Владислав Еремин
Мужской взгляд на любовь

От автора

Предлагаю Вашему вниманию несколько откровенных историй о любви, написанных на основе реальных событий. Имена героев, места и время произошедших событий изменены. Все совпадения случайны.

С уважением.

Автор

Сизый гонобобель
Короткий роман

Авторское вступление

Так уж случилось, что мне пришлось достаточно долго лежать в одной частной клинике. По условиям договора я должен был один находиться в ВИП палате, но вскоре одиночество мне надоело, и меня по моей же просьбе переселили в трёхместную комнату в компанию к двум очень интеллигентным мужчинам.

Один, старший из них, по имени Вячеслав Иванович, очень жизнерадостный человек, проходил реабилитацию после тяжелейшей операции, лет ему тогда было что-то около семидесяти. Он непрерывно смотрел любовные сериалы и искренне переживал за героев. Если в главной роли играла красотка, он тут же становился её поклонником, а когда эта же актриса в другом сериале играла стерву, Вячеслав Иванович искренне огорчался и постоянно находил оправдание для некрасивых поступков героини.

Второй, кстати говоря, весельчак и любитель анекдотов и кроссвордов, по имени Алексей – Лёшка или Лёха, как он сам позволил себя называть, недавно отметил свой тридцать второй день рождения.

Оба обрадовались новому соседу, я имею в виду себя, и долго расспрашивали меня о том и о сём. Узнав, что я начинающий писатель, очень заинтересовались, а Лёшка довольно неожиданно предложил:

– Олегович, а что если мы вместе напишем книгу?

Я удивлённо посмотрел на него и спросил:

– А о чём писать будем?

– Как о чём? – удивился Лёха. – Конечно, о любви, мы сейчас с Иванычем что-нибудь повспоминаем, а вы запишите.

Разговаривая со мной, мужчина между делом разгадывал кроссворд и мимолётом спросил:

– А что такое сизый гонобобель? Цветок и птица не подходят, я проверял.

Я задумался над ответом, и в результате получились эти романтические истории.

История первая

День у Вячеслава Ивановича не задался с самого утра, если быть точнее, с самой ночи. На соседней кровати храпит такой же, как и он, пациент частной клиники, по имени Лёха, хороший малый, всегда обращается к Вячеславу Ивановичу по имени-отчеству, ну, или изредка по отчеству, что тоже допустимо и не оскорбительно, хоть он и моложе своего старшего товарища на тридцать с большим хвостиком лет. Сразу видно, что парень испытывает к Иванычу сыновьи чувства, что и не удивительно.

Правда, это сейчас не важно. Ночью Иваныч проснулся от сильнейшей головной боли. Повернувшись на бок, он вспомнил, что где-то у него внутри живёт больная почка, на что, в свою очередь, повысилось давление, а отсюда и головная боль.

– Пожалуй, прогуляюсь до туалета, – решил Вячеслав. – Может поможет.

Увы, не помогло, хотя боль в почке слегка поутихла. Иваныч на всякий случай выпил таблетку от давления, а затем совершенно нелогично цитрамон и но-шпу. Может быть, хоть что-нибудь из этого поможет?

А Лёшка, что характерно, продолжает сладко храпеть, и головная боль Иваныча его совсем не беспокоит.

Ура! В конце концов что-то из принятых таблеток подействовало, и пожилой мужчина смог уснуть.

Утро и первая половина дня прошла, как в тумане, Вячеслав всё время валялся на кровати, спрятав голову в капюшон кофты, периодически принимая какие-то пилюли. Голова болела нестерпимо.

– Иваныч, а Иваныч! – Лёха настойчиво теребил соседа за плечо. – Вы не спите?

Вячеслав неохотно открыл глаза, и, о чудо, голова больше не болела.

– Что ты хотел, Алексей? – сварливо ответил мужчина, делая вид, что очень недоволен.

– Вы спите целый день, завтрак проспали и обед, а скоро принесут ужин, так нельзя, – Лёха делает виноватые глаза и улыбается.

– Я уже не сплю, – говорит Иваныч. – Так что ты хотел?

– Вы случайно не знаете, что такое сизый гонобобель? – довольно спрашивает сосед.

– А откуда это? – мужчина просыпается окончательно.

– Из кроссворда, – отвечает Лёха. – Я уже у всех спросил, никто на этаже не знает.

