# Пепел и снег

Сильвана Санчес

Все думали, что жертвой была Белоснежка.
Они ошибались…
Когда король встретил свой конец, его дочь не боялась правосудия, ведь в королевстве настали темные времена. Снежка уверена: следующей жертвой станет Злая Королева.
Чтобы вернуть себе Белый трон, девушка должна объединиться с семью наемниками, которые скрываются в лесу. На своем пути она встретит Эштона Торна, принца и наследника Торнвуд-Холла. Вместе они отправятся в опасное путешествие, чтобы одолеть Злую Королеву.
Когда погаснет последний луч надежды, тьма потребует огромную жертву. Сможет ли Снежка вернуть себе то, что причитается ей по праву наследия?

Silvana G. Sánchez

ASH AND SNOW


Печатается с разрешения автора.


Перевод с английского языка Наталии Нестеровой

Дизайн обложки Екатерины Климовой


Copyright © by Silvana G. Sánchez

© Н. Нестерова, перевод на русский язык, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

* * *

> Доктор Эссгард,

> я посвящаю эту книгу вам

> и всем медицинским работникам,

> которые сражаются

> во имя человечества

> против тьмы.

> ______________________


> Малис Сноу


Король мертв… и его убила я.

Я бегу в темноте через чащобу. Снег, камни и переплетенные, похожие на острые шипы ветви встают у меня на пути. Этот лес знаком мне с детства, здесь я часто играла, когда была совсем юной принцессой. Но я больше не принцесса.

Сегодня Злая Королева лишила меня королевского титула. В родном доме меня больше не хотят видеть, я стала изгоем в глазах двора, бессердечной убийцей… чудовищем, столкнувшим родного отца с башни замка навстречу неминуемой гибели.

Да что они вообще знают!

Они и есть настоящие чудовища!

## Глава первая


Я пробиралась через шумную толпу пьяных лордов, бесстыдно развлекавшихся с кухарками и посудомойками, мимо многочисленных, пока еще невинных юных дев, которые исподтишка с презрением наблюдали за ними. Я обошла легендарных менестрелей, которых привезли с севера; их монотонные песни о рыцарской доблести эхом разносились в огромном зале, смешиваясь со смехом и пением сотен голосов.

Тепло от дюжины жаровен расцвечивало щеки гостей румянцем. Но моя кожа пылала по иной причине. Я шла и спешно оглядывалась по сторонам, пытаясь отыскать в толпе прекрасное лицо. Высокий и хорошо сложенный, с царственной осанкой, он невольно приковывал к себе взгляд. Этот человек выделялся из толпы.

Я опустошила бокал одним глотком и бросила его в камин. Сегодня я не собиралась ограничивать себя в спиртном. Этим вечером мне хотелось забыться.

Повинуясь порыву, я схватилась за каминную полку, поставила ногу на каменную приступку и поднялась на нее. Покусывая нижнюю губу, я принялась с высоты разглядывать собравшихся в зале.

Он был там, восхитительно-прекрасный, в ярко-синем камзоле и бриджах. Он развернулся, и золотые ордена вспыхнули у него на груди. Он приветствовал встречавших его дев: и уже немолодых, и совсем юных, с глазами, горящими желанием. Изысканный и привлекательный, да к тому же еще и первый в очереди претендентов на трон в своих владениях – принц Филлип Стилборн был самым завидным женихом во всех пяти королевствах.

Я осторожно подкрадывалась к нему, бесшумно, словно львица, выслеживающая свою жертву.

– Взгляни на меня, – прошептала я, наблюдая за ним с безопасного расстояния. – Отвернись от своих поклонниц и обрати внимание на меня.

Веселая парочка спешила в центр зала, где танцевали гости. Женщина оказалась слишком близко и оттолкнула меня к мраморной стене.

Ледяной камень коснулся моей обнаженной спины, и дрожь возбуждения пробежала по телу. Тихий вздох сорвался с губ. Я закрыла глаза. А когда открыла их, тут же сосредоточилась на своем прекрасном принце.

Филлип наконец-то оторвал взгляд от окружившей его стайки девушек. И встретился с моим – диким и решительным. Игривая улыбка появилась на его шелковых губах. Я лукаво улыбнулась в ответ.

В ту секунду, когда он начал со всеми прощаться, я направилась к лестнице.

Подхватив свои юбки из тюля и шелка, я устремилась вверх, но замерла посреди лестницы, когда сильная рука схватила меня за запястье.

– Малис, – прошептал он мне на ухо, голос был мрачным и полным страсти. – Уходишь так рано? – Его теплое дыхание ласкало мне шею, а все тело охватила дрожь желания, которую я не могла унять.

– Я ждала тебя, – сказала я, развернувшись и нежно проведя ладонью по его волевому подбородку.

Филлип схватил мою руку, поднес к губам и поцеловал. Когда он посмотрел на меня своими лучезарными зелеными глазами, у меня перехватило дыхание.

– Какая хорошая девочка, – соблазнительно промурлыкал он.

Сердце бешено забилось в груди от предвкушения ожидавших нас удовольствий.

Мы вместе поднимались по лестнице, и на последних ступеньках наши пальцы переплелись.

– Я думал, ты останешься поздравить короля Эдуарда, – как ни в чем не бывало заметил он.

Внизу продолжался бал. Музыка и радостные возгласы сливались в бесконечную какофонию.

– Ой, да я уже поговорила с ним… – я отвела взгляд. – Поспорили немного. Как всегда.

Мы пошли по пустому коридору. Через оконца в стене замка неожиданно потянуло сквозняком, воздух был морозным, снова шел снег, но мне вдруг стало радостно на душе. Я не знала ничего, кроме зимы. Она правила Уайтхейвеном уже пятьсот лет… по крайней мере, так говорилось в легендах.

– Мне грустно слышать это, – сказал Филлип, останавливаясь у двери в мою спальню. – Тебе не о чем беспокоиться. Твой отец женился на чудесной женщине. – Он распахнул дверь и придержал ее, ожидая, пока я войду. Филлип Стилборн был необычайно галантным кавалером. Но я знала, что как только мы переступим через этот порог, от его хороших манер не останется и следа.

– Ты так думаешь? – неуверенно спросила я.

