Ева Никольская, Кристина Зимняя
Магическая академия. Ведьма по обмену

Пролог

За две недели до…

В кабинете ректора Магической Академии Разрушения и Созидания было почти темно и по-вечернему уютно. На столе пыхтел и выбрасывал из-под крышки порции мелких пузырьков медный самовар. В камине догорали прошения об увеличении жалованья и отобранный у первокурсников чесоточный порошок. В зачарованное от мелких вандалов окно ломился отчисленный утром огр – как приспичило, так сразу и принципы левитации освоил, и крылья из палок и паутины соорудил. Виртуоз! Три часа уже ими машет. Если до полуночи продержатся, можно и восстановить творца на курсе. Таланты академии нужны.

Кстати, о талантах! Самое время ими заняться!

– Учандр, зачитывай!

Дремавший в кресле кот приоткрыл один красный, как тлеющий уголёк, глаз, махнул тремя роскошными хвостами, с показной ленью потянулся, а потом уселся, по-человечески свесив лапы вниз, выудил из воздуха свиток, развернул его и начал зачитывать:

– Дорис Верескова. Разрушение. Третий курс.

– Та-а-ак… – протянул ректор, припоминая. – Эльфийка. Разгромила оранжерею, отлавливая жабу.

– Не отлавливая, а пытаясь поцеловать. И не жабу, а кикиморского слизня, – поправил кот. – Жаба у неё из похищенного принца не получилась.

– Мелочи! – отмахнулся от уточнений ректор. – Лучше напомни, мы за принца извинения принесли?

– А как же! И извинения принесли, и принца – в подарочной упаковке с бантиком. Еле всучили родителям наследничка, никак признавать не желали.

– Дальше читай!

– Ильжи Ерц. Разрушение. Четвёртый курс.

– Это тот, что лабораторию в западной башне подорвал?

– Он с-с-самый! Кр-р-рышу потом по всему лесу искали, – мечтательно прищурившись, промурлыкал кот.

– Дальше!

– Марушка Клыкула. Созидание. Второй курс.

– Что-то не припомню… А эту-то за что? Вроде, тихая девочка, даром, что вампир.

– За попытку утопить во рву с рыбрариями(или рыбариями) ценнейший экземпляр магической живности, – прошипел Учандр.

– Тебя, что ли? Год прошёл, а ты всё дуешься. Ну, поучаствовал в эксперименте по подсчёту кошачьих душ. Подумаешь! Ты же всё равно бессмертный.

– Тебя бы полдня в болото с саблезубыми рыбками окунали – ты бы тоже запомнил, – обиженно процедил кот и, отвернувшись, показательно разодрал когтями обивку на спинке кресла.

– Следующего давай!

Имена шли одно за другим – «талантов» в АРиС хватало, пока, наконец, не прозвучало нужное.

– Эллисандра Страхова. Разрушение. Третий курс.

– Стоп! – Ежи Вацлович даже в кресле подпрыгнул. Его жёлтые глаза загорелись, а губы растянулись в предвкушающей улыбке. – Она!

– Эльку-то за что? – забеспокоился Учандр. – Хорошая же ведьма! И вообще, ты сам виноват был – зачем в её зелье сомневался? Ещё и прямо на экзамене! Да к тому же на любовной магии!

Ректор только хмыкнул на это. За такую смачную подставу с внезапно влюбившейся в него гарпией он бы любую другую студентку отчислил сразу, просто чтобы другим неповадно было. Одно дело просто чудить, другое – издеваться над ректором. Над ним весь АРиС ржал, пока действовало проклятье… приворот то есть. Но то другие, а это же внучка Арины! Ещё и талантлива сверх меры. Такую отчислять никак нельзя!

Всю неделю, которую привороженная скандалистка осаждала его башню, Ежи Вацлович мечтал наказать как-нибудь пооригинальней горе-зельеварку, а ещё, желательно, метлой наподдать, чтобы урок усвоила. Следующий месяц, когда гарпия вычисляла его по запаху под любой личиной и лезла с объятиями и поцелуями, представлял, как закапывает младшую Страхову под ядовитым дубом, а потом воскрешает с помощью некромантии и снова закапывает.

И вот, наконец, решение нашлось!

– Точно она! Она и поедет нести своё «доброе, светлое» в другую академию! А мы пока немного отдохнём, – заявил он, предвкушающе улыбаясь. Кот только жалобно муркнул и затих, понимая, что спорить бесполезно. – А вот куда… – Ректор развернул лежавший перед ним свиток и пробежался взглядом по перечню. – К эльфам нельзя – войну объявят. К некромантам? Нет, споются!

