частично разбит ударом плазмы. Возле него суетилась «прислуга» из мед-роты. Дроны вытаскивали раненых и погибших из-под завалов. Почти весь его штаб оказался погребенным в ловушке. Самому Поллуксу сильно повезло оказаться у приоткрытого окна. В момент плазменного удара его выбросило наружу. Ударившись лицом он его сильно исцарапал, а сам при этом почти не пострадал. Остальным повезло меньше. Из его штаба своими ногами вышел лишь Стоудж, командовавший артиллерийской поддержкой. Именно к нему адресовал Пол свой вопрос.

– Выясняем сэр!

Он пытался найти безопасное место, чтоб изучить показания дронов разведки, которые фиксировали прилеты плазмы с тех самых холмов на перекрестке, где не так давно некие диверсанты пытались увести оборудование РХС реактора. Плазменный обстрел прекратился так же внезапно, как и начался. Наступившая при этом тишина, как то противоестественно давила на уши, после шипящих и воющих звуков плазменных шаров.

– Сэр, засекли движение группы дронов со стороны «Ворона» – ворвался голос ИИ прямо ему в мозг через нейро-линк его обруча.

Поллукс тут же дал знак Стоуджу развернуть проекция прямо тут у стены неразрушенного полностью здания, создав безопасный периметр в виде уцелевших дронов охраны. На проекции красным маркером отобразились многочисленные фигурки «Пульсонов», которые успешно подавив и нейтрализовав охрану на взлетке вокруг дип-шаттла би-Молей, двигались в сторону расположения миротворцев. Уже через секунду импульсный луч одного из боевых дронов сжег «Канзату», оставив Поллукса без разведки.

– Вот сволочи! Предатели! – выругался он злобно и глянув на Стоуджа, добавил: – Вмажь по шаттлу чем-нибудь тяжелым сейчас же!

Тот лишь отрицательно покачал головой.

– Сэр, «Лихо» на лесах в ремонтном ангаре. Оба «Разрушителя» тоже под завалами. Рад бы ударить. Но нечем… Силы наши размазаны по всему космопорту, а связи нету. Башня поражена.

Поллукс тут же дал распоряжение рем-дронам наладить полевую связь на обломках одного из ангаров. Тем временем где-то за пеленой дыма и огня со стороны взлетки начали доноситься звуки роторных выстрелов и вспышки импульсных излучателей. И без того плохо начавшийся для миротворцев бой за космопорт разгорался с новой силой.

Развед-дрон «Канзату» под управлением немного приободрившегося на интенсиве Денеба висел высоко среди облаков и выныривал лишь на некоторые мгновения, чтоб сделать несколько кадров и отослать все «Спэйси» на реконструкцию и доработку. Тут же в каюте капитана на «Спэйсгейте» развернулась большая 3-мерная проекция с тем, что творилось прямо сейчас на территории космопорта и вокруг него. ИИ шаттла определённо радовал бывалого бойца, коим считал себя Дэнеб, своей скоростью обработки данных, их анализом и прогнозированием. Появления Тулы, Шрая, Апполо и Дункана на мостике его почти не отвлекло. Зато привлекло внимание вошедших.

– Они в плену… Есть связь со спутником? – сходу поинтересовалась наемница у Денеба.

Тот не отрывая взгляда от происходящего в космопорте лишь отрицательно покачал головой. Его радость от сообразительности «Спэйси» уже сменилась огорчением от происходящего.

– А что там происходит? Никак космопорт отбивают у миротворцев? – спросил, но скорее риторически Шрайбен.

Зарево от разрывов и пожарищ они видели, еще когда ехали к шаттлу на квадроботе.

– Да… «Ворон» оказался с сюрпризом. Кроме компонентов реактора, там было еще и небольшое ударное соединение припрятано… Они атаковали минут 20 назад. Напали нагло, хотя миротворцев раз в 5 больше… Ударили по складам с холмов вот отсюда.

– Там же блок-пост миротворцев! – громко выдал на эмоциях удивлённый Дункан. – Мы его им сдали 3 цикла тому!

Дэнеб даже глазом не повел в его сторону, но с напряжением на лице продолжал комментировать происходящее.

