Рюкзак жизни
Со Яфи

Корректор Татьяна Исакова

Дизайнер обложки Мария Ведищева

© Со Яфи, 2023

© Мария Ведищева, дизайн обложки, 2023

ISBN 978-5-0060-5936-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Одиночество. Оно существовало ещё до сотворения мира, и оно же останется единственным после того, как Вселенная канет в Лету. Это страшное слово, которое звучит каждый день, заставляет человека размышлять не только о себе и бренности своего существования, но и обо всём мироздании вообще. Каждый видит в этом слове что-то своё. Для кого-то это спасение, для кого-то – страшная мука, сравнимая со смертью, а для кого-то – жизненное испытание, которое, как ни странно, в итоге приводит к невероятному счастью. Но на свете есть и то одиночество, которое сидит в глубине души, даже если человек находится в большой и весёлой компании. Это именно то одиночество, которое обычно оказывается страшней всех остальных, потому что человек обычно не подозревает о нём до крайнего случая, до того случая, пока не окажется с ним один на один.

Зайдите в любой школьный класс, и вы увидите, что даже в самом весёлом и задорном ребёнке скрывается один из видов одиночества. На первый взгляд в учениках нет ничего примечательного или необычного, но если узнать их настолько близко, насколько они знают лишь сами себя, то можно увидеть страшные терзания, свойственные как раз таки одиночеству.

Возьмём, к примеру, совершенно обычный десятый класс, где все уже взрослые, самостоятельные люди, знающие, чего они хотят от жизни, и посмотрим, есть ли хоть в ком-то из них страх одиночества.

Вот за партой возле открытого настежь окна, за которым уже не весенняя, а летняя погода и духота, сидят две красивые девушки. По всем признакам внешности, постановке голоса или того, как они показывают себя в классе, не стесняясь обсуждать сокровенные темы громко вслух, можно сказать, что они лучшие подруги. И у каждого, кто их увидит в первый раз, сложится весьма правдивое впечатление, что они никогда не знали и вряд ли будут что-то знать про одиночество. Но так ли это? Так ли всё хорошо на самом деле, как они хотят всем это демонстративно показать, выкрикивая слова, которые давно бы других вогнали в краску?

Эти две девушки – Юля и Лиза – делают всё возможное, чтобы в будущем стать моделями, а уж если у них всё получится, то вряд ли они будут одинокими и никому не нужными. Но каждая из них, приходя домой и выслушав в свой адрес очередные эмоциональные, негативные вопли от родителей, которым не нравится, чего именно хотят их дети от жизни, закрывается в своей комнате. Уходя от реального мира, эти девушки остаются одиноко преданными самим себе вплоть до того момента, пока они не покинут комнату, в которой сидят. И даже всё то, что они показывают на публику, не может с уверенностью сказать, что они счастливы и не одиноки.

А четверо парней, которые сейчас стоят у доски и, перекидываясь весёлыми словечками, насмешливо поглядывают на весь остальной класс? Они дружат с раннего детства и везде ходят вместе, получив за это кучу прозвищ от учителей и родителей. Но никто из них ни разу даже не подумал обидеться на какие-то там слова, так как дружба для каждого очень важна. Но почему же они так дорожат этой дружбой? Разве не потому, что боятся того самого одиночества, которое останется, когда всё веселье спадёт на нет?

Даже если их дружба держится не на страхе остаться одним, то можно в каждом из них найти похожий страх, который ходит по пятам и преследует их по ночам, заставляя вздрагивать и просыпаться. Из этой весёлой четвёрки только Егору по-настоящему знакомо чувство бессонницы из-за навязчивых мыслей, которые стучатся в его голову, как только он начинает засыпать. Он каждую ночь, укладываясь спать, зачем-то прокручивает в голове мысли, в которых не видит рядом с собой верных друзей. И чем ближе окончание школы, тем меньше его организм отдыхает по ночам.

Вадим – самый высокий среди парней, с раннего детства мечтает стать пилотом и до сих пор держится за эту мечту. С ним вроде бы всё хорошо, у него не должно быть каких-либо переживаний по поводу одиночества, но именно идеальная жизнь привела его к противоположному. У него есть и друзья, которые никогда не бросят в беде, и замечательные родители, и даже мечта, но всё это он делает, лишь бы не упасть в грязь лицом перед семьёй. Ему хочется показать, что он лучше всех, что он заслуживает их одобрения, а на самом деле периодически вместо того чтобы пойти гулять, ему хочется лечь и не двигаться, чувствуя излишнюю праздность всех остальных.

Парень, рисующий на доске странные силуэты и поглядывающий на девушек за первой партой, тоже уже определился, что хочет от жизни. Влад собирается стать полицейским, но эта мысль до некоторого времени ни разу не посещала его мозг. Всё произошло буквально с бухты-барахты, изменив всё его представление о мире и о том, как лучше бороться со злом. Не получи он страшные известия, не останься он на попечении своей несуразной тётки, он бы, может, и не почувствовал душевное одиночество, но в какой-то момент всё же пришёл к его осознанию. Даже если бы у него в семье не произошла огромная трагедия, заставив Влада осознать одиночество, которое его окружает, осознание это пришло бы к нему чуть позже. Именно тогда, когда Стас, ещё один из парнишек, стоящих у доски, всё же смог увести у него девушку. Этой самой девушкой была Юля, и Стас, зная, что Влад меняет девочек как перчатки, уже давно собирался отбить её, но пока не представилось такого шанса.

Как можно видеть, все эти ребята хоть и кажутся со стороны выскочками, задирами и самовлюблёнными подростками, на деле скрывают за всей этой оболочкой страшное одиночество, бороздящее их души. И сколько бы они ни пытались доказать даже себе то, что они не одиноки, что им есть, на кого положиться, и что они никогда не узнают все те муки, которые чувствуют люди, оказавшись изолированными от общества, на деле всё оказывалось иначе. Каждый из них был невероятно одинок, хоть и не собирался в этом никому признаваться.

В основном все эти ребята, стараясь скрыть одиночество поглубже в себе, начинают показывать агрессию, тем самым портя отношения не с учителями, не с друзьями и даже не с родителями, а в основном с посторонними людьми.

Даже несмотря на то, что все они очень умные ребята и никогда не спорят с учителями, а, наоборот, делают всё возможное, чтобы их аттестаты были как можно лучше, никогда не упускают возможности случайно пнуть первоклассника или дать подзатыльник пятикласснице. Они всё это проворачивают лишь тогда, когда кроме друзей и детей их никто не видит, поэтому им всё это сходит с рук. Больше всего задирать малышей любят Стас и Егор. А Вадим? У него есть мечта, есть друзья, казалось бы, что ещё надо? Но нет. Он тоже всеми силами пытается показать своё место среди друзей, словно доказывая, что заслужил его, пугая девочек из соседних классов жуками, пауками и тараканами, которых умудряется находить даже зимой.

Есть среди учителей и свой любимчик. Влад. Он всегда окружён вниманием и заботой, словно бы никто не видит в приятном на вид пареньке злую сущность, вырывающуюся изнутри лишь на ночных посиделках с компанией друзей. Спиртные напитки, сигареты и драки – это самое безобидное, что он успевает делать, пока все нормальные люди спят. Но, даже несмотря на его странный характер, на удивление, практически никто не знает об этих инцидентах. Разве что те девушки, с которыми он встречался, успевали поближе узнать Влада. И парень, каким-то образом оставив с каждой из них хорошие отношения, хоть все его романы длились максимум месяц, никогда не признавался друзьям, почему так поступает.

Может показаться, что единственными безобидными в классе являются Юля и Лиза, но это тоже не так. Юля – самая модная в их классе, являясь в данный момент девушкой Влада и в основном всё время проводя в его объятиях, периодически забывая о лучшей подруге, любила покрасоваться вычурными нарядами. Девушка, пытаясь навести на себя взгляд Влада, который, по её мнению, с каждым днём остывал всё больше, холодел к ней, позволяла себе самые короткие юбки, топы без лямок и громоздкие серьги. Учителя старались с ней бороться словами, но они не давали никаких результатов. В итоге все эти разговоры заканчивались громкими скандалами, быстро росшими по школе сплетнями, из-за которых девочку дома сильно отчитывали. В особенности возмущениям предавался её отец, который был главным архитектором города и желал, чтобы его семья была образцом подражания, а не поводом для глобальных сплетен.

Лиза же, пытаясь защищать подругу, вскоре поняла всю бессмысленность ситуации и, зная, что нужно куда-то девать образовавшееся свободное время, пошла на актёрские курсы, которые устраивал театр в их городе. Уже скоро она должна была получить главную роль в большом, хоть и непопулярном, спектакле и была горда собой, но чувствовала, что ей не хватает рядом поддержки Юли. И, понимая то, что она всё же теряет подругу, милая на внешность Лиза перестала прятать своё пристрастие к курению от учителей. Её откровенные выходки несколько раз чуть не приводили к исключению, но всё каким-то образом обходилось. Только вот если она и умудрялась совладать с учителями, всё же стала проблемным подростком, который состоит на учёте в полиции, попавшись на мелкой краже в магазине.

Но все они вместе никогда не сравнятся с их одноклассницей – Ариной. Эта вычурная, безбашенная девушка ходит в школу, как в музей, а так как музеи она ненавидит, посещает школу примерно раз в месяц. В отличие от остальных девочек в классе, у неё нет модных коротких юбок и открытых кофт, также у неё нет и тонны косметики, которой пользуются одноклассницы, или модной стрижки. Её соломенного цвета волосы всегда запутаны в высокий хвост или пучок, сама девушка ходит в кожаных одеждах, тем самым пытаясь подражать старшему брату-байкеру. У Арины даже есть свой собственный двухколёсный друг, с которым она практически не расстаётся, но всё же не из-за этого всего она прославилась в своей школе. В четырнадцать лет девочка пришла в школу до чёртиков пьяной и тут же побрела в столовую. Разгромила там всё, что было, включая одну-единственную раковину в дальнем углу и деревянную швабру на кухне. Она исколотила директора и несколько учителей, которые пытались её остановить. Под конец всего порезала осколком стекла руку повара и через неделю как ни в чём не бывало вернулась обратно. Приехав на грохочущем байке, девушка спокойно вошла в здание и побрела вальяжной походкой на уроки, словно говоря всем видом, что она королева этого мира. Как бы одноклассники ни допрашивали её тогда, девушка осталась непреклонной. Никто так и не понял, почему её не исключили или не отправили в какой-нибудь интернат для трудных подростков, но и дружить с ней никто не перестал, ведь после этого случая Арина стала очень популярной. Всё дело в том, что благодаря именно Арине уволился самый несправедливый учитель, который никогда не ставил оценки выше тройки даже отличникам. Все были благодарны Арине за это и вскоре обсуждали только эту новость, забыв о том, в каком виде она блуждала тогда по школе.

Лев Романович был учителем математики. Он всегда хотел, чтобы его ученики были лучше всех остальных, чтобы они побеждали на олимпиадах, хотел, чтобы его ученики выбрали достойные профессии. Он пытался раскрыть их талант в математике, но вот из-за того, что никогда не ставил пятёрки, славился злым и жестоким человеком на всю школу. И после того как четырнадцатилетняя девица умудрилась сломать ему нос и руку, уволился и сейчас спокойно занимался с одарёнными детьми в специализированной на математике школе.

Как можно понять, Арина не на пустом месте стала такой агрессивной и отчаянной девушкой, подражая старшему брату. С раннего детства она чувствовала себя обделённой, когда родители ставили брата в пример и демонстративно показывали, что он намного лучше неё. Взрослые никак не могли предположить, что делают тем самым самую грубую ошибку в своей жизни. Девочка не просто не стала усерднее учиться и пытаться привести свой пылкий характер в порядок, она, наоборот, стала прилагать больше усилий, чтобы её замечал хоть кто-то не как младшую сестру, а как отдельную личность со своими интересами и своими мыслями.

Хоть этот десятый класс и маленький, потому что многие ушли раньше и сейчас уже занимаются в колледжах, но к каждому из учеников учителям приходится подбирать свой подход. Взрослые хоть и не знают, насколько их ученики в глубине души ощущают себя одинокими, всё же чувствуют, что детей нужно всего лишь поставить на путь истинный и показать, что без агрессии тоже можно вполне здраво существовать. Все они по-своему умные, по-своему одарённые, и учителя в них верят, несмотря ни на что. Они почему-то уже сейчас знают, что каждый из этих ребят добьётся многого в жизни, но остаётся всего лишь направить их на истинный путь.

Ребята, не слушая всех этих наставлений учителей, каких-то порицаний родителей, пытаясь скрыть своё одиночество, по вечерам собираются в толпу и, приобретая алкоголь с сигаретами, спокойно расхаживают по всему городу, продолжая буянить. В голове учителей до сих пор никак не укладывается тот факт, что их ученики – бунтующая молодёжь, потому что все они были слишком хорошо и модно одеты, красиво стрижены, а по выходным очень часто посещали со своими родителями хорошие рестораны их города. И всё же ребята предпочитали забыть обо всех этих изысках и насладиться весёлой компанией друзей где-нибудь в тёмном парке или на скамейках открытого дворового стадиона, ведь только тогда они могли быть просто собой. Им ночью было позволено всё, так как родители из дома в такой поздний час не выходили, а учителя не имели права их пресекать, даже если и проходили рядом. Они не были в школе, что очень часто напоминали ребята, когда кто-то из учителей всё же позволял себе высказать свои претензии.

И сейчас, когда закончился последний урок, ребята уже весело обсуждали ближайший вечер, в который они, хохоча, будут сидеть у Юли дома, так как её родители с младшей сестрой уехали на дачу. Но тут на всех парах в класс заявилась Арина, сияя своими грубыми чертами немного смуглого лица с приплюснутым и маленьким лбом, в одно мгновение прерывая все дальнейшие обсуждения. Как и всегда, на её плечах висела кожаная чёрная куртка с шипами.

– Ну что? Соскучились? – надувая жвачку, усмехнулась она.

– Да ты сбилась с ритма жизни! – захохотала звонким голосом Елизавета, подходя ближе. – Уроки только что закончились. Ты не успела получить свои двойки!

– Я не только знаю то, что закончился очередной день в школе! – с наглостью заявила Арина. – Я знаю, что на завтра ничегошеньки не задали. А это значит лишь одно!

Девушка начала рыться в шкафу возле двери, что-то пытаясь отыскать. Все в классе внимательно следили за её манипуляциями и переглядывались друг с другом. Никто даже не двинулся с места, чтобы подойти к двери или продолжить собирать учебники в сумки. Всем было интересно, что именно успела задумать их приятельница, пока прогуливала уроки.

Несмотря на то, что все спокойно наблюдали за Ариной со своих мест, всё же нашёлся один человек, которому стало неинтересно. Если все в классе и пытались скрыть или скрасить своё одиночество так, чтобы никто о нём не догадался, то вот одна девушка предпочитала, наоборот, обходить всю толпу стороной. Она выделялась из толпы своих одноклассников, потому что не ввязывалась в перепалки с учителями, не нарушала правила школы и пыталась быть незаметной, но при этом справедливой. Обычно таких ребят называют серыми мышками или гадкими утятами, которые изначально почему-то не влились в общий коллектив класса, но именно это и привело к тому, что она стала слишком заметной для всех остальных.

И вот сейчас, пока все ребята сидели на партах где-то возле входа, весело хохоча и предполагая, что именно хочет найти Арина, в другом конце класса собирала учебники в рюкзак неприметная девушка. Она не была похожа на остальных в этом классе. Всем казалось, что она ненормальная, отсталая или больная. Ребята, привязав эти и другие подобные клички, с периодичностью только так её и называли, а любому случайному прохожему могло показаться, что одноклассники забыли имя девушки. Но прозвища были точными, потому что девушка не разговаривала. Совсем. Даже когда учителя что-то спрашивали по заданию, она молча стояла, уткнувшись взглядом в парту или открытый на ней учебник. Многие поговаривали, что она немая. Кто-то уверял, что она ведьма и ей отрезали язык за её колдовство. Она как будто жила в своём мире – носила большие кофты, немодные джинсы. Её медового цвета волосы будто с пятого класса не росли, оставшись в удлинённом каре. При всём этом девушка не была страшной, но по сравнению со своими одноклассницами всегда чем-то отличалась.

Увидев, как Света, а это была именно она, подошла к двери, накинув на спину тяжеленный от учебников рюкзак, Влад, который стоял, прислонившись спиной к дверному косяку, тут же перегородил ей дверь рукой. Это было настолько резко, что девушка от неожиданности дёрнулась и уставилась на руку парня, оказавшуюся прямо перед её носом.

– А ты куда собралась? – нахально поинтересовался черноволосый парень, сверля своим насмешливым взглядом одноклассницу.

Девушка, которой было трудно долго концентрироваться на руке перед носом или на самом парне, вскоре отступила назад, чтобы спокойно лицезреть рисунок на старом линолеуме. И только она знала, что руки, которые она спрятала в карманы брюк, с невероятной силой сжимаются в кулаки. Она уже поняла, что выйти из класса у неё сегодня не получится. Так уже было и не один раз.

Если Арина что-то задумала, она это обязательно сделает, и ей не помеха ни школьный охранник, ни учителя, ни даже директор. Год назад она пришла вот точно так же после занятий в их класс, и они играли в бутылочку на желание. Света в это время учила дома очередное правило по русскому языку, а вот наутро в классе стояла невыносимая вонь. Этот запах в себе смешивал несколько алкогольных напитков, запах сигарет, запах украденных из кабинета химии реактивов и чего-то подпалённого. Именно это дало повод учителям усомниться, а действительно ли эти дети достойны идти в десятый класс? Их тогда всех не допускали на занятия целых две недели, чтобы они подумали над своим поведением, но не тут-то было. Все были очень рады, когда им дали ещё одни каникулы, в которые не надо было заниматься учёбой и можно было бродить по городу хоть целый день.

– Смотрите, что я вчера нашла на чердаке этой грёбаной школы! – вытащив какую-то доску, радостно оповестила Арина.

– Эй! – Влад провёл возле лица Светы рукой. – Я с тобой разговариваю или с дверью?

Девушка, не реагируя уже ни на что, продолжала стоять как вкопанная. Она сейчас была похожа на статую, от которой пьяный бездомный пытался добиться хоть слова, чтобы понять, почему его жизнь дала такой странный поворот. И если бы Света сейчас подумала бы об этом, то точно бы не сдержала улыбки, но она знала, что именно это привело бы к ещё большим насмешкам со стороны одноклассников.

– Да отстань ты от неё! – усаживаясь на парту рядом с дверью, громко усмехнулась Лиза. Закинув ногу на ногу, от чего её юбка поднялась выше, она продолжила: – Я от этой придурошной ни слова за всю учёбу не услышала.

– А её выпускать нельзя. – К ним поспешно подошла Арина и, схватив своей крепкой рукой Свету, с силой потащила её в середину класса. Не заботясь о том, чтобы не стукнуть девушку об парту, Арина вела её подальше от двери, а та уже и не сопротивлялась. – Если вы сейчас её выпустите, она накаркает учителям, что мы сегодня отрываемся в школе!

Света, понимая, что силы между ней и одноклассницей неравны и перевес уж точно не на её стороне, не вырывалась. Она никогда не занималась каким-нибудь боксом или хотя бы каратэ, чтобы сравниться по силе с девушкой, которая не один раз рассказывала, как они с братом устраивали настоящие кровопролитные бои, лишь бы узнать, кто сильней и кто достоин быть лучшим в их семье.

– И что ты собираешься делать с ней? – накручивая на палец свои роскошные белые кудри, сидя на учительском столе, ехидно поинтересовалась Юля. – Убьёшь её? Тогда нам точно крындец!

– Было бы неплохо! – твёрдо и насмешливо кивнув, усмехнулась Арина. – Но у меня на неё другие планы.

Арина насильно усадила Свету за парту, на которой сидели Егор с Вадимом, и повернулась к остальным ребятам. Света же, которая оказалась лицом к спинам парней, тут же отодвинулась и посмотрела на свои руки. Руки были ничем не примечательными, но явно симпатичнее, чем зады парней.

Вадим, как только Света опустила свой взгляд на руки, тут же в одно мгновение перекинул ноги на другую часть парты, опустил их на один из стульев и, ткнув указательным пальцем едва ли не в нос Свете, нагло улыбнулся. Девушка, никак не отреагировав на это, скрестила руки на груди, словно пытаясь защитить свою душу от посторонних глаз, уставилась в край парты, на котором лезвием был вырезан какой-то непонятный узор.

– Ты будешь хорошей девочкой, или мы всё же найдём способ тебя прикончить, – парень сделал жест выстреливающего пистолета и отвернулся. – Ну и чего это за хреновина? Я лучше бы покидал в малявок кузнечиков!

– И где ты их возьмёшь? – спрыгнув со стола и подходя к парню, поинтересовалась Лиза.

– Ау! Детка! На улице почти лето! Я могу найти кузнечиков где угодно! – он мягко оттолкнул её от себя, когда она подошла почти вплотную, и ухмыльнулся.

– А я не про кузнечиков… – прошептала она ему на ухо, но парень от неё отшатнулся. – Я про малявок.

– А в коридоре уже не интересно? – он усмехнулся.

– Да они все утопали час назад, – пожала плечами девушка. – Кроме нас в этой чёртовой прогнившей школе никого! Что мы тут ещё делаем? Пошлялись бы… Меня нагнетают эти стены. Тут как-то слишком одиноко и тихо. Ни-ко-го! Никого, кроме нас и дебильных учителей.

– А вот это мы сегодня и узнаем! – радостно заявила Арина, вновь повернув на себя все взгляды, кроме одного.

– Ты хочешь сказать, что мы идём убивать учителей? – с какой-то то ли радостью, то ли надеждой в голосе поинтересовался светловолосый Егор.

– Это неплохая мысль, но завтра выходной и они тоже все по домам умотали. Убьём их чуть позже, – хладнокровно отмахнулась Арина.

– Тогда мне становится всё больше интересно, что ты там задумала! – с интересом хмыкнул Стас, чьи ярко-синие глаза разглядывали доску на столе, которую как раз и достала из шкафа девушка.

– Мы будем вызывать духов! Разве не здорово? – позитивно спросила Арина и, грубо спихнув Егора с Вадимом со стола, тяжело уронила на их место толстую доску.

– Чушь собачья! – скептически повертев доску в руках, проговорила Лиза. – Мы такими на сцене пользуемся. Это просто детские игрушки!

– Так из любой детской игрушки можно сделать что-то необыкновенное! – Глаза Арины горели каким-то дьявольским огнём, и все поняли, что игра уж точно не будет обычной.

– Ты хочешь сказать, что духов мы будем вызывать по-своему? – всё ещё стоя возле двери, прислонившись к её косяку, поинтересовался Влад.

– Конечно! – на радостях от его догадки подтвердила девушка.

Ребята, заперев дверь и спрятав ключ так, чтобы его не смогла достать Света, стали дожидаться темноты, что было затруднительным делом в мае. Как только потемнело до такой степени, что закрытые шторы могли погрузить класс в подобие тьмы, ребята сели вокруг одной из центральных парт, на которую Арина положила доску, и стали дожидаться дальнейших приказаний. Лишь одна Света до сих пор сидела на том самом месте, куда её усадила одноклассница, и не шевелилась, надеясь на то, что про неё забыли. Она просто положила голову на руки и разглядывала узоры на парте, которые вырисовывались не один год.

– Эй, ты! – крикнула в её сторону Арина. – Мне, конечно, плевать, если ты отбросишь копыта, но тебе стоит сейчас сесть здесь и делать то, о чём мы попросим тебя! И быстрей! Я не хочу вставать и тащить сюда твою ведьмовскую тушу!

Света даже не шелохнулась. Она знала, что все затеи этих ребят ни к чему хорошему не приведут, и поэтому сжалась ещё больше. Ещё ни разу вот такие их посиделки в классе или у кого-то дома, начиная с пятого класса, не увенчались чем-то хорошим или безобидным и безопасным. Света даже успевала удивляться, как после некоторых их проделок кто-то оставался жив.

– Да пускай там сидит! – неожиданно высказалась Юля. – Она нам не мешает, мы ей не мешаем. А если решит проболтаться, пусть сначала подумает, ведь она тоже соучастник!

– Говорю же, что мне плевать! – грубо бросила Арина. – Но если она сдохнет, крайними сделают нас! – Она снова подошла к Свете, схватила её за руку и вскоре, даже не извинившись за то, что оставила на ней несколько ссадин из-за того, что девушка цеплялась за острые края парт, усадила её на один из стульев рядом с остальными ребятами. – Тебе придётся нам подражать, как бы ты этого не хотела, – в сердцах рыкнула девушка и посмотрела на остальных ребят. – Ну, что?

Света, прижавшись к спинке стула, уткнулась взглядом в свои руки, которые сложила вместе на коленях. Она среди одноклассников всегда была не в своей тарелке, но сейчас ей придётся делать то, о чём они просят, чтобы просто выжить. Кто знает, что задумали эти дети, которым и смерть была не страшна? Да и сидеть практически вплотную с Владом и Юлей было просто невыносимо. Больше всего она была удивлена тому, что Арина решила посадить её именно сюда, между двумя влюблёнными, и чувствовать себя совсем уж худо, потому что ребята точно будут всю игру тянуться друг к другу.

– Ну и что нам делать? За руки по-идиотски взяться? – хмыкнула Юля, которой тоже не сильно понравилось вмешательство Светы между ней и Владом.

– Это полный дебилизм, – хищно улыбнулась Арина, которая, в отличие от ребят, не спешила усаживаться. – Возьмитесь за руки… Зажгите свечи… Произнесите тупые слова… – Она поморщилась. – Нет! Этого мы делать точно не будем. Мы всё сделаем по-своему!

– Ну и с чего же начнём? – на этот раз скептиком выступил Стас. – Забьём невинную душу? Вон, Вадик сможет какого жучка отрыть!

– Сам иди их рой! – грубо возразил Вадим. – Они не такие невинные, какими кажутся на первый взгляд.

– Мы просто призовём какого-нибудь духа и всё, – мотнула головой Арина. – Не будем трогать вот эту стрелочку ни под каким предлогом. Просто будем сидеть и наблюдать за ней, – пояснила она. – Так что, готовы?

– И как же ты призовёшь душу? Заклинаниями? – фыркнул Влад. – Думаешь, даунка поможет тебе с этим? Вот для чего ты её оставила?

– Да ну её на хрен! – отмахнулась Арина. – Мы просто спросим, есть ли здесь какие-нибудь духи, и всё.

– Ну, так ты уже это сделала! – достав из кармана школьных брюк пачку сигарет, улыбнулся Вадим.

– И когда же? – изогнув брови, поинтересовалась девушка.

– Да только что! – пожав плечами, хохотнул парень и закурил. Все, кроме Светы, последовали его примеру.

– Это был не призыв, – вздохнула Арина. – Я просто объяснила, как будем действовать. И ещё! – Почему-то глядя на Свету, она расплылась в слащавой улыбке. – Мы будем играть на поцелуи!

– Как это? – не понял Влад, который от удивления даже оторвался от спинки стула. – В эту хрень можно играть на поцелуи?

– Естественно! – потирая, как муха перед едой, руки, кивнула Арина. – Каждый по очереди будет призывать духа. Если что-то зазвенит, застучит или просто издаст звук, то тот человек, который призывал, целует соседа в щёку. Если что-то упадёт, целует в губы! Если что-то разобьётся, целует сразу двух соседей. Одного в щёку, другого взасос. А вот если эта грёбаная стрелка хоть на миллиметр отклонится от своей точки, целуем в губы обоих. И неважно, парень это или девка! Ну как?

– Классно! – похвально закивал Егор. – Ты реально можешь превратить любую бестолковую игру в нечто крутое!

– Тогда приступим! – Она уселась на единственный свободный стул и скептически посмотрела на доску. – Я начну. И, кстати, вызываем так, как хотим. Никаких шаблонных фразочек из фильмов… Эм-м… Ладно. Слышь, ты, дух какого-то бомжа, поселившегося как-то в школе, ты не хочешь потанцевать своим гнилым скелетом на нашей тусе?

Все, кроме Светы, прыснули. Им было забавно слушать эту дичь, но вот когда за дверью скрипнул пол, ребята слегка испуганно переглянулись, а затем загоготали. Кто знает, может, это прошла уборщица или запоздалый ученик, который оставался дежурить? Света, которая пыталась всеми силами объяснить случившееся, всё равно поёжилась. Она верила в существование призраков и знала наверняка, что беспокоить призраков – плохая идея.

– Что ты там говорила? Какой поцелуй, если мы слышим скрип? – с любопытством поинтересовался Стас, который сидел справа от неё и уже успел незаметно приблизить голову к девушке.

– Тебя должно устроить то, что я поцелую в милую щёчку Вадимчика! – каким-то не свойственным ей милым голосом сказала Арина и повернулась к соседу слева, чмокнув его чуть ниже глаза. – Стасик! Ну же! Теперь твоя очередь! Не обижайся, может, тебе повезёт куда больше?

– Ну что ж… Кхе-кхе! – поёрзав на стуле, наигранно откашлялся парень. – Приступим. Призрак принцессы, не хочешь поцеловать меня? Я готов!

– Что за бред? – засмеялся Егор, который сидел от него через одного человека. – Ты всё ещё веришь в то, что встретишь реальную принцессу?

– А почему бы и нет? – не переставая улыбаться, пожал плечами Стас. – Нужно же хоть во что-то верить в жизни!

Он хотел сказать что-то ещё, но его прервали часы, висящие над доской. Они решили упасть, попутно расколов прозрачный купол на крупные осколки. Этот звон упавших часов заставил дёрнуться абсолютно всех.

– Вот чёрт! – визгливо воскликнула Лиза, которая с трудом заставила себя остаться на месте и не подскочить от испуга. – Они давно грозились шлёпнуться!

– А ты против? – насмешливо посмотрел на неё Стас. – Ведь я хочу отомстить Аришке и поцеловать тебя! Только вот в чём прикол… Если что-то упало, то взасос… Не так ли, Аришка?

– Да делай что хочешь, – скрестив руки на груди, спокойно отозвалась девушка. – Ты мне нафиг не нужен. – Она гоготнула. – Был бы нужен, поцеловала бы тебя!

Но Стас уже её не слушал, наслаждаясь достаточно долгим поцелуем с Елизаветой. Лиза была той девушкой, которая никогда не упустит своего шанса, и уже прокручивала в голове, как после этого окончательно заполучить парня для настоящих и крепких отношений.

– Да хватит! Хватит! – захохотал Егор. – Так до меня очередь совсем не дойдёт!

– Так мы можем тебе свой ход отдать, если так сильно хочешь! – отклеиваясь от симпатичной Лизы, широко улыбнулся Стас.

– Ну уж нет! – отрываясь от парня, возразила Лиза. – Свою очередь я вовсе не собираюсь кому-то отдавать! – Она посмотрела на доску. – Эй ты! Долбаный дух, тебе придётся прийти быстро, иначе никогда не получишь покоя!

Но на этот раз не происходило совсем ничего. Ничего не скрипело, не падало, не завывало, будто призраки в школе на этом закончились. Да и какие призраки в обычной школе? Никто этому не был так рад, как Света, потому что она надеялась: раз ничего не получается, то её скоро отпустят домой и перестанут мучить странными посиделками.

– Кажется, мы выбрали не очень удачное место, – поджав губы, сообщила Юля. – Нужно было идти в театр. Ведь это он построен на месте морга, который существовал там целых триста лет!

– Неправда! Ему и пятидесяти не было! – возразила Лиза.

– Да и похрен! – огрызнулась Юля. – Егор, давай ты! Может, мужской голос призывает лучше? Может, здесь дохли одни бабы? – Она зло сверкнула глазами. – Кто знает…

– Ну ладно. – Парень, пожав плечами, неохотно оторвался от спинки стула и подвинулся ближе к парте, словно хотел прочитать вопрос или кинуть кубики. – Призраки, вы вообще тут есть? Или нам стоит завернуть кантору и ворваться в театр?

– Мне кажется, или твой голос дрожал? – насмешливо проговорила Арина. – Что? Страшно?

– Ещё чего! – он опять откинулся на спинку стула.

– Ну тогда… – она прервалась на полуслове, так как слегка до этого запертая дверь с силой хлопнула. – Вот это я понимаю адреналинчик!

Девушка встала и подёргала ручку у двери. Она была закрыта, как и до этого, и всем на мгновение стало не по себе. Кто-то стал пояснять, что к ним заходила уборщица, у которой были свои ключи, или что они не до конца повернули ключ и сильный порыв ветра в открытое окно смог сквозняком приоткрыть дверь, но никто, кроме Светы, так и не поверил в призрака. До тех пор, пока Арина не стала искать ключи в своём кармане, всем было очень весело, но когда она сообщила, что ключей нет, все слегка переполошились. Выход с четвёртого этажа сейчас был один – три огромных окна по стене, за которыми царила глубокая ночь, но никто переживать по этому поводу не торопился. Некоторые из ребят поняли, что Арина могла их так разыграть, и поэтому продолжали веселиться.

– Мы сидим здесь все выходные! Круто! Сколько призраков найдём! – с энтузиазмом на повышенных тонах произнесла Юля. – Да и со всеми лично успеем познакомиться!

– Ага! Когда сдохнем от голода и жажды… – невесело подметил Егор. – Ну, зато мы будем все вместе, как настоящие и верные друзья.

– Да и хрен с этим, – буркнула Арина. – Егорчик, ты целовать кого-нибудь собираешься? – поинтересовалась она. – Или мы сразу к следующему идём?

