Лада Кутузова
Волчье дело

© Кузина Л. В., 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

* * *

Волчье дело

Пролог

…Резко замолчали птицы, будто кто выключил звук, а хорошо знакомый лес и дорожка, исхоженная вдоль и поперек, внезапно показались чужими. Марину охватило волнение, хотя всего несколько минут назад всё происходило как обычно. Почти. Единственное отличие – сегодня она поднялась ни свет ни заря. Возраст такой. Вроде еще не старость, но иногда, как покойная свекровь при жизни, проснешься в четыре утра, а сна ни в одном глазу. Пялишься, пялишься в потолок, как дурак, а потом думаешь – лучше делом займусь. К тому же дети съехали, а после развода Марина ни с кем сожительствовать не захотела: уж лучше одной.

Лаки, молодая доберманша, чуть под потолок не подпрыгнула, когда поняла, что хозяйка отправляется гулять. Недалеко от дома находился городской лесопарк, он был облагорожен и пригоден для свободного выгула собак. Тем более пять часов утра, Лаки можно носиться без поводка и намордника – шанс встретить кого-либо равнялся нулю.

Лесопарк постепенно перетекал в лес, Марина свернула на знакомую тропинку. Лаки унеслась вперед, подняв хвост. Птицы трезвонили на разные голоса, неподалеку пролетела сорока, тащившая в клюве ветку – пора вить гнездо. Цвела черемуха, от ее аромата Марину охватило безмятежное настроение: хотелось уткнуться в цветущие ветви и стоять так, пока не надышишься. Но Лаки нетерпеливо заплясала возле хозяйки: хватит прохлаждаться.

Марина еще некоторое время медленно брела по тропинке, но вскоре ее охватило сомнение: лес выглядел необычно. Словно его со всех сторон обложили ватой, через которую не пробивался ни малейший звук, даже трескотня птиц стихла. И только Лаки не подавала сигналов тревоги, по-прежнему старательно обнюхивая землю.

Марина обернулась: преследовало ощущение постороннего взгляда. Кожа покрылась мурашками, Марина передернула плечами: что-то не по себе. Она сделала пару шагов и заметила бродячую собаку, немного похожую на волка. Собака выходила из кустов навстречу идущим, на утреннем солнце можно было различить серо-бурую шерсть. Марина остановилась, собака тоже.

И тут заголосила Лаки, словно ее пнули в живот. Она прижала уши к голове и бросилась к хозяйке под ноги. Затем прижалась спиной, поджав зад и сгорбив спину, точно отказали лапы. Марина чувствовала, как дрожит Лаки, и это ее Лаки, которая никогда не трусила при виде серьезного противника, а бросалась в бой.

Незнакомая собака продолжала пристально глядеть на Марину, и той почему-то почудилось, что расстояние между ними уменьшилось. Марина сглотнула. Птицы по-прежнему молчали, на лес опустились тени, и сделалось холодно, будто наступила поздняя осень. Лаки продолжала голосить, словно по покойнику.

– Ты же не волк. – Голос Марины дрожал. – Не очень ты на волка похожа. – Она вытащила лакомство, которое припасла для Лаки. – Вот тебе. А мы пойдем, да?

Собака исподлобья посмотрела на свиное ухо, развернулась и ушла обратно в кусты. Марина выждала мгновение, а после вместе с Лаки рванула назад. Включилось солнце, снова запели птицы, тропинка сделалась обычной, но только около дома Марину отпустило.

Глава первая
Черная дама

Николай от нечего делать пролистывал в телефоне подборку интересных новостей. Полчаса назад он посадил Настю в автобус, следующий до аэропорта, и теперь ехал на работу. Новостная лента пестрела известиями из жизни звезд кино, археологических открытий и кулинарных блогов. «Волки посреди Москвы!» – Палец Николая дернулся, и он автоматически перешел по ссылке.

Новость оказалась слегка протухшей – трехмесячной давности. В ней говорилось, что жители одного недавно построенного района вблизи Москвы увидели стаю волков. Произошло это ранним зимним утром, когда народ стоял на остановке в ожидании автобуса. Стая медленно трусила по полю и явно заинтересовалась людьми. Никто не обрадовался перспективе быть съеденным, а потому все шустро забрались на крышу остановки.

Николай пожал плечами: журналисты, как всегда, отличились заголовком в погоне за вниманием читателей – если им верить, получается, волки чуть ли не по Красной площади гуляют! Понятно, что когда-то в том районе находился лес, который срубили ради человейника – человеческого муравейника, а волки еще не перестроились и продолжали считать эти угодья своими. Но да… Николай покачал головой, представив, как встречается утром возле своего дома со стаей волков. Ощущения на всю жизнь.