– Ударили по складам чем-то тяжелым. Отзвуки даже сюда долетели. Накрыли штаб… И все глубокой ночью.

– А что ж охрана? Блок-посты? Куда смотрели? – ухмыльнулась Тулулу.

– Профи работают… Прямо из самого сердца космопорта. Из «Ворона» вышли и атаковали сразу же после обстрела с холмов…

– С дип-шаттла!? Быть того не может!? Это ж грубое нарушение соглашений по линии Лиги! – возмутился Шрай.

На это высказывание Дэнеб отреагировал поворотом головы в его сторону.

– Би-Моль записал обращение, где объявил миротворцев с Терра-Новы нежелательным элементом на Кроне в связи с событиями в Туманности Розетка… А сами соглашения Лиги просто аннулировал.

– Что? Так и сказал? – удивились сразу все вошедшие.

Дэнеб переключил проекцию на воззвание губернатора Арнольда би-Моля, чтоб те сами послушали.

– Ну, так значит миротворцы были готовы к удару, не? – уточнил Шрай.

– Хех… В том-то и дело, что воззвание это было доведено до сведения миротворцев одновременно с ударами по их располаге. Вряд ли у них был шанс все это выслушать и переварить.

– Красавчик, чё! … Прям как мои бывшие черти-коллеги с «Зова»! … Удобно, а!? Вроде и предупредил, а вроде и внезапно.

– Ну, так «Воид» – это ж те же наемники! … Что ж ты от них ожидала! – воскликнул раздосадованный происходящим Дэнеб.

Не вникая более в комментарии он переключился снова на «Канзату» и вытолкнул его из облаков ночного неба в просвет, чтоб получить новую порцию разведданных. Замеченное им порадовало и воодушевило его.

– Пол молодец! Связь наладил!

Он тут же активировал коммутатор и вышел с ним на контакт. Тот ожидаемо ответил не сразу.

– Чего тебе, «Лев»? Решил сдаться? … Сейчас ты немного не ко времени – пробурчал тот и собрался уже отключиться.

– Мои глаза сейчас над космопортом. Я могу скоординировать твои силы для отражения атаки. Только тебе надо довериться мне.

С той стороны грубо выругались.

– Ты сейчас на чьей стороне, а!? … Я спрашиваю, чтоб мне снова не отгрести!

– Не дури, «Мэйкер»! … Ты ж знаешь, что тебя там на дороге развели… Должен был разобраться… Если бы не я и не эти альхонцы, пылали бы твои лучшие части вдоль всего тракта до самого подножья плато! – остудил его Дэнебул.

На этот раз в ответ ему прозвучало что-то нечленораздельное. Дэнеб видел на экране, что тому приходилось очень не сладко.

– Дай мне связь с дальним ангаром на юго-восточной окраине космопорта, если можешь.

– Забудь про них… Там уже «Воид».

Поллукс снова выругался.

– Слушай меня внимательно, «Мэйкер» … Снимай свою пехоту и дронов с позиции и двигайся к выходу в сторону Кроненбурга сейчас же!

– Нет-нет-нет! Космопорт я не оставлю! Сдурел совсем!

– Не глупи! Послушай меня. К взлетке ходу тебе нет. Вражеские «Пульсоны» группами атакуют и сметают разрозненные очаги сопротивления! Отдай им всем приказ выдвинуться к северным воротам космопорта! «Воид» туда еще не добрался!

– У тебя ж глаза на небе, «Лев»! На холмах уже «Воид»! Они разберут меня на марше! – заартачился тот, не желая следовать инструкциям того, кому уже не очень доверял.

Дэнеб понимал, что разрозненные части не смогут долго сопротивляться, если их никто не будет координировать. Он переключил режим разведчика в трансляцию и передал картинку Поллуксу.

– Нету времени спорить! Сам посмотри, как все плохо! … Боевые дроны «Воида» занимают позиции по флангам. Они ожидают от тебя удара в сторону взлетных площадок, чтоб добраться до «Ворона» … Отряд, что приложил тебя с холмов прямо сейчас сворачивается и готовится к выдвижению, чтоб захлопнуть ловушку, когда ты, истратив резервы, откатишься обратно к исходной позиции и скомандуешь отступление в сторону Кроненбурга! – продолжал убеждать его Дэнеб.