– Я ещё не определился, с кем, потому что не знаю, как, – тут же гулко отозвался Егор.

– Что это значит? – не поняла Арина.

– А то, что насчёт двери ты ничего не говорила. Это был и стук, и движение. Так как целоваться-то? – парень тупо уставился на Арину, которая поджала губы в раздумьях.

– Да легко! – наконец отозвалась девушка. – Целуй всех в щёку и давайте дальше! – не найдя в случившемся ничего странного, вымолвила Арина. – Ну, живей!

Егор, мотнув головой, одновременно обнял за талию Юлю с Лизой и смачно их чмокнул. Проследив за тем, как обе девушки с некоторым отвращением вытирают руками места его поцелуя, он прислонился к спинке стула, чтобы потушить дотлевающую сигарету о соседнюю парту, и посмотрел на Арину. Та всё ещё наблюдала за доской, поэтому не заметила его ехидный взгляд

– Ну наконец-то! Теперь я! – задорно улыбнулась Юлия. – Кого же мне вызвать?

– Ты только быстрей, а? Они могут пойти погулять, – насмешливо намекнула ей Арина.

– Да ладно-ладно… – Юля завозилась на стуле, уже понимая, что придумать что-то поистине гениальное у неё нет времени. – Итак! Призраки, духи, привидения, кто там ещё бывает? Мы тоже можем чем-то постучать и что-то уронить. Это не алё! Может, чего-нибудь поприкольнее придумаете?

– И снова ничего! – весело подытожила Арина, когда они, оглядываясь по сторонам, просидели в тишине целую минуту. – Ну чего, ведьмочка? – Света, понимая, что очередь дошла до неё, незаметно дёрнулась и с ещё большим рвением стала разглядывать свои руки. – Твоя очередь! И как бы ты сейчас ни сопротивлялась, тебе придётся это сделать. Так что бери всё своё колдовство и вытряхивай его на доску! – Арина громко постучала кулаком по доске, отчего Света ещё больше вжалась в стул и едва ли не выкрутила глаза в сторону мозга через нижнее веко.

– Да она немая! Что она сможет вызвать? Корову, пока мычит? – засмеялся Влад, и все тут же громко загоготали.

– Ну, хоть корову! – на радостях хихикнула Лиза. – Правила здесь для всех одинаковые, – напомнила она. – Каждый должен вызвать призрака или духа. Так что у неё нет выбора!

«Вы все поплатитесь за эту ночь. Духи не любят, когда их беспокоят. Нельзя их тревожить просто так… Простите меня за то, что я сижу за этим столом. Я не могла ничего сделать».

– Вот чёрт! – Лиза и Стас одновременно вскочили со стульев, которые тут же с грохотом повалились на пол.

Влад и Вадим склонились над доской, которая лежала ближе как раз к Лизе и Стасу. У всех ребят глаза тут же округлились от ужаса. У всех, кроме Светы, которая продолжала сидеть неподвижно и разглядывать свои руки. Но если бы она увидела то, что видели ребята, эмоций точно бы не смогла сдержать.

Стрелка на доске сперва отклонилась от точки наполовину, а затем, сделав медленный оборот вокруг себя, указала на слово «да» в одном из углов. Именно это всех и перепугало. Все ребята, которые казались такими жестокими и бессердечными, были сейчас похожи на беззащитных младенцев с застывшим ужасом в глазах.

– Что это значит? – прошептала Лиза, прижавшись от ужаса к рядом стоящему Стасу.

Никто ей не мог с точностью ответить, потому что никто не слышал того, что думала в этот момент Света, а если бы она сказала это вслух, все тут же бы вылетели из класса как ошпаренные. Но сейчас, так и не найдя толком нормального объяснения происшедшему, все решили сослаться на очередную уловку Арины, которая всегда знала, как удивить ребят.

– Это просто какая-то ерунда, – запричитала Арина. Она, пытаясь доказать всем, что ничего не делала, схватила доску и попыталась оторвать её верхний слой. – Там какой-нибудь механизм внутри!

– А я думаю по-другому! – Юля склонилась над Светой и зашипела ей в лицо: – Мы не ошиблись в том, что ты грёбаная ведьма! Вот почему ты не разговариваешь! И сейчас, пока мы тебя не сожгли на костре, ты откроешь дверь и мы спокойно разойдёмся по разным сторонам. Ты поняла?!

Но Света даже не шелохнулась. Она будто была не только немой, но и глухой. Может, это действительно так? Но тогда что она делает в обычном классе? Почему её не отправили в специализированный на таких детях интернат? Этими вопросами одноклассники девушки задавались очень долгое время и, в конце концов, перестали этим заниматься.

– Ты слышала, придурошная? – забыв про разорванную доску, напала на девушку Арина. – Дверь сама себя не откроет, пока ты там не поколдуешь! – добавила она.

Света, пытаясь не обращать внимания на то, как к ней обращаются, и надеясь на то, что ребята от неё просто отстанут, продолжала неподвижно сидеть на своём месте. Но вместо того, чтобы оставить девушку в покое, они грубой силой потащили её к двери. И ладно бы только Арина, которая всегда была бесцеремонной, её тащили в шесть рук – Вадим, Влад и Арина.

– Нам всего лишь нужно, чтобы ты открыла эту чёртову дверь! Что непонятного? – взъелась на бедную девушку Лиза.

Света продолжала стоять, смотря себе под ноги, как ни в чём не бывало. Она боялась своих одноклассников, но признаваться в этом не собиралась. Не собиралась она и открывать дверь, которую не закрывала. Кто знает, может, Арина всё специально подстроила таким образом, чтобы свалить на Свету и доказать ребятам, что та настоящая ведьма? Не просто так же её не выпустили из школы после уроков.

– Да впечатайте вы её в дверь или её башкой дыру в двери проделайте! – грубо встрял Стас, которому не терпелось побыстрей покинуть зловещее место.

– Хорошая мысль, – закивала Арина, сильно схватив Свету за волосы сзади. – Ну же! Ты ведь не хочешь ходить с дыркой в голове?

Свете под натиском одноклассницы пришлось приподнять голову и посмотреть на дверь. И именно это заставило её что-то придумать. Они от своих слов никогда не отказываются. Вот кто-кто, а Арина никогда не упускала возможности поиздеваться над ней как следует. Именно поэтому Света, морщась от того, что Арина больно держала её за волосы, стащила с плеч набитый школьными принадлежностями рюкзак и открыла один из больших боковых карманов. Рюкзак она успела схватить как раз в тот момент, когда Вадим и Влад силой поднимали её со стула, и она была этому рада, ведь иначе дверь открыть у неё бы точно не получилось. Сколько бы раз ребята ни обзывали её ведьмой, она всё ещё продолжала быть совершенно обычным человеком без каких-либо странных способностей.

Девушка, стараясь не показывать слёз, которые скопились в глазах, выудила из рюкзака что-то наподобие шпильки или заколки, но тут же на этом остановилась. Ей было достаточно того, что Арина перестала больно тянуть её голову на себя. Света хотела как можно скорее покинуть класс, но знала, что это случится ещё не скоро.

– И чем нам поможет эта хрень? – насмешливо поинтересовалась Юля, которая успела подойти к двери и сесть на ближайшую парту.

– А тебе не плевать? – задала вопрос Арина, подтолкнув Свету ближе к двери. – Открывай давай!

Света, освободившись от рук Арины, вставила шпильку в замочную скважину и повертела ею. Щелчок оповестил всех о том, что дверь открыта, и девушка отошла на шаг назад, убирая заколку в карман вместе с руками. Она не собиралась выходить первой из класса, потому что впереди может быть очередная подстава, а следом за ней глупые насмешки одноклассников.

– Валим отсюда! – прокричала Арина, и все припустились бежать, пока невидимые силы не схватили их в плен.

Лишь одна Света никуда не торопилась. Она знала, что внизу сидит охранник, который их и поймает. Мужчина всегда был наготове и даже если не показывал виду, будто не видел, что свет в одном из классов был включён, всё равно выполнял свои обязанности чуть позже. А пока этого не произошло, Света могла сидеть в классе сколько угодно, хоть до самого утра.

Глава 2

Происшествие в классе так и осталось незамеченным, потому что Арина умудрилась заранее спланировать путь побега, а вот Света, едва не попавшись охраннику, чудом избежала страшной участи, потому что решила выйти из школы как раз в тот момент, когда он уходил курить. Всё ещё не веря своему счастью спустя неделю, девушка продолжала ходить в ужасе от того, как всё могло обернуться не в её пользу.

Неделя, за которую ребята успели как следует успокоиться, принесла немало сюрпризов, но, к удивлению, только хороших. Да и после того как ключи от класса были обнаружены возле одной из парт сразу же после выходных, говорило лишь о том, что никаких призраков на самом деле и не было. Если даже Арина и не подстраивала всего того, что случилось, то всё в итоге было списано на случайное стечение обстоятельств.

И вот спустя неделю, когда в школе учиться оставались лишь выпускные классы, десятый класс отставать от всеобщей суматохи не собирался. Понимая, что из всего того, что им будут вещать на последних уроках, они ничего не усвоят, ребята продолжали носиться по классу и не замечать того, что прозвучал звонок на урок.

– Так, всё! Рассаживайтесь… Успокаивайтесь… – В класс зашла пожилая женщина в больших круглых очках. – Хватит бегать! – она сказала это больше для галочки, продолжая улыбаться, поэтому никто не обратил на неё никакого внимания. – Я знаю, что сейчас у вас будет последний урок в этом году, и вы, счастливые, побежите по домам, но стоит меня послушать. Это важная информация.

Все неохотно расселись кто куда. Урок географии для ребят из десятого класса всегда был чем-то вроде классного часа, где они больше беседовали на различные темы, но никак не занимались географией. Зоя Павловна была их классным руководителем с пятого класса и поэтому не упускала возможности как-то подружиться с учениками. За это они её любили и знали, что она никогда не подведёт и спокойно нарисует оценку из воздуха. Учительница никогда и не думала, что кому-нибудь из ребят в жизни пригодится её предмет, так как понимала, что в современном мире слишком многое упрощено.

– Зоя Павловна! Может, не надо? – наигранно и наперебой заныли ребята. – Мы всё равно ничего не слушаем…

– Но сейчас вам лучше послушать. Как я уже сказала, это важно, – повторила женщина и сложила руки на столе, сцепив пальцы. Это означало, что дело действительно было очень серьёзным.

– Что мы сможем выучить за десять минут? Всю географию, которую не учили вообще никогда? – По классу прокатился смешок, но учительницу, как и всегда, это не обидело.

Женщина, не обращая внимания на все насмешки со стороны ребят, лишь миловидно улыбнулась в ответ и обвела класс каким-то слишком приятным и добродушным взглядом. Некоторые поёжились, ощутив в её взгляде нотки грусти, но быстро пришли в себя и напрочь об этом забыли. Учительница смотрела на них тем самым взглядом, которым обычно провожают выпускников в дальний путь, но все, кто был в классе, осознали, что то же чувство учительница испытывает не к своим любимым одиннадцатиклассникам, а именно к ним. Она смотрела на них так, словно знала, что больше никогда их больше не увидит, но этот взгляд был настолько мимолётным, что никто так и не придал этому хоть какое-то значение.

– То, что я вам предложу, должно помочь вам хотя бы освоить соседние города. – В классе воцарилась тишина, которой здесь не было никогда. – Слушаете? Хорошо. Я вам предлагаю вот что. – Она посмотрела на свои руки и вновь обвела ребят взглядом, но уже не печальным, а восторженным. – Завтра, вместо уборки класса, вы отправитесь в путешествие на корабле! – Все, с трудом сообразив, что именно она сказала, сперва не приняли её слова всерьёз, а затем быстро зашептались, склоняясь к соседу, предполагая, что классный руководитель просто пошутил. – На настоящем корабле, как показывают вам сейчас в фильмах. Вы будете останавливаться в городах, бродить по ним, изучать их географию и историю. Может быть, хоть так я вас заинтересую географией, и вы запомните хоть что-нибудь.

– Делать нам больше нечего! – прервал её Влад фырканьем. – Ну и на хрена нам учить географию и историю, когда мы можем спокойно отдыхать? У нас лето на дворе, а вы со своими уроками… Может, пощадите наши бедные мозги и пустите с миром?

Все, кто был в классе, тут же с ним решили согласиться. Даже Света, которая, как и обычно, сидела в самом дальнем углу класса и разглядывала школьный двор, взглянула на учительницу с едва уловимым презрением. Она знала, что у её родителей на неё не найдётся столько денег, чтобы отправлять её в путешествие, а тем более на корабле, но почему-то всё же стала переживать, что они готовы на всё, лишь бы сплавить куда подальше и не видеть её хотя бы несколько дней. И если это действительно было так, она могла оказаться в той же школьной ситуации, в которой находилась круглый год, ещё и летом.

– А кто-то сказал, что с вами едут учителя? – искренне удивилась Зоя Павловна. – С вами будут лишь те, кто управляет кораблём. Он будет останавливаться в городах, где у вас будет свободное время, чтобы сделать фотографии, посетить интересные места и совершить покупки. Но учить вам всё же кое-что придётся. – Ребята опять недовольно застонали, и учительница решила поспешно продолжить. – Я уверена, что это не помешает вам насладиться настоящим приключением. – Видя то, что никто из ребят не заинтересовался внезапным путешествием, учительница тяжело вздохнула. – Вам не надо будет учить школьные предметы. Вы всего лишь будете помогать членам экипажа, и вам придётся запоминать именно то, что они вам говорят. Никаких уроков. Только уроки жизни и весёлое времяпровождение. От вас нужно будет только одно – вы будете полноценными членами команды и выполнять все указания капитана.

– Вот это я понимаю отдых! – улыбнулась Юля. – Я точно еду! И Влад тоже!

– Хорошо, – расплывшись в улыбке, кивнула учительница и посмотрела на парня, который закатил глаза при этом известии.

– А как же цена? – встряла Лиза.

– Ваши родители уже всё с нами согласовали, все цены обговорены, и суммы давно отданы, – поведала Зоя Павловна. – Они долго не соглашались на самом деле, но потом, когда узнали, что у нас была вырвана скидка в пятьдесят процентов, они всё же согласились. Ещё скажу, что едут все, ведь это вам от меня задание на лето! – Света, поморщившись, вновь отвернулась к окну, потому что оказалась права. – На первых уроках одиннадцатого класса мы с вами будем обсуждать всё то, что вы успели увидеть. За подготовку всех необходимых документов и питание ваши родители также уже заплатили, так что вам всего лишь остаётся вовремя прийти к назначенному мной месту и отчалить от берега. – Она, поправив очки на переносице, начала рыскать по столу. – А теперь мне нужно, чтобы вы подписали вот этот документ…

– А что в нём? – сразу же засомневался Вадим, который привык читать все юридические, да и не только, документы, включая мелкий шрифт и прозрачные буквы. – Там разрешение на то, что нас можно на органы продать?

По классу вновь пробежался смешок. Все понимали, что документ является всего лишь никому не нужной формальностью, но не могли не съязвить. Никто не знает, чем может обернуться им это путешествие, но никто и не пытался верить во что-то, кроме хорошего. Впереди лето, каникулы, рядом ни учителей, ни надоедливых родителей, как можно отказаться от такого замечательного отдыха? И только спокойно сидящая в углу Света понимала, что стоит бояться всего того, что не было привычным в их размеренной и вполне себе скучной жизни. Любые кардинальные перемены могли стать той самой невозвратной точкой, которая не даст вернуться назад.

– Нет, Вадим, – спокойно вздохнула Зоя Павловна. – Подпись нужна лишь для того, чтобы заверить организацию в том, что вы знаете, как действовать при различных нештатных ситуациях, и что вы предупреждены о том, куда вас отправляют. Если хочешь, можешь прочитать ребятам вслух.

– О, нет, нет, – тут же начал отнекиваться парень, который читать не любил даже рекламу в интернете. – Я просто поставлю напротив своей фамилии галочку и смоюсь из этой школы домой! – быстро выпалил Вадим, первым подходя к документу на учительском столе. – Тут, верно?

Парень, взяв протянутую Зоей Павловной ручку, наспех махнул ею напротив своей фамилии и, сунув руки в карманы школьных брюк, вальяжно прошествовал до первой попавшейся парты. Он, не задумываясь над тем, что место не его, спокойно улыбнулся и, резво развернувшись, разместился за партой.

– А можно вопрос? Что нам брать с собой? – поинтересовалась Юля. – Вы сказали, что мы уже завтра отправляемся. Странно, что нам не сообщили об этом раньше…

– Ах да! – охнула женщина и поправила очки на переносице. – Спасибо, что напомнила. Я же совсем забыла сообщить вам об этом. Родителям я уже всё объясняла, они вам вечером должны всё рассказать, но думаю, что будет нелишним и мне вам всё поведать. – Она взяла стопку листов и протянула Юле. – Вот, держи, раздай каждому. – Зоя Павловна протянула ей скреплённые степлером листы, и девушка тут же прошествовала к учительскому столу. Она так быстро вырвала листы, что их угол, за который держалась Зоя Павловна, едва не остался в руках учительницы. – Это список необходимых вещей, который составил сам капитан корабля, а я всего лишь слегка его дополнила, чтобы вы не чувствовали себя не в своей тарелке. Кто бы что ни говорил, но оторваться от родителей даже на неделю бывает трудно.

– Зашибись! Нам ещё и еду с собой брать! – прочитав первое, что бросилось в глаза, возмущённо высказалась Юля. – Нас там, что, кормить даже не будут?

– Не переживайте, – тут же замахав руками, заявила Зоя Павловна. – Еда на корабле будет всегда. Там очень хороший повар, я лично с ним знакома, он никогда не будет вам досаждать по поводу пищи. Она у него всегда свежая, вкусная и полезная. А тут, в списке, обозначено всего лишь то, что вы можете с собой взять как в дополнение, перекус, например, или книгу, которая вам по душе.

Ребята лишь возмущённо загалдели, особенно когда услышали слово книги. Вот что-что, а книги были не по их интересам. Они готовы были днями напролёт разговаривать, слушать учителя, но не читать. Чтение для них было каким-то странным табу, хоть они все и не были необразованными подростками.

Когда все подписали документ и вернули его Зое Павловне, учительница сложила свои вещи в одну стопку и, рассказав всё, что должны знать ребята, со звонком ушла. Она ещё на прошлой неделе поставила им годовые оценки и была рада хотя бы тому, что на это занятие пришёл хоть кто-нибудь, кроме Светы.

Ребята, как только учительница покинула класс, тут же живо стали собираться по домам, но вот Лиза почему-то не спешила. Она сидела спиной к доске и на кого-то смотрела. После того как на её странное состояние обратил внимание Вадим, который уже на радостях открыл дверь, девушка встала и, не замечая его странных упрёков, быстро подошла к Свете. Ткнув тихую одноклассницу рукой в живот, отчего та едва не упала, Лиза вспыхнула какой-то злобой. Все, кто наблюдал эту картину, рты пораскрывали от удивления, но быстро сообразили, что именно она собирается ей сказать.

– За тобой должок! – набросилась она на девушку, и ребята, которые были в классе, наконец-то утвердительно закивали. – Так что ты тоже едешь. Я с удовольствием скину тебя за борт или утоплю в трюме! – процедила Лиза сквозь зубы, а все, кроме Светы, уважительно на неё посмотрели.

Света лишь молча смотрела на палец Лизы, который всё с большим нажимом на каждом слове упирался ей в живот. Девушке хотелось уйти домой без преград, но этого никогда не получалось. Она, даже тихо сидя, не обращая на себя никакого внимания, умудрялась-таки его заполучить. И, судя по тому, насколько часто повторялось столпотворение после уроков возле её парты, она могла считать себя популярной или той же главной сенсацией в классе. Обычно ведь как? Возле кого стоят, тот и заводила, только вот Свете от этого было не легче. Она продолжала от такого внимания только страдать и надеяться, что когда-нибудь это закончится, хотя бы потому, что школа не вечна.

– Лизон! Что ты к ней пристала? Ты же слышала, что едут все! – крикнул из другого конца класса Влад. – Она не исключение!

– Она не подписалась на том листе! – рыкнув, ответила она ему и тихо прошипела в сторону Светы: – Я сделала это за тебя. Тебе придётся туда поехать, иначе до выпускного не доучишься!

Она, громко хлопнув дверью прямо перед носом Вадима, оставила растерянную Свету наедине со своими мыслями. Все, тут же забыв про Свету, последовали примеру Лизы и заторопились покинуть школьные стены. В классе сразу же воцарилась тишина, и, как только голоса ребят постепенно стихли, Света села обратно за свою парту, уронила голову на руки и зажмурила глаза. Хоть она и хотела плакать, волю слезам так и не дала. Она всего лишь ждала, когда одноклассники отойдут от школы на приличное расстояние, чтобы с ними сегодня больше никак не пересекаться.

Глава 3

Жаркий день, который выдался на время отбытия корабля от причала, заставил всех мучиться от невыносимой духоты в городе и радоваться сильному порыву горячего ветра возле воды. Как только школьники оказались на причале, они разбрелись кто куда, и возле поджидающей их учительницы почему-то первой оказалась запоздавшая Света. Если остальных ребят и привезли на хороших автомобилях родители, дав им наставления по поводу того, чтобы они слушались взрослых и не буянили, то девушке пришлось добираться самостоятельно и едва ли не пешком.

– Ребята! Немного пошустрей! – привлекая к себе внимание, громким тонким голосом поторопила детей Зоя Павловна, которая стояла в порту, обдуваемая сильным ветром, отчего её слабое тельце раскачивалось из стороны в сторону. – Отправка через три минуты, а на борт ещё никто не зашёл! – Она возмущённо надула щёки и уставилась на тех, кто был к ней ближе всего. – Хватит уже топтаться… Владислав, Юлия! Нацелуетесь на корабле! – поспешно закрыв себя зонтиком от палящего летнего солнца, тараторила учительница. Подойдя к стоящей неподалёку Свете, она оглядела вновь прибывших ребят, которые выпрыгнули из дорогого автомобиля. – Егор! Вадим! Живей шевелите ногами! Две минуты! – Она, прижав зонт щекой, постучала по левой руке, там, где предполагались часы, и исподлобья посмотрела на ребят.

Звуки плещущейся воды, крики чаек, голоса подростков, которые весело переговаривались друг с другом, не могли заставить Зою Павловну начать возмущённо кричать на детей, которые вовсе отбились от рук. Она верила в них даже тогда, когда от них отворачивались уже родные люди. Она единственная из всех присутствующих знала, что, несмотря на всеобщее нежелание покидать сушу, все всё равно вовремя зайдут на борт старого, дряхлого на вид корабля, который гудит так громко, что закладывает уши. Учительница знала, что даже если на них кричать и требовать немедленного преклонения, она этим всё равно ничего не добьётся, а вот если поверить в них просто так и не прилагать никаких усилий, они очень сильно смогут её удивить своими покладистостью и подчинённостью.

– Зоя Павловна, ну что же вы так горячитесь? – проходя мимо неё, обнимая Юлю, промурлыкал Влад. – Корабль без нас точно не уплывёт.

– Бесстыдник! – погрозила она уже ушедшему парню пальцем. – Совсем у меня от рук отбились… С нового учебного года вместо географии будем заниматься воспитанием! Ну ребята… Ну что же вы такие у меня копуши? Вроде бы собраны, а зайти не можете. Всего-то и надо, что по трапу подняться и помахать мне рукой…

После того как Зоя Павловна переключилась на отчитывание Лизы и Арины, которые спокойно беседовали между собой, опёршись руками на борт, не дающий рухнуть им в воду, Света отошла от учительницы и посмотрела на корабль. Он казался ей настолько огромным, что даже здание школы меркло по сравнению с ним. Возможно, дело было не столько в размерах, сколько в тяжести, которую девушка чувствовала, глядя на чёрный лаковый цвет острого носа корабля, но даже от осознания того, что корабль был точно не тяжелее школы, девушка не могла перестать чувствовать, как он давит на неё лишь одним своим присутствием.

Света зашла на корабль самой последней и остановилась в сторонке от всех остальных. Ребята же, которые, по всем предсказаниям Зои Павловны, действительно вовремя и именно в последнюю минуту взошли на борт, перекинулись через края корабля и рассматривали что-то внизу. Возможно, они разглядывали волны, которые, стукаясь о борт корабля, вспенивали воду. Возможно, они наблюдали за людьми, которые расхаживали туда-сюда по порту и что-то громко кричали, когда корабль издавал громкий гудок. Возможно, они выискивали кого-то знакомого, чтобы похвастаться, насколько они стали крутыми, что могут позволить себе путешествие на корабле, но Свете всё это было не интересно. Отойдя ещё дальше от ребят, она прижалась к стене и засмотрелась на белую чайку, которая, заглядывая в глаза ребят, грациозно расхаживала по деревянной палубе. Птица выглядела так, словно была главой корабля и ждала от всех немедленного послушания, что и заставило Свету улыбнуться, но она быстро спрятала улыбку вглубь своей души, чтобы никто её больше не заметил.

– Деревянная лодка? Серьёзно? – изумлённо усмехнулся Егор, который перевалился через борт в первых рядах. – Они ещё существуют? Это позапрошлый век, блин! – Все загоготали ему в такт. – Какой позор – плыть на этой посудине…

– Эта лодка спасла много жизней, – услышала Света скрипучий голос за своей спиной и резко, даже как-то испуганно, обернулась.

– Что за бред? – не унимались недовольные ребята, даже не удосужившись повернуть головы на обладателя голоса, а тем более выпрямиться и обернуться.

К ним шёл невысокий седовласый пожилой мужчина в костюме капитана корабля и смотрел своими бездонно-голубыми, выцветшими со временем глазами на каждого из вновь прибывших ребят. Лицо мужчины не было испещрено глубокими морщинами, что казалось удивительным для его возраста и занимаемой должности. Солнце, которое постоянно оказывало влияние на кожу мужчины, или сильный ветер, который дул на скорости, будто не били в лицо, а шли бок о бок, помогая ему по службе.

Капитан почесал небольшую, но густую седую бороду и подошёл совсем близко к ребятам. Теперь он казался ещё выше, крупнее, что совсем не вязалось с его возрастом. Если бы не седые волосы, торчащие из-под фуражки, и такая же по цвету борода, ему можно было дать максимум лет сорок, но даже глубоко посаженные мудрые глаза выдавали возраст старика сполна.

– Каждый из вас, кто будет вести себя неподобающе, может лишиться дальнейшего пребывания на моём корабле, – как будто не замечая, что ребята его не особо слушают, продолжал мужчина. Все сразу же неохотно развернулись, переглянулись и, развязно облокотившись на бортик, расслабились. – Вы сейчас являетесь полноценной командой, которая должна подчиняться капитану. Как вы уже поняли, капитаном корабля являюсь я. Зовут меня Анатолий Валерьевич. От вас требуется всего ничего: никакого табака и спиртных напитков. Никакой ругани, брани и драк. Вы должны понимать, что это вам не шутки. Вода не любит, когда кто-то буянит. Каждому отведена каюта. Они все подписаны по фамилиям. Можете располагаться.

Мужчина говорил мягко, словно с детьми, но одновременно настойчиво, будто знал, на что способны подростки. Он говорил не тихо и не громко, так, чтобы все его могли услышать, но одновременно с этим так, чтобы никто не хотел повысить голос, чтобы сказать что-то своему товарищу, который стоит рядом.

– А как же экскурсия по кораблю? – настойчиво потребовала Юля. – Мы же не знаем, где и что находится! Вы хотите, чтобы мы с первого же раза попали куда-нибудь в огромную печь, которая нас съест с потрохами? Я думала, здесь мы будем отдыхать, а не умирать.

– Вы предоставлены сами себе, – невозмутимо начал капитан. – И именно с этого момента вам разрешено ходить везде. Вам стоит помогать каждому, кто об этом попросит, будь то повар или капитан. И если вы что-то эдакое собираетесь вытворить или задумать, вспомните сначала о том, что мы будем плыть не на мели. Любое ваше действие может очень плачевно сказаться на вас самих. Напоминаю – распорядок дня есть у каждого в каюте. Приступайте.

Анатолий, выполнив все свои поручения и наставления, развернулся и зашагал по палубе так же грациозно и по-деловому, как и стоял до этого. Вся его натура говорила о том, что капитан он отличный. Он умел держать спину ровно, что сейчас не удавалось многим подросткам. Если бы дети увидели его где-нибудь вне мира воды, то точно бы смогли определить его профессию. Для начала его выдавал коричневый загар и сухая кожа. А всё остальное, включая ровную спину, важную походку и руки вдоль туловища, бросались на глаза второй волной.

Как только все дождались, когда капитан отойдёт на приличное расстояние, ребята завозились на месте. Кто-то стал выискивать взглядом какую-нибудь интересную дверь, чтобы пройти мимо кают, кто-то выискивал, есть ли здесь нормальные спасательные шлюпки, чтобы посидеть там как-нибудь на досуге. В итоге первой, кто решилась пойти на правильные поиски, выступила Света. Ей не хотелось оставаться в одиночестве в компании одноклассников, и именно поэтому девушка тихо, прижимаясь к боку, пошла в нужном направлении.

Выбирать, куда идти, девочке особо не пришлось. Она, правда, сначала думала, что заблудится в тот же самый момент, как пройдёт по трапу на корабль, но здесь, оказывается, позаботились о новеньких. Тут и там на корабле баллончиком белой краски кто-то начертил стрелки и ей же подписал, куда они ведут. И стрелки эти было неплохо видно даже издалека, потому что, кажется, они были флуоресцентными. Они были очень яркими и лаковыми и прям манили за собой.

Вслед за Светой все безмятежно побрели отыскивать свои каюты и разбираться в том, что и где находится. Ребята никуда не спешили, поэтому успевали останавливаться на каждом шагу и разглядывать местность. Они не рассматривали вещи с целью предположить их историю или просто порадовать глаз, они искали, чем смогут заняться на корабле в то время, пока остальная команда упорно трудится за всех вместе взятых. Ребята были готовы отнекиваться от всех своих обязанностей изо всех сил и уже с первых минут придумали несколько отговорок.

– Эй! Придурошная! Что? Понравилась картина? – подходя ближе к Свете, которая остановилась у большого плана корабля, воскликнула Лиза. – Это план эвакуации при пожаре. Ты всё равно в нём не разбираешься! – она прыснула, проходя мимо, стараясь задеть своим колким замечанием девушку, но одноклассница, продолжая внимательно разглядывать план эвакуации, никак на неё не отреагировала.

– Что за дебильный рюкзак? – проходя вслед за подругой мимо Светы и заметив у девушки за спиной огромную ношу, громко усмехнулась Юля. – Никогда не видела таких уродливых! Где ты только его стащила? Из какой помойки вырвала у бездомных? И что ты туда запихнула? Бомбу?

Света продолжала молча разглядывать план эвакуации. На её плечах был достаточно большой, просто огромный, по сравнению со всеми обыденными сумками, рюкзак тёмно-зелёного, почти чёрного цвета, который едва не лопался от содержимого. Было ощущение, что он вот-вот поедет по швам и всё содержимое вывалится на пол, но его прочность этого не позволяла. Он был сшит из прочного материала, не давая прорваться швам или хотя бы намокнуть вещам, лежащим внутри.

– Идёмте! – выглянув из-за угла, крикнул с другого конца коридора Стас. – Я кое-что нашёл! Вам понравится!

Ребята, все, кроме Светы, которая неотрывно разглядывала раму на стене, тут же зашумели, надеясь увидеть на корабле что-нибудь интересное, что им бы могло понравиться, но когда они подошли ближе к расплывшемуся в улыбке светловолосому парню, держащему руки на поясе, тут же сникли. Весь их энтузиазм куда-то очень быстро схлынул. Большое просторное помещение, которое было полностью заставлено стеллажами, произвело на них совсем не то ощущение, которое они планировали здесь получить.

– Это чего, библиотека? – зайдя вслед за друзьями в просторное помещение и скривив лицо, усмехнулась Арина.

– Тип того! – усаживаясь на один из стульев, засмеялся Егор. – Они думают, мы будем читать… Вот смешно-то!

– Это ваше задание на лето, – пытаясь изобразить Зою Павловну, передразнил её Влад. – Будто у нас других дел нет…

– Прямо мы здесь будем париться над учебниками, когда такая клёвая погода! Будем делать, что захотим, и нам никто не имеет право запретить, – высказался Стас, словно верил, что учителя его сейчас слышат. – А если капитанчик мешаться будет, запрём его на фиг!

– Точняк! – закивала Арина в поддержку слов друга. – Так и сделаем!

Все ребята засмеялись, представляя себе, как они будут силой утаскивать буянившего капитана в какую-нибудь каюту и прятать его от матросов или поваров. Никто из них даже не подумал, какая суматоха поднимется, исчезни капитан с корабля хотя бы на час. Да что там на час! Хватит и одной минуты, чтобы началась самая что ни на есть настоящая паника. Если капитана нет на месте там, откуда нельзя уйти, то можно запросто придумать и вообразить себе страшные вещи, но ребятам главное было представить забавную ситуацию, в которой они оказывались главными участниками.

Света, которая, изучив план строения корабля, поправила тяжеленный рюкзак на спине, едва ли изменив его местоположение на своей спине хотя бы на миллиметр, побрела в сторону кают. Они были разделены на двоих, но ей не повезло вдвойне. Если не считать того, что на двери рядом с ней было обозначено имя Арины, то вторым минусом был характер соседки.