Его губы изогнулись в обаятельной усмешке.

– Почему ты не хочешь просто за него порадоваться? – добавил он после того, как я наградила его самым суровым взглядом, на который была способна. – Ну или хотя бы сделать вид, что ты довольна? – он изогнул брови, явно рассчитывая убедить меня.

Я только тяжело вздохнула. Так надоело притворяться! В этом королевстве все носили маски.

Проскользнув в комнату, я ленивой походкой направилась к прикроватному столику, где на золотом подносе стоял кувшин с вином и бокалы. Налив себе вина, я тут же выпила его.

– Так мы пришли сюда разговаривать? – на моих пунцовых губах играла ехидная улыбка.

В глазах Филлипа вспыхнула страсть. Он закрыл за собой дверь и стал медленно расстегивать пуговицы на своем роскошном камзоле. Когда он избавился от одежд, я тоже разделась. Он был так хорош собой! Филлип неспешно направился ко мне с видом уверенного в себе любовника. Мы с ним и были любовниками.

Он резко прижал меня к себе, его гладко выбритое лицо оказалось совсем рядом с моим. Он жаждал ощутить сладость моего поцелуя. Его губы коснулись моих, и от их бархатной теплоты все мое тело объяло пламя. Привстав на цыпочки, я обхватила его ладонями за шею и попятилась назад, ведя за собой, пока ноги не коснулись кровати.

Ночное небо озарили разноцветные вспышки. Яркие огни залили светом комнату, расписав старые каменные стены красными, зелеными и синими цветами. Поистине королевский подарок. Подобная магия считалась слишком редкой и дорогой и отыскать ее можно было лишь в далеких восточных землях. Одно из многочисленных чудесных подношений, привезенных в Уайтхейвен в день бракосочетания короля.

– О боги, как же я тебя хочу! – промурлыкал Филлип, глядя на меня с вожделением. Затем его мускулистые руки оторвали меня от земли и подняли, словно пушинку.


## Глава вторая


Я сжала бедрами его талию. И когда он сел на кровать, я прижалась к его мускулистому телу. Тяжелое дыхание Филлипа щекотало мне ухо, этот звук успокаивал, как и бой барабанов, доносившийся из шатров за окнами.

Гулкие удары его сердца эхом отдавались у меня в груди. Мое дыхание участилось, мне отчаянно хотелось насладиться Филлипом сполна, я жаждала испытать тот счастливый экстаз, который заглушит все мысли, что крутились у меня в голове, и ненадолго принесет покой.

Крик сладостной агонии сорвался с моих губ, когда он вошел в меня. И пока наши обнаженные тела исполняли свой танец страсти в пульсирующей тьме, я превратилась в богиню, служившую лишь одной цели – утащить его за собой в самую пучину бездонного наслаждения.

– Малис, – простонал Филлип в порыве страсти. – Малис, помедленнее. Если ты не остановишься…

Слова утонули в тишине. Его широкая грудь блестела в полумраке и тяжело вздымалась от возбуждения.

Все мое тело охватила дрожь. В одно мгновение страсть захлестнула меня всю без остатка, наслаждение пронзило меня насквозь, волнами разливаясь по телу. У меня перехватило дыхание, когда я достигла пика наслаждения, и Филлип последовал за мной.

Когда все закончилось, я рухнула в его объятия, наслаждаясь приятной истомой. Филлип покрепче прижал меня к груди, его мягкие губы коснулись моего лба.

Огни больше не раскрашивали небо и не освещали комнату. Но музыка по-прежнему звучала. Тихое пение цитр и флейт успокаивало меня. Вдали три бронзовых колокола возвестили о наступлении полуночи.

– Сталь и кровавые розы, – пробормотал он хрипловатым голосом. Эмблемы наших королевских домов. Он тихо вздохнул. – Какой мы с тобой будем парой!

Пара. Нас никак нельзя было назвать парой. Я не смогла сдержаться и усмехнулась. Разумеется, он был красив. С его глазами, зелеными, как мох Запретных Лугов, со светлыми волосами, напоминавшими поля пшеницы, что нежатся под лучами солнца, с его нежными чувственными губами, не раз приносившими мне райское наслаждение. Каждая женщина при дворе мечтала заполучить его. Многие стремились на личном опыте убедиться, каким он был прекрасным любовником. В его объятиях тревога меня отпускала.

Но только не сегодня. Сегодня придется прибегнуть к другим средствам.

Я натянула на спину алую атласную простыню, перекатилась на бок, затем села и завернулась в нее. Поднявшись одним плавным движением, я уже собиралась уйти, но Филлип поймал меня за руку.

– Куда это ты собралась? – спросил он и одним рывком снова притянул к себе. – Я с тобой еще не закончил. – В каждом его слове звучала неприкрытая страсть.

Он взял меня за подбородок и, подняв лицо, посмотрел в глаза. Серебристый свет луны отражался в моих голубых глазах.

– Ноя закончила, – сказала я ему и выскользнула из его объятий. Мои алые губы рассекла кривая усмешка.

Филлип в замешательстве уставился на меня. Он не мог понять: ему никогда еще не приходилось сталкиваться с отказом – по крайней мере, с отказом, за которым тут же не последовало бы строгое наказание. Целый мир со всеми удовольствиями лежал у его ног.

Я взяла с прикроватного столика бронзовый подсвечник. Сферы янтарного света следовали за мной по комнате, пока я не поставила подсвечник на туалетный столик. Он был сделан из самой лучшей древесины Черного леса и стоил баснословных денег. Людиотдавали свои жизни, чтобы только обставить мои покои. При одной мысли об этом я в ужасе содрогнулась. Но по прихоти моей мачехи, теперь весь замок был полон подобных сокровищ.

– О чем ты говоришь? – пробормотал он возмущенно, но даже не двинулся с места.

Нахмурив брови, я склонилась над столом и стала внимательно изучать его поверхность, пытаясь отыскать щеколду, открывавшую потайной ящик.

– Малис? – настойчиво повторил Филлип, на этот раз в его голосе послышалась досада.

Я оглянулась.

– Филлип, все закончилось.

Я снова сосредоточила внимание на столе. Провела ладонью по его поверхности в поисках выступа или замысловатой резьбы.

