Алекс Грим
Выбирая жертву

Призыв

tu es magnae sine tenebra te fine victima opposita mihi ar da vitam har agon innacenta veneris es mundu noster abitans ubi nulla umbra et tenebra et ullius ibi nulla tempus locus animal est non ubi lux caduca umbra quae contra nos dejecti sumus a

– Что за долбаная чушь? Ещё и с ошибками, – Бекка честно пыталась прочитать написанное в книге заклинание с правильными интонациями, но чем дальше она читала, тем сильнее её подруга покатывалась со смеху. – Да чего ты ржёшь-то?

– Поверить не могу, что за эту хрень ты ещё и деньги заплатила. Ты где это вообще взяла?

– В «Спирите» распродажа антиквариата была по случаю Хеллоуина.

Мелани фыркнула. «Дух Хэллоуина» работал пару месяцев в году, и ничего старинного там отродясь не водилось. Разве что протухшие прошлогодние тыквы. Да и сами «Заклинания» выглядели так, будто их отпечатали только вчера: мелованная бумага, современный шрифт. Книга пахла свежей краской и ничем не была похожа на древние манкускрипты, какими их изображали кинематограф и компьютерные игры.

– Оно и видно, что распродажа. Да если бы я так латынь на экзамене отвечала, меня бы ещё до обеда выперли из колледжа. И посадили за смерть препода от смеха. Тоже мне сборник работающих заклинаний.

– А вдруг? Ты представь, все думают, что это ерунда какая-то, ржут и даже не попытаются сделать правильно. Это же идеальный способ спрятать – положить там, где никто и не подумает искать. И вообще тут сказано читать по-очереди, а если не получилось, то вы в чём-то накосячили. Так что теперь ты. – Она бросила книгу подружке.

Мелани поймала «Заклинания».

– Офигенная отмазка. Если не работает, то вы дураки.

– Всё прикольнее, чем конфеты по домам выпрашивать.

Девушки поменялись местами. Теперь Бекки сидела на диване, а Мелани перебралась в круг из соли, нарисованный на полу комнаты. Внутри такой же солью была начертана пентаграмма, один из лучей которой указывал прямо на Бекки, а другой – на противоположный край дивана. В вершинах пентаграммы стояли десять горящих свечей из ближайшего Уолмарта.

Мелани, всё ещё давясь от смеха, уставилась в книгу и начала читать инструкцию к заклинанию. Затем, сверяясь с написанным, обновила круг и пентаграмму, взяла с подставки, которую они с Бекки заранее поставили внутри круга, ватный диск, побрызгала его спиртом, протёрла пальцы и лежащую рядом иголку. Магия работает, только если в неё верить – об этом говорилось в каком-то сериале, – и она старалась делать всё как можно тщательнее. Хотя доказать подружке, что они занимаются ерундой, тоже неплохо.

Мелани собралась с духом, ткнула иглой в палец и надавила на него. Небольшая капля крови сорвалась с пальца, упала между крупинками соли, и тут же растеклась тонкой нитью, замыкая круг, и Мелани почудилось шипение и лёгкое колебание воздуха над кругом.

Девушка забралась в центр пентаграммы, опустилась на коленки, положила книгу перед собой и, как было сказано в инструкции, поставила на места, отмеченные в книге, три свечи. Текст на ломаной латыни, за которую будущего врача били бы палками всем курсом, был испещрён странными, будто карандашными, пометками: здесь голос выше, там ниже, а ещё через пару слов громче. Мелани пробежала глазами заклинание, сверяясь с записями, и вдруг нахмурилась.

– Это не латынь.

– Что? – Бекки сорвалась было с места, но Мелани жестом остановила её.

– Замри! Я круг только сделала. Мне снова руку колоть?

Непривычные властные нотки в голосе Мелани вернули Бекки на диван. Она подобрала ноги, села поудобнее и с интересом уставилась на подругу.

– Что значит не латынь? Я даже перевести это смогу.

– Перевести и я могу. Но этот текст только притворяется корявой латынью. Это стихи, хотя я понятия не имею, на каком языке.