Зайдя внутрь, девушка осторожно поставила рюкзак на пол и распрямила плечи. Они уже начинали отниматься от той тяжести, которую носили на себе, поэтому, как только Света выпустила тяжёлую ношу из рук, вздохнула с облегчением.

Разглядев всё небольшое помещение и двухъярусную кровать у стены, девушка подошла к иллюминатору. Из него виднелась боковина корабля и гладь воды за бортом, и, судя по тому, что её пошатывало, а линия берега постепенно удалялась, они шли полным ходом. Вот почему капитан не стал долго на них задерживаться и предоставил ребят самим себе. У него и без того хватало обязанностей, которые нужно было исполнять, и долго объяснять правила корабля, которые ребятам несколько раз озвучивала Зоя Павловна, у него просто не было времени.

– Двинься! – пройдя в двери и обнаружив в каюте лишнее тело, грубо бросила Арина. – Вот непруха… Нет, ну вы только поглядите! Она ещё и рюкзак на полкомнаты расставила!

Арина с силой пнула рюкзак Светы, который не занимал так много места, как чемодан самой девушки, и рухнула на кровать. Арине было в радость воспользоваться таким моментом уединения с одноклассницей, чтобы выказать всеобщее недовольство по поводу того, что ей тоже приспичило сесть на корабль. И если Света не собиралась продолжать перепалку, которую ожидала Арина, то вот сама Арина не торопилась успокаиваться.

Едва сдерживаясь, чтобы не заплакать, а плакала Света только тогда, когда была уверена, что её никто не видит и не слышит, девушка сложила на прикрученной прикроватной тумбочке несколько книг и, с трудом нацепив рюкзак на спину, вышла из каюты. Ей не нравилось общество Арины, поэтому было решено сидеть в каюте лишь в ночные часы.

Света знала, что ночью Арина найдёт повод, чтобы её пихнуть, отругать, высказать негатив в её сторону, поэтому не стала сейчас напрашиваться на что-то подобное. Да и первым поводом для ссор станет деление спальных мест. Света никогда ни на что не претендовала, но то, что Арине хотелось хоть как-то показать себя выше остальных, она всё равно пойдёт на возмущения. Возможно, ей нравится смотреть, как другие люди, смущаясь, бормочут себе под нос нелепые прощения, но проверять этот факт девушке совсем не хотелось.

Понимая, что в основном именно рюкзак будет предметом насмешек и тем самым мешающимся всем предметом, Света решила найти уединённое место на корабле, но, как она этого и ожидала, такие места хоть и были, но в них невозможно было попасть. Сколько бы она ни заставляла себя целый день подойти к одному из матросов и спросить разрешения попасть в укромное место, она так и не смогла. Ей было стыдно что-либо просить в первый же день своего пребывания на корабле, и она уже знала, что в любом случае всё путешествие ей придётся, как и обычно, только страдать.

Глава 4

Света, облокотившись на борт корабля, то рассматривала деревянную лодку, раскачивающуюся где-то внизу, то вглядывалась в бесконечный и чистый горизонт впереди. Она всё ещё ходила со своим рюкзаком по палубе, не вытащив из него ничего, кроме двух книг в первый день пребывания на корабле. Ребята уже не сильно обращали внимания на странную девушку, занимаясь своими делами, но нет-нет да замечали её. Из-за того, что все постоянно находили веские отговорки, чтобы не заниматься работой по кораблю, например мытьём полов, приготовлением завтрака или ловлей рыбы, Свете доставалось сполна. За один день она умудрялась помочь всем, кто её об этом просил. Все уже давно поняли, что девушка не станет отказывать им в любом деле, а тем более не станет напрашиваться сама. Но, даже несмотря на это, всем она почему-то не нравилась. Не нравилась она буквально всем, и никто толком даже сам себе не мог объяснить, почему. Возможно, она была слишком тихой и неприметной, возможно, она была слишком правильной и не пыталась хоть как-то ускользнуть от обязанностей, а возможно, она просто была неприметной девушкой, которая не нравилась всем просто по внешности.

Капитан, у которого были самые маленькие поручения для ребят, одним лишь взглядом на Свету мог сказать, как она ему осточертела. Мужчина в первых рядах требовал её почистить рыбу или помыть гальюны, чтобы она не мешалась под ногами, ведь только она могла целыми днями сидеть в библиотеке или в свободном классе, ничем особо важным не занимаясь.

Но, в отличие от Светы, другие ребята были мудрей и проворней. Они говорили одному подошедшему, что уже приняли поручение от другого, и всегда находили именно те занятия, которые были давно переделаны. И вместо того, чтобы сидеть где-то в библиотеке, классах, каютах, они бродили вразброс по палубе и старались не бросаться кому-нибудь на глаза.

Решив, что пора что-то менять, Света, наконец, за все прошедшие дни вышла из заточения и некоего своего заключения, лишь бы не попадаться на глаза хотя бы строгому капитану. Она только сейчас перестала чувствовать себя пленной, стараясь рассмотреть каждую мелочь, находящуюся в поле её зрения, но всё ещё знала, что точно попадётся на глаза хотя бы одному из матросов и будет драить палубу или каюты.

Ей нравилось наблюдать за сверканием на солнце чистейшей воды. Ей нравился старый корабль, который мирно раскачивался на небольших волнах. Ей нравилось здесь практически всё. Мешались только её одноклассники, которые находили каждый день то, над чем в ней можно посмеяться. Они могли рассмеяться на пустом месте, подколоть девушку, выказать недовольство по поводу того, что она ходит там же, где и они, но Света вполне сносно терпела все их выходки. Она привыкла к такому к себе отношению и в основном считала ребят задним фоном какого-нибудь далеко стоящего радио или телевизора.

Сейчас они только отплыли от очередного города, где все ребята накупили себе еды и напитков, которые капитан, узнав о них, тут же выбросил бы за борт, но он был занят своей командой, и в данный момент ему не было дела до кучки подростков. Судя по тому, как он громко кричал на двух матросов, дела были на самом деле серьёзными, и Света старалась оказаться как можно дальше от того места, где сейчас находился капитан. Ребята, которые практически ни разу не видели мужчину в таком гневе и не слышали, как он кричит, тоже старались не попадаться на его глаза. В основном Анатолий Валерьевич был обычным человеком, который старался сделать всё хорошо, чтобы не переделывать это дважды, но иногда он всё же показывал свой гнев по отношению к непутёвым матросам, которые халатно относились к своим обязанностям. Перед этим он долго ходил по кораблю всё той же чинной походкой и проверял судно, едва ли не заглядывая в каждую щель, а как только замечал оплошность, тут же грозно рыкал и начинал искать провинившегося человека.

Ребята, которые едва дождались, когда капитан уйдёт внутрь корабля, сейчас сидели неподалёку от Светы и, весело разговаривая на все темы подряд, которые могли вспомнить, курили сигареты, распивали спиртные напитки и пытались следить за тем, чтобы их не застукал один из матросов. Но матросы, которых совсем недавно отчитывал капитан, быстро ушли, практически убежали, в сторону кормы и скрылись из виду. Они были возбуждены от того, что дела обстояли плохо, и делали всё возможное, чтобы корабль не пошёл ко дну. Света, чувствуя сильный накал нагнетающихся страха и опасности по всему кораблю, старалась быть как можно неприметней, чтобы её не обвинили в чём-то страшном, и именно поэтому она заставляла себя стоять неподалёку от гуляющих одноклассников. Капитан с первых дней понял, что не стоит подходить к Арине, и поэтому, если кто-то был рядом с ней, оставлял всех в покое.

– Хочешь? – к Свете, весело оборачиваясь на сидящих позади него на деревянном полу друзей, подошёл Влад. Он насмешливо протянул девушке сигарету, которую вытащил из своего рта, и, усмехнувшись, сунул её в рот. – Ну, как хочешь.

Девушка даже не повернулась в его сторону. Она продолжала вглядываться вдаль, лишь слегка поморщившись от запаха алкоголя, исходившего от одноклассника, который успел выкинуть окурок за борт быстрым движением. Девушка, испугавшись, что он попадёт в деревянную лодку, незаметно для парня посмотрела вниз и едва слышно вздохнула с облегчением.

– Влад! Что ты от неё хочешь? Возвращайся к нам! – улыбаясь, позвала парня Юля. – Выкинь её за борт, делов-то!

– Сейчас! – на мгновение оборачиваясь в сторону Юли, чтобы махнуть рукой, крикнул он. – Мне только нужно спросить! – Он весело усмехнулся, придвинувшись к Свете поближе, отчего та ещё больше ссутулилась и запаниковала. – А ты с рюкзаком совсем никогда не расстаёшься, да? Ты с ним там не срослась?

– Влад! – настойчиво протянула Юля.

– Да иду я! – пошатываясь, он оторвался от борта корабля и побрёл обратно к своей подруге.

Света, сняв переполненный вещами рюкзак со спины, которую ломило от его тяжести, обняла его руками и продолжила смотреть вдаль, где вода, красиво переливаясь сине-зелёными цветами, завораживала душу. Ей не надо было вникать в разговоры одноклассников у себя за спиной или придавать значение словам парня, который так неожиданно и одновременно так ожидаемо подошёл к ней. Чтобы почувствовать себя живой и нужной этому миру, ей было достаточно всего лишь видеть красоту окружающего мира, такого спокойного и обворожительного, от чего захватывало дух.

– Эй! А давайте повеселимся? – хитро щуря глаза в сторону Светы, которая ещё ничего не подозревала, громко предложила Лиза. – А то тут как-то совсем тоскливо стало. Ни акул, ни дельфинов. Даже чайки куда-то свалили…

– И что же ты ещё хочешь сделать? – допивая спиртной напиток прямо через горлышко стеклянной бутылки, спросил Влад. Его глаза блестели азартом, поэтому он готов был пойти на всё что угодно, даже если это могло стоить ему больших сумм. – Но я за всё, что ты предложишь.

– Тебе мало всего этого? – показывая руками на бутылки и закуски, усмехнулся Вадим.

– Мало! – отмахнулась девушка, даже не подразумевая, что парень обращался к Владу, потому что сама успела отвернуться от них в сторону ничего не подозревающей Светы. – Мне всегда всего мало! Так не интересно, когда кто-то не участвует в веселье. – Она наигранно надула губы. – Пусть чокнутая тоже будет веселиться!

– Да она со своего места ни за что не сдвинется! – приложившись к бутылке с напитком, засмеялась Арина.

– Она лёгкая! Притащим! – вскакивая со своего места и делая шаг в сторону Светы, засмеялся ей в такт Егор. – Кто со мной?

– А чего делать-то с ней будем? – навострил уши до этого тихо сидящий Стас.

– Вольём в неё то, что осталось, и попытаемся разговорить, – разглядывая практически опустевшие валяющиеся тут и там жестяные баночки, хмыкнула довольная собой Юля. – Закинь её рюкзак вон в ту деревянную лодку и тащи её задницу сюда! – весело добавила девушка.

Стас и Егор, смеясь над весьма интересным предложением подруги, подошли к Свете и, насильно отобрав рюкзак, последовали совету подруги. Пока один держал Свету за руки у неё за спиной, прижимая девушку к себе, чтобы удержать, пока она, на удивление, сильно вырывалась, Егор схватил рюкзак и, заметив, что он неподъёмный, волоком протащил до края. Стараясь не пыхтеть и не потеть от неожиданных нагрузок на пьяную голову, парень с трудом перевалил рюкзак через край корабля и, отряхнув руки друг об друга, выдохнул с облегчением. Он даже не удосужился взглянуть, попал ли рюкзак в лодку или свалился в воду, потому что ему это было уже неинтересно. Его главная миссия выполнена, и можно было спокойно идти к ребятам отдыхать.

– Что ты в нём, блин, носишь? – пыхтя от усталости, сморившей его при перекидывании рюкзака в лодку, поинтересовался Егор. – Свои органы?

Перехватив брыкающуюся и пытающуюся вырваться Свету под обе руки, ребята потащили её чуть ли не тем же волоком к остальным. И, насильно усадив девушку возле Юли прямо на пол, старались удержать её в таком положении. Света, которой не нравилось находиться в компании ребят, тут же заёрзала, пытаясь найти правильный уклон, чтобы освободить свои руки, но из-за того, что она часто носила тяжёлый рюкзак за спиной, они болели и ныли, поэтому сил на свободу уже не было. В итоге, немного смирившись со своим положением, она опустила взгляд вниз и перестала ёрзать.

– Будешь нас слушаться – больно не будет, – склоняясь над Светой и дотрагиваясь до её подбородка, смазливо сообщила Юля. – Для начала ты выпьешь вот это!

Девушка протянула бутылку, в которой что-то плескалось на дне, но Света не собиралась поддаваться. Она ещё больше склонила голову, прижимая её к шее, и сжала челюсти как можно крепче. Она никогда не пила алкоголь и не собиралась начинать, поэтому готова была даже драться, если до этого дойдёт дело. Света знала, что драка не её стезя, но почему-то была уверена, что именно это поможет ей освободиться. Для всех бой с её стороны будет такой неожиданностью, что они напрочь забудут обо всех своих задумках.

– Ты выпьешь это, даже если не хочешь! Ведь если не сама, то мы вольём в тебя силой! – задорно хохотала Лиза, которая схватила бутылку из рук подруги и поднесла её к Свете. – Пара глотков, и ты свободна. Ничего сложного! Это всего лишь пиво.

Девушка попыталась отползти назад, но её сзади покрепче схватили Стас и Егор, продолжая удерживать за руки. Ей никак нельзя было отступить, потому что там сидели парни. Понимая это, Света стала крутить головой из стороны в сторону, чтобы от неё отстали, но за эту задачу взялся Вадим. Он, подойдя к Свете и встав от неё сбоку на коленях, спокойно удерживал голову девушки так, как всем было удобно. Он крепко держался ладонями за скулы девушки, одновременно пытаясь заставить её голову не шевелиться, а рот открыться. Задача Лизы и Юли состояла в том, чтобы они влили жидкость в рот ненормальной. Арина же, громко гогоча, снимала всё это на свою навороченную камеру в телефоне. Все были задействованы в данном увеселительном мероприятии, как это бывало и раньше, и лишь одной Свете было очень некомфортно, потому что она до сих пор брыкалась из последних сил, чтобы даже капля алкоголя не попала в её организм.

Света, всё ещё пытаясь сопротивляться, стала искать спасения в окружающих вещах, но ничего не подходило. Не было даже намёка на то, что именно могло ей помочь. Не было ни капитана на мостике, ни матросов на палубе, ни поваров, которые обычно в это время перебирали улов. Вся команда, как назло, была где-то в другой части огромного корабля и не могла слышать этих весёлых криков. И тут девушка наткнулась взглядом на Влада, который стоял на том месте, где недавно стояла она. Он, расслабленно положив локти на борт корабля и держа в зубах очередную сигарету, с улыбкой на лице наблюдал за разыгравшейся сценой. Света надеялась на то, что он увидит её умоляющий взгляд и скажет им: «Хватит», но знала, что этого никогда не произойдёт. Ему пытка одноклассницы всегда доставляла неимоверное наслаждение и удовольствие. В нём девушка всегда видела задатки настоящего маньяка или психопата. Влад, как ни странно, никогда не участвовал в прямом контакте с жертвой, творя через остальных, но он всё же любил наблюдать за пытками со стороны.

– Эй! Ребят! Что это? – отпустив голову Светы, спросил Вадим. Он первым из всех услышал непонятный звук, раздавшийся где-то снизу. – Что это за скрип?

– Это где-то внизу! – пластом разлёгшись на палубе и пытаясь прислушаться к шуму, испуганно добавил Егор.

Света, воспользовавшись моментом, когда про неё все забыли, резко встала на ноги и подбежала к Владу, который всё ещё стоял и курил, но уже не улыбался, а прислушивался к непонятному звуку. Девушка перекинулась через борт едва ли не всем телом, оставляя ноги свисать вниз, и посмотрела на лодку. Рюкзак лежал прямо посередине, и она с облегчением вздохнула. Она хотела прыгнуть в лодку, чтобы забрать свой рюкзак и вернуть его на поверхность, но не стала этого делать по двум причинам. Во-первых, если об этом узнает капитан, то наказание будет неизбежным, а во-вторых, лодка находилась слишком низко и была возможность переломать не только ноги, но и вещи в том же рюкзаке.

– Что? Полезешь за ним прямо сейчас? – опять одним движением выбрасывая сигарету в воду, ухмыльнулся Влад.

Девушка вновь посмотрела вниз, но уже испуганными глазами, ведь непотушенный окурок мог запросто поджечь дерево, из которого была сделана лодка, но он пролетел в нескольких сантиметрах и упал в чистую воду. Света, если бы была в лодке, точно бы услышала шипение от соприкосновения сигареты с водой, но они были далеко от воды, и этот звук она могла себе лишь представить. Радуясь тому, что лодка не полыхнула, а рюкзак не пострадал, она почему-то мысленно поблагодарила странные звуки, которые насторожили ребят.

Пока они, включая и Влада, который с каким-то глупым выражением лица смотрел на воду, наблюдали за кинутой вниз сигаретой, скрип постепенно начал увеличиваться, и уже не было слышно голосов остальных ребят, хоть они и были неподалёку. И тут они все увидели, как команда засуетилась, будто муравьи, по всему кораблю. Они что-то друг другу выкрикивали, что-то показывали руками в разные стороны, что-то пытались показать друг другу, но что именно, невозможно было разобрать. Их голоса тонули в страшном скрипе, который всё ещё раздавался снизу. И если минутой раньше было слышно едва уловимые звуки, то сейчас все думали, что они оглохли, если бы не этот ужасающий скрежет. Вся эта суета команды как будто нажала кнопку паники в каждом из ребят. Они наконец-то поняли, что произошло что-то совсем нехорошее. Скрип напоминал огромную скрипучую половицу в доме великана, и эта половица грозилась, треснув на две половины, провалиться в погреб.

Произошедший взрыв на несколько секунд оглушил каждого, а следом за ним корабль, словно карандаш, с каким-то лёгким треском переломился на две половины и начал медленно уходить на дно. Резкий взрыв, щелчок, и корабль практически разделён на две части. Крупные щепки дерева, торчащие теперь в разные стороны веером, быстро намокали от воды, мгновенно темнея практически до черноты. Но всё случившееся не помешало всем, наконец, уловить сиюминутную тишину.

В момент взрыва всё подпрыгнуло. Всё, что не крепилось к полу, включая пустые жестяные банки из-под алкогольных напитков, пустые и полупустые пачки от вредной еды и самих ребят. И первым это всё почувствовал Егор, который ещё не успел встать. Его голова оказалась в том самом месте, где палуба пошла трещиной, и при взрыве её практически мгновенно сорвало с плеч, оставив грязный кровавый след на дереве. Никто этого не видел, потому что та часть корабля невероятно быстро ушла под воду. И никто не стал звать на помощь или ужасаться тому, что произошло с товарищем, потому что никто этого не заметил.

Все сперва замешкались, а затем, сообразив, что произошло, запаниковали. Никто не предупреждал ребят о том, что корабль в какой-то момент пойдёт ко дну, поэтому они все перепугались до чёртиков. Они тут же повскакивали со своих мест и, крича больше от неожиданности, чем от страха, начали отходить в ту часть корабля, которая поднималась вверх, а не опускалась вниз. Кто-то начал искать по карманам телефоны, чтобы позвонить родным, кто-то начал искать упавший телефон из рук, чтобы спасти его от утопления, а кто-то просто начал дико кричать. Поднявшуюся панику не собирались успокаивать и матросы с капитаном, которые так и не поднялись на палубу своего корабля.

Одновременно с Егором силу взрыва почувствовали Влад и Света. Их просто кувырком перекинуло через борт, как будто сильная рука великана, схватив обоих за грудки, вышвырнула ребят, как никчёмный мусор. Это произошло так синхронно, что любой танцор или синхронист смог бы им только позавидовать.

Арина, пытаясь удержаться за один из ближайших тросов, даже не успела понять, как этот же трос едва не оставил её без рук. Шипя от боли и всё же отпуская канат, девушка попыталась найти более устойчивую опору, одновременно выискивая глазами телефон, который она выронила при взрыве. Если телефон она так и не нашла, то вот опора нашлась, как только девушка рухнула на колени и ухватилась за ближайший кнехт. Она так сильно обняла его, что прижалась подбородком к его горячей от палящего солнца верхушке.

В то время пока Арина всё ещё продолжала искать свой навороченный телефон, Лиза и Юля, цепляясь друг за друга, одновременно и безостановочно визжали. Если им и казалось, что они поступают правильно, то на деле они лишь мешали друг другу в этот страшный момент. Каждая из них потихоньку скатывалась по наклонившейся части палубы в чистую и уже спокойную воду, где на тихих волнах плавало несколько щепок. Вода, словно выжидая, когда девушки окажутся возле неё, будто тигр, притаилась.

– Да заткнитесь вы! – в сердцах выкрикнул не на шутку перепуганный Стас, который пытался дойти до края, чтобы посмотреть, что там произошло и почему к ним на подмогу не бегут матросы.

Голова парня при взрыве с силой приложилась к какой-то железке и сейчас неслабо кровоточила, но именно это заставляло думать его быстро и правильно. Он всегда умел ориентироваться в стрессовых ситуациях, и поэтому сейчас его недавно опьянённые мозги мыслили невероятно трезво. Он медленно шёл, шаг за шагом, к уходящей на дно полосе из щепок, чтобы узнать, можно ли как-то спастись. Он был первым и единственным, кто, получив серьёзную рану, стал искать телефон, чтобы позвонить своим родителям и сказать, что случилось, но из-за того, что связи не наблюдалось, ему пришлось думать своей головой, как именно спастись в этой страшной ситуации.

– Где Егор? – завертев головой, быстро спросил Вадим, который сильно упал на ноги, и сейчас они были вывернуты под неестественным углом. Не заметив друга поблизости, он начал дико кричать. Он и сам не знал, по какой причине кричит больше: от боли в ногах или от потери друга. – Где он?! Где Егор, чёрт возьми?! Егор!

– Заткнитесь! Заткнитесь! – в панике настаивал на своём Стас, продолжая шипеть не только на громогласного перепуганного Вадима, но и на всех остальных, потому что они мешали ему думать. – На каждом корабле должны быть спасательные жилеты! С ними мы сможем выжить! И шлюпки! Лодки! Хоть что-то должно быть на каждом корабле!

– Там была одна лодка! – пытаясь не смотреть на свои окровавленные ожогом от каната руки, резко и немного грубо высказалась Арина.

– Проблема нарисовалась, – сквозь зубы разочарованно проговорил Стас, пытаясь сохранить спокойствие там, где от него уже не было смысла. На самом деле он готов был разрыдаться как девчонка, потому что выхода из сложившейся ситуации парень не находил. – Её сорвало, и она вон там!

Парень показал на воду рукой и вновь стал приближаться к щепкам, плавно проходя вниз по наклонной и внимательно глядя себе под ноги, чтобы ненароком не оступиться. И действительно, лодка, которая недавно была прикреплена к кораблю, спокойно покачивалась в том месте, на которое указал парень. Она была уже далеко от утопающих обломков корабля, и даже доплыть до неё не было возможности в их состоянии.

У Стаса разбита голова. У Вадима, который был не так далеко от Егора, вывернуты обе ноги, на которые он неудачно приземлился при падении. Даже если он и говорил всегда, что готов даже без ног переплыть весь океан, то сейчас только мог орать как резаный и ничего предпринимать не собирался. У Арины вместо рук сейчас были какие-то ошмётки, и вода, в которую она их опустит, лишь прибавит ужасающей боли. Как только девушка попадёт в воду, будет орать не меньше Вадима, который всё ещё звал Егора и надеялся на то, что тот сейчас вынырнет с подлодкой, чтобы их всех спасти.

Пока Лиза и Юля паниковали, орали и держались в крепких объятиях друг друга, их ноги провалились в какую-то щель, и они, бултыхаясь в воде, начали кричать пуще прежнего. Если бы они соизволили отпустить друг друга и попытались спасти свои жизни, то, возможно, не продвигались бы сейчас медленно к мучительной смерти. Но девушки, понимая то, что шансов на спасение остаётся всё меньше с каждой минутой, ведь корабль, хоть и незаметно, всё равно плавно уходил под воду, не принимали никаких усилий подняться на самую высокую точку, где находились остальные ребята.

– Нам нужно отсюда хоть как-то выбираться! – пытаясь подняться на ноги, которые тут же отозвались дичайшей болью, закричал Вадим. – Зараза! За что?! Я жить хочу!

Его голос разнёсся далеко вперёд, но ничего не произошло. Обломки корабля продолжали со всей своей спокойностью погружаться в воду, а солнце, как будто наблюдая за разыгравшимся спектаклем, разгоралось всё ярче и ярче. Никто из ребят не знал, что будет дальше. Они ждали чуда, но оно от них сегодня, кажется, отвернулось. И каждый из ребят, понимая это, прокручивал в голове все свои грехи и молил кого-то неизвестного о пощаде.

Корабль продолжал медленно погружаться под воду. Несмотря на то, что одна его часть ушла вниз очень быстро, буквально в считанные секунды, остальная половина никак не хотела покидать бренный мир. Та часть, которая неторопливо, едва заметно опускалась всё ниже и ниже над уровнем воды, словно говорила своим видом, что спешить в этом мире бессмысленно.

Единственным на корабле, кто всё же пытался что-то придумать хотя бы ради своего спасения, был Стас. Он отчаянно пытался вспомнить, что им говорил капитан, прежде чем они отплыли, но в голову ничего не лезло. Ребята не слушали капитана точно так же, как и не слушали Зою Павловну на уроках географии, и так же, как не слушали и своих родителей, когда те говорили о манерах. Поэтому вспомнить то, чего они совсем не знали, было для них нереально.

Всё, что в итоге смог припомнить Стас, пока все остальные бились в истерике и ничего не значащих криках, так это условие, что им нельзя было распивать спиртные напитки на корабле, но даже этому ребята не подчинились. Да и не это заставило корабль пойти ко дну, поэтому парень быстро отбросил назойливую мысль куда подальше, но она всё равно, как надоедливая муха, возвращалась к нему.

Второй взрыв произошёл так же неожиданно, как и первый, застав всех врасплох. Никто уже не ожидал от спокойно погружающегося в воду корабля такой подставы. Никто даже не задумался над тем, что именно послужило причиной первого взрыва, и никто из них, исходя из этого, не стал даже предполагать о возможности второй ударной волны. Взрыв произошёл под водой, но оказался намного сильнее, чем предыдущий. В этот раз не повезло практически всем.

Стас, который всё ещё стоял в размышлениях, пытаясь удерживать равновесие и продолжая держаться за окровавленную голову, почувствовал, как в шею прилетел большой осколок от бутылки, разбившейся ещё при первом взрыве и до этого валявшейся у его ног. Как бы он отчаянно ни старался закрыть пульсирующую рану рукой, жизнь быстро покинула хрипящее и плюющееся кровью тело, и он, мешком свалившись в воду, тяжело пошёл ко дну – туда, где маячила первая часть корабля, туда, где уже давным-давно покоилось тело Егора, туда, откуда уже не было дороги обратно.

Всё ещё слёзно крича, умоляя её пощадить, Юля не сразу сообразила, что в момент очередного взрыва её ногу с сильным треском и страшным лопающимся звуком оторвало вместе с досками, в которые она провалилась. Девушка, упираясь в сырые доски руками, пытаясь выкарабкаться на ту часть корабля, которая ещё не затонула, мимолётно взглянула на конечность и только тогда поняла, что случилось. Вместо ноги у неё была окровавленная культяпка, заканчивающаяся белой острой костью, по которой быстро струилась кровь.

– Где моя нога?! – громко заверезжала девушка, которую прошибла невыносимая боль. – Где она? – визжала Юля, барахтаясь, тем самым пытаясь удержаться в воде, но захватившая её паника и мгновенно образовавшаяся грязная красная пена вокруг неё унесли её точно так же, как и Стаса с Егором, на дно.

Вадим, чьи ноги и без того пострадали, сейчас был похож на куклу, которой оставалось лишь повиноваться судьбе. При втором взрыве он, будто быстро перетаскиваемый за невидимые ниточки, оказался откинутым в сторону Арины. Он грузно повалился рядом с ней, морщась от той боли, которая сковала его ноги, и, сжимая покрепче челюсти, старался размеренно грести руками. Они вдвоём с Ариной пытались удержаться на плаву, но из-за вывернутых ног парень постоянно окунался в воду с головой, из-за чего Арине приходилось вытаскивать его за шкирку своими пострадавшими руками, раны которых дико жгло от воды. Она, помогая другу, карала себя за то, что не могла помочь сама себе. Она видела, что от её рук остаётся буквально ничего, но не знала, как это исправить.

Лиза, которую Юля отпустила в тот момент, когда произошёл второй взрыв, всё ещё по пояс находилась в воде рядом с тем местом, где только что была её лучшая подруга. Она, как только увидела, как Юля сваливается в воду, в панике заверезжала и начала безостановочно и слёзно звать на помощь. Девушка барахталась в красной, вспененной ещё Юлей, воде, периодически дотрагиваясь ногой до оторванной конечности подруги. Лиза всё ещё надеялась, что Юля всплывёт, весело улыбнётся и скажет ей что-нибудь одобряющее, но тут же девушка вспоминала, что подруга лишилась ноги, и, понимая в этот момент, что дотрагивается именно до неё, орала пуще прежнего. Вся захватившая её паника заставляла лишь сильней в попытке спастись взбаламучивать воду вокруг себя, но это не помогало ей осознать, что всё ещё можно подняться на поверхность, именно туда, где были Арина с Вадимом.

– Лиза! Чёрт тебя дери! Плыви сюда! – кричал хриплым голосом в её сторону Вадим, как только его голова вновь показывалась на поверхности воды. – Нужно держаться вместе!

Но она не слушала. Ей было очень страшно, так страшно, как если бы она видела Смерть прямо перед собой, лицезрела её точно так же, как и Юлю, которая только что была рядом. И поэтому, продолжая извиваться и барахтаться в воде, Лиза не смогла заметить приближающегося хищника.

Акула, осторожно кружа возле обломков корабля, подплыла совсем тихо. Её не видел никто из ребят. Она не могла не приплыть, ведь здесь пахло такой вкусной кровью. Особенно рядом с Лизой, потому что там всё ещё истекала кровью оторванная нога её подруги, которая была так близко к девушке, что та продолжала невольно её касаться. Девушка была окружена кровью, и появление акулы было лишь делом времени: неподалёку от неё погиб Егор, чья голова была оторвана в один миг точно так же, как и нога Юли, а чуть поодаль, брызжа кровью, ушёл и Стас. Проклятое место, которое практически погрузилось в воду, только и ждало, когда очередная девушка пойдёт на дно.

Акула, выбрав для себя самое аппетитное место, всё ещё плавала, прицениваясь, не опасно ли кружить поблизости. Вскоре акула подплыла ближе к Елизавете, нырнув поглубже в воду, словно разгоняясь перед финишем, и, резко вынырнув прямо возле девушки, не дав той сообразить, что произошло, одним махом перекусила её на глазах у перепуганных ребят. Арина и Вадим, которые мгновение назад заорали Лизе, что там акула, в один миг смолкли. Повисла тишина, нарушаемая лишь шипящей пеной и сильными волнами, громко стучащими об остатки корабля. Ребятам как-то не хотелось стать вторым блюдом на обед у акулы, поэтому они благоразумно не стали привлекать к себе внимание, перестав даже грести руками, из-за чего Вадим быстро направился под воду. Арина, не желая даже шевелиться, продолжая внимательно следить за акулой, всё же вцепилась в волосы парня и выудила его на поверхность. Вадим, с шумом набрав в лёгкие воздуха, посмотрел в том направлении, куда был устремлён взгляд подруги.

– Чёрт! Она плывёт к нам! Что делать? – разом растеряв весь свой суровый вид, громко запричитала Арина.

Девушка, которая выглядела в школе бойкой и неунывающей, всегда готовой на самые отчаянные приключения, сникла. Сейчас она была похожа на обессиленного человека с растрёпанными сырыми волосами и вымокшей одеждой. Арина перестала казаться устрашающей, с широкими плечами, грозной девушкой. Она выглядела собой настоящей – перепуганной, с тонкой талией, с симпатичной худой фигурой, а плечи без кожаных курток смотрелись ровно и грациозно. Она выглядела именно так, как и должны выглядеть девушки её возраста – мило и непринуждённо, но страх, засевший в её глазах, бил в самое сердце. Она словно чувствовала то, чего никак не мог осознать Вадим. Она чувствовала свою смерть так же, как её ощущала рядом с собой и Лиза, которая даже не успела понять, что её погубило.

– Она плывёт на кровь! На твою кровь! – запаниковал Вадим, и тут же его рот опустился в воду, из-за чего последний слог сказанного утонул. Арине вновь пришлось вытаскивать его голову из воды. – Давай ты уплывёшь куда подальше? Я не хочу дохнуть в её пасти!

– Да без меня ты утонешь в две секунды! – демонстративно сунув голову парня, которую всё ещё удерживала в руке, в воду, закричала на него девушка. – Ты на свои ноги сперва посмотри!

– Да лучше утонуть, чем быть перемешанным в её желудке! – вновь оказываясь на поверхности и пытаясь отплыть, произнёс парень.

Но акула, не дожидаясь, когда ребята закончат свой спор, ушла под воду и больше не появлялась. Видимо, она нашла добычу полегче, чем Вадим с Ариной, которые до сих пор находились на самой высокой точке тонущего корабля. Скорей всего, она плыла к той добыче, которая не станет сопротивляться, к добыче, которая не будет сидеть в укрытии, или добыче, которая дастся без боя. Возможно, ей по вкусу пришёлся Стас или Юля, а может быть, и Егор.