Пришло сообщение в мессенджер – Настя прошла регистрацию на рейс. Николай отправил в ответ гифку с сердечком. Они с Настей планировали провести неделю на Красном море, но Николаю отпуск не дали, так что Настя полетела одна. Зато она пообещала каждый день слать фотографии, чтобы Николай, бывший на курорте целую вечность назад, хотя бы увидел море.

На выходе из метро Николай завернул в «Точку вкуса», где взял капучино. Можно было присесть за столик, но он выпил кофе на ходу, его почему-то не отпускало нервное состояние – что-то должно произойти. Возможно, излишне волновался за Настин перелет, а может, просто весеннее обострение авитаминоза и усталости. Надо принять что-нибудь успокоительное, хотя бы пятьдесят грамм коньяка перед сном.

В последнее время снилось много мути. Какой-то лес, где Николай пробирается через поваленные деревья, после – заброшенные деревянные дома, огороженные покосившимся забором. Он ходил и ходил по кругу, пытаясь выбраться оттуда, но забор тянулся, и конца-края ему не видно. Во сне Николай пытался дозвониться до родных, коллег и Насти, но на смартфоне слетела телефонная книжка, а сам он не мог вспомнить ни одного номера. И это было самое страшное – отсутствие памяти.

Настя списывала кошмары на разыгравшиеся нервы и даже купила Николаю пачку каких-то витаминов. Их следовало пить три раза в день, о чем Николай, конечно же, забывал. Родовой бес затаился, не подавая признаков жизни. С одной стороны, Николая это радовало – надоело видеть сущности наяву. С другой – беспокоило, как бы боком не вылезло. Не знаешь, чего ожидать от дедова подарка.

Николай думал, что заявится на работу первым, но шеф уже сидел за столом, что-то изучая в компьютере и постукивая по столу. «Не в духе», – понял Николай при взгляде на шефа.

– Тебе, Дергунов, командировка в Питер светит, – вместо приветствия сообщил шеф.

– У них что, своих спецов не хватает, Виктор Иванович?

– А чем ты недоволен? – Шеф сразу расшифровал настроение сотрудника. – Ты же хотел в отпуск? Ну вот, считай – едешь. Царское Село, между прочим. – Шеф хотел пригладить три поперечные волосины, прикрывавшие лысину, но вспомнил, что сбрил волосы под ноль. Рука так и зависла в воздухе. Он бросил косой взгляд на Николая: – Ну что застыл? Материалы я тебе перебросил, изучай.

Николай безо всякого энтузиазма открыл присланный файл. Речь шла об особняке, построенном в самом конце девятнадцатого века. Он был возведен на подвале старого деревянного дома, о котором уже тогда ходили нехорошие слухи. Цепочка смертей случилась и в новом здании, это привело к тому, что особняк, от которого до парка рукой подать, стоял заброшенный.

– У них аппаратуры нет? Или чистильщиков? – Николай не понимал, что от него требуется. Тут всего-то дел – пройтись с Уленькой по зданию.

– Да все есть. – Шеф снова отбил нервный ритм по столу. – Не ловится. А покупатели рисковать не хотят. А ты вроде как видишь… – Он выжидающе уставился на Николая.

– Не всегда. Как получится. – Николай не любил говорить об этом: он еще сам не разобрался со своими способностями.

– Ну хотя бы попытайся. – Шеф начал раздражаться. – И да, это на коммерческой основе. Так что заплатят дополнительно.

Николай приободрился: деньги – это отлично! Их ведомство для населения и организаций работало бесплатно, потому что находилось на финансировании из бюджета, но иногда перепадали и коммерческие заказы.

– Сходи в отдел кадров, – продолжал шеф, – пусть командировочное выпишут. И в бухгалтерию. Завтра езжай, пока запара не случилась.

Скоростные поезда – благословление для пассажиров. Не нужно проводить бессонную ночь в плацкарте, мучаясь от храпа попутчиков, не надо переплачивать за купе. Просто сел и поехал, благо, что не за свой счет. Несколько часов – и ты в Питере. Стоишь на площади Восстания и смотришь на обелиск «Городу-герою Ленинграду»: здравствуй, Питер, я вернулся!

– Николай?

Дергунов обернулся: к нему спешил среднего роста мужчина, про которых говорят «кровь с молоком»: могучая грудная клетка, круглое лицо, коротко стриженные кудрявые волосы. Мужчина двигался вразвалочку, словно недавно сошел с корабля.

