Любовь Фомина
Босс (не) моих фантазий

Пролог

– Теперь ты на год старше, поздравляем!

На торте затухают свечи, как и мои, никогда не сбывающиеся, желания. Поздравлять с тем, что мне уже на год больше, чем было вчера – такое себе удовольствие. Особенно учитывая то, что чем дальше мы уносимся от детства, тем больше обрастаем проблемами, обязанностями, ответственностью. Бросаемся в эту пучину взрослой жизни с головой, забытая о главном. А оно здесь, рядом. Но мы перестаём замечать, уделяя внимание лишь бесконечной рутине.

И вот сейчас я попробую торт, что так долго выбирался, но было принято решение брать его только потому, что нет чего-то лучше, и пойду заниматься бессмысленными делами. Учеба, работа, быт; быт, учеба, работа – и всё по кругу. На радостные моменты жизни не остаётся ни времени, ни сил, ни нервов. Всё истощается, становится блеклым и ненужным. События, даже радостные, приносят уже скуку, оставляя послевкусие усталости. Несмотря но то, что молодость обычно ассоциируют с нескончаемым потом энергии, зарядом сил и ураганом положительных эмоций, сейчас это лишь клише, облачённое в необходимость траты времени не на себя, а на работу и заработок, без чего современный молодой человек просто не может выжить. Сидеть на шее родителей – скажет кто-то? А что делать в таком случае с желанием самостоятельности и независимости?

И вот я, мечтая о такой жизни, собираюсь с мыслями, ведь завтра мое первое собеседование, а вместе с ним и работа, о которой я мечтала чуть ли не с детства.

Глава 1

Раньше я проходила лишь практику от университета, но сейчас меня ждет настоящая работа. И я не про абы какую работу, которая нужна лишь для зарабатывания денег. Вовсе нет. Я надеюсь попасть именно на эту работу, о которой грезила, наверно, лет с пяти. А с годами моя уверенность в желании быть юристом лишь укрепилась. Я без проблем сдала в школе основные дисциплины и поступила в университет даже на бюджетное место, хоть и проходной балл был достаточно высокий. Учеба давалась мне тяжело – я никогда не любила историю, а как ее было, хоть отбавляй. Но я выучила все материалы, перечитала учебники от корки до корки, даже стала вникать в новости, сопоставляя нынешнее с прошлым – ведь всегда нас учили, что в истории все повторимо.

Но я слишком погрузилась в свои мысли о завтрашнем дне, вытесняющие мысли, казалось бы, более радостные о дне сегодняшнем.

Родные поздравили меня с днем рождения, засыпав пожеланиями здоровья, счастья и не забыв о пожелании найти себе хорошего мужика. А чего искать то? У меня уже все есть. Кстати, надо будет встретиться с ним. Мы договаривались посидеть ночью с бутылкой вина на диванчике у телевизора, обсуждая планы на будущее. А говорить действительно есть о чем. Мы вместе уже два года, и все подружки пророчат (не знаю, с чего они так решили), что он сделает мне предложение сегодняшней ночью. Романтика и все такое. Но какое предложение руки и сердца от парня, с которым у меня интима то даже не было. Ни с кем не было, но и он не исключение, хоть и встречаемся все-таки достаточно долго. А почему так? Да все просто. Вот потому! Не было и всё тут! Не то чтобы я не хочу … вовсе нет. Я хочу, ноо … каждый раз меня что-то останавливает. Не понимаю, что должно меня вообще смущать в данной ситуации, но как будто бы подвох какой-то чувствуется, как будто он прячется так хорошенько, а я не могу найти. Вот и мнусь как дура оттягивая неизбежное и непонятно почему кажущееся таким страшным.

Смотрю на часы …

– Машка!

Я совершенно забыла о нашей встрече! Машка – моя лучшая подруга, дружим чуть ли не с самого рождения. Соседние подъезды, один садик, потом школа и, наконец, наши пути разошлись. Я поступила на юридический, а она решила выучиться на журналиста. Но на этом наше общение не закончилось. Потом, правда, ей пришлось переехать на другой конец города. Но наше общение осталось периодически регулярным.

Мы договорились о встрече в кафешке, где самая лучшая (вкусная по нашим с Машкой меркам) кухня, но куда мне добираться минимум час, а ей просто дойти до соседнего дома.

Я смотрю на время и понимаю, что до встречи минут сорок, а я даже не вышла из дома. Надо еще подкраситься, ведь после встречи с Машкой я поеду к Вадику. Так и все полтора часа получатся! Не успеваю!

Пишу Машке:

– Может в другой раз? Оказывается день рождения – самый занятой день. – В конце обязательно ставлю смеющийся смайлик.

Ответ приходит моментально:

– Во ты даешь! Отдыхать и радоваться надо в свой день – он всего лишь раз в году. Ээх ты! Завтра?

– Договорились. Но только после собеседования!

– Оки. Наберешь – я сразу выйду.

Хороший Машка человек все-таки. Это я постоянно какое-то отстающее звено нашей дружбы.

Собираюсь, успевая глотнуть еще чая за освободившееся время, и выхожу. Поеду сразу к Вадику. Думаю, ничего плохого не случится, если я приеду раньше на полчасика. Сажусь в полупустой автобус и … трачу всё время на стояние в пробках. Но кто ж ожидал, что всем именно сейчас припрет куда-то ехать! По итогу, я приезжаю даже не в намеченное время, а опаздываю на десять минут. Вроде и не критично, но неприятно. Казалось бы, всего каких-то десять минут, а ощущение, что я всех подвела.

Дергаю ручку двери – не поддается. Странно. Обычно Вадик отпирал дверь к моему приходу. Наверно, меня просто не было ровно в семь у него, а дозвониться он не смог – может телефон сел, – вот он и запер дверь обратно. Звоню в звонок. В ту де минуту раздается звон ключей и дверь резко распахивается передо мной. Наверно, он слишком рад, что наконец меня дождался.

Из открытой двери появляется радостная мордашка моего любимого с улыбкой во всё лицо, которая моментально сползает вниз.

– А это ты. Чего пришла? – Заваливается Вадик на косяк двери.

– Мы же договаривались сегодня встретиться. Забыл? – Я стараюсь не показать своего разочарования, но вдруг человек и правда забыл? Было много дел, замотался … И вообще, может быть это он специально так? Просто сюрприз какой подготовил.

– А … Ну да. – На секунду он замирает, делая ну слишком задумчивое лицо (вот актерище то! А как натурально играет!) – Ну проходи, раз уж приехала. Мы тут с парнями играем, но ты проходи. Посидишь, посмотришь. Только не отвлекай, я почти выиграл в «Мортал комбат» у Владика. А если проиграю, то он мне десять щелбанов отвесит. – Вадик округляет глаза и прыгает на диван, где сидит тот самый Владик и еще пара парней, с которыми я не знакома.

Дабы соблюдать все нормы приличия, но не мешать Вадику своим маячащим перед экраном телевизора телом, я громко здороваюсь:

– Привет! Я – Лера …

– Тс-с-с, – тсыкает мне Вадик, и я моментально замолкаю.

Один из парней безмолвно махает мне, другой даже не обращает внимания.

Ладно, не мешать, так не мешать. Подожду, пока Вадик свои дела доделает, и гости разойдутся. Ну не рассчитал человек время на нервах или замотался в делах – бывает.

Проходит час, за ним второй. Мальчики так и играют в свои игры, а я молча сижу и жду, когда это закончится. В итоге стрелки на часах показывают десять ноль ноль, и я уже не выдерживаю.

– Вадь, можно тебя на минутку?

– Лер, ну чего? Я почти победил!

– Ну подойди, – я поднимаюсь со стула (на диване мне места не хватило, и Вадик заботливо принес мне с кухни табуретку, чтобы я не стояла) и иду в коридор.

– Ща, пацаны, – бросает Вадик и подходит ко мне. – Ну чего?

– А этоо … долго еще?

– Что именно?

– Ну вот эти посиделки с друзьями надолго? Вы скоро заканчиваете?

– Лер, ты че? – Делает он такие глаза, как будто это я с подругами сижу и обсуждаю что-то на женском. – Планировали до утра, а там отсыпаться.

– Может мне тогда уйти? – Не понимаю я ни позиции, ни реакции Вадика и сразу перехожу к самому радикальному, после чего он поймет всю серьезность, вспомнит о наших планах и со всеми попрощается до следующего раза.

– Можешь уйти.

– Серьезно?

– Ну а че?! – Разводит он руками. – Я вообще не понимаю, зачем ты пришла.

– В смысле зачем? Мы же договаривались! Ты сам звал в гости! К тому же у меня день рождения сегодня, а ты хотел меня поздравить! А еще вино! Вечер в обнимку! И …

– Сам… Подожди, Лер. – Перебивает он меня, даже не выслушав до конца, и заглядывает в комнату, чтобы проверить, не продолжают ли играть друзья без него. – Ну забыл. С днем рождения. – Слишком «празднично» монотонно поздравляет он меня.

– Спасибо. – Ровно и также сухо отвечаю я ему. – Это всё?

– Всё. Блин ты домой собиралась. – Начинает он водить головой и руками делать выпроваживающие махания. – Иди уже давай, че время тянешь. – Нервно оглядывается Вадим, избегая моих взглядов в его сторону.

А вот это звучит уже обидно! Забыл про наши планы! Про мой день рождения! Да, кажется, про всё на свете кроме игрулек со своими друзьями!

– Не задерживаю.

Я надеваю кроссовки и накидываю джинсовую куртку – благо сейчас лето и на сборы много времени тратить не нужно. Но на секунду я все-таки замялась – поцеловать Вадика на прощание или не стоит … Так и не приняв решения, ноги сами разворачиваются в полной готовности незамедлительно покинуть эту квартиру, но Вадик останавливает меня, аккуратно прихватывая под локоть. В мыслях проносится: «ага, поцелуя все-таки хочешь! Тогда тем более не буду целовать!». На Вадика я так и не поворачиваюсь, втыкаясь взглядом в дверь. Жду того самого «целовательного» шага от него.

– Лер, может нам расстаться?

В голове смерчем проносится уйма мыслей, глаза моментально начинает щипать, как будто кто-то обильно смазал мне их луком, но отвечаю я всего лишь:

– Может.

И в тот же миг покидаю квартиру.

Глава 2

Спускаюсь и выхожу из прокуренного подъезда, глубоко вбирая теплый, но свежий воздух раннего июля. В груди бешено бьется сердце. Оно не болит, но выскочить из груди так и рвется. Мысли хаотично кружатся в голове. Но думать не хочется ни о чем. Я слишком разбита. Слишком устала быть сильной. И возникает лишь одно желание – обмотаться пледом, плюхнуться на кровать и плакать, лелея не сбывшиеся мечты. Но нельзя. Мне родители всегда говорили, что плакать нельзя, что слезы – это всего лишь слабость, и этой слабости поддаваться нельзя. А нужно просто переключиться на какое-то занятие, и якобы сразу отпустит. И впервые в жизни следовать этому совету совсем не хочется. Руки как будто опустились, а в голове пустота. И бьющиеся хаотичными конвульсиями мысли совсем не находят порядка.

– Такси, боже мой. Я даже забыла, что мне нужен транспорт, чтобы добраться до дома. Автобусы уже не ходят, а в кармане последние пятьсот рублей. Я же не планировала … вот так.

Трясущимися руками достаю из кармана телефон и тыкаю на иконку «Яндекс. Такси». Надеюсь только на одно, что машина сейчас быстро найдется, и я окажусь дома.

Нужно обязательно взять себя в руки! Раскисать нельзя! Всего через каких-то десять часов мне собираться на собеседование. И какой-то Ва… придурок не должен разрушить все мои мечты. Собраться … У меня просто нет другого выхода.

Захожу в комнату, когда время на телефоне показывает пол первого ночи. Спать осталось не так уж и много. А ведь с утра нужно быть свежей и хотя бы немного выспавшейся. И красноту проплаканных глаз желательно тоже убрать. Делаю все необходимые процедуры перед сном и падаю на кровать. Обдумать произошедшее за вечер не выходит, меня сразу же вырубает.

Просыпаюсь я по самому крайнему будильнику, когда остаётся времени лишь немного провести себя в порядок, подкрасить глаза и голодной бежать на автобус. Поем потом, главное не опоздать на собеседование. Если и тут окажется облом, то, чувствую, страдать и впадать в депрессию мне еще долго.

И вот оно – величественное здание в сорок пять этажей, где на двадцатом ждет меня моя мечта. Раньше я могла лишь смотреть на этот высоченный дом с бесконечными окнами, не имея возможности оказаться внутри, ведь вход только по пропускам. А сейчас от осознания этого сердце начинает колотиться бешено. И сладостный момент омрачает только лишь внезапный разрыв с Вадиком, с которым я думала у нас всё серьезно. Первые серьезное отношения, которые станут и последними. Делаю последний вдох свободной жизни и шагаю к раздвигающимся передо мной дверям.

– Здравствуйте, – подхожу я к ресепшену у самого входа, заметно волнуясь.

– Добрый день, – улыбается мне девушка в розоватой блузе. – Впервые здесь?

– Да. – Отвечаю я несмело, протягивая паспорт.

– Так … – девушка набирает что-то в компьютере, стуча по клавиатуре длинными ногтями. – Ага … Валерия Лисина, на вас заказан временный пропуск. Сейчас пойдете прямо, лифт будет справа от лестницы. Вам на двадцатый этаж. Как подниметесь – вас встретят. Не заблудитесь.

– Спасибо, – выдавливаю я из себя улыбку, беру паспорт с пропуском и иду по услышанному маршруту.

Пока лифт поднимается вверх, пытаясь успокоить приятной мелодией, дрожь в коленях становится все сильнее. Так и хочется развернуться и убежать, чтобы никто не видел, не слышал, не знал … Кто вообще мог подумать, что будет столько волнения? Вот и я сама от себя не ожидала этого.

Оглядываю себя в надежде, что это придаст мне хотя бы немного уверенности в себе. Туфли на высокой шпильке, черные в цвет приталенный брюк и белая блузка с рукавом три четверти с как будто бы золочеными пуговицами по краям и центру. С волосами я так и не решила, что делать, а потому сделала тугой высокий хвост, высвободив несколько прядей у лица. Образ получился вполне серьезный и рабочий. Мне кажется, что даже слишком. Как будто всё было настолько вызывающим, что кричало «да возьмите уже меня на эту чёртову прекрасную работу!».

Тем временем моё «время подготовки» закончилось и двери лифта распахнулись на нужном мне этаже, где расположился очередной ресепшен. Девушка, сидячая за ним, поднапряглась, увидев меня и даже закатила глаза.

– Вам назначено? – Спросила она таким тоном, после которого ощущаешь себя еще большой дурой, надеясь, что тетя возьмут на эту работу. При этом дама на меня больше не смотрела, все отводя взгляд то в сторону, то на компьютер, будто меня то ли здесь нет, то ли это она мне одолжение делает, разговаривая и, что самое логичное, выполняя свою же работу.

– Да. То есть … наверно. Должно быть. – Я честно старалась не запинаться, обещала себе, что такого не будет, но увы … не переборола я себя. Зато дама на ресепшене становилась все довольнее и, судя по всему, увереннее в том, что я ошиблась зданием. Так бы и стерла самодовольство с ее переколотого ботоксом личика! – Я на собеседование.

– Собеседование? – Глаза ее сильно округлились, как будто в слоу мо. Сначала одна бровь, за ней другая, наконец глубокое закрытие глаз и их резкое раскрытие от неожиданности услышанного. – А вы кто?

– Валерия Лисина. Мне было назначено прийти на собеседование к десяти утра. Ну и … я пришла.

– Сейчас вообще-то без десяти десять.

– Значит я не опоздала.

– Опоздала. Вовремя приходить надо.

– Не поняла вас …

– За по-о-ол часа, чтобы человек, занимающий высокое положение в фирме, точно и заранее знал, что у него сегодня по планам.

– Мне такого не сообщили. Извините, – развожу руки в стороны, уверенная в том, что во сколько бы я ни пришла, в любом случае оказалась бы не права.

– Странно … Теперь то сообщили. Вам на когда назначить?

– На «через десять минут».

– Нет, – цокает дама и подергивает пальчиком, – на это время вы уже опоздали. На когда перенести собеседование? Ближайшая дата в конце октября.

Уже настало мое время удивляться и округлять глаза. Какой перенос? Какой октябрь? Я здесь, я пришла. Причем пришла вовремя и ко времени. Почему я должна уходить?

И интуиция мне подсказывает, что это чистой воды развод, что всё в норме и собеседование будет, главное сейчас «переиграть» эту расфуфыру.

