Игорь Алёхин
Авось, Небось и Как-нибудь

В былые годы, на краю планеты

когда животные, глагол людской распознавали

а человеки…

Заветы предков почитали

и ведали природные изветы

и справедливость чествовали честью

на правду матерь, всечасно уповали…

Земля же знать не знала ворожья

на ней же любо, душа в душу жили

детишки, жёны и мужья.

А за тёмным краем леса, плыли цветочные моря

там ромашки волновались, мягким запахом пленя

и даря приливы взору, тяжкий подум стороня

дня разнеженного полдень, окрылял над ним неся.

И когда спесивой девой, солнце прятало глаза

будто шаль снимая с торса, сотный свет лила заря

и златый шёлк меж стеблей неба растворяя

безпешно уходило до утра.

Где грело солнце и не было ненастья

где ветром пели, зелёной нотой травы

и хором птицы из застенчивой дубравы…

Где древа гнули малахитовые ветви

где день лоснился в кущах неба бирюзой

а ночь вливалась в лес густою тьмой

где лето было не знойным и радушным

где осень разноцветностью плыла

зима же снежной и волшебною была…

За ней всегда красавица весна

являла на миг опустевший холст природы

и лёгким каждодневенным мазком

осиротевшую природу наполняла

под кистью жёлтого луча

из почек, зелень лениво прорастала…

Кудрявой шерстью пригорки оживали

зияла синью озерцовая вода

речушки вдохновенно зажурчали

просторным звоном взыграла слобода —

творила диво художница – весна…

И быт людской не стар был и не нов

он был таков:

мужик с утра на поле пашет

пожаловало лето – зерна жнёт

и урожай в тележечку залажет

и на измоль до мельницы свезёт.

Зима пришла – лапти плетёт;

дощечку ножичком умело остругает

и на базар пришедши, утварь люду продаёт.

Жена же в доме хозяйничает браво:

детей присмотрит, порядок наведёт

явствами мужа почётно почивает

и к калачу млока парного поднесёт.

В досужный час, погожою погодой

резвятся играми на солнечной лужайке

счастливой, беззаботною семьёй

зимой же в тройке, мчатся на морозце

и смех, румянец на щеках

и колокольчики раскатисто звенят

лыжня стремглав скользит в егозных санках

и резвых русаков разгул манит…

А было так:

когда лебёдушка цвела

крестьянка Таня тройню родила.

Все в здравом теле были сыновья.

И души ихни именами нарядила

ответ держа на матушкин вопрос:

какими силами си ясли воспитаешь?

Муж уж с распевом, докучливым петушиным

до зол заката, поле вольное ручает…

Гляди тебя, младуху та девицу

одну – однёхоньку забота застаёт…

С детьми снискать нам матерям

с пелёнок ладу, всецело верую

создатель помогает.

Чтоб дело ангельске безмногохлопотным далось

детишек назову :

Авось Небось а третьему сынишке вклавши грудь

вздохнув с улыбкою сказала – Как нибудь!

С тех пор года, сменяются годами

весна – весной, зима – зимой

второй настал – шестой не за горами

и устремляется к девятому восьмой.

Но солнце светом кутая лощины

глядит как змий крадётся из сердец

людских сердец, недавенно – радивых

печалью взятой, заботой одержимых

и ладным словом, чаще хлыстом заменимым

бранил стегая, ребятишечек отец.

И зависть хищно подкралась на карачках…

Вот пашет поле, сосед былого друга

колосья ж после его к своим сочтёт

и лють таит коль вышло своё худо

ни что не кажет и не зрит – трипроклянёт.

Семья семью на чай – баранку не завёт.

Закралось в души чёрное ненастье

и боле нет, улыбок, плясок, торжества

и как за тучей луч исчезло счастье

утих задор былого баловства.

И за мест плод бесплодный хвастовства —

унынье, горесть, пересуд, примногострастье

и ложь и дрожь, взаимонеприятье

– разлучники всеобщего родства.

Авось Небось и Как нибудь в один из дней

гулявши слышат, как птичее крыло

пронзая воздух, черты свои

к их младым взорам

затейливым полётом преподносит

и к ним всем очертанием пестрит

как лист осенний ветер носит

так и она к ним наземь с грацией летит

и севши подле троебратья говорит:

Здравствуйте грустящие мальчонки

заботу вашу знаю я

с тем и спешила, безустанно трикрыля

чтоб известить, поведать вам

что ваше счастье спрятали в чулан

чулан засовом затворили

засов предали стопудовому замку

его же заключивши – позабыли

где ключ ложили, на каком суку.

Так слушайте меня всеми ушами:

там за высокими горами

там за бездонными прудами

где неприступною стеною лес стоит

вокруг него туман плывит

за ним, пред самою чертою горизонта

раскинулась огромная страна

Лилолатропией завётся же она.

и в ней живёт без хлеба и без сна

учёнознавец, старец и мудрец

там и пути вашему конец.

Спеши Авось, спеши Небось и как Нибудь

спешите славные детишки в добрый путь!

Добудьте люду опечаленному счастье!

Даруйте люду страдающему ключ!

Пусть вам дорогу освещает яркий луч.

Промолвив же сие им улыбнулась

расправив крылья золотые упорхнула

пропев в полёте скором им прощайте…

Авось Небось и Как нибудь переглянулись

к родному дому набегло вернулись

шагнули в избу, мать, отца обняли

толк птицы золотой пересказали

в дорогу долгую связали узелок

и шагом бравым вышли за порог.

За моря, за океаны в неизведанные страны

на дали дальние взглянуть

Авось Небось и Как нибудь собрались в путь

А из окошка им ладошками махали

пути успешного от всей души желали

отец и мать, бабушка и дед

всем отчим домом, смотрели им во след.

Они спешили, дорогою шагали

и радостную песню напевали:

Авось Небось и Как Нибудь дорогой сложною

идут в далёкую страну Лилолатропию

Авось Небось и Как Нибудь свой дом оставили

Авось Небось и Как Нибудь в заветном здравии.

Идём, идём шагаем и поём, нам весело втроём!!!

Добудем люду страдающему ключ!

Пусть нам дорогу освещает яркий луч!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.