Евгений Натаров
Хеллоуин

Глава 1. Распутье

Карнавал в честь Дня всех Святых был в самом разгаре. По центральной городской улице пёстрой лентой вилась костюмированная толпа жуткой нечисти: ведьмы, зомби, демоны, вампиры, скелеты, мумии, монстры, привидения и прочие существа, знакомые по сказкам и фильмам ужасов. С тротуаров, радостными криками их шумно приветствовали аналогичные «красавицы» и «добряки».

У перекрёстка шествие заканчивалось и нечисть, желая друг другу «Счастливого Хэллоуина», разбредалась в разные стороны для продолжения праздника.

– И это всё? – раздосадовано протянул Ден, одетый в костюм графа Дракулы.

– А какие есть предложения? – спросил Марк, поправив на голове двухцветный колпак Арлекина.

– Найти место для веселья, – вместо Дена ответила Юма и, демонстрируя красно-чёрное платье с капюшоном того же цвета, повернулась на триста шестьдесят градусов. – Я ведь не для того готовила костюм Белоснежки, чтобы в нём пройти по городу в карнавальной колонне, а потом вернуться домой и лечь спать.

– Ты какая-то странная Белоснежка, – усмехнулся Марк, внимательно разглядывая Юму.

– С готическим уклоном, – улыбнулся Ден, обнажив пластмассовые клыки вампира и приподняв чёрный цилиндр над головой.

– Смотрите, в конце улицы зажглись световые гирлянды, и заиграла музыка, – Юма решительно направилась вперёд. – Там всё только начинается. За мной, мальчики!

– А где это так веселятся? – спросил Ден, ускорив шаг.

– Кажется, это место, где старый заброшенный особняк с большим парком, – ответил Марк. – Помнишь, Ден, в детстве мы играли там в прятки?

– Если это то, о чём я думаю – там должно быть круто, – радостно ответил Ден.

Входные ржавые металлические ворота, украшенные по случаю Хеллоуина бутафорскими человеческими внутренностями, оказались открытыми настежь, доброжелательно призывая пройти внутрь. На пики ограды по всему периметру были насажены главные атрибуты праздника: фонари Джека – пустые тыквы, внутри которых горят свечи. Яркий свет от множества пылающих костров и факелов, заливал аллею, ведущую к старому трёхэтажному особняку. Похоже, что в большинстве своём, участники карнавала перекочевали в эту шумную и беззаботную гавань праздника. Ретро-карусели с лошадками, львами и каретами без остановки гоняли по кругу детей и взрослых; аттракционы заманивали к себе удивительными призами; фокусники, пожиратели огня и клоуны развлекали гостей, поднимая настроение; музыканты «Poets Of The Fall» на ярко освещённой сцене исполняли свою знаменитую вещь «Carnival of Rust».

Сам особняк, до которого, преодолевая большое скопление нечисти, добрались Марк, Ден и Юма, напоминал сказочную таинственную пещеру, полную загадок и соблазнов. Друзья остановились перед входом, не решаясь идти дальше. Из «внутренностей» особняка материализовался Распорядитель. Он сам так представился и пригласил друзей, зайти, постоянно улыбаясь и стараясь быть чрезвычайно любезным. Он походил на циркового шпрехшталмейстера: идеального покроя костюм алого цвета; белоснежная рубашка с запонками в форме черепа; на шее красный бант; на голове цилиндр с лентой того же цвета; безукоризненный серый жилет. Распорядитель легко передвигался и ни на минуту не замолкая, рассказывал историю праздника и особняка, сплетая их в одно общее повествование.

Декорированный хэллоуиновскими «примочками» особняк поражал запутанной сетью бесчисленных коридоров, арок и переходов, через которые друзей всё дальше и дальше уводил рассказчик. Распорядитель остановился, широко улыбнулся и распахнул тяжёлую двустворчатую дверь. Марк, Ден и Юма оказались на дороге, которая разделялась на три направления, уходящие в разные стороны. На распутье стоял огромный камень с высеченными словами.

– Древние кельты верили, что в Хеллоуин граница, отделяющая мир живых от мира мёртвых, становится тонкой, и души умерших беспрепятственно приходят в земную сферу. И вот, чтобы этого не произошло и чтобы умилостивить души усопших и призвать их не причинять зла живым, люди придумали наряжаться в костюмы мёртвых и всякой нечисти, надеясь, что это их спасёт, – сладко улыбнулся Распорядитель, заканчивая рассказ. – Но! "Trick or treat?" ("Сладость или гадость?"), как говорят ваши дети, выпрашивая в Хэллоуин конфетки.

– О чём это Вы? – спросила Юма испуганным голосом.

– Всегда приходится делать выбор. Перед вами три дороги. Отдать предпочтение можно только одной и идти по ней придётся до самого конца, – Распорядитель сделал виртуозный жест руками в сторону распутья. – Прочтите, что написано на камне и примите решение. Но помните, что если слишком долго размышлять у камня, то он очень быстро может стать вашей собственной надгробной плитой. Часики уже тикают: «тик-так, тик-так».

– Выбор надо сделать обязательно? И прямо сейчас? – Ден снял с головы цилиндр и вытер тыльной стороной ладони вспотевший лоб.

– Конечно сейчас, – Распорядитель мягко подтолкнул Дена к камню. – Хэллоуин заканчивается. Часики тикают: «тик-так, тик-так». Время уходит. Смелее, мой друг.

– А что потом? – спросил Марк. – Что будет, когда дорога закончится?

– О – о, время пролетит незаметно, и вы снова встретитесь, – Распорядитель закатил глаза и сцепил руки в «замок». – Поверьте, вам будет, что поведать друг другу.

Ден первым подошёл к камню. Быстро прочитал выбитые слова и, повернувшись к друзьям сообщил:

– Я иду налево. Здесь написано: «Налево пойдёшь – будешь богатым и жить в полном достатке».

«Но за всё в жизни надо платить, – прошептал кто-то Дену в левое ухо».

– Пока, Юма. До встречи, Марк, – Ден помахал друзьям рукой и свернул налево, быстро удаляясь.

– Теперь моя очередь, – подбежала к камню Юма. Она долго водила пальцем по пыльным ребристым буквам и, наконец, решилась. – Иду направо. Это то, что мне нужно. Здесь написано: «Направо пойдешь – будешь всех любить и всеми любима».

«Но без всякой скромности и стыдливости, – прошептал кто-то Юме в левое ухо».

– Теперь я? А можно выбрать тоже, что и мои друзья? – уточнил Марк.

– Всё, что угодно, – Распорядитель расплылся в угодливой улыбке. – Но сначала прочти. Внимательно прочти и хорошенько подумай, прежде чем сделать свой выбор.