– Мне не надо никуда переносить. Я пришла на собеседование и никуда не уйду. – Бросаю взгляд на часы, висящие над стойкой ресепшена. Показывают без трех минут десять. И я решаю пойти ва-банк. – Ой! Кажется мое собеседование вот-вот начнется! – Прохожу мимо ошалевшей дамочки. – Так в какую мне дверь, говорите?

– Ни в какую! Павел Сергеевич сейчас очень занят! – Выскакивает она из-за своего рабочего места. – Вернитесь!

А я прохожу все дальше от нее по коридору к уже замеченной ранее двери с надписью «Директор». Надеюсь, что мне сюда. Что она там сказала? Павел Сергеевич? Хорошо, запомним!

На раздумья времени нет, так как эта с ума сошедшая офисная работница на цокающих каблучищах с криками «туда нельзя, только не туда!» почти догнала меня. Как можно аккуратнее стучусь в дверь и, не дожидаясь ответа, вероломно и стремительно врываюсь в кабинет директора, с которым по идее у меня и должно начаться собеседование.

– Здравствуйте! Валерия Лисина! На собеседование!

Мужчина, сидящий в кресле, поднимает на меня глаза и, ничуть не теряясь, спокойно отвечает:

– Ну здравствуйте, Валерия. Павел Сергеевич – начальник. А собеседование проводит совсем другой человек.

И каааак же мне в этот момент становится стыдно. Я вся такая уверенная заваливаюсь в кабинет к самому главному здесь человеку, а по факту оказывается, что просто позорю сама себя. Ну точно мне не получить этой работы!

Дверь за мной резко открывается, и на пороге появляется та, которая так упрямо пыталась меня остановить. Не зря.

– Ой, Павел Сергеевич, извините, – чуть ли не пропевает она, внезапно ставшим медовым и чересчур мягким, голоском. – Я пыталась её остановить, но …

– Всё хорошо, – перебивает начальник, – можешь идти.

Секретарша надувает щечки, но в миг пропадает из кабинета.

– Интересно. – Говорит Павел Сергеевич, рассматривая меня.

– Что именно? – Теряюсь я, но пытаюсь не подать виду.

Директор как будто задумывается, ничего мне не отвечает. А я стою, будто ожидаю приговора. Он хмыкает и начинает крутить ручку в руках, запрокидывая одну ногу на другую.

– Ну присаживайтесь. Начнем собеседование.

– Так вы же сами сказали …

– Проведу сам. Вспомню то, с чего когда-то начинал. Да и отвлечься от компьютера тоже не помешает.

Я сажусь на стул, стоящий прямо перед столом директора. Стараюсь смотреть по сторонам, на стены, на подергивающуюся ручку – все равно куда, лишь бы не на возможного начальника. А так и хочется его разглядывать и изучать.

Глава 3

Темные волосы, голубые глаза, жесткие скулы … Не мужчина, а мечта, одним словом. Строгий черный костюм придает ему важности, показывая его место в фирме. И даже расстегнутая верхняя пуговица белоснежной рубашки не разбавляет всю серьезность директорского вида.

– Рассказывайте, – нарушает он тишину, начинающую давить на меня.

– Ну я … мне …

– Не волнуйтесь, – усмехается мужчина, – просто расскажите о себе. Сколько лет, чего ожидаете от нашей компании, на какую должность претендуете.

– Я … Меня зовут Валерия Лисина.

Все, что мне удается, это выдавить из себя свое имя с фамилией. После этого я резко замолкаю и упираюсь глазами вперед. И так уж выходит по совершенно случайному стечению обстоятельств, что мои глаза упираются прямо в глаза возможного начальника. Понимаю это только спустя пару секунд, но уже оказываюсь замеченной в своем преступлении. Забываю, что значит моргать. О том, что еще нужно иногда дышать, я не вспоминаю и с самого того момента, как переступила порог кабинета.

«Ой» – говорю я сама про себя, не понимая, что вообще нужно делать, и как вести себя в подобной ситуации. Резко глаза опускаю вниз, пытаясь найти ту самую крупинку, на которую получится отвлечься и рассматривать, чтобы волнение еще больше не разыгралось. В голове все меркнет, воцаряется пустота.

Слова. А что это такое?

Нет, такую, как я, уже точно никуда не примут. Зачем такая неуверенная в себе девушка в качестве юриста в одной из ведущих компаний не только города, но и на международном поле.

– Это я уже слышал и даже успел запомнить. – Улыбается начальник, имя которого я благополучно успела забыть. – Сколько вам лет, Валерия?

Мужчина встает и медленно обходит свой стол, чтобы оказаться ко мне поближе.

«Зачем? Что он делает?» – Мысли проносятся у меня в голове. От таких действий я начинаю переживать еще больше. Я ведь та самая отвлекающая пылинка так и не была найдена. – «Может быть лучше уйти? Сейчас. Пока я совсем дров не наломала. А вернусь когда-нибудь … ну потом. Лет через десять, когда перестану общаться с состоявшимися дядечками, управляющими успешными компаниями».

Мужчина подходит ко мне, а потом … еще дальше. Оборачиваюсь на него, не понимая в чем дело. А он всего лишь подходит к кулеру с водой, берет одноразовый стаканчик, который сразу видно, что не из дешевых – даже не понимаю, зачем я сейчас обращаю на это внимание – и возвращается ко мне. Ставит стакан на стол передо мной и усаживается на свое место.

– Попейте. Успокойтесь, Валерия. К чему так переживать? Все хорошо.

Не задумываясь, следую указанию мужчины и делаю глоток. За ним еще один. И еще. Но вода, как будто становится слишком жесткой и плотной, и встает в горле. Приходится предпринять усилия, чтобы проглотить ее и сделать еще вид, что все хорошо. А после еще и выдавливать из себя какие-то слова, застрявшие комом там же.

– Мне двадцать четыре. Я закончила университет. Училась на юридическом. Хочу работать у вас. Юристом.

Все говорю на одном дыхании.

И слежу за лицом мужчины, которое, к моему глубокому разочарованию, не выражает ни единой эмоции. В молчании проходит минута. Две.

– Это все? – Наконец прерывает тишину директор, бросая на меня странные вопросительные взгляды и немного приподнимая бровь.

– Эм… Да?…

– Понятно.

Больше он не говорит ничего, а у меня так сильно екает сердце, что полный пофигизм овладевает мною.

– Вы мне перезвоните, да? А сейчас я могу идти?

Я уже все бросаю. Готова уйти. Не получилось, не задалось. Может быть в следующий какой-нибудь раз будет всё иначе, но только не сейчас. Сейчас все провалено.

– Ну если вы так легко готовы сдаться, – разводит мужчина руками, – то, конечно, не смею задерживать.

– Я не сдаюсь.

– Почему тогда готовы покинуть помещение?

– А толку? – Я на секунду забываю все свою стеснение, а также волнение – бонусом ко всему. И уже говорю так, как будто терять действительно нечего. – Смысл я буду распинаться, если все и так уже ясно. Я вам не подхожу. Я юрист по документам, но при этом не могу даже толком рассказать об этом, запинаясь на каждом втором слове. Даже если вы меня и возьмете, то, скорее, это будет из жалости. И при этом поставите на самую низкую, бесполезную должность с минимальным окладом. А я потом даже уволиться буду стесняться. И это все при самом лучшем раскладе. При худшем вы бы меня давно выгнали из кабинета, но почему-то этого не делаете.

Я говорю от сердца, максимально свободно излагая свои мысли. Не волнуясь за то, что обо мне подумают, ведь хуже все равно быть уже не может. Запрокидываю ногу на ногу и смотрю вперед, утыкаюсь взглядом куда-то в стену за начальником. Ведь для того, чтобы при разговоре смотреть еще и на него … Ему в глаза … Не настолько я смелая.

– Валерия, – после небольшой паузы мужчина все же решается обратиться ко мне, причем в достаточно вежливой форме, еще и по имени называет. – Конечно, на место юриста я вас взять не могу. И это не потому, что вы «какая-то не такая» – как вы сами говорите. Свободных вакансий в данный момент нет. Но я могу предложить место помощника юриста. Перспективы есть, карьерный рост возможен. Оклад, который вас интересует, тоже неплохой. Еще и надбавки за каждое закрытое дело имеются, меньше, чем у юристов, но, думаю, вас устроят суммы. Работа не особо пыльная, главное уметь думать и быть внимательной. У вас живой ум, так что, думаю, вам на начальных порах подойдет.

Всё слова директора проходят как будто мимо меня. В голове вертится лишь то, что меня действительно готовы взять на работу СЮДА. Да еще и на нормальную должность, особенно после всего того, что я тут устроила. И пока директор описывает мне все прелести работы помощника юриста, обещая, что разочарований с моей стороны не будет, я ошарашено смотрю в пол, чтобы сам начальник не видел моих эмоций.

– Так что вы скажете? Согласны на это?

– Э … – теряюсь я, полностью выпав из диалога, – да, конечно.

– Отлично. Подходите завтра вместе с бумагами сразу к своему прямому начальнику. А там уже разберемся по вашему устройству. Человека я предупрежу, что вы придете. Будьте на работе к девяти.

– Да, хорошо, спасибо. До свидания.

– До свидания, – ровно отвечает мужчина.

Я встаю со стула и по запомненному маршруту выхожу из кабинета, ничего не видя перед глазами. Все затуманивается, сливается, размывается …

«Меня приняли – Всего лишь одна мысль крутится в голове. – Приняли!»

Как так произошло, до сих пор остается для меня загадкой.

Прохожу мимо дамы на каблуках, прощаясь с ней тоже. Но в ответ получаю лишь недовольное фырканье. И пока я, нажав кнопку лифта, ожидаю, когда он приедет, слышу недовольное бурчание под нос миловидной дамочки, не сомневаясь, что она обращается ко мне, выражая все свое недовольство. Вот ведь она удивится, когда и завтра меня здесь увидит.

Глава 4

Мой первый рабочий день и первое опоздание. Сквозь землю провалиться готова от стыда!

Перед сном волнение настолько одолевало меня, что уснуть получилось лишь к утру. И, проспав всего лишь около пары часов, я вскочила, хватая телефон, лежащий на прикроватной тумбе. Часы предательски показывали половину десятого. Приводить себя в порядок времени не то, что бы не осталось. Я ушла в минус. Кое-как расчесалась, убрав волосы в немного неряшливый хвост. Из косметики на скорую руку получилось лишь тушью немного подкрасить ресницы. В зеркало смотреть было страшно, поэтому я, минуя этот этап, выскочила из подъезда, наспех надевая ветровку.

А вот об одежду подумать стоило. День «на удачу» выдался по-настоящему скверным. Сильные порывы ветра растерзали на волоски мой и так не сильно аккуратный хвост, а изморозь оставила свой след на лице в виде подтеков туши. Ну и денек. Мало того, что опоздала, так еще и в каком виде явлюсь! Только бы не встретить начальника.

Внутри здания, к моему удивлению, было слишком мало людей. Как будто плохая погода стала причиной к тому, чтобы отложить дела на потом. Некоторые коридоры и вовсе оказались пустыми. Мне же это было только на руку.

Лифт приехал сразу и без лишних остановок привез меня к нужному этажу. Сейчас главное поскорее добраться до нужного кабинета, показаться, а потом в туалет – приводить себя в порядок.

На ресепшене встретила меня та самая дама, для которой мое появление, скорее всего, стало хорошим событием за сегодня. Сначала ее сильно насмешил мой вид – этого она даже не скрывала. Стояла и смотрела на меня, не прикрывая смеха рукой. А потом, как ни в чем не бывало, по своей неприятельственной ко всем манере спросила:

– А теперь вы к кому? На сегодня собеседований никаких нет.

– А мне и не надо, – как можно более гордо ответила я.

– Значит, прошу вас удалиться.

– Я здесь работаю.

И вторая волна смеха посыпалась на меня.

– Ты? – Вновь дамочка перешла на неуважительное «ты» с соответствующей интонацией. – Работаешь?

– Я серьезно. К кому мне надо подойти?

– Ни к кому, – смех не прерывался даже в момент ответа, поэтому и эти слова было трудно разобрать.

– Меня прикрепили к кому-то. Только я еще не знаю, к кому.

– Потому что ни к кому.

Я отвернулась от девушки и начала рассматривать абстрактные картины на стенах. Все лучше, чем смотреть на ее самодовольное лицо.

– Ну зачем же вы так … Я же …

– Знаешь, что, – обернулась я на даму в надежде услышать что-нибудь хорошее, но она лишь прошлась дамочка по мне оценивающим взглядом снизу вверх, и я отвернулась обратно, – приходи завтра. Вдруг повезет.

– А что изменится? – Задала я вопрос как будто в пустоту.

– Тебя опять никуда не примут. Но хотя бы прогуляешься. Несколько килограмм тебе скинуть не помешает.

И вновь смех. Вновь шутки над моим внешним видом. Как низко еще можно упасть? Даже интересно.

– Хм … Екатерина, вы не слишком многое себе позволяете? – Вступает в наш диалог мужчина, явно успевший услышать несколько реплик секретарши.

– Ой! Павел Сергеевич!

– Да, это я. А вы, видимо, уже успели познакомиться с нашим новым помощником юриста.

Мне приходится обернуться.

– С ней? – Показывает на меня пальцем Екатерина и кривит лицо, чуть ли не фыркая.

– Хороший специалист, если вы об этом. – Голос начальника звучит слишком ровно и спокойно. От этого я на секунду даже забываю о своем не лучшем внешнем виде.

– Ну конечно же! – Расплывается секретарша в улыбке.

– Валерия, – обращается он уже ко мне, и я теряюсь.

– Да.

– Пойдемте со мной. Я покажу вам ваше рабочее место.

– Павел Сергеевич, вы же такой занятой! – Вклинивается в диалог секретарша. – Давайте я сама все покажу.

– Уверен, у вас дел куда больше, – тактично он ставит на место дамочку и показывает мне жестом, чтобы я следовала за ним. И я следую.

Мы проходим по коридору мимо закрытых кабинетов.

– А вы не торопились, – еле слышно произносит Павел Сергеевич.

– Извините. Мне … мне правда очень стыдно.

– Верю. Но в следующий раз постарайтесь все же не опаздывать. У нас солидная фирма.

– Да, да, я все понимаю.

– Я рад, что вы схватываете все на лету. И с Екатериной вы все-таки разговаривайте по жестче. Она иногда может … перегибать палку.

– Ну … я … не …

– Вы по-другому воспитаны?

– Да-а-а. Я именно это и имею в виду.

– Ну что ж … В таком случае запаситесь терпением. А сейчас, – мужчина останавливается и показывает жестом на дверь, – пожалуйста, приведите себя в порядок. Я вас подожду, а после представлю вашему непосредственному начальнику.

– Хорошо.

Не споря и не возражая, делаю, как было сказано. Увидев себя в зеркало, лишь поражаюсь, как этот Павел Сергеевич не показал мне пальцем на дверь. Вся тушь поплыла, волосы взъерошены и мокрыми сосульками свисают вниз с того, что осталось от пучка. Пытаюсь спасти хоть что-то в своем внешнем виде. И почему я только не подумала взять расческу и косметику с собой? …

Выхожу из туалета и встаю рядом с Павлом Сергеевичем, который с кем-то беседует. Мужчина средних лет, типичная внешность, короткие темные волосы и парочка еле заметных морщин, никак не портящих его приятную внешность.

– О, а вот и она, – замечает меня начальник. И одними только глазами дает понять, что свой внешний вид я исправила на более подходящий. – Давай представлю. Это Валерия, теперь она будет работать у тебя в подчинении. Валерия, твой начальник Константин Андреевич. Кость, – отворачивается мужчина от меня обратно к своему собеседнику, – девочка не опытная, но сообразительная. Так что ты пока сильно работой не нагружай, пускай немного привыкнет.

– Эх, а я уж думал все спихну на кого-то, а сам в отдых, – смеется мой новый начальник.

– Ты, конечно, попробовать можешь. Но потом тебе же все и разгребать. – Подхватывает веселье Павел Сергеевич.

– Не волнуйтесь, не обижу.

– Ловлю на слове.

Павел Сергеевич разворачивается и уходит. А я остаюсь в подчинении Константина Андреевича.

– Ну пойдем, кабинет покажу.

– Пойдемте.

– Да ты не робей. Я точно не кусаюсь.

– Хорошо.

Насколько же мне неловко! Вот даже что-то говорить. Каждый раз боюсь, что открою рот, ляпну что-то не то, ну в своем духе, и вылечу отсюда.

– Работала раньше где?

– Неа.

– Надеюсь, быстро привыкнешь. Коллектив у нас неплохой. Найдешь себе коллегу по интересам, и сразу станет уютнее.

– Надеюсь.

– Ну, мы пришли. Твой стол у окна.