– Василий. – Мужчина протянул руку.

Они обменялись рукопожатием. Василий оказался оперативником из Царского Села, присланным в пару к Николаю.

– Да слухи все, – поведал Василий, пока топтари добирались до места на такси. – Народ суеверный, понапридумывал разное.

Василий рассказал, что еще в старом деревянном доме жил церковнослужитель. У них с женой долгое время не было детей. Потом родилась дочь, но, как часто бывало с детьми в то время, умерла еще во младенчестве. Жена от горя сошла с ума и повесилась. И люди вроде бы видели странную даму в черном, которая искала своего ребенка.

– Плохой знак. – Василий успевал не только вести машину и проводить краткий экскурс в историю особняка, но и разглядывать окрестности. – Мол, кто ее встретит, у того ребенок вскоре умрет. Вроде как у нее свой помер, так она чужих взамен забирает.

Эту даму в длинном черном платье якобы видели пациенты детского санатория, располагавшегося в здании в советские годы. Она звала их с собой, а одна девочка «случайно» выпала со второго этажа и сломала шею.

– Ну тогда расследования и не было. Списали на несчастный случай, – продолжал Василий. – А там кто знает, может, самоубийство, а может, убили ее.

После этого случая санаторий закрыли, и дом долгие годы пустовал. Потом в девяностые годы прошлого века его выкупили, но никто из владельцев долго не протянул: кто-то погиб, кто-то бесследно сгинул.

– Да это понятно. – Василий не удержался, чтобы не прокомментировать. – Бандитские разборки, то се… У меня два одноклассника тогда от передоза сдохли.

И вот на здание нашлись реальные покупатели, но сперва они решили обезопасить себя от вредного влияния этого места.

– Продвинутые, – уважительно отметил Василий. – А то обычно думают, что это все суеверия.

Вскоре топтари прибыли по нужному адресу. Особняк располагался на тихой улочке. Двухэтажное здание с отремонтированной мансардой – там даже окна поменяли, в остальной части дома рамы остались прежние – деревянные. Грязно-розовая штукатурка, местами облупившаяся, лепнина над окнами и дверью – Николай вечно забывал названия архитектурного декора. Второй этаж здания оказался обтянут зеленой строительной сеткой.

– Симпатичный домик. – Василий припарковал машину. – Псевдоготика!

Этот дом, по мнению Николая, можно было назвать симпатичным только с большой натяжкой. Сначала следует его отремонтировать, а пока здание выглядит как тяжело больной человек – тут не до красоты, выжить бы. Даже сетку на фасад натянули, чтобы прохожим куском штукатурки по голове не прилетело.

Василий отпер замок, и топтари вошли в здание. Внутри оно тоже требовало ремонта: все носило отпечаток запустения. Хотя было понятно, что когда-то сюда вложили деньги, причем немалые. Об этом свидетельствовали остатки дорогой мебели и недешевого паркета, на стенах местами уцелели обои. Николай присмотрелся: а действительно неплохой домик, если до ума довести.

Он достал микро-Уленьку и рамку и проверил здание – ничего.

– Вот и у нас тоже. – Василий не вмешивался в манипуляции. – А покупатель сомневается.

– Ну а я что сделаю? – Николай пожал плечами.

Василий прошелся по пустой комнате:

– Заказчик просит, чтобы мы тут переночевали. И сняли все на камеру.

Николай закатил глаза: заняться людям нечем! Ну, как говорится, любой каприз за ваши деньги!

– А гостиницы нормальной нет?

Василий оживился:

– Сейчас отвезу, все уже забронировано. Там и кафе рядом. А в девять вечера здесь встретимся.

Николай спорить не стал: ну проведет ночь в заброшке, ничего страшного. Он не нервная девица, чтобы в обморок от малейшего шороха падать. А пока погуляет по Александровскому парку, благо вход туда бесплатный.

С погодой повезло. Небо обложило тучами, но дождя так и не случилось. Вообще, весна в этом году выдалась непривычно ранняя, чему Николай радовался, как любой житель региона, где зима – реальная, а не календарная – самое длинное время года. Настя прислала фотки из Египта, он ей – из парка на фоне пруда.

Николай даже взял несколько экскурсий в павильоны и Александровский дворец, чтобы провести время с пользой. Хотя во дворцах Николай чувствовал себя неуютно: чуждая его вкусу эстетика, излишняя помпезность и огромные помещения. Как здесь жить? Да и зачем нужны дворцы? Чтобы что? Мериться благосостоянием, властью и значимостью? Не-е, все-таки далек он от подобных ценностей.