– Нужно выбираться отсюда! – закричала Арина прямо в ухо Вадиму, и тот поклялся себе, что если выберется отсюда живым, обязательно уедет куда подальше от девушки. – Ты помнишь, с какой стороны берег? – подплывая к парню вплотную и вновь доставая его голову из-под воды, поинтересовалась Арина.

– Нет! – грубо выкрикнул он ей прямо в лицо. – Я, знаешь ли, как-то не запоминал! Мне это было не нужно! – Его всего трясло, зуб на зуб не попадал, и всё сказанное начинало путаться.

– Нужно вылезти из воды. – Арина плакала, но видно этого не было, так как вода перемешивалась со слезами. Единственное, что могло говорить Вадиму о слезах девушки, была интонация её голоса. – В воде мы либо утонем, либо будем съедены грёбаной акулой!

– И куда ты хочешь вылезти?! Полетать?! – грубо, сквозь стиснутые зубы прорычал Вадим. – Ну! Пожалуйста!

– Стас говорил, что на каждом корабле есть шлюпки, – резко обрывая все свои слёзы, припомнила девушка.

– На каждом, но не на этой старой развалюхе! – Зло кипело внутри парня, и ему хотелось выплеснуть его наружу, чтобы стало легче, но от того, что он кричал на девушку, ничего не изменялось. Ему всё ещё было невыносимо больно, ужасно страшно и, в конце концов, омерзительно противно осознавать, что они обречены. – Ты вообще видела, в каком году был построен корабль?

– Он обязан быть оборудован всем необходимым для спасения! – закричала на него девушка так, словно именно Вадим был виноват во всём случившемся.

– Он уходит на дно! Ау! Опомнись! Пока мы будем искать в нём что-то, задохнёмся! – с силой шлёпнув ладонью по воде, от чего Арина задрожала всем телом, боясь, что парень тем самым привлечёт всех акул из округи, проорал Вадим.

– Они, скорей всего, должны быть где-то на поверхности, – стараясь придать голосу своей естественной уверенности, пояснила Арина. – Ну, на той, которая уже под водой, но ещё не ушла ко дну…

– Ну и плыви туда! Ищи! – грубо отозвался парень, махнув рукой куда-то вперёд.

Так Арина и сделала. Она, зло сверкнув глазами в сторону Вадима, набрала в грудь побольше воздуха и нырнула. Арина не знала, что и где искать, но она знала, что нужно найти то, что поможет им продержаться на воде хотя бы несколько часов, пока рядом не проплывёт очередной корабль. Она почему-то была уверена, что все корабли ходят по одному и тому же маршруту и поэтому вскоре здесь окажется следующий рейс. Кто знает, может, им и ждать-то осталось совсем ничего? Может быть, он, тот самый корабль, уже где-то рядом и нужно всего лишь продержаться наверху пару минут? Именно эта надежда не давала ей отключить мозги и перестать что-то делать для своего спасения.

Вадим, изо всех сил пытаясь удержаться над водой, крутил головой в разные стороны. Арина, появившись в самом начале над водой несколько раз, сейчас долго не всплывала на поверхность, чем неслабо перепугала бедного парня, который практически выбился из сил и мог в любой момент уже не выдержать напора воды, настойчиво тянущей его вниз. Что случилось с девушкой, Вадим не знал, но всем нутром чувствовал, что больше он её никогда не увидит. Точно так же, как и всех остальных ребят. Он остался совершенно один в этом страшном месте, где у него осталось совсем мало сил и кислорода, чтобы как-то держаться на поверхности. Ему будет очень трудно продержаться над водой, ведь его ноги при втором взрыве снова приземлились неудачно, и малейшее к ним прикосновение вызывало дикую боль, но парень не собирался сдаваться. Он был готов отбиваться от акул голыми руками, был готов оторвать себе ноги, лишь бы забраться повыше, туда, куда ещё не достаёт вода. Он был готов бороться со всеми напастями, лишь бы выжить и, наконец, уехать подальше от любой воды. И если первое желание, где Вадим хотел уехать от Арины, всё же сбылось, хоть и не так, как ему хотелось, то, возможно, второе исполнится именно так, как он и задумал.

Глава 5

Света не спешила открывать глаза. Девушка прислушивалась к звукам, которые её сейчас окружали, и пыталась понять, где она находится и что произошло. Последнее, что она помнит – взрыв на корабле и падение куда-то вниз. Сейчас же она лежит на чём-то твёрдом и раскачивающемся, словно у себя в каюте, но не на кровати, а на деревянном полу. Её ноги и голова перекинуты через что-то, напоминающее спинку кровати, а брызги воды, которые попадают на её лицо, свидетельствуют о том, что она всё же не в каюте, но по ощущениям и не на корабле. Яркое жаркое солнце, которое бьёт даже через закрытые глаза, говорит о том, что сейчас самый разгар очередного летнего дня. И тут Света медленно приоткрыла глаза, прищурившись и прикрывшись рукой от яркого света. Девушка находилась в старой деревянной лодке, которая в момент взрыва была как раз где-то внизу, прямо под ней.

Девушка лежала поперёк лодки на самом её краю, отчего голова и ноги не помещались внутри, поэтому свисали с боков. Она медленно села и осмотрелась вокруг. На горизонте была сплошная вода. Такая же чистая, блестящая и спокойная, как и до этого. Никаких намёков на то, что недавно здесь был большой корабль. Света была рада тому, что при взрыве её отбросило именно в эту лодку, которую так тщательно нахваливал капитан, как только они поднялись на борт его корабля, потому что здесь были практически все её вещи. Если бы девушка при взрыве сместилась хотя бы немного в сторону, то могла бы просто утонуть, а сейчас она лишь отделалась лёгким испугом и недолгой потерей сознания от сильного удара головой о твёрдую поверхность борта тонущего корабля.

Девушка обернулась на другую часть лодки. Сперва увидела свой рюкзак, которому обрадовалась больше всего. Он лежал точно так же, как и до этого момента, когда Света, перекинувшись через борт, испуганно проверяла, не случился ли пожар от кинутой в воду сигареты. Рюкзак заполнял практически большую часть лодки, оставаясь ровно посередине и пряча за собой вторую часть небольшого судна. Девушка радовалась его наличию, как малое дитя, широко улыбаясь, ведь в нём было всё, что ей сейчас необходимо. Она так же медленно, словно в трансе, подползла к своему рюкзаку и, приложив усилия, собираясь подвинуть его ближе, притянула к себе. Но как только Света подползла к рюкзаку и схватилась за него, тут же резко его отпустила, потому что увидела в лодке ещё одного человека. Девушка, хоть и не видела лица, с уверенностью могла сказать, кто это был, и поэтому ужаснулась от болезненной сердцу догадки.

Эту белую школьную рубашку с длинным рукавом парня она ни с чем не перепутает, особенно со спины. На каждом уроке ей ничего не оставалось, как рассматривать её, потому что Света сидела прямо за парнем. Его светло-коричневые шорты тоже были узнаваемы, потому что он, прежде чем подойти к кораблю, хвастался всем, что их ему прислали из Италии родственники, и таких точно ни у кого больше нет. Шорты были сшиты на заказ, они были настолько элитными, что имя парня значилось на бирке вместо названия фирмы. И причёска. Каждый в их классе имел модную стрижку, и ни одна не повторялась. Его чёрные волосы она могла узнать даже в темноте. Коротко стриженные, густые, ровно причёсанные, без единого завихрения чёрные волосы были уложены просто и сложно одновременно. И даже сейчас, пережив взрыв, пережив падение, его причёска оставалась всё такой же шикарной, как и прежде, хоть он и не использовал никаких средств для удержания её формы.

Поборов себя, Света уселась с противоположной стороны от парня, обнимая свой драгоценный рюкзак руками, попутно прячась за него от всех посторонних глаз. А глаз, по её мнению, в лодке было гораздо куда больше необходимого количества. Будь девушка в лодке одна, она бы даже не думала пугаться. Девушка как никто знала, что её спасут, ведь всё необходимое для выживания у неё было с собой.

Но Свете не повезло. Ей никогда не везло. Даже за то, что корабль взорвался, она чувствовала свою вину. Не зайди она на борт, не отвлеки она капитана или кого-то из команды, кто знает, может быть, они бы раньше заметили проблему и не стали бы впопыхах решать её в день трагедии. И не повезло ей оказаться рядом с ненавистным человеком. Она не знала, жив ли парень или нет, но боялась на него даже взглянуть. Он совсем не шевелился, чем пугал её. Возможно, ей потом придётся объяснять, что она его не убивала. Но кто поверит бедной беззащитной девушке, которая никогда никому не нравилась, куда бы она ни пошла? Именно поэтому Света сидела, ссутулившись, прижимаясь вплотную к рюкзаку и пряча лицо в горячих складках прорезиненной ткани. Девушка боялась всего того, что с ней произошло и произойдёт в дальнейшем.

Глава 6

Влад, почувствовав, что что-то не так, завозился, словно пробуждаясь ото сна, и резко распахнул глаза, в которые тут же ударил свет от заходящего солнца. Он уже догадался, что плывёт точно не на корабле, и сейчас ему нужно лишь узнать, все ли конечности целы. Медленно сел, подтянув своё тело, как червяк, к голове, потому что оно послушалось не сразу. Его ноги зацепились за край лодки пятками, из-за чего пришлось приложить немало усилий, чтобы не пойми от чего ослабевшим телом сунуть ноги внутрь маленького судна. Вроде бы всё на месте. Затем, повернув голову в сторону, он поднял глаза и остолбенел. Он был готов на всё, но не на это.

– Блин! Чёрт! Нет! – громко закричал он, отчего Света дёрнулась, ведь она, всё ещё обнимая рюкзак, успела слегка задремать. – Почему ты?! Почему не кто-нибудь другой?! За что?! – Он поднял глаза к темнеющему вечернему небу и с сожалением прорычал: – Мне сейчас легче утопиться, чем плыть с тобой! Да с тобой мы и дня не протянем!

Влад, запустив руки в волосы и поставив локти на колени, издал звук огорчения. Он ожидал увидеть кого угодно, но только не Свету. Он мог вытерпеть даже все прихоти Арины, которая ему не очень-то и нравилась, но вот её! Ему ничего не оставалось делать, как молча сидеть в своей части лодки и не обращать внимания на тупую одноклассницу. Она для него всегда была ненормальной, странной, непутёвой и глупой. И Влад знал, что если человек таким родился, его уже ничем не исправить. И знал он, что плыть в одной лодке со Светой для него было равнозначно самоубийству, ведь девушка могла испортить абсолютно всё, до чего дотронется. Так и бывало в классе с того самого момента, как она в нём появилась впервые. Девушка то неуклюже пройдёт мимо кого-то и тот едва не вывалится в открытое окно, то выронит ножницы, на которые кто-нибудь обязательно тут же наступит, а то и вовсе прищемит дверью кому-нибудь палец. Она была той вороной, которую все боялись изначально.

Парень, пытаясь нащупать хоть что-то в карманах, что смогло бы его спасти, вытащил пачку сигарет из шорт. Он посмотрел на сырую, помятую упаковку и в сердцах швырнул её куда подальше, отчего лодка опасно накренилась. Кроме сигарет он смог найти в нагрудном кармане рубашки навороченную зажигалку и упаковку спичек, которые не подверглись каплям воды, как это произошло с сигаретами.

– Ну что же… – сквозь стиснутые зубы проговорил Влад. – Раз я не могу утопиться, то могу сжечь нас на хрен, ведь кроме огня у меня совсем ничего. – Он невесело хмыкнул и покрутил спичечный коробок в руках. – Мы трупы! – на последних словах он резко посмотрел на Свету, но та, продолжая прижимать к себе рюкзак, не обратила на него никакого внимания.

Девушка, которая тоже не была рада своей компании, с которой придётся делить лодку прилично долгое время, пока их не найдут или они не умрут, ещё больше утонула в складках своего неподъёмного рюкзака. Если бы ей повезло оказаться здесь одной или хотя бы с Егором или Стасом, шансов на спокойствие было бы гораздо больше. Их девушка боялась меньше всего, потому что в основном они действовали по просьбе толпы, а так как толпы в лодке не было, бояться их не имело смысла. Но в лодке был Влад. Тот самый Влад, который в основном и командовал ребятами, чтобы потом со стороны наслаждаться весёлым зрелищем.

Прошло уже немало времени с тех пор, как ребята пришли в себя, но ничего не изменилось. Света сидела с одной стороны лодки, Влад с другой. Они всё это время благополучно молчали, не издавая каких-либо звуков, и не шевелились. Каждый из них отчаянно думал, что произошло и как им быть дальше.

Девушка уже не прижимала к себе рюкзак, но вместо этого, сидя в углу и ссутулившись, она обнимала свои колени, на которые положила голову. Её большая чёрная безразмерная кофта, в которой она ходила по кораблю, закрывала руки едва ли не целиком, захватывая и ладони, что очень сильно спасало от палящего солнца, несмотря на цвет одеяния. Да и голову девушка накрыла огромным капюшоном, что за ним едва было видно её глаза. И Свете нравилось это – глаза для неё были самым сокровенным. Если кто-то смотрел прямо в них, она сразу же чувствовала настоящую беспомощность.

Влад же, наоборот, сидеть сложа руки не собирался. Он, хоть и сидел практически неподвижно, шарил глазами по лодке. Несколько раз парень останавливался взглядом на вёслах, прикреплённых к боковинам судна, но затем вновь продолжал поиски. Было видно, что он искал что-то определённое, но Свете даже смотреть на парня было страшно. Он иногда вставал, чем неслабо расшатывал лодку, отчего девушка сутулилась ещё больше, стараясь стать невидимой и не быть тем человеком, который первым окажется в воде из-за глупости парня.

– Что? Страшно? – брызжа слюной, взъелся он на Свету, которая всего лишь решила удержаться руками, чтобы не нырнуть в воду. – А знаешь, что на самом деле страшно? То, что мы здесь сгниём! Сгниём, твою мать, заживо! На этом чёртовом палящем солнце! Да нас оно сжарит похлеще всякого огня!

Так уже было несколько раз. Он начинал разглядывать лодку, затем, вскакивая на ноги, раскачивал её и орал на ни в чём не повинную девушку, а успокоившись, усаживался обратно в свой угол, разочарованно запуская руки в волосы. И в такие моменты, когда он был в настоящем отчаянии, лишь единственный звук нарушал тишину – урчание их голодных желудков.

Периодически Влад опускал голые руки в воду, пытаясь поймать хоть какую-нибудь рыбу, однако всё оказывалось безуспешно. Ребята продолжали сидеть молча – каждый со своего угла – и страдать в одиночестве. Хоть они и не были одни, чувствовали совершенно обратное. Дело было не в их молчании, не в их отношении друг к другу, а в атмосфере, таившейся рядом, которая неумолимо приближала смерть. А умирать, как водится, в любом случае приходится в одиночку.

Единственное, что сделал Влад к следующему вечеру, когда полностью стемнело, а они окончательно изголодали, отчего не могли толком пошевелить даже рукой, это неожиданно, немного не к месту, вспомнил уроки географии. Света даже дёрнулась, едва не посмотрев в сторону парня, но всё же совладала с собой и ещё больше наклонила голову, пряча глаза в коленях.

– Даже если бы у нас была карта и компас, мы всё равно ничего бы не смогли сделать! – в сердцах прокричал Влад в темнеющую пустоту и, тратя последние силы, отчаянно стукнул кулаком о бок лодки. Она тут же закачалась, но быстро пришла в равновесие. – Ведь мы даже не знаем, в какой стороне находимся и в какой стороне наш город. Да мы даже не знаем координаты, где затонул корабль! Совсем ничего! Мы бездари! Тупые, никчёмные олухи!

На следующий день он уже не вставал, а просто разглядывал лодку потускневшим взглядом, в котором уже не было каких-либо надежд. Даже не читая его мысли, можно было понять, о чём он думает. Влад хотел, чтобы всё это быстрее закончилось. Хотел, чтобы их нашли или хотя бы просто умереть во сне, чтобы больше не мучиться. Он хотел пить, потому что в горле пересохло и его драло, словно парень пытался проглотить наждачную бумагу. Он хотел курить, потому что давно выработал ужасную зависимость и не видел своей жизни без сигарет. Его руки тряслись, и он не мог это ничем скрыть. У него дрожали не только руки, у него было чувство, будто какой-то работающий мотор вшили в тело. Оно всё тряслось то ли от обезвоживания, то ли от голода, то ли от невыносимой жары, из-за которой по лицу струился пот, выжимая из организма последнюю влагу. Сжав зубы и закрыв глаза, он старался унять свою дрожь.

Кроме всего вышеперечисленного, парню неимоверно хотелось пить. Хотя бы обычной воды. Влад не пил уже довольно давно, и это сказывалось на организме. Он был, как высушенный фрукт, а попытки наброситься на одноклассницу с какими-то обвинениями не давали никакого утешения. Его хриплый голос постоянно сбивался, и вместо крика можно было услышать что-то булькающее и непонятное. Будто вся вода, которая была в его организме, покидала его тело навсегда.

– Блин, пить охота… – запрокинув назад голову, хрипло, едва слышно произнёс парень. – Никогда не думал, что подохну вот так… В грёбаной лодке с идиоткой…

Света, впервые посмотрев на парня за эти дни, медленно перехватила рюкзак и выудила оттуда большую бутылку с водой. Её руки тоже тряслись, но, в отличие от соседа, её тело оставалось спокойным во всей этой передряге и суматохе, которую пытался зачем-то своевольно создать парень. Девушке казалось, что он пытается их убить раньше положенного времени, но мысленно знала, что он всего лишь таким образом борется с навалившимся стрессом. У него была истерика, и Света не могла ему в этом ничем помочь.

Пока Влад продолжал причитать о неизбежности смерти, прикрыв глаза и задыхаясь, Света аккуратно открыла пластиковую бутылку. Налив в широкий колпачок немного воды, она перелезла на другую сторону лодки и, робко дотронувшись до колена парня мизинцем, со всей осторожностью протянула ему воду.

Парень, скорей всего от неожиданности, резко распахнул глаза и поставил голову в её естественное положение. Если бы он только знал, какую силу воли пришлось проявить девушке, чтобы не только посмотреть в его сторону, но и дотронуться, он бы не стал таращиться на неё возмущёнными глазами, готовясь нагрубить. То, что Света протягивала ему чистую питьевую воду, его насторожило. Первое, что он успел подумать: «А не отравила ли она её, чтобы избавиться от надоевшего спутника?» Но жажда, наконец, пересилила всё, заставляя подчиниться не законам логики или теории выживания, а своему первородному инстинкту. Он с некоторым трепетом взял из рук девушки крышку. Пытаясь не разлить воду, стараясь донести каждую драгоценную каплю, Влад поднёс её ко рту и постарался выпить всё очень маленькими глотками. Из-за того, что крышка была не такой большой, как хотелось бы, вода всё же быстро закончилась.

Светлана всё ещё сидела рядом, но не смотрела на парня. Она с трудом держала в руках тяжёлую бутылку и ждала, когда тоже насладится водой, о которой так долго мечтала. Ей было всё равно, что Влад был на расстоянии вытянутой руки, ей было всё равно, что Влад мог из-за своего вспыльчивого характера отобрать у неё всю воду, ей было всё равно, что парень мог выкинуть бутылку за борт. Она всего лишь хотела пить и ждала, когда будет из чего.

Влад, всё же соизволив отдать крышку Свете, стал пристально наблюдать за девушкой. Она повторила те же манипуляции с водой и, выпив её, закрутила крышку на бутылке и убрала её обратно в рюкзак. Девушка знала, что нужно экономить воду, иначе не выжить, вот почему раньше не доставала её. Она ждала, когда жажда пересилит все их желания, и этот момент настал, когда она увидела борющегося едва ли не за жизнь парня.

Но даже вода не смогла спасти Влада от дрожи. Он нервничал, и ему хотелось курить. Много курить. Так много, как не курил никогда. А последние сигареты, которые у него были, он от отчаяния вышвырнул в воду. Парень знал, что они бы ему не помогли, потому что они были насквозь промокшими, но всё же несколько раз пожалел о своём поступке. Да и искать их сейчас на дне было бы бесполезно. Хоть им и кажется, что лодка стоит на месте, это самая настоящая иллюзия. Она плывёт всегда, в любом направлении, поэтому от того места, где парень выкинул пачку сигарет, они уже были довольно-таки далеко.

Влад, вновь сжав зубы и точно так же сжав голову по бокам руками, хотел, чтобы она лопнула. Он хотел, чтобы это оказался всего лишь очередной сон, о котором он будет потом вспоминать с улыбкой на лице. Но пока он мог сделать лишь одно – поджечь себя или утопиться. И это был самый трудный выбор для него в данный момент. Парень не знал, что лучше. Он не знал, от чего получит меньшую боль, поэтому не торопился. Да и куда торопиться? Вода и огонь никуда от них не денутся. Даже если Влад случайно, в порывах ярости, утопит зажигалку или спички, необъятные просторы воды останутся с ними ещё надолго.

– Да здесь даже выбора никакого нет! – кричал Влад из последних сил, даже не пытаясь умерить пыл, чтобы оставаться в хорошем состоянии чуть дольше. – Даже повеситься нельзя! До чего мир докатился?! Им стоит придумать лодки с верхушкой, на которую можно повесить… Да чёрт! Здесь даже верёвки нет, чтобы задушить себя!

Света, сидя к нему боком, медленно перекинула ноги за стенки. Она всматривалась вдаль, где заходящее солнце, оставляя лишь купол чистого голубого неба сверху, озаряло красивыми яркими цветами горизонт. Девушка не слушала монологи Влада. Ей не нравились его мысли по поводу убийства или смерти. Она знала, что парень не верит в то, что их спасут. Да если честно, девушка тоже в это верила с какой-то неохотой. Она могла предположить, что, узнав о кораблекрушении, спасатели для начала приплывут на место трагедии, а уже потом, может быть, и нарвутся на их мирно покачивающуюся лодку, но, скорей всего, совершенно случайно. В таком случае оставалось надеяться лишь на то, что люди пойдут с их стороны и заприметят лодку раньше, чем обломки самого корабля.

Девушка, повернувшись в сторону Влада, осторожно вернула свои ноги в лодку. Ей не нравилось его состояние. Он был на грани. Нет, не на грани жизни и смерти. Он был на грани обычной, самой настоящей истерики. И ему сейчас нужна была помощь, как бы он ни отнекивался. Как бы он ни старался скрыть своё состояние весёлыми подколками в сторону девушки или насмешливыми фразами, нельзя было не заметить в нём обычный человеческий страх.

Света, кинув на Влада случайный взгляд, почему-то задержалась на его лице. Она будто что-то хотела на нём прочитать, но ничего не выходило. Влад, почувствовав на себе пристальный взгляд девушки, поднял голову, чтобы посмотреть. Света, боясь пересечься с ним взглядом, тут же отвернулась и продолжила разглядывать уже потемневший горизонт. Но Свету почему-то не отпускало чувство обеспокоенности за его состояние, и девушка, достав из кармана целую, не тронутую упаковку жвачки, дрожащими от страха и голода руками протянула её Владу.

Парень долго смотрел на протянутый предмет, не понимая, зачем он ему. Сейчас жвачка ничем не поможет. Или?.. Он взял упаковку и, достав одну пластинку, закинул в рот. Он всё проделал такими резкими движениями, что Света невольно усомнилась, а не притворяется ли он обессиленным? А вдруг парень лишь делает вид, что ему плохо, чтобы потом истратить весь запас энергии на что-то по-настоящему ужасное? Но Влад, сложив упаковку жвачки в нагрудный карман к зажигалке и спичечному коробку, снова закинул голову назад и заскулил.

Сперва Влад хотел отдать упаковку обратно девушке, но она отползла на свою сторону раньше, чем он справился с открыванием пачки трясущимися руками. Он старался как можно твёрже проделывать все манипуляции, старался скрыть дрожь, проходящую волнами по всему его телу, но в итоге выходило только хуже. Он был похож на маленького замерзающего, брошенного в сырой после дождя коробке щенка, о котором все забыли.

– Может, у тебя и компас имеется? – чувствуя, что пока он жуёт, дрожь немного утихает, поинтересовался Влад. Но девушка, не отрываясь от созерцания растущей луны на тёмном небе, лишь отрицательно качнула головой.

На этот раз Владу удалось заснуть. Вода и жвачка смогли его немного успокоить. Руки хоть и тряслись, но уже не так сильно. Умереть хотелось, но с мыслью, что у них есть вода, смерть могла и подождать, а вот голод… Только засыпая, парень понял, что желудок прирос к спине. И именно голод не дал ему быстро заснуть. Так же, как и Свете. Они, свернувшись калачиком каждый в своей стороне, проспали до самого утра, пока яркое солнце не ударило им по глазам.

– Жрать охота, пить охота… – забросив в рот очередную жвачку, продолжал причитать парень. – Жарко, зараза! Может быть, у тебя в рюкзаке и зонтик найдётся?

Света, не глядя в сторону парня, пытаясь спрятаться за рюкзаком или в огромной кофте, вновь покрутила головой. Решив, что можно помочь Владу немного другим способом, девушка всё же потянулась к рюкзаку, отчего парень вопросительно вскинул брови. Выудив бутылку с водой и поставив возле себя, девушка начала рыться в рюкзаке дальше. Влад, не переставая, наблюдал за ней. Он так пристально следил за каждым её движением, что Свете становилось не по себе, она сутулилась, но поиски не прекращала. И вот, наконец, она практически со дна вытащила яблоко. Положила его рядом с бутылкой и начала снова исследовать просторы своего рюкзака. На этот раз это заняло много времени, и по глазам девушки стало понятно, что она начала волноваться. А вдруг не найдёт? Но она нашла. Нашла маленький складной ножик и закрыла рюкзак.

– Ты серьёзно взяла всё, что было в том списке? – насмешливо, но одновременно с этим как-то благодарно проговорил Влад.

Девушка, как и обычно, ничего не ответила. Она разрезала небольшое яблоко на несколько маленьких частей и отдала половину Владу, но парень не спешил брать. Он не хотел выживать за счёт другого человека. Он был готов распрощаться с жизнью, пока не найдёт способ найти себе пропитание. Он собирался оставить всё то, что было в рюкзаке, Свете, потому что никогда не претендовал на чужие вещи. Сам же Влад не был готов к такому повороту событий и знал, что если бы не девушка, давно бы прыгнул в воду.

– Я не буду их есть. Они твои, – с каким-то не характерным для него утвердительно-добрым голосом произнёс парень. Он произнёс это так ровно, что не было сомнений – говорит от чистого сердца, хоть и слегка обиженно на самого себя. – Ты проживёшь гораздо дольше, если оставишь всё себе.

Света тоже не собиралась есть те дольки, которые предназначались Владу. Она просто положила их на стороне парня и начала есть свои. Как ни странно, Влад тоже к ним не притронулся, хоть есть хотел не меньше, чем девушка. Ему было стыдно за то, что не взял что-либо из списка, который им выдали на последнем уроке географии. А ведь он тогда, даже не взглянув на список, на радостях скомкал его и зашвырнул в урну, которая стояла в их классе. Но вот когда яблоки стали на солнце сморщиваться, ему пришлось побороть свой героизм и съесть их. Он понял, что Света их не возьмёт, даже если парня зашвырнёт сейчас за борт или если он окочурится.

Ребята так и сидели, каждый по своим сторонам, изо дня в день отпивая по какому-то маленькому глотку воды и раз в два, а то и в три дня отведывая по небольшому яблоку, которые грозились вот-вот закончиться. И вот когда еды вообще не останется, как предполагал Влад, гибели им уж точно не избежать, но Света с каждым новым днём, словно волшебница, опускала руку по плечо на самое дно рюкзака и доставала оттуда маленькое яблоко.

Воды у ребят было ещё предостаточно, а вот еды оставалось совсем на грани. Кожа так сильно была обожжена солнцем, что до неё невозможно было дотронуться. Красные ожоги на открытых участках тела болели при малейшем движении, и хотелось истратить последние капли воды на них, чтобы унять боль, но ребята благополучно сдерживались. Больше всего не повезло в этом Владу. Его руки и ноги были оголены для прямых, горячих, не щадящих кожу солнечных лучей, а вот Светлане повезло куда больше, потому что её ноги были скрыты лёгкой тканью брюк, а руки – большой бесформенной и безразмерной кофтой. Только лишь лицо её страдало за ноги и руки вместе взятые. Оно горело заживо, как в какой-то момент высказался Влад, имея в виду всего себя.

Была глубокая звёздная ночь с полным штилем, отчего лодка даже не колыхалась, но заснуть девушка никак не могла. Каждый раз, закрывая глаза, она чувствовала сильное жжение на лице, а кряхтение пытающегося заснуть с другой стороны Влада и вовсе доводило до бессонницы. Она понимала, что ему сейчас гораздо хуже, чем ей самой, но мысль о том, что парня можно перекинуть через борт лодки, пока тот спит, не давала ей покоя.

Дождавшись, когда Влад заснёт, перестав кряхтеть и двигаться, изредка лишь глубоко вздыхая во сне, Света тихо, подтащив к себе рюкзак, подползла ближе. Она была готова к холодам во время их путешествия и взяла большую тёплую кофту на пуговицах, чтобы не замёрзнуть. Именно её она сейчас достала из рюкзака, завёрнутую в тугой рулон. И именно ей накрыла Влада. Эта кофта могла спасти его кожу от утреннего солнца, пока он будет спать. Посмотрев, нет ли открытых участков его кожи, девушка вновь отползла в свою сторону и, свернувшись в клубочек, тоже попыталась заснуть.

Под утро Влад, почувствовав на себе что-то мягкое и достаточно тёплое, резко распахнул глаза, но не шевельнулся. Он ожидал увидеть всё что угодно, но не кофту, которая закрывала его от солнечных лучей. Парень посмотрел на Свету, которая мирно посапывала с другой стороны, свернувшись до таких маленьких размеров, что помещалась поперёк лодки целиком, и вновь вернул взгляд на кофту. Почему-то он не был так сильно этому удивлён. Они не зря считали девушку ведьмой, ведь только ведьма могла исполнять любую его прихоть. И когда-то за спасённую жизнь он должен будет заплатить, только вот чем, он никак не мог предположить.

И вот ещё один день. Ещё один день в раскачивающейся на воде лодке. Ещё один день сожалений, что не смогли остаться на месте крушения корабля. Света крутила в руках нож, то складывая его, то открывая, чем слегка раздражала до сих пор трясущегося парня. Влад нервно щёлкал зажигалкой, жуя предпоследнюю жвачку. Эта тишина их угнетала. Ни крика какой-нибудь птицы, ни звука самолёта или корабля. Лишь плеск воды, ударяющейся об лодку.

Влад, в какой-то момент перестав щёлкать зажигалкой, сложил её в карман и посмотрел на Свету. Он всё ещё сидел, накинув на себя её кофту, и просто хотел поблагодарить девушку за её доброту, но что-то постоянно его останавливало. И, в отличие от него, ножом она щёлкала не нервно, а как-то спокойно и умиротворённо. Всё же немного отведя взгляд от рук девушки, парень, посмотрев за её спину, быстро вскочил на ноги. Так быстро, что лодка опасно качнулась сперва в одну сторону, затем в другую, едва не черпнув внутрь взволновавшейся на секунду воды. Света, оставив нож в сложенном положении, вопросительно посмотрела на Влада. Девушка даже не задумалась о том, что смотрит прямо в его пронзительные карие глаза, отражающие неимоверный ужас, какого там не было в день трагедии. Увидев, что он смотрит испуганно за её спину, девушка медленно, боясь даже представить себе, что её ждёт, начала поворачивать туда голову.

– Не поворачивайся! – громко завопил парень. – Не смотри туда!

Он начинал паниковать. Именно это заставило Свету его не послушаться. Девушка медленно, словно в замедленной съёмке, повернула голову в ту сторону, куда был направлен взгляд Влада. Ровную водную гладь рассекали два одинаковых акульих плавника, которые двигались синхронно в одну сторону. И один из этих плавников был достаточно близко к их лодке.

– Нет! Ты сейчас начнёшь орать! – слёзно простонал Влад, но пока кричал только он сам, в отчаянии держась за голову. – Мы обречены на гибель!

Света смотрела на приближающиеся плавники совершенно спокойно. Было такое ощущение, что она и была причиной их появления. Будто она, щёлкая ножом, призывала их сюда, надеясь, что акулы смогут помочь. Девушка, продолжая внимательно смотреть на оба плавника сразу, что-то пыталась вспомнить. Влад же, выкрикивая всё, что приходило ему на ум по поводу Светы, лишь мешал ей думать.

Девушка, неотрывно глядя на приблизившихся практически вплотную к лодке хищников, вслепую, не убирая прямого взгляда от плавников, нащупала вёсла и, взяв их в руки, попыталась медленно и осторожно отодвинуть лодку в сторону. Это вышло, но с большим трудом. Она не была силачкой, чтобы подвинуть двух людей всего лишь одной рукой. Одна из акул проплыла мимо, что очень понравилось Свете, а вот другая не спешила. Она медленно стала кружить возле лодки, словно оценивая обстановку и перспективу вдоволь полакомиться.

– Нет… Нет. Нет! – всё громче кричал Влад, когда акула приближалась в его сторону.

Парень, сев на место, прижал к себе колени и закрыл голову руками. Он ожидал, что акула набросится на него в тот же миг, как проплывёт рядом. Он чувствовал это всем своим нутром, но вот Света, неотрывно наблюдая за действиями хищника, выглядела совершенно спокойной.