Я киваю начальнику и подхожу к указанному месту. Кабинет оказывается большой, просторный и светлый. Я и мечтать о таком не могла! Да и наплевать на низкую должность, главное ведь, какое место! А место действительно потрясающее. Да и начальство такое, что лучше и не придумаешь. Не может же все быть настолько идеально? Или может? Ущипните меня кто-нибудь. Срочно!

Глава 5

– Валерия, время осмотреться еще будет. Вот, возьмите, – Константин Андреевич протягивает мне тонкую синюю папку.

– Что это?

– Ваша работа, – усмехается он. – Изучите пока материалы по делу, а потом, когда я вернусь, то мы это обсудим.

– Вы уходите?

– Да. Собрание. Обычно это занимает не больше часа. Вы можете, конечно, пока сделать себе чай или кофе, но следите за временем. Дел у нас много.

– Хорошо, я вас поняла.

Забираю из рук начальника папку, но открывать не спешу. Волнительно даже как-то. Только пришла, а меня уже оставляют наедине с собой, подкинув работы, с которой по-настоящему я никогда не сталкивалась. Учеба на юрфаке, практика и реальная работа – это вещи все же сооовсем немного разные. От слова «совсем».

Нервирую папку, лежащую на столе, взглядом, как будто она от этого сама раскроется и все по полочкам мне разложит, а также, как бонус, предложит варианты решения. Но такого, увы, не происходит. И спустя пять минут давящей тишины я все же решаю приступить к делу.

Листы, некогда аккуратно сложенные в папке, постепенно оказываются у меня на столе. Сначала вычитываю каждое заключение по отдельности, а потом разглядываю все вместе. Ступор, начавшийся с самого начала прочтения дела, никак не хочет проходить. То ли я глупая, то ли меня таковой считают. Дело же элементарное! Компания массово уволила сотрудников, сославшись на денежные трудности, а потом наняла новых. На банкротство не подавала. А бывшим сотрудникам ничего не выплатила. Это же задачка чуть ли не первого курса. В университете мне казалось, что такие истории могут быть только выдуманными, а в жизни такого происходить не может. Это ж слишком глупо. А подал в суд … Кто? Все ищу глазами самую важную строчку, но, как назло, та не попадается. Вот так всегда! … Ага! Один из сотр…

– Ну как вам?

– А?! – Подскакиваю на месте от неожиданности. Оборачиваюсь, а надо мной стоит начальник. – Вы уже вернулись? Так быстро?

– Прошло полтора часа. Я так понимаю, вы были очень заняты … – Протягивает Константин Андреевич, внимательно осматривая мое рабочее место, скрытое за разложенными, казалось бы в хаотичном порядке, бумагами. – Ваше мнение?

Слишком быстро скачет он с темы на тему, даже не присаживаясь на стул и смотря на меня сверху вниз. Но я стараюсь не замечать этого. И, полностью с головой уйдя в выданное дело, выкладываю все свои мысли, забыв про любое стеснение.

– Очень странно …

– Что именно? Вы не мо…

– Дело слишком простое.

– Ну расскажите мне, что вам показалось таким простым.

– Увольнение и невыплата. Банальщина. Компания должна выплатить все суммы, а так как прошло уже несколько месяцев, то к тем суммам еще причитается компенсация.

– Хм … – Задумчиво смотрит на меня Константин Андреевич, но не произносит ни слова.

– У вас другое мнение? – Меня настораживает его молчание, но я полностью уверена в своей правоте. Вот где-где, а тут я точно могу отстоять свое мнение.

– И над этим вы так задумчиво сидели столько времени?

– Нет. Я пыталась понять, где подвох. А когда его не нашла, то начала прикидывать, что меня за дурочку приняли или это просто испытание такое своеобразное на профпригодность.

– Ааа, вот оно что. – Смеется мужчина. – Не, испытание слишком извращенное, так не кажется? Это реальное дело, настоящий запрос. И, скажу честно, я полностью согласен с твоим вердиктом. Я даже его изначально и выдвигал, но мой прошлый помощник в пух и прах разгромил меня. Точнее, пытался. Теперь же его тут нет, – продолжает еще сильнее смеяться начальник, как будто мы сидим не в рабочем кабинете, а на стендапе, где шпарят шутки одну за другой. – Кстати, не против, если я буду обращаться на «ты»? Так как-то проще общаться, да и по возрасту в дочери ты мне годишься. А тебе может для атмосферы будет так уютнее.

– Нет, я не против.

«Мне в принципе все равно» – хочется добавить, но решаю, но это будет уже неуместно сказать.

– Вот и хорошо. Тогда … Собирай все бумаги обратно и на напечатай исход дела, вложи ко всем бумагам.

– Еще поручения будут?

– Ну, может потом. Мне сейчас надо с другим делом разобраться. Но если передадут что-то некриминальное, то обязательно направлю к тебе.

– Ну хорошо.

Константин Андреевич уходит к своему столу, что стоит по другую стену практически напротив меня, а я принимаюсь за рутинную работу. И она заканчивается слишком быстро. Приходится даже разочарованно посмотреть на часы, которые показывают лишь середину рабочего дня. Нет, ну если работы до конца дня не появится, то я ведь и со скуки умереть могу! А потом Машка подаст иск с заголовком «Довели до смерти. Орудие преступления – отсутствие работы».

– Валерия! – Слышу я (наконец то!) свое имя. Неужели работа появилась?!

– Да, Константин Андреевич?

– Подойди, пожалуйста.

И я срываюсь с места, преодолеваю расстояние четырех шагов всего тремя, и оказываюсь у стола начальника.

– Возьми эти документы, – указывает он на пышную кучку из бумажек на краю стола, не отрываясь взглядом от бумажек других, жадно их вычитывая, – и отнеси Павлу Сергеевичу за подписью. Только не оставляй, пускай сразу подпишет. Их надо уже отправлять, а то сроки подходят.

– Хорошо, – немного разочарованно отвечаю я. Думала, что настоящее дело, а тут лажа какая-то.

– Да не унывай, – улавливает мое настроение начальник. – Будет еще работа. Не успеешь оглянуться, как будет такой завал, что домой будет некогда уйти. А пока насладись свободным временем. Заодно прогуляешься по офису, еще раз посмотришь, что где находится.

– Да, хорошо. Скоро вернусь.

– Да не торопись, – говорит мне в след начальник, все тише по мере произнесения слов, обратно уползая в мир изучения крайне интересных дел.

А я беру бумаги и выхожу из кабинета, оказываясь в пустом коридоре. Явно, день сегодня не приемный. А в голове сразу появляется пустота, как будто кто-то черную дыру туда запустил. Точно ли я помню, где находится кабинет Павла Сергеевича? Или слова начальника про прогулки по офису были не такими уж и голословными?

Иду туда и сюда, направо и налево, вверх и вниз … И наконец добираюсь до нужной двери. Стучусь и, дождавшись одобрительного «войдите», открываю дверь.

– Павел Сергеевич, тут … бумаги … подписать надо.

– Да, хорошо, – как всегда встречает он с улыбкой, – оставьте там, – указывает мужчина на край стола, что стоит у входа, уже загроможденного кипой бумаг.

– А … Нет … Тут вроде как срочно надо. Сейчас.

– Сейчас? – Тяжело он вздыхает. – Ладно. Давайте.

Я подхожу ближе и чуть ли не вываливаю все бумаги на стол перед директором. Он же, не теряя ни секунды, сразу приступает к делу.

– Ну как настроение? Осваиваетесь потихоньку? – Мельком поднимает он голову, заглядывая мне прямо в глаза. Сердце начинает стучать чаще от волнения, когда голубые глаза смотрят прямо в душу. Да и к тому же не привыкла я так близко находиться рядом с директором, который заводит непринужденный и даже в какой-то мере дружеский диалог.

– Ну … рано еще об этом говорить. Я тут всего лишь несколько часов.

– Знаете, Валерия, по опыту скажу. Если в ближайшие пару часов человек уже готов бежать с работы или мечтает скорее оказаться дома, значит, вряд ли приживется. Так как вам тут? Все ли нравится?

– Пока да, нравится. Но я мало где была, и немного с чем успела столкнуться, поэтому все может и … измениться, – последнее слово выходит крайне неуверенным и переходящим на шепот, что скорее хочется сбежать именно от директора от всей этой неловкости момента. Надеюсь, я с ним буду сталкиваться редко. Не нравится мне себя чувствовать так. Ну вот так. Будто я маленькая ничего не знающая девочка, а он огромный авторитет… Боже мой, да так оно и есть! Что за мысли порой рождаются у меня в голове.

– Можете отправлять бумаги. – Прерывает мои внутренние терзания директор.

– А, хорошо.

– Валерия, как отнесете бумаги к рабочему месту, не хотите пообедать?

Взрыв в голове. Глаза убегают на затылок, увеличиваясь в размерах. Даже местами проступает пот. Он мне что … пообедать предлагает?!

Глава 6

– Пообедать? – Повторяю я вслух уже сказанное директором. – Вы предлагаете мне пообедать? Я …

– Валерия, вы видели время? Самое время сходить на обед. У нас на этаже есть столовая, там можно разогреть еду.

Хорошо, что я не успеваю ляпнуть «Ой, а вы предлагаете мне пообедать с вами?» Вот нелепо как все оказалось бы. Павел Сергеевич всего лишь напоминает мне о времени и соблюдении графика дня. А я уж напридумывать себе успела всякого.

– Но я ничего с собой не брала, – говорю себе под нос, задумчиво и все еще пребывая в шоке.– Я так и

думал. Хм, тогда … Через дорогу есть неплохое кафе, да и цены там демократичные.

Как же неловко от всей этой ситуации! К таким диалогам я готова не была. Думала, приду на работу, сяду где-нибудь, где трогать меня никто не будет, спокойно поразгребаю какие-нибудь бестолковые бумажки, потому что что-то серьезное мне никто не доверит, а потом просто уйду домой, думая, насколько я здесь бесполезна – среди настоящих специалистов. А на самом деле меня прям таки пытаются внедрить в свой коллектив! И общаются со мной практически на равных, и даже в какой-то мере переживают за мое здоровье. Вот как мне теперь себя вести то? Соглашаться на всё, или наоборот, отказываться? Как распознать эту грань, когда лучше остановиться со сдержанностью и вежливо, но отказаться, а когда наперекор себе пускаться во все тяжкие и быть согласной на все?

А Павел Сергеевич все время моих внутренних диалогов смотрит на меня и ждет хоть какого-то ответа. От этого становится еще более неловко!

– Я … не брала с собой денег. – Приходится честно признаться, что в кафе мне идти не на что. Но что в принципе и дома у меня денег не лежит на то, чтобы ходить по кафе, об этом приходится умолчать. Уж зачем – не знаю.

– Понятно. Ну ладно, если передумаете, то заходите. Я сам скоро пойду перекусить.

– В то кафе?

Вот дура! Ну зачем же спрашиваю? Конечно в то! В какое еще то? Да и выглядит теперь это так, будто я на половине пути в раздумьях, и есть шанс, что передумаю и всё же составлю компанию.

– Да. – Коротко, четко и ясно отвечает мне директор.

И я решаю, что этот ответ является наилучшей точкой для разговора. Разворачиваюсь и направляюсь к двери, ведущей обратно в коридор.

– Валерия! – В последний момент обращается ко мне Павел Сергеевич, и мне приходится обернуться. От неожиданности я дергаюсь, и бумажки в руках, собранные в кучу, так и норовят разлететься по кабинету.

– Да?

– А знаете что?

– Еще не знаю, но вы мне скажете?

А в голове лишь повторяю про себя, как мантру «дура, дура, дура…». Лучше бы просто промолчала! Или спросила бы «что?». Но самые лучшие ответы во время диалога приходят в голову после озвученных фраз.

– Пойдемте со мной?

– Но у меня же …

– Ничего. Давайте сегодня я за вас заплачу. Вы у нас новый сотрудник, хочется, чтобы задержались у нас. Да и к тому же утро у вас и так выдалось не самым удачным.

– Я даже не знаю … – Глаза сами по себе медленно сползают на пол.

– Я скоро буду собираться. Давайте зайду за вами? Вы как раз успеете отнести бумаги и даже часть из них запаковать.

– Эм … хорошо …

И в полной растерянности я покидаю кабинет директора. Это что сейчас такое было?! Он меня действительно поведет обедать в кафе? Я буду обедать с директором? Нет, нужно было все-таки настоять на своем и отказаться, пусть и остаться голодной. А может и ничего плохого … Нет! Это ужасно! Хотя …

Как новому сотруднику … Да какая ему разница, новый сотрудник или старый? К тому же какая выгода в том, чтобы я не сбежала отсюда, если на работу сюда целая очередь может выстроиться? И на мое только место человек двадцать готовы будут пойти, имя при этом немалый опыт за плечами и несколько образований?

И вообще все это странно. Учитывая мое утро, где черным по белому можно вывести «опоздание», штрафные санкции применять надо, а не в кафе вести, будто поощряя за такое поведение. Пока я слишком многого не понимаю.

– Ай!

Я во что-то врезаюсь, и бумаги наконец-то вырываются на свободу, разлетаясь по коридору, как осенние листья, подхватываемые ветром. Я поднимаю глаза и вижу перед собой молодого человека в больших круглых очках, стоящего в таком же ступоре, как и я.

– Извините, – говорю я и сразу же опускаюсь на пол собирать свой драгоценный груз.

– Нет, нет, это я виноват. Давайте помогу. – Приятный бархатистый голос обволакивающе звучит от совсем юного на вид паренька.

– Вы совсем недавно здесь работаете? – Обращается молодой человек ко мне, когда почти все бумаги оказываются собраны.

– Да, сегодня первый день.

– О, поздравляю. И как? Все нравится?

Такие вопросы меня уже начинают напрягать. Пока каждый, кого я тут встретила, не поленился задать мне такой вопрос. Благо, таких немного. И можно списать всё это на совпадение.

– Вроде неплохо. А вы тут давно работаете?

– Лет пять.

– И как? Нравится?

– Не нравилось, не работал бы. Так что да.

– Ну … это хорошо.

– Меня, кстати, Юрий зовут. – Протягивает он руку, но видя, насколько я вцепилась в собранные бумаги обоими руками, быстро одергивает себя, возвращая руку в прежнее положение.

– Я Валерия.

– Приятно познакомиться. – Улыбается Юрий, но длиться это недолго. Его новомодные часы издают характерный звук. – Мне нужно бежать, надеюсь, еще пересечемся. Это, заходи если что, – говорит он уже на ходу, всё больше отдаляясь от меня, – кабинет айтишников в самом углу. Найдешь по едкому запаху кофе, – смеется он и скрывается за углом.

А я, к счастью, возвращаюсь в кабинет без очередных приключений.

– О, вернулась. Это хорошо. Сканируй все бумаги и отправляй на эту почту, – протягивает Константин Андреевич мне маленькую бумажку с указанием почтового ящика. – Мы обычно по почте отправляли, но сейчас потребовали в электронном виде. Как закончишь, разбери бумаги по датам и категориям и сложи в папки, они на том стеллаже, все подписаны.

– А как срочно все надо сделать?

– Очень срочно, – так же серьезно, насколько и срочно, отвечает мне начальник. – Я скоро отъеду и скорее всего не вернусь.

– Ладно.

Отвечаю я максимально хладнокровно. Но! Тут столько бумаг, что и до завтра можно их разгребать. Вот и пообедала. А ведь еще переживала, что работы нет. Ну явно же накаркала.

Я сканирую бумаги, а они все никак не то что бы не заканчиваются … Будто и не начинались! Еще и принтер долго думает. Так я точно буду сидеть очень, очень, очень, и еще много «очень» долго.

– Валерия, – как гром среди ясного неба звучит голос директора.

– Да?

– Я за вами.

– Думаю, у меня не получится пойти … Тут работы много и …

– Это не дело. Константин Андреевич, – обращается он иронично к моему начальнику, который выключает компьютер и накидывает куртку, – вы чего это так загрузили девушку?

– А что поделать, Павел Сергеевич. Поступил приказ сверху.

– Не против, если я на часик украду ее?

– Да пожалуйста, мне то не жалко. Главное, чтобы дело было сделано.

– Не переживайте, она все успеет сделать. Так ведь? – Обращается директор уже ко мне.

– Даже не знаю …

– Не смущайте моего сотрудника! – Практически из коридора уже выкрикивает начальник.

– Валерия, давайте одевайтесь. Бумаги никуда не убегут, а поесть надо. Работа работой, но толку от результата, когда вы устанете и проголодаетесь. Будете думать только лишь об этом. Голодный и уставший сотрудник результата не приносит.

– Но я и так не успеваю. А если еще и на целый час уйду, то …

– Валерия, с начальством не спорят.