Ровно в девять вечера Николай подошел к особняку, Василий ждал внутри.

– А вы сами-то по ночам дежурили? – Николай спросил для проформы.

– Да. И ничего. – Василий отлил из термоса чай. – Глухо как в танке.

– Я вроде наживки? – Николай так и не мог понять: почему понадобился именно он.

Василий поперхнулся и закашлялся:

– Ну вы скажете. Вы у нас крутым считаетесь. Любое дело раскрыть можете.

– Э-э… – Николай подзавис с ответом. Потом решил, что лучше промолчит.

Они с Василием включили микро-Уленьку и еще раз проверили здание с помощью приборов. Микро-Уленька тихо попискивала, сообщая, что все в порядке; рамка не крутилась.

– А вы в призрака верите? – спросил Николай, чтобы занять пустое время разговорами.

Василий замялся:

– Да кто знает. Может, когда и было.

Николай потер лоб: помощь Насти бы не помешала – она специалист по общению с душами, застрявшими между мирами. Хотя если привидение переродилось в сущность… а судя по косвенным признакам, такое вполне могло случиться, то топтари ее обнаружат. Ну если это все правда.

– Я кино включу. – Василий вытащил из рюкзака ноутбук. – Не возражаете?

Николаю было все равно, нужно же как-то убить время, так что кино не самый плохой вариант. По видеосвязи позвонила Настя, Николай поднялся на второй этаж, чтобы не мешать напарнику. Они болтали и болтали, словно расстались не два дня назад, а с месяц.

– Жаль, что ты не со мной. – Голос Насти дрогнул. – Тут хорошо. Море…

Море Николай слышал и видел через смартфон, Настя специально вышла на пляж. В Египте уже стемнело, но на берегу были установлены фонари, поэтому можно разглядеть блеск волн. А еще услышать, как они шумят.

– В другой раз, – пообещал Николай, Настя вздохнула.

Да, это являлось проблемой для всех сотрудников ОБХСС – отпуск. Народа хронически не хватало, часто счастливчиков, ушедших в отпуск, выдергивали на работу после внезапного ЧП. Женечка, коллега по работе, поступала радикально: во время отдыха она просто отключала телефон. Молодое поколение, что с нее взять? Николай по-хорошему завидовал умению Женечки разделять личное и рабочее время.

…Когда Николай спускался по лестнице, боковым зрением он уловил тень. Можно было списать на сонливость или нервозность, но проверить не мешало. Он позвал Василия, и топтари опять замерили показания аппаратов – пусто.

– Померещилось, – с убеждением произнес Василий.

– Ребенка бы сюда. – Николай задрал голову, разглядывая высокие потолки с лепниной.

– Зачем? – Василий тоже посмотрел на потолок, точно ожидая, что ответ сойдет оттуда.

– Приманить сущность. – Николая охватила странная уверенность. – А так зря штаны протираем.

– На живца? – оживился Василий. – Можно моего младшего попросить. Согласится, если от школы отпрошу.

Василий загорелся идеей. Он решил не откладывать дело в долгий ящик и отправился за отпрыском, благо жил неподалеку. Пока напарник отсутствовал, Николай досмотрел фильм – это оказался боевик со всеми присущими жанру традициями: мускулистые мужчины, знойные красотки, драки, перестрелки и погони, а еще жаркий секс в редкие минуты отдыха. Сойдет, чтобы скоротать время.

Сам Николай тоже смотрел похожие фильмы, а еще про войну, хотя Настя пыталась привить ему вкус к элитному кино, но не в коня корм. Николая одолевала неодолимая зевота при виде фильмов Тарковского – до чего же занудно и размазано, точно масло по хлебу у скупой хозяйки: двадцать граммов на полбатона.

Василий вернулся с подростком тринадцати лет.

– Максим. – Напарник подтолкнул сына вперед.

– Макс, – поправил тот и протянул руку.

Николай с интересом разглядывал мальчишку: яблочко укатилось от яблоньки далековато. Почти с отца ростом, скоро обгонит, худощавый, но плечи широкие. Стрижкой Макс походил на молодого Максима Горького – густые волосы лежали волной. Вместе с сыном Василий притащил сумку с двумя одеялами, подушкой и еще одним ноутбуком.

– Еле уболтал, – поделился он. – Знаешь этих подростков… – Он закатил глаза и округлил рот, явно кого-то передразнивая. Так они с Николаем перешли на «ты».