Девушка, удерживая в руках одно весло, успев положить второе около ноги, ожидала, когда акула подплывёт ближе к ней. Свете не нравилось то, что Влад разводит панику на пустом месте. Она уже была готова веслом пырнуть самого парня, лишь бы тот хоть на секунду перестал причитать, что им конец, но взяла всю свою волю в кулак и даже не смотрела в его сторону. Влад же продолжал уверять, что смысла в жизни он больше не видит. Он говорил это в своей манере, грубо, громко, но с тем же и испуганно, что заставляло поверить в его искренний страх, которого Света ни разу не улавливала, пока они находились в школе или около неё. Влад всегда был тем, кто заводит толпу своим невозмутимым видом и уверенностью в себе и своих силах.

И вот, когда акула вновь подплыла в сторону Светы, девушка, хорошенько прицелившись, прищуриваясь, с силой стукнула веслом туда, где виднелся глаз хищника. Влад, ожидая всего что угодно, но только не этого, неестественно взвизгнул не свойственным ему тоненьким голосом, подскочил и сделал один широкий шаг в сторону девушки. Света за то время, пока парень испуганно приближался к ней, успела нанести ещё пару ударов акуле в морду.

– Ты с ума сошла! Ты её провоцируешь! – кричал Влад, насильно пытаясь отобрать весло у девушки. – Она же нападёт на нас! Дура!

Но всё, чего он добился, так это наклонившуюся под их весом лодку в сторону акулы. Как бы ни старалась Света оставить весло у себя в руках, Влад оказался сильней. Он, практически отобрав предмет избиения акулы, продолжал что-то выкрикивать. А акула, будто наслаждаясь этим спектаклем, ожидала эпилога, чтобы их съесть. Она продолжала размеренно плавать вокруг лодки, поджидая или подбирая нужный момент для нападения, и никуда не спешила.

– Успокойся, – проговорила Света мягким, нежным голосом, но достаточно чётко.

Влад, не ожидая такого поворота событий, не заметил, как отпустил весло. Девушка, всё это время следившая за акулой, вновь натянула его на себя и опять стала отбиваться. Она не делала резких движений, каждый взмах был настолько плавным и неожиданным даже для Влада, что он начал понимать, как девушке удаётся до сих пор оставаться в живых.

– Чёрт… – прошептал севшим голосом Влад. – Ты говоришь! Я думал, ты немая!

Но девушка, будто его не слыша или притворяясь, что не слышит, продолжала целиться в акулу веслом и бить её по морде, как только та выныривала из воды и показывала глаза рядом с лодкой. Влад же отошёл, а точнее, уже отполз, в свою часть лодки, что очень понравилось Свете. Теперь внимание не нужно было делить на акулу, Влада и лодку, чтобы в неё не зачерпнулась вода. Теперь её внимание целиком и полностью было направлено на хищника.

Вскоре под удивлённый взгляд Влада акула развернулась и уплыла прочь. Было ощущение, что кто-то свистнул с другой стороны и она, как послушная собачонка, рванула к хозяину. Парень, не ожидая этого, едва не проглотив давно безвкусную жвачку, даже присвистнул. Он давно распрощался с жизнью, и теперь увиденное, как акула, потерпев неудачу, уплыла прочь, заставило его немного взбодриться и поверить в настоящие чудеса.

– Что… Что это было? – всё ещё ошарашенно поинтересовался парень, когда Света, положив весло, уселась на своё место и, накинув на голову огромный капюшон, по обыкновению ссутулилась.

– При виде акулы можно сделать лишь одно – стать акулой, – вновь держа в руках нож, тихо, так чтобы её голос был едва слышен на другом конце лодки, проговорила Света.

Сколько бы Влад ни пытался её допрашивать после, от неё он не добился больше и слова. Парень не понимал совершенно ничего. Ни то, почему акулы на них не нападали, ни то, почему одна из них уплыла восвояси ещё до того, как Света толком её разглядела, ни то, зачем девушка избивала вторую веслом, которое так отчаянно выхватила у парня из рук. Совсем никаких пояснений.

После того как Влад отстал от девушки с расспросами, он вновь достал зажигалку и, щёлкая ей от безысходности, изредка с некоторым сомнением поглядывал на свою спутницу.

Света снова взяла одно из вёсел, но на этот раз отбиваться было не от кого, и поэтому Влад, изредка бросая короткий взгляд на неё, возвращался лицезреть огонь, колыхающийся на зажигалке. Девушка в какой-то момент начала спиливать ножом поверхность весла, выбрасывая ненужные щепки в воду, и пока Влад этого не заметил, она могла делать, что считала необходимым. Света знала, что рано или поздно парень её утопит хотя бы за то, что она портит хорошую вещь, но старалась об этом не думать.

Солнце медленно клонилось к горизонту, оповещая о том, что настал вечер. И вновь никаких намёков на спасение. Ни корабля, случайно оказавшегося на их пути, ни спасательных шлюпок, планово ищущих ребят, ни каких-либо самолётов или вертолётов. В этом месте существовали лишь они на маленькой неприметной лодочке и акулы, которые могли вернуться в любой момент, на этот раз с кучей своих сородичей, от которых не отбиться обычными вёслами.

Влад, подняв глаза на тихо сидящую девушку, едва не подскочил. Она портила вещь, которая спасла их от гибели. Он чертыхнулся и, вновь сильно раскачав лодку, одним большим шагом преодолел расстояние до девушки. Ему не хотелось умереть из-за тупой одноклассницы, которая не поддавалась никаким приказаниям и словно не понимала, в какой ситуации она сейчас находится.

– Дура! Что ты делаешь?! – изумлённо завопил Влад, расшатывая лодку ещё больше, потому что собирался отобрать свой шанс на выживание у этой чёртовой ведьмы. – Ты хочешь нас погубить? Дай сюда!

Но Света не собиралась отдавать испорченное весло парню без боя. Для неё оно было больше, чем просто вещью для передвижения. У неё были свои планы на этот предмет. Отдавать Владу весло девушка не собиралась ни под каким предлогом, особенно сейчас, когда еда была практически на исходе, о чём парень даже не подозревал. Ему, наверное, казалось, что Света будет доставать яблоки со дна рюкзака до тех пор, пока за ними не приплывут, а, как подсказывала интуиция, плавать без какой-либо помощи извне им придётся ещё очень и очень долго.

– У нас заканчивается еда, – силой вырвав из рук Влада изуродованное весло, сквозь зубы процедила девушка.

– И ты хочешь этим самодельным копьём зарезать меня, чтобы было, что пожевать? – натянув на себя остаток весла, отчего лишь засадил в руку несколько мелких щепок, зло накинулся на девушку Влад.

– Нет, – окончательно отобрав предмет у Влада, слишком спокойно в их ситуации ответила Света. – Из него получится неплохая удочка. Там, где акулы, всегда есть рыба.

– И откуда же ты всё это знаешь? – пытаясь зубами вытащить застрявшую в ладони щепку, насупился парень.

Но Света не ответила. Пока Влад был занят занозами в своих руках, девушка, успев вернуться на своё место у рюкзака, который прятал её от глаз парня, спокойно продолжила стругать весло. Вскоре в её руках было что-то наподобие удочки, а когда она достала из рюкзака бечёвку, завёрнутую в небольшой клубок, Влад тут же забыл про щепки в ладонях. Он, выпучив глаза, стал изо всех сил таращиться то на Свету, то на шпагат в её руках.

– У тебя всё-таки есть верёвка. Неплохо! – наконец-то усаживаясь на свою часть лодки, усмехнулся он. – Сможешь спокойно удушить меня ею во сне.

Светлана проигнорировала его слова. Она продолжала корпеть над испорченным веслом, пытаясь хоть как-то зацепить за него шпагат. Знание морских узлов ей очень сильно помогло, и вскоре удочка была полностью готова к своей работе. Оставалось только найти то, на что может клюнуть рыба. Вот только об этом она не подумала во время сборов в путешествие и сейчас жалела, что не положила в рюкзак хотя бы какие-нибудь хлебные крошки.

– Ну и чего ты там хочешь найти? – грубо взъелся парень, которому надоела её суета.

– У тебя кровь, – напрочь проигнорировав вопрос Влада и заметив капли крови на его правой ладони, констатировала факт Света.

– А то я не знаю! – брякнул с сарказмом Влад, отчего девушка снова отвернулась к рюкзаку, продолжая в нём что-то выискивать.

Через какое-то время девушка что-то достала из рюкзака, почему-то забыв о самодельной удочке. Она медленно подползла к Владу, который сидел с закрытыми глазами на своей части лодки и не сразу заметил Свету. Как только она заговорила прямо перед ним, парень даже дёрнулся от неожиданности – настолько тихо она оказалась рядом.

– Дай руку, – она говорила тихо, но чётко и требовательно.

– И на хрена тебе моя рука? Отрежешь её? Мои пальцы вместо червей на твою удочку? – твёрдо и насмешливо уставившись на Свету, нахально поинтересовался Влад. – За всё нужно платить, да?

Девушка его не слушала. Она бы сейчас всё отдала, лишь бы хоть немного побыть на суше и без Влада, но судьба распорядилась иначе, и ей приходилось терпеть его отвратительный характер. Хоть Влад сейчас и умеет, что кричать и обвинять во всём девушку, он мог чем-то помочь в ближайшем будущем. Зная это, Света стойко терпела все его выходки. Радовало только одно – её он не трогал.

Не дожидаясь согласия парня, Света перехватила его правую руку и, держа найденный в закоулках рюкзака бинт, начала закрывать порез на ладони. Влад смотрел за её манипуляциями, как всегда, неотрывно. Если бы он так повёл себя с акулами, может, и не пришлось бы показывать свою силу перед ними, но в момент опасности парень всё же предпочитал проявлять всю свою неуравновешенность.

– Акулы чувствуют кровь, – поспешно отползая на своё место, попыталась объяснить Света. – Они могут вернуться. Если есть кровь, значит, есть рана. Если есть рана, значит, нет сил противостоять хищнику.

– А-а… – протянул парень. – Теперь ясно, почему ты не хочешь отрезать мне пальцы… – Он хмыкнул. – Ты просто не хочешь вновь столкнуться с акулой. – Парень, разглядывая забинтованную руку, растопырив пальцы веером, засмеялся.

Света ничего не ответила. Она знала, что Влад ей не очень-то и верит. Ей не было до этого никакого дела, потому что нужно было придумать, как насадить на удочку рыбу. Обращать внимание на упрёки Влада не было ни сил, ни времени, ни желания. Он мог ныть целыми сутками по поводу того, что их дни предрешены, отчего мозг переставал соображать окончательно, поэтому слушать его невнятное бормотание себе под нос было бессмысленным занятием.

Но на что будет клевать рыба? Когда стемнело, а в рюкзаке так ничего и не нашлось, предложение отрезать пальцы Владу уже не казалось таким безнадёжным. Понимая, что тогда на запах крови приплывут акулы, Света всё же искала более гуманное решение. Даже если они снова смогут отбиться, акула поест всю рыбу в округе, а это равнозначно тому, что ребята могут считать себя обедом. Да и отрезанные пальцы не дадут никакого результата, кроме невыносимой боли и моря крови.

Всю ночь ребята просидели на своих местах. Сна не было ни в одном глазу ни у Влада, который рыскал по тёмной, немного взволнованной глади воды, ни у Светы, которая отчаянно стремилась узнать, чем бы прикормить рыбу. Она всё ещё пыталась что-то придумать, чтобы поймать рыбу, а Влад, периодически отрываясь от созерцания темноты, щёлкал зажигалкой в надежде, что в темноте кто-нибудь заметит его сигнал. Но заметить его могли лишь жители данной местности – рыбы и акулы. И больше никто.

Когда на горизонте вновь появились первые солнечные лучи, окрасившие воду в желтовато-оранжевый цвет, Влад убрал зажигалку обратно в карман и решил немного вздремнуть. Лишь ночью он мог надеяться на спасение. Утром огня не будет видно даже пролетающим над ними самолётам, что он понял буквально на третьи сутки своего пребывания в лодке и старался как можно правильней распланировать запас газа, который мог иссякнуть в любой момент.

Света, которая видела, что Влад уже давно сдался и не верил в спасение, не собиралась следовать его примеру. На этот раз она, как это делал несколько дней назад парень, изучала лодку одним лишь взглядом. Она осматривала каждый её уголок, пытаясь зацепиться хоть за что-то. Иногда девушке казалось, что она вот-вот должна найти то, что нужно, но это быстро ускользало от неё, играя в прятки. И тут её неожиданно осенило.

Влад, услышав странный звук то ли шкрябания, то ли царапания, приоткрыл глаза и тяжело сел, потому что тело болело ещё больше, чем раньше. То, что увидел Влад, немного его насторожило. Он, дотронувшись до лица руками и словно умывшись жарким воздухом, жалобно замычал.

– М-м. Что ты опять делаешь? – жалобно протянул Влад, а Света, продолжая соскабливать поверхность боковины лодки ножом, не обратила на него никакого внимания. – Ты реально хочешь нас угробить? Если ты сейчас проделаешь дыру в ней, вода хлынет и затопит нас! Ау!.. Ты меня хоть слышишь?

Она слышала и именно поэтому не останавливалась. Нет. Она не проделывала отверстие насквозь. Света пыталась найти какие-нибудь личинки, которые любят обитать в дереве. И пока ей везло. За то время, пока Влад спал, ей удалось достать несколько штук. Сейчас они спокойно лежали в кармане её брюк, пытаясь выбраться наружу, что не давала сделать молния. Но об этом Влад даже не подозревал. Он видел странную картину, из-за которой запросто мог захотеть швырнуть Свету за борт. Девушка была такой хрупкой и миниатюрной по сравнению с ним, что идея не казалась такой уж и абсурдной. Но то, что без Светы ему не выжить, парень знал наверняка, именно поэтому он всё ещё терпел ведьму, которая в данный момент делала всё, чтобы они оба, по его мнению, пошли ко дну.

Как это было ни странно, Влад так и не остановил девушку. Он сидел со своей стороны и просто наблюдал, словно решив, что пусть будет то, что будет. Парень наблюдал за Светой точно так же, как психологи наблюдают за людьми, чтобы потом поставить точный диагноз. Он будто чего-то выжидал. Может быть, своей смерти? Спустя столько дней блуждания по воде эта мысль казалась самой логичной.

Когда Света, перестав ковыряться ножом в стенке лодки, вытащила рукой что-то белое и очень маленькое, парень всё же подполз ближе и начинал внимательно разглядывать то, что девушка протягивала ему на раскрытой ладони. Она не смотрела на парня, но почему-то была уверена, что он ошарашен. Если Влад недавно был удивлён бутылке воды и яблокам в рюкзаке, то сейчас, как была уверена Света, он молчал больше от шока, чем от удивления, что в лодке кроме них есть и другие живые её обитатели.

– Невероятно! – разглядывая личинку на руке у девушки, проговорил Влад, едва сдерживаясь, чтобы не прикоснуться к ладони Светы, дабы приблизить живность поближе к глазам. – Просто поразительно!

– Если очень постараться, на неё можно поймать рыбу, – так и не взглянув на парня, складывая личинку в карман, проговорила Света.

Влад, чтобы хоть чем-то помочь, попытался взять у девушки нож, но она не отдала. Девушка просто молча отползла в другую часть лодки и стала шебуршить ножом уже там. Она не доверяла такую тонкую работу парню, ведь именно он и смог бы сейчас проделать дыру в лодке, нежели отыскать маленькое существо. Света была уверена в том, что Влад не знает принципа снимания верхнего слоя дерева и поиска личинок в конкретном его слое. Она была готова проделывать всю самую сложную работу день изо дня, но желала одного: чтобы Влад перестал ныть и просто помолчал.

Дни для них тянулись ужасающе медленно. Настолько медленно, что все они слились в один сплошной мрачный, хоть и яркий от палящего солнца, предсмертный день. И каждый такой день был наполнен страхом и отчаянием, но ребята не сдавались. Они были сильнее, чем казались друг другу. Они могли противостоять сейчас самой смерти, которая гонялась за ними по пятам.

– Это бесполезно, – наблюдая за опущенной в воду нитью с прицепленной к ней личинкой, проронил на выдохе Влад. – Если здесь и водилась рыба, она давно была съедена акулой.

Света молча наблюдала за спокойной водной гладью, будто приманивая взглядом хоть какую-нибудь крохотную рыбёшку, но так и не решалась взглянуть в сторону Влада, который надеялся услышать от неё хоть что-нибудь. Он и не ожидал, что Света что-нибудь ответит. Её фразы были маленькими и такими редкими, что парень иногда задавался вопросом, а не сошёл ли он с ума, придумав её голос? Он продолжал сидеть, придерживая руками самодельную удочку, надеясь только на то, что сегодня или завтра он всё же что-нибудь поест. Яблоки, которые Света доставала из рюкзака, давно закончились, а воды оставалось где-то на несколько дней, и надо было хоть как-то выбираться из отвратительного положения, в котором они оказались на данный момент.

Ребята в таком положении сидели уже довольно долго, а тишина, которая их окружала, резала уши похлеще медицинского скальпеля. Но если они хотят поймать рыбу, то придётся привыкнуть к этой угнетающей обстановке, в которой слышно было только дыхание и мягкий плеск воды.

Когда нить наконец-то дёрнулась, оповещая о том, что личинка была захвачена, Влад, не думая, быстро натянул удочку на себя и резко поднял её вверх. Света придумала неплохую хитрость, чтобы рыба не ускользнула. Она, будучи ещё на корабле, когда мыла полы по указанию самого капитана, нашла небольшой кусок проволоки, бесхозно валяющийся на полу, и вспомнила об этом именно тогда, когда Влад решил проявить инициативу помочь в ловле рыбы. Девушка скрутила проволоку в самодельный крючок и поместила на конец удочки. Когда рыба заглатывала добычу, она заглатывала её вместе с крюком, но Влад до последнего не верил, что это им хоть как-то поможет. Но произошло именно то, что и предполагала Света, и через пару мгновений в лодке прыгала, пытаясь ухватиться за жизнь, небольшая рыбка.

Девушка, недолго думая, схватила нож и с силой ударила рыбу в районе жабр, отчего рыбья кровь хлестнула ребятам в лица. Ещё немного попрыгав по деревянному днищу лодки, голова рыбы под ещё несколькими ударами ножа отцепилась от тела и успокоилась. Рыбка была мертва и слегка изуродована, а из ран струились остатки крови.

– Ну ты даёшь! – всё ещё держа удочку в руках и наблюдая за жестокой расправой над животным, с каким-то восхищением проговорил Влад. – Так безжалостно даже я бы убить не смог…

Но Света, с растрёпанными волосами, с заляпанными кровью лицом и кофтой, не наградила его даже мимолётным взглядом. Она распорола брюхо добыче, отчего органы вывалились на днище лодки, оставляя за собой въевшийся мокрый след. Влад поморщился и немного отвернулся. Ему было противно наблюдать за этой картиной. Каким бы жестоким его ни считали, за всю свою жизнь он не покалечил ни единого существа и поэтому просто смотреть, как это делают другие, тоже не собирался. Но он привык именно смотреть и ничего не делать для устранения жестокости. Он привык наблюдать со стороны, но не участвовать. Он привык к этому, потому что его друзья как раз любили жестокость. Если бы он не шёл за ними, то, скорей всего, он бы сам был мишенью. Тут либо одно, либо другое. Именно ребята, с которыми и дружил Влад, всеми силами пытались приучить его наслаждаться криками боли, к которым он до сих пор так и не смог привыкнуть.

– Мерзость… Ты распластала её по всей лодке! – ещё раз взглянув на действия Светы, поморщился парень. – Что мы есть-то будем? Ошмётки, которые останутся?

Света молча продолжала ковыряться ножом в рыбе. Она уже разделила её на несколько небольших кусков и пыталась сообразить, что делать дальше. В сыром виде есть рыбу не захочет ни один нормальный человек, а именно сейчас они могли позволить себе только это – съесть скользкие органы и закусить слизистой чешуёй, давно пропитавшейся кровью. Эти мысли в данный момент вызывали лишь отвращение к рыбе и подступившую тошноту к горлу. И тут девушку в очередной раз осенило. Она разделила рыбу на совсем небольшие кусочки и стала по одному-два раскладывать на ноже. Стараясь быть очень осторожной, чтобы не лишиться еды вообще, девушка положила нож с кусками рыбы на ровную, открытую солнцу поверхность лодки и стала ждать, когда они поджарятся. Результат не заставил себя долго ждать. Уже через несколько минут рыба начинала белеть, оповещая о своей готовности.

Так ребята и просидели некоторое время, жаря каждый кусок рыбы, но не ели. Они складывали их рядом, вдыхая свежий аромат еды, отчего лишь сильней вырабатывалось слюноотделение. Откуда только столько воды в их опустошённых и обезвоженных организмах? Света, наблюдая за пищей, ни о чём не думала. Влад же, наоборот, был погружён в свои мысли. Он всего лишь хотел понять, почему в лодке оказалась именно Света, а не кто-нибудь другой. И как бы сложилась судьба, если бы этим человеком оказался кто-нибудь из его друзей или из команды.

И вот, наконец, все куски рыбы были более-менее прожарены. Теперь оставалось только схватить эту аппетитную еду и, медленно жуя, пытаться растянуть удовольствие. Они оба знали, что вкус у неё будет отвратный, но это была единственная еда, которая могла спасти их от голодной гибели. Поэтому, преодолев всё отвращение, которое таилось в их подсознании, они съели её. Так медленно, как только могли.

– Ну-у… Не так противно, как казалось на первый взгляд, – облизывая пальцы, довольно протянул Влад. – Не хватает лишь соли, специй и вкуса рыбы… Странный у неё вкус был. Эта рыба вообще съедобна?.. Ай, пофиг! Если завтра не проснёмся, то это будет точный ответ на мой вопрос.

Они вновь разбрелись каждый по своим сторонам. Света очищала нож от слизи и пригоревших остатков рыбы. Влад же, лёжа на спине, смотрел в тёмное ночное небо, на котором было столько звёзд, сколько невозможно было увидеть ни в одном городе. Тут не мешались ни деревья, ни большие здания. Кажется, только здесь, лёжа в лодке, можно было увидеть весь космос. Именно этим он сейчас и занимался. Он лицезрел ту первозданную красоту, которая существовала ещё до образования их великой и такой ещё молодой планеты.

– Я даже не в курсе, где какое созвездие, – наткнувшись на одну из самых больших и ярких звёзд, невесело хмыкнул парень. – А ведь мы, зная звёздное небо, могли бы плыть в одном направлении. И почему только тогда, когда люди оказываются в безвыходном положении, они понимают, что стоило бы учиться? Я безнадёжен…

Ещё один день, и ещё, и ещё… У ребят уже нет сил верить в то, что их когда-нибудь найдут. Нет сил думать, что они когда-нибудь увидят сушу. У них практически ни на что не было сил. Они вымотались морально. День-ночь, день-ночь… И так повторяется уже неизвестно сколько времени. Если первые дни они ещё и могли сосчитать, то сейчас окончательно бросили эту затею. Яркое утреннее солнце, колпачок воды, одна рыба на три дня, боязнь набрести на акулу. Вот и всё, что происходило изо дня в день. И напоминанием о каждом из этих дней служили их сгоревшие на солнце лица, исхудавшие тела и то, что они были ещё живы.

– Скучно… – разглядывая темнеющее небо очередного вечера, жалобно простонал Влад. – А знаешь, меня даже искать некому…

Он посмотрел на Свету, которая, перекинув ноги за края лодки, разглядывала горизонт. Она не обращала внимания на Влада, будто его не существовало. Ей вполне нравилось её нынешнее положение хотя бы потому, что рядом нет противных одноклассников и их извечных насмешек. Ей не нравился только Влад, но поделать с этим она ничего не могла.

– Почему? – не отрываясь от созерцания широких просторов, соизволила спокойно поинтересоваться девушка.

– Я живу с тёткой, а ей плевать, где я ошиваюсь, лишь бы не мешался под ногами. Она старше меня всего на шесть лет… – Влад не знал, почему он это рассказывал Свете, о которой забудет в тот же миг, как только его ноги коснутся земли, но слова сами лились наружу, будто ему нужно было освободить свой организм для какой-то новой и очень важной информации. – Вечно приводит какого-то мужика лет под сорок… А если я оказываюсь дома, уводит его куда-то и не появляется примерно неделю.

– А родители? – Света продолжала разглядывать горизонт в одном направлении, словно знала, откуда им ждать спасения.

– Три года назад их зарезал какой-то маньяк, когда они решили вечером прогуляться. У меня с того момента тётка опекуном является, но заботы от неё я так и не получил. – Влад ненадолго замолчал, в это самое время поворачивая голову в сторону Светы. – А тебя кто-нибудь искать будет?

– Нет, – продолжая разглядывать мягкие волны, спокойно мотнула она головой.

– Знаешь, даже если бы были те, кто мог бы нас искать, они бы ещё не паниковали, потому что их предупредили, что мы будем отсутствовать долгое время. Они сами послали нас в этот круиз, – запустив руки в волосы, горько усмехнулся Влад. – Знаешь, чего больше всего мне сейчас не хватает? Телефона? Нет! Компа? Тоже нет. Мне не хватает музыки и знакомых голосов. Не хватает вида обычных зданий. Странно, не правда ли? Раньше казалось, что они надоели, но это вовсе не так…

И снова ночь. Тёмная, бесконечная ночь. Влад, в отличие от Светы, спать совсем не хотел. Он наблюдал за девушкой, которая, свернувшись на своей части лодки, мило посапывала. Её волосы прикрывали лицо, и иногда парню казалось, что она точно так же сейчас наблюдает за ним. Но она спала. Девушка спала так крепко, как не спала очень давно. Все её силы были истрачены на сохранение спокойствия в ужасающих условиях. Все её силы словно впитывал парень, который даже не заметил, как в какой-то из дней перестал трястись.

Несколько раз Влад подползал к середине лодки, чтобы посмотреть, что осталось в рюкзаке, который до сих пор был набит чем-то непонятным, чудом не лопаясь по швам, но сразу же отползал обратно. Ему было почему-то стыдно за свои действия и мысли, но он не знал, почему. Раньше с ним такого никогда не было. Он мог спокойно что-то украсть для своей выгоды или забраться в чужой дом, но сейчас его будто кто-то останавливал. Словно невидимая рука, преграждая ему путь, тянулась из одного бока лодки в сторону другого прямо перед рюкзаком. Может, Света всё же ведьма, которая заколдовала свои вещи так, чтобы их никто не трогал?

Света, так и не узнав желания Влада влезть в её рюкзак, почему-то проснулась очень рано. Солнце только прорезалось тоненькой полоской на горизонте, не успев осветить весь божий свет своим сиянием, но не солнце разбудило её, как это бывало обычно. Разбудило её пение. Посмотрев на Влада из-под опущенных на лицо волос, она про себя усмехнулась. Каждый с ума сходит по-своему.

Влад, сидя на своей части лодки, крутил в руках зажигалку и напевал себе под нос какую-то мелодию. Не было ни рифмы, ни ритма, ни голоса, но он пел. Тихо, хрипло, но это было лучше, чем та угнетающая тишина, в которой находились ребята.

Света, усевшись поудобнее, взяла самодельную удочку, нацепила последнюю личинку, которая обитала в её кармане, на крюк и запустила в воду, попутно вслушиваясь в тихое пение парня. Песня была знакомой, но девушка никак не могла вспомнить, где её слышала. Может быть, Влад с друзьями включали её в школе, может быть, она случайно услышала её где-то в магазине. Это на самом деле не казалось ей таким важным, но делать всё равно было в основном нечего, а так хоть мозг можно было занять чем-то, чтобы он не выдавал страшные предзнаменования.

– Знаешь, нам нужно экономить, – прервав пение, проговорил Влад, выдавая, на удивление девушки, правильную мысль. – Нужно поймать сегодня не одну рыбу. Можно их засушить. Мы не сможем питаться свежей, потому что жуки заканчиваются. Мы просто не сможем поймать рыбу, если не будет, на что. Да и мы можем доплыть до такого места, где рыбы вовсе нет. Тогда нам точно не выжить.

Светлана была с ним согласна. Именно поэтому, запустив руку в другой карман, она выудила оттуда столько же личинок, сколько было в первый день их сбора, и показала их Владу. Парень в недоумении уставился сперва на Свету, а затем и на её руку с личинками.

– Ты серьёзно копошилась в органах рыб, чтобы их вытащить? – с отвращением поморщился Влад. – Ты ненормальная! Как я вообще с тобой выживаю здесь? Почему я всё ещё не труп?

Света лишь незаметно для парня улыбнулась уголками губ, складывая опарышей обратно в карман, чтобы спокойно заняться рыбалкой. На этот раз они, меняясь местами, поймали достаточное количество рыбы, чтобы суметь выжить в ближайшие дни. Они могли насытиться ей до отвала, могли прожить на неё очень долго, но сделали совершенно другое. Они решили её засушить, как и предложил Влад, чтобы в день, когда клёва совсем не будет, а жизнь из-за отсутствия еды будет висеть на волоске, они смогут съесть то, что поймали сейчас. Так же, по маленьким порциям, но этого будет достаточно, чтобы продержаться несколько дней.

Ещё один день. Они снова выжили, ответив на вызов природы. Они выигрывали каждый день. Находили то, что им было необходимо, проявляли смекалку. И то, что они были вдвоём, помогало им всё это время выживать. Попади они в такую ситуацию поодиночке, выжить точно бы не удалось. Даже тогда, когда кажется, что так было бы лучше, происходит то, что в одиночку нельзя было бы преодолеть. И именно сейчас, когда нужно было разрядить эту нагнетающую тихую обстановку, они нуждались в поддержке друг друга.

– Как же всё осточертело, – лёжа на спине и по обыкновению вглядываясь в чистое голубое небо, произнёс Влад. – Эта чёртова вода, это грёбаное небо! Как же хочется зайти в какое-нибудь помещение и закрыться там.

У Светланы на душе было такое же чувство, но она оставляла его при себе. Она привыкла держать всё внутри себя. Жизнь научила её не делиться своими мыслями. Девушка привыкла молчать. Всё, что ей приходилось преодолевать в этой жизни в одиночку, не позволяло доверчиво относиться к людям даже в той ситуации, в которой они сейчас оказались на пару с Владом.

– Скучно! – приподнявшись на локтях и посмотрев на девушку, недовольно простонал Влад. – Давай поиграем? Хоть что-то вместо созерцания воды. Пожалуйста…

– Во что? – разглядывая почти опустевшую бутылку с водой, тихо поинтересовалась девушка.

– Давай поиграем в… Ну, не знаю… В гляделки, – осторожно, словно боясь спугнуть Свету, подползая к середине лодки, произнёс парень. – Кто первый моргнёт или отведёт глаза в сторону, выполняет желание победителя. Это лучше, чем наблюдать за водой.

К удивлению Влада, Света, кивнув, согласилась. Девушка точно так же подползла к середине лодки, и сейчас они, сидя по-турецки друг напротив друга, первый раз за всё время оказались так близко. Ребята были практически нос к носу, заставляя друг друга видеть лишь лица, не замечая ровной, слегка ребристой на лёгком ветру глади воды. Те моменты, когда они подходили друг к другу, чтобы помочь или отобрать что-то, можно было не считать. Сейчас первый раз в своей жизни они просто сидели рядом.

Когда Света, подняв взгляд вверх, взглянула в глаза Влада, он с удивлением подметил, что никогда не видел её глаз. Он даже никогда не подозревал, что они у девушки такие красивые. Её глаза были нежного песчаного цвета с каким-то волшебным блеском. Они зачаровывали. Сколько бы раз она на него ни смотрела за то время, пока они находились в лодке, он ни разу не видел этих прекрасных, лучистых глаз.

Света, преодолев все свои страхи, пыталась, не мигая, смотреть в глаза Влада. Она не хотела выполнять его желания. Девушка знала, что желания у него могут быть слишком жестокие и странные, поэтому старалась не отворачиваться ни под каким предлогом. Она смотрела в его карие глаза, которые щурились от солнца за её спиной, и понимала, что выигрывает не очень честно. Да и если бы она захотела, такого протяжного взгляда парня не смогла бы выдержать очень долго, если бы сам парень не щурился от яркого солнца. Именно это заставляло девушку поверить, что Влад не замечает её собственных глаз. Она не любила, когда в глаза кто-то заглядывает. Девушке всегда казалось, что под пристальным взглядом прячется чтение её души, а душа у неё была невинной и чистой. Именно такой, какую хочется прятать всегда и ото всех.

Света, отведя взгляд в сторону, зажмурилась, но не от того, что проиграла и нужно выполнять желание Влада. Она просто не привыкла смотреть в глаза людям. Куда угодно, но лишь бы не в глаза, ведь через них видно всю душу насквозь.

– Ты проиграла! – счастливо улыбнулся Влад. – С меня желание. Что же такого тебе загадать? Выбор невелик… Будем банальными. Прокукарекай!

Света, кинув на него мимолётный вопросительный взгляд, выполнила задание, хоть и в своей манере – очень тихо, едва слышно. Стесняться сейчас было некого. Кроме них на огромные мили не было совсем никого. Ни единой души, которая могла бы посмеяться над её положением. И снова, сидя друг напротив друга, они начали играть.

Время стало тянуться чуть быстрее за весёлой игрой. В основном проигрывала Света, выполняя однотипные желания парня, но пару раз не посчастливилось и Владу. В первый раз он выступил в роли клоуна, рассказывая небольшое детское стихотворение с зажатым рукой носом. В следующий раз стоял, как цапля, пытаясь не рухнуть в воду и попутно напевать под нос всё ту же мелодию.

