# Не Андорра

Максимиллиан Дожи-Ветков

Авария на ночной зимней трассе. К счастью, всё обошлось, все живы-здоровы, и казалось бы, что всё закончилось хорошо. Но для героев закончилось лишь всё хорошее, а остальное только начинается…

Машина неслась по пустынной зимней трассе. Время было ещё не позднее, но в декабре темнеет рано, а, поэтому, если не смотреть на часы, казалось, что уже давно наступила ночь. Судя по свежим сугробам вдоль обочины, дорогу расчистили от снега относительно недавно. Вадим сидел за рулём, Мирослава – рядом с ним. Сергей расположился на заднем сиденье и с безразличным видом взирал на плотный строй огромных тёмных елей за окном. Мобильный телефон Мирославы зазвонил забавной мелодией из «Ну, погоди!».

– Алло… Да, мы уже в пути, – ответила Мирослава. – И есть небольшое изменение: нас будет не четверо, а трое… Ну, я, Вадим и Сергей. Девушка Сергея не смогла поехать. У неё что-то там изменилось… Да, хорошо! Только что мост переехали… Может быть даже раньше … Вадим гонит как сумасшедший… Всё тебе интересно. Ну, откуда я могу знать? Ладно, давай, до скорого!

Мирослава убрала телефон и обернулась к Сергею:

– Она спрашивала, что с твоей Леной случилось?

– Ей-то какое дело?! – отозвался Сергей.

Мирослава с трудом сдержала улыбку и отвернулась.

Сергей очень хотел пригласить Лену на эту предновогоднюю вечеринку (с ночёвкой), в компании его однокашников. И ведь ничто не предвещало облома. Лена (красивая длинноногая блондинка Леночка из отдела логистики) доброжелательно относилась к ухаживаниям Сергея: в обеденный перерыв они часто ходили в кафе, Сергей дарил ей цветы, а Лена брала их с благодарной улыбкой, и однажды она согласилась поужинать с ним в ресторане. Правда, после ресторана у Лены вдруг возникли ещё какие-то дела – это немного испортило Сергею впечатление от вечера. Но когда он провожал Леночку домой на автобусе, она, будто бы ненароком, прижималась к его руке упругой грудью, а на прощание погладила прохладной ладонью его пылающую щеку, слегка коснувшись красивым алым ногтем его губ…

И он её пригласил! Лена сразу согласилась, и от радости у Сергея сердце едва не выпрыгнуло из груди. Но уже на следующий день счастью настал конец – Леночка подошла к нему и, глядя в лицо большими грустными глазами, сказала, что «очень-очень» сожалеет, но «никак-никак» не сможет, и нежно провела (теперь уже голубым) глянцевым ногтем по его запястью. Потом, из разговоров коллег, Сергей узнал, что она отправилась с начальником кататься на горных лыжах в Андорру…

– Серый, да не расстраивайся ты так! – не оборачиваясь, сказал Вадим. – Даже хорошо, что всё сейчас выяснилось.

– Просто не твой человек, – присоединилась Мирослава. – Хотя её, вообще-то, можно понять. Вот ты бы её в Андорру отвёз на все праздники?

– А, может, и отвёз бы, – вздохнул Сергей, думая, что, на самом деле, он мог бы, но почему-то этот вариант в голову ему тогда не пришёл…

– Ага. Ну и за чем тогда дело стало? – усмехнулась Мирослава. – Да чёрт с ней! Вокруг девок полно. У нас, между прочим, мужчин не хватает. А женщин, как раз, навалом… Вадик, веди осторожнее, гололёд же! Куда ты так гонишь?

– Всё норм, я всё контролирую, – спокойно отозвался Вадим.

Некоторое время ехали молча. Сергей пялился в окно и представлял, как Лена на лыжах переломает свои длинные ноги, шеф выгонит её из роскошной гостиницы, и она, на замызганном чартере, приползет домой в инвалидной коляске, а тут он, Сергей, окажется в аэропорту по какому-нибудь делу…

Внезапно машину резко повело влево. Вадим, мгновенно побледнев, начал лихорадочно выворачивать руль. Мирослава, вскрикнув от неожиданности, уронила телефон. Сергей, очнувшись от фантазий, пытался понять, что происходит.

Машину сначала развернуло поперёк дороги, потом она закружилась. Вадим в панике уже не знал, в какую сторону ему крутить руль, а тормоза на скользкой дороге оказались бесполезны. Повинуясь собственной воле, машина сделала ещё несколько оборотов, а затем пробила сугроб на обочине, слетела с трассы и нырнула в засыпанный снегом кювет. Всё заняло секунды. Подушки безопасности не раскрылись.

– Ой! – первой опомнилась Мирослава. – Вадик, ты как?

– Нормально… – глухим голосом ответил Вадим и попытался обернуться, – Как там Серый?

– Жив, нормально всё, – отозвался Сергей.

Машина зарылась в снег по самое лобовое стекло. Приборная панель всё ещё светилась разноцветными лампочками, но было очень тихо – мотор заглох.