– Сопьются? – уточнил не расслышавший его бормотание кот.

– И это тоже! – кивнул ректор. – Что тут у нас ещё есть? КАМИ?

– Только не в Кирасполь! – перепугано вклинился Учандр. – Элька там уже была. Делов наворотила, ты сам помнишь. Конфликт, конечно, уладили, но осадочек остался. Хоть в горы, хоть в болота её отправляй, только не туда!

– Хм… В болота, говоришь? – Ежи Вацлович задумчиво почесал свою лысую макушку, провёл пальцем с массивным перстнем по свитку и остановился на нижней строчке. – Как скажешь, друг мой!

Глава 1

– Страхова! – завопил влетевший в окно двуглавый дракон, напугав мою подругу, за что и получил воздушной плетью по носу, ибо беременных пугать чревато. Впрочем, урок незваный гость не усвоил. – Ты выиграла в лотерею! – сообщил он, принюхиваясь. – Чаёк малиновый? С пирожными? М-м-м…

– Мешок золота, надеюсь, выиграла? – хихикнула я.

Ну а что? Не всю же жизнь мне зелья на заказ варить, да привороты-отвороты штамповать.

– Не, не мешок. Год учёбы! – сообщила одна голова, а вторая авторитетно кивнула.

– Ещё один? – нервно дёрнула глазом я, опасаясь, что ректор от щедрот душевных (и из мести тоже) решил оставить меня на второй год.

– Да что ж это такое?! – воскликнула Кати, отбирая у дракона коробку с пирожными, содержимое которой стремительно исчезало. – Рик! Рок! – обратилась она к головам. – Вы с какого голодного острова свалились?

– Подожди, Кати, – остановил её чешуйчатый мутант, выставив вперёд когтистую лапу, в то время как другая незаметно спёрла прямо из-под носа блондинки очередную «розочку» с нежнейшим воздушным кремом. – Элька, это главная новость дня. Вся академия гудит. А вы тут сидите и… пироженки без нас трескаете. Ты только представь: в одной из лучших магических школ семи королевств скоро побываешь.

– Ёшкин ко-о-от! – взвыла я, запустив руку в свои каштановые кудри, из которых выудила пару листьев. Мгм… наверное, после посиделок в кустах осталось, где я выслеживала очередную гниду, по которой вселенская справедливость плачет.

– Почему сразу кот? – материализовался из воздуха Учандр Урчарович и, недовольно фыркнув, гордо проследовал на подоконник, где и улёгся, щуря красные глаза, выдававшие в нём мелкую нечисть.

А этого зачем нелёгкая принесла? Или тоже с новостями на хвостах явился?

– Я что… студенткой по обмену стану? – спросила с надеждой, что всё не так.

Краем уха слышала про эту модную авантюру, когда вернулась с каникул, но не придала сплетням особого значения. А тут – на тебе! Не было печали!

– Станешь, угу. Так что пакуй обратно вещички, ведьма, завтра в дорогу, – сказал дракон, стрельнув ещё одно пирожное. Большое такое, аппетитное… с клубничным конфитюром внутри.

– Учандр Урчарович? – уставилась я на кота. Уж он-то точно шутки со мной шутить не станет. Не станет же?

Кот оживился, махнул тремя хвостами и подтвердил информацию. А потом принюхался, как давеча дракон, и смущённо попросил:

– Девушки, милые. Не угостите пирожным вашего преданного слугу? Буду очень признателен! Котелок перед началом учебного года что-то совсем не варит, а сладенькое от этого – лучшее лекарство.

Кати тут же поставила коробку с оставшимися угощениями перед котиком, ещё и чай ему налила. Вот она – волшебная сила вежливости!

– Глянь последние новости через волшебное зеркальце, – предложила она мне.

И как я сама не догадалась? Тоже, по-видимому, голова соображать перестала от наплыва гостей и… новостей.

Следующие пять минут мы с подругой сидели, практически соприкасаясь головами, и в полнейшем офигении взирали на сатира, радостно оглашавшего итоги международной студенческой лотереи, которую решили каждый год проводить ректоры нескольких магических ВУЗов, собравшись однажды на тайную сходку.

Внимание, вопрос: что они там пили, раз до такого додумались?!

– Эллис, смотри! – Кати взглянула на меня круглыми глазами. – Там, правда, твоё имя!

Будто я сама не вижу!