Переданная картинка с «Канзату» добавила ощутимого веса его словам. Поллукс молчал, видимо обдумывая что-то.

– Эх! Вмазать бы артой! Мои «Разрушители» погребены в ангарах!

– Сейчас поднимай своих и атакуй! Ударь пехотой, теми машинами, что у тебя еще есть! … Удар подержат части, что выйдут следом! «Воид» этого не ждет от тебя, зная, что ты будешь держаться за космопорт до последнего!

– Конечно буду! Тут склады, амуниция, боеприпасы, шаттлы в конце концов! … Ты предлагаешь мне все это бросить!? Ни за что!

– «Мэйкер»! Протри глаза и включи голову! Ты уже это все потерял! … Попробуешь атаковать, тебя зажмут в тиски и раздавят, как центаврского перепоночника!

– Мне нужна поддержка на тракте… Их много. Сам не одолею.

– Сделаю, что смогу, «Мэйкер» … Обещаю!

Закончив тяжелый разговор он повернулся к Шраю, Туле и остальным. Затем обратился к ИИ.

– «Спэйси», там в ангаре вроде космолет какой-то.

– И некоторые враждебные и опасные дроны, сэр, взятые командиром Бродом в качестве трофеев на гига-фабрике.

– Я про файтер! – перебил его Дэнеб.

– Да. Частично восстановленный сверхлёгкий космолет Звездного Патруля.

От удивления он даже рот открыл. Затем снова посмотрел на недавно пришедших.

– Дэнеб, ты б не влезал сейчас никуда! Выдашь нашу позицию, пиши все пропало! – возмутилась Тулулу, глядя на его невероятную активность при весьма сильных местами ожогах.

– Если сейчас дадим «Воиду» покончить с миротворцами и закрепиться в космопорте, никуда не улетим отсюда! Неужели не понимаете!? … У них есть карты этих оврагов! Когда закончат с ними и возьмутся за нас, найдут враз! … Поллукс должен соединиться с лоялистами Барталая, чтоб навести порядок в Кроненбурге. Это шанс переломить ситуацию.

Шрай понимающе кивнул головой, посматривая на проекцию.

– Там в ангаре «Кулекс». Он почти восстановлен, только кокпит сильно обгорел, но если посадить ИИ, то вполне.

– «Кулекс»? Что за зверь такой? – удивился Дэнеб.

– Спецура Патруля… На борту две легкие РРП-пушки. Не знаю, правда, что с боеприпасами, но думаю на один заход должно хватить… Потом его так и так собьют.

На экране появилась информация о «файтере», о котором шла речь. Дэнеб грустно закачал головой.

– Боюсь с такими показателями скорости его снимут на подлете.

– Я поведу его отсюда… Там овраги пошире… Дам крен и зайду сзади из-за холма вот тут.

По словам Шрая на проекции отобразились точки и маршруты следования космолета для удара.

– Не выйдет… Преобладающие высоты без дозора никто не оставит, Шрай – снова затряс головой Дэнеб.

– Ну, стратеги, блин! … Дождемся, когда Поллукс выступит навстречу, возьмёт внимание на себя, и тогда ударим через холмы. Дозор отвлечется, чтоб поддержать своих на тракте, не!? – резко встряла в разговор Тула.

И Дэнеб, и Шрай согласились с доводами наемницы.

– Сэр, ИИ «Разведчика» докладывает, что у северо-западного хребта плато остался «Горбун». Командир Брод его загнал в овраг и спрятал в плотном кустарнике после успешного удара по «Воиду» на опушке. Он и сейчас там в стэнд-бае.

– Связь с ним есть!? Активировать можем!? – обрадовался Дэнебул, забыв на время про космолет.

– Отсюда нет, сэр. Но, если надо, можно послать «Разведчика».

– Спроси лучше, что у него с боеприпасами, вояка? – снова встряла Тула, посматривая ехидно на Дэнеба. – У «Кулекса»-то есть, чем вальнуть, а этот поди уже отстрелялся!

Дэнеб снова задумался. Тишину нарушил Шрайбен:

– Что тут думать!? Надо действовать тем, что есть! … «Спэйси», пусти нас в ангар!