Павел Сергеевич вроде бы и в шутку это говорит, но доля правды в его словах есть. Так что приходится согласиться, раз уж вовремя не отказалась. После драки кулаками не машут, как любит говорить моя бабушка. Достаю из принтера очередной лист бумаги и кладу его поверх одной из кучек, в которых по итогу рискую и запутаться, решив не удваивать себе работу, а сразу распределять их по папкам. Накидываю верхнюю одежду, успевшую, разве что чудом, просохнуть после утренней бодрящей погоды.

Глава 7

– Я готова.

Павел Сергеевич оборачивается на меня, не отводя глаз от телефона.

– Тогда идемте.

Он обходит меня и выходит из кабинета. Я же следую за ним. В любом случае он лучше меня знает дорогу, поэтому нет смысла бежать быстрее паровоза.

– Валерия, не отставайте, – будто читает мои мысли директор и замедляет шаг. Ждет, пока я его нагоню и уже после того, как я оказываюсь с ним наравне, продолжает движение по коридору. Остается только пройти ресепшен и спуститься на лифте, а там … Мне будет ну совсем неловко.

– Валерия, а знаете, я когда сам только начинал работать, – внезапно заводит директор непринужденный разговор, – то совсем все плохо начиналось. Был юн и неопытен. И как-то приходят ко мне кандидаты на собеседование, а я тогда подбором кадров занимался, и садятся. Я зачем-то решил, что экономия времени – это хорошо, поэтому звал по два, три, а иногда и четыре человека. И вот заходят ко мне три человека в кабинет, садятся, и, разумеются, ждут от меня начала собеседования. А я и спрашиваю «зачем пришли». Вопрос обычный, якобы на какую должность хотите, но я его от волнения так переделал, что сам не понял, зачем и что хотел узнать. А мне один из собеседуемых и выдает «да так, просто заглянули, мы думали, что тут туалет». Шутка удалась, называется.

– Ахах, серьезно? – Не дожидаясь окончания, перебиваю я директора, смеясь на весь коридор. Мне ведь кажется это совсем нелепым. Я бы вся тряслась и дрожала, не говоря уже о желании пошутить, хотя так и было …

– Да, представляете! А я сразу и не понял. На полном серьезе принял этот ответ, попрощался с людьми, а потом сразу заперся в кабинете, и еще час никого не принимал. Они только когда выходили от меня с огромными глазами, я понял, что это была не самая удачная шутка, а я повел себя, мягко говоря, непрофессионально. – Смеется Павел Сергеевич, подхватывая мой смех.

А лифты уже на горизонте. И проходя мимо ресепшена я замечаю краем глаза, как секретарша выбегает из-за стойки практически вслед директору, натянув широченную улыбку, кажется, даже что-то говорит. Но этого не слышу я. А Павел Сергеевич тем более, даже не замечая девушки. И она в один миг хмурит брови, просверливая меня взглядом. Ну подумаешь, идем и смеемся, чего сразу проклинать то. Директор нажимает кнопку лифта, и мы спускаемся вниз.

Кафе действительно оказывается через дорогу, буквально в пяти минутах ходьбы. Директор учтиво открывает передо мной дверь, и я первая оказываюсь внутри небольшого помещения, про которое явно не скажешь, что цены здесь демократичные. Я бы лучше булочку в Пятерочке взяла вместо этого. Да, вредно, но зато дешево. И можно кушать без отрыва от работы, просто отойдя в другой угол кабинета.

Мы садимся за стол. Подходит официант и подает меню. О том, что это всего лишь кафе, я начинаю все больше задумываться. Если это кафе, то как в ресторане? Меня никто никогда не водил по таким местам, а самой ходить не особо хотелось. В основном, конечно, по финансовым причинам.

– Выбирайте, – говорит директор, даже не открывая меню.

– А вы?

– А я знаю, что буду. Я тут часто бываю.

– Надеюсь, не только чашку кофе. А то мне будет совсем неудобно …

– Валерия! Успокойтесь, все хорошо. Даже если я ничего не съем, то сделаю хорошее дело – накормлю человека.

– Павел Сергеевич …

– Я уже почти тридцать лет Павел Сергеевич, а вы выбирайте.

Вот ведь и возразить что-то хочется! Да как назло ничего умного в голову не приходит. А просто упереться и надуть губки нельзя, не те обстоятельства и взаимоотношения.

Решаю все-таки взглянуть на меню. А тут есть практически все! И блинчики, и тосты, и салаты, и супы, и горячее из мяса и рыбы, и десерты, и даже пицца. И ведь пока я все это просмотрю, то время обеда уже закончится. И так стыдно говорить об этом, как и одинаково стыдно полчаса листать меню, прочитывая все меню.

– Павел Сергеевич …

– Да, Валерия?

– А можно вас попросить … На свой вкус мне что-то взять. Я даже не …

Не успеваю я договорить, как к нам подходит официант.

– Выбрали что? – Достает юноша блокнотик с ручкой.

– Да, – уверенно отвечает директор. – Мне салат мясной и запеченный рулет. А девушке принесите цезарь и гратен с окунем. И два латте, пожалуйста.

Цезарь? Что это за стереотипы такие, что как девушка, то сразу цезарь? Будто других салатов не существует. Может, я бы тоже мясной хотела бы сидеть уплетать. Но вместо возмущения, бурлящего внутри, не высказываю ничего. Сама ведь попросила заказать на свой вкус. И тут переворачиваю страницу меню, и глаза падают на тот самый цезарь. Семьсот рублей?! Это же неделю можно питаться!

– Валерия, – будто опять лезет ко мне в голову директор, – после их цезаря, вы не захотите никакой другой. Они делают фирменный соус такой, что пальчики оближешь.

– Но он столько стоит … – Говорю я почти шепотом.

– Так, – встает Павел Сергеевич, наклоняется над столом, и вырывает меню из моих рук. И видя мое недоумение, поясняет. – Нечего вам цены смотреть. Наслаждайтесь едой, тем более платите не вы, так что и не думайте о глупостях.

– Но вы столько потратите на меня, а я ведь … Может, тогда из зарплаты у меня вычтите стоимость обеда?

– Валерия, да вы сумасшедшая! Не о том думаете. О, вот и наша еда.

Официант выставляет на стол сразу все тарелки. И порции ужасают. Я одним салатом бы наелась! Курицы одной столько, что можно втроем пообедать.

– Приятного аппетита, – говорю я директору, уже начавшему трапезу.

– И вам, – улыбается он мне в ответ.

И весь обед проходит в молчании. Хотела бы я что-нибудь сказать, но вот только … Насколько же действительно вкусный салат! А когда перехожу ко второму, то и вовсе хочется, чтобы все происходящее не заканчивалось. Хоть жить тут остаться готова.

Наконец трапеза подходит к концу, и официант выносит кофе. И раз уж рот оказывается не так уж и занят, то директор, разумеется, решает поговорить.

– А вы в какие кафе ходите?

– Ни в какие, – к своему стыду признаюсь я, немного краснея.

– А в каких были?

– Ни в каких.

– Как это? – Удивляется директор. – Это надо будет исправить! – Усмехается он.

– Думаю, мне одного раза хватило.

– Никто не водит?

– Некому водить. – Говорю я, и сразу перед глазами маячат флешбеки, как я с Вадиком рассталась пару дней назад. Еще не зажило это расставание для меня, и разговаривать о нем совсем не хочется.

– И раньше? Неужели у вас никого не было?

– Павел Сергеевич, давайте не будем о личном. Как бы хорошо я к вам не относилась, но мы не настолько близки, чтобы делиться личной жизнью.

– Согласен. – Делает директор руками знак согласия, поднимая ладони вверх, и делает глоток кофе.

– А как вам сегодняшний день? – Невзначай спрашивает директор.

– Нормально.

– А работа?

– Да нормально …

– Начальник?

– Тоже нормально.

– Валерия, – громко вздыхает директор, – если я спрошу, понравился ли вам обед, то вы также ответите, что нормально?

– Ну … обед вкусный.

– Ура! – Чему-то радуется директор, на что я лишь поднимаю бровь. – Хоть какое-то новое слово. Это прогресс.

– Павел Сергеевич, ну у вас и шутки.

– Это вы еще со мной дело не закрывали.

– А что не так с делами?

– Когда приходит важное дело, которое, скажем так, неоднозначное, а его уже пора сдавать, то мы половиной офиса сидим и обмозговываем. Нередко, на это уходит вся ночь. Накапливается усталость, литры кофе дают о себе знать, мозг вскипает, и тогдааа, – смакует директор кульминационный момент. – Тогда и не такие шутки проскакивают. Но вы не переживайте, – смеется он, – вас это тоже когда-нибудь коснется. Возможно, даже очень скоро.

– А что, есть интересное дело? – Моментально я оживляюсь, и разговор становится немного более комфортным.

Глава 8

– Есть. Но вам еще рано для него.

– Ой да ладно вам. Свежие мозги иногда тоже полезны бывают. Тем более, я только-только закончила университет, знания живы в голове. Может быть и что-то похожее разбирали.

– Нет, Валерия. У вас и без этого дела есть обязанности, – директор сразу становится слишком серьезным для продолжения диалога. Сразу видно, о работе человек шутить не любит, ну или не умеет.

– Ну пожалуйста. Хотя бы просто почитать дайте. Я же хуже точно не сделаю.

– Валерия, – вздыхает он, – давайте так. Я не буду ограничивать вас в рабочем интересе, поэтому остановимся на том, что дело я вам не дам. Даже просто глазком взглянуть. Но если через неделю мы не продвинемся в его закрытии, то я разрешу вам поучаствовать в его обсуждении.

– Да, да, конечно. Я буду надеяться …

– Что опытные юристы не справятся со своей работой? – Поднимает директор одну бровь, слишком ясно понимая мою глупую недоговоренную фразу.

– Ой. Я не это имела в виду.

– Именно это вы и подразумевали.

– Мне … просто интересно …

– Заняться более серьезной работой, чем той, что дали вам в первый день?

– Павел Сергеевич! Вы все прекрасно понимаете. И я все понимаю. Давайте на этом и остановимся.

А в голове так и остается невысказанное «не могу же я с вами спорить дальше».

– Вы слишком умны, Валерия, для своего возраста.

– Сочту за комплимент.

– Быть слишком умным бывает не всегда хорошо.

Так и хочется узнать, что директор подразумевает под этим, но решаю хоть в этот раз не лезть на рожон, и просто промолчать. И так слишком много ненужного взболтнула, на время забыв, что он мой начальник, а я всего лишь только что выпустившаяся студентка.

Директор платит за наш обед, ни в какую не соглашаясь показать мне чек, который так и манит, чтобы я на него взглянула, а потом продолжила самокопания. И мы выходим из кафе. Погода стоит на удивление хорошая, никак не похожая на ту, которую мне посчастливилось застать с утра. И мы возвращаемся на свои рабочие места. На ресепшене секретарша все же задерживает директора, гневно смотря на меня. И я продолжаю свой путь до кабинета уже в одиночку.

Ну, бумажки, вот и я.

И продолжается моя рутинная работа. Разобрать, сканировать, убрать. Разобрать … И ведь бумаги все никак не заканчиваются! Как будто только больше их становится. А время работы подходит к концу. Поэтому приходится отставить в сторону свою «рациональность» и только сканировать листы бумаги, складывая все в одну кучу. Завтра придется уже разбирать все по папкам. А так не хочется возвращаться к этому! Когда уже что-то сделал и отложил в сторону, совсем нет желания возвращаться к этому и все переделывать.

Тем не менее заканчиваю я «дело, не терпящее отлагательств» без пяти минут шесть. Мой первый рабочий день заканчивается через пять минут. Поэтому можно собираться. Выключаю компьютер, свет в кабинете. Поднимаю ключи, оставленные начальником на столе, чтобы я все заперла, и выхожу из кабинета.

А на улице опять дождь. Вот так мне везет! И пока хотя бы на автобусе я добираюсь до дома, успеваю промокнуть до нитки. А завтра ждет новый день, к которому надо хотя бы немного подготовиться. И главное, не проспать.

С этими мыслями я ложусь в кровать, накрываясь одеялом, как все необходимые дела оказываются сделаны.

«Только бы не проспать!»

И мантра срабатывает. Встаю по первому же будильнику. Спокойно завтракаю, умываюсь. Одеваю тонкий свитер пастельно-розового цвета и черные джинсы, подвожу глаза подводкой, укладываю волосы. Смотрюсь в зеркало. Ну прям красота! Не то, что вчера.

Погода сегодня не подводит. С утра тепло, светло и ни единого облачка. С автобусом тоже не возникает проблем. Вот сегодня бы перенести на завтра!

Работа не заставляет себя долго ждать, как только я занимаю рабочее место. Половину дня доделываю вчерашнюю работу, а потом бегаю по мелким поручениям Константина Андреевича. И все проходит даже хорошо. Время бежит незаметно, и мой второй день подходит к концу. С Павлом Сергеевичем я сегодня не сталкиваюсь, что даже к лучшему. Я бы не пережила, если бы опять он мне предложил что-нибудь этакое, как вчера, например.

– О, Лера, привет! – Слышу я за спиной, опять запирая кабинет в конце рабочего дня.

– Юрий? – Оборачиваюсь.

– Ну зачем так официально. Можно ж просто Юра, Юрка, Юрец – как больше нравится.

– Юрий.

– Вот ты зануда! Не хочешь забежать к нам? Сегодня день рождения у одного парня, он тортик принес.

– Нет, спасибо, – моментально отказываюсь я, даже не раздумывая.

– Да давай. Вкууусный, – протягивает Юрий, будто это хоть как-то может меня убедить.

«Тортик не хочу, но раз вкууусный, тогда другое дело» – Неужели в его вселенной все работает именно так?

– Не хочу никакой тортик, но за приглашение спасибо.

– А ты домой? – Не сдается Юрий.

– Ну да.

– Хочешь, провожу?

– Да я сама … Погода вроде хорошая. Даже прогуляться можно до дома.

– Прогулки интереснее, когда в компании. Давай с тобой?

– Чтобы ты знал, где я живу? А вдруг ты маньяк какой? – Улыбаюсь я, чтобы хоть немного сгладить странный свой ответ.

– Ну да, тоже верно. Я бы тоже не доверял парню в круглых очках. – Говорит Юрий как будто бы даже серьезно, а у самого смешинки скачут в глазах

– Пойду я. Пока. Поздравь там от меня человека с праздником.

– Обязательно! – Разворачивается Юрий, но не надолго. Оборачивается вновь – Слушай, а ты завтра занята?

– А что завтра?

– Завтра четверг.

– Ну это я знаю. Я о другом.

– Ааа … Да я просто спрашиваю. Может завтра прогуляться захочешь.

– Вряд ли, – пожимаю плечами и разворачиваюсь уже сама, убрав ключи от кабинета в сумку.

Вот что за Юрий настырный такой? Благо, он больше ничего не говорит мне спину, и я спокойно направляюсь к лифту.

– Эй! Девушка! – Звучит женский голос, который сопровождается стуком каблуков. Приходится остановиться. А ведь так хорошо заканчивался день!

– У меня имя есть.

– Не заслужила, – противно заявляет она. – Что у тебя там с Павлом Сергеевичем? Я все знаю! Вы вчера вместе куда-то ходили!

– Ничего. – Вздыхаю я от ответа на глупые вопросы. – Ходили, и что?

– Да ничего! Ты губу то закати обратно. Ничего тебе с ним не светит!

– Да я и не …

– Повторяю ни-че-го. Он – мой!

Ух, какие смелые заявления у этой секретарши, явно игнорирующей обычные принятые уважительные обращения. И делающей выводы поспешно.

– Он то об этом знает? – Устало спрашиваю я, но запоздало понимаю, что лучше бы не спрашивала.

– Да как ты смеешь?!

– Боже мой, не нужен мне этот ваш Павел Сергеевич.

– Ну смотри мне!

Как строгая мать, отчитывает меня секретарша и возвращается на свое рабочее место. Я и понять не успеваю, что это такое было. Но приезжает лифт, и я оставляю этот диалог в прошлом, как странную нелепость, случившуюся со мной. Двери закрываются, как и мои силы на этот день.

Глава 9

Новый день, а работа все та же. Ничего не меняется. Впрочем, как и у Константина Андреевича, бьющимся над делом, о котором, как мне кажется, директор и говорил. А я все пытаюсь подсмотреть, узнать, расспросить … Но ничего не выходит. Начальник, как стена. Либо молчит, либо отвечает не по моим вопросам, вечно меняя тему разговора. Обедаю я бутербродом, принесенным из дома, и чашкой чая. Вкусно, но мало. Да и не обеденная это еда, но выбирать не приходится. До дня зарплаты далеко, а пока денег нет.

– Опять сухомяткой балуешься, – говорит Константин Андреевич видя, как я уплетаю хлеб с колбасой, забывая даже запить чаем. – Нездоровая это еда.

– Да знаю я. Но что поделать, – пожимаю плечами.

– Хоть супчик принесла бы. И то лучше б было.