– Сизый гонобобель, где-то я уже это слышал? – подумал Вячеслав. – Точно, точно, очень давно так меня назвала одна девушка.

Лёха, очевидно, заметил в меняющемся выражении лица своего соседа какую-то мысль и замер в ожидании ответа.

Что же не будем томить товарища.

– Скажи мне, Алексей, – начал Вячеслав свой длинный ответ с вопроса:

– Что, по-твоему, происходит между мужчиной и женщиной перед тем, как они становятся парой?

– А это как-то связано с моим вопросом про сизого гонобобеля? – удивлённо уточняет Лёха.

– Однозначно! – очень категорично отвечает Иваныч.

– Хорошо, Вячеслав Иванович, – отвечает Алексей. – Я думаю, что между мужчинами и женщинами перед тем, как вы говорите, они спариваются, возникает взаимный интерес, сначала на физиологическом уровне, но чаще на коммерческой основе.

– Согласен! – кивает головой Иваныч. – Но перед этим, по моему глубокому убеждению, возникает ситуация, когда: «Она ему встретилась, а он ей попался!» Правда, в результате этих движений не всегда возникает устойчивая пара, бывает, что они и вовсе не спариваются. Мужчина не хочет «попадаться» и проявляет характер, на какое-то время оставаясь с женщиной просто в дружеских отношениях, а затем, когда она понимает, что ей попался сизый гонобобель и она зря тратит время, люди расстаются.

Лёха очень внимательно выслушал своего старшего товарища и неторопливо произнёс:

– Я, кажется, вас понял, это когда люди долго ходят, держась за руки, а в постель так и не попадают, потому что она вроде стесняется, а его что-то останавливает.

– Примерно так, Алексей, но всё же чуточку сложнее, – кивает в ответ Иваныч. – Лично в моей жизни такое случалось несколько раз, и именно, когда это произошло впервые, девушка обозвала меня сизым гонобобелем, а во втором случае я сам так себя назвал.

– Может расскажете? – просит сосед.

– Ну, а почему бы и нет? – говорит Иваныч. – По любому у нас есть несколько недель ленивого ожидания выписки, так что слушай первую историю.

* * *

– Дело было ещё в школе, – начал Вячеслав Иванович. – Я был молодой, глупый и, наверно, красивый. Так случилось, что в восьмом классе меня настигла первая любовь, и что приятно – взаимная. События развивались очень стремительно, в конце сентября мы сели за одну парту, а в новогоднюю ночь легли в одну постель. Подружки моей возлюбленной шушукались за моей спиной, а друзья откровенно завидовали. Увы, всё закончилось очень быстро и крайне печально. После окончания восьмого класса моя любовь сначала поступила учиться в медицинский техникум, а через три месяца вышла замуж за другого парня. Мне тогда казалось, что жизнь пошла под откос, моё отношение к девушкам резко изменилось, теперь они все казались мне подлыми и неискренними. Так продолжался целый год. В десятый класс я вошёл циничным женоненавистником, моя жизнь была заполнена учёбой и спортом. Девушек я просто не замечал, хотя многие из них оказывали мне знаки внимания и намекали на готовность утолить мои печали…

Закончив длинную фразу, Вячеслав Иванович посмотрел на Лёху, парень увлечённо что-то рисовал. Казалось, он совсем не слушал своего пожилого соседа, но стоило Иванычу замолчать, как Лёша поднял глаза от альбомного листа:

– Рассказывайте дальше, пока всё очень интересно.

Приободренный таким бесцеремонным способом, Вячеслав продолжил:

– Итак, одноклассниц я не замечал, чем, как выяснилось в дальнейшем, кое-кого из них сильно раздражал. Занятый самосозерцанием, я не сразу заметил новенькую девочку, которая присоединилась к нам в середине десятого класса. Назовём её Ларисой, фамилию, естественно, озвучивать не будем. Так вот, Лара или Лора, её все по-разному звали, сильно отличалась от наших одноклассниц. Она была очень красивая и не по годам сформировавшаяся, хотя, справедливости ради, надо отметить, что и другие наши девочки, а их кроме Ларисы было аж тринадцать человек, тоже были очень даже ничего, да что я тут притворяюсь, красотками они все были, а кое-кто так просто огонь. Мои одноклассники охотно зажигали с ними на школьных вечеринках и после вечеринок тоже. А некоторые особенно смелые девушки позволяли себя потрогать даже во время коротких переменок между уроками. Но я этого не замечал, только учёба и спорт занимали мои мысли. Такая моя принципиальная позиция в отношении девушек нервировала моих одноклассниц всё больше и больше, и ближе к Новому году Лариса пошла в атаку.