Мелани поймала ритм и теперь читала заклинание про себя, даже не глядя на пометки, и ей почудилось, как по комнате прошелестел едва заметный ледяной ветерок. Пламя свечей заколыхалось и стало ярче, и у Мелани по спине пробежали мурашки. Она потрясла головой, стряхивая наваждение, сосредоточилась, и слова перед глазами рассыпались, чтобы тут же собраться строчками незнакомого языка. Откуда-то она знала, как этот текст должен звучать на самом деле. Бекки пыталась что-то сказать, но Мелани её уже не слушала. Она несколько раз глубоко вдохнула, чтобы унять дрожь, и медленно, нараспев, боясь ошибиться хоть в одном звуке, начала:

tu e mag ne si ne tene

bra te fi ne vic ti ma

Язык древних созданий, живущих во тьме со времен, когда ещё не существовало ни света, ни звёзд, вновь зазвучал на Земле, впервые за многие сотни лет. Уверенность и властность, звучащие в голосе девушки, отразились от границы круга, заметались, касаясь пентаграммы, запели, насыщая её энергией.

Где-то в другом измерении за пределами пространства и видимой вселенной слова коснулась бессмертного существа, и его воля устремилась к их источнику, пробивая проход между мирами.

oppo sita mihi ar da

vita m'h'ara-gon in na

Оранжевое пламя свечей внезапно стало багровым. Воздух над кругом замерцал, отражая кровавые блики. Мелани вздрогнула и развела руки, едва не касаясь набирающего силу прозрачного вихря бушующей вокруг неё энергии. Книга, лежащая на полу, вдруг поднялась и повисла в воздухе, словно что-то её держало, а стоящие на ней свечи вспыхнули, как звезды, и разлетелись огненными точками, которые тут же соткались перед её лицом в пылающие буквы.

centa vene ris e mundu, nos tera bi tans ubi

nul-la um bra bra et tene, bra et ulli us ibi

Краем глаза Мелани видела изумление и ужас на лице подруги, но остановиться уже не могла. Заклинание вело её, звало, требовало быть произнесённым до конца. С каждым словом свечи разгорались всё ярче, и вдруг все они одновременно вспыхнули, их пламя разлетелось брызгами, охватывая защитный круг. Пылающее кольцо поднялось вверх, оставляя за собой тёмно-красную стену огня. Багровый свет разлился по комнате. Вокруг Бекки появилось мерцающее сияние. Девушка попыталась встать с дивана, но её движения были неестественно медленными, будто она продиралась сквозь густой сироп. Уличные фонари погасли, и теперь комната освещалась лишь пылающим кругом и огненными буквами.

Мелани закрыла глаза, но горящие символы будто отпечатались на сетчатке. Её руки поднимались всё выше, слова звучали всё громче, и в эхе её голоса уже можно было различить хор невидимых существ, читающих заклинание вместе с ней. Последние слова девушка практически выкрикнула. Пентаграмма и круг ослепительно сияли, через стену багрового света уже едва можно было что-то разглядеть. Мелани резко опустила руки, и с яркой вспышкой всё вдруг закончилось. От наступившей тишины звенело в ушах. Пентаграмма погасла, огненное мерцание защитного круга выплеснулось на стены, оставив быстро затухающее кольцо на полу и едва заметное колебание воздуха над ним. По всей комнате будто разбросали тлеющие угольки, излучающие неяркий свет.

Напротив неё на диване, там, куда указывал зубец пентаграммы, сидел молодой красивый парень.

Мелани похолодела от страха.

Жертва

Пришелец держался так, словно сидел в самом дорогом и удобном в мире кресле. Мелани изо всех сил старалась не встретиться с ним взглядом.

Внешность парня олицетворяла мечту девочек-подростков, которые плачут в кино, наблюдая, как герой-одиночка сражается против могущественных правительственных организаций, и впечатление он производил сногсшибательное. Загорелая кожа, аккуратно уложенные тёмные волосы. Одет он был довольно просто, но каждая деталь одежды была на своём месте и подчёркивала статус и богатство её обладателя. Невзрачные на первый взгляд чёрные джинсы, чёрная шёлковая рубашка без единой складки, зато с пуговицами и запонками из какого-то матового чёрного металла. Изящные часы на кожаном браслете, цену которых Мелани не могла определить даже приблизительно. Лакированные туфли цвета угля, блестевшие так, что в них отражалась россыпь красных светлячков на стенах.

Незнакомец неспешно огляделся, посмотрел на застывшую от страха Мелани и трижды неторопливо сблизил ладони, изображая аплодисменты.

– Моё почтение, мисс. Не думал, что в этом мире ещё есть люди, знающие наш язык, и достаточно смелые, чтобы произнести моё имя вслух.

У пришельца оказался мягкий и приятный, в меру низкий, голос, от которого у девушки пробежали мурашки по спине, но уже не только от страха.

– Конечно, призыв можно было и покороче сделать, хотя, должен признать, идея замаскировать его под латынь и сохранить при этом смысл, крайне необычна.

Мелани судорожно глотала воздух, словно рыба в ведре.