– Не надо так! – едва слышно прошептал Филлип, к которому уже вернулось самообладание.

Я подняла взгляд и посмотрела на его отражение в зеркале. У него было суровое, просто каменное лицо.

– Это из-за того, что я сказал о твоем отце?

– Нет, – ответила я. – Не из-за этого.

Наконец мой палец наткнулся на маленький штырек. Я быстро поддела и потянула за него. Раздался щелчок, и потайной ящик в крышке стола распахнулся. Я тут же увидела маленький золотой футляр. С улыбкой поднесла его поближе к пламени свечей. Шкатулка сама по себе была изысканной вещицей: отлитая из розового золота, с выгравированными на ее поверхности древними символами фей; но то, что скрывалось внутри нее, было в тысячу раз ценнее.

– Возвращайся в постель. – Он не спрашивал – требовал. Голос Филлипа, суровый, но страстный, таил в себе обещание неистовых безумств. Да, слухи оказались правдой. Он был лучшим любовником в королевстве, по крайней мере, мне так казалось. Соблазн снова заняться с ним любовью был невероятно силен… Но это могло подождать.

Я повернула шкатулку на ладони, стараясь отыскать среди богатой гравировки замочек.

– Возвращайся к Авроре, – подразнила я его с усмешкой, не сводя зачарованного взгляда со сверкающей шкатулки. Легенда гласила, что любой, созданный феями предмет, оказавшись в человеческих руках, приносил одно только зло. Но это не отбило у меня желания коллекционировать их.

– Вернуться на это каменное ложе? – проворчал он, запустив пальцы в копну светлых волос. – Тебе хорошо известно, что она сидит в той башне, проклятая и забытая.

Его слова вывели меня из оцепенения. Я повернулась к Филлипу.

– Ждет, когда придет ее возлюбленный и спасет ее, – с серьезным и многозначительным видом добавила я. – То есть ты.

Во взгляде Филлипа появилась неуверенность. Он сел на кровати, сложил на груди руки и проговорил:

– Ты в самом деле этого хочешь? – его голос звучал сурово и бесстрашно. – Малис? – он нахмурил брови. – Если я сейчас уйду к ней…

Угроза одиночества. Как же далеко он был готов зайти, лишь бы все было так, как он захочет. Именно поэтому Филлипу столько месяцев удавалось держать меня в плену своей страсти.

– Если ты уйдешь к ней сейчас, – сказала я, – то разрушишь заклятие. Ты дашь обет вечной любви и будешь жить счастливо.

Замок щелкнул, и крышка наконец-то открылась.

Шлепая по полу босыми ногами, я подошла к прикроватному столику и подвинула бокал с вином поближе к краю. На первый взгляд могло показаться, что в шкатулке был всего лишь золотой порошок. Но внешний вид часто бывает обманчивым.

– Как ты можешь такое говорить? – в удивлении воскликнул Филлип. – Как? – продолжал он прищурившись. – Ведь ничего бы этого не случилось без тебя? – Филлип сделал паузу, чтобы перевести дух. – Это жеты вызвала чудовище, которое погрузило ее в сон!

– Я и не отрицаю этого, – холодным тоном ответила я, погрузив пальцы в шкатулку и взяв щепотку порошка. – Но нельзя забывать и о твоей роли в произошедшем.

Филлип удивленно приоткрыл рот.

– Это же…

– Колдовская пыльца пикси из Потерянного королевства, – ответила я, растирая ее пальцами. – Больше нигде такой не найдешь.

Выражение любопытства на лице Филлипа сменилось неодобрением.

– Где ты раздобыла этот яд? – спросил он. Вид у него был хмурым, даже возмущенным.

– Привезли вместе с мебелью, – пожала плечами я.

– Это очень опасно, – предупредил он.

– Это прекрасно успокаивает мои расшатавшиеся нервы, – проговорила я и подвинула бокал еще ближе к себе. – Одной щепотки достаточно, чтобы спать всю ночь, как младенец.

– Лучше бы ты этого не делала, – пробурчал он себе под нос и покачал головой.

Поставив коробочку на столик, я села на кровать и обхватила ладонями его лицо.

– Мой милый Филлип, – вздохнула я, наклоняясь к нему поближе. – Ты уже должен был понять, что в Уайтхейвене желания никогда не сбываются. – Комок подступил к горлу: как же мне не хотелось, чтобы отец женился!

Он провел шершавой ладонью по моей шее и слегка сжал ее сильными пальцами.

– Ты просто используешь меня, – прошептал он холодно, – слишком боишься остаться наедине со своей болью в сердце.

– А ты тянешь время, – ответила я, легко касаясь губами его губ. – Слишком напуган, чтобы быть героем и завоевать свою истинную любовь. – Я проглотила комок в горле. – Мы оба уязвимы, ты и я. И мы зализываем раны друг друга, пытаясь найти утешение, потому что наши миры давно разрушены.

– Малис… – проговорил он, обхватывая меня за талию. – Ты уже развлеклась. Теперь моя очередь.

Я судорожно вздохнула.

– Это будет в последний раз, – заявила я, отчаянно пытаясь убедить в этом себя.

Взгляд Филлипа был полон желания. Он лениво провел большим пальцем по моей нижней губе.

– Тогда сделай так, чтобы я запомнил его на долгие годы. – Теперь его голос звучал ниже. Его палец проник в мой рот и провел по языку, другой рукой он приобнял меня, соблазняя.

Я встала и приподняла атласную простыню, постепенно раскрываясь перед ним, словно королевская роза. Филлип откинул голову к изголовью кровати, его чувственный взгляд скользил по моему телу.

– Я снова буду вашей, мой принц, – нежно проговорила я.

Он тихо вздохнул и в порыве страсти затащил меня на кровать. Его сильное тело накрыло мое, и я распласталась под ним.

– Ты будешь той, – промурлыкал он, прижимая мои запястья к подушке, – кем я скажу тебе быть.

– Ваше высочество, – послышался голос.

Мы замерли и одновременно повернулись к двери. Перед нами, едва умещаясь в дверном проеме, стоял человек в золотых доспехах с кровавой розой, выгравированной на блестящей нагрудной пластине. Свой сверкающий шлем он держал под мышкой. От одного вида этого крепкого мужчины вся моя уверенность тут же улетучилась.