– Обещаю подумать об этом, – отвечаю с набитым ртом, чуть ли не подхватывая руками так и норовящие упасть кусочки драгоценной колбаски.

А Константин Андреевич лишь вздыхает, наливает себе очередную чашку кофе и возвращается на рабочее место.

– Кстати, – доносится из конца кабинета, – надо будет к Павлу Сергеевичу тебе заглянуть. Он бумаги должен передать какие-то.

– Срочно? – Кричу я в надежде, что меня услышат.

– Да нет, под конец рабочего дня. Заодно эти захватишь.

– Хорошо.

Опять мне идти к директору! Как бы я хотела миновать это, но увы и ах. Рабочие обязанности никто не отменял. И только на часах стрелка начинает показывать без пятнадцати шесть, я выхожу из кабинета, морально готовясь к встрече с директором. Ну и заодно надеюсь, что не встречу его секретаршу, которой не сделала ничего плохо, но уже испортила жизнь.

Ее, к счастью, не оказывается на посту, и я спокойно стучусь в кабинет. А ноги предательски трясутся. Сама не понимаю, почему так волнуюсь. Может чувствую себя обязанной после оплаченного обеда в дорогом кафе?

– Войдите, – получаю я разрешение из-за закрытой двери и вхожу.

– Павел Сергеевич, здравствуйте. Вам Константин Андреевич просил передать бумаги на …

– Аа, да, да, помню. Вот он … Как и обещал! Вовремя, успел! Давайте, Валерия.

И я прохожу внутрь кабинета. Руки потрясываются, когда я кладу бумаги на стол. И, как на зло, директор замечает это.

– Замерзли?

– Вроде нет, – пытаюсь ответить как можно более ровно, чтобы не выдать своих переживаний по до конца непонятному даже мне самой поводу.

– А что волнуетесь тогда? – Спрашивает директор с улыбкой.

– Не знаю, – отвечаю честно и слишком тихо. Как будто мне действительно есть, что скрывать. Но я правда понятия не имею, почему трясусь каждый раз, оказываясь рядом с начальником. Вот самой бы кто объяснил!

– Устали? Сложная неделя? – Только я хочу развернуться и уйти, как директор все продолжает и продолжает диалог, не отпуская меня.

– Терпимо, – сдержанно отвечаю я.

– Не, тут терпеть не надо. Нужно удовольствие получать от работы. Если удовольствия нет, то какой смысл?

– Я об этом не задумывалась, честно говоря, – признаюсь я к своему стыду.

– Подумайте. Подумайте, Валерия, на досуге.

– Обязательно. – Заверяю я.

И уже готовая покинуть кабинет директора, пячусь назад. Но уже у самой двери вспоминаю, что он тоже должен что-то передать. Ой, как неловко!

– Павел Сергеевич …

– Да?

– А вы тоже что-то передать должны были …

– Точно! Вот, возьмите. Константин Андреевич знает, что к чему, поэтому можете просто положить ему на стол.

– Хорошо, так и сделаю.

Попытка номер два покинуть кабинет директора. И все еще достойно. Хватаюсь уже за ручку двери, как …

– Валерия!

– Да? – Спрашиваю я с невозмутимым видом, а в голове уже так и вертится «ну что опять?!»

– А вы не принесете пачку бумаги? У меня закончилась, а Екатерину я на сегодня уже отпустил.

– Конечно, сейчас принесу.

– Вы сразу можете вещи забрать. День рабочий, можно считать, уже закончен. Зачем вы будете ходить туда-сюда.

Я киваю за неимением подходящих слов и, наконец, выхожу из кабинета. Вот ведь посыльную нашли! Сходи туда, сходи сюда. А отнеси, а передай, ой принеси. Еще б полы «попросили» помыть! Но мне то делать нечего, никак не могу сказать слово «нет». Да и директор сказал все так, будто и обставил красиво. Но ведь потом из таких маленьких просьб и складываются огромные последствия из обязательств. А все потому, что вовремя голос не подала.

Бумаги, переданные директором, на столе Константина Андреевича, вещи собраны и даже одеты, а пачка бумаги в руках. Можно запирать дверь и выходить. И благо, что хотя бы сегодня настырный Юрий не докучает своими предложениями. Занят, видимо, чем-то более полезным. Но мне то только лучше от этого. Нет у меня желания заводить отношения на работе, даже дружеские. Так работать будет только сложнее. Особенно мне. К сожалению, такой уж я человек. И вовсе не боюсь я людей, как говорит иногда Машка. Просто … к чему эти связи? Рабочими можно ограничиться, а подруга у меня уже есть. Да и от последних отношений я отойти еще не успела, чтобы пребывать в поиске новых.

Испытываю полнейшее дежавю. Стучусь в дверь, слышу ответ, вхожу. Всё, как будто только минут пять назад это было, или десять.

– Павел Сергеевич, вот пачка бумаги.

– Ну вы, Валерия, просто моя спасительница на сегодня.

Директор ловким движением руки вытаскивает из пачки всего один листок бумаги! Потом распечатывает, подписывает, а «остаток» пачки убирает в ящик стола. Ну хоть не обратно посылает отнести! Уже хорошо. И на этом спасибо.

– Так, сейчас это положим Екатерине… – бормочет он, а я только надеюсь на то, что это не новое для меня задание.

– Я могу идти? – Спрашиваю на всякий случай.

– Валерия, подождите.

– Что-то еще?

– Нет, с работой все. Скажите, а вы как сюда добираетесь? На автобусе?

– Ну да.

– И обратно?

– И обратно.

– Давайте я вас довезу. А то погода испортилась. Вот-вот, кажется, и дождь пойдет. А вдруг простудитесь, заболеете? А мне сейчас все руки нужны. И головы в особенности.

– Павел Сергеевич, не надо. Я уж сама.

– Вы мне сегодня так помогли с этой бумагой! Она так не вовремя закончилась! А вы не отказали. Давайте, соглашайтесь. А то ведь я себя обязанным стану чувствовать, – смех практически вырывается у директора, но он в последний момент сдерживает себя, хотя я одну смешинку все-таки замечаю внутри всей этой серьезности.

– Я прогуляюсь, спасибо.

– Вы просто сумасшедшая. Пойдемте.

Куда? Зачем это «пойдемте»? Вот не отказалась, когда нужно, теперь каждый раз за меня будут решать, что я должна соглашаться? А может я сейчас и надумываю все в своей голове, а на самом деле Павел Сергеевич просто предлагает уходить с работы на отдых?

– Могу идти? – На всякий случай все же решаю уточнить.

– Да куда вы все торопитесь, Валерия? Подождите меня, вместе пойдем. Я тоже закончил на сегодня.

И ведь Павел Сергеевич так спокойно все проговаривает, будто мы с ним чуть ли не каждый вечер вместе с работы выходим. Что-то мне это уже не очень нравится. Или это паранойя во мне уже начинает развиваться? И пока я пребываю в своих мыслях, директор уже подходит ко мне.

– Пойдемте? – То ли спрашивает он, то ли утверждает.

А я глаз не могу оторвать. Сегодня он сам на себя не похож. Увидела б его на улице, то ни разу не подумала бы, что он работает директором в солидной компании. Черная парка, кроссовки одной популярной фирмы и ранец на плече. Больше похож на студента-выпускника, нежели на директора. Будто мы с ним сейчас не с работы будем выходить, а пар, затянувшихся до вечера.

– Все в порядке? – Задает директор вопрос, заглядывая мне в глаза.

– Да …. Конечно. Просто вы … Не ожидала, что вы так одеваетесь.

– Я что, не человек что ли, по-вашему? – Смеется Павел Сергеевич, берет меня под руку и выходит из кабинета, ведя меня рядом с собой. И я, как можно скорее, пытаюсь отстраниться.

К счастью, получается это довольно быстро. Директору приходится освободить руки, чтобы достать ключи из кармана и запереть кабинет. После мы спускаемся и оказываемся на улице, выйдя из здания. Погода стоит не такая уж и плохая. Ничего не говорит о том, что нужно точно и срочно отменить поездку на автобусе до дома, как заверял Павел Сергеевич.

– Поехали? Какой у вас адрес?

– Ой нет, не надо. Я сама. Все хорошо. Не тратьте время. Что вы.

– Валерия, не бойтесь. В лес я вас не отвезу. И шпионить за вами тоже не собираюсь. Да и доехать мне не сложно. И вам проще и быстрее будет. Пойдемте до моей машины.

И ведь смотрит на меня так, будто я уже согласилась. А если и нет, то обязательно должна, причем скорейшим образом. И я ломаюсь под натиском этого взгляда. Строгого, уверенного, но в то же время слишком милого и доброго. Как-то слишком мягко он смотрит на меня, что даже отказываться становится неловко.

– Ладно, – выдыхаю я, – ведите.

А Павел Сергеевич со взглядом победителя кивает мне.

Глава 10

Входим в лифт, сначала директор, за ним я. И так хорошо, что и так стыдный и неловкий для меня момент, не портит презрительный, полный ненависти взгляд секретарши. Вот так везение! Докатилась.

– Павел Сергеевич, нам разве не на первый этаж? – спрашиваю я, когда замечаю, как начальник вместо знакомой цифры нажимает на кнопку «П», незамеченную мной раньше.

– А зачем? Машина на парковке. – Отвечает он, как ни в чем не бывало.

Желание что-то ответит угасает моментально. Совсем глупой не хочется выглядеть перед директором. Поэтому приходится просто замолчать и следовать дальше, не задавая других вопросов, после которых и на работу не захочется выходить.

Павел Сергеевич нажимает на кнопку на брелке, и типичное пиликание раздается где-то за спиной. Я оборачиваюсь, но директор в этот момент уже успевает открыть машину.

Черная большая машина с известным круглым значком и тремя буквами. И я любуюсь ровными красивыми линиями, отражающими лампочки на потолке.

– Валерия, нравится машина? – Подходит директор ко мне.

– Дааа, – отвечаю, не отрывая взгляда от машины, – очень.

– Будете хорошо работать, тоже купите такую, – смеется он.

– Долго работать придется. – Поднимаю взгляд на директора, который так же смотрит на меня. И теперь не могу глазами оторваться от него, хотя понимаю, насколько сейчас это плохо, не уместно, не там и не с кем. Нельзя влюбляться в своего директора. Нельзя! Лучше любиться в машину.

– Да не обязательно. Тут скорее везение. Если хорошее дело попадется, то и на простенькую, но хорошую машину может хватит.

– Я бы на другое деньги потратила в первую очередь.

– Поделитесь?

– Нуу … Холодильник бы забила, в несколько кафешек сходила бы, куда давно хочу попасть. Одежды еще можно купить. Подумать о покупке квартиры, ну или хотя бы съеме …

– Вы плохо живете?

– Да нет … Просто …

– Судя по тому, что вы сейчас сказали, у вас не самое хорошее материальное положение. Извините, если это вас обижает.

– Да все хорошо. Я адекватно оцениваю свою жизнь. У меня все есть, хоть и без изысков. Мне вполне достаточно.

– Хорошо … Давайте сменим тему и, наконец, сядем в машину. А то время идет.

– Вы торопитесь? Если да, то можете не подвозить ме…

– Валерия, у меня вечер свободный, если вы об этом. Но у ваших родителей наверняка возникнут вопросы, если вы будете дома совсем поздно.

– Я уже взрослая, и родители не так следят, во сколько я пришла и ушла. – Говорю я уже немного обиженно.

– И все же.

Павел Сергеевич жестом показывает, что нужно садиться и пора перестать паясничать и пытаться отказаться от его предложения.

Кожаный салон автомобиля сразу поражает меня. И кресло … Как будто я в нем сижу чуть ли не с самого детства. Если богатая жизнь такая, то я была бы не против немножко прикоснуться к ней.

И в этот самый момент мы отъезжаем от рабочего здания на городскую дорогу. Вдалеке виднеются пятиэтажки, вид которых моментально возвращает в реальную жизнь. В голове возникают образы, как я захожу в подъезд своего дома, поднимаюсь по лестнице, открываю дверь … А там выцветшие обои, не переклеенные с самой покупки квартиры, когда меня еще даже не было. Местами порванные шторы, облезлые диваны, вместо кроватей, двери без ручек …

– Валерия, о чем задумались? У вас такое напряженное лицо.

Павел Сергеевич прерывает нить моих раздумий, зачем-то пялясь на меня, а не на дорогу. Это начинает уже раздражать. Его не должно касаться, что твориться у меня в голове. Мы работаем вместе, но на этом все и заканчивается. Уж слишком часто он пытается влезть в мою голову, чтобы якобы понять меня.

– Неважно.

– Вы уверены?

– Павел Сергеевич, смотрите лучше на дорогу.

– Ну не хотите разговаривать, ладно. Настаивать не буду.

– Спасибо, – чуть ли не цежу сквозь зубы, мысленно зарекаясь еще хоть раз согласиться на предложение подвезти.

– Валерия. – Прерывает вновь тишину директор.

– Что еще, Павел Сергеевич? – Отвечаю я уже на повышенных тонах, даже не понимая этого в попытках скрыть свое раздражение. Но попытка явно оказывается провалена.

– А где вы живете? Куда везти?

– А …

Сразу и опять становится стыдно за свое поведение. Нельзя находиться с начальником нигде, кроме офиса! И никак, кроме как по рабочим делам. Нельзя!

– Я могу, конечно, привезти и к себе. Но вам, думаю, это не понравится. – Искренне смеется директор, будто не замечая моих эмоциональных ответов.

И меня это почему-то начинает злить еще больше. И дело как будто не в ситуации, не в директоре, не во мне. А просто день такой. Обычный будний день, который даже начался стандартно. Просто вот … ну не пошло. Бывает.

– Я живу на улице Ленина, дом 17. Но вы можете везти, куда хотите.

Говорю резко, быстро, эмоционально и опускаю голову, утыкаясь в телефон. Листаю фотографии в фотосетях, новостные ленты … Ничего не читаю, не заостряю взгляда. Лишь бы отвлечься. Забыться, где нахожусь и с кем. Даже кресло машины становится неудобным. И взгляды диктора, то и дело бросаемые на меня, создают двоякое впечатление. И неловкости, и раздражения.

А мы все едем и едем. Как на зло дорога, занимаемая обычно минут тридцать, по ощущениям растягивается на все полтора. И светофоры, как будто специально, при каждом приближении нашей машины загораются красным цветом.

Наконец, машина останавливается. И я уже тянусь к ручке двери, но совершенно случайно заглядываю в окно и понимаю, что мы подъехали не к моему дому. Я вообще не понимаю, где мы находимся. Вот тебе, Лерочка, и «не повезу в лес».

– Пойдемте, – говорит директор и сразу выходит из машины.

Ругаться самой с собой не имеет никакого смысла, поэтому приходиться последовать его примеру и выйти из машины. И уже с другого ракурса замечаю рядом вполне знакомое здание популярного фастфуда, недавно переименованного, к которому направляется директор, оборачиваясь на меня у входа.

– Зачем мы сюда приехали?

– Сытая девушка – добрая девушка, а вы слишком раздражены. – На удивление, слишком спокойно отвечает директор, как будто это для него обычная история.

– А вы не думали, что дело не в этом?

– Думал. Но толку?

– В смысле? – Обескураживаюсь я от неожиданного ответа.

– Покушать лишним не бывает.

Вот тут даже не придраться! Как же директор меня этим все чаще начинает раздражать. Все знает и все понимает. А я к такому не привыкла. Да и к тому же, он мой директор! Какое там «вкусно и точка», когда мне завтра идти на работу и смотреть директору после этого в глаза?! Вот я пока не придумала.

– У вас, видимо, большой опыт общения с девушками.

– Смотря с какой стороны посмотреть.

– Это как?

– Общения с клиентами много, в числе которых есть и девушки. На работе так же, помимо мужчин, присутствуют девушки. Но если вы, Валерия, говорите именно о таком более приватном общении, то нет. Такое в моей жизни бывает крайне редко. Вы, конечно, можете не верить, но оно действительно так.

Боже мой, какой же он нудный! Вроде и хороший, но такой … Брр … Как с ним вообще можно нормально разговаривать, когда каждый его монолог, как будто вырван из книг серебряного века литературы? Ну тогда я и не удивлена, что «приватно» общается он с девушками крайне редко. А я такая наивная дурочка просто под руку попалась.

– Валерия, так что будете заказывать?

Глава 11

– Я не голодна.

– Не стесняйтесь, прошу вас. А то я буду себя чувствовать крайне неуютно.

– Павел Сергеевич, я хотела бы дома оказаться скорее. И поесть тоже там.

– Ну, как хотите.

Директор встает с диванчика и подходит к стенду для оформления заказа.

Самое время передохнуть от его разговоров. Вот вроде симпатичный, а такоооой … Не лучший собеседник. Как бы мне скорее уйти отсюда? И какой предлог придумать? Может Машке быстро набрать?

