Владимир Голдыш
Девушка – виденье

Часть 1.Глава 1.

Порыв свежего ветерка колыхнул занавеску и прошелся по моему лицу.

Я открыл глаза, зевнул и попытался определить готовность своего организма к подъему.

Вчера с друзьями хорошо погуляли, в ресторане, потом кажется в клубе. Но ни похмелья, ни головной боли я не ощущал. Голова была ясная, а на душе легко и радостно. Не так, когда Спартак победил Динамо с разгромным счетом или любимый боксер навалял какому-то непобедимому чемпиону. Гораздо лучше, но причину этого состояния я припомнить пока не мог. Ну ничего по утрам так бывает. Сейчас выпью чашечку кофе и, если файлы памяти не начнут восстанавливаться, наберем друга Дениса, он не пьет, скоро соревнования и выясним что вчера интересного происходило. Было такое ощущение, что выиграл в лотерею. Может заехали в казино и сорвали куш в миллион? – подумал я.

Заварив кофе, я снова попытался вспомнить вчерашний вечер. Встретились в ресторане по случаю окончания университета. Все свои: четверо парней и пять девушек. Сидели душевно, много смеялись. Еда оказалась превосходной, морепродукты и стейки от известного повара, отличные итальянские вина и переход на текилу, с вылизыванием соли с девичьих рук.

Потом танцы и переключение внимания с наших подруг на одиноких красоток за соседними столами. Помню предложения переехать в караоке или ночной клуб. Куда в итоге попали не помню. Горло не дерет, значит караоке отпадает.

Так, телефон на зарядке, но отключен. Наверное, сел ночью.

Набираю Дениса, смотрю на всякий случай на часы, восемь утра. Рано еще, конечно, в воскресенье даже друг футболист если не спит, то совершает утреннюю пробежку или завтракает и не любит отвлекаться на звонки.

Денис ответил сразу: ну привет пропажа, уже не знал, что и думать. Я сейчас на базе не очень могу говорить, перезвоню через часа два, и ты мне поведаешь, где загулял, окей?

– Ччч-чего? Почему-то не сразу выговорил я слово. Мы же вчера вместе сидели? Ну, в «Морено», а потом в казино или куда там поехали, я уже не помню.

– Макс, какое казино, ты возле ресторана с кем-то познакомился и умотал с какой-то девицей, как мы не просили с нами поехать, ты уперся и все. Вчера целый день до тебя дозвониться не могли, слава богу с тобой все в порядке уже не знали, что и думать.

Я чуть не выронил чашку с кофе и поставил ее на стол от греха подальше.

– А какой сегодня день? Как это целый день искали?

Макс, ты чего? Сегодня понедельник, вспоминай, где вчера куролесил, мне самому интересно. Все, мне пора, потом расскажешь. И отключился.

Я тупо смотрел на телефон пару секунд потом глянул на дату: 23 июня, понедельник. В ресторан поехал в субботу к 18 вечера. Значит примерно с 22 вечера субботы и до утра понедельник – провал. Вот так дела! Хорошее настроение куда-то улетучилось.

Я заварил еще чашку кофе и стал размышлять. Ну ладно вечер не очень запомнил, такое уже случалось, но плюс день, такого не может быть. Я осмотрел себя на предмет повреждений, ощупал руками голову, все в целости и сохранности. Голова ясная, клофелин мне не подливали, иначе мне было бы сейчас очень плохо.

Может меня в состоянии подпития развели на наркотики? А разве после них не такой же отходняк как после выпивки или даже хуже? Плохо если так, очень плохо. Пока ничего не это не указывало, чувствовал я себя хорошо, даже очень. Но заняться текущими делами я просто не мог, пока не узнаю, как провел воскресенье.

Я оделся и вышел на улицу. Во дворе на площадке играли детишки. Молодые мамы с колясками прогуливались по тротуару. Бабули на лавочке по своему обычаю обсуждали последние новости и внешний вид молодежи. Я неуверенно прошелся вдоль площадки каждую секунду ожидая крика: держите его, это он изнасиловал и убил мою внучку. Полиция, сюда!

Я осмотрелся, никто на меня даже не смотрел, все занимались своими делами, и никто не собирался меня хватать.

Уже хорошо, если кого и изнасиловал, то не своем дворе, где многие меня знают и здороваются.

До ресторана, где мы отдыхали нужно было пройти три квартала. Погода была замечательная, еще не наступила летняя жара, липа, посаженная вдоль улиц, расточала дивный аромат. Проходя мимо ожогового центра, я поискал глазами птицу, что издавала дивную мелодию, но укрывалась от взора среди листвы.