Макс только фыркнул и устремил взгляд в потолок, всем видом выражая невысокое мнение о поступке отца. Николай попросил его посидеть в соседней комнате.

– Но так, чтобы мы тебя видели, – добавил Николай. Он включил камеру на запись.

Излишне рисковать не стоило: если слухи верны, призрак может влиять на людей. Василий расстелил одно одеяло на полу, положил сверху подушку и второе одеяло:

– Устраивайся.

Макс снова фыркнул и перетащил одеяло поближе к розетке, чтобы включить ноутбук.

– Ну, обживайся. – Василий вручил сыну второй термос и пакет печенья.

Николаю стало неудобно: словно подсматривал через замочную скважину за чужой жизнью.

Дежурство текло своим чередом. Макс сперва пялился в ноутбук, затем свернулся калачиком и заснул. Николай с Василием смотрели фильмы, время от времени обходя здание с микро-Уленькой.

– Что-то спать хочется. – Василий зевнул. – Надо было не чай, а кофе с собой взять.

– Можно заказать. – Николай тоже бы не отказался от кофе.

В Питере близилась пора белых ночей, но организм требовал отдыха – его не обманешь затянувшимся световым днем.

– Да неохота деньги тратить, – отмахнулся напарник. – Одним кофе не обойдешься.

Николай кивнул. Василий о чем-то разглагольствовал, а Николай ощущал, как неудержимо тянет ко сну, как тяжелеет голова, опускаются веки.

– Пройдусь, – решил он.

Николай не стал брать аппаратуру – от нее толку никакого. Почему-то в нем поселилась уверенность, что, если сущность имеется, он ее почувствует. К тому же нужно проверить способности и научиться управлять ими! А то тыкается на ощупь, как слепой щенок, в надежде понять, что подкинет родовой бес. Эх, жаль, колдун ничего не рассказал об этом, хотя и знал, что Николай – дальний родственник. Наверняка провернул это дело вместе со своим подселенцем.

Николай пока не понял, как относиться к родовому бесу. С одной стороны, благодаря ему нейтрализовалась порча на смерть, сделанная покойной женой, появились необычные способности – возможность видеть сущности, не привязанные к телу. С другой – кто знает, чего ожидать от родового беса? Вдруг попробует захватить власть над телом? Да и способностями от беса у Николая управлять не получалось – они проявлялись спонтанно.

Василий остался внизу, Николай отправился в мансарду. Жаль, что топтари не знали, где именно повесилась прежняя хозяйка дома, хотя чердак – вполне вероятное место. Привязка к месту смерти существует, как и к месту захоронения, и проще было бы оставить там приборы для наблюдения, чем сидеть самим.

Наверху тоже оказалось спокойно. Вообще этот этаж больше походил на обычное помещение под офис. Тут не думалось о мрачной истории дома и трагедиях, которые в нем происходили. Много света из мансардных окон, много неба и зеленых крон деревьев. Наверное, тут уютно работалось в те времена, когда здание не пустовало.

За спиной послышался шорох. Василий, что ли, надумал присоединиться? Николай обернулся и увидел здоровую, размером с кошку, крысу-пасюка. Крыса сидела на кресле и смотрела на человека без тени страха. Николай замахнулся, крыса даже усом не повела, и показалось, что, если приблизиться, она кинется.

– Поймал! – Николай отвлекся на голос Василия, а через мгновение крысы уже не оказалось.

Напарник зафиксировал всплеск активности на микро-Уленьке.

– Приличный. – Василий присвистнул. – Уровень Б. Ничего не заметил?

Николай растерянно посмотрел на напарника:

– Заметил. Крысу.

Они обменялись взглядами. Затем Николай подхватил микро-Уленьку, и топтари побежали в мансарду.

– По нулям. – Микро-Уленька никакого всплеска энергии не показывала.

– И у меня. – Василий обходил помещение с рамкой. – Слинял и все следы стер.

Они еще раз проверили мансарду и второй этаж на предмет переходника – портала в соседний слой реальности, из которого являлась часть сущностей.

– Обычно же показывает… – Василий зря крутил настройки микро-Уленьки.

– Если переходник активный, то да, – рассеянно подтвердил Николай, мысли в голове крутились с бешеной скоростью. – А если портал можно активировать, а когда надо – погасить…

– Считаешь, они на это способны?

Николай развел руками:

– Мы о них вообще мало что знаем.

Внизу скрипнула дверь. Николай и Василий бросились на шум и увидели, что Макса на месте не оказалось.

Глава вторая
Странное место

Николай вызвал местных оперативников, Василий позвонил и предупредил жену, но пока поиски Макса ничего не принесли.