Смотрю на время – половина восьмого. Машка телефон точно не возьмет в такое время. Вечно занятая женщина по вечерам. В такое время ее дома никогда не застать, на телефоне в принципе тоже. А может …

Павел Сергеевич возвращается слишком быстро. Да еще и с полным подносом еды. А по нему и не скажешь, что он любитель фастфуда. Директор разворачивает бумажку и смачно кусает булку. Живот отдает неприятным урчанием, но я стараюсь все равно не подавать виду. А Павел Сергеевич так вкусно ест этот бургер … Ух, так бы и сама откусила. Но надо держаться, не поддаваться соблазну.

Теперь директор достает картошку фри, крутит вертит перед глазами, а затем очень медленно и нарочито напоказ откусывает половину. Ммм … Живот уходит в протест, выдавая себя все более громким урчанием.

– Валерия, – не отрывая взгляда от следующего ломтика картошки, обращается ко мне директор, – может быть, все-таки вы присоединитесь?

– Н-нет, спасибо.

– Вы уверены?

Следующая картошинка уходит из виду, пропадая во рту директора. А вместе с ней пропадаю и я, мысленно ныряя за ней.

– Я все же хочу домой. Просто жду, пока вы закончите.

– Чтобы я вас довез?

Черт! А ведь я правда могла просто уйти! Всего лишь! Но не додумалась до этого. Ох уж эта моя вежливость. И только она! Не могу ж я себе признаться в том, что в принципе приятно проводить время с Павлом Сергеевичем. Поэтому только вежливость! Тем более, что он мой начальник.

– Я могу уйти, – пытаюсь сделать вид, что это озарение обрушилось на меня еще давно, а не только после его вопроса.

– Да зачем уж, – улыбается Павел Сергеевич, видя меня насквозь. – Хотя если хотите, то могу вызвать вам такси.

– Это слишком дорого.

– Я сам заплачу.

– Тем более!

– Значит вам, Валерия, все же придется поесть, потому что я один все не осилю.

Директор ведет какую-то странную игру. То поешь, то не надо, то такси, то опять ешь. Видно, что он играет, озорник фигов … А я не научилась пока понимать правила таких игр. Да и нужно ли мне. Стоит просто впредь игнорировать всяческие предложения директора.

Тем не менее от реальности не убежать. И приходится начать есть. Директор делает вид, что ему все равно, но я замечаю, как он следит за каждым моим действием. А картошка … Ммм … Какой же вкусной она оказывается, особенно с голодухи то. А курочка в панировке. Хрустящая, нежная, сочная, мягкая … Какое же наслаждение. И живот довольно поуркивает, пока я опустошаю всю коробку, совершенно забыв, что сижу не одна. И только в тот момент, когда последний кусок пропадает из виду, и руке больше нечего отправлять в рот, я прихожу в себя. А Павел Сергеевич смотрит на меня впритык, не отрываясь.

– Все-таки вы хотели есть, Валерия.

– А-а… Нет. – Не нахожу я других слов, начав все отрицать.

– А по вам так и не скажешь.

– Вы ничего не докажете. – Смеюсь я.

И что на меня нашло? Какой смех? Это что же … Флирт? Так, надо взять себя в руки. И даже перестать улыбаться! Вот еще … с директором заигрывать, пусть и не осознанно. Остается лишь надеяться, что он не успел ничего понять.

– Вот подобрели даже, когда поели, Валерия. И смеяться, оказывается, вы умеете. А то всегда либо серьезная, либо грустная, или в обратном порядке.

– Павел Сергеевич …

– Да, Валерия?

Так и хочется сказать «можно уже вас обнять?»

– Можно уже домой? – Сказать приходится, вместо желаемого.

– Ко мне или к вам?

Сходу хочется ответить «мне все равно», но вместо этого я таращу на него глаза, ничего не понимая. И тут он заходится смехом. Ах, шутка. Это что же, Павел Сергеевич и шутить умеет? Ну попытка вроде не особо провальная.

– Не смешно. – Беру себя в руки и отвечаю максимально серьезно.

– А мне очень, – продолжает смеяться он от души. – Валерия, видели бы вы свое лицо. Ладно, давайте собираться. Довезу вас, только адрес еще раз скажете, я в навигатор забью.

Павел Сергеевич все убирает со стола, накидывает верхнюю одежду, и протягивает мне руку.

– Поехали?

Я поднимаю лицо, заглядывая в его манящие глаза. А так и хочется добавить «лучше к вам», но сдерживаюсь. Все-таки нельзя девушек кормить, уж ну слишком добреют.

– Я сама.

– Ну, как хотите.

Поднимаюсь из-за стола, игнорируя его руку. И мы выходим на улицу. Свежий воздух выбивает из головы всю дурь. И серьезная я сажусь в машину, пристегиваюсь и утыкаюсь в окно. Благо дорога проходит в тишине.

Виднеется мой дом. Наконец-то, неужели этот бесконечный день закончится.

Прощаюсь с Павлом Сергеевичем и выхожу из машины. Странно это все. Вот уж не думала, что в мою первую рабочую неделю меня директор будет до дома довозить.

Под душем смываю с себя остатки неоднозначного дня и ложусь спать. А в голове так и мельтешат мысли о том, насколько же неловко будет завтра на работе. Именно мне, по моим ощущениям. Возможно, я себе много придумала, но … Совсем вот не верится, что директор так каждого нового работника обхаживает, чтобы тот задержался на работе в престижной фирме. Не склеивается как-то. Явно есть двойное дно в этом поведении. Ну, будет время завтра подумать над этим, сгорая от неловкости на глазах директора. А пока спать!

Но утро добрым не бывает. Хотя как посмотреть. Я морально готовилась к встрече, настраивала себя на рабочий лад всю дорогу по пути на эту самую работу, лад которой и нужно было поймать, но … Все оказалось куда проще. Хотя проще ли – в этом я пока разобраться не успела.

Половину дня я ожидала указаний начальника помимо тех, что уже есть на компьютере. Ждала, когда же надо будет понести бумаги на подпись или наоборот забрать. Или то, что Павел Сергеевич вновь сам зайдет, проходя мимо. Но этого никак не происходило.

И как же я обрадовалась внутри себя, обнаружив приказ о принятии каких-то мер, что лежал в стопке на сшивание и помещение в архив, на котором не стояло ни подписи директора, ни печати.

– А тут подписи Павла Сергеевича не хватает! – Сразу же известила я начальника, что стоял позади меня и помешивал обеденный чай.

– Оставь, – отмахнулся он, делая глоток.

– Почему? Подпись, подшить и в архив. Зачем какая-то бумажка лежать будет?

– Через пару недель подошьем, ничего за это время не случится.

– Но как же …

– Павел Сергеевич отъехал по делам. В командировку, так сказать. Через пару недель только приедет. Без его участия подписи мы не ставим.

– А-а-а-а …

Все внутри как будто рухнуло. Ну как же так? Неужели все мои старания по работе над собой были зря? И как он мог так уехать … Не сказать мне. Но стоп! Кто я такая, чтобы сам директор отчитывался передо мной. Нафантазировала себе что-то, во что сама же и поверила. Вчера просто произошло некое недоразумение. Казус! Он не отменяет того, что Павел Сергеевич мой директор, а я всего лишь подчиненная. Но где-то глубоко внутри все равно появился осадок глупой девчачьей веры в чудеса, от которых я сама же все это время отмахивалась.

Глава 12

Даже прохладнее стало в кабинете. И не так уютно. Хотя и с Павлом Сергеевичем о комфорте думать не приходилось. Вот дела! С ним тошно и без него тошно. Но ничего, пройдет. Надеюсь. Нет. Иначе и быть не может!

И так, замотивировав себя на успех, я продолжила раскладывать бумажки по папкам, которые уже какой день не хотели заканчиваться. Вот тебе и помощник юриста … Скан, сохранить, копия, файл. Скан … сохранить … копия … файл … Все убираю в одну общую огромную папку и уношу в самый дальний шкаф. А в голове так и зудит мысль: “только бы не уронить”. И благо, все заканчивается без происшествий. Как и в целом рабочий день.

За ним, казалось бы, должен проследовать и следующий, и еще один потом, и затем … Но завтра выходной. И вроде бы нужно радоваться, но мне от этого только грустно становится. Никаких планов, никаких надежд на выходные. Опять просижу оба выходных напролет с бесконечным чаем, листая ленты социальных сетей. Машка, как обычно, занята. Это я уже выяснила заранее. С Вадиком … И зачем я только о нем вспомнила? Нельзя. Нельзя! Что было в прошлом, должно оставаться там же. Можно, конечно, прогуляться, но в одиночку … Интереса нет. Еще и наушники сломались, что б! А до зарплаты еще долго, да и неизвестно, будет ли вообще. Может мне вообще за этот месяц ничего не полагается. Учитывая мои опоздания …

– Ты домой не идешь что ли? – Раздался за спиной веселый голос айтишника, имя которого уже успело выскочить у меня из головы.

– Да, то есть нет, то есть … Я собираюсь. Вы что-то хотели? – Немного нелепо, но все же я стараюсь не выпадать из делового этикета.

– Мне ничего не надо. Хотя если подумать … – делает он драматическую паузу, – нет, все-таки ничего. Я на самом деле, – почесывает он голову, видимо, чувствуя себя неловко, чем в неловкость загоняет и меня, не умеющую нормально реагировать на любое общение, которое не касается конкретных дел, – просто мимо проходил. Везде свет уже погасили, только у тебя в кабинете горит. И я, как мотылек, решил в гости заскочить, – искренне смеется айтишник над своей шуткой средней смешливости.

– Хах, ну ладно, – как бы усмехаюсь и я, чувствуя себя крайне глупо и нелепо. Поскорей бы он ушел!

– Ну я пойду?

– Идите.

– А вы пойдете?

– Сейчас соберусь и пойду.

– А может мне вас подождать?

– Зачем это?

– Ну вместе пойдем.

– И все же зачем?

– Так вдвоем веселее!

– Это уже сугубо индивидуальное отношение к …

– Ну не надо, пожалуйста. Я уверен, что ты и нормально общаться умеешь. Без всяких заумных фразочек. Павла Сергеевича хватает с его манерами, не в обиду ему будет сказано. Просто и так день тяжелый, мозги плывут, а тут еще слова сложные и обороты … – Молодой человек выпучивает глаза и тяжело вздыхает, а я автоматически ставлю себе воображаемую галочку на пункт в графе “подумать перед сном”, чес слово не специально, а как-то по наитию.

– Идите, я вас не задерживаю.

– Лер, да пошли вместе, я ж знаю примерно, где ты живешь. Погода хорошая, прогуляемся.

– Я этого не хочу, но приходится сдаться. День действительно был тяжелый, и сил на лишние споры не осталось. Проще уж согласиться, чем час отказываться и все равно проиграть. Я уже представила себе в голове заведомое поражение, хоть и знаю, что так делать неправильно.

– Ладно, пойдемте.

– Может все-таки на “ты”?

– Я вас не так хорошо знаю – Выключаю компьютер и снимаю с вешалки куртку.

– Во-первых, это не так важно. Во-вторых, мы коллеги. В-третьих, примерно одного возраста. А четвертое – самое главное.

– И что там? – Выключаю везде свет и достаю ключи от кабинета.

– Мы же сейчас и познакомимся!

– Вот это логика.

– Да, да, и я о том же. Железная! Даже и не поспорить.

– Я и не собиралась.

– Ну и ладно! Все равно спорить не надо.

– Вообще? – Поднимаю бровь и мельком смотрю на лицо паренька, нажимая кнопку лифта.

– Ну может не вообще в жизни, но со мной не стоит. И с начальством! – Говорит он это громко, оглядываясь по сторонам, как будто везде камеры и прослушка.Чудак.

– Поспоришь у вас тут с начальством. Все равно бессмысленно.

– Я об этом и говорю. Придется в любом случае соглашаться. Вот мы тут на днях не могли электронную подпись найти. А он нам – делайте новую. А как мы сделаем? Исходника то нет.

– И что, сделали?

– Нам пришлось. – Расстроенно отвечает парень.

– Выходим из пустого здания на улицу. Хорошо, свежо. Даже тепло на удивление для осени. Но я все равно себя чувствую не очень хорошо … предателем. В начальнике ли дело? Надеюсь, нет. Все же не хотела бы я с ним и дальше пересекаться, сложный человек. С этим даже айтишником куда проще общаться. Хотя и совсем чужой человек.

– Тебе же в ту сторону? – Махает он рукой в противоположном направлении от работы.

– Ну да.

– Мне тоже.

– Ладно.

– И тишина. Проходит минута, две, пять. По ощущениям, как будто несколько часов. Не привыкла я ходить с посторонним человеком в тишине и неловкости. С человеком, чье имя я даже забыла, а спросить стыдно.

– Ты же из Северного?

– Да …

– Вот и я тоже!

– Вот это совпадение! Не думала, что кто-то помимо меня с окраины города добирается на эту работу.

– Давно там живете?

– Лер! На ты!

– И как обращаться к … тебе?

– Юрка. Хотя, как хочешь, так и обращайся. Я не привередлив.

– Точно! Юра! Ну теперь хотя бы вздохнуть можно свободнее. А то совсем гадко было.

– Так давно там живешь, Юра?

– Всю жизнь!

– Это как? В смысле? Ни разу тебя не видела. Хотя такой район, где все друг друга знают.

– Я тоже так думал. Но тебя тоже ни разу не видел.

– Интересно.

И вновь молчание. Тишина. Осенний воздух наполняет легкие, свет от фонарей зачаровывает. Сейчас бы говорить и говорить о чем-то личном, сокровенном, потаенном. Но я иду с Юрой. А с ним совершенно не хочется делиться секретами. Пугает меня это. Общаешься с человеком, а он раз – и пропадает. Да еще и со всеми твоими секретами. Было, проходили, больше не хочется.

– Кстати! – Выкрикивает Юра и резко замолкает.

– Чего? Говори, уж начал.

– Я тут видел тебя … Вчера.

– Я, кажется понимаю, к чему идет разговор. Сразу холод пробирает, не спасает даже куртка. А это значит, что пора менять тему, так и не начав ее.

– Мне тебя надо поздравить?

– Да что ж ты вредная такая!

– Я? Наоборот! Радуюсь за тебя, что наблюдательный, внимательный. Еще и зрение хорошее!

– За комплименты спасибо, хотя со зрением ты погорячилась, – расплывается Юра, поправляя очки.

– Да всегда пожалуйста.

– Но все-таки. Ты выходила из машины. Я ее не спутаю ни с какой другой, да и номера те же, что и …

– Что и что?

– Что между вами?

– Ты о чем?

– Ну … ты, Павел Сергеевич … Не делай только вид, что ничего не понимаешь. Я тебя поймал, так сказать, с поличным. Я работаю с ним уже несколько лет. И видел, как многие с ним заигрывали, но безуспешно. А тут появилась ты, и буквально через несколько дней он подвозит уже тебя домой на своей машине. Еще и время было позднее. Ты с ним спишь? Тебя еще и так быстро на работу приняли, хотя отсеяли десятки кандидатов. Я то знаю, пропуска разовые сам на каждого делал. И по базам пробивал. Были очень достойные специалисты, с опытом … а взяли тебя … практически студентку, без опыта …

– Не знаю, что ты себе придумал, и знать не хочу. Ты поэтому так назойливо зазывал меня на совместный поход до дома? Чтобы все разведать? Как низко!

Я ускоряю шаг и несусь прочь от Юры. Вот же жук! А я думала, что только барышни таки грешат. А нет, среди мужского пола тоже индивидуумы встречаются.

– Лер! Да подожди! Я не так хотел!

– Меня не интересует как ты хотел и чего. Мне этот разговор неинтересен. Верь, во что хочешь, я оправдываться не собираюсь.

– Да я и не прошу! Просто решил спросить.

– Просто? Ты меня сейчас назвал женщиной легкого поведения, да еще не особо умной.

– Ладно, стой. – Юра оббегает меня и преграждает путь вперёд, отчего приходится остановиться. – Я облажался, признаю. Не хотел оскорбить. Правда. У меня талант все портить, не отрицаю. Но я правда хотел узнать, есть ли что-то между вами в непринужденной беседе.

– Какой какой? Ты это непринужденностью называешь?

– Да облажался!

– Окей.

– Извини … Но всё-таки?

– Между нами ничего нет.

– Хорошо. Это хорошо.

– Свои шансы что ли прикидываешь? – Пытаюсь уже я разрядить накаленную атмосферу, не имея никакого желания ругаться или обижаться.

– А вдруг.

– Не стоит.

– Почему? Я вроде не урод.

– Юр, не о том ты думаешь.

– А что надо сразу к … – не даю ему возможности договорить, закатывая глаза.