Гость вошел в комнату без приглашения. Пламя свечей высветило глубокий шрам на его лице, тянувшийся от левого уха через щеку и обрывавшийся в уголке губ. Одной этой отметины было достаточно, чтобы мне сразу стало ясно, кто перед нами.

Дэрон Блэкстоун. Самый свирепый воин в королевстве. Безжалостный убийца и капитан королевской гвардии.

– Король требует, чтобы вы явились в Северную башню, – грубым хриплым голосом объявил Дэрон. Он не отрывал глаз от любовной сцены, развернувшейся перед ним – нынче времена были опасные, и он привык не терять бдительности.

– В Северную башню? – раздраженно простонал Филлип, убирая волосы с лица. Но я заметила тревогу в его зеленых глазах.

Смутившись, я схватила простыню и прикрылась.

– Я сейчас занята, – сказала я ему. – Да ты и сам это видишь. – При одном упоминании о башне у меня внутри все задрожало. Но я постаралась не подать виду. Я боялась, что Дэрон видел меня насквозь, словно я была из стекла. Этот ужасный человек был способен использовать чужую слабость в своих интересах.

Филлип натягивал свою одежду. Подобрав с пола мое платье, он положил его на кровать.

– Передай королю, что я встречусь с ним завтра, – сказала я одеваясь.

Надев туфли, я схватила бокал с вином и сделала глоток. Если ночь сложится не самым лучшим образом, придется опустошить весь кувшин.

– Вы можете сами сказать ему об этом, ваше высочество, – заявил Дэрон. – Прямо сейчас. – Он развернулся и, чеканя шаг, направился к двери, по-прежнему держа свой шлем под мышкой.

Невыносимый человек. Как он смеет так разговаривать со мной? Я крепко сжала зубы.

Филлип взял бокал и небрежно плеснул себе вина.

– Следи за своими манерами, Дэрон, – сказал он спокойно и равнодушно, после чего сделала глоток.

Зловещий стражник с безучастным видом остановился у двери и хмыкнул, его сердитые темные глаза неподвижно уставились в коридор.

– Ваше высочество, это приказ короля, – с неохотой пояснил он, даже не оглянувшись.

– Наверное, тебе стоит пойти, – прошептал Филлип и погладил меня по щеке. – Думаю, так будет лучше для тебя. Для васобоих.

Я покраснела.

– Возможно, ты и прав, – кивнула я.

– Ваше высочество? – настойчиво позвал Дэрон и надел на голову свой рогатый шлем.

Дэрон считал себя неприкасаемым. И как бы ужасно это ни было, он был прав. Ему могло сойти с рук все что угодно, пока он выполнял все тайные приказания моего отца.

Филлип застегнул свой синий камзол и поцеловал меня в щеку.

– До скорой встречи, милая, – игриво прошептал он.

– Прощай, мой принц, – машинально пробормотала я, хотя на самом деле собиралась сказать «до свидания».

По дороге к двери я взяла свой белый, подбитый мехом плащ. Северная башня была самой холодной частью замка. И почему отец позвал меня туда?

Я остановилась перед Дэроном и подняла голову, стараясь поймать его взгляд.

– Ты – цепной пес, – процедила я сквозь зубы. – А цепные псы долго здесь не живут.

Капитан по-прежнему стоял неподвижно у двери, словно жуткая статуя, и никак не отреагировал на мои злые слова. До меня дошло, что он не сдвинется с места, пока я не пойду с ним.

Я отвернулась и сделала глубокий вдох. Выдохнув, я мысленно приготовилась к встрече с отцом.

– Веди меня к нему.


## Глава третья


Когда я поднималась по винтовой лестнице в Северную башню, у меня неожиданно возникло дурное предчувствие. Дэрон шел впереди, освещая путь факелом. Карабкаться вверх в этой кромешной темноте было непросто. И причина заключалась не только в узких скользких ступеньках, на которых я время от времени спотыкалась.

Прошло уже десять лет с тех пор, как я в последний раз осмелилась побывать в этой части замка, и тогда я пришла сюда, нарушив строгий приказ отца. Даже странно, что сейчас он сам позвал меня.

Я уже почти поднялась на самый верх, когда внезапно поскользнулась. Мой крик пронзил тишину, я потеряла равновесие. Ногти вцепились в ледяную стену, и я едва удержалась, чтобы не упасть и не разбиться. Каждый мускул моего тела напрягся. Свободной рукой я закрыла пересохший от ужаса рот и прижалась к холодному камню, чтобы перевести дух.

Дэрон стоял наверху и смотрел на меня своими равнодушными карими глазами. Ему было все равно, даже если бы я упала и разбила череп. И почему отец позвал меня сюда среди ночи? Я приподняла подол платья и очень осторожно преодолела последние ступени.

Когда я остановилась перед массивными дверями, ведущими в тронный зал, на меня нахлынули воспоминания о том, как я, восьмилетняя девочка, оказалась там, где все случилось. Здесь умерла моя мать. Ее убил черный дракон.

С того ужасного дня король запер башню и запретил входить в нее под страхом смерти. Он убедил себя, что это место проклято, что здесь поселился дух моей матери, который так и не нашел успокоения. Я была с ним не согласна. Я прекрасно знала, что моя мать ни за что не стала бы чудовищем. Красота королевы Лаиссы была воспета в песнях еще при жизни. Но после ее кончины появились сотни новых. Даже сейчас барды пели о ее безупречной грации и о трагедии, которая постигла все королевство, когда смерть явилась к ней на быстрых крыльях, облаченная в сияющую чешую. До той судьбоносной ночи во всех пяти королевствах уже много веков не видели дракона.

Сердце забилось у меня в груди, словно угодивший в капкан дикий олень. Я глубоко вздохнула, не сводя глаз с двери, будто она на самом деле была воротами в потусторонний мир.

Дэрон хмыкнул и встал у входа, положив руку в перчатке на рукоять своего длинного золотого меча. От одного этого жеста мне стало не по себе. Я изо всех сил старалась сохранять присутствие духа. Мне все это не нравилось. Совсем не нравилось.

Капитан расправил плечи. Он поднял подбородок и устремил взгляд в кромешную тьму, окутавшую лестницу. Дальше мне предстояло идти одной.