– В… в… а в-вы к-кто?

Незнакомец хмыкнул.

– Той силы часть, что вечно хочет зла, но вечно совершает благо.

– Ч-чего? – Мелани растерялась.

Парень вздохнул.

– Вот и выросло поколение, которое не знает кто такой Гёте.

Мелани обиделась.

– Почему это не знаю. Очень даже знаю. Мы его в школе проходили. Он ещё книгу написал про церковь и цыганку.

Парень посмотрел на неё, как на умалишённую.

– Оно и видно, что проходили. Рядом и мимо. Время такое, все учатся кой-как.

– Зачем мне Гёте, если я врачом буду?

– Дух медицины всяк легко поймёт. Лечите всё одним, всё тем же самым.

Мелани не нашлась, что это ответить, а парень словно потерял к ней интерес и повернулся к её подруге.

Бекки пыталась встать с дивана, когда сработало заклинание, и неведомая сила словно заморозила, остановила её движение. Длинные, до пояса, соломенного цвета волосы спадали волнами и медленно двигались, как в рекламе шампуней. Зелёные с золотистыми прожилками глаза с ресницами, длине которых позавидовала бы любая голливудская звезда, сейчас были широко открыты, и в них плескался страх.

Бекки взлетела над диваном и оказалась рядом с парнем. Тот коснулся её груди, неторопливо провёл рукой вдоль тела, и под его ладонью одежда девушки истончалась, расползалась в стороны и испарялась, открывая стройную фигурку с узкими бедрами, небольшой грудью и старательно выбритой промежностью. В темноте Бекки выглядела совсем миниатюрной. Мелани и сама могла бы дать Бекки фору на соревнованиях по внешности, но сейчас девушка невольно залюбовалась подругой, которую раньше полностью обнажённой не видела.

Парень наклонился к Бекки, обнял её, поцеловал в губы, а его рука оказалась у Бекки между ног. Мелани наблюдала за его действиями со смесью страха и восхищения, а от зрелища своеобразного изнасилования беспомощной подруги, происходящего на её глазах, у Мелани приятно заныло в животе.

– Какая красивая девушка. Давно мне такие не попадались.

Рот Бекки раскрылся в безмолвном крике, лицо исказилось, глаза закрылись, тело выгнулось дугой, затряслось и в следующую секунду обмякло и поломанной куклой рухнуло на пол, чтобы вспыхнуть и рассыпаться серым пеплом, который тут же превратился в дым и рассеялся в воздухе.

– Бекки, неееет! – Мелани вскочила на ноги, рванулась, было, туда, где секунду назад сидела её подруга, но пришелец вытянул в её сторону руку раскрытой ладонью и коротко приказал: «Замри!»

Она застыла на месте.

Парень демонстративно облизал окровавленные пальцы и посмотрел на девушку.

– Ну и куда ты собралась? Разрушить круг, когда по твоему дому демон разгуливает? Какой осёл тебя учил?

– Зачем ты её убил?! – голос Мелани сорвался на крик. – Что она тебе сделала?

Он, оторопев, посмотрел на неё.

– Если она тебе так дорога, какого дьявола ты назначила её в жертву?

– Я?! – Мелани показалось, что она сейчас грохнется в обморок.

Демон несколько секунд разглядывал её, затем его взор упал на книгу, и на лице отразилось выражение крайнего изумления.

– Ты что, учишь магию по этому ширпотребу?

Он протянул руку, и книга перелетела через круг и прыгнула ему в ладонь. В его руках «Заклинания» преобразились. Бумага пожелтела, печатные буквы растеклись, якобы карандашные пометки испарились, и Мелани увидела старинную рукописную книгу в кожаном переплёте. Демон хмыкнул, и в его взгляде появилось уважение. Он быстро пролистнул страницы, добрался до заклинания призыва.

– Продвинутый уровень, значит. А базовый, видимо, для лохов написан. Посадить подругу за кругом на луч пентаграммы, вызвать высшего демона и возмущаться, когда он принял твою жертву? И почему я не удивлён?

У Мелани по щекам текли слёзы.

– Это Бекки мне сказала сидеть там, но у неё не получилось, и мы поменялись.

– Тебе повезло.

– Пове… – Мелани осеклась. – А если бы у неё заклинание сработало, умерла бы я? – её голос дрогнул.

– Дошло, наконец?

Мелани плюхнулась на задницу и заревела.

Сделка

Слёзы лились сами собой. Мелани размазывала по лицу тушь и устрашающий праздничный грим, который Бекки помогала ей наносить совсем недавно. Она всхлипывала и раскачивалась вперёд-назад.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.