– Сэр, есть риск для вас и всего экипажа… Там заряженные конус-дроны.

– Значит мы аккуратно… Может, вообще, зря пугаешь… Тут же гравитация.

Дункан вел «Разведчика» в режиме «МАСК» кратчайшим путем, чтоб выйти на связь с «Горбуном». Он вызвался сам помочь с этим. Был маленький, но все же шанс, что у того боекомплект полностью не израсходован. Достигнув нужного поворота в овраге он повел боевую машину к выходу наверх. Там прямо на более пологом склоне того самого холма, изрытого воронками и усыпанного останками какой-то крупной боевой машины, Дункан чуть не влетел на разворачиваемую позицию «Воид». Прямо на его «глазах» шаттл «Орбитал» высаживал тяжелый ракетный квадробот наемников класса «Викуб». Как только летающий транспортник скрылся в облаках, Дункан без раздумья, решив, что это идеальный шанс, попытался ударить ракетами по 4-колесной десантной машине, пока та была в стадии высадки. Однако отсутствие боекомплекта быстро отрезвило его и подтолкнуло начать думать. Тем временем из вражеской машины на холме выскочили два пехотинца «Воид» и 4-ка «Пульсонов». Следом откуда-то из ниш на фюзеляже вылезли паукоподобные рем-дроны и принялись маскировать позицию машины, неспешно и аккуратно натягивая покрывало «МАСК». Сами бойцы «Воид», осмотревшись, со свитой дронов неспешно и аккуратно направились вниз. Теперь Дункан видел, что один из них был в тяжелом броне-костюме «Вихор». Оба наемника зашли в какую-то нишу у основания холма и скрылись в ней. Дункан, понимая, что оказался очень к месту, решил записать координаты на радио-маячок и сбросить по пути сюда на дне оврага. Была опасность, что вражеские дроны учуют сигнал и поднимут тревогу. Дункан, вспомнив наставления Тулулу, решил уйти подальше обратно и оставить маячок в запримеченной трещине за поворотом. «Дроны так далеко не сунутся. А, если со мной что случится, то хотя бы будут знать мой маршрут». Путь же через холм ему теперь был заказан. Понимая это Дункан повел машину обходным маршрутом. Да и проверять там на холме, как быстро снующие туда-сюда дроны наткнутся на его робота даже пусть и в активном камуфляже при попытке установить связь с «Горбуном», как-то не хотелось. Бортовой ИИ быстро проложил ему обходной маршрут по ближайшему оврагу до очередной точки выхода. Но этот путь вел к самому гребню, уходящему на плато.

Прорыв к городу

Поллукс Венкрот со скрипом в сердце успешно вывел свои основные силы из космопорта, оставив для прикрытия лишь дюжину ракетных «Ганранов». Он был бледен и подавлен. Его угнетало отчаянное положение, в котором оказался из-за вероломного предательства би-Молей. Все эти заигрывания с официальной властью Крона теперь собирали свой урожай. Взятый так удачно еще каких-то пару недель назад космопорт, исчезал сквозь пальцы, как песок. Обиднее всего для Пола было осознавать, что этот самый Дэнеб, которого они даже не удосужились выкупить у реакционеров, когда те предлагали, теперь по сути спас его от неминуемого грандиозного провала. Полу было мерзко и противно от всего случившегося, хотя где-то внутри он понимал, что сам отчасти был виноват в том, что сейчас пожинал.

Два «Хищника» из охраны северных ворот сейчас были очень кстати. Поллукс вынашивал план мести. Пилоты обеих ударных машин уже убирались с тракта, чтоб по его приказу занять скрытые позиции, присев в кустарниках справа и слева от дорожного полотна. В прикрытие им за воротами на изготовке расположилась его основная ударная сила: 2 26-тонных робота «Экрана», 40-тонный ударный «Варлок», 34-тонный трофейный «Гнаар», а так же пехота.