– Вячеслав! – как-то очень по-взрослому сказала она.

Я внимательно посмотрел на девушку:

– Очень красивая, – пронеслось в моих мыслях.

Лора улыбнулась, очевидно на моём лице что-то отразилось.

– Вячеслав! – повторила она, убедившись, что я не собираюсь убегать. – Вам не надоело быть сизым гонобобелем?

– Это в смысле Синей Бородой? – уточнил я в некотором замешательстве.

– Во всех смыслах! – решительно продолжила Лариса и, взяв мою ладонь в свою руку, продолжила:

– Давайте вместе готовиться к выпускным экзаменам.

Пока Лара говорила, я не мог оторвать взгляда от её губ. В голове зашумело, и в организме начались некоторые химические и физиологические процессы. Моё женоненавистничество улетучилось в одно мгновение. Во рту пересохло, из-за чего я как-то пискляво ответил:

– Давайте, в смысле, готовиться к экзаменам.

– Хорошо! – удовлетворённо ответила Лара. – Приходи ко мне домой в субботу после обеда.

– Приду, – сухо произнёс я и быстренько ретировался в мужской туалет. Очевидно, мой внешний вид был далёк от совершенства, чем сразу привлёк внимание одноклассников.

– Ты, что кросс на переменке бегал? – спросил Мишка.

– Нет, – я с трудом перевёл дух и, наклонившись к кранику, долго не мог утолить жажду.

– Так, что случилось, Слава? – Мишаня и другие ребята по-взрослому курили и ждали от меня ответа. Закончив водопой, я умылся и, как можно небрежней, сказал:

– Там эта новенькая мне проходу не даёт.

– Врёшь! – не поверил кто-то из одноклассников.

– Повезло, – мечтательно проговорил ещё кто-то.

– Так приголубь её и все дела! – Мишка протянул мне зажжённую сигарету.

Я до этого никогда не курил, но тут уверенно взял дымящуюся никотиновым дымом бумажную палочку и сделал глубокую затяжку. Сильный кашель, слёзы из глаз и сопли из носа. Одноклассники радостно смеялись, глядя на мои мучения.

– Трахни её за всех нас! – с чувством произнёс Мишаня. – Пусть знает, что не с мальчиками тут дело имеет.

– Однозначно, трахни, – поддержали Мишу мои друзья. – Главное без лишних слов и всяких там сантиментов!

Тут прозвенел звонок, и мы неторопливо пошли в класс, демонстративно не замечая всякую мелюзгу, разбегающуюся в разные стороны из-под наших ног.

– Ну, по стенкам все! Идут короли школы, выпускной класс! Нас всего семеро мальчиков, объединённых непонятным для всяких девчонок мужским братством.

До конца недели я старался не замечать Ларису, а она, что было несколько обидно, тоже делала вид, будто бы не мечтает о нашей субботней встрече. После уроков я бежал на тренировку, затем домой, а утром снова в школу. Время пролетело на одном дыхании. В пятницу после последнего урока я как бы замешкался в раздевалке, а Лара, надо же какое совпадение, потеряла перчатку, это в конце апреля, ха-ха, и тоже вынужденно задержалась между пустых вешалок.

– Что случилось! – я неторопливо, с чувством собственного достоинства подошёл к девушке.

– Да, вот я перчатку потеряла, – сказала Лариса и демонстративно посмотрела вниз. На полу, там, где начинались длинные, обутые в модные сапоги девичьи ноги, лежала кожаная перчатка. Я сам не понял, как оказался у ног девушки, и, поднимая перчатку заметил внутри записку, которую изящно извлёк. Поднимался я как-то неловко, моя голова почему-то натолкнулась на её плоский живот, а руки, сам не знаю, как, легли на Ларисину талию. Девушка позволила мне немного за себя подержаться, а потом чмокнула в щеку и убежала. А я остался с запиской в руках.

Утром в субботу я помог маме с уборкой и к назначенному времени умчался по указанному в записке адресу. К моему глубокому сожалению, дома у Лары меня встретили её мама и младшая сестра.