– Зацепила его, когда мы в мансарде были. – На напарнике лица не было.

Николай переживал так же сильно: идея с подсадной уткой принадлежала ему. Если Макс не отыщется… если они опоздают… Николай усилием воли выгнал из головы непрошеные мысли: сейчас не до этого. Нужно найти парня!

Они с Василием обегали окрестные улочки, звали Макса, но тот словно под землю провалился.

– Не мог он далеко уйти. – Николаю хотелось выругаться, но он сдержался. – Надо в парке посмотреть.

– Как он через ограду… – Василий не договорил.

– Было бы желание, – буркнул Николай.

Перелезать не пришлось; благодаря пропуску топтарей пропустили без тени недовольства. Прибыли местные сотрудники ОБХСС и полиция, они рассеялись по парку. Василий постоянно косился на телефон: надеялся, что позвонят из дома и сообщат, что явился Макс. Хотя умом понимал: Макс не сбежал, иначе бы прихватил гаджеты – подростки без них никуда.

– Максим! – Василий заорал во все горло.

Николай прислушался: ничего! Волнение все сильнее охватывало его, он мысленно обратился к родовому бесу: «Помоги!» Тот молчал, точно рыба об лед. Лучи фонарей напрасно освещали дорожки парка, Василий сорвал голос, обращаясь к сыну, – Макс не отзывался. Николай чувствовал, как холодеет в груди, как каменеет живот – шансы найти парня живым стремительно уменьшались.

Сумерки сгущались. Теперь поиски переместились в лесную часть парка. Николай наступил на валявшуюся ветку, но она начала извиваться и поползла прочь. От неожиданности Николай отреагировал не сразу, зато потом, когда доперло, в ужасе подпрыгнул и выругался.

– Что у тебя? – тут же подскочил напарник.

– Змея. – Николай посветил под ноги, вокруг, но змеи не оказалось – на земле лежала обычная ветка. – Померещилось. – Он покрутил головой и замер, боясь спугнуть удачу.

Совсем рядом находился пруд, поросший по берегам ирисами. На его поверхности пролегла лунная дорожка, отчего казалось, что в воде расплывается жидкое серебро. Именно там стоял Макс по пояс в воде. Набухающий месяц светил над его головой, где-то вдали начинало сереть небо, словно в ночную мглу брызнули белила. Макс что-то бормотал под нос.

Увидев сына, Василий бросился к нему, вбежал в пруд и схватил Макса за плечи. Тот встряхнул головой, точно пробуждаясь ото сна, а затем с недоумением посмотрел на отца.

Когда Макса отвезли домой, высушили и накормили очень ранним завтраком, Николай наконец-то расспросил его. Как топтарь и думал, парень мало что помнил, его вели в сонном состоянии.

– Это женщина была? – уточнил Николай, когда Макс поведал, что вышел на улицу на чей-то голос.

– Нет, – в голосе парня просквозило удивление, – девчонка. Просила помочь ей.

Удалось выяснить, что девчонка примерно одного возраста с Максом или, возможно, немного младше.

– Как выглядела? – насторожился Николай.

Макс пожал плечами:

– Не помню, расплывается все. А-а! У нее голова на один бок склонена была.

Вытянуть из Макса еще хоть что-то не вышло, большая часть событий ночи стерлась.

В особняке, по имеющимся данным, умерли две девочки: одна младенцем, вторая – постарше и в результате «несчастного» случая. Выходило, призрак второй девочки и явился Максу.

– Собрание у них там, что ли? – Известие о втором привидении стало неожиданным и для Василия.

Следовало найти переходник и запечатать его. Но как?! Николай и Василий обшарили все здание, и до этого случая дом проверялся неоднократно: от первого этажа до мансарды. Даже стены простукивали в поисках замурованных тайников. И тут до Николая дошло: подвал! Ведь дом построен на старом фундаменте, в котором сохранился подвал.

– Где вход в подвал? – спросил Николай напарника.

– Какой вход?.. – Тот сперва не сообразил, а затем его осенило. – Вот же блин горелый! – Василий хлопнул себя по лбу: – Мы не топтари, а тупари! Все на поверхности лежало.

Василий порывался прямо сейчас бежать в особняк, но Николай охладил его пыл:

– До утра подождет.

Он вернулся в отель. Над городом медленно поднимался рассвет, подсвечивая перламутровые облака и окрашивая небо в нежно-розовый цвет – утренняя Аврора плыла над городом. Николай долго сидел в номере на широком подоконнике и фотографировал небо и парк, а после переслал снимки Насте.