Когда Света выполняла своё действие, пытаясь сказать предложение с закрытым ртом, чтобы его понял Влад, она начала улыбаться. Её улыбка была невероятно красивой, нежной и искренней. Не такой, как у всех. Она была особенной. И Влад, засмотревшись на неё, тоже не смог сдержать улыбки. Парень, улыбаясь, напрочь забыв про игру, смотрел на Свету. Ему вдруг показалось, что он готов провести в лодке всю оставшуюся жизнь лишь ради того, чтобы каждый день видеть вот эту самую, такую искреннюю и чистую улыбку. Он готов был отдать всё на свете, чтобы взгляд светлых глаз девушки чаще попадал на него. Влад не знал, что это было за странное, не привычное ему состояние, но он был готов поклясться, что Света прятала всё это не просто так. Она словно сирена, которая манила волшебной красотой, открыв её лишь сейчас и почему-то именно перед ним.

Ребята даже не заметили, как потемнело. Они так увлеклись игрой, что удивились первым звёздам на небе. Игра смогла помочь им прожить ещё один день. Помогла не сойти с ума. Благодаря ей они забыли о своём несчастье. Они просто наслаждались жизнью. Наслаждались этими мгновениями, пытаясь запечатлеть их в памяти, как хорошую фотографию.

А вот следующее утро не задалось у них с самого начала. Сначала закончилась вода. Света даже колебалась, размышляя, стоит ли тратить воду сегодня или всё же попытаться дожить без неё до завтра. Затем перестала клевать рыба, будто её кто-то спугнул. Не было вообще ничего. Были лишь те сушёные рыбёшки, которые они наловили заранее, но пока решили не трогать неприкосновенный запас. Следом за этим, пытаясь хоть что-нибудь придумать, Влад, в отчаянии метавшийся по лодке, случайно встал на крюк самодельной удочки и распорол себе ногу. Закровоточила она нехило, а когда Света попыталась промыть рану водой, зачерпнув её опустевшей бутылкой, парень, поджав конечность к себе, завыл как волк на луну.

– Не надо. Само пройдёт, – сквозь зубы настойчиво процедил Влад, потирая раненое место, из-за чего лишь размазывал кровь по ноге. – От акул мы отобьёмся. Второе весло всё ещё целое. Пока что…

Но Света всё равно смогла придумать, как промыть парню ногу. Она, сев около Влада, как бы он ни брыкался, крепко сжала его в районе лодыжки и подтянула к себе. Парень, сжав изо всех сил челюсти, пытался хоть как-то утихомирить боль, пронизывающую его ногу. Вскоре рана была промыта и забинтована. Оставалось лишь ждать, чтобы она не стала гноиться. Но всё же самым страшным в этот момент оставались акулы, которые, наверное, блуждали где-то в ближайших окрестностях, зная воду явно лучше, чем сами ребята. Хищники могли почуять кровь, находясь далеко от этого места, и сразу же навострить свои серые морды в нужном направлении. Для них нет никаких преград, для них есть лишь один путь – путь к еде. Но пока их не было видно и можно было сидеть более-менее спокойно, изредка оглядываясь по сторонам, подсознательно подразумевая, что они могут выплыть в любой момент. Ребята просматривали горизонт, надеясь, что не увидят острого плавника хищника, медленно рассекающего воду в их направлении, и верили только в чудо.

Вечер наступил, как и все предыдущие дни, совсем неожиданно. Каждый раз ребятам казалось, будто он никогда не наступит. Каждый раз, наблюдая за высоким и ярким солнцем, ребята одинаково думали, а увидят ли они закат? А увидят ли они сегодня звёзды? А будет ли следующий день? И вот вечер, который, как они и предполагали, ничего не изменит, всё же настал.

Но на этот раз, несмотря на все их предположения об однообразии каждого дня, что-то было совсем не так, как обычно, и это немного насторожило ребят. Они сидели, по обыкновению, каждый со своей стороны и внимательно разглядывали горизонт. Солнце, которое несколько минут назад светило ещё где-то высоко в небе, в один миг заволокло серыми тучами. Спокойные, мягкие, голубые, с желтоватым отливом, отражающие солнце волны стали с силой биться о лодку, отчего её стало расшатывать с удвоенной силой. И ветер. Он дул со всех сторон. Холодный, влажный, он набирал свои обороты, будто хотел перевернуть маленькое, незаметное судно вверх дном.

– Смотри! – громко воскликнул Влад, привлекая внимание девушки, потому что Света, накрыв голову большим капюшоном, вновь успела спрятаться в кофту.

Он указывал куда-то за спину девушки, которая медленно крутила в руках бутылку из-под воды, и Света, ожидая увидеть там плавник акулы, обернулась. Но то, что она сейчас увидела, было куда хуже десятков акул. Она готова была отбиваться от хищников, готова была увидеть какой-нибудь пиратский корабль, готова была даже быть заклёванной чайками, но не желала видеть то, что надвигалось в их сторону.

Горизонт в том месте, где небо плавно переходило в воду, был окрашен в алый цвет. Даже не алый, а скорее багровый, такой сочный, словно кто-то невидимый только что махнул огромной кистью в небе яркой свежей краской. Это явление показалось ребятам похожим на пожар. Оно напоминало алое пламя, которое длинными языками стремилось спалить небо. Но это было всего лишь заходящее солнце, которое ребята наблюдали изо дня в день, монотонно плавая в лодке по воде. И такое солнце не предвещало ничего хорошего. Не с этими высоко поднимающимися на усиливающемся ветру волнами и ветром, который успел принести первые мелкие капли дождя.

– Будет шторм, – неотрывно глядя вдаль, тихо, но отчётливо и спокойно сообщила девушка.

– Ну всё. Приплыли! – горько хмыкнул Влад. – На этой лодке нам в шторм точно не выжить!

И он, зная, что обречён на погибель, просто лёг и закрыл глаза. Парень подумал, что умирать во сне не так страшно и больно, как умирать наяву. Он не был готов к настоящей смерти, хоть постоянно и твердил о ней. Влад боялся. Боялся так, как никогда раньше не боялся. Но вот Света сдаваться, как это сделал Влад, не собиралась. Она почему-то знала, что рано или поздно это произойдёт. Они слишком долго наслаждались хорошей погодой. Девушка уже понимала, что всё самое сложное переваливается на её бедные хрупкие сгоревшие плечи.

Вместо того чтобы последовать примеру Влада, девушка дотянулась до рюкзака и что-то начала из него доставать. Вещь совсем не хотела выходить из своего укрытия, и Свете пришлось приложить немало сил, но вскоре она выудила из рюкзака что-то довольно большое, даже огромное, что не помещалось в одной части лодки и сильно пахло резиной. Запах, который в одно мгновение разнёсся по округе на многие мили, заставил Влада открыть глаза и посмотреть, что же такого делает Света, вместо того чтобы заснуть и не чувствовать боль, когда к ним явится Смерть.

Он, увидев, как Света расстилает надувную лодку, сложенную в несколько раз, закатил глаза и про себя усмехнулся. Что только не найдёшь в сумке у девушки, но вот чтобы надувную лодку! Влад понимал, что девушка не совсем была сообразительной, но не стал это комментировать. Он собирался язвить, но не знал пока, с чего начать, ведь поводов оказалось гораздо больше, чем он предполагал изначально.

– У тебя в рюкзаке и насос есть? – одним движением вернув тело в полувертикальное положение, чтобы лучше рассмотреть действия девушки, наконец-то улыбнулся он. – Ты думаешь, нас это спасёт? Спасёт то, что мы будем сидеть по разным лодкам? Да никогда! Эта лодка потонет, как только в неё попадёт вода. А твоя резиновая просто лопнет! – возмущённо говорил Влад, пытаясь вразумить Свету, и поэтому голос с каждым слогом становился всё громче и громче. – Ты будешь плавать на куске дерева или резины. Мы трупы! И лодки нам ничем не помогут. Даже если ты вытащишь из своего рюкзака тот же вертолёт, мы всё равно трупы! Смирись уже с этим и успокойся. Шторм – самое страшное, что могло с нами случиться, и это случилось.

– Я не собираюсь спускать её на воду, – медленно подползая ближе к парню, чтобы растянуть надувную лодку от одного края до другого, невозмутимо проговорила Света.

– Сделаешь себе гробик? – приподняв ткань лодки, которая закрыла его ступни, усмехнулся Влад. – Накроешься ею? Это вместо спального мешка, да?

– Видишь пластмассовые выступы на ней? – показав на несколько таких выступов по всей поверхности сдутой и помятой лодки, всё ещё не глядя в глаза парню, поинтересовалась Света.

– Ну да. И чем они нам помогут? – осторожно проследив за взглядом девушки, спросил Влад. – Ты их заколдуешь, и буря пройдёт стороной? Что-то я в этом сомневаюсь…

– Нет, – начиная ползти уже по мятой надувной лодке в обратном направлении на четвереньках, стараясь не сильно раскачивать судно, которое на усиливающемся ветру уже почти черпало воду внутрь, пожала плечами Света. – Это держатели леера…

– Чего? – резко перебил её громогласный голос Влада, который с силой выпучил глаза. – На каком языке ты сейчас сказала? – наморщив лоб, добавил парень.

– Неважно, – чуть дрогнувшим то ли от обиды, то ли от замечания Влада голосом буркнула Света. – Нам нужно всего лишь проделать ножом небольшие отверстия в боковых стенках деревянной лодки, чтобы привязать за держатели надувную лодку. – Девушка смахнула пару крупных капель дождя с лица. – Она по размерам как раз подходит, чтобы накрыть всю нашу лодку. Если её, надувную лодку, перевернуть вверх ногами, то будет легче привязать.

– И чем нам это поможет? Мы же задохнёмся. Это нам даст шанс лишь задохнуться! – ошеломлённо выпадал Влад в сторону девушки, которому казалось, что Света сошла с ума.

– Нет, – вполне в своём спокойном духе кратко ответила Света. – Это, наоборот, спасёт лодку от затопления. Резина не даст воде попасть внутрь. Вся вода, которая хлынет с неба, – она показала пальцем вверх, – вместо того чтобы оказаться в лодке, будет стекать вниз по резиновой поверхности.

– Это можно было бы провернуть, если бы лодка была надутой! – попытался вразумить её Влад. – А из-за того, что она сдута, вся вода будет собираться в центре, и вскоре она прорвётся. Это бесполезная трата времени! – Он всё кричал и кричал, отчего девушка лишь больше вжимала голову в плечи.

– М-можно ведь попробовать, – дрогнувшим голосом проговорила Света. – Если есть хоть малейший шанс на спасение, почему им не воспользоваться?

– Да потому что это бессмысленно! – продолжал громко восклицать Влад. – Это нас не спасёт! Пойми ты наконец! В шторм даже большие корабли идут на дно. Что говорить о нашей лодке?! Да мы в самом начале уже будем утопленниками. Или просто задохнёмся от твоей дурацкой затеи!

Он видел, что очень сильно напугал Свету. Он знал, что так нельзя, но не хотел в одиночку думать, что умрёт. Ему нужен был тот, кто думает точно так же, ведь тогда будет не так страшно. Не так страшно умирать в одиночестве.

Девушка, начиная переворачивать надувную лодку вверх дном и пытаясь сдержать слёзы в глазах, отвернулась. Если Влад не собирался ей помогать, она сделает всё сама. В отличие от него, она верит в спасение. Она верит, что выживет в этот шторм.

– Мы не сможем задохнуться, – ковыряя ножом небольшое отверстие в их лодке где-то возле края борта, чтобы в него проделась толстая нить, тихо прошелестела Света. – У нас будет много отверстий, через которые будет поступать воздух.

– Давай сюда нож! – подходя ближе к девушке и настойчиво протягивая руку ладонью вверх, неожиданно воскликнул Влад. – Какая разница, затопит нас так или с резиновой крышей… Что за дырки ляпать?.. И где?

Света показала ему места, в которых Влад должен был проделать отверстия, и отползла к рюкзаку. Ей нужно было достать из него шпагат и посмотреть, хватит ли его, чтобы зацепить всю лодку над ними. Взяв моток ниток, она осторожно, не обращая внимания на крупные капли, которые текли за шиворот, ползала по сдутой надувной лодке и раскладывала нить по окружности. Шпагата вполне хватало. Только вот надежды, что он не порвётся от сильного ветра, совсем не было.

Влад, сделав несколько отверстий в лодке, взял из рук Светы нить, случайно дотронувшись до её ладони. От этого случайного прикосновения рук парня Света вздрогнула и, сложив руку в кулак, наспех отползла в середину. Что делать с нитью, парень не знал. Что привязать две лодки друг к другу, да, это ему было вполне понятно, но вот как это сделать, он так и не понял.

– Морскими узлами, – даже не пытаясь дождаться каких-либо вопросов со стороны Влада, пояснила девушка. – Они крепкие. Даже если нить порвётся, узлы останутся.

– Я прям такой гений, что знаю, как они плетутся! – резко бросая все нити, которые путались в руках, на дно лодки, чертыхнулся парень.

Света, пожав плечами, подползла ближе к парню, взяла одну из нарезанных ею нитей и, наморщив лоб, показала ошмётки Владу так, будто он ни разу их не видел. Медленно складывая шпагат, девушка надеялась на то, что парень запоминает правильную последовательность. Она в этот момент была похожа на учителя, оставшегося после уроков с нерадивым учеником, который не может никак запомнить самое простое решение. Но запомнить с первого раза Владу всё же не удалось. Он правда старался, но никак не выходило. Вскоре, всё же сообразив, по какому принципу Света плетёт узлы, Влад сам смог крепко привязать два угла лодок друг к другу. Успев немного порадоваться своему таланту, пока на голову не упали две большие капли расходящегося дождя, парень всё же стал серьёзней в сложившейся ситуации.

Ребята, стараясь не обращать внимания на темноту и вдруг резко хлынувший дождь, держали над головами надувную лодку. Пытаясь как можно крепче её привязать, они уже напрочь забыли о той опасности, которая буквально повисла у них над головами. Влад привязывал с одной стороны, Света с другой. В итоге они оказались практически в кромешной темноте, где не было видно ни друг друга, ни дыр в лодках, ни нитей в руках. Если бы они сейчас закрыли глаза, вряд ли бы что поменялось.

Влад закончил быстрей, как бы странно это ни казалось. Он очень быстро всё схватывал на лету, но не это придало ему сил. Он желал побыстрей избавиться от балласта какого-то бессмысленного дела, чтобы спокойно лечь на дно лодки, закрыть глаза, прижать руки к груди и умереть. Света в это время возилась с последним узлом. Её руки дрожали от холода, верёвка в руках насквозь промокла и выскальзывала из них, а на удивление лёгкая ткань верхней лодки постоянно пыталась вырваться из рук девушки, и иногда ей это удавалось. Света в такие моменты надеялась лишь на одно – чтобы не сорвались остальные части лодки под сильными порывами ветра. Она знала, что может такое случиться, даже если Влад как следует её закрепил. Такой сильный ветер, как сейчас, мог запросто вырвать крепления с корнем, оставляя вместо деревянной лодки несуразный плот.

– Давай помогу! – подползая к девушке по-пластунски на животе, сквозь гул ветра где-то рядом крикнул Влад.

– Не получается! – так же громко, стараясь перекричать ветер, ответила девушка. – Нить распушилась… И неудобно! Слишком скользкая поверхность. Слишком сильно качает. И лодка надувная не дотягивается до отверстия!

Её голос дрожал так же, как и руки. Она понимала, что если сейчас не привяжет лодку, к ним попадёт вода. Но, на удивление Светы, Влад на этот раз не хотел сдаваться. Именно сейчас он понял, как сильно ошибался, когда в гневе говорил, что они умрут. Неужели они так долго плавали по воде, чтобы вот так просто сдаться? Неужели они так много накопили рыбы, что лишатся её в одно мгновение? Нет уж! Если надо доказать Вселенной, что он имеет право на жизнь, он сейчас сделает невозможное. Влад знал, что, возможно, это говорит уже не разум, а адреналин, который вырвался в его кровь в тот момент, когда сверкнула первая молния на горизонте, отдаваясь сильным раскатом грома где-то вдалеке, но почему-то верил в обратное. Он был неглупым парнем.

– Я не для того выживал все эти дни, чтобы сдохнуть в несчастную бурю! – прокричал он в сторону Светы, которая лежала возле него, цепко держась двумя задубевшими от холода руками за улетающий край надувной лодки. – Будем сами держать лодку с этой стороны!

– У нас не хватит сил! – громко, пытаясь его вразумить, крикнула Света.

– По отдельности – да! Но не вместе! Ты держи с того края, а я с этого! – Влад уверенно перехватил непослушными от холода руками край лодки, ненароком положив руку на запястье девушки, но она, кажется, этого даже не заметила, быстро перехватив другую часть ткани. – Это нос лодки. Самая маленькая её часть. Мы справимся! Главное не отпускать! – Совсем близко сверкнула яркая белая молния, стукнувшись об воду, отчего на резиновую поверхность посыпались большие брызги, тарабаня громкой дробью. – Главное не сдаваться!

Преодолевая всю мощь и силу природы, ребята пытались удержать крепкой хваткой ту часть лодки, которую не успели привязать. Они, лёжа на животе и касаясь плечами друг друга, старались не дать разбушевавшейся буре окунуть себя в воду. Если им повезёт и лодка останется на плаву, то, возможно, они действительно останутся живы. Только вот то, как сильно раскачивалось их маленькое судно, не давало ребятам никаких надежд. Молнии, которые сверкали с разных сторон, блеском влезали через все щели, которые остались по бокам. Именно те щели, которые помогали ребятам не задохнуться, могли стать и их погибелью. Вода хлестала отовсюду, практически беспрерывно вливаясь внутрь. Волны раскачивали лодку так, что иногда казалось, что её вот-вот перевернёт, но они до сих пор были на плаву. Иногда ребята, не в силах противостоять сильному ветру, на несколько мгновений выпускали край надувной лодки из рук, но вновь хватали её и закрывались, уже не замечая, что они полностью вымокли. Одежда приклеилась к телу, грязные сырые волосы ровными прядями закрывали лица липкой пеленой, а руки жгло, так как на них были солнечные ожоги. Как бы ребята ни старались, внутри лодки было много воды. Вода, которая всё прибывала и прибывала, утопив все их запасы рыбы, даже не собиралась останавливаться. Вода, которая лилась нескончаемым потоком, могла бы их спасти от обезвоживания, но в то же время могла и убить их, потопив лодку.

Ребята пролежали в таком положении всю ночь. Буря стихла быстро, но никто из них не собирался отпускать надувную лодку. Они, стиснув зубы от холода, от напряжения, от усилия, продолжали держать их на весу и удерживать свою крышу как можно дольше. Им было страшно. Было темно, а буря могла вернуться в любой момент. Отпусти ребята лодку сейчас, то, быть может, они уже никогда не увидят рассвет. Но, в какой-то момент всё же ослабив хватку и перестав сопротивляться усталости, Влад со Светой уснули.

– Свет. Света! – услышала девушка радостный крик где-то далеко от себя и, открыв глаза, тут же зажмурилась от яркого солнца. – Мы живы!

Света медленно села и покрутила головой по сторонам. Влад уже сидел на своей стороне лодки и пытался запихнуть в рюкзак небрежно сложенную надувную лодку, которая никак не хотела туда помещаться. Он чертыхался, плевался, ругался всеми известными ему бранными словами, но не сдавался, продолжая пихать до сих пор сырую лодку в рюкзак. Парень сидел по колено в воде, такой жалкий, что девушка невольно сравнила его с цыплёнком, который не успел спрятаться от дождя. Для Светы Влад на мгновение перестал быть похожим на авторитетного лидера, которым позиционировал себя, пока был в школе. Сейчас он был наравне со Светой в любой ситуации, а иногда и сдавал свои позиции, предоставляя девушке командовать его жизнью.

– А где нитки, которыми мы связывали их? – пытаясь выжать рукав, настороженно поинтересовалась Света.

– Вот, – Влад наспех, словно Света отвлекла его от самого важного дела в его жизни, достал из нагрудного кармана ошмётки бечёвки и тут же засунул их обратно. – Я не дебил, чтобы выбрасывать вещи, которые спасают мой зад! А что с водой в лодке делать? Вряд ли будет хорошей идеей оставить её здесь…

Света, вновь покрутив головой, наткнулась взглядом на пустую бутылку, в которой совсем недавно была питьевая вода. Вода, которая спасала им жизни ровно до того момента, как начался шторм. И тут девушка неожиданно подумала, что Вселенная вовсе не хочет избавляться от них. Она, наоборот, делает всё возможное, чтобы ребята остались живы. Все их неслышные молитвы были всё же услышаны там, где надо. У них появилась возможность набрать пресной воды как раз тогда, когда она благополучно закончилась.

Девушка, рассекая воду на дне лодки коленями, подползла к бутылке, которая лежала практически посередине. В неё набралось немного воды, но совсем мало, чтобы напиться. Взяв её, девушка попыталась собрать воду со дна лодки внутрь, но ничего не вышло. Она лишь вылила всё, что уже находилось в бутылке.

– Идей нет, – закрывая бутылку, она спокойно развела руками и поджала губы.

– Попробуй собрать крышкой, – предложил Влад, который чудом умудрился уместить надувную лодку в большом рюкзаке и сейчас, всё ещё не смотря на Свету, пытался застегнуть молнию. – Это лучше, чем ничего. – Констатировал он факт, всё же наконец управившись со своей задачей.

Всё ещё не доверяя словам парня так, как это надо было делать в их положении, Света медленно последовала его совету. Она до сих пор верила в то, что парень шутит над ней, издевается, пытается насмехаться, но отголоски здравого смысла всё же говорили ей, что Влад не такой, что он не станет мучить её, когда сам находится на пределе своих возможностей. Но даже несмотря на то, что его предложение сейчас звучало насмешливо и слишком легко, задание оказалось весьма трудным и требовало времени. Даже несмотря на то, что сам Влад помогать девушке не торопился, глупо собирать воду крышкой из-под бутылки было всё равно лучше, чем просто сидеть в огромной грязной луже и ждать спасения.

Вода зачерпывалась очень маленькими порциями и постоянно выливалась через края, не давая нормально перенести жидкость через горлышко в бутылку, пока Света не сообразила соорудить что-то наподобие воронки. У неё ушло очень много времени, чтобы собрать воду в бутылку, а потом, соображая, как избавиться от оставшейся воды в лодке, решила вылить всё содержимое за борт. Влад, который черпал воду руками, сидя на коленях по другую сторону от девушки, этого не заметил и лишь поэтому не закричал. И вот, когда воды осталось действительно мало, Света начерпала её до краёв в бутылку и закрутила крышку. Теперь у них есть все шансы прожить ещё столько же дней, если не погибнут от чего-нибудь другого.

– Буря может вернуться, – уже сидя на своей части и осторожно наблюдая за тем, как Влад пытается собрать остатки воды руками, задумчиво проговорила Света.

– С чего ты взяла? – вспомнив, как трудно было складывать лодку в рюкзак, и кинув на девушку недоумённый взгляд, напрочь забыв о своей миссии черпать воду, пропыхтел парень.

– Мы кружим рядом, – отводя взгляд в сторону и заправляя влажный локон за ухо, пожала она плечами.

– Мы даже если попробуем уплыть, не получится! – отползая в свою часть лодки и разлохмачивая сырые волосы руками, отчего брызги полетели во все стороны, зло бросил Влад. – С одним веслом только вокруг своей оси будешь плавать! – усмехнулся он.

– Мы не знаем, в какую сторону ушла буря. – Света невероятным усилием заставила себя посмотреть на Влада, но тут же взяла в руки бутылку и начала разглядывать давно порванную и отсыревшую этикетку. – И если бы поплыли, с лёгкостью могли бы вновь оказаться в ней. Бури непредсказуемы. Они могут так же ходить кругами возле одного и того же места, а могут и уйти на многие мили от того места, где были вчера, – пояснила девушка. – Будь у нас два весла, это бы не помогло… – горько добавила она и оторвала кусок этикетки, который нервировал глаз.

– Ну да, – невесело хмыкнул парень.

Ночью они спали тревожно, постоянно просыпаясь. То кому-то из них казалось, что завывает ветер, предвещающий шторм, то кому-то казалось, что волны вновь неспокойны и слишком сильно бьются о борт. Изредка сон их прерывался от того, что во сне они тонули. Но каждый раз, когда просыпались, быстро успокаивались и вновь пытались заснуть. Их страхи были вполне понятны, ведь не каждому дано пережить шторм на хлипкой деревянной лодке.

Утром, когда солнце только-только прорезало горизонт яркой оранжевой полосой, Света проснулась первой. Её всё ещё что-то тревожило, но девушка никак не могла понять, что именно. Она, обняв свои коленки, о чём-то размышляла. Она будто предчувствовала то, что им не удастся избежать. Что-то очень страшное и опасное. То, что неподвластно кому-либо пережить. Что-то напоминающее конец света чувствовалось рядом с ними. Оно было так близко, что уже ощущались первые нотки беспокойства, но пока не виделось настоящего повода.

Влад, который не спал практически всю ночь, пытался сейчас, завернувшись и закрывшись от солнца кофтой, заснуть, но что-то заставило его встать. Будто какая-то невидимая сила подсказала ему, что спать на сегодня уже предостаточно. И как только он сел, понял, почему.

Сперва он не сразу обратил внимание на Свету. Она сидела в обычном положении, боком к нему, положив голову на руки, которыми обнимала колени. Девушка по обыкновению прятала голову в капюшон, опустив его на глаза, и не смотрела на Влада. Он привык видеть её такой, поэтому даже как-то не зацепился за неё взглядом, но, когда хотел что-то спросить, всё же посмотрел в её сторону. Света как раз в этот момент прижала руки по бокам головы и, положив локти на колени, задрала её кверху. По её лицу катились слёзы. Издалека было трудно их увидеть, но Влад всё же их заметил. У него в этот самый момент сжалось сердце, но он не мог понять, почему. Света для него была не больше какой-нибудь ненужной игрушкой, которую он запросто мог выбросить, как только рядом появится что-нибудь стоящее.

– Я думал, ты никогда не плачешь… – тихо произнёс Влад, отчего Света слегка дёрнулась и попыталась смахнуть слёзы, но они вновь выступили на глазах. – Эй… Ты чего?..

Он подполз к ней поближе и говорил всё это с улыбкой на лице, но всё же дрогнувшим, обеспокоенным голосом. Влад никогда не умел успокаивать. Он всегда находился там, где веселье. А где веселье, слёз точно не должно быть. Парень ненавидел те места, где нужно было плакать. Он не любил ходить на кладбище, потому что там обязательно кого-нибудь надо было успокаивать. Он не посещал больницы, особенно те их места, где на последних издыханиях лежат безнадёжно больные люди. Он не любил находиться рядом с отбывающим поездом или самолётом, потому что там обязательно будут провожатые, которых потом придётся успокаивать и говорить, что всё будет хорошо. Но сейчас, видя, как Света, та самая Света, которая ни разу не проронила и слезинки, пока над ней издевался весь класс, плачет, ему вдруг стало понятно, какие слова надо говорить.

– Нас никогда не спасут… – заплаканным, слегка хрипловатым голосом произнесла девушка.

– Нас обязательно найдут. Вот увидишь! – он попытался улыбнуться, но при виде слёз Светы хотелось лишь зарыдать. – Ребята остались на корабле. Я чувствую, что их уже нашли. Не нашли только нас! Они скажут, что мы были там… Обязательно сказали, – поправился Влад. – Не они, так капитан или кто-нибудь из команды… – Он сидел напротив Светы в той же позе, что и она, за единственным исключением – он не обнимал свои колени, а расслабленно положил руки на них. – Нужно продержаться ещё чуть-чуть. Давай попробуем, да? Нас найдут, вот увидишь…

– Они… Они будут искать там… Где произошло крушение… – тут же замотала головой девушка.

– Ребята скажут, что была лодка. Они же видели её. Они объяснят, что…

– Они мертвы! – в сердцах воскликнула Света, отчего слёзы брызнули из глаз с удвоенной силой. – Они не смогут ничего сказать!

– Они живы! – сжав челюсти и пытаясь скорее убедить в этом себя, нежели Свету, рыкнул Влад. – Не говори так! В отличие от нас, они остались на корабле. Их спасли! – тон становился всё выше, а Света всё больше вжимала голову в колени, стараясь спрятать в них глаза. – Их было легче найти!

– Нет. – Слёзы уже было не остановить, но не из-за сочувствия или сожаления, а из-за того, что некому было сказать про деревянную лодку, которая сейчас так спокойно раскачивалась на волнах, будто ничего страшного вовсе не произошло. – Я видела, как при взрыве было много крови… Кто-то кричал! – Она резко подняла голову и заплаканными, покрасневшими, опухшими глазами посмотрела на Влада. – Они не смогли бы там выжить. В этой мясорубке никто бы не выжил…

– Они смогли бы выжить! – как-то слишком уверенно произнёс Влад. – А кровь могла быть рыбья… Акулья там… Ведь взорвалось что-то внизу! – не унимался он. – Почему они должны быть мертвы? Почему ты так говоришь? Если они тебе не нравились, то это не значит, что нужно желать их смерти! И почему тогда ты не желаешь смерти мне? Чем я лучше всех остальных? Я… Я ненавидел тебя не меньше, чем все они вместе взятые, что же я такого успел сделать, что заслужил твоё прощение, а они нет?

– Да потому что они потревожили духов! – уже не пытаясь спрятать глаза от Влада, удивительно громко воскликнула девушка.

– Каких, на хрен, духов? – смотря на Свету тем взглядом, которым смотрят на умалишённых, процедил парень.

– В школе! – настойчиво пробасила она тоненьким звонким голосом. – Они смеялись над ними. Нельзя этого делать! – уже не пытаясь остановить слёзы, которые будто без её ведома катились по лицу, проговорила Света. – Они разозлились. Духи разозлились. Твои друзья их потревожили той ужасной игрой! Нельзя играть с духами, нельзя тревожить мёртвых. Это чревато опасностями!

– Мы тоже в неё играли, – уже спокойно напомнил Влад, пытаясь уцепиться хоть за какую-нибудь соломинку, чтобы показать Свете, что она ошибается. – Но мы ведь живы! Почему тогда они должны быть мертвы?

– Мы не играли! – настойчиво прошипела Света. – Мы только наблюдали!

– Ты играла, – сдаваясь и уже теряя всю свою бдительность, сквозь зубы проговорил парень. – На тебе закончилась игра, между прочим. Так почему же ты всё ещё жива?

– Условием игры было то, что нужно вызвать призрака и с кем-то поцеловаться, – густо покраснев и пряча взгляд в коленях, пояснила девушка. – Я ничего из этого не сделала. – Она вновь кинула быстрый взгляд на Влада, который отчаянно пытался придумать, чем бы ему покрыть этот выпад со стороны Светы.

– Но стрелка закрутилась именно на тебе! – припомнил Влад. – Если ты вызвала призрака мыслями, это тоже считается. Мы не уточняли, как именно нужно было вызывать их. Условием было как раз то, что можно было выбрать любой из своих вариантов.

– Я не вызывала! – в отчаянии закричала Света, а слёзы вторым потоком хлынули из глаз. – Я всего лишь попыталась извиниться за твоих друзей… Я хотела сказать духам, чтобы они ничего им не сделали…

– Но почему же тогда стрелка крутилась, если ты их не вызывала? – самодовольно улыбнувшись и слегка расправив плечи, поинтересовался Влад. Ему почему-то вдруг стало забавно слушать оправдания девушки. Они казались ему глупыми, наивными, наигранными, но парню хотелось слушать их бесконечно. – Она показала на слово «да». А это всего лишь ответ на вопрос: «Ты здесь?»

– Нет, – снова попытавшись вытереть слёзы с лица, но лишь грязно размазав их по сгоревшему лицу, уверенно произнесла девушка. – Я подумала о том, что все получат по заслугам. И призраки ответили, что так оно и будет. Поэтому сейчас мы и отвечаем за свои действия! Мы всегда отвечаем за свои поступки, осознаём мы это или нет.

– Хорошо! – Влад поёрзал на месте и, выбрав более удобное положение, наконец-то придумал, что сказать. – Допустим, что ребята, играя, смогли разозлись духов, за что поплатились жизнями, хоть я в это и не верю… Но предположим!.. Ты плаваешь здесь, потому что тоже хоть как-то участвовала в игре. Но тогда что здесь делаю я? Я не участвовал в игре. До меня даже очередь не дошла! Я никого не вызывал, я никого не целовал. Я просто был наблюдателем!

– Может, именно то, что ты просто наблюдал за игрой, спасло твою жизнь? – отворачиваясь от парня и окончательно успокаиваясь, предположила Света.

– Я в этот бред ни за что не поверю! – парень, пытаясь не смотреть на задевшую его за живое Свету, отполз на свою сторону лодки.

Весь день ребята вот так молча и просидели по своим углам. Света, иногда вновь припускаясь плакать, а иногда успокаиваясь, наблюдала за блестящей на солнце водой. Но от мыслей нельзя было убежать, и именно из-за этого слёзы вновь проступали на её глазах. Влад, борясь сам с собой, хотел подойти, подползти и хоть чем-то её утешить, но незнание того, как это сделать, заставляло его просто отворачиваться. Он был со стороны похожим на эгоиста, на жестокого человека, но в душе он чувствовал себя ещё хуже. Он чувствовал себя тем самым подонком, который может запросто убить самым жестоким образом. Это ощущение было настолько ему противно и омерзительно, что парню из-за этого хотелось побыстрей свести концы с жизнью. Ему казалось, что только мёртвые не умеют чувствовать. И сейчас это было для него лучшим из вариантов.

