Мария Трофимова
Родька

Родька

Сегодня я проснулся как обычно. Кофе, почта, соцсети, душ, дорога на работу. Ехать до офиса 50 минут на электричке без пересадок. Обычно читаю, но накануне как раз закончил книгу, а новую выбрать не успел. Выбираю, как правило, в библиотеке или покупаю электронное издание.

В общем, заняться было нечем и я, сидя у окна в теплом вагоне, задремал. Осенние сумерки за окном и дрёма подсказывали, что весь день будет туманным. Я провалился в глубокий сон за несколько секунд. Стук колес словно маятник при гипнозе – не давал выбраться из этого уютного состояния крепкого сна. Но тут под колесо и без того скрипучей телеги попал камешек и я резко подскочил вместе с прилипшей к лицу соломой, на которой спал. Родя ругнулся на лошадь и через плечо пшикнул в мою сторону: “Спи-спи, ещё не скоро приедем”. Я, обрадованный, что не проспал свою остановку, хотел было лечь обратно. Но тут мне пришла мысль, что всё-таки я ещё сплю. Ну или спятил.

Сельчанин

С одной стороны я понимал, что мы со старшим братом Родькой едем в соседнее село за пятью курами, которые обещала мамке Липа Семёновна Древина. Но с другой стороны, сегодня понедельник и нельзя опаздывать в офис, а электричка меня явно туда не везет. Да и электрички нет. Нет ни станции Турист, ни Лобни – есть Гришкино, откуда мы с Родькой выехали, и есть Манино, куда едем за курами. А ещё у них в Манино калачи на базаре вкуснее. Да, точно спятил.

Я лег обратно в телегу, пытаясь сообразить, где сон, а где явь. На голубом небе проплывали небольшие белые облака, изредка прикрывая утреннее солнце. Решил посмотреть время, но часов на руке не оказалось. На мне были льняные штаны и рубашка. Я спросил у Родьки, который час, на что он ответил, что время положить чего-нибудь в живот, и мы заедем к Ульяне попить чайку – её дом был первый по дороге в Манино. По четвергам Ульяна пекла вкусные пироги с капустой.

Нужно было придумать вопрос, который хоть как-то прояснил бы ситуацию. Я был доволен собой, поскольку до сих пор не впал в панику и не привлек к себе ненужное внимание. Моя жена писатель с образованием журналиста – она бы мне подсказала, что спросить, но я не могу позвонить – у меня нет телефона, я живу в деревне с родителями и старшим братом и сейчас… я вспомнил, сейчас 1895-й год. Меня посетили два объяснения происходящего: либо я участвую в каком-то эксперименте наших ученых, либо моя электричка въехала в портал и перенеслась в другое измерение – я такое видел в кино.

Если первый вариант верен, могли бы и предупредить, подумал я. Если случился второй вариант, то где все пассажиры электрички? Я решил, что в течение дня буду искать подтверждение второму варианту, вглядываясь в лица прохожих. Третий вариант, в котором я просто спятил, тоже пока оставался в силе. Меня вполне мог довести до ручки новый директор, поскольку детали, чертежи которых он попросил сдать до пятницы, предоставить в такие сроки было нереально. Ещё до выходных на планерке я спорил с ним по этому поводу.

Телега грубо остановилась и Родька, что-то пробормотав про ямы на дороге, спрыгнул и пошел в сторону появившегося у дороги забора. Я подумал, что даже больше ста лет назад водители жаловались на дороги, ухмыльнулся и последовал за братом. Идти босиком почему-то было привычно и пока необъяснимо. Мы зашли в калитку и нас встретил недружелюбный лай собаки.

– Будет тебе! – крикнула собаке вышедшая к нам на встречу Ульяна.

Девушка лет двадцати пяти, в сарафане, платке и босиком. Она жила вдвоем с сыном, муж позапрошлым летом ушел в лес и не вернулся. А что обо мне подумает моя жена? Уехал на работу и не вернулся. К сердцу подступила волна паники, а к глазам слёзы. Как же теперь мои родные? Увижу ли я их когда-нибудь? Единственное, что я пока понимал, что будущее, в котором я был ещё утром, тем другим осенним утром, в Подмосковье в 2022-м году – не сон. Мы зашли в избу.

– Давеча купаться ходили на пруд с Ивашкой, так захворал, лежит вон, отпаиваю травами. Самовар всё время горячий, садитесь!

Пахло печкой, пирогами и смородиной. Вероятно, Ульяна заварила её на чай. Мы сели за стол и Родька, налив по чашке мне и себе, принялся за пышный кусок пирога. Мне не хотелось ни есть, ни пить. Вид у меня, вероятно, был от волнения нездоровый, что сразу отметила Ульяна. Родька ответил ей, что это из-за раннего подъема “нынче”. Я у них избалованный и встаю поздно. Они посмеялись. Однако, мне становилось всё хуже: дыхание участилось, замутило, хотелось прилечь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.