Разбудил Николая звонок.

– Нашли мы подвал. – Судя по голосу напарника, отыскали не только вход. – Как ты и говорил, там переходник!

– И что это было?

– Детская кроватка! – Василия переполняли эмоции. – Так мало этого!

– Что еще? – Николай внутренне напрягся.

– Еще один портал! – Василий захлебнулся от восторга. – Прикинь!

Николай присвистнул: вот это да! Целая коллекция!

– Приезжай, – закончил Василий.

В особняке царило оживление. Мимо Николая прошли два чистильщика, они грузили кроватку, упакованную в экранирующую пленку, в служебную машину. Видимо, привязкой черной дамы служил предмет мебели, на котором умерла ее дочь. Выскочил Василий:

– Пошли скорее! – Он махнул рукой.

Взгляд сразу отыскал импровизированный вход в подвал: в полу проделали дыру и спустили в нее приставную лестницу. Николай осторожно залез туда. Внизу было темно и сыро, Василий осветил помещение фонарем. В нем хранилась старая мебель, какие-то ведра, тазы.

– Это здесь. – Василий осветил бывший вход в подвал.

Лестница оказалась узкой и довольно крутой. Тут уже поработали чистильщики: ступени были покрыты блокирующим составом.

– Значит, девочка не выпала из окна. – Догадка Николая подтвердилась.

– Сбросили уже мертвой, чтобы замести следы, – согласился Василий. – А погибла она здесь. – Он указал на лестницу. – Наверное, толк-нули, когда играли. Или… – Он развел руками.

– Точно кто-то из ее сверстников, – Николай подошел поближе к запечатанному переходнику, – раз она так на Макса среагировала.

– Я тебе это… – Василий засопел. – Спасибо за сына. – Он протянул руку.

Николай ответил на рукопожатие, хотя какое спасибо? Благодаря его идее напарник едва сына не лишился. Если шеф узнает, придется выслушать в свой адрес много нелицеприятного. И поделом! Он поступил непрофессионально, подвергнув риску ребенка. Тот случай, когда лишний раз не захочется делиться подробностями, потому что о подвале можно было вспомнить и раньше. Или попросить план здания. Хотя тут сплоховал не только Николай, но и местный отдел топтарей, посчитав слухи о черной даме всего лишь сплетнями более чем вековой давности.

Николай задержался на день, чтобы погулять по Питеру, тем более, прежде чем возвращаться в Москву, следовало составить отчет. Николай съездил на Елагин остров, там проходил фестиваль тюльпанов. Море цветов самых разнообразных окрасов: махровые оранжевые, строгие фиолетовые, романтичные белые. Из репродукторов звучала музыка, гулял народ – на прощание Питер порадовал погодой.

Николай отправил Насте фото и видеоотчет, это позволяло поддерживать иллюзию, будто любимая рядом. Она в ответ прислала снимки изобилия еды из отельного ресторана. Настя любила хорошо поесть, Николай, впрочем, тоже. А вот готовить – оба – не особо. Теперь Настя отрывалась за двоих. Ничего, в питерских кафе тоже неплохо кормят и экономно для бюджета.

После выходных Николай отправился на дежурство с робкой надеждой, что день пройдет гладко. Поначалу его ожидания сбылись, шеф даже не стал песочить Николая, что тот подставил чужого ребенка. Наоборот, похвалил за работу над ошибками и отметил для себя и сотрудников, что этот случай пригодится для дальнейшей практики.

– Надо тебе, Дергунов, снова напарника искать. – Шеф пристально поглядел на Николая, словно отыскивая в нем какую-либо несуразность.

Роза три недели назад вернулась на свою историческую родину – возглавлять тамошний отдел топтарей, так что Николай снова остался один.

– Может, Геннадия к себе переманим? – предложил Николай. – Он напрашивался.

Шеф выставил указательный палец:

– Надо подумать.

– Да чего думать! – Денис, как самый молодой топтарь в отделе, вечно куда-то спешил. – У чистильщиков от скуки повеситься можно, нужно спасать человека.

Женечка хихикнула.

– Марианна к нам просится. – Шеф слегка покраснел. – Говорит, давно мечтала о такой работе.

Не так давно топтари всем отделом гуляли на свадьбе шефа. Николаю новоиспеченная супруга Виктора Ивановича нравилась: немногим младше мужа, интересующаяся его делами и не глупая.

– Как решите, Виктор Иванович. – Николай деликатно устранился от ответа: на себя такую ответственность не возьмет, пусть шеф сам выбирает.