На этот раз, к удивлению ребят, темнело невероятно медленно. Солнце никак не хотело покидать небо, не давая Владу уйти хотя бы в сон от своих никчёмных и, как ему казалось, никому ненужных мыслей. Но всё же луна смогла, наконец, проявиться своим блёклым полумесяцем на слегка потемневшем небе. Влад, засмотревшись на неё в какой-то момент, сидел с выражением безнадёги и наслаждался красотой белого неровного круга. Он словно ни о чём не думал, чуть задрав голову вверх и расслабленно положив локти на согнутые колени, но на деле его мысли бегали в отчаянном ритме, словно кто-то в голове быстро бил в барабаны или играл беглую симфонию.

– Утопи меня, – услышал он тихий, но всё же вполне требовательный голос Светы и повернулся к ней, но не из-за того, что собирался выполнить её просьбу, а от того, что она его поразила своими словами. А он-то тут сидит и думает, что хуже, чем ему, никому и быть не может! – Тебе жить будет легче.

Владу ничего не оставалось, как вновь подползти к девушке, которая выглядела именно так, как выглядят люди, собирающиеся от отчаяния сделать неверный шаг. В её глазах, которые смотрели куда-то то ли вперёд, то ли в никуда, зияла невероятная пустота. В них была огромная непроглядная бездна. Пустота, которую можно едва ли не осязать. Та пустота, которая обволакивает людей и не даёт им спокойно сделать вдох, чтобы выползти из темноты, в которую их загнала какая-нибудь страшная ситуация. Но Влад не полз для того, чтобы вытолкнуть Свету из этой пустоты или выполнить её страшное желание. Он полз к ней для того, чтобы попробовать успокоить. Парень знал, что это безнадёжней, чем все эго попытки завлечь хоть какой-нибудь дальний самолёт обычной зажигалкой, но всё же решился. На всю округу кроме них двоих никого, и если он сейчас не поможет Свете, ему придётся быть одному. Только вот одному Владу быть никак не хотелось. Он не знал, каково это – быть без людей, быть в гордом одиночестве, лишь в сопровождении своих мыслей. Хоть как-нибудь, но Свете ему нужно помочь. Любыми возможными в их ситуации способами, лишь бы она не умерла и чтобы не оставила его в одиночестве.

– Зачем? – осторожно поинтересовался Влад, как только уселся напротив неё, по обыкновению расслабленно опустив запястья на колени согнутых ног.

Он посмотрел ей прямо в глаза и снова увидел там безысходность. Девушка уже не боялась вот так прямо заглядывать ему в лицо, потому что была сейчас готова ко всему. Она не боялась Влада, как это было раньше, до того, как они оказались в одной лодке. Парень видел, насколько ровное и спокойное выражение лица было у Светы, когда она пронзительно и настойчиво смотрела прямо на него, в его гниющую по маленьким кусочкам душу, но при этом он ощущал какое-то трепыхание в потаённых уголках души девушки, означающее то, что она ещё не вся была пропитана ядом.

– Я не хочу вечно обитать в этой лодке, – без какой-либо интонации поведала девушка.

– Ты не будешь вечно обитать в этой лодке. – Влад подполз совсем близко и тут же понял, что совершил ошибку. Девушка мгновенно зарделась, сжалась, ещё больше ссутулилась, а ровное, спокойное дыхание спёрло, и оно в одно мгновение стало прерывистым и поверхностным. Влад осторожно уселся возле девушки, случайно прикоснувшись локтем к её руке, и, чтобы не смущать Свету ещё больше, посмотрел вперёд. – Нас обязательно спасут. Я обещаю!

– Никогда не обещай того, чего не сможешь выполнить. – Как бы Света ни старалась сдержать слёз, они вновь вырвались из-под контроля и выступили на глазах.

– Я уже пообещал. – Он на мгновение повернулся в сторону девушки, но тут же вновь посмотрел на такие одинаковые и в то же время такие разные мягкие волны, которые их окружали. – Мне придётся выполнить своё обещание.

К его удивлению, Света, пытаясь спрятать слёзы, уткнулась в его грудь лицом. Владу ничего не оставалось, как приобнять её и просидеть так до следующего утра в гордом молчании, которое, словно самая приятная колыбельная, убаюкало их, как малых детей с их чистейшими душами. Только из-за того, что в лодку ударялись волны, заставляя судно всё сильней и сильней раскачиваться на воде, наутро они уже не сидели, а лежали в объятиях друг друга.

Если бы Влада не разбудил какой-то стук, он бы так и лежал, обнимая Свету, даже не догадываясь об этом. Для него всё было настолько комфортно и привычно, что он не сразу вспомнил, где находится, по обычаю сильней прижав рядом лежащую девушку к себе. И когда стук снова донёсся до его ушей, он тут же подумал, что это Света вновь что-то придумала и пытается спасти их никчёмные жизни. Тут же открыв глаза, Влад сразу же передумал, потому что девушка лежала рядом, прямо в его объятиях, и мирно спала. Тот стук, который до него доносился, был за их головами. Боясь увидеть там что-то страшное или, наоборот, слишком радостное, Влад осторожно, чтобы ненароком не разбудить Свету, привстал и медленно обернулся. Но именно этим он и разбудил девушку, которая тут же последовала его примеру и, уже сидя, разворачивала корпус в сторону звука.

– Лодке что-то мешает плыть, – сообразив, что к чему, Влад поджал губы.

Света, недолго думая, не вставая с места, схватила весло и хотела ввести его в воду по самую рукоятку, но оно тут же во что-то упёрлось. Девушка, не ожидая такого сильного напора, отшатнулась, втянула воздух через сжатые губы, пытаясь не закричать от боли, пронзившей её ладонь, и только тогда отложила несчастное весло в сторону.

Под ними что-то было. Что-то, что мешало лодке плыть вперёд. И, как только девушка издала сама себе этот вердикт, она, не дожидаясь какого-то подтверждения от спокойно стоящего, словно не в лодке, с упёртыми руками в бока и сильно выдыхающего воздух Влада, подняла взгляд вверх. Она пыталась просмотреть весь горизонт, и в одно мгновение её взгляд наткнулся на несколько небольших бугров впереди. Они были настолько далеко и казались такими маленькими и никчёмными, что ценности ни для неё, ни для Влада не имели. Но так только казалось на первый взгляд.

– Это скалы, – указывая пальцем вдаль, туда, где Влад едва различал небольшие холмики, выделяющиеся на ровной глади воды, почему-то со скорбью и грустным вздохом оповестила девушка.

– Если здесь есть скалы, значит, берег близко! – с улыбкой радости и облегчения, что они скоро окажутся не на раскачивающемся судне, а на ровной, твёрдой земле, подметил парень.

Как только Влад это сказал, он со всем своим спокойствием уселся на свою сторону лодки и вздохнул. Ему бы сейчас предложить Свете что-нибудь правильное, то, что поможет им подплыть к тому берегу, к которому они могут приплыть уже в ближайший час, но в голове была настоящая глубокая, чёрная пустота. Не та, которая недавно поселилась у Светы, но похожая. Именно та пустота, которая приходит к готовому к уроку ученику, уже вызванному к доске.

– Не тот, который ты ожидаешь увидеть, – тут же прискорбно оборвала его радость Света. – Здесь нет пышного берега с домами и людьми. Скалы уходят далеко вперёд. – Она, стараясь внимательней разглядеть скалы, к которым их несло течением, положила ладонь козырьком ко лбу. – Возможно, мы не сможем доплыть до берега, о котором ты так мечтаешь. Мы можем наткнуться на острые скалы, которые распорют днище лодки, и тогда нам точно конец. Нужно уплывать отсюда. И как можно скорее.

– И как мы это сделаем с одним веслом? – фыркнув и показав на остатки от двух вёсел, напомнил Влад.

– Будем им отталкиваться от скал, – разворачиваясь к парню, пожала плечами Света. – Нужно их как-нибудь обогнуть. – Она, показывая это на примере, вновь взяла весло и, медленно введя его в воду, дотронулась до выступа и слегка отвела лодку в сторону. – Но нужно быть очень осторожными. Мы не знаем, что может оказаться под водой.

– Я могу воспользоваться обратной стороной нашей удочки, – схватив их самодельную удочку и начиная самодовольно раскручивать её в своих руках, с насмешкой произнёс парень. – Опущу в воду, буду ей прощупывать дно… – ехидно сверкнув глазами, протянул он. – Если под водой окажется скала, попытаюсь от неё оттолкнуться. – В этот момент Влад переменился во взгляде, словно сообразив, что логика в его словах действительно есть, и серьёзно посмотрел на удочку, которую тут же перестал крутить. – Вместе мы должны справиться, но я всё равно не верю в этот бред. Это же всего лишь скалы! Течение как раз и несёт нас мимо них. Зачем пытаться усложнить себе задачу, а не повиноваться самой природе, которая и без того знает, как правильно?

Света согласилась, кивнув, но всё же не стала повиноваться судьбе или природе. Она знала, что если бы они ничего не предпринимали, то сейчас бы уже были либо трупами, либо обглоданными скелетами, либо сгоревшими от удара молнии угольками. Не пытаясь в этом заверить Влада, который с гордо поднятой головой наблюдал за ней, девушка начала действовать.

Когда Владу надоело смотреть на все мучения Светы, он вдруг осознал, что девушка права. Она ещё ни разу не ошибалась, и сейчас, если он не подчинится её воле, то, возможно, те духи, которых разозлили его друзья, дойдут и до них. Не из-за страха привидений, а из-за страха за свою жизнь Влад встал со своей стороны на колени и осторожно опустил удочку в воду.

Ребята, не сговариваясь, очень медленно и со всем своим вниманием работали в сплочённой команде. Они преодолели несколько выступающих над водой острых скалистых верхушек и проплыли над скалами под водой, которые нащупывал Влад то удочкой, то голыми руками. Они справлялись неплохо, и всё шло хорошо, но у ребят глубоко в душе затаились странные подозрения. У них не было никаких поводов для отчаяния или переживаний, но ничего с собой никто из них поделать не мог. Каждый молча сжимал покрепче челюсти и в любую секунду был готов узреть что-то из ряда вон выходящее. Все страшные мысли приходили им в голову именно из-за того, что всё было слишком хорошо. До места, где заканчивались скалы, было рукой подать, и можно было бы выдохнуть с облегчением, но, как чувствовали Света и Влад, всё же случилось ужасное. Судьба – штука сложная. Она любит делать неожиданные повороты в своей игре, но когда человек ждёт чего-то плохого, она обязательно удвоит его мучения.

– Влад, вытащи удочку из воды, – смотря стеклянными глазами куда-то вдаль, тихо, но настойчиво и ровно потребовала Света.

– Что? – не понял парень, но всё же убрал руки, которые только что нащупали в воде очередной острый скалистый выступ.

– Акулы! – таким же острым, как скалы, голосом пояснила девушка и показала рукой на скалы, которые они недавно обогнули.

– Вот только их тут сейчас не хватало! – чертыхнулся Влад. – Откуда они взялись?

– Акулы очень часто обитают там, где скалы, – пояснила Света уже более ровным голосом без резких интонаций. – Не знаю, что их к ним тянет, но это так.

– Давай весло, – парень, всё ещё сидя со своей стороны, протянул руку в сторону девушки, и Света, продолжая непрерывно следить за несколькими плавниками, выступающими из-под воды, послушно отдала предмет парню. – Попробуем от них уплыть. Нам осталось преодолеть всего несколько скал и всё. Главное не напороться на острые…

Света, боясь пошевелиться, продолжала внимательно следить за действиями акул. Она сидела, едва ли не вжимаясь в дно лодки, словно пряча голову, чтобы акулы её не заметили, но продолжала их хорошо лицезреть. Хищники пока не замечали лодки, которая вторглась в их владения. Самыми опасными оказывались те моменты, когда хотя бы одна из акул уходила глубоко под воду, потому что она могла распороть лодку не слабее острых скал, окружавших её, но всё проходило, на удивление, благополучно. Ребята, действуя нежно и осторожно, не делая никаких резких движений, старались не привлекать к себе никакого внимания. Оставалось совсем чуть-чуть, и можно было попытаться уплыть подальше от этого места, но всё могло пойти наперекосяк в любой момент.

– Их всего четыре, – увидев плавник четвёртой хищницы, только что показавшейся из воды, очень тихо, словно боясь, что акулы её услышат, проговорила Света.

– Поверь, их гораздо больше, – осторожно приподняв весло из воды, на уверенном вздохе проговорил Влад.

– То есть? – стараясь не отвлекаться от наблюдения за акулами и не привлекать к себе их внимание, немного дёрнув головой в сторону Влада, поинтересовалась девушка.

– Если с твоей стороны их четыре, это не значит, что с моей стороны их вообще нет, – растянуто ответил Влад. – Мы в западне… И, в отличие от тех, которые сзади, штук пять направляется прямо к нам.

Света, с трудом оторвавшись от наблюдения за своими акулами, которые изредка скрывались за скалами или в воде, повернулась в сторону Влада. Он был прав. К ним очень быстро, словно моторные лодки, рассекающие воду, приближались пять плавников. Они действительно их заметили. Нельзя не заметить чужака в своём доме.

– Нужно что-нибудь придумать, – тихо и перепугано произнесла девушка, надеясь только на то, что акулы не разбредутся в разные стороны, ведь это будет самым печальным в их сложившейся ситуации.

– Ты уже отбилась от одной веслом, – всё ещё со скептицизмом относясь к методам девушки, напомнил Влад. Он помнил, что её идеи работают намного лучше, чем его, но никак не мог в них поверить. – Стоит попробовать…

– Нет, – спокойно перебив Влада, замотала головой девушка. – Тогда она была одна, и нужно было показать, что мы несъедобны. Сейчас это не поможет. Их много. Пока будем отбиваться от одной, вторая нападёт. Это бессмысленно. И глупо! – Она, вглядываясь вдаль, нахмурилась. – А если остальные прячутся в воде, шансов у нас один на сто… Тут уже кто кого, и, судя по всему, не мы их…

– А руки для чего? – закатывая рукава рубашки, чтобы предпринять хоть какие-то действия, хмыкнул Влад. – Они ведь точно так же будут кружить возле нас, выискивая нужный момент для нападения, как и та. Изобьём их руками, – предложил он. – Покажем им, что мы тоже настроены агрессивно!

– Их кожа, как наждачная бумага! – тут же, прежде чем парень опустил свои руки в воду, одёрнула его Света. – От её избиения ты получишь лишь кровоточащие раны. А когда акула почувствует твою кровь, она уже точно не уплывёт.

– Откуда ты всё знаешь? – не переставал удивляться познаниям одноклассницы парень.

– Попробуем просто уплыть, – по обычаю, словно не слыша вопроса в свою сторону, продолжала девушка свои предположения. – Это может сработать. – Она, не глядя на парня, пожала плечами. – Они ещё далеко. Мы, возможно, спокойно сможем отплыть в сторону.

– Мы не сможем отплыть в сторону! – вдруг хохотнул Влад. – Не с одним веслом! – настойчиво приподняв брови, напомнил он. – Мы могли бы отталкиваться от скал, но они остались позади! Мы поданы акулам на блюдце с золотой каёмочкой!

Было видно, что он опустил руки, но как хорошо, что не в воду. Парень готовился к тому, что в него сейчас вонзятся акульи зубы, перекусывая его пополам, но Света не разделяла его точку зрения. Ей вот почему-то никак не хотелось становиться обедом каких-то там рыб, которые решили узнать на зуб, вкусные ли ребята.

– Если мы не сможем отплыть, имея лишь одно весло, мы можем отплыть, имея по две руки, – когда Влад, положив весло на место, грузно уселся в своём углу, неожиданно, с долей сомнения и неверия в свои же слова, проговорила девушка.

– Что ты имеешь в виду? – не веря своим ушам, поинтересовался Влад, встрепенувшись и задрав голову, чтобы полностью лицезреть Свету.

– Грести руками, – неохотно, чуть ли не шёпотом ответила она. – Освободить им дорогу. Дать проплыть мимо, – пытаясь как можно убедительнее повторять похожие слова, Света больше убеждала в правильности своих мыслей себя, нежели Влада. – Показать, что у нас нет злых намерений. Как бы все ни думали, но акулы очень умные. Они не станут есть первого попавшегося на пути человека, пока не поймут, что он не опасен. У них интеллект иногда превышает тот же у какого-нибудь деградирующего человека…

– Ты предлагаешь сейчас опустить руки в воду?! – вытянув лицо, изумился Влад. – Ты только что сказала мне, чтобы я не опускал руки в воду, так как акулья кожа острая, а теперь хочешь, чтобы я сделал всё наоборот? Ты ненормальная! И противоречишь сама себе! Они оттяпают наши руки в то же мгновение, как только они окажутся в воде. И тогда крови будет предостаточно для команды «кушать подано».

Влад, ещё больше нагрузившись, обнял себя за плечи и задрожал. Ему было непонятно, от чего он дрожит: от того ли, что на ветру из-за сырой рубашки он продрог, от того ли, что он был зол на Свету, или от того, что он не был тем умным человеком, который бы смог найти выход в такой ситуации, но что-либо предпринимать не собирался. Владу хотелось всего лишь выбраться из страшной западни, вытащить своё никчёмное, бренное тело из лодки, пробудиться от страшного кошмара, который не отпускал его от себя, но ничего из этого в ближайшем будущем не намечалось, и только поэтому он ненавидел себя и всё в своём ближайшем окружении. Ему всё в край осточертело, и он уже не собирался подчиняться каждому приказу Светы. Она для него сейчас уже не была в приоритете. В данный момент она казалась ему его зеркальным отражением, которое он ненавидел именно из-за того, что не делал ничего для своего спасения.

– Да, именно это я и предлагаю, – сбив Влада с его растянутой и, казалось бы, важной мысли, твёрдо и убедительно кивнула Света. – Акулы ещё далеко. Плывут медленно. Пока они просто нас изучают. Дают шанс сделать хоть что-нибудь! Главное, чтобы наши движения были плавными и медленными. – На этих словах она сбавила голос, делая его именно таким, какими и должны быть движения – плавным и мягким. – В основном они реагируют на резкие действия, думая, что этим мы проявляем агрессию. При нападении они всего лишь пытаются её устранить. Если акула летит к тебе, это ещё не значит, что она голодна. Она может быть всего лишь напугана. У них тоже есть страхи. Они не бездушные убийцы, как все считают.

– Хорошо… – вздохнул Влад, запустив руки в чёрные волосы. – Но если я останусь без рук, винить всю жизнь буду тебя, а не акул! – Он, набираясь храбрости, чтобы опустить руки в воду и одновременно наблюдать за акулами, кивнул.

– Замечательно, – процедила девушка. – Если так действительно будет, виноватой я себя чувствовать буду от силы минут десять. – Света слегка улыбнулась и первой опустила дрожащие от волнения руки в прохладную воду.

Ребята осторожно, шаг за шагом стали отплывать. Настолько медленно, что иногда могло показаться, что они стоят на одном месте и не продвигаются ни на миллиметр, но скалы, которые начали скрываться из вида, говорили о противоположном. Акулы тоже вскоре остались позади. Они, правда, сперва начали плыть за лодкой, но затем передумали и почему-то остались таиться в скалах. И когда ребята осознали, что можно немного отдохнуть, на небе уже появились первые звёзды.

– Они могут вернуться в любой момент, чтобы нас слопать! – рассматривая мирную воду со своей стороны, успев по обычаю расслабленно положить руки на колени, грубо произнёс Влад. – Они могут съесть нас, пока мы спим.

– Могут, – не глядя на парня, а, наоборот, отвернувшись от него в сторону, утвердительно кивнула Света.

– И что делать? Плыть дальше? Я не смогу! Я устал! И ты, кстати, тоже! – возмутился выдохшийся, уставший от большой физической нагрузки и недостатка пищи Влад.

– Не нужно плыть дальше. Нам надо отдохнуть, – всё же посмотрев уставшими, полусонными глазами на парня, подтвердила его слова девушка. – Уставшими мы не сможем уйти ни от одной акулы. Будем спать по очереди.

– Хорошо, – быстро соглашаясь, кивнул Влад. – Тогда ты первая на страже. У тебя лучше получится справиться с акулой, чем у меня. Ведь ты же у нас всезнайка! – он усмехнулся и демонстративно сполз на днище лодки, укрываясь той самой кофтой, которую ему когда-то любезно пожертвовала Света. – И как ты умудрялась в классе строить из себя дуру? Ты же вундеркинд, блин!

– Я не такая… – как-то с грустью и неким стыдом в голосе произнесла Света.

– Ты про акул знаешь больше, чем я знаю про своих друзей! – парень приподнялся на локтях, распахивая уже было закрытые глаза, чтобы уставиться на Свету недоумённым взглядом. – И ты будешь уверять меня, что ничего не знаешь? – он с удивлением смотрел на девушку. – Это ты прогнала первую акулу куда подальше, пока я ныл, что нам каюк! Я даже сейчас не знаю, что делать, если акула подплывёт к нам. Из меня страж, как из мухи слон!

– Если это будет одна акула, справиться с ней можно на раз-два, – пожала плечами Светлана.

– И как же?

– Сперва попытаться отплыть в сторону, – опустив взгляд вниз и сворачиваясь в свой спасательный образ, разве что не пряча голову в капюшон, начала объяснять Света. – Мы можем преграждать ей путь к своей цели. Она может нас и не тронуть в этот момент. Лишь искоса посмотрит и проплывёт мимо.

– Это то, что ты сделала в первую очередь! – вспыхнув от догадки, вспомнил парень. – Но отплыла лишь одна. Вторая собиралась наброситься!

– Она была либо злой, либо голодной. Но набрасываться она на нас не собиралась. Они чем-то похожи на людей… – Света отвела взгляд в противоположную от Влада сторону и посмотрела на тёмный горизонт, туда, где уже невозможно было разобрать, где заканчивается вода и начинается звёздное небо. – Пока мы не убедимся в том, что лежащее на тарелке безопасно, мы к еде даже не притронемся. Так же и акулы. Если еда не нападёт и не окажет сопротивление, значит, можно полакомиться. И самое для неё противное, когда еда бьёт по глазам и жабрам. Это уязвимые места акулы. Без глаз она ещё как-нибудь проживёт, ведь есть ещё нюх, который приведёт её к трапезе, а вот без жабр ей уже не выжить.

– Я так понимаю, нужно целиться в жабры и глаза? – Света утвердительно кивнула. – И как это сделать в темноте?

– У тебя в кармане есть зажигалка и спички, можешь попытаться воспользоваться ими, – напомнив парню об этом, спокойно предложила Света.

– А что, если мои действия, наоборот, спровоцируют её, чтобы напасть? – Влад не пытался найти уязвимое место в знаниях одноклассницы, чтобы упрекнуть её в этом. Он старался как можно больше впитать этих знаний в себя, чтобы потом не оплошать и не стать тем самым завтраком для акулы. – Что мне тогда делать?

– С акулами главное не поддаваться панике. Нужно быть совершенно спокойным и уверенным в любом своём шаге и действии. Показать, что ты сильнее не только физически.

– Ну, хорошо… – Он, усаживаясь поудобнее, поёрзал на месте. – Но я всё равно сплю первый! – ткнув в сторону девушки пальцем, усмехнулся Влад. – Удачи тебе с акулами.

Так и решили. Всю ночь ребята, как и договаривались, дежурили по очереди, и никто не отлынивал от своих обязанностей, как предполагала Света, которая, изредка приоткрывая глаза, пыталась убедиться в искренности Влада. Кто-то спал, а кто-то, сидя с веслом в руках, сторожил сон соседа – так и проходило их поочерёдное дежурство. Это могло показаться забавным, напоминающим какую-то игру, но на самом деле всё было куда страшней и серьёзней. Всякий всплеск воды леденил душу, любой звук мог говорить о приближении хищника, но каждый раз всё оказывалось куда банальнее. За всю ночь к ним не приблизилась ни одна из тех акул, от которых они так усердно и тщательно уплывали, спрятав свои страхи куда подальше и уже не боясь лишиться рук, ведь в любой момент они могли лишиться жизни. Видимо, акулы посчитали, что Влад и Света не представляют никакой угрозы для их жизни, и лишь поэтому не стали настойчиво к ним подплывать и избавляться от лишнего мусора в своём доме.

– И вот ещё один день с бескрайними синими просторами! – лёжа на спине и вглядываясь в небо, изучая облака, прокомментировал Влад. – Смотри! Вон то облако похоже на скорпиона!

Света, сидя в своём привычном положении, задрала голову и посмотрела туда, куда указывал Влад. Она была немного удивлена, что парень сравнил какое-то там облако со скорпионом, не веря, что он способен вспомнить, как выглядит данное животное. Но парень вспомнил не только то, как выглядит скорпион, но даже то, что это один из знаков гороскопа, который составляли именно по звёздному небу.

– А мне кажется, что там цирковой медвежонок на велосипеде! – искренне улыбнулась девушка, когда поняла, на какое именно из облаков показывает парень.

– Ну нет… – слегка нахмурившись, словно пытаясь вообразить того самого медвежонка, которого заприметила девушка, протянул Влад. Он, пытаясь посмотреть на облако под другим углом, склонил правое ухо чуть ли не к плечу. – Хотя… Может быть.

– Как ты думаешь, далеко мы уже уплыли от места кораблекрушения? – посмотрев на Влада, который продолжал крутить головой в разные стороны, неожиданно поинтересовалась девушка.

– Думаю, что да, – рывком сев, слегка поджав губы и прищурившись, словно он хотел увидеть то расстояние, которое было сейчас между тонущим кораблём и их маленьким судном, подтвердил парень. – Мне иногда даже кажется, что мы давно пересекли целый океан, – посмотрев на облако в виде морды дельфина, произнёс Влад. – Мне вот больше интересно, как мы ещё не наткнулись на какой-нибудь корабль? Такое чувство, что они специально плавать перестали, лишь бы нас не искать.

– Мы просто в тех местах, где не ходят корабли, – пожала плечами Света. – И таких путей довольно много… Их не затрагивают, потому что нет смысла, ведь их главная задача – переправить людей или груз из одного города в другой, – высказала своё предположение Света. – И зачем пересекать такое большое расстояние, делая круг и затрачивая большое количество горючего, если можно не петлять, а идти по прямой? Все будут терять много времени, если станут искать новые пути для переправы.

Влад не заметил того момента, когда Света начала с ним разговаривать. Не просто делать какие-то небольшие замечания или упрекать в чём-то, а просто беседовать. Она сейчас спокойно могла говорить рядом с ним на совершенно любые темы, не боясь того, что парень над ней посмеётся. И если изначально девушка бросала всего лишь короткие фразы, малозначимые для Влада, то сейчас она без каких-либо страхов и сомнений рассказывала то, что сама знала. Девушка делилась своими знаниями с одноклассником, глядя прямо ему в глаза, лишь иногда смущённо отводя их в сторону, словно вспомнив, что раньше она была не такой и нужно как-то возвращаться к своему привычному состоянию.

Ребята разговаривали совершенно свободно, будто знали друг друга всю свою жизнь. Они за то время, которое находились в лодке, успели хорошо узнать друг друга, и сейчас между ними уже не было той невидимой преграды, которая ощущалась в первое время. Даже случайно заползающие мысли по поводу того, что не стоит так сильно сближаться друг с другом, никак не действовали ни на Свету, ни даже на Влада.

Каждый знал о другом то, чего бы он не узнал в обычный будний день: что они любят, чего боятся, как ведут себя в тех или иных ситуациях. Они не скрывали друг от друга совершенно никаких эмоций, будь то злость, печаль или радость. А самым странным Владу казалось то, что Света не боялась смотреть ему в глаза. Она смотрела ему в глаза постоянно. Она могла спокойно взглянуть в глаза парня, когда разговаривала с ним, когда что-то объясняла, да и просто так, когда разглядывала окрестности. Она уже не вздрагивала, когда её взгляд случайно попадал на Влада, который в это время смотрел на неё. Света уже не стеснялась в открытую разглядывать его и даже не всегда опускала смущённый взгляд на свои руки, когда парень замечал её пристальный взгляд.

За то время, пока ребята плыли в неизвестном никому направлении, меняя курс по мановению судьбы и подчиняясь течению, они успели побывать в двух бурях, найти способ очистить солёную воду, поймать большую, даже огромную, по их меркам, рыбу, чтобы наесться ей досыта и даже оставить что-то на следующий день. Они успели вспомнить все, хоть и детские, игры, которые спасали их от скуки. Это были гляделки, игра в слова или в города, где, на удивление Светы, постоянно выигрывал Влад. Они в один из скучных дней придумали прятать какую-нибудь мелкую вещь в лодке и пытались её отыскать. Сперва данное занятие казалось весёлым, задорным и чем-то необычным, но вскоре наскучило, потому что прятать было уже негде. Когда им не спалось, ребята на слух составляли из какого-нибудь большого слова много маленьких или разглядывали звёзды, пытаясь найти нужные созвездия. Все эти детские игры заставляли их смеяться. Они заставляли забыть о том, что нет никакой надежды на спасение, а по вечерам, когда солнце заходило за горизонт, оставляя вместо себя большие тени, ребята пытались устроить театр теней. Выходило вначале нелепо, смазано, и звери были похожи на всё что угодно, только не на зверей, но потом стало получаться гораздо лучше. Сначала хорошо смогла получиться птица. Следом за ней крокодил. И с каждым разом у ребят, не только в театре теней, но и в остальных играх, получалось всё только лучше и лучше. Они даже смогли придумать небольшую историю с участием птицы, крокодила и улитки, лишь бы не верить, что им предначертана смерть.

Ночами, пока Влад щёлкал зажигалкой, чтобы привлечь чьё-нибудь внимание, он придумывал разные страшилки и рассказывал их Свете с придыханием, подводя зажигалку опасно близко к загорелому, даже сгоревшему на палящем солнце лицу, но испугать девушку ему так и не удалось. Самым страшным кошмаром сейчас для них было то, что они могут утонуть. Никакие страхи перед учителем, когда не выучил какой-нибудь урок, или страхи перед сложным и важным экзаменом никогда не сравнятся с тем страхом, который незаметно разрастался внутри ребят, пока они плавали без какой-либо надежды на помощь в бескрайнем водном просторе. Тот страх, который они испытывали сейчас, подкрадывался со спины, незаметно, словно пытался напасть исподтишка, чтобы ребята его не заметили. Но ночами, когда голова освобождалась от мыслей о том, как выжить, у них начинало сосать под ложечкой, потому что только тогда в их голову проникал тот настоящий ужас, который ходил за ними по пятам и не давал спокойно дышать.

– Только не говори, что ты вновь хочешь зареветь! – прикрикнул Влад, когда увидел лицо Светы в один из жарких дней.

– Я домой хочу. Мне надоело здесь плавать, – проговорила она как-то совершенно спокойно, хоть на лице и засело помятое выражение, предупреждающее о том, что слёзы не за горами. – Но этого никогда не произойдёт. У нас, видимо, с тобой на роду написано умереть в воде.

– С чего ты взяла? В гадалки подалась? – усмехнулся парень. – Я вот не собираюсь дохнуть в лодке! У меня ещё вся жизнь впереди!

– Если бы можно было выбрать то, как нам суждено умереть, я бы точно не выбрала воду, – размеренно произнесла девушка. – Но мы этого не выбираем. От чего мы умрём, это написано ещё до нашего рождения.

– А знаешь! – вдруг воскликнул Влад, которому, казалось, в голову неожиданно пришла замечательная идея. – Это намного лучше, чем быть зарезанным! – с насмешкой проговорил он. – Во всём нужно искать плюсы.

– В нашем положении я вижу сплошные минусы, – вздохнула Света.

– А давай поиграем? – Влад, по обычаю расслабленно сидя на своей стороне лодки, сощурил взгляд. – Я буду говорить все плюсы, которые нас окружают, а ты минусы. Кто больше назовёт, тот и выиграл, а если плюсов окажется больше, значит, я был прав. – Он посмотрел на Свету и лучезарно улыбнулся.

Девушка была озадачена тем, что предлагал Влад, но мысленно уже начала составлять список минусов, которые выскажет Владу в первую очередь. Игра обещала быть долгой и оттого заманивала Свету ещё больше. Нужно же хоть как-то прожить ещё один день, чтобы не умереть от скуки.

– И кто начнёт? – лишь бы хоть что-то сказать, поинтересовалась она.

– Раз я предложил, значит, мне и начинать, – тут же кивнул Влад. – Но, чур, не повторяться! А то это будет нечестно. – Он почесал затылок и осмотрелся, затем усмехнулся. – Главное не забыть, что начинал я!

– Начинай, – делая скучающий вид, кивнула в его сторону Света.

– Мы живы. Банально, да, но лучше начать с самого простого и дойти до самого сложного. Твоя очередь!

– Мы плаваем слишком долго, – высказала своё мнение девушка.

– У нас есть вода! – Энтузиазм, с которым говорил Влад, в какой-то момент мог передаться и Свете, но она быстро отбросила эту нотку веселья, всё больше погружаясь в грустные мысли.

– Её недостаточно, – замотала головой Света, пытаясь отогнать наваждение, которое велело ей перейти на положительные версии всего случившегося.

– Её предостаточно, чтобы прожить сутки, – переделал под свой весёлый лад Влад.

– Рано или поздно мы доплывём до места, где нет рыбы.