Из двери торчали железные гвозди. От времени они покрылись ржавчиной, но все равно казались острыми и угрожающими. Я осторожно положила ладонь на дверную ручку и с силой толкнула, проржавевшие петли поддались, и дверь приоткрылась. Из образовавшейся щели на меня подул ледяной ветер. Руки защекотала неожиданно возникшая дрожь, но я продолжила толкать дверь, пока она не открылась настолько, чтобы я могла пройти внутрь.

Едва я оказалась в зале, как меня охватило смятение. И не из-за былого великолепия этого места, а из-за царившего здесь полного запустения.

Передо мной возвышались мраморные колонны, залитые серебристым лунным светом. Потрепанные знамена висели на покрытых сажей стенах вкривь и вкось. Оглядевшись по сторонам, я увидела, что обитые красным бархатом диваны и кресла теперь превратились в бесформенную, обугленную массу. Вдоль обеих боковых стен висели длинные зеркала в старинных золотых рамах, украшенных символами фей. Как ни странно, они совершенно не пострадали от времени. Зеркала отражали царившее здесь запустение, но на них самих почти не было пыли. Легенда гласила, что феи их не только сделали, но и наделили таинственным свойстом, раскрыть которое мог лишь тот, в ком текла кровь фей.

Воздух был пропитан тоской. Сердце заныло от горя, пока я медленно брела по этому залу, словно затерявшемуся во времени. Я не ощущала здесь присутствия призраков. Ничего, кроме абсолютного, почти невыносимого безмолвия.

Мыслями я вернулась в тот мучительный день, который унес столько жизней, когда стража и члены королевского двора собрались вместе, чтобы дать неприятелю последний бой. Я вспомнила, как языки пламени врывались в зал, как сэр Треван подхватил меня на руки и с ужасом и отчаянием смотрел на царивший кругом хаос, пока дым и пепел наполняли помещение.

Резкий порыв ветра вернул меня в реальность.

Я двинулась по центральному проходу. При каждом шаге под моими кожаными туфлями трещали осколки стекла. Ковер, ведущий к трону, когда-то сиявший золотом, теперь истерся и потемнел от дыма и пепла. У дальней стены на помосте возвышался трон, весь окутанный мраком. Каменная стена башни за троном разрушилась, а от разноцветного витражного окна остались только осколки.

Сквозь трещину в стене видна была полная луна. Она манила к себе, к тому самому месту, где в башню ворвался дракон и украл половину моего сердца. Кровь стыла у меня в жилах, а воспоминания прожигали до самых костей, впиваясь тысячами иголок.

По залу летали кружевные снежинки. У подножия трона образовался небольшой сугроб. Когда я подошла ближе, пол под ногами стал мягким и рыхлым. Страх и холод пронизывали меня насквозь, стало трудно дышать. Я обхватила себя руками, начала растирать плечи, борясь с сильной дрожью, волнами прокатывавшейся по моему телу, но тщетно… Мне хотелось уйти из этого места, но разве у меня был выбор, если я пришла сюда по приказу отца?

Когда до незыблемого трона оставалось не больше каких-то полметра, мои глаза привыкли к мраку, и я стала лучше различать предметы. Я провела чудесные минуты, играя на этом троне, бегая вокруг него, отдыхая на коленях матери… Я слишком хорошо знала этот трон, чтобы не заметить, что в нем что-то изменилось. Здесь появилось нечто новое.

Кто-то сидел на Белом троне.

И когда луна на мутном небе немного сдвинулась в сторону, ее косой луч упал на то, что осталось от второго трона. Там была лишь груда расплавленного мрамора, ничего больше.

Я сделала шаг вперед, затем – еще один. Громкое эхо моих шагов усиливало тревогу. А затем я увидела. Я прикусила нижнюю губу, пока не ощутила вкус железа во рту. Я замерла в паре сантиметров от трона и, нахмурившись, процедила:

– Вы!

Я вздрогнула, когда свечи на круглых люстрах мгновенно вспыхнули, осветив тронный зал и залив янтарным сиянием пунцовый бархатный шлейф платья королевы.

Губы королевы Розлин растянулись в грустной улыбке.

– Да, – сказала она. В ее нежном голосе слышался вызов. – Это я. – Она лениво постучала по мраморному подлокотнику трона блестящими красными ногтями.

Я пронзила ее гневным взглядом. Вытянув руки вдоль тела, я сжала ладони в кулаки. Леди Розлин сидела, развалившись на троне, подножие которого обвивал длинный шлейф ее платья. На рукавах поблескивало золотое шитье. Корсаж украшала брошь в виде золотого сердца, покрытого филигранью. Какая злая ирония – ведь у этой женщины не было сердца!

– Вас здесь не должно быть, – пробормотала я, потрясенная ее присутствием.

Королева пригладила пальцами свои светлые локоны, спадавшие на темно-красный плащ, отороченный белоснежным мехом. Сверкающие снежинки зависли в воздухе над ее головой. Пленницы времени. Как и вся эта комната.

– Где мой отец? – потребовала я ответа, но от волнения язык мой еле шевелился. – Он вызвал меня сюда.

Губы королевы изогнулись в победоносной ухмылке.

– Нам так не хватало тебя на свадьбе, – усмехнулась она, поворачивая золотое кольцо на левой руке.

– Да неужели? – процедила я сквозь зубы. Мой статус принцессы не позволял мне немедленно броситься к ней и стащить с трона. Но я понимала – если она просидит там еще минуту, я уже не смогу сдержаться.

Громкий смех вырвался из ее горла. Наконец она встала, искоса глянула на меня и отвернулась.

– Праздник был замечательным, – продолжала Розлин. Легкой грациозной походкой королева направилась к разрушенной стене, у которой уже образовался высокий сугроб. Остановившись около него, она задумчиво посмотрела в ночную тьму.

– Я хочу, чтобы ты это увидела. – Ее сладкое мурлыканье не сочеталось с тем, что она говорила. – Подойди. – Она подозвала меня легким взмахом руки.

Меня вдруг охватило оцепенение. Внутренний голос кричал, чтобы я не двигалась с места. Но я все-таки сделала сначала один шаг к ней, затем – другой, повинуясь какой-то неведомой силе. А потом совершенно неожиданно я оказалась совсем рядом с женой моего отца.