Здравствуйте дядя Максим, – послышался детский голос. Я от неожиданности аж подпрыгнул. Повернувшись, я увидел за металлической оградой медцентра девочку лет восьми и вздрогнул еще раз, на этот раз еще сильнее. Половина лица у девчушки покрывала кожа, подвергшаяся кислотному или огневому ожогу. На одном глазу не было ресниц, также были опалены брови. Дядя Максим, повторила очевидно пациентка Ожогцентра. Вы обещали приехать с подарками, помните? Мы вас ждали. К девочке подошли еще несколько мальчиков и девочек от восьми до десяти лет и у каждого были заметны на руках, шее или лице страшные уже заросшие раны.

Здравствуйте дядя Максим, – по очереди поздоровались со мной дети.

Я же стоял в ступоре. Эээ, здравствуйте, а что мы знакомы? Ничего лучшего кроме как сморозить глупость не нашелся я.

Со стороны к детям подошла женщина в белом халате. Так ребята, обратилась она к своим подопечным. Давайте-ка все на площадку, будем играть в города.

Я заметил, как у девочки что первая со мной заговорила, на глазу на котором сохранились ресницы, проступила слеза. А вот второй остался сухим. Мне стало не по себе, а врач добавила: шли бы вы, дядя Максим отсюда.

– Это каким же нужно быть, женщина сделала паузу, – наобещать несчастным детям с три короба, а потом прикидываться чайником. А ведь даже мне вы вчера показались приличным человеком.

Идёмте ребята, дядя Максим нес вам подарки, но у него их украли по дороге. Мы обязательно привезем вам другие, попозже. Дети не хотели идти играть, нехотя стали поворачиваться и все равно с надеждой смотрели на меня, может все-таки подарки найдутся и у них будет небольшой праздник, который уже на воображали в своих детских головках, весь вчерашний день споря что это будет – всякие вкусные сладости или мягкие игрушки. Я никак не мог выйти из состояния оцепенения и понимая, что своим тупейшим поведением еще больше усугубляю некрасивую ситуацию попытался хоть что-то исправить и стал оправдываться.

– Я прощу прощения, я всегда стараюсь держать свое слово, просто я абсолютно ничего не помню про вчерашний день, как провал в памяти.

– Я вас прошу больше сюда не приходите. И как я не распознала в вас алкаша. Или наркомана, кто вы там.

– Так дети, я кому сказала, отойдите от ограды и идите играть, дядя заразный.

– До свидания дядя Максим, грустно проговорили один за другим дети и пошли за свои врачом.

Я остался стоять возле ограды как статуя, не в силах прийти в себя после такого морального избиения. Какие подарки? Получается, я вчера проходил мимо и увидев детей, пообещал им чего-то, а сам пошел спать.

М-да, очень некрасиво получилось. А я уже решил, что ничего страшного не случилось и можно заниматься текущими делами, как оказалось, что я все-таки натворил дел. И казалось бы, ладно послали и что. Подумаешь, бывает и так – даешь обещание, а потом обстоятельства не дают его исполнить. Проза жизни.

Друг мой, Сергей тоже обещал свой невесте в загсе прожить с ней до конца их дней, а спустя два года, несмотря на родившегося ребенка, собрал вещи и умотал к другой. И что теперь, расстрелять его за это?

Переживем, подумал я и зашагал в сторону «Морено», озираясь по сторонам, ожидая к своей персоне еще каких-нибудь обращений типа: Максим, ты обещал вчера на мне жениться! Когда ты повезешь меня в загс?

Я прошел один квартал и остановился. Что-то мешало мне продолжить свой путь.

Какое-то малознакомое современному молодому парню чувство начинало есть мое подсознание и шептало: исправь!

Это что совесть? Откуда она взялась? Вот так травишь ее травишь, а она живехонька. Говорят, она сильно мешает жить, поэтому все стараются от не избавиться. Обычная картина современного мира: Мальчик, уступи место женщине, ты не видишь она беременна, у тебя совесть есть? Нет, нету у меня совести, если беременная, то пусть дома сидит.

Нет, я всегда уступаю место в транспорте, даже когда очень не хочется. Такой вот я не совершенный.

Пойду и исправлю свой косяк, -подумал я и решительно направился к входу в медучреждение.

Охранник, сидевший в будке у ворот и разгадывающий кроссворды, увидел меня, встал и спросил: вы куда? вход на территорию только по записи.

– Мне нужно всего лишь поговорить с врачом, буквально пару минут.

– С каким врачом? фамилия?

Я не помню фамилии, она сейчас с детьми на площадке находится, можете ее позвать?