– У нас есть небольшой запас её в высушенном виде.

– Мы плаваем вокруг логова акул, – уже с трудом находя аргументы, выдохнула Света.

– Дважды мы от них отбились.

– Ещё один шторм может оказаться для нас смертельным.

– М-м. Дай подумать. – Парень посмотрел на рюкзак, затем на весло и снова на Свету. – Мы наблюдаем красоту природы. И она действительно великолепна! Я раньше никогда не замечал того, насколько она идеальна. Благодаря всему тому, что с нами случилось, мы видим этот мир таким, какой он есть на самом деле. И он шикарен! Не перестаю этому удивляться. Он действительно прекрасен. Мы никогда не сравнимся с её величеством и красотой, что бы ни предпринимали.

– Мы чуть не разбились на скалах! – боясь забыть этот важный минус и едва дождавшись, когда Влад остановится, быстро выпалила Света.

– Зато ты научила меня не бояться акул!

– Рано или поздно они привыкнут к нам и откусят головы, – сухо проговорила девушка и отвернулась от Влада, чтобы посмотреть на ровную гладь воды, на которой даже перестали образовываться хоть какие-нибудь волны.

– Да как ты это делаешь? – усмехнулся Влад. – Ты каждый мой плюс выгибаешь в минус! Пусть так! Плюсов у меня всё равно припасено ещё много.

– Например? Вот этими самыми фразами ты просто пытаешься выиграть время на раздумье, – вновь поворачивая голову в сторону Влада, пожала плечами Света.

– Да пожалуйста! Я услышал твой голос! – Света, слегка смутившись, отвела взгляд в сторону. – И, как бы мне ни казалось раньше, что если ты заговоришь, то голос твой будет, как у людоеда, это совершенно не так! Твой голос, он… Он красивый! – запнулся Влад, и если бы его лицо не было и без того красным от загара, то Света бы увидела, как он на этих словах побагровел.

– Нас никто не ищет, – сведя брови, отчеканила девушка, лишь бы убрать смущение от неожиданного комплимента одноклассника. – И это самый большой минус, который можно разделить на три таких.

– Ты этого не можешь знать точно! Поэтому оставим это как один минус. А вот мой плюс: я не только услышал тебя, я увидел твои глаза, которые ты постоянно скрывала.

– У нас заканчиваются спички и газ в зажигалке. Мы не сможем по ночам щёлкать огнём, чтобы привлечь какие-нибудь корабли или есть сырую рыбу.

– Именно такую рыбу мы едим в суши и роллах. Только тут без соли! – напомнил Влад. – Хотя за соль не ручаюсь… Я не знаю, в какой воде мы плаваем, и, возможно, соли здесь предостаточно… Не будем об этом… Теперь моя очередь. Мы загорели!

– Мы сгорели! – настойчиво поправила его Света.

– Это твой минус? – хмыкнул он. – Хорошо… Мы научились делать театр теней.

– Бессмысленная трата времени.

– Благодаря этому мы не подыхаем от скуки!

Так они и беседовали, пытаясь вспомнить всё то, что их окружало за всё время, пока они пребывали в воде. Это занятие, как они и предполагали, увлекло их настолько, что ребята не заметили, как стало темнеть. Каждый из них всё ещё находил плюсы и минусы, и никто не собирался проигрывать, и ведь просто из-за того, что не хотели оказаться неправыми. Никто из них не хотел проигрывать вот так просто, когда они ушли уже настолько далеко. И сейчас, пока день плавно переходил со дня на ночь, ребята, цепляясь за каждую мелочь, всё ещё продолжали свой спор.

– Нам повезло, что при взрыве попали в лодку, – изрёк Влад.

– А могли бы остаться рядом с кораблём и ждать спасения там, – слегка закатив глаза, фыркнула Света.

– Без этой лодки мы бы не прожили и дня! – настойчиво проговорил парень. – Именно её вёсла помогли нам отбиться от акул и наловить рыбу!

– На корабле, между прочим, были нормальные удочки. А тут пришлось заниматься самодеятельностью. Если бы я не взяла и половину из тех вещей, которые были в списке, мы бы утопли в первый же день. А если бы рюкзак не попал в лодку? Между прочим, это было вполне вероятно, потому что никто из твоих друзей даже не задумывался о важности всех тех предметов. А удочки были бы всегда под рукой.

– Корабль затонул, а лодка на плаву! Где бы ты искала эти удочки?

– Там у нас была бы надежда на спасение… – едва не плача, проговорила Света.

Влад, как бы ни старался, никак не мог найти ещё один плюс. Он не мог ни за что зацепиться, разглядывая первые звёзды на тёмном небе, пытаясь отыскать в них подсказки. Неужели проиграл? Неужели Света была права, когда говорила, что в их положении нет никаких плюсов? Неужели придётся это признать? Он, уже готовый произнести «я сдаюсь», посмотрел на девушку.

– Твои волосы отросли… – тихо проговорил Влад.

– Это твой плюс? – недовольно поморщилась она и тут же быстро собрала волосы за спиной. – Тогда он очень странный.

– Нет, – мотнул головой парень. – Это так, вне игры. Просто ты с пятого класса ходила с одной и той же причёской и ни разу её не меняла. Я уж думал, что они никогда не растут.

– Давай продолжим лучше игру, – прервала его Света.

– Сколько у тебя ещё минусов? Только честно.

– Ну, не знаю. Нужно подумать. – Света сделала вид, что задумалась, но на самом деле она уже давно хотела сдаться. – Есть ещё два. Но они последние.

– Значит, у нас ничья. У меня остался последний плюс, который я просто не хочу озвучивать. – Влад поджал губы. – Мы просто доказали друг другу сейчас то, что в любой ситуации можно найти и плюсы, и минусы.

– Если есть хотя бы один минус, на него обязательно найдётся плюс! – искренне улыбнулась Света, которая всё же заразилась в какой-то момент оптимизмом одноклассника и уже не хотела рыдать в три ручья, понимая свою никчёмность в том положении, в котором они находились.

– Хорошие слова. Нужно их запомнить, – кивнул Влад, пожалевший о том, что у них не было припасено какой-нибудь тетради и хотя бы простого карандаша. – Это может оказаться девизом в нашем маленьком лодочном мире.

– Ты сейчас в глубоком заблуждении. У нас не маленький мир, а, наоборот, огромный, – Света развела руками в стороны, рисуя ими в воздухе большой шар. – Ты только посмотри вокруг. Всё, что нас окружает, является только нашим. И если правильно воспользоваться этими дарами, можно прожить здесь не один год.

– Думаешь, мы сможем плавать тут несколько лет? – вопросительно вскинул брови парень.

– Да. Но при условии, что наша лодка не развалится, а нас самих не сожрут акулы, – звонко засмеялась Света, отчего Влад расплылся в нежной улыбке, ведь такой смех он ещё долго будет помнить как нечто чистое и прекрасное, наполняющее его жизнь.

Как бы ребята ни пытались доказать себе, что могут ещё долгое время находиться в лодке, это было не так. Каждый из них мечтал, проснувшись, увидеть берег. Любой берег, будь то какой-нибудь необитаемый остров с неизведанными животными или подобие скал, на которых живут аборигены. Они хотели постоять на земле, а не раскачиваться на волнах, хотели посмотреть на деревья, а не ломать глаза, вглядываясь вдаль, хотели отведать чего-нибудь ещё, кроме полусырой рыбы. Они желали, в конце концов, услышать хотя бы какой-нибудь крик пролетающей мимо птицы. Но, просыпаясь, ребята видели лишь ослепительно-яркое солнце в небе и безграничные синие дали.

Света и Влад в какой-то момент всё же окончательно перестали надеяться на то, что кто-то их спасёт. Они перестали надеяться на то, что смогут увидеть землю. Перестали надеяться на то, что смогут вернуться домой. Мысли, которые бередили их мозг постоянно, днями и ночами, уже не скрывались где-то в закоулках подсознания, они отчаянно вылезали наружу и не давали как следует спать по ночам.

– Что ты делаешь? – сонно потирая только что открывшиеся глаза после сна, спросила Света.

Влад ползал по лодке, высчитывая пальцами расстояние от одной стенки до другой. Парень не обращал внимания на то, как судно под его весом кренилось то в одну сторону, то в другую, когда он отползал от середины и спокойно продолжал заниматься своим странным делом, которое и заприметила пробудившаяся Света.

– Ну, раз нам не суждено увидеть землю, может быть, до неё смогут доплыть дети? – продолжая своё занятие, быстро отмахнулся Влад.

– Какие дети? – не поняла Света. – Где ты видишь здесь детей?

Влад, на секунду оторвавшись от измерения лодки и всё ещё держа руки наготове, изображая пальцами циркуль, внимательно посмотрел на девушку.

– Да. Здесь нет детей. И не думай, что я сошёл с ума, – чётко и внятно проговорил он. – Нужно их родить. Я уверен, что ты знаешь, как они появляются.

Света, подтянув к себе ноги, с каким-то страхом в глазах посмотрела на парня. Вот что-что, а быть сейчас изнасилованной ей как-то не хотелось. Да и почему он уверен, что дети смогут доплыть до берега, если даже им самим не суждено увидеть сушу? А вдруг они кружат на одном и том же месте, носимые течениями, которые бьют в одну точку?

– З-зачем? Зачем дети?

– Нужно как минимум двое. – Парень нахмурился и вновь склонился, продолжая делать странные, не понятные для Светы измерения. – Тогда они смогут справиться, – совсем не замечая неподдельный испуг девушки, продолжал Влад. – Мы обучим их всему тому, чему научились сами. Они смогут выжить, если мы вдруг погибнем. Лодка рано или поздно всё же доплывёт до какого-нибудь берега, но это может случиться слишком поздно. Вот детям мы и расскажем всё, что произошло, а когда они доплывут до берега, расскажут обо всём остальным.

– Что ты измеряешь? – Света попыталась увести разговор в другую сторону, но уже знала, что ответ будет связан с предыдущей темой.

– Это? – Влад мимолётно посмотрел на девушку, показывая руки, и опять опустился вниз. – Я смотрю, хватит ли места для двух детей. Им свойственно расти… – Света сглотнула, потому что намерения парня были больше, чем просто серьёзными. Он верил в свои слова с той силой, с которой верил в самом начале их путешествия, что они трупы. – Я тут подсчитал… Мы сможем за два-три года доплыть куда-нибудь, поэтому торопиться не обязательно. Но если тогда, через три года, мы не окажемся на каком-нибудь берегу, дети будут просто необходимы.

Света с облегчением вздохнула. У неё, оказывается, есть ещё целых два года вполне свободной жизни, прежде чем парень захочет воплотить свой план в реальность. Влад не собирался насиловать её прямо сейчас, что не могло не радовать. Он всего лишь примерялся, смогут ли дети выжить в таких диких условиях, в которых они находятся. И пока, судя по всему, у него всё складывалось очень хорошо.

Даже зная о том, что у неё есть ещё как минимум два года, какой-то осадок страха всё же засел в Светлане. Раз Влад начал об этом подумывать, он мог забыть о том, что нужно подождать пару лет. Именно поэтому Света быстро стала его сторониться. Она, как и раньше, когда сидела в классе в окружении успешных и самоуверенных ребят, пыталась не дотрагиваться до него, не смотреть в глаза и не разговаривать. Она вновь отстранилась. Она вновь стала меньше говорить, а иногда и молча показывать что-то рукой. Света практически перестала подходить к Владу. Она сидела в своём углу и, по обычаю, постоянно разглядывала горизонт. Влад не мог этого не заметить. Он уже понял, что сам был в этом виноват, понял, что очень сильно напугал её. И напугал он её не столько своими действиями, сколько словами.

«В следующий раз нужно думать, что говоришь! Дебил!» – в очередной, ничего не значащий день, наблюдая за спящей девушкой, думал про себя Влад.

Но Света не спала. Она не могла заснуть, пока не была уверена, что Влад тоже спит. А если она всё же и засыпала первой, быстро просыпалась от многочисленных и порой слишком часто повторяющихся кошмаров. В последнее время они были обычным делом, и из-за этого она практически не спала. Под глазами засели мешки, лицо осунулось, а сил удерживать удочку было всё меньше, и в основном рыбалкой занимался Влад. Даже его исхудавшее и заострившееся тело не казалось настолько изнемождённым, по сравнению с тем, какой он видел перед собой Свету.

Парень, видя, как Свете тяжело с каждым днём справляться со своим состоянием, уже привык, что удочка всегда у него. Влад привык, что девушка постоянно сидит в своём углу, и знал, что причиной в её отстранении был он сам, но почему-то верить в это отказывался. Ему всё казалось, что Света всего лишь устала, опустила руки, перестала верить в счастливый исход, на который они так надеялись в самом начале, но на этот раз всё же было что-то не так. Что-то другое поселилось во взгляде Светы, которая по обычаю спрятала голову в свой огромный капюшон и закрыла тело руками. Парень не видел никаких изменений в образе Светы, всё было как обычно, но он чувствовал назревающую проблему всем своим нутром.

– Рыбы нет… – пытаясь хоть как-то вывести девушку на лёгкий и непринуждённый разговор, в котором она хотя бы что-нибудь предложит для решения проблемы, проговорил Влад. – Скорей всего, шторм будет. Да и ветер слишком сильный.

Света ничего не ответила. Был где-то полдень, но она уже лежала на своей стороне лодки, едва видимая из-за огромного рюкзака, всё ещё разделяющего судно. Лишь её приоткрытые глаза свидетельствовали о том, что она не спит, а просто лежит, о чём-то глубоко задумавшись.

– Мне нехорошо, – глядя куда-то в пустоту через прикрытые веки, очень тихо проговорила она и поморщилась, когда Влад отрубил ножом голову маленькой рыбе. Этот звук как-то резко отдался в голове девушки и эхом раскатился по всему организму.

– Что, укачало? – усмехнулся парень.

– Н-нет… – она слабо приподнялась на дрожащих руках.

Влад с ужасом подметил то, насколько её лицо было бледным. Если не знать, что её нежная кожа лица давно сгорела на палящем солнце и превратилась из нежного в ярко-розовое с красными пятнами, можно было бы не бояться, но Влад знал. Он знал, что белое лицо вместо того самого красного могло означать лишь приближение смерти. И, оторвавшись от уже бессмысленного занятия, оставив искромсанную рыбу на днище лодки, Влад с осторожностью, стараясь не делать резких движений, которые бы могли напугать Свету, подполз к ней поближе и дотронулся до её лба. Его руку будто опустили в кипяток. Девушка горела заживо, но явно не хотела ему в этом признаваться. Подумав, что она либо дура, либо настолько лишена сил, что не может даже толком говорить, парень медленно опустил руку и с нежностью заглянул в глаза девушки.

– Ты вся горячая… – едва прошептал он. – Это совсем не хорошо…

Девушке действительно было плохо. Голова, раскалываясь на множество мелких частей, едва не рассыпалась, как мозаика. Глаза слезились и побаливали на свету. Горло драло, будто она проглотила кусок акульей кожи. Света не могла даже сесть – её трясло, потому что было холодно, а кофта, в которую она укутывалась, совсем не помогала.

– Лучше отойди от меня, – шёпотом посоветовала она Владу, который снял с себя тёплую кофту и накинул её на Свету.

– Ни за что! Если ты сейчас подохнешь от грёбаной простуды, я заколю себя удочкой! Это сделать будет сложно, но я постараюсь, – зло выкрикнул Влад, у которого на этот счёт теперь были серьёзные намерения.

– Не надо… – выдохнула девушка.

– Я вообще думал, что в океане нет болезней… – прислоняясь спиной к боковине лодки, стараясь как можно лучше разместиться рядом с девушкой, поведал Влад.

– Они есть везде, – едва слышно напомнила Света и поморщилась. – Вспомни, ведь на кораблях постоянно кто-то погибал от лихорадки… Или той же цинги…

– Ты не умрёшь! – прогромыхал Влад, которому совсем не нравилось ни состояние девушки, ни её мысли. – И, если понадобится, я буду кормить тебя насильно. Зная то, что ты захочешь пожертвовать собой, чтобы не окочурился я, свяжу тебя и буду кормить. Твоя жизнь стоит больше, чем моя.

– Неправда…

– Правда! – уверенно произнёс Влад, которому захотелось как следует стукнуть кулаком по боку лодки, но он быстро передумал, потому что это могло напугать Свету. – Без тебя я не прожил бы и дня в этой лодке. Ты спасла мою никчёмную жизнь тогда, а я спасу твою жизнь сейчас. И если понадобится, отдам свою вместо твоей.

Как бы Влад ни старался, с каждым новым днём Свете становилось только хуже. Её болезнь была в самом разгаре, она кашляла беспрерывно минуты две так сильно, что Владу самому становилось нехорошо. Голова девушки болела настолько, что Света периодически взвывала, уже не боясь рядом сидящего с ней парня. Слабость оковала её тело целиком и бесповоротно, из-за чего она не могла даже глазом моргнуть, не то чтобы пальцем пошевелить, но Влад всё же не сдавался. Ночами он ловил рыбу, пока Света с трудом засыпала на каких-то несколько часов, а то и минут, а потом сидел с ней, пытаясь что-то рассказать, чтобы она забыла о боли, которая пронизывала всё её тело. Но боль не отступала даже тогда, и Влад, зная, что ей нужно как-то восстанавливать свои силы, давал Свете поесть и попить. И воды он преподносил не одну крышку, как они и договаривались, а три или даже четыре. Вода сейчас была необходима девушке гораздо больше, чем ему самому. Как бы Света ни пыталась от неё отвернуться, Влад всё же умудрялся залить жидкость в её рот, а после уже и выплёвывать обратно было бессмысленно, ведь тогда вода точно пропадёт напрасно. Света сейчас была очень сильно схожа с маленьким капризным ребёнком, который не хотел вообще ничего.

– Знаешь, чего я сейчас хочу больше всего? – осторожно, боясь, что голова вновь пойдёт кругом, спросила Света, когда ей стало немного легче.

Влад, прижимая к себе девушку, прислоняясь к её горячему лбу губами, задумался. Он вполне знал, чего может хотеть больной человек, потерпевший кораблекрушение и уже целую вечность плавающий на лодке, но почему-то ему казалось, что Света не была тем нормальным человеком, который желает банальных вещей.

– Горячего чая? – предположил он, на долю секунд отрывая губы ото лба девушки.

– Нет… Полную его противоположность. – Света слабо улыбнулась уголками губ. – Я хочу мороженое.

– Странно… – хмыкнул Влад.

– Почему? – она приподняла голову, чтобы видеть его лицо, которое тут же оказалось слишком близко, но не стала отстраняться, как это бывало раньше.

– С больным горлом и мороженое? Как-то совсем не сочетается. – Он тоже улыбнулся.

– Как раз наоборот. – Света вновь устало уронила голову на плечо парня. Сил всё ещё было недостаточно, чтобы удерживать тело в нормальном положении. – Оно мягкое и не царапает горло. Я не говорю, что хочу какого-то супер-пупер. Хочется обычного пломбира.

– Я бы тоже от него сейчас не отказался, – с лёгкостью вспоминая вкус мороженого, которое ему в детстве покупали родители, Влад глубоко вздохнул. Не было уже ни родителей, ни мороженого, которое ему так нравилось, но оставались воспоминания, которые могли наполнить его странной радостью былых дней. – Мы слишком долго плаваем по жаре. Хочется чего-то холодного. Но не погоды. Если наступят холода, мы не сможем закутаться двумя кофтами.

– Это точно, – подтверждая его слова, кивнула Света.

На следующий день Свете, на удивление Влада, стало ещё хуже, чем до этого. Кажущееся благополучие было всего лишь предсмертной иллюзией или, как подумал парень, шуткой самой Смерти, которая стояла за их спинами и всего лишь ждала удобного случая. Света не просыпалась, чем неслабо напугала его. Её не могло разбудить ни яркое солнце в небе, ни возглас парня, что приближаются акулы. Конечно, их не было, но ему пришлось это сказать, потому что она без какого-либо движения лежала недалеко от него и с трудом дышала. Влад очень боялся, что Света умрёт. Он боялся, что она умрёт вот так просто, на раз, словно её тут и не было. Парень никак не мог поверить в то, что вот только что Света вроде бы разговаривала с ним, а мгновение спустя будет лежать бездыханным телом.

Влад, медленно подползя к девушке, уселся рядом. Он дрожащей рукой дотянулся до её плеча и, пытаясь разбудить, аккуратно растормошил Свету. Лишь через несколько минут его отчаянных попыток вывести девушку из сонного состояния она с трудом приоткрыла слипшиеся глаза.

На этот раз Света спокойно могла сказать Владу, что её укачало. Её жутко мутило. Было чувство, будто желудок пытался первым покинуть её организм, не забыв прихватить с собой мозг, который давно превратился в кашу. Света хотела сказать парню всё, что с ней происходит, но не могла. Как только она приоткрывала рот, глаза тут же впадали куда-то внутрь глазниц из-за невыносимой боли, а голова сильно западала назад, словно кто-то, держа её двумя руками за виски, специально пытался оторвать.

Но парень не сдавался. Он сидел рядом, крепко прижимая девушку к себе и мягко раскачиваясь с ней взад-вперёд, что-то шептал ей на ухо. Влад и сам уже не знал, что он шепчет девушке, не знал, зачем, не знал, почему, но продолжал это делать, а из глаз катились слёзы отчаяния. Он не собирался отпускать её просто так. Он не собирался отдавать её Смерти. Но вот сама Света уже давно сдалась. Она хотела побыстрей умереть, чтобы закончились все эти муки, но именно Влад не давал ей покинуть этот мир, постоянно что-то спрашивая и пробуждая её от глубокого сна. Девушка и рада была бы уже покинуть этот бренный мир, но Влад держал её здесь цепкой хваткой, слёзно умоляя Смерть не забирать её у него.

Очередная тревожная ночь, ощущение безысходности и отчаяния с маленькой надеждой на какое-нибудь спасение. Ребята лежали в лодке валетом, хоть перед этим Влад и старался не выпускать девушку из рук. Ему всё казалось, что сделай он это, она перестанет дышать, но Света, сама того не подозревая, продолжала бороться с недугом. Девушка спала тихо, иногда покашливая, что говорило Владу о том, что она ещё жива. А вот Владу не спалось. Он очень сильно боялся заснуть. Парень думал, что если сейчас заснёт, то наутро увидит лишь остывающий труп по другую сторону от него. И сейчас он не переставал наблюдать за Светой, готовый в любой момент подорваться с места и растрясти её, чтобы она не думала умирать. При малейшей тревожной ситуации он тут же готов был подскочить к ней и вытащить с того света. И Владу уже было всё равно на то, насколько осунулось и его лицо. Ему было плевать на своё обезвоживание, на свой волчий голод, на свою внешность. Ему хотелось, чтобы Света была жива, и он готов был действительно пожертвовать собой, чтобы спасти её.

Была, как и всегда, тёмная звёздная ночь, но Влада на этот раз не покидало чувство, что это конец. Он, успев задремать, медленно открыл глаза, словно ожидая увидеть перед собой неведомые дали или врата в загробный мир. Вроде бы ничего не изменилось. Видимо, проспал он совсем немного, но что-то его всё-таки тревожило, не оставляя беспокойство, которое было на душе, далеко позади от того места, где они были сейчас. Но вот что его тревожило? Что заставило проснуться, открыть глаза и вглядываться в темноту? Глубокая, тёмная ночь, на чёрном небе яркие звёзды. Слабые волны, которые продолжали мирно, словно детскую колыбель, раскачивать лодку. Света лежала всё в том же положении, как и до того, когда Влад задремал, но она почему-то не кашляла. Вот что насторожило парня. Девушка, которая заходилась сильными приступами нещадного кашля, сейчас лежала совершенно тихо и неподвижно, подложив одну руку под голову, а вторую под живот.

Влад, дотянувшись до руки девушки, с опаской до неё дотронулся. Она была холодной, как лёд. Если где-то часом ранее Света была горячей, словно горела на костре, то сейчас она была ледяной, словно кто-то заковал её в ледяной куб. На глаза парня сразу же навернулись неожиданные для него слёзы сожаления. Он, не вставая, с силой сжал руку девушки в своей и зажмурился.

– Прошу, не умирай… – не сдерживая слёз отчаяния, просипел он. – Пожалуйста, не оставляй меня одного…

Но Света не отвечала. Владу ничего не оставалось, как закрыть глаза и тоже ждать своей смерти. Он знал, что прожить одному в этой лодке ему не удастся. Он не справится ни с одним погодным явлением без Светы. Да, он знает азы, да, он знает то, как ловить рыбу и вязать морские узлы, но разве одному возможно выжить в таких условиях? Разве без Светы он может в этом мире хоть что-нибудь? Нет. Он полный ноль, особенно сейчас, когда девушка угасла прямо на его глазах.

Всё ещё сильно сжимая руку Светы, Влад вдруг осознал, что они, спасаясь от ужасной участи, помогали друг другу. Если бы не Света, он бы давно умер, так и не узнав, как вязать крепкие узлы, как добывать чистую воду или как уйти от опасных акул. Но при этом он осознал, что девушка, зная всё это и без него, всё же нуждалась в нём. Она бы не смогла тогда закрыться в одиночку надувной лодкой и удерживать её всю ночь, чтобы не утонуть. Она бы не смогла в одиночку ловить рыбу, она бы не смогла в одиночку уплывать от акул через скалы, потому что попросту не имела глаз на затылке. Но почему-то парню в итоге показалось, что Света была гораздо проворнее, чем он сам. Она бы выжила… Если бы не заболела…

Влад, сквозь гул в ушах где-то вдалеке услышав приближающийся звук, не сразу понял, откуда он доносится. Его разум был затуманен от горя, и он мало что сейчас соображал. Звук, который настойчиво приближался, всё же заставил парня приоткрыть глаза. Всё то же звёздное небо. Бесконечные просторы Вселенной с её нескончаемым запасом то рождающихся, то умирающих звёзд немного успокоили парня, и он, разглядывая эти просторы, хотел лишь стать единым целым с природой. Он хотел умереть, чтобы больше не чувствовать душевную боль, сковавшую всё его тело. Его изнутри раздирало на части, но снаружи он продолжал быть холодным. Влад не двигался и почти не моргал, а яркие крупные звёзды отражались в его тёмных глазах таинственным блеском.

Звук работающего мотора не заставил его ни встать, ни закричать. Ему было уже всё равно, кто проплывает рядом и кто пролетает мимо, но яркий свет, который стукнул ему в уже закрывшиеся было глаза, заставил вновь их распахнуть. Над ним висел вертолёт. Самый обычный вертолёт, пилоты которого каким-то чудом заметили лодку в кромешной мгле.

Два человека, которые спускались к ним по выкинутой из вертолёта лестнице, попытались отцепить руку Влада от Светы, но у них получилось это с большим трудом. Парень не хотел её отпускать. Он чувствовал себя виноватым за её гибель. Он чувствовал, что мог сделать гораздо больше, чем делал на самом деле, но знал, что мыслями Свету уже не вернуть. Влад всё ещё цеплялся за холодную неподвижную руку девушки цепкой хваткой, поэтому мужчины долго не могли их разомкнуть, и когда у них всё же это получилось, парень, не ощутив её руку в своей ладони, стал нащупывать ближайшее пространство, чтобы вновь почувствовать такой привычный ему холодок.

«Неужели для того, чтобы нас нашли, кому-то нужно было умереть?» – подумал про себя Влад, когда двое мужчин попытались что-то у него спросить, раскачивая и без того качающуюся на волнах лодку. Но он ничего не хотел слышать и видеть. Он был убит горем и хотел сейчас лишь одного – тоже умереть. Умереть, чтобы увидеть Свету на небесах и сказать ей «прости…»

Он не помнил, как тем двум людям удалось затащить его в вертолёт. Не помнил, как они долетели до суши, не помнил и того, что происходило дальше. Но Влад хорошо помнил момент, когда они пытались увезти Свету. Он не дал этого сделать, вцепившись в неё как ненормальный. Парень обхватил её обездвиженное, висящее мешком тело с такой силой, что двум взрослым крупным мужчинам не удавалось их разъединить. Влад даже не задумывался, что они были уже на суше, не задумывался, что его могут увидеть друзья. Он не хотел отпускать от себя девушку уже никуда. Влад не замечал ни слёз, которые безвольно катились по его лицу, ни всхлипов, которые не давали ему нормально дышать, ни возгласов посторонних людей, которые всё ещё пытались у него что-то спросить. Он сидел на голой земле, прижимая к себе Свету, и рыдал, как маленький мальчик, у которого собирались отнять любимую игрушку, чтобы отдать её другому ребёнку.

Вроде бы нужно радоваться тому, что он наконец-то выбрался из воды и может насладиться обычной пищей, деревьями, домами, о которых так давно мечтал, музыкой, в конце концов, но ему сейчас было на всё это плевать. Как бы его ни пытались увести в противоположную сторону, туда, где маячило небольшое одноэтажное здание, люди всё же махнули рукой и, отойдя, оставили его сидеть рядом со Светой. Они, как понял Влад, собирались в скором времени вернуться, чтобы отобрать у него последнюю надежду на чудо, но он не собирался сдавать своих позиций.

Глава 7

Света, почувствовав, что лежит на чём-то мягком, не похожем на днище лодки никаким образом, открывать глаза всё же не торопилась. Она любила сперва прислушиваться к окружающему её пространству, чтобы выяснить обстановку, а уж затем открывать глаза. Сейчас она тоже не собиралась нарушать свои традиции и поэтому, чуть сдвинув неворочающуюся руку в сторону, стала прислушиваться.

Девушку окружало не так много звуков, но это были не вода, не скрип деревянной лодки и не какие-нибудь движения Влада. Это были даже не волны, разбивающиеся о бока судна, или ветер, предвещающий шторм, который привычно раскачивал их маленькое судно. Всё почему-то прекратилось. Всё было совсем не так, как привыкла ощущать Света по утрам в последнее время.

Глухие звуки голосов доносились откуда-то справа. С противоположной стороны слышались звуки улицы: пение голосистой птицы, многочисленные смутно понятные для восприятия разговоры, далёкий шум автомобилей и их же гудки. А там, где лежала Света, что-то омерзительно однообразно пищало. Размеренно, с одинаковыми промежутками, но при этом заглушая все остальные звуки, которые доносились до ушей девушки с разных сторон. И даже несмотря на всё многообразие звуков, окружающих её, было всё ещё тихо. Не так, как в воде, а так, как на суше.

Девушка очень медленно, боясь сделать даже вздох, приоткрыла глаза. Первое, что она увидела – невысокий потолок. Кое-как повернула голову. Это сделать ей помешали несколько трубочек, которые тянулись к лицу, и сильно затёкшая и, кажется, немного опухшая шея. Ощущения, которые испытывала сейчас Света, были малоприятными, но её радовало то, что перед ней не было бескрайней воды и деревянной лодки.

Она была в небольшом помещении, заполненном всего лишь кушеткой, на которой лежала, несколькими тумбами и маленьким окном по левую сторону от неё, за которым и слышались такие приятные, но всё ещё непонятные людские голоса. Света теперь знала точно, что была не в лодке. Она была на суше, на настоящей земле, где можно было встать в полный рост, не боясь рухнуть в воду. Света была там, где можно было не бояться, что закончится питьевая вода или еда. Неужели их спасли? Повернув голову, насколько это было возможным, в сторону предполагаемой двери, Света увидела дремлющего на белом пластмассовом стуле Влада и улыбнулась уголками губ. Сил всё ещё не было, но для улыбки, такой искренней, тёплой и нежной, предназначенной только для парня, она сил не пожалела.

Влад, услыхав какую-то возню неподалёку от себя, быстро, словно и не спал, распахнул глаза и тут же увидел проснувшуюся Свету. Он тоже не смог сдержать улыбки, ведь ещё несколько дней назад считал её мёртвой. Он улыбнулся не так, как Света, он расплылся в лучезарной, светящейся улыбке, показывая то, насколько он был поражён случившимся чудом.

– Мы в раю или аду? – увидев, что он проснулся, тихо прошелестела Света, чьё горло, оказывается, до сих пор сильно жгло и саднило.

– Я ещё не решил… – Влад, боясь побеспокоить девушку своими случайными прикосновениями, всё же наспех встал со стула, подошёл ближе к ней и сел рядом. Он всё ещё помнил, как она совсем недавно была напугана именно этим. – Здесь очень красиво и оказывают лечение. Это можно отнести к раю, но я не понимаю ни слова из того, что они произносят. А это уже можно считать адом.

– Может, это латынь? – сухо, закашлявшись и поморщившись от боли, предположила Света.

– Если бы я знал хоть слово на латыни, то смог бы это понять! – усмехнулся он, а потом, виновато опустив взгляд на её руку, высунутую из-под белого покрывала, к которой также шла тоненькая трубочка, как-то резко сник. – Я думал, что ты умерла… Ты не дышала и была ледяной…

– Я так понимаю, это больница? – смутившись признанием парня и не зная, как на него ответить, поинтересовалась Светлана.

– Да-а… – протянул он, словно сообразив, что следует перевести разговор на другую тему. – По крайней мере, так кажется.

Света, которая никак не могла оторваться от лица Влада, опять попыталась улыбнуться. Она помнила, как в лодке парень пытался под конец притупившимся ножом сбрить свою отросшую щетину, из-за которой часто чертыхался, и видела сейчас, что он всё же получил своё. Его ровное и гладкое лицо теперь сияло от счастья, но Света никак не могла поверить, что Влад рад именно тому, что она жива, а не тому, что наконец-то сбрил свою колючую бороду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.