– Взгляни на них, – сказала она, указывая на шатры внизу.

Люди грелись у костров, танцевали и пели старинные песни.

– Эти крестьяне празднуют даже в такую сильную метель! Глупцы. – Королева поджала губы и покачала головой.

Холодный ветер растрепал мои волосы, и черные, как смоль, локоны защекотали шею.

– Мы, жители Уайтхейвена, любим нашу зиму, – бросила я в ответ новой королеве-чужестранке. А я ведь почти ее не знала.

– Хм… – лениво протянула она, глядя на меня краем глаза. Она положила изящную руку на край стены, а в ее пустом взгляде появилась тоска.

– Ты говоришь так, потому что ничего больше не знаешь, – решила она. – Но даю тебе слово, с этой ужасной ледяной зимой будет покончено.

Я нахмурила брови. Я не понимала, что она имеет в виду. Однако холодная решимость в ее голосе только усилила мое беспокойство.

– Где мой отец? – быстро проговорила я. Мое дыхание участилось, и я была не в силах это скрыть.

Королева Розлин наконец-то удостоила меня невинным взглядом своих больших глаз.

– О, его здесь нет, – ответила она, сжимая ладони, и добавила со вздохом: – Зря ты не присутствовала на свадьбе.

Я вздрогнула, чувствуя себя окончательно сбитой с толку.

– Вы уже говорили это… – выдавила я. И как только попыталась шагнуть назад, королева схватила меня за плечо. Ее алые ногти впились мне в кожу, она резко подтащила меня к самому краю полуразрушенной стены. Меня охватил леденящий ужас. Я испугалась, что сейчас сорвусь вниз. От неминуемой смерти меня отделяло всего несколько дюймов, и тогда я вскрикнула.

– Ты не хочешь знать, почему? – спросила она все с той же отвратительной приторностью в голосе.

Ужас парализовал меня, и я лишилась дара речи.

– Почему?.. – наконец выговорила я.

Королева слегка наклонилась ко мне, так что ее лицо оказалось совсем рядом с моим.

– Чтобы ты могла увидеть своего отца… в последний… раз, – прошептала она, подтаскивая меня поближе к себе.

Из-под ее плаща возник серебряный кинжал, который она крепко сжимала в руке. Что за власть Розлин имела надо мной? Я хотела вырваться, но не могла сдвинуться с места. Зато я могла кричать.

– Отпустите меня! – заорала я, хватаясь за стену и пытаясь освободиться из рук королевы.

– Отсюда нет выхода, – прошипела она мне на ухо, – только вниз.

Когда ее взгляд встретился с моим, глаза королевы горели призрачным огнем. И тогда я все поняла.

– Ты владеешь магией… – невольно пробормотала я, не в силах скрыть охватившую меня дрожь ужаса. Я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Вероятно, на меня наложили какое-то заклятье. Она была волшебницей!

– Верно. И прежде чем ты упадешь вниз,принцесса, – прошептала она, поднося кинжал к моей щеке, – я должна забрать твое сердце.

Я задохнулась от ужаса. Все тело била дрожь, из-под ног сыпалась ледяная крошка. А в это время внизу люди пьяными голосами распевали песни, даже не подозревая, что совсем скоро моя жизнь должна оборваться.

– Зачем ты это делаешь? – заикаясь спросила я. Меня еще не покинула надежда убежать.

На лице королевы появилось легкое удивление. И я могла поклясться, что ее глаза вдруг стали грустными.

– Милая девочка, – сказала она едва слышно, – твое сердце освободит меня. – С этими словами королева Розлин наклонила голову и посмотрела на меня со снисхождением и жалостью во взгляде.

– Ты – подлая и злая королева! – прорычала я.

Лицо Розлин стала бесстрастным.

– Да, я – Злая Королева, – подтвердила она. – И ты даже не представляешь, насколько сильно мое проклятье. – Ее голос стал мрачным. – А теперь я заберу твое сердце.

Лезвие кинжала скользнуло по шнуровке на моем корсаже. Крик застрял у меня в горле.

Резкий порыв ветра пролетел между нами и поднял плащ королевы. Развевающийся бархат облепил ее лицо, и она ослабила хватку. Я воспользовалась этой возможностью и попыталась вырваться. Пока мы боролись, стена у нас за спиной начала рушиться. Большой камень прижал шлейф королевы к полу.

Я вдруг почувствовала неожиданный прилив сил. И буквально отползла от самого края. Тяжелое дыхание вздымало мне грудь.

– Немедленно вернись! – взревела королева, наконец стянув плащ с лица. Она попыталась сделать шаг ко мне, но тут же поняла, в каком невыгодном положении оказалась. От ярости она сжала зубы.

– Посмотри на меня! – приказала Розлин.

Я хорошо запомнила ее глаза: свирепые, нечеловеческие – и отказалась выполнить приказ. Обхватив себя руками, я отвернулась. Постепенно онемение рук и ног прошло. Силы возвращались ко мне пульсирующими волнами. Я устремила взгляд к двери, которая казалась мне такой далекой, словно находилась на другом конце света.

– На помощь… – с трудом проговорила я и на трясущихся ногах побрела по тронному помосту.

– Дэрон! – завизжала королева, яростно срывая с себя плащ. Подхваченный мощным порывом ветра, кусок красной ткани скрылся за пеленой снега. – Дэрон! Она убегает!

Дэрон. Я совсем про него забыла.

От паники у меня перехватило дыхание.

В ту же секунду по залу эхом разнесся звон металла. Когда в зал ворвался Дэрон Блэкстоун, меня покинула последняя надежда. Я была такой дурой! Отсюда невозможно сбежать.

Капитан подошел к помосту. Через мгновение его тень упала на меня.

– Ты мне никогда не нравилась, девочка, – грубым голосом произнес он. – Думаю, это будет весело. – Его рука в перчатке сжала мои волосы. Одним безжалостным движением Дэрон Блэкстоун резко дернул меня и снова швырнул к разлому в стене.

– Мне нужно ее сердце! – крикнула Злая Королева. Ее платье по-прежнему оставалось в каменной ловушке.