Шеф вздохнул. Его можно было понять: хотел помочь любимому человеку и одновременно переживал – работа топтарей чревата неприятностями.

– А можно ее в секретари, – предложила Женечка. – Будет с нами, но без лишнего риска.

Раньше секретарем работала Женечка, но после ухода Михаила, старейшего сотрудника отдела ОБХСС, она стала напарником Дениса, совмещая новую должность с прежними обязанностями. Лицо шефа просияло:

– Точно! Тогда передашь ей дела. Но, – он указал пальцем на Николая, – с Геннадием обожди пока говорить.

Николай не стал спорить: без напарника сложно, но ему не впервой действовать одному – умелых рук не хватало, поэтому часто приходилось работать самостоятельно.

– Прикиньте, люди в оборотней верят! – Под конец дня Женечка откопала в интернете что-то интересное.

– Делать им нечего, – отмахнулся шеф.

– Да тут случай прикольный. – Она прочитала вслух пост какой-то Марины, которая столкнулась в лесу со странной собакой.

– Ну и какой оборотень? – поморщился шеф. – На волка наткнулась, потому и собака реагировала так.

– Ну да, – подтвердил Николай. – Я недавно читал про то, что стаю видели в ближайшем Подмосковье.

– Да тут в комментариях народ жжет! – Женечка накрутила волосы на палец. – Они реально считают, что оборотни существуют! – Она уткнулась в монитор: – «Куда сворачивали? Случайно не влево? Там неподалеку железная дорога проходит. От нее сначала вправо, а потом повернуть влево. Там о-очень странное место. Когда ищешь – сроду не найдешь. А вот если не думаешь, все дороги туда ведут. Первый раз я оттуда неслась, только пятки сверкали».

– Во дает! – Денис откинулся на спинку кресла. – Так испугалась, что потом еще несколько раз это место проведала.

– На бис! – подхватил Николай.

– Народ любит паранормальное, – шеф покачал головой, – влезут во всякую дрянь, нахватаются, а нам после – разгребать!

– Может, проверить эту поляну? – спросил Николай на всякий случай.

– Смотрю, Дергунов, у тебя слишком много свободного времени. – Лицо шефа пошло пятнами. – Вот и съезди.

Винить следовало только себя: никто за язык не тянул. Все в отделе были в курсе насчет вспыльчивого характера шефа, хотя Николай особо не жалел – зато прогуляется, пока стоит теплая и сухая погода. Все лучше, чем в конторе сидеть. Правда, не факт, что найдет поляну: ориентиров имелось немного – название станции и условные направо и налево.

На следующее утро, ближе к полудню, Николай сперва проехал на метро через пол-Москвы, затем прошагал минут двадцать мимо стройки и промышленной зоны почти при полном отсутствии людей. Пропустил пешеходный переход и, чтобы не возвращаться, перебежал дорогу в неположенном месте, благо машины сбрасывали скорость перед выездом на МКАД.

Народа по-прежнему не было, словно Николая выдернули из родной Москвы и переместили в схожий, но безлюдный мир. Николай пошел вдоль МКАДа к переходу. На свежескошенном газоне под кустами отдыхали двое гастарбайтеров с газонокосилкой, мимо проносились многочисленные машины. Николай выдохнул, все-таки он в своем мире.

Пешеходный мост изяществом и красотой не отличался – огромная пластиковая труба над дорогой, и подниматься на него нужно по неудобной лестнице. Ладно Николай – он еще относительно молод и здоров. Но каково карабкаться по этому сооружению пожилым и больным людям? Да и здоровым, если они с тяжелыми сумками или с детской коляской? Давно пора на МКАДе соорудить лифты для людей, а не только развязки для транспорта.

В переходе тоже оказалось безлюдно, и Николай от души поорал. Когда еще позволишь себе подобное? Он спустился с противоположной стороны и вышел к остановке, дальше следовало идти налево по тропинке, вдоль которой росли кусты. Наверняка имелась более цивилизованная дорога до станции, но она была надежно спрятана от посторонних глаз, а потому Николай плюнул и отправился по дорожке.

Здесь точно ступала нога человека, повсюду валялись следы его жизнедеятельности: пивные бутылки, обертки из-под чипсов и пустые пачки сигарет. Николай миновал заброшенное кладбище, обнесенное высокой оградой, и выбрался к железной дороге – впереди виднелась станция. На платформах стояли люди, большинство ждали электричку в сторону Москвы. Николай перешел пути и направился к лесопарку по одной из многочисленных дорожек, протоптанных жителями района.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.