– Надо наслаждаться вечером. Смотри, как с погодой повезло.

– Ну да. – Поддакивает Юра, слишком расстроенно.

– И вновь воздух становится густым, тяжелым. Между нами виснет молчание. Вот знала же, что будет проще дойти одной, но все равно ввязалась в это. Опять. Только вчера себе слово давала. Или это слово работает только в отношении Павла Сергеевича?

– А на выходные у тебя есть планы? – Нарушает Юра молчание первым, хотя я предпочла бы завершить вечер в тишине.

– Нет.

– Отлично! Мы с ребятами хотим на шашлыки поехать, в настройки поиграть. Погнали с нами? Будет весело.

– Не, обойдусь.

– Почему? Точно говорю, будет весело.

– Куда-то ехать в компании незнакомых мужчин? Серьёзно?

– Согласен, немного странно. Но меня то ты знаешь.

– Не так, как должно в таких мероприятиях.

– Ну ты все равно подумай.

– Не тешь себя надеждами. Точно говорю, что никуда не поеду.

– Ладно. Тогда спрошу через месяцок, – подмигивает мне Юра.

Дорога все никак не заканчивается, в отличие от тем для разговоров, которые себя исчерпали в полной мере. И все бы ничего, но слова Юры зацепили меня. Один ли он подумал, что я сплю с начальником?

– Вот и мой дом. А тебе далеко еще?

– Ты же видел, где я живу.

– Черт, выдал себя, – смеется Юра, у которого внезапно поднялось настроение. – Давай провожу?

– Не надо, я сама дойду.

– Да мне несложно. Идти то минут пять от силы.

– Вот именно. Так что я дойду сама. Пока. До понедельника.

Но Юра не разворачивается к подъезду, а стоит на месте. Даже будто готовится идти дальше. При чем пойти бы мне дальше, наплевав на все. Но ведь Юра стоит ровно у меня на пути, а обходить как-то некрасиво.

– Пока, – повторяю я опять.

– Давай все-таки провожу?

– Юра, учись слушать.

– Ладно, ладно, – поднимает он руки, сдавшись и принимая поражение.

И наконец долгожданная свобода! Делаю глубокие вдохи и выдохи, наспех доставая сигарету. Пока ни Юра не видит, ни мама, которая уже скорее всего легла спать после суток. Некомфортно мне курить, когда кто-то это видит, как будто чем-то противозаконным занимаюсь, хотя по факту уже взрослый человек. Но как-то так воспитали меня. Где-то недоконтролировали, а я не оправдала надежд. И теперь сама же этого стыжусь.

Глава 13

А выходных, как и не бывало. Как можно потерять два дня из жизни? Да очень просто! Нужно всего лишь спать – вот и весь рецепт успеха. Я не планировала и никак не ожидала, но оба выходных провалялась в кровати, периодически то просыпаясь, то обратно засыпая. Иногда дремала … Так, для разнообразия. Если такое времяпровождение выходных не войдет в привычку, то можно и допустить, что ничего плохого не произошло. Можно даже скинуть на стресс организма. Все-таки новая работа, люди, обязанности, странное поведение начальника … Почему-то он мне так и дает покоя. Все мысли возвращаются к нему.

И те слова Юры о том, что многих кандидатов отсеяли, но меня взяли. Меня – девушку без особых навыков, опыта работы и связей. Еще и одним днем взяли, без дополнительных собеседований, тестов и прочего. Действительно, заставляет задуматься.

Но на выходных я была слишком занята. И мысли постоянно возвращались лишь к самому образу начальника, вечере, когда мы … он … Сложно! И чем меня это так зацепило?

Но времени эту тему обсудить самой с собой у меня нет. Я уже вхожу в здание, нажимаю на кнопку лифта, поднимаюсь на нужный этаж …

И оказываюсь в самом людном кабинете. Но как? Откуда? На прошлой еще неделе не было ни души, а сейчас еле протолкнешься, чтобы всего лишь пройти к своему рабочему кабинету. И ведь не пускают! Люди толпятся, держат воображаемые очереди, не пропускают никого, кто, по их скромному мнению, может встать перед ними.

– Девушка, куда вы? Очередь там. – Не выдерживает один мужчина.

А я даже не понимаю откуда идет голос, не вижу лица говорящего. Так много людей, и все куда-то стоят.

– Мне надо просто пройти, – пытаюсь выдавить из себя улыбку и вежливо протиснуться в узкую щель между людьми.

– Знаю я вас таких. А потом в кабинет без очереди проходите, – подхватывает женщина, лица которой я также не могу увидеть.

– Я здесь работаю.

Мне уже приходится как будто оправдываться, потому что иначе оказывается не пройти. К такому меня жизнь не готовила. Благо, мне ничего на это не отвечают. А я силой все же пробиваюсь к кабинету, около которого людей практически не оказывается.

Прячусь за дверью от социума и встречаюсь глазами с Константином Андреевичем.

– Что происходит?

– Ничего особенного, – наливает начальник кипяток себе в чашку, подносит к моей как спрашивая “надо ли”, но махает рукой и, не дождавшись ответа, наливает.

– А откуда так много людей?

– Привыкай. Это на месяц точно, а то и больше. – Начальник кладет щедрые три ложки кофе себе и одну скромную мне.

– Но почему?

– Индексация, суды начали работу, ну с отпусков повыходили все, а то раньше дежурные только были, совпало с текущими делами.

– Как это все странно для меня.

– Ничего, ко всему привыкается, если, конечно, не сбежишь. – Начальник протягивает мне чашку кофе и распаковывает пачку с печеньками, – угощайся.

– А куда они стоят то? Павел Сергеевич уехал же.

– Уехал. Такое совпадение впервые у нас. Там сидят начальники других подразделений и заявки собирают. Старт делам пока не даем.

– Понятно.

– Ты кушай, кушай. А то скоро до работы не сможешь ездить, – начальник разворачивается и уходит к своему столу.

– Это еще почему?

– Сил не будет, от голодовок пользы нет, как и от лишней скромности, – отвечает от мне спиной и погружается в работу.

А мне ничего не остаётся , как сесть за перекусочный стол и насладиться хоть каким завтраком.

Знала бы я заранее, к чему приведет этот наплыв клиентов. Может и не зря я отсыпалась, организм чувствовал стресс, который наступит слишком скоро.

До конца недели я то и дело, что разгребала все эти заявку, сортируя по срочности и виду ответственности. Все пять дней прошли, как один длинный. Разве что походы от дома до работы и в обратном направлении были глотками свежего воздуха. Тишина, спокойствие и никакой нервотрепки. Правда отдыхать мозгами все равно не удавалось. Головой я всегда была на работе. И лишь изредка мыслями возвращалась к Павлу Сергеевичу. Зачем? Почему? Я и сама не знаю.

И когда начались выходные , я их не заметила. Опять все проспала. И нет, не стыдно! Никто никуда не звал, а я и не рвалась в одиночку искать приключения. Так что я с чистой совестью пряталась от окружающего мира под одеялом. И если я надеялась, что с наступлением понедельника станет легче, то нет, чуда не произошло. Работы не убавилось, людей меньше не стало, а Павел Сергеевич … Да черт, хватит. Сколько можно о нем думать? Это мой директор! Это неправильно!

Вторник, среда и четверг облегчения не принесли. А вот в у уже стало легче. День объявили неприемным и мне оставалось лишь разбирать бумаги, оставшиеся с прошлых дней. Кофе на работе по утрам уже вошло в привычку, как и вкусные печеньки.

– Лера, отдохни. – Нарушил темп моей работы Константин Андреевич.

– Что? – Слышала я, но слов как будто и не разобрала. И уже запоздало дошло, что от меня хотят. – Зачем? Тут еще столько дел, что …

– Спокойнее относись к этому. Работа никуда не денется, ее всегда будет много. А о себе забывать не стоит.

– Но ведь Павел Сергеевич вернётся, и ему будут нужны характеристики, отчеты, разложенные по …

– Он не злодей и все понимает. В любом случае он сам не успеет дать ход всем делам сразу. Пока из всех дел он дал ход только мелким, для которых суд то заочно будет проходить. Так что успокойся. Ничего плохого не произойдёт, если не успеешь выполнить месячную норму работы за неделю. И пообедать обязательно сходи, а то мне нужен здоровый сотрудник.

– Константин Андреевич!

– Давай, давай. Откладывай работу и хотя бы чаю завари. Я наблюдаю за тобой.

Звучало как угроза, которые я выслушиваю уже не первый раз. Почему все так переживают по поводу питания один, максимум два раза в день? Только одна я не знаю какой-то тайны, связанной с пропуском обедов ?

Но противиться я не стала. Заварила чай и уселась перед компьютером. И ничего мне лучше не пришло в голову, как … Что за дело там было такое? Ну о котором директор говорил. Он обещал его показать, если ничего не изменится в подвижках … Но он уехал … А об отсрочках речи не шло … Поэтому имею полное право узнать свое! Да, точно так!

Захожу в компьютер и начинаю искать. Наверняка это дело оцифровано, есть хотя бы в базе данных. Значит, нужно найти всего лишь нужную папку.

– Лера, передохни! – Звучит голос начальника, который действительно за мной наблюдает.

– Я … Это … Отдыхаю. Это не работа. Свой час обеда могу проводить, как хочу.

Константин Андреевич тяжело вздыхает и выходит из кабинета , видимо, на обед. Время самое то.

А мне на глаза попадается папка, связанная с рабочим сервером. И тут очень много дел, текущих и тех, которые уже завершены. Значит, нужно искать то, что датировано несколько месяцев назад и все еще не закрыто. И мне везет, искать приходится недолго. Таких дел единицы. Нажимаю на случайно выбранное, название которого больше походит на правильное. На это лишь открывается окно с ошибкой, что нужен доступ или хотя бы пароль. А может и то, и другое – в этом я пока не разобралась.

“Валерия, хватит копаться , где не надо” – приходит смс от незнакомого номера. Но я игнорирую это и начинаю (зачем то) пытаться подобрать пароль.

“Валерия, перестаньте” – Приходит вновь смс от тоже номера.

За мной кто-то следит? Кто мне строчит? Странно, но ладно. Продолжим, не будем отвлекаться.

После нескольких неудачных попыток я немного расстраиваюсь. Хотя на что я надеялась? Откидываюсь на спинку компьютерного кресла и утыкаюсь глазами в окно.

– Валерия, зачем вы лезете, куда не надо? – Раздаётся у меня за спиной голос, по которому я почему-то успела соскучиться.

Оборачиваюсь. А в дверях стоит Павел Сергеевич. И лицо у него какое-то совсем недовольное.

– Вам первой смс не хватило?

– Так это вы мне писали? Ой… – Вот никак не ожидала, что у него есть мой номер, хотя он же директор … И в анкете я писала свой номер. Вот тупица!

– И вторая смс вас не остановила.

– Так вышло.

– Валерия, что вами движет? Дело серьёзное , не нужно туда совать нос.

Такой серьёзный. Сердитый. Даже его эфемерные его фразочки куда-то подевались. Значит, умеет все-таки общаться как нормальный человек. Может я этого и добивалась? Но странно об этом думать, находясь в моем положении.

Глава 14

– Я …

– Что, Валерия? – Павел Сергеевич тяжело вздыхает и опирается о мой стол, практически садясь на него, складывает руки в замок.

А я, кажется, плыву. Он такой прекрасный, когда настоящий. Так и хочется ущипнуть, чтобы понять, не сон ли это все, и действительно ли это директор. И теряюсь, что ответить ему. Что больше так не буду? Бред. Полнейший бред! Конечно буду, еще как! Вот уперлось мне это дело, а Павел Сергеевич сам согласился ввести меня в курс происходящего по истечению времени. И оно пришло.

– Мы с вами договаривались, что вы …

– Валерия! Поймите, это все очень серьезно. А на такие авантюрные договоренности с начальством странно полагаться.

– Значит, я вам не могу верить?

– Господи, да причем тут это? – Павел Сергеевич заводит руки за голову и обращает взгляд к потолку. Согласна, там, возможно, и интереснее, я же сегодня без макияжа и должной укладки, чтобы можно было мной любоваться.

– А разве я не права?

– Вы, Валерия, не правы. Перестаньте копаться.

– А то что?

– Уволю.

– Да пожалуйста! Увольняйте! Но что за что? За любопытство и желание помочь? За выполнение своей работы? – Мамочки … Что я говорю? Зачем … Меня же теперь точно уволят. Вот точно, язык мой – враг мой. Но теперь уже ничего не поделать. Назад пути нет. Раз начала гнуть свою странную линию, обреченную на поражение, придется идти до конца. И зачем полезла вообще туда, возомнив, что раз проработала неделю-две, значит, все можно. И понадеялась к тому же, что с начальством можно дружить. Хотя точно знаю, что это не так.

– За нарушение должностных инструкций.

– Я не подписывала бумаг, в которых бы говорилось о том, что к каким-то делам у меня нет допуска, а значит, я не могу их вести.

– Валерия.

Больше Павел Сергеевич не сказал ничего. Только с чересчур серьезным лицом начал свербить меня глазами, сложив руки на груди. Но раз я внезапно такая сегодня дерзкая, то тоже отступать не собираюсь. Сижу и смотрю на него. Правда от того, что он возвышается надо мной, практически сразу становится некомфортно. Как слон и моська, ей богу. Смотреть уже не хочется в его сторону, но я все жду, что он расколется первым. Конечно, весьма странное поведение при моей ситуации, но я не могу сейчас сломаться! Вот чувствую, что нельзя. Надо стоять на своем до конца. А в мыслях то уже и позабылось, для чего это все, ведь … Павел Сергеевич такой красивый, когда злится. И он начальник. Об этом нужно хотя бы иногда вспоминать, раз забывать об этом мне дается слишком легко.

– Это было первое и последнее предупреждение. Вы поняли, Валерия? – Не выдерживает директор и сдается первым в игре в гляделки.

– Что-то еще?

– Разумеется. Завтра выходите отрабатывать. Нарушение фиксировать не буду. Но к 10 утра быть на работе.

– Но завтра же суббота. – Мгновенно я теряюсь, не ожидая такого поворота событий.

– Поэтому к 10. Не забывайте о моей доброте. До свидания.

Павел Сергеевич резко встает и выходит, обязательно хлопая дверью. А я моментально начинаю краснеть. Во что я влипла … Более того, если наш разговор никто не слышал, то хлопок дверью разлетелся по всем коридорам. Как мне теперь в глаза то всем смотреть? Явно начнутся вопросы и сплетни. Ой ну и дура … Хотя бы раз попробовала бы держать язык за зубами, может что хорошее случилось бы.

Остаток рабочего дня проходит в тишине и относительном спокойствии. Константин Андреевич сразу садится за свой компьютер, вернувшись с обеда, и будто бы даже забывает о моем присутствии. Я же доразгребаю бумаги с еще только первого дня. И когда заканчивается рабочее время я сначала жду, пока все уйдут домой, прислушиваясь к шагам в коридоре, и только уже потом собираюсь сама. Быстрым шагом иду до лифта, практически переходя на бег. Только бы с директором не столкнуться!

Дорога до дома привычного спокойствия не приносит. Мысли так и заняты тем, как я завтра пойду отрабатывать свой проступок – по словам директора.

“А что если не приходить?” – Проносится безумная вспышка смелости у меня в голове, ноя быстро тушу ее. Не стоит еще сильнее усугублять плохие отношения с директором.

Придется все же принять поражение и прийти на работу. Других планов все равно построить я не успела. Да и странно будет опять проспать которые по счету выходные.

Прихожу в пустую квартиру. Мамы дома опять нет. Неужели опять взяла дополнительные смены? Никак мы в ней не пересечемся. Вроде и вместе живем, но я по ней уже очень сильно скучаю. Приходим на сон и отдых по очереди. Я работаю – она спит, и наоборот. Чертовы графики и погони за деньгами, чтобы хотя бы оплатить коммуналку.

Принимаю душ и готовлюсь ко сну. Вот только сон ко мне никак не идет. И только я практически ловлю момент, зацепившись за падение в забытье, как загорается экран телефона. Да что ж такое! Я же специально выключила все уведомления. Попытки проигнорировать проваливаются. Экран телефона горит и горит, а вибрация в который раз пробегает от телефона по тумбочке. Приходится встать и посмотреть, что же там такое.

“ Оденьте удобную обувь”

“Одежда любая, не нужно официальностей”

“Ответьте”

Опять смс с того не-знакомого номера! Вот даже ночью в моей собственной квартире Павел Сергеевич умудряется меня достать.

“Ок” – отвечаю ему коротко и, наконец, ложусь спать.

* * *

Утро облегчения не приносит. Голова раскалывается. Не удивительно, что я не выспалась, ведь ворочалась половину ночи, заснув только к утру. Но зато хотя бы не проспала, так и не погрузившись в полноценный глубокий сон, а перескакивая по коротким полудремам.