Охранник подумал немного, глянул на кроссворд и уже скорее всего собирался меня послать подальше, но я, предвидев такое течение событий, быстро обронил: с меня благодарность в виде шаурмы и кофе.

Охранник расплылся в улыбке. Другое дело, беги за едой, а я позову пока врача.

Я помчался за кофе с фастфудом, успев подумать, что я в последнее время часто раздаю обещания.

Неплохо бы остановиться, ты же не добрый волшебник с палочкой, из которой падает все что хочешь.

Мне то приходится нагружать ноги. Добежав до ближайшего кафе, я постоял в небольшой очереди, купил кофе и шаурму. Прибежав обратно, я заметил подходящих к воротам охранника и врача.

Вот, протянул я еду мужчине и обратился к недовольно смотревшей на меня женщине.

– Простите меня пожалуйста за вчерашнее, я никоим образом не хотел расстроить детей. Скажите, как я могу загладить свою вину?

– Никак, идите пожалуйста домой и больше здесь не появляйтесь. Василий, больше меня не отвлекай.

– Хорошо, Нина Васильевна, я не знал, что…

– Я тороплюсь, – отрезала женщина и удалились.

– Что-то она сегодня злая, виновато проговорил охранник, на всякий случай переложив шаурму в ящик стола, – а вообще-то она очень добрая.

До свидания, сквозь зубы выговорил я и вышел за ворота. Я был очень упертым человеком и привык чтобы всегда было, по-моему. Поэтому, не раздумывая я быстро зашагал к дому. Потом вспомнил, что все что было в заначке я вчера захватил с собой, а сейчас в карманах было пусто и остановился.

На карточке после оплаты брони за путевку на море тоже почти ничего не осталось.

Мысленно сплюнув, я собрался уже послать все к фене и позвонить друзьям, чтобы пригласить их составить мне компанию за бокалом пива. Мне нужно было прийти в себя, так как сегодня меня никогда еще не тыкали лицом в какашки. Чистка чакры и пополнение космической энергии через холодный пенистый напиток было мне крайне необходимо. Почти набрав номер однокурсника, я снова остановился. Да, чтоб вас, молвил я в слух.

Это я не вам, – успокоил я проходившую мимо женщину и принявшая мою тираду на свой счет. Окинув меня осуждающим взглядом, женщина обошла меня по дуге и оглядываясь, шепча про себя какие-то ругательства, засеменила прочь.

Злость на окружающих росла в моей груди. Я не понимал почему трачу время на всякую ерунду, но тем не менее продолжил делать поступки, смысл которых и сам не понимал. Я дошел до ломбарда, снял с груди толстую цепочку с крестом и заложил за очень немалую сумму.

После этого в том же здании зашел в магазин игрушек, выбрал из расчета по 2 игрушки на каждого ребенка в количестве 40 штук и для девочек, и для мальчиков.

Хоть бы спросил у охранника сколько их там, пациентов детского отделения, больше 20, а то я опять попаду в просак, так как дележ игрушек в детском садике, картина мне знакомая. Слезы, сопли, драки и венец всему слова воспитателя, лучше бы вообще ничего не дарили.

Перекрестившись, я продолжил начатое. Оплатил доставку и завис на стадии указания адреса.

– В Ожогцентр отправьте, там на воротах передадите охраннику что для Нины Васильевны.

– Нужен точный адрес для записи в квитанции, а также ваш телефон, если не получится отдать посылку. Например, будет закрыто.

Адреса я не знал, поэтому предложил лично поехать с машиной доставки. На такой вариант администратор возражений не имел.

Целый час я слонялся по бутикам, пока игрушки оформляли в подарочную упаковку.

За это время я скупил еще и сладостей, а также гелевые шары.

Когда мы наконец загрузили все в бусик, оказалось, что шары не помещаются в небольшой салон автомобиля.

– Что же делать, – спросил я у водителя?

– Как что, выпускай, – ответил тот. Или сдувай, а потом на месте опять надуешь, откровенно издевался усатый мужик в засаленной спец форме. Я хотел ответить, что привяжу шары к его усам и тот улетит к своей бабушке, но решил, что сейчас не время ссориться. А то можно коробки и на своем горбу потащить.

– Так, вы езжайте по этой улице до первого перекрестка, потом по улице Каштановой, это по которой одни липы растут, до Ожогового центра. Найдете?

– Я что не знаю где центр находится? Это вы молодежь, только два адреса знаете в этом городе, где публичный дом и где живет ваш дилер. Ты давай только побыстрее, у работы по горло, – пропищал водила и сел за руль.

А я потащился с шарами по улице. Люди оглядывались на меня, показывали пальцем и улыбались. Некоторые покатывались со смеху.