С минуты на минуту к нему должны были влиться отступающие силы миротворцев с восточной части космопорта. А пока, он усилил засаду инфантерией и дронами с переносными РПУ, усадив их на стены и ниши спрятанного в грунт контура купола из ферро-гальванической защиты от метеоритов. Приказ был четкий – не высовываться без команды. То, что «Воид» – не дураки, он уже ощутил на собственной шкуре. Теперь же пришел его черед поквитаться. Столбы пыли вдалеке он уже минуту, как наблюдал воочию. Сами цели скрывались от его взора более низким расположением в отдаленном кустарнике. Командная машина «Лихо» так и осталась там в разрушенном ангаре на стапелях. Воспоминания о ней в очередной раз накатили на него. Поллуксу пришлось мириться с невозможностью вмазать в лоб. Его силы хоть и не утратили ударный потенциал, но были очень сильно ослаблены и прорежены. Давила на него и полная потеря авиации, включая дронов разведки «Канзату». «Воид» его отрезал от ангаров с космолетами почти сразу же, разбив вышку связи.

Самокопания Поллукса были прерваны внезапно выскочившими на линию атаки 2-мя тяжелыми 4-колесными квадроботами «Викуб». Пол удержал своих от немедленной атаки, понимая, что это арьергард, чтобы закрепиться на выгодном рубеже и не дать отступающим частям миротворцев улизнуть в овраги. «Хитрые гады! Ну, ничего! Сейчас я вам задам!». Из вражеских машин выскочили «Пульсоны». Поллукс уже изготовился ударить, как в небе на малой высоте он заметил флайбот. «Вот, дрянь! Только тебя мне не хватало!». Ждать еще более было опасно, а раскрыть свои позиции сейчас, значило вынудить врага ударить издали. Пылевые клубы вдалеке на тракте лишь подтвердили его догадки.

«Хищник» с левого фланга ударил первым. Рой из 8 ракет тут же устремился в сторону флайбота, но тот определенно был готов к подобному и использовал подавление. Малость дистанции все же сыграла в пользу робота миротворцев, и 3 ракеты прорвались и ударили «Вифоба» в правый борт. Три яркие вспышки разрывов пробежали по его фюзеляжу, отрывая куски брони. Десантную машину резко повело вправо, но пилот или ИИ оказался на высоте и удержал флайбот от падения в нескольких метрах над плотным кустарником. «Хищник» явно не учел этот момент и действовал по инерции, как запланировал. Удару его 3-мегаватных излучателей подвергся «Викуб», который расположился всего в сотне метров, высадив уже свой десант в виде 4-х «Пульсонов» и 2-х легких пехотинцев «Воид». Яркие голубые лучи лизнули правый бок машины, кое-где сильно проплавив броню и вызвав даже возгорание вскрытых элементов конструкции. Вслед за излучателями полетели малокалиберные снаряды роторных пушек, который ударили в уже изрядно расплавленный и разбитый фюзеляж «Викуба».

Удачные маневры юркой 4-колесной машины и мастерство водителя «Воид» спасли его от казалось неминуемого уничтожения. Пилот робота миротворцев решил добить «Викуб» ударом из РРП-пушки под кабиной, но ИИ ушел в отказ, выдав предупреждение, что мешает кустарник, в который носом и упирался присевший на «бедра» мех-доспех. «Хищник» тут же попытался встать, чтоб доделать начатое до конца, но лишь потерял драгоценные секунды. Ими воспользовались пехотинцы «Воид» в то время, как «Пульсоны» прикрытия сразу переключились на стены космопорта, не дав инфантерии миротворцев поддержать ракетным залпом теперь уже по сути приговоренного «Хищника». Парный удар из 2-х сдвоенных РПУ «Викуба» дополненный тяжелой плазменной пушкой разворотил переднюю плоскость машины, вывернув наизнанку содержимое кабины с пилотом. Взрывом одной из ракет весьма легкобронированной машине «Хищника» оторвало крыло с подвесным вооружением. Подловив его на попытки встать боеголовки скорректировали траекторию, отправив разбитую машину в нокаут. Пламя охватило расколотый кокпит. Затем почти сразу же последовала серия взрывов, которая разметала конечности «крылатого» робота вокруг на несколько метров.