Смотрю в окно, а погода с самого утра обещает быть хорошей. Значит, можно увереннно доставать из шкафа короткие джинсовые шорты, которые я купила еще к прошлому лету, но ни разу не надела. К ним я выбираю белую футболку и бежевые кроссовки. Перед самым выходом замечаю темные очки и до кучи также надеваю. Вполне удобно и не официально. Всё по запросу!

По дороге на работу делаю по кругу все дыхательные гимнастики, о которых только слышала. Но до конца успокоиться не получается. И волнение проходит лишь тогда, когда я прихожу на работу и замечаю, что на этаже, как и во всем здании, никого нет. Совсем никого! Я одна! Переношу с общего стола новую порцию бумаг и продолжаю уже привычную рутину. Только не дает покоя то, что все же можно было не приходить. Раз Павла Сергеевича самого здесь нет, то и проверить приходила ли я, он не сможет.

Так проходит час, другой …

– Валерия? – Раздается голос за спиной, к чему я, наверно, никогда не привыкну. И я, как обычно, сначала вздрагиваю, а только потом оборачиваюсь. – Неужели вы тут? Я поражен.

– Инструкции были вполне четкие. Прийти на работу в субботу. – Стараюсь я сохранять хладнокровие, осмелившись смотреть Павле Сергеевичу прямо в глаза, чем удивляю даже саму себя.

– Но все же судя по вашему поведению, вы могли и пренебречь моими словами.

– Я не настолько смелая. – Бросаю ему и возвращаюсь к перебиранию бумаг. Вызвал на работу? Отлично! Вот я и работаю. К чему отвлекать?

– Собирайтесь.

– Куда?

– По дороге я вам расскажу.

– Ну уж нет. Если опять вы хотите меня покормить, то не нужно. Я останусь здесь и буду …

– Валерия. Речь не об отдыхе. Я вас вызвал на работу и сейчас мы пойдем по рабочим делам. Не придумывайте лишнего. Я жду у лифта. У вас не более пяти минут.

Павел Сергеевич выходит из кабинета, а меня опять бросает в краску. Иногда нужно молчать. Надо прям на лбу себе написать. И на руках. И бумажку на монитор повесить. Как же неловко. Меня по работе вызывают, а я только и думаю, что о совместных обедах. Плохо, Лера, очень плохо.

Глава 15

Откладываю бумаги из рук в сторону, ничего не убирая на места. Беру с подоконника сумку и перекидываю ее через плечо, очки помещаю на голову, как ободок. И пулей выскакиваю из кабинета.

Павел Сергеевич, как и обещал, уже ждет у лифта, и только завидев меня, сразу нажимает на кнопку. Смотрит на меня серьезно, а потом медленно переводит взгляд на телефон, задерживая его на мне. Видимо, короткие джинсовые шорты и заправленная в них футболка в свободный дресс-код не входили. Ну и ладно, конкретизировать надо было! И вообще, у меня сегодня официально должен быть выходной, а я вышла на работу без подписания каких-либо бумаг. Так что ничего не знаю, ла-ла-ла. Пускай думает, что хочет.

Но Павел Сергеевич не говорит ни слова, что-то набирая в телефоне, пока мы спускаемся на лифте, идем по парковке, садимся в его машину. Надеюсь, хотя бы за рулем он уберет телефоне. Иначе я ехать отказываюсь! И весь путь проходит в тишине ведь. Он мне ни слова не говорит, а мне приходится молча следовать за ним, так и не понимая, что происходит.

И когда машина трогается с места, я все же решаю нарушить тишину.

– Так куда мы едем? Что за работа?

– Мне сегодня не помешает секретарь.

– Что? Серьезно? – Само собой вырывается у меня, сопровождаясь усмешкой.

– Вам это смешно, Валерия?

– Да нет, все нормально. Просто секретарь. Ради этого я лишилась выходного. Хотя наверняка на подобных выездах вы справлялись и без секретаря.

– Справлялся.

– Так что случилось? Особенный случай? – Я пытаюсь говорить, как можно более ровно, сохранять спокойствие и невозмутимость, но нотки раздражения все равно проскакивают в голосе.

– А почему бы не взять разок секретаря, подумал я, раз есть такая возможность. Да и вы без дела не посидите. К тому что, здание сегодня пустое, что вам одной там делать? – Павел Сергеевич говорит это так непринужденно, как будто действительность верит в каждое слово, словно это разговор ради разговора, просто поддержания беседы.

– Без дела? Да вы хоть знаете, сколько у меня сейчас дел?

– Вы можете рассказать, у нас есть время.

– Сколько у нас времени?

– Час-два, все зависит от дороги.

– А куда мы едем?

– Все вам расскажи, – усмехается он. – За город. Там живет заказчик. Нужно прояснить некоторые вопросы и забрать документы.

– А он сам не может привезти свои документы?

– Валерия, – на светофоре очень вовремя загорается красный и Павел Сергеевич резко дает по тормозам, из-за чего меня встряхивает, после этого он поворачивает голову ко мне и со всей серьезностью смотрит в глаза. Даже не в глаза, а внутрь, сквозь … – Возможно, вы не поняли, где работаете и с кем. У нас престижная юридическая фирма, которая не занимается мелкими бытовыми делами, разве что в крайних случаях. Очень много клиентов – юридические лица, важные люди. Я бы даже сказал, слишком важные, чтобы о них вообще говорить. И моя работа – сотрудничать с ними. Это моя прямая обязанность, а руководить всеми в качестве начальника – работа уже вторичная. Так что да, клиент не может сам привезти свои документы. Еще есть вопросы? – Павел Сергеевич настолько серьезен, что даже желваки начинают ходить, а скулы выделяться еще сильнее.

– Н-неет. Вопросов нет.

– Отлично. Вы мне хотели что-то рассказать? Я слушаю.

– Вам … это … сигналят.

Павел Сергеевич раздраженно вздыхает и топит на газ. А я превращаюсь обратно в маленькую застенчивую девочку, которая оказавшись в компании более одного человека начинает искать выход. А находясь рядом с начальством … Ох, проще из машины выпрыгнуть. И то не так страшно будет. Еще и эти шорты короткие надела. И волосы надо было хотя бы в хвост убрать.

Дальше дорога проходит в молчании. Павел Сергеевич занят дорогой, а я мыслями и самокопаниями.

Мы действительно выезжаем из города потом долго едем по трассе и сворачиваем в какой-то район, отстроенный домами, будто с картинки. Огромные богатые дворцы, иначе не сказать. Высоченные ворота, дома минимум в три этажа, где-то я даже пять насчитала, мимо проезжают огромные машины, на которые даже смотреть страшно – вдруг за разглядывание деньги берут. И мы останавливаемся.

Павел Сергеевич выходит из машины, я следую за ним. Только мы подходим к воротам, как они сразу же открываются. А за ними стоит человек.

– Это же … – Говорю я шепотом, чтобы никто не услышал.

– Тише, ни слова, – перебивает меня директор еле слышно. – Улыбайся и молчи, – цедит он сквозь зубы.

– Здравствуйте! Как ваши дела? Как жена с дочкой? – Подходит он к мужчине и крепко жмет руку, играя на публику своей показной широченной улыбкой и манерностью, о которой я и подумать не могла в отношении вот конкретно него.

Мужчина ему что-то отвечает, и они проходят на веранду. Я же молча и покорно следую за всеми, боясь выронить хоть слово. Павел Сергеевич делает мне знак, и я останавливаюсь, а мужчины проходят дальше и заходят в дом. Я же стою и стою, и стою … Смотрю вперед перед собой, боясь увидеть лишнего. Даже ушам даю команду ничего не слышать. Наконец, мужчины возвращаются. Я мельком смотрю на время и оказывается, что прошло полчаса. Мои самые бесполезные полчаса жизни, потраченные впустую!

– Возьмите, – директор отдает мне документы и поворачивается обратно к мужчине.

Я же трясущимися руками принимаю кипу бумаг и стою, затаив дыхание. Стараясь, даже не смотреть в их сторону.

Павел Сергеевич прощается с мужчиной, разворачивается и уходит. А я? Что мне то делать? Я поднимаю взгляд на мужчину, слегка улыбаюсь, разворачиваюсь и чуть ли не бегом догоняю Павла Сергеевича. Залетаю в машину с неимоверной скоростью.

– Валерия, выдохните. – Обращается ко мне Павел Сергеевич, когда мы отъезжаем от ворот.

– Да я вроде … это … дышала.

– Вроде? – Усмехается он. – Чего вы так испугались? Просто клиент.

– Просто? Да это же …

– Не нужно. Вот о том, кто был – забудьте. Эта информация вам ни к чему. – Перебивает меня Павел Сергеевич, будто предвидя, что я отвечу.

– Понятно.

– Все хорошо?

– Да, разумеется. Просто я поняла, чем вы занимаетесь.

– Да? – Заинтриговано спрашивает директор, опять усмехаясь. После встречи настроение что ли наладилось? Или в кармане места свободного меньше стало? – И чем же?

– Вы покрываете его. Его и таких же клиентов. Поэтому ездите к ним сами. И много платят?

– Стоп. Валерия, я всего лишь выполняю свою работу. Не более того. Не нужно приписывать мне все смертные грехи. Если вы пытаетесь сделать меня злом по причине того, что я отнял у вас выходной, то это того не стоит.

– Я тоже говорю всего лишь о вашей работе. И что-то кому-то приписывать не в моих интересах.

– Вы сами представляете как такие высокопоставленные лица приезжают в обычную, пусть даже самую престижную юридическую контору просто отдать документы?

– А почему нет?

– Валерия, вы еще наивный ребенок. В мире все намного сложнее, чем вам кажется.

– Может, это вы усложняете?

– Я всего лишь выполняю свою работу. – Цедит уже привычно по-утренне раздраженно директор. Вот вы, например, уверены в том, что сами, Валерия, хорошо выполняете свою работу? Упрощу. Выполняете работу?

– Я? Да. Конечно! У вас есть сомнения?

– Знаете … То я вас вижу с чашкой кофе, то с чашкой чая, то вы залезаете в базы данных, допуск в которые есть лишь у нескольких людей, которых можно пересчитать по пальцам одной руки. А постоянно я не могу находиться рядом с вами, чтобы контролировать.

– Да что вы …– И такая злоба овладевает мной, что я даже забываюсь, где и с кем нахожусь. Повышаю голос и начинаю активно жестикулировать руками. – Спросили бы у Константина Андреевича, какой из меня работник. И вообще раз так сомневаетесь во мне, то могли бы и не брать на работу! Если у вас есть ко мне претензии рабочего характера, то изложили бы на рабочем месте в письменном или устном виде у себя в кабинете! Да я все эти дни только и делаю, что разгребаю все запросы, что были адресованы и принесены вам, пока вы решили побыть в отъезде! На обед не хожу и не трачу время даже на более менее нормальный перекус на рабочем месте, кроме как раз таки того самого кофе или чая! Вы вообще представляете, сколько там заявок? И каждую нужно отчитать, зарезюмировать – для вас же! -, затем разложить бумаги, относящиеся к каждому конкретному делу, в нужном порядке, все сложить в одну папку, сортируя по разнообразным критериям! И помимо этого мелкие поручения, они так то никуда не делись!

– Валерия, выговорились? Стало легче?

– Остановите. – Заканчивается воздух, я забываю, как дышать. Я сейчас высказала все, что накипело. Но не другу или хотя бы коллеге. Нет. Директору! Что теперь со мной будет. Боже мой …

– Мы сейчас заедем на заправку.

– Отлично.

– Так значит, вы утверждаете, что много работаете, а я такой плохой этого не замечаю?

– Если коротко, то да. – Отступать уже некуда, остается лишь идти до конца. Хотя вспоминая прошлый раз, случившийся вот буквально недавно, ничем хорошим это не закончилось. Неужели теперь еще и завтра придется выходить на работу?

– Тогда у меня к вам предложение. Но учтите, от предложений начальства нельзя отказаться.

– Дороги назад нет.

– Именно.

Павел Сергеевич подъезжает к колонке на заправке и выходит из машины, оставляя меня одну наедине с интригующим моментом разговора, который, как я думаю, на этом и закончится. Но сидеть рядом с ним я больше и не хочу, и не могу. И противно, и неловко. Просто комбо! Поэтому быстренько, пока директор еще не вернулся, я выхожу из машины и пересаживаюсь на заднее сидение. Да, так определенно лучше.

Павел Сергеевич возвращается, но, к моему сожалению, никак не реагирует на последние изменения.

– Решили оценить задние кресла?

– Тут больше места. И есть чем дышать.

– Хотите сказать, со мной слишком душно? Или я душный?

Боже мой, он знает такие слова! Должен был удивиться он, а удивляюсь я. Вот уж не ожидала, что Павел Сергеевич и такое умеет.

– Я этого не говорила.

– Ваше дело, Валерия. Но если это действительно так, то теперь работать вам станет еще сложнее. – Говорит он ровно, видимо, небольшая прогулка до окна оплаты его немного успокоила, мне же наоборот становится нервно при таких словах. Что теперь будет? Мне бояться? Или уже поздно?

– Почему? – Спрашиваю очень тихо, робко, как будто это изменит ситуацию.

– О, так я не озвучил вам свое предложение?

– Нет.

– С понедельника вы работаете со мной. В одном кабинете. Я распоряжусь, чтобы вам даже специально поставили отдельный стол, за которым вы будете работать, Валерия. Вот и посмотрим на вас в деле.

– А может не …

– Не надо? Я же уже сказал, что от предложений начальства не отказываются. А чтобы вы не стали апеллировать мне разного рода понятиями из энциклопедического словаря для первого курса юрфака, то в понедельник будет готова бумага о вашем переводе. Поздравляю, у вас, возможно,временное повышение. Всего за пару недель из помощника юриста в личные помощники директора. Круто, не правда ли?

Пол рухнул. Ноги потерялись. Ладошки вспотели. А голова пошла кругом. Это же … Так нельзя. Теперь меня на работе ждет ад.

А все почему? Надо учиться молчать! И всегда помнить, рядом с кем открываешь рот.

Глава 16

Еще никогда я настолько не боялась наступления понедельника. Вот уж точно, день тяжелый. Всю дорогу до офиса трясусь, даже несмотря на то, что на улице погода наладилась, и выдался жаркий день. А я иду в кожанке и трясусь. Озноб изнутри пробирает.

Когда прихожу в здание – ничего не меняется. Иду к своему кабинету, но на середине пути вспоминаю, что у меня новое рабочее место. Надеюсь, Павел Сергеевич не пошутил? А то получится как-то нелепо. Хотя насчет рабочей субботы у меня тоже были сомнения …

Ладно. Теперь главное не подавать виду. Поднять голову и гордо развернуться. Как будто так и надо. Точно-точно, я сделала так специально.

Ну вот зачем только я убеждаю себя в этом … Только я знаю то, о чем я же думаю. Для людей вокруг все выглядит совсем иначе. Так, нет, хватит думать обо всем, что происходит снаружи.

Подхожу к кабинету Павла Сергеевича. Собираюсь с духом – да, да, это очень важно. Вдох, выдох …

– Нет! – Орет откуда-то из-за спины секретарша директора. – Нельзя! Павел Сергеевич очень занят!

– Что? – Находясь в полнейшем недоумении, оборачиваюсь и вижу, как на меня бежит девушка на огромных каблуках, подгибая ноги в коленях, махая рукой.

– К Павлу Сергеевичу нельзя! У вас не назначено! – Подойдя совсем вплотную, продолжает она орать.

Я отпускаю ручку двери и полностью оборачиваюсь на девушку.

– А зачем мне назначать? Я же тут работаю, – развожу руками. – Да и к тому же раньше документы носила, таких проблем не возникало.

– Это тогда, а сейчас все иначе. Большой поток людей. Чтобы попасть к Павлу Сергеевичу, – называет секретарша имя с полным благоговением, – теперь нужно либо записываться, либо по электронной почте все отсылать.

– Писать письмо с просьбой зайти что ль?

– Да! Тогда Павел Сергеевич передаст это мне, а я уже назначу.

– О, нет, нет. Вы меня не поняли. Мне не нужно ничего назначать.

– Тогда идите!

– Да никуда я не пойду. Мне нужно работать.

– Вот и работайте, – прогоняет секретарша меня уже не только словами, но и руками.

– Тогда я пошла, – подергиваю плечами и поворачиваю ручку двери.

Я уже открываю дверь, вижу в щелку сидящего директора, который сразу же поднимает голову. И мы встречаемся глазами. Но тут щелка резко уменьшается, а потом и вовсе пропадает. И я оказываюсь стоящей впритык к закрытой двери.

– Да что такое! – Оборачиваюсь на долю секунды к девушке. – Мне нужно пройти!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.