Я очень пожалел, что не взял с собой солнечные очки. Любой мог разглядеть меня во всей красе и еще долго вспоминать при встрече. Мол, вот тот который шары таскал по городу, видно на луноходе места не досталось и решил так на луну слетать.

Я остановился и на всякий случай осмотрел шары, больно смешно было прохожим, увидевших простые гелевые шарики. И точно, три из двадцати пестрели мультяшной картинкой Кена, парня Барби.

Убью продавца, – зло подумал я. Не хватило видно двадцати одинаковых, так всунул, когда я не видел три с картинкой. Понятно теперь почему все ржали при виде меня. Я как мог переложил три Кена в середину кучи и поспешил к центру. Через двадцать минут я, запыхавшись добрался до места. Там меня встречал охранник, вальяжно держа в руках купленный мною кофе и водила, который при виде меня воскликнул:

– Ты смотри донес и не улетел. Ты выиграл, обратился он к улыбавшемуся Василию и протянул купюру. Так, дед мороз, с тебя еще полтинник за ожидание.

Я молча отдал деньги, хотя двинуть тому по зубам хотелось очень сильно.

Давай разгружай, а мы еще с Васей побалакаем.

Я заскрипел зубами, но сдержался и вручил шары охраннику, а после начал выкладывать коробки на асфальт. Через десять минут, когда я взмокший я стоял возле горы подарков, обратил внимание, что у ворот собрались около десятка детей и еще несколько подходили, с любопытством разглядывая происходящее.

Подошла и Нина Васильевна.

– Так, что тут происходит? – изобразив удивление, вопрошала женщина.

– Ааа, это дядя Максим снова к нам в гости пожаловал. Ударился видать об косяк головой и вернулась память.

– Память не вернулась, но вы же говорили, что я обещал подарки, вот привез.

Нина Васильевна подошла к коробкам и развернула одну из них, достала большой паровоз. Дети дружно загалдели.

– Мы просили детские книжки, а ты что привез? -обратилась ко мне врач и увидев мое выражение лица, которое словно перекосило судорогой, быстро проговорила: да шучу, дети как раз просили машинки всякие и мягкие игрушки. Мягкие тут есть?

– Есть, половина мягкие игрушки, половина паровозы и автомобили, автобусы и краны то же есть прохрипел я, окончательно потеряв голос.

– Вася, открывай ворота и заносите подарки, будем радовать детей.

Водитель с умилением разглядывал ребят, даже слезу пустил. Спохватился и стал помогать переносить коробки. На площадке дети стали делить кому что достанется. Радостный галдеж и восхищенные вздохи девочек на попавшие в их ручонки огромных медвежат и зайцев заставил пустить слезу и врача и охранника с водилой.

– Эх,ребята, – лепетал мужичок и одобрительно поглядывая на меня.

Василий хотел вручить мне шары чтобы я раздал их детям, но я махнул рукой, давай ты.

Новые крики радости и опять усатый водитель заахал, вытирая слезы.

– А ты не совсем пропащий, обратился он ко мне.

– Не совсем, -подтвердила врачиха.

– Да отличный парень, поднял большой палец руки охранник, поднося другую руку со стаканом кофе ко рту.

Только я собрался сказать все что о них думаю, как дети наконец-то поделившие между собой подарки бросились ко мне с объятиями и криками: спасибо, дядя Максим!

Я не сдержал избытка эмоций и заплакал. Заплакал, наверное, впервые в жизни, с того момента, когда в возрасте трех лет наступил в песочнице на какашку и не знал, что с этим делать.

Мне было стыдно своей слабости, но я плакал и не мог остановиться пока не увидел фигуру девушки в белом халате в окне больницы, которая снимала происходящее на телефон.

– Ах ты ж падла, выругался тихо я, но усатый водила владел как оказалось прекрасным слухом.

– Ты этого падлой назвал, а парень, не меня ли? – грозно обратился он ко мне.

– Да нет, вон она, папарацци, снимает на телефон.

– Ну и что? пусть снимает. Хорошую картину снимает, пусть будет на память.

– Теперь ты звезда,этого,как его,тик тока, рассмеялся мужик.

– Так, ну все, хватит. Мне пора, Нина Васильевна, можно вас на пару слов.

– Ребята, рад был вас всех видеть. Играйте себе на здоровье. Если нужны будут еще игрушки, то…

Хотел продолжить я фразу, но осёкся. Вот же дурак, ты чего несешь, подумал я. Тебе понравилось таскаться с коробками туда-сюда?

– то что? Задала мне вопрос врач, а у самой смешинка в глазах.

Я обвел территорию взглядом и увидел, что все внимательно смотрят на меня.