– А мы что говорили? – возмущённо засопели обе головы дракона. – Повезло тебе, Страхова!

– Мур-мур, – добавил кот, наслаждаясь пирожным.

– Повезло? – опешила я. – Да меня нагло подставили!

– Исключено, – замотал головами дракон. – Мы своими глазами всё видели. Розыгрыш был честный. Твоё имя выпало из огромного перечня имён с факультета разрушений, – заявили они хором, завистливо поглядывая на меня. Было бы чему завидовать! – От созидателей тоже парень какой-то едет. Отличник вроде. Тоже третьекурсник.

– Вот именно! Отличниками обычно академии и обмениваются. Я-то чем такое «счастье» заслужила?

– А кто перед каникулами сдал на отлично экзамен по любовной магии, приворожив гарпию к ректору? – ехидно напомнил Рик.

– Нечего было Ежи Вацловичу сомневаться в стойкости моего экспериментального зелья, – буркнула я. – А гарпия… ну… сама виновата.

– А Кати после очередного твоего «стимулятора страсти»…

– Я не в обиде! – перебила дракона подруга, поглаживая округлившийся животик. – Мы с мужем детей после завершения моей учебы, конечно, планировали, но раз уж так вышло… – Она улыбнулась, слегка покраснев. – Сигурд счастлив, и я тоже.

А ведь парни правы, я и тут поспособствовала. Случайно, правда. Теперь все ждём скорого появления на свет маленького уникума. Малыш магически силён и чертовски хитёр – пол заранее определить не получилось даже у профессора с кафедры ясновидения.

– Можем ещё куратора нашего вспомнить…

– Вот куратора вспоминать точно не надо! – воскликнула я, не желая говорить о сильфе, который никак не хотел понять, что не нужны мне романтические отношения. Особенно с ним.

– Так, ладно, а выяснить, куда именно меня отправляют, уже можно? – сменила тему я, схватив зеркало. В тот же миг волшебная вещица показала мне момент, где довольный, как слон, сатир радостно раскручивает два барабана, над которыми парит крошечная феечка и обильно посыпает их волшебной пыльцой, бормоча какие-то заклинания. Веселятся гады, а мне что-то совсем не до смеха стало. – Университет мёртвых душ… – пробормотала я, предчувствуя очередное приближение нервного тика: на оба глаза сразу. – Фух, мимо, – выдохнула чуть погодя. – Златоглавая Малирэль! – прочитала название эльфийской академии, мелькнувшее на табло, и с разочарованием добавила: – И эта в пролёте. – Когда же барабаны перестали вращаться, и рядом с моим именем зажглось чёткое название учебного заведения, я, нервно икнув, выдавила: – Ки… Ки… Ки… – кажется, меня заклинило.

– Кик-Сок? – ахнули братья, имея в виду академию боевой магии, где народ, говорят, так муштруют, что на эксперименты и проказы никаких сил не остаётся.

Я отрицательно замотала головой.

– Неужели «Кихронские мхи» в орочьих землях?! – ужаснулась подруга, которая отошла, чтобы налить водички… разумеется, мне.

И вовремя!

– Кикимория! – выдохнула я, судорожно вспоминая всё, что знаю о печально знаменитой КикиМА – Кикиморской Магической Академии, расположенной на болотах. Верховодили там кикиморы, водяные и, внезапно, некроманты – юмористы и пакостники всех мастей. – Результаты стопудово подтасованы. Кто-то решил: да ну её в болото, меня туда и послали. Я вам, как ведьма, говорю! – выпалила, осушив сразу весь стакан.

– Ну… – пожала плечами Кати. – Зато к оркам не поедешь. Всяко ведь плюс!

– К эльфам тоже, – вздохнул дракон разочарованно.

– Мур-ням-мур, – непонятно что хотел сказать кот, возможно, он просто похвалил пирожное.

Какое всё-таки странное чувство юмора у судьбы. Приехав пару дней назад в академию, я поджидала подругу и рассчитывала на ещё один незабываемый год нашего совместного обучения в АРиС. А вон как всё повернулось: она беременна и скорей всего возьмёт академический отпуск после рождения первенца, а я уезжаю на целый год по обмену в Кикиморию.

Или, правильней сказать, НА обмен? Интересно, на что такое ценное меня выменяли? Или променяли? А может, просто сплавить решили, чтобы статистику не портила и преподов до любовного бреда не доводила. Ежу понятно: дело тут нечисто.

На следующий день…

Как довести эталонного мага-созидателя до жажды разрушения?