– Я достану его, когда она умрет, – пробурчал Дэрон и опять схватил меня, подтаскивая еще ближе к краю. – Пора лететь, маленькая птичка. – Капитан ухмыльнулся, демонстрируя гнилые зубы.

Слезы застилали мне глаза. Вот где предстояло мне умереть – там же, что и моей матери. Теперь наши призраки вдвоем будут бродить по залам замка Уайтхейвена.

Слезы ручьями полились по щекам. Я закрыла глаза и приготовилась к встрече с богами.

– Дэрон? – знакомый голос эхом разлетелся по залу. – Что все это значит? – в каждом слове короля слышалось возмущение.

Я открыла глаза. И тут же почувствовала облегчение, увидев человека, стоявшего у подножия трона.

– Эдвард… – взволнованно проговорила Злая Королева.

Я открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова. Король здесь. Теперь все будет хорошо.


## Глава четвертая


– Это самая что ни на есть государственная измена! – воскликнул отец, пронзая Дэрона гневным взглядом. – Немедленно отпусти мою дочь! – Он поднялся по ступенькам и наконец оказался на помосте.

Дэрон ослабил хватку, его пальцы в жесткой металлической перчатке соскользнули с моей шеи. Он повернулся к королю, и на его скулах заиграли желваки.

– Вы мне тоже надоели… – пробормотал он. И в одно мгновение выдернул из ножен свой меч.

Даже в эту невероятно тяжелую для меня минуту я собрала все свое мужество и нашла в себе силы, чтобы схватить капитана за запястье.

– Нет! – зарычала я.

В то же мгновение Дэрон с силой ударил меня в грудь. Я отлетела к стене и сползла по ней на ледяной пол.

Металл сверкнул в полумраке: отец вытащил меч из ножен, готовясь сразиться со своим гвардейцем. Да, король в совершенстве владел мечом, и все же его шансы победить Дэрона – безжалостного монстра – были весьма туманными.

Я повернулась к Розлин.

– Помешай этому, – взмолилась я, но, очевидно, ее совершенно не трогало происходящее. – Сделай что-нибудь! – процедила я сквозь стиснутые зубы. Но это было бесполезно.

Мечи ударились друг о друга с таким оглушительным звоном, что задрожали стены замка. Первый удар нанес Дэрон – такой мощный, что едва не стоил королю руки. Но отец быстро отреагировал и успел уклониться. Словно бешеный пес, Дэрон бросился на короля. Он занес свой ужасающий кулак и с размаха ударил отца по лицу.

Король вытер кровь с разбитой губы тыльной стороной ладони. Он потряс головой – вероятно, от удара у него помутилось в глазах – и снова принял боевую стойку, крепко сжимая рукоятку меча обеими руками. Король Эдвард был сильным и ловким мужчиной сорока семи лет. Быстрота реакции сыграла ему на руку – одним стремительным движением он сумел обезоружить Дэрона Блэкстоуна.

Тихий вздох сорвался с губ королевы. Похоже, она потеряла самообладание.

Меч короля жаждал расправы, его лезвие было нацелено в шею Дэрона. Положив одну руку на навершие, а второй – обхватив рукоятку, отец приготовился нанести последний удар.

– Не убивай его! – взмолилась королева Розлин срывающимся голосом. – Он мне нужен.

Отец в замешательстве оглянулся. Когда он встретился взглядом со своей новой супругой, его глаза наполнились болью.

– Ты сделала это, – прошептал король, и его рука, сжимавшая меч, ослабела.

– Эдвард… – с трудом выговорила Розлин и вскинула руку, но было поздно.

Из полумрака возник Дэрон и обхватил отца за грудь. Король побледнел. Он отпрянул и выронил меч. Дэрон резко дернул его к себе, в его руке блеснул смертоносный кинжал. Губы капитана изогнулись в кривой усмешке. Острое лезвие прижалось к шее короля под подбородком.

Безрассудно, повинуясь порыву, я бросилась к мечу отца. Схватилась за рукоятку, и мои руки испачкала его кровь. Замахнувшись, я обрушила меч на врага, но капитан отразил удар своей закованной в доспехи рукой и толкнул отца вперед, словно щит.

Я поудобнее сжала рукоятку меча. Мир вокруг меня замер. Что еще я могла сделать?

– Малис, – сказал отец спокойным голосом, не сводя с меня своих светло-голубых глаз. – Покончи с этим.

Мое лицо исказилось от ужаса.

– Нет, – пробормотала я, изо рта у меня вылетело белое облачко пара.

Лицо отца стало жестким, во взгляде читалась непоколебимая уверенность.

– Немедленно! – приказал он, осознавая, что произойдет, если я не предприму никаких действий.

Дэрон усмехнулся у него за спиной, и холодная сталь лизнула шею короля. И от ее прикосновения кровь расцвела, словно багряный цветок.

Крик пронзил мое сердце.

Слезы застилали мне глаза, но я размахнулась и ударила Блэкстоуна мечом. Сталь пронзила кожу, мускулы, кости. И чем дальше продвигался мой меч, тем сильнее становилась охватившая меня ярость. Наконец я вогнала меч в грудь Блэкстоуна по самую рукоятку.

Что-то черное забулькало во рту Дэрона. Его глаза горели дикой яростью.

Отец тихо угасал в его руках. Когда он покачнулся, нога Дэрона оказалась у самого края. И снова я почувствовала, как оказалась во власти какой-то силы. Руки, державшие меч, разжались. В ужасе я увидела, как он выскальзывает у меня из рук. Дэрон пошатнулся, тщетно пытаясь сохранить равновесие. Но вес его доспехов и тела моего отца сделали свое дело.

Капитан завалился навзничь и полетел с башни вниз, в ночную тьму. Падая, Блэкстоун увлек за собой и моего отца навстречу той жуткой участи, на которую я его обрекла.

Мой дикий вопль отчаяния эхом разнесся по залу. Силы оставили меня, и я упала на колени.

– Глупая девчонка! – воскликнула королева, но голос ее был печален.

Подняв голову, я увидела, что она сгорбилась и закрыла лицо ладонями.

Это не могло быть правдой! Казалось, что мне снится какой-то жуткий кошмар.

Когда королева распрямила плечи, ее щеки разрумянились. Голубые глаза сверкали от слез, но лицо исказила холодная ненависть.