– Мы будем заниматься химией, – заявила Лариса после того, как представила меня своим родственникам. Сегодня девушка была одета в обтягивающий спортивный костюм. Ну, такой, знаете, где брюки выглядят, как плотные колготки, короче, всё очень хорошо видно, а что не видно, нетрудно себе представить.

– У нас не очень тепло, – заметила Лара. – Батареи уже отключили.

Действительно, на улице не по-апрельски похолодало.

Лариса где-то раздобыла прошлогодние экзаменационные билеты по химии и деловито разложила их на столе. Идя к девушке, я готовился к чему угодно, кроме химии. Тщательно вымылся и побрился, даже подмышки, хотя раньше такого не делал. Напшикался во всех местах дезодорантом, надел новые носки и модные спортивные трусы-боксеры, парадные джинсы и обтягивающую водолазку вместо рубашки.

Девушка явно оценила мой мужественный прикид и мускулатуру и, воспользовавшись тем небольшим промежутком времени, когда её младшая сестра выбежала из комнаты, положила свою ладонь мне на плечо и затем медленно провела рукой вниз по моей груди. Я затаил дыхание и увидел, как зрачки глаз Ларисы увеличились, а дыхание заметно участилось. В ответ я нежно положил ладонь на девичью грудь и, приобняв девушку свободной рукой, собрался поцеловать прямо в пухлые губы, как в комнату с криком: «Тили-тили-тесто жених и невеста» вбежала маленькая бестия.

До конца дня мы занимались химией. Валентность, бензольные ядра, таблица Менделеева, всё смешалось в одну кучу и снилось мне последующие две ночи.

– Ну что? – спросил Мишаня в понедельник. – Завалил деваху?

Я принял гордую и независимую позу и нарочито небрежно ответил:

– Джентльмены обычно не отвечают на такие вопросы, чтобы не бросать тень на доверившихся им леди.

Очевидно, Мишка не до конца уяснил суть моего ответа, но на всякий случай сказал:

– Молодец, мы в тебе не сомневались! – и, обращаясь к одноклассникам добавил:

– Пацаны Лорис теперь с Иванычем.

– Да, без вопросов, – небрежно ответил кто-то из друзей. – Тринадцать на шестерых делится с остатком…

* * *

– Да, Алёша, в нашем классе было семь мальчиков и четырнадцать девочек, – заметил Вячеслав Иванович, сделав небольшой перерыв в своём повествовании. Алексей тем временем уже давно прекратил свои художества и внимательно слушал пожилого мужчину.

– Иваныч, я не понял, – не удержался он от вопроса. – Так вы её в конце концов завалили или нет?

– Подожди, Лёша, не пыли, я всё расскажу, только для начала чаю попьём.

После недолгого перерыва на чай Иваныч продолжил свой рассказ:

– Увы, Алексей, в первую встречу до секса дело не дошло, помешали младшая сестра и мама. Однако ровно через неделю я опять посетил квартиру Лары, и на этот раз мы были одни. Не теряя зря времени, я впился в девичий рот своими губами. Дав мне вдоволь насладиться поцелуем и, судя по всему, сама получив от него море положительных эмоций, Лариса мягко остановила мою попытку снять с неё блузку.

– Я сегодня болею, – виноватым голосом негромко сказала девушка и, видя, что я не понял, пояснила:

– Сегодня нельзя, у меня месячные.

Надо сказать, что в те далёкие советские годы сексуальное воспитание подростков зависело исключительно от родителей и в большей степени от старших друзей. Что такое критические дни, мы даже не знали, однако старшие товарищи как-то поясняли, что бывают дни, когда девушкам нельзя. Откровенность Ларисы и её доверительность в голосе выбили меня из сексуальной колеи. Химией мы в этот день не занимались, а просто очень долго целовались и обнимались, что тоже было очень хорошо. Вечером, совершенно одурманенный, я с трудом добрался до своей кровати.

Одноклассники, уверенные в том, что с Ларисой у меня всё «ништяк», больше не лезли со своими глупыми вопросами.

А я знал, что пройдёт совсем немного времени и девушка станет моей во всех смыслах этого слова.

Но на следующей неделе я попал в больницу с приступом аппендицита. Операция и последующая реабилитация заняли почти три недели. Подходил к концу май, близились выпускные экзамены, время таяло, как сигаретный дым в парке.