Элементарно! Надо просто посадить его в один экипаж со мной и моим багажом, говорящая часть которого радостно распивала всю дорогу кактусовку и орала в два горла частушки, порой неприличные.

Первый парень на деревне (тьфу ты – первый в рейтинге АРиСовских зануд) разумеется, не оценил наш развесёлый репертуар. Потому, наверное, и денег не одолжил на дополнительные билеты, когда мы попытались тем же составом загрузиться в купе.

С «зайцами» проводница меня в вагон, увы, не пустила. Тощая грымза с зеленовато-серой кожей и поганкой на левой брови, слащаво улыбаясь, попыталась получить доплату за провоз животных без ветеринарного паспорта, билета и намордника (!), и ей было глубоко до лампочки, что разноцветные зверьки, вообще-то, разумные, говорящие и магически-одарённые.

Чёрт! да я бы даже доплатила, чтобы не выслушивать этот бред, но пару дней назад спустила все деньги на чешую левиафана – редчайший ингредиент для магических снадобий. Кто ж знал, что меня из АРиС так не вовремя выпишут?

Купе нам с товарищем по годовому переезду на болота, который носил звучную фамилию Урагановов, оплатила академия, но, кроме этого, скупердяй-ректор не расщедрился даже на пару медяшек. Вот уж не ожидала от Ежи Вацловича такой подлянки. Хороший же мужик… был. В прошлом году нам с Кати столько всего спускал. И не сдал меня градоправителю Кирасполя, хотя мог. Что теперь-то изменилось? Неужели его история с гарпией так возмутила? Так он ведь сам напросился! Или дело в их недавней ссоре с моей бабушкой? Хотя, скорее, два в одном.

Так или иначе, но сейчас я тут, в поезде: без денег, без живности, без какого-либо понимания, что нас ждёт в Кикимории, и с билетом в один конец.

Впрочем, насчет живности ещё не всё потеряно.

Глава 2

– Ну ты и клуша, Страхова! – шипел долговязый рыжий маг, пытаясь втиснуться между перевязанным верёвкой пухлым тюком и пузатым котелком, которые не влезли в пространственный карман моей дорожной сумки. Несмотря на субтильность, удалось это парню с трудом. – Ай! – по-девчачьи тоненько пискнул он, получив заслуженный подзатыльник за хамство. Даже не от меня – буду ещё об всяких придурков руки марать! – от Шуши.

Верная метёлка «живностью», к счастью, не считалась, а потому могла беспрепятственно следовать за хозяйкой. Ну и тумаки обидчикам раздавать. Чего б нет?

– Помолчал бы ты, Бризов! – буркнула я, пытаясь решить, куда приткнуть сундучок с ядами, который в сумку прятать не стала, боясь за его сохранность. К тому же он мне взгляд радовал и настроение повышал. Как и частички левиафана, спрятанные под вторым дном.

– Курица склеротичная! – обласкал меня спутник. Вот ничему этих созидателей жизнь не учит. А ещё отличник! Краса и гордость факультета. Ничего! Жизнь не учит – научит ведьма. У нас всё просто – необучаемые не выживают! – Ураганов я! У-ра-га-нов, а не Бризов! – продолжал возмущаться товарищ по ссылке. Даже интересно стало, а его-то за что турнули? Не за занудство, надеюсь? Хотя точно из-за него!

Бледная веснушчатая физиономия парня от злости так побагровела, что почти слилась по цвету с шевелюрой. Какой чувствительный… скряга! Я ему зажатые серебрушки надолго запомню. На собственной шкуре убедится, что долги отдаю. Как финансовые, так и нет.

– Ты себя в зеркале видел, дохляк? – заталкивая под полку тюк, поинтересовалась я. – Ты даже до Ветрова не дотягиваешь. А будешь орать, в Сквознякова превратишься!

– Ты… Да ты… – парень никак не мог подобрать слов. Пришлось помочь.

– Фамилия, Бризов, вещь важная. Многое о своём носителе говорит! Хочешь быть Урагановым, так соответствуй! Не истери, как длинноухий менестрель, в которого огрызком кинули. Научись хотя бы осанку держать и лицо невозмутимое делать. Вот хоть как у нашего ректора, когда в его супе очередной эксперимент некромантов плавает.

– Говорит, значит? – внезапно успокоился созидатель и даже попытался фирменную ректорскую улыбочку изобразить. Ту, после которой все обычно расползаются, разлетаются или проваливаются сквозь землю в зависимости от смекалки и магических способностей. Получилась жалкая пародия, но попытку я оценила. – Это что же… ты такая страшная, Страхова? А под личиной смазливой девчонки зачем ходишь?