– Ты испортила все мои планы, Малис, – прорычала она.

Я была настолько ошеломлена, что смогла лишь покачать головой.

– О чем ты говоришь? – пробормотала я, не понимая смысла ее слов. Но затем вспомнила, как она умоляла сохранить Дэрону жизнь, и ко мне пришло осознание. Неужели она не любила моего отца?

В толпе у стен замка послышались вопли ужаса. Ветер подхватил и разнес их по двору. Я не могла уже различить, что именно они кричали.

–Так не должно было случиться. – Королева Розлин сжала зубы. И в это мгновение нотки боли, звучавшие прежде в ее голосе, полностью исчезли. – Ты заплатишь за то, что натворила! – В ее глазах вспыхнуло то пламя тьмы, которое она носила в своей душе.

Стены зала задрожали, словно началось землетрясение. Вокруг нас закружил снежный вихрь и послышался грохот падающих камней. В то же мгновение десятки факелов вдоль стен запылали горячим белым пламенем. И тогда я увидела. С Белым троном стало происходить нечто ужасное и невероятное. Откуда ни возьмись появились ручейки крови, они стекали по трону, окутывая алыми лентами белоснежный мрамор.

Никогда прежде мне не доводилось сталкиваться с такой магией. Самой мрачной и зловещей.

Когда пол перестал дрожать, я встала. Прищурившись, я пристально посмотрела на Злую Королеву, не в силах смириться с тем, что только что произошло.

– Почему ты все это делаешь? – прошептала я едва слышно.

Королева подняла голову.

– Убийца! – заявила она, осуждающе указав на меня пальцем.

– Нет… – произнесла я и отступила.

– Стража! – взревела она в припадке лютой ярости.

– Нет, – повторила я, сделав еще один шаг назад и качая головой.

– Схватить Малис Сноу! – приказала королева. На этот раз ее голос звучал неестественно громко. Он отразился от сводов зала и вылетел наружу, докатившись до встревоженной толпы, которая собралась у ворот.

Королева глубоко вздохнула. Она встретилась с моим пристальным взглядом, затем повернулась к разрушенной стене.

– Малис Сноу убила короля! – завопила она, и ее крик эхом отозвался во тьме. После она вновь обратилась ко мне: – Я подарила бы тебе легкую смерть, – добавила она сдержанно, но затем спокойное лицо Злой Королевы вновь исказила ненависть.

Еще один шаг назад.

– Теперь тебе придется бежать. – Она сделала паузу. – Хочу, чтобы ты умоляла меня, прежде чем я заберу твою жизнь.

При этих ее словах мое сердце затрепетало. В затуманенном разуме пронеслась мысль: почему бы не покончить со всем, не прыгнуть в небытие, вслед за отцом? Но сразу же в голове заговорил другой голос. «В этом нет ничего хорошего, – сказал он мне. – Верни себе доброе имя и отомсти за него. Уничтожь Злую Королеву».

Гнев рвался у меня из груди. Я сжала кулаки.

– Если только я не заберу твою жизнь первой, – пробормотала я, развернулась и побежала.


## Глава пятая


Я выбежала во внутренний двор замка. Белые хлопья падали на заснеженную землю. Мне никогда не нравилась та уединенная жизнь, которую я была вынуждена вести как единственная дочь короля. Но сегодня ночью мне это было на руку. Ведь во всем замке Уайтхейвен не было ни одного потайного хода, о котором бы я не знала. Я изучила крепость лучше, чем любой из стражников.

Я бежала сквозь тьму, сердце громко стучало в груди, а в ушах шумело. Сквозь грязь и слякоть я добралась до конюшни. К счастью, сэр Треван однажды рассказал мне, где она находится.

Осторожно заглянув внутрь, я убедилась, что там не было ни души. Наверняка все мужчины и женщины, находившиеся в замке, помчались к воротам, привлеченные той ужасной сценой, которая разыгралась около одной из стен.

По спине пробежал холодок. Я зажмурилась и прогнала прочь жуткие образы, которые рисовало мое воображение. В свое время я еще успею оплакать отца, но не сейчас. Я поспешила в глубь конюшни к деннику, по которому ходила великолепная вороная фризская кобыла.

– Тише, Тера… – сказала я тихо и погладила ее по шее. – Это я, девочка.

Кобыла по-прежнему вела себя спокойно, пока я, задыхаясь после быстрого бега, отодвигала сено от одной из стен, складывая его в два стога. Затем присела позади этих стогов и быстро расчистила пол, в котором находился железный люк.

Я потянула за ручку, и потайная дверь открылась.

Вдали затрубил рог. Я слишком хорошо знала этот мрачный скорбный звук. Им созывали королевскую стражу, чтобы сообщить о начале войны или о какой-нибудь ужасной катастрофе. Неужели Злая Королева отправит в погоню за мной целый отряд? Ведь теперь в ее распоряжении оказалось целое королевство.

Без промедления я прыгнула в темный колодец. Мои ноги с силой ударились о пол, и в воздух поднялось облако пыли. От пыли засвербило в носу и защипало в глазах. Я несколько раз кашлянула и пошарила рукой по стене. Наконец раздался скрежет: мне удалось найти масляную лампу, висевшую на каменной стене – ее оставили здесь на всякий случай. Схватив лампу, я зажгла ее и приготовилась идти дальше.

Постепенно пламя выровнялось. Я подняла лампу и осветила длинный туннель, который должен был стать для меня путем к спасению. Я понятия не имела, куда он вел, но теперь это было уже неважно. И пока я бежала по нему со всех ног, меня неотступно преследовали слова Розлин. Она хотела увидеть меня мертвой. Она сказала, что ей было нужно мое сердце. Для чего? Кем была эта женщина? Она представлялась как дворянка из далекого королевства, но сегодня ночью выяснилось, что она была кем-то еще. Колдуньей. Злой колдуньей.

Я продолжала бежать, невзирая на то, что мои ноги начали подгибаться. И в тот момент, когда решимость едва не оставила меня, я увидела впереди выход. Передо мной была самая обычная ржавая дверь, но для меня она стала символом надежды.

Я судорожно вздохнула и схватилась за обледенелую ручку. С силой надавила на нее, но тщетно.