На выпускной вечер родители устроили нам ночное катание по Москва-реке, во время которого минимум четверо взрослых приглядывали за слетевшими с катушек выпускниками. Под их чутким надзором мы не перепились и не устроили групповую оргию, а могли бы. Мы с Ларисой, совершенно не стесняясь друг друга и своих желаний, пытались урвать хоть немного времени для первого сексуального контакта, но, увы, все наши попытки заканчивались прерванными кем-либо обнимашками и поцелуями.

Сразу после выпускного вечера Лариса пропала из моего поля зрения. Мобильники тогда ещё не изобрели, а к домашнему телефону никто не подходил. Как выяснилось позже, её родители предусмотрительно спрятали девушку от меня под предлогом навестить родственников в городе Шахты, по-моему, это где-то в Ростовской области…

* * *

Вячеслав Иванович замолчал, показывая Алексею, что закончил свой рассказ.

– Значит, вы, Иванович, оказались полным лохом! – сделал вывод Лёха.

– Нет, Алексей, я оказался сизым гонобобелем, потому что, если бы на пару месяцев раньше прекратил разыгрывать из себя рыцаря печального образа, то переспал бы с самой красивой девчонкой нашего класса.

– Хорошо! – не успокоился Лёха. – А потом что вам помешало?

– А потом, Алёша, я поступил в военное училище. Лариса вернулась в город накануне моего убытия на абитуру, она проводила меня до КПП и, наградив на прощание поцелуем, обещала чего-то ждать.

* * *

– В следующий раз мы встретились следующим летом, когда меня отпустили уже во второй отпуск. Первый – зимний – был очень короткий, и я не помню, что помешало нашей встрече. Так вот, тем летом мы с моими бывшими одноклассниками организовали выезд на шашлык. Из нашего класса на пикник пришли почти все и даже больше, некоторые девочки привели своих ухажёров, а двое человек уже умерли. Мишка погиб в Афганистане, а девочку Иру изнасиловали и убили какие-то уроды. Лариса тоже привела своего мужа, она была на пятом месяце беременности. Не знаю, чего молодая женщина наговорила своему супругу о наших прошлых отношениях, но ревнивый чувак, выпив вина, полез ко мне с разборками:

– Я всё знаю, – пьяно бубнил он. – Лара мне всё рассказала!

– Интересно, что она могла ему рассказать? – подумал я тогда и, чтобы не дать балбесу в торец, занялся выпиванием вина, в чём сильно переусердствовал, и, как и положено сизому гонобобелю, потерял контроль за ситуацией, то есть вместо того, чтобы уединиться с кем-нибудь из моих свободных одноклассниц, тупо уснул в кустах.

На этом Вячеслав Иванович замолчал, собственно говоря, было и так понятно, что эта история закончилась.

История вторая

Прошли, наверное, два дня, Лёшка рисовал картинки и что-то обмозговывал, Вячеслав Иванович проходил какое-то плановое обследование, чего-то там врачам у него не нравилось. На третий день, дождавшись, когда Иваныча привезут с процедуры в палату, Алексей заявил:

– Пожалуй, я понял, кто такой сизый гонобобель применительно к вашему контексту, кстати, я теперь знаю, что это на самом деле, но это неважно потому, что ваша трактовка мне нравится больше. И если вы позволите, я расскажу свою историю с девушкой, которая подходит под ваше определение.

– Рассказывай, – кивнул головой Вячеслав Иванович, похоже, он чувствовал себя не очень хорошо.

Алексей заметил, как Иваныч сморщился, и тем не менее приступил к своему повествованию:

– Я родился 28 мая 1991 года в городе-герое Бресте…

– Так это же день пограничника! – перебил его Вячеслав Иванович.

– Да, именно день пограничника, – кивнул головой Алексей и продолжил:

– Наверно, вы догадываетесь, что в то время всё в Бресте вертелось вокруг границы и контрабанды. Мне вообще тогда казалось, что весь город поделен на две неравные группы людей, бо́льшая часть были контрабандистами, а меньшая пограничниками. Нет, конечно, были ещё и другие лохи, всякие там врачи и учителя, но нормальные пацаны выбирали между этими двумя специальностями. Хотя нет, почётной работой был автосервис, кстати, мой батя там и работал. Да, точно, это была третья уважаемая профессия в нашем городе. Отец ремонтировал тачки и байки и в принципе неплохо зарабатывал. Начиная с пятого класса, я проводил всё своё свободное от учёбы время в отцовской мастерской. Моей мечтой было управлять автомашиной.