Второй «Хищник» добился гораздо большего результата. Его удар из 8-ми ракет был направлен в сторону другого «Викуба». Броня у того в нескольких местах лопнула, и машина «Воид» объялась пламенем, выбрасывая из пробитого нутра искры и куски оплавленного металла. Как и в первом случае, второй «Викуб» так же успел высадить весь свой десант, который состоял из 2-х тяжелых «Вихоров» и 2-х дронов «Пульсонов» прикрытия. «Хищник» отработал и по ним. Яркие голубые лучи лазеров полоснули тяжелого пехотинца, разрезав его на части. Брызги раскаленных кусочков металла и каскады искр осветили и дополнили брезжащий рассвет. Роторные мелкокалиберки попытались подцепить 2-го «Вихора», но тут ушел с линии атаки нырнув в кустарник. Раскаленные до бела стержни вспахали грунт, моментом спалив несколько деревьев. Ему так же пришлось срочно вставать с места, чтоб ударит своим основным оружием – тяжелой РРП-пушкой, но как и в первом случае никто со стороны «Воид» не собирался давать ему такой шанс. Оба «Пульсона» прикрытия сходу и скоординированно полоснули его импульсными излучателями по пилону тяжелого орудия. Яркие сине-голубые мерцающие лучи будто фантастические солнечные зайчики побежали по его фюзеляжу. Броне-покрытие кое-где поддалось и отслоилось обнажив конструкцию самой пушки утопленной в корпус прямо под кокпитом. Это была ахиллесова пята робота. Пилот быстро понял, что его ждет, и не дожидаясь финала, «дернул рычаг» и катапультировался. Капсула с пилотом, обогнув дугой ворота и стены, улетела обратно на территорию космопорта. «Хищник» детонировал ярко и громко. Большой столб огня и дыма с искрами и паром взмыл в сумеречное небо в виде высокого гриба с тонкой почти черной как сажа ножкой. Пехота миротворцев по прежнему не могла повлиять на ход битвы потому что стены и сами ворота подверглись тотальным разрушениям со стороны плазменных орудий «Викуба» к которому добавились РПУ флайбота.

Ситуацию немного выровняли выпрыгнувшие из-за стен мех-доспехи «Экраны». Уже в полете они ударили ракетами по «Викубу». 8 бронебойно-зажигательных боеголовок прошили сильно разбитую и местами и без того проплавленную броню насквозь. Удар был явно избыточен, но цель для атаки была на радарах у обоих «Экранов» в отличии от флайбота, который успел отлететь куда-то к оврагу и пропасть из виду. Мощный ракетный удар гиперзвуковых боеголовок не дал машинам миротворцев возможности нормально приземлиться. Взрывы сотрясли машины в воздухе. Один из пилотов не удержал своего робота на траектории, и тот упал в овраг. Оттуда полыхнуло пламя и раздался мощный взрыв. Второй пилот совладал с машиной и увел ее при помощи ускорителей вниз к земле. Оба они лишь успели раскидать мины-подкатки и отправить в небытие попавшего под них «Пульсона». Эти боевые дроны наемников «Воид» были самыми устойчивыми к атаками мин. Их особенности конструкции и скорость и реакция позволяли легко обнаруживать их и уходить с траектории подката. Подловить «Пульсона» минами можно было только если загнать его ими в угол. Последовавший взрыв, затем еще один, и еще, разорвали дрона на мелкие кусочки. Кустарник у дороги слева объялся пламенем от детонации, но очень быстро ушел на нет. Растительность Крона самой планетой была приучена стойко переносить высокую температуру, не давая огню полностью сжечь себя. Однако это малое обстоятельство сильно повлияло на траекторию 5-и оставшихся «Пульсонов», которые всячески стремительно и скрытно приближались к изрядно пострадавшим северным стенам космопорта. Дроны всячески избегали дорожного полотна и другой открытой локации, скрываясь среди зарослей. Не дожидаясь, когда огонь спадет они вынуждено выскочили на тракт и попали под удар РПУ пехоты, которая, получив передышку от плазменных атак, наконец смогла реализовать себя в этой битве. Боеголовки со шрапнелью и райнбуредо очень быстро приговорили сбившихся в кучу дронов. У одного из «Пульсонов» даже детонировала боеукладка мин, что скверно сказалось на «здоровье» остальных его «товарищей».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.