– Что будем делать? – спросил Вадим и, взглянув на панель, добавил. – Блиин! Минус двадцать два! Хреново…

Едва он это сказал, приборная панель, мигнув пару раз, предательски померкла, и в машине стало так же темно, как снаружи.

Отстегнув ремни безопасности, друзья попытались открыть двери. Ни у кого не получилось – машина сидела глубоко в снегу, а двери заклинило. К счастью, стеклоподъёмники были механические, поэтому окна открыть удалось.

– Давайте вылезать, – сказал Вадим. – Надо звонить 112. А то замёрзнем на хрен…

Выбраться из машины через окна оказалось не так просто, особенно не повезло коренастому Вадиму. Когда же, наконец, все трое оказались снаружи, выяснилось, что мобильный телефон Вадима выпал из кармана куртки в снег. Бесследно. Телефон Мирославы завалился куда-то внутри машины, и его тоже не нашли, хотя и Мирослава, и Сергей по очереди залезали обратно через окно и шарили руками там под сиденьями. Телефон Сергея годился лишь в качестве фонарика – он оказался вне зоны доступа.

– Что у тебя за оператор такой? – раздражённо спросил Вадим.

– Кто ж знал, что тут нет покрытия? – отозвался Сергей. – По крайней мере, я свой не профукал.

Из машины достали сумку со спиртным и продуктами, которые везли на вечеринку. Вытащить машину из снега без посторонней помощи было невозможно. Оставалась надежда, что кто-нибудь проедет по трассе и поможет. Все трое выбрались на дорогу и стали осматриваться. Вокруг было тихо, темно, пусто и по-настоящему холодно. Дул сильный ветер, шёл снег – мелкий и колючий.

Мирослава достала сигарету, зажигалку и с третьей попытки (из-за ветра) нервно закурила.

– Ты же бросила! – удивился Сергей.

– Брошу, докурю, и брошу, – ответила Мирослава.

– Зажигалка! Можно разжечь костёр, – воскликнул Вадим. – Давайте быстрее собирать дрова.

Мирослава и Сергей без энтузиазма посмотрели на заснеженный еловый лес. Снега там было, наверняка, по пояс. Но выбора не было – без костра в двадцатиградусный мороз долго бы они не протянули.

– Стойте! – Мирослава вдруг замерла на месте и показала сигаретой куда-то в лес. – Смотрите! Что это там?

Где-то в глубине леса, за тёмными мрачными елями виднелся желтоватый огонёк. Было бы глупо и обидно насмерть замёрзнуть на трассе в двух шагах от населённого пункта. Решили идти на огонёк – даже в темноте, даже без дороги, даже через глубокие сугробы....

На деле снег под елями оказался не таким уж глубоким, и уже минут через десять-пятнадцать они вышли к живописному бревенчатому домику со снежным колпаком на низкой крыше, одиноко стоявшему в лесу. Окошко домика светилось тёплым уютным желтоватым светом. Ни тропинки, ни следов на освёщенным окошком пятачке возле дома не было видно.

– Прямо рождественская открытка, – заметила Мирослава.

– Ага, сейчас Серебряное копытце прибежит, – отозвался Вадим.

Переглянувшись, друзья подошли к двери, и Вадим осторожно постучал…

Им никто не ответил, но зато они заметили, что дверь была не заперта, а лишь прикрыта. Постучав снова и подождав немного для приличия, Вадим потянул дверь на себя, и они вошли в дом…

Внутри было тепло, очень тепло, спасительно тепло – в единственной комнате ярко горел огонь в камине. Помимо камина комната освещалась парой десятков свечей расставленных повсюду и керосиновой лампой на невысоком старинном комоде. В комнате был также потрёпанный диван, два стула, широкая деревянная лавка у стены и…

…И посреди комнаты на дощатом столе они увидели гроб. Настоящий, обтянутый красной тканью, открытый гроб. Его крышка стояла тут же, прислонённая к стене. Гроб не был пуст – внутри, на белой шёлковой ткани лежала девушка или девочка в белом, похожем на свадебное платье. Пряди длинных тёмно-русых волос выглядывали из-под полупрозрачной фаты, которая закрывала её лицо. Поверх фаты, в том месте, где просматривался бледный как мел лоб покойницы, лежала бумажная лента с каким-то орнаментом или надписью, а на груди – небольшая икона с ликами Богородицы и младенца. Вокруг гроба по краям стола выстроились горящие свечи. Под столом стоял небольшой эмалированный тазик, заполненный тёмно-фиолетовой жидкостью, из него торчало длинное топорище, погружённого в жидкость топора. Комнату наполнял сладковатый запах…

Неожиданно для самого себя Сергей начал мелко креститься, так, как это делала бабушка у гроба деда, а Мирослава и Вадим застыли с приоткрытыми ртами, едва шагнув за порог. Прошло какое-то время, прежде чем все трое пришли в себя.

– Что это? – прошептала Мирослава.

Вадим едва слышно выругался, стараясь бранью побороть страх. Сергей прислонился спиной к входной двери, которую они только что за собой закрыли, даже не заметив, что сумка с продуктами выскользнула из его рук на пол.

– Гроб… – констатировал Сергей. – И кто-то в нём…

Вадим первым шагнул поближе к гробу, протянул руку к вуали, чтобы откинуть её с лица покойницы. Вдруг он вздрогнул, резко обернулся, и громко спросил:

– Есть здесь кто?!

Единственная комната дома ответила ему тишиной.

– Ну, кто-то, кроме нас, должен же здесь быть? – уже не так уверенно спросил Вадим. Он с деловым видом обошёл стол с гробом по кругу, заглядывая во все углы, словно, рассчитывал кого-нибудь найти, даже, если этот кто-то был размером с мышь.

– Вообще-то, никаких следов возле дома не было, – сказал Сергей. – Но камин-то горит, свечи горят… Очень странно…

– Начнём с того, что здесь, по крайней мере, тепло. Мы не замёрзнем, а это самое главное, – желая успокоить себя и друзей, сказал Вадим. – С остальным сейчас разберёмся. Кто-то, наверное, скоро придёт. Подождём и всё выясним. А не придёт, так и хрен с ним. Дождёмся утра и свалим.

– Где же следы того, кто это всё здесь… оформил? – спросил Сергей, показывая на стол.

– Снегом занесло, наверное, – пожал плечами Вадим. – Или в темноте не видно их. Мы что следопыты? Могли не заметить.

– Что-то мне не хочется, чтобы кто-то ещё сюда приходил… Мальчики… – захныкала Мирослава. – Давайте уйдём? Мне тут не нравится…

– А кому тут может понравиться? – вздохнул Вадим. – Но на улице минус двадцать два, лес и пустая дорога. Мы там насмерть замерзнуть можем. И ты первая (он кивнул в сторону Мирославы) – у тебя же куртка по пупок.

– Тебя забыла спросить, как мне одеться! А куртка, хоть и короткая, но тёплая, – не согласилась с ним Мирослава.

Вадим пожал плечами и опустился на диван, предварительно смахнув с него рукой невидимую пыль.

– Мне кажется, что Вадим прав, – сказал Сергей. – Там мы замерзнем прежде, чем кого-то встретим. А если вернётся хозяин, то мы ему всё объясним.

И он присел на деревянную скамью по другую сторону от гроба.

– Может тут хоть телефон есть? – спросила Мирослава.

– Глаза разуй. Тут даже электричества нет, – ответил Вадим. – Вон, только печка и свечки.

– Свечи же кто-то зажёг? Значит, есть шанс, что кто-то придёт поменять их? – предположил Сергей. – И у него может быть мобильник.

– Возможно, – кивнул Вадим. – Будем ждать. Хорошо, что ещё дрова есть, можно будет доложить, чтобы не погасло.

Мирослава опасливо обошла гроб и села на диван рядом с Вадимом.

– Ну и вонища, – проворчала она.

– Сейчас принюхаешься. Я уже, – ответил Вадим.

– Интересно, кто это такая? Сколько ей лет было? – спросила Мирослава. – И почему она умерла?

– Молодая совсем, – ответил Вадим. – В свадебном хоронят… Короче, будем ждать. Интересно, а зачем топор под столом в тазу?

– Это чтобы покойник не очень пах и не разлагался раньше времени, до похорон, – пояснил Сергей. – Когда дед умер, они так же в деревне делали. Там в тазу раствор марганцовки…

– А топор-то зачем? – спросила Мирослава.

– Вот бы знать, – ответил Сергей. – Просто традиция такая, наверное… Типа, занавешенные окна и зеркала в доме, где покойник… Традиция…

– Окна здесь не занавешены… – сказала Мирослава и кивнула головой в сторону. – А вон там, наверное, зеркало – оно занавешено.

Вадим и Сергей посмотрели туда, куда она показала – на одной из стен, и правда, было что-то прямоугольное, закрытое белым покрывалом.

– Фигня всё это, и суеверия, – подытожил Вадим.

Некоторое время они сидели в тишине. Было слышно только, как потрескивали дрова в камине… Истома согревшихся с мороза тел навевала сон.

– Ну, нет! – встрепенулась Мирослава. – Я так больше не могу!

Вадим и Сергей вздрогнули и вопросительно посмотрели на неё.

– Я не хочу здесь больше сидеть! – продолжила Мирослава. – Пойдёмте обратно на трассу – там хоть машины должны ездить. Кто-то нас может подобрать!

– Ну, в принципе, попробовать можно… – согласился Вадим, устав от нытья Мирославы. – Уже согрелись, можно снова на улицу. А если опять облом, то вернёмся сюда. Она же нас не выгонит…

Оглядываясь на покойницу, друзья забрали сумку с продуктами, вышли из дома и плотно прикрыли за собой дверь.

Несмотря на снег и ветер, следы всё ещё было видно. Сергей включил фонарик в телефоне, чтобы лучше разглядеть их. Прошло минут десять, и все снова начали замерзать.