– Хочешь машину? – спросил как-то отец и, не дожидаясь ответа, добавил:

– Собери сам, а я помогу.

Примерно через год у меня появился собранный своими руками, не без отцовской помощи конечно, «Жигуль» – легендарная «Копейка».

Втихаря от родителей я приезжал в школу на машине. Пацаны жутко завидовали, девочки строили глазки. В это же время в одной из школ, расположенных по соседству с нашей, начался капитальный ремонт и к нам перебросили учеников для дальнейшей учёбы.

Так в параллельном классе появились две смешливые подружки, они были примерно одного типажа – стройняшки, одна жгучая брюнетка, а другая темноволосая шатенка, даже точно не знаю, как такой цвет волос называется, и самое интересное обеих звали Юлиями.

Почти сразу я обратил на них внимание, причём сразу на двух. Но вообще то шатенка мне понравилась больше, да, что там больше, я просто запал на неё. И всячески лез из кожи, чтобы привлечь девичье внимание к своей особе…

* * *

Ну, вы меня понимаете, о чём я? – Алексей выжидательно посмотрел на Вячеслава Ивановича.

– Конечно, понимаю, – засмеялся Иваныч. – Цитируя Николая Фоменко: «Если памперс жмёт спереди, значит детство кончилось!»

– Да, именно это я и хотел сказать, – кивнул головой Лёшка. – Если бы было можно, то переспал бы с двумя или хотя бы с шатенкой. Правда и от брюнетки бы не отказался. Очень клёвые были подружки.

Какое-то время ушло на то, чтобы девушки наконец меня заметили, и я хочу сказать, что моя лайбачка мне здорово подыграла. Вскоре мы уже гуляли вместе, ходили в кафе, а по вечерам я развозил подружек по домам.

Чем больше мы общались, тем сильнее я влюблялся в шатенку, и вместе с этим мне становилось с ней всё тяжелее общаться, а с брюнеткой, наоборот, всё было просто, как будто она не девушка, а свой парень-рубаха. При наших совместных встречах мы с Юлькой брюнеткой болтали без умолку, а шатенка всё больше молчала и грустила. А по ночам я видел себя именно с ней и близости хотел опять же с ней. Я всё думал, вот отвезём вместе брюнетку домой, а потом на обратном пути я повезу свою Юлию шатенку, и мы с ней объяснимся.

Причём та Юлия, которая мне нравилась больше, хоть и жила в пригороде, но ближе к моему дому, чем вторая Юлия, хотя она и жила в городской черте, но на другом конце Бреста. И каждый раз, когда мы тусили вместе в центре и я собирался выполнить свои коварные замыслы, как девушки, то одна, то другая, просили меня сделать наоборот. Я возил девушек по домам примерно год, а потом их дружба как-то ослабла.

И вот однажды на нашу очередную тусовку моя тайно любимая Юлия не пришла. А Юлька брюнетка сказала, что у её подружки есть другой парень. И вечером я остался у брюнетки. С тех пор мы стали чаще ночевать вместе, она оказалась очень крутая девчонка с фантазией и в быту, и в сексе. Полупрозрачные пеньюары, полумаски с перьями, чулки с резиночками, и всё остальное. Короче, я привык, но иногда с грустью вспоминал ту навсегда утерянную для меня девушку, как жаль, что у неё был другой парень…

* * *

Алексей посмотрел на Иваныча:

– Я не слишком сложно рассказываю?

– Немного сумбурно, но я тебя очень внимательно слушаю, и поэтому мне всё понятно, – ответил Вячеслав Иванович. – Единственно, что мне не понятно, почему ты так затянул паузу и сразу не объяснился с той девушкой, которая понравилась больше, может быть и другой парень бы тогда не появился?

– Видите ли Иваныч, я тогда ещё был очень молод, только закончил школу и мне больше нравилось тусить с обеими, чем заводить отношения с одной из них, – вздохнул Лёха.

– Понятно, – улыбнулся Вячеслав. – Ты оказался типичным сизым гонобобелем.