– Конечно же, страшная, Сквозняков, – кокетливо поправив локон, ухмыльнулась я. – Вас разве на курсе базовой ботаники не учили, что самые яркие цветы ядовиты? Они вот окрасом об опасности предупреждают, я – фамилией. Только не до всех доходит!

Хотела ещё и яды начать распаковывать для усиления устрашающего эффекта, но тут вагон слегка качнуло, из стены над дверью купе вырос мухомор и сообщил приятным женским голосом:

– Дорогие наши пассажиры, вас приветствует команда Кикиморского спорного экспресса. Наш поезд проследует до станции Центральный Топиградский вокзал без остановок. Время в пути с пяти дней сокращено до двадцати семи стандартных часов. Это стало возможным благодаря уникальной технологии, разработанной лучшими магами Кикимории. С описанием технологии вы можете ознакомиться в брошюре, приобрести которую следует у вашего проводника. Также в ассортименте имеются биографии магов, значки и настенные свитки с их портретами. Если в вашем вагоне сувенирная продукция закончится, не переживайте, вы сможете приобщиться к достижениям Кикиморской науки в вагоне-ресторане, который расположен в середине поезда. Там же вас ожидает лучший в королевствах болотный суп и целый перечень бруснично-мховых десертов, не имеющих аналогов в мире. За дополнительную плату в нашем экспрессе…

– Как её заткнуть? – взвыл Ураганов. – У меня голова от всего этого раскалывается!

Впервые я была с ним полностью солидарна. Очень хотелось припечатать говорливый мухомор каблуком, но оплачивать ущерб мне было нечем. Разве что всё-таки раскрутить рыжика на денежную компенсацию за мой подвиг. Но тогда его сначала пришлось бы приворожить, а этого мне точно не надо. Пришлось пожертвовать шляпой, раз больше жертвовать нечем. Всё равно она уже не невидимка – бабушкины чары развеялись, магия пера горгульи иссякла, и теперь оно просто служило украшением. Ну и напоминанием о былых приключениях!

Стащив остроконечный колпак с головы, нахлобучила его на гриб как на вешалку. Нескончаемый поток рекламы тут же превратился в невнятный бубнёж – тоже раздражало, но значительно меньше. Вагон снова качнуло, и на этот раз куда ощутимей: по стенам пробежали искры, а вид за окном сменился с унылого перрона на ещё более унылое бесконечное болото с чёрными остовами редких деревьев и поросшими поганками кочками.

Однозначно, иллюзия! Чтобы пассажиры заранее готовились к Кикиморским ландшафтам, а самые впечатлительные спрыгивали с поезда на ходу. Снаружи, подозреваю, вагоны поросли мухоморами и мхом. Уж лучше б меня в Кирасполь сослали – там хотя бы поезда в цветах, а не в плесени!

В стекло внезапно стукнули, после чего требовательно забарабанили. Ну наконец-то!

– А-а-а! Дохлая ворона! – заголосил сосед. Как он, вообще, в АРиС выжил с такой склонностью к истерикам? Жаль, его шляпой не заткнёшь. Да и нет у меня ещё одной. – А-а-а! Она выклюет нам глаза-а-а!!!

Показала парню кулак, чтобы заткнулся. А то сейчас прибегут неравнодушные соседи во главе с поганкой-проводницей и сорвут нам весь план. Добившись тишины от рыжего паникёра, я зарылась в сундучок в поисках нужного пузырька.

Не то, не то… Ага! Вот оно!

Обмакнула в вязкую субстанцию кисточку и нарисовала на стекле круг: небольшой, чуть-чуть крупнее долбящейся в окно вороны. С тихим шипением круг задымился и… Вывалился на улицу. Созидатель захлебнулся собственной паникой, а в образовавшуюся дыру вместо уродливой и местами лысой дохлой птички протиснулась пушистая синяя голова с очаровательными ушками и маленькими рожками.

– Приветик, – в широкой улыбке показались острые зубки.

Едва один пушистик запрыгнул в вагон, как появился второй.

– Соскучились? – спросил он, ловко перепрыгивая из окна на стол, а со стола на полку, где уже обосновался его собрат. – А мы – да!

