Марсель Шафеев
Отдых на паруснике

Если вы мужчина, а красивая женщина пытается соблазнить вас, иногда наш моральный компас застревает. Я довольно счастливо женатый 44-летний мужчина.

Я женился на замечательной женщине 18 лет назад, и у меня есть замечательная 19 летняя дочь Эйприл. Как и в большинстве браков, бывают хорошие и плохие дни. Иногда мы чувствуем себя брошенными, а иногда – королями мира. Хотя за последние несколько лет определенная сфера моего брака уменьшилась – секс. Хотя мы с женой говорим обо всем, и она знает, что я хочу большего, похоже, это никогда не проявится в реальности. Всегда есть что-то, что нужно сделать, или она слишком устала, или наша дочь рядом. Таким образом, с годами он сократился до 4 • 6 раз в месяц, и только быстрая возня, никаких прелюдий или оральных занятий. Излишне говорить, что я еще тратил часть времени на то, чтобы доставить себе удовольствие. Одно из хобби, которое всегда доставляло мне и моей семье много удовольствия это парусный спорт. У нас есть хорошая 36-футовая парусная лодка, и мы стараемся плавать под парусом всей семьей как можно чаще в летние месяцы.

Моя жена работает медсестрой, и иногда ей приходится работать по выходным, что позволяет нам с дочерью провести некоторое время на воде. Мы с удовольствием проводили время вместе, катаясь на яхте, играя в игры или просто разговаривая. Дочь часто приходит поговорить со мной, поскольку я наименее консервативный родитель. Когда моей дочери исполнилось 12, она познакомилась со своей лучшей подругой Сарой. С тех пор они были не неразлучными всегда. На протяжении многих лет я наблюдал, как из них обоих выросли привлекательные девушки девятнадцати лет. Обе девушки прекрасны. У Эйприл каштановые волосы, доходящие до плеч, и карие глаза, как у ее матери. У Сары светло-каштановые, почти песочно-светлые волосы, слегка вьющиеся, и красивые голубые глаза. У Сары также немного более округлое лицо, чем у Эйприл, и немного большая грудь, у Эйприл чуть по меньше. Обе девушки любят заниматься спортом и плавать, что поддерживает их обоих в прекрасной форме. Как правило, летом мы стараемся заниматься парусным спортом по выходным. Естественно, Эйприл спросила, может ли Сара прийти, и я согласился.

Мне было немного грустно, когда мы отправились в путь, Эйприл и Сара удалились на носовую часть, чтобы загорать и болтать.

Я не мог не чувствовать себя немного грустно из-за того, что теряю часть нашего качественного времени без общения с дочкой. Хотя Сара хорошо вписалась и стала частью семьи.

В течение следующих трех лет я наблюдаю, как Эйприл и Сара превращались из тощих, неуклюжих девушек в (слишком) быстро развивающихся дам.

Прошлым летом тётя моей жены заболела, поэтому моя жена тратила много свободного времени, чтобы присматривать за ней и помогать ей. Это, конечно, сократило время нашего семейного плавания, но я знал, что это важно. Однако Эйприл и Сара все еще хотели продолжить наше плавание, поэтому я часто брал их и отправлялся в плавание только с нами троими. В большинстве случаев это был бы просто дневной рейс, отправляющийся утром и возвращающийся вечером. Обычно пару раз в лето мы бросали якорь и ночевали. Теперь плавание с двумя девушками было очень похоже на плавание в одиночку. Обычно это было так.

Вскоре после выхода из дока девушки улеглись на носовую палубу и начинали загорать в своих бикини.

Примерно к обеду они возвратились в кабину, мы обедали, а потом они снова уходили на носовую часть. Я не особо возражал. В конце концов, мне нужно было отправиться в плавание, и каждый раз, когда я с нетерпением ждал, меня приветствовали на яхте две красивые молодые фигуры (даже если одна из них была моей дочерью).

Во время нашего пятого летнего путешествия, в котором мы участвовали только втроем, Эйприл спросила, можем ли мы бросить якорь у кривого острова. Это не настоящее название острова, но она дала ему, когда росла. Это был небольшой остров, на котором было одно хорошее место для ожидания, достаточное для одной лодки, и несколько камней, выступавших над водой, с которых можно было спрыгнуть. Обычно, когда мы бросали там якорь, мы были довольно уединенными и редко видели другие лодки. Я согласился, мы загрузили лодку и отправились в четырехчасовое плавание к острову. Как обычно, после того, как паруса были поставлены, девушки вышли на носовую палубу и начали загорать.

Примерно через час моя дочь вернулась в кабину и села рядом со мной. Я знал, что у нее что-то на уме, и просто спросил, что случилось?

Она почти казалась была немного смущенной, а затем спросила, можно ли им загореть топ лес. Затем она продолжила объяснять, почему они не хотели, чтобы линии загара, а другие девочки в колледже были все без линий и так далее. Сказать по правде, мне было все равно.

Я знал, что многие девушки так делают. Я также знал, что моей жене эта идея не понравится.

Я сказал Эйприл, что мне все равно, но ее мать это не одобряет.

Эйприл согласилась, но сказала, что они будут делать это только тогда, когда мамы не будет здесь, и они не будут говорить об этом вдали от лодки. Я сказал им, что они могли бы сделать это, только если бы мы были вдали от других лодочников, и им придется прикрываться, если появится другая лодка.

Эйприл быстро согласилась, быстро обняла меня и вернулась к Саре.

Я смотрел, как Эйприл рассказала Саре новости, а затем каждый развязал свои верхние части купальника и легли на спину. Хорошо, я знаю, что, вероятно, делать это было неправильно, особенно втайне, но какой вред для них загар топ лес? Хотя я не думаю, что был действительно готов к декорациям, которые сейчас присутствуют на моей палубе. Я всегда видел, как девушки загорают, но теперь, когда я смотрел вперед, мне подарили два набора грудей. Две очень веселые пары грудей.

С моей точки зрения примерно в 12 футах я мог отчетливо различить чудесные груди Сары и на прохладном ветру, клянусь, я видел два очень твердых соска.

Я резко оторвался от своего взгляда и сказал себе: Что ты делаешь?

Я попытался заняться проверкой парусов, нашего курса и других лодок.

Мы достигли острова около часа дня, и я спустил паруса. Девушки быстро сменили голенища, и Эйприл помогла бросить лодку на якорь.

Оказавшись в безопасности, мы приготовили легкий обед из сыров, фруктов, крекеров и салями.

Девочки продолжали болтать о школе, других друзьях, одежде и т. д.

Я лично не мог не смотреть на грудь Сары и поклясться, что почти могу разглядеть ее соски под ее верхом от бикини.

После обеда девушки прыгнули в воду и поплыли к острову, чтобы спрыгнуть со скал и поплавать. Поскольку середина лета, вода все еще прохладная, но приятная перемена от жаркого полуденного солнца. Я закончил уборку после обеда и ударился головой. Затем я включил радио и нашел музыку для прослушивания. После этого я сам прыгнул в воду, чтобы остыть. И это было круто.

Я подплыл к лестнице, когда увидел возвращающихся девушек. Сказали, что замерзли и собираются погреться.

Я наблюдал, как они поднимались по лестнице, и вода заставляла их костюмы цепляться за их маленькие тугие тела.

Я немного отплыл от лодки, чтобы попытаться очистить голову.

Я решил плыть к носу лодки и просто плыть.

Я немного поплыл, но холодная вода тоже начала вызывать у меня озноб.

Когда я повернулся, чтобы плыть обратно, я случайно увидел девушек, сидящих на палубе и снимающих голенища. Передо мной были прекрасные молодые груди, бросающие вызов силе тяжести.

Я быстро сунул голову в воду и поплыл обратно в кабину. И все же я не мог выбросить это видение из головы.

Девочки продолжали загорать, потом вернулись, и мы до обеда играли в скраббл.

Мне почти показалось, что Сара постоянно смотрит на меня со своей милой улыбкой. После ужина девушки мыли посуду и спросили, можно ли им поиграть в War. Я согласился и поднялся на палубу.

Я сидел в кабине и наслаждался относительной тишиной вокруг всего этого, относительной, то есть над звуками девушек внизу.

Около 20—00 на палубу вышли обе девушки, и мы все расслабились. Сара отметила, насколько это мирно и красиво, и поблагодарила меня за то, что я привез ее.

Около 21—00 девушки спустились вниз, чтобы приготовиться ко сну. Я в последний раз проверил якорь и решил лечь спать.

Когда я спускался по лестнице, Сара вышла из передней каюты в большой футболке и неизвестно в чем под ней. Хотя я мог сказать, что на ней не было бюстгальтера, так как ее соски были очень заметны через тонкую ткань. Она быстро проскользнула в голову, и моя дочь вышла следующей в майке и шортах, чтобы дождаться своей очереди.