– Увы, оказался, – усмехнулся Лёха, но это ещё не конец истории. – После школы я поступил в автотранспортный техникум и подрабатывал в мастерской у отца. Я почувствовал себя совсем взрослым, наши отношения с Юлией превратились почти в семейные, близость перестала быть для меня запретным плодом, и я всегда получал от девушки что хотел. Друзья считали нас парой, которой мы, наверное, уже стали, и, как следовало ожидать, нам понадобились деньги. То чего с лихвой хватало одному, для двоих стало очень мало. Я хочу сказать, что девушки вообще обходятся недёшево, а постоянная девушка так и вовсе очень накладное приобретение.

– А вот тут ты Лёха попал не в бровь, а в глаз, – крякнул пенсионер.

– Да, Иваныч! – кивнул головой Алексей…

* * *

– Я, как мог помогал отцу в мастерской, подрабатывал частным извозом, а потом я уже и не помню, кто свёл меня с двумя контрабандистами. Они таскали с Украины «мобилы». И им нужен был третий напарник. Схема проста: используя знание местности, мы шли по болотам, впереди всегда пустой, за ним в отдалении человек с коробками и гарнитурой от телефонов, и последним шёл верблюд с товаром. Задача первого – выявить пограничный наряд и, если что, то сказать: «Ой, дяденьки, я по грибы ходил, в болоте заблудился». Второй должен был скинуть свой груз и отвлечь пограничников от третьего, и дальше по этой же схеме, а вот третий никак не мог попасться, это и уголовный срок, и потеря товара. Причём, что хуже, ещё вопрос. Примерно год мы таскали телефоны, окольными путями и тропами обходя пограничные посты, и возвращались в Брест с хорошей выручкой.

В тот раз мне выпало тащить коробки. Бо́льшую часть пути мы уже прошли, впереди оставалось последнее болото, а за ним виднелись домики.

– Вон дом, где живёт Юлия, – пронеслось у меня в голове, когда я делал последние шаги по кладке из дощечек.

– Стой! Стрелять буду! – раздалось совсем неподалёку. От этого крика я поспешил и, неловко оттолкнувшись от последней досточки, прыгнул на берег и припустил во всю мочь в сторону посёлка. Раздался выстрел, затем ещё один, я понимал, что погранцы стреляют в воздух, но не выдержал и сбросил рюкзак с коробками. Я бежал изо всех сил, дыхание стало тяжёлым, сердце выскакивало из груди. Улица по ночному времени была пустынна, и в окнах домов не было света. Ноги сами принесли меня к Юлькиному крыльцу, и я не знаю, что заставило её выглянуть в окно:

– Лёша, это ты? – услышал я удивлённый и до боли знакомый голос.

– Да, Юля, это я, спрячь меня, если можешь, – попросил я, задыхаясь.

– Как ты не вовремя, – прошептала девушка. – Там отец с матерью из-за меня ругаются, к нам точно нельзя.

– А куда же тогда? – с надеждой спросил я.

– Ныряй в подпол! – сообразила Юлия.

Вскоре за мной захлопнулась дверка, поверх которой лег половик. Прошло не меньше получаса, как в дверь постучали.

– Кого это чёрт принёс? – демонстративно зевая, открыл дверь отец Юлии.

Что спрашивали пограничники я не услышал, а вот ответ хозяина дома понял хорошо:

– Нет никто к нам не приходил.

Я просидел в погребе всю ночь и часть утра. А перед обедом отец девушки вывез меня на своей «Газели» в город. Я сидел между ящиками и кабиной грузовичка. На посту машину остановили, очевидно, отец Юлии, как житель приграничной полосы, уже был знаком погранцам, которые для вида заглянули в переполненный кузов и разрешили проезд. Юля сидела с папой в кабине и показывала дорогу. Как позже выяснилось, отец девушки не очень хотел подставляться, вывозя меня, но моя подружка заявила, что если он откажет, то она уйдёт из дома.

Через несколько дней мы сидели с ней в кафе и разговаривали. Я откровенно любовался девушкой и рассыпался в благодарностях, оказывается, всё это время я не переставал любить её и лихорадочно думал, как бы всё повернуть назад.

– Скажи, пожалуйста, – начала Юля и неожиданно смутилась.

– Что? – спросил я.

– Да, так, – отмахнулась девушка.

– Нет продолжай, пожалуйста? – настоял я.

– Скажи, ведь я тебе нравилась больше? – выдавила из себя Юлия.

– Что значит больше, я был влюблён в тебя, да и сейчас люблю, – удивляясь своей смелости, признался я.