Все всё поняли правильно и действовали по обстоятельствам! Ну… кроме идиота, которого мне определил в спутники «заботливый» ректор. Не прошло и минуты, как безбилетная живность с комфортом устроилась на моём месте и таращилась оттуда на офигевшего от нашей предприимчивости (и наглости) созидателя, а я тем временем пыталась заделать лаз для безбилетников.

– Стукнешь проводнице – прокляну, – пообещала соседу как бы между прочим. – Или приворожу… к дохлой вороне, например.

– Страхова, ты…

– Гениальная?

– Ты просто ходячая катастрофа. Из-за тебя и твоих кошко-лисов… – Он обвиняюще ткнул пальцем в притаившихся на полке орсизов: синего и зелёного. Магические зверьки – сочинители сказок, которые переселились ко мне после отъезда прежнего хозяина, на этот раз не буянили и, вообще, вели себя тише воды, ниже травы. Вот и чем этот дурак не доволен? – Нас могут ссадить с поезда! А за порчу имущ-щ-щества… – зашипел Ураганов так зловеще, что я невольно поверила в правильность его фамилии. Эдакое затишье перед бурей. Даже не затишье уже, а ураган почти. – Запрут в тюремную камеру! – выдал до противного законопослушный зануда.

– Уже заперли, – фыркнула я. – Меня тут с тобой. И за что, спрашивается?

– Это я с тобой, как с ядовитым скорпионом в банке! – Он снова покосился на полку, вероятно, подразумевая, что кошко-лисы ещё и с жалом у меня.

Они, то есть орсизы обиделись. Надули щёки, сверкнули гневно глазками и забарабанили хвостами.

– А ну цыц! – прикрикнула я на возмущенных сказочников, требуя тишины. – Займитесь чем-нибудь полезным… истории новые слагайте, что ли. Пока мы со Сквозняковым кое-что проясним.

Пушистики переглянулись и зашушукались, активно шевеля ушками. Может, действительно, новую сказку сочинить решили – у них это здорово получается. Даже жаль, что разноцветные храносферы с их прежними творениями остались в сундуке, спрятанном в старом лесном логове Сверра.

Чёрт, опять я про этого гада разноглазого вспомнила! А ведь клялась больше о бывшем недопарне не думать!

Отогнав ностальгию, я воззрилась на рыжего зануду.

– То есть ты согласен, что мы не переживём эти двадцать семь часов, если нас не разведут по вагонам или хотя бы по разным купе, да?

Ураганов открыл рот, закрыл, а потом уверенно кивнул.

«Вот и славненько!» – мысленно потёрла ручки я, предвкушая скорый развод… разъезд, то есть.

Глава 3

Поезд тронулся – и начались проблемы. Куда же без них?

Не прошло и часа, а я уже неслась по узким коридорам вагонов ничуть не хуже Шуши. Буквально летела, подгоняемая злостью. Не на рыжего дохляка с гордой фамилией Ураганов, а на поганку-проводницу, у которой, подозреваю, на поток поставлено требовать доплату за всё подряд. Магическую живность взять на свободные полки, выкупленные академией, – плати! Поменяться местами с достопочтенной старушкой из соседнего купе – опять плати! Кофе, чай, значки, брошюры – всё только за денежку. Бесплатно лишь нескончаемый поток рекламы, от которого не спасает даже шляпа.

Рыжик, впрочем, тоже отличился: без конца нудел на тему моей несознательности и преступных наклонностей, мешая сосредоточиться на повреждённом стекле. В итоге он сам окно починил! За каких-то пару минут. Чёртов созидатель! С одной стороны, оно понятно – всё же латать испорченное – его специальность. С другой… Обидно же! Будто я сама за собой прибрать не могу. Тоже мне… рыцарь в ржавых доспехах. Надо было либо молча помогать, либо никак. Только выбесил!

А бесить меня опасно – сразу появляется бездна энергии, которой надо мгновенно придумать достойное применение. Иначе… Иначе ой! Я пролетала вагон за вагоном и пыталась настроиться на беседу с начальником поезда. Настроение было отменное, но исключительно для скандала. А скандалить никак нельзя. Поэтому я решила прикинуться робкой овечкой, к которой нагло пристают.

Ну а что? На каком ещё основании просить отселения этого погодного недоразумения? Не сошлись характерами? Храпит? Скверно пахнет? Денег не даёт?

Неубедительно! С такими претензиями только развода требовать.

А вот пожаловаться, что безответно влюблённый однокурсник совсем достал своими ухаживаниями и даже в другую академию за мной подался – это вариант. И вообще, я ведьма приличная, скромная и ночевать с романтически настроенным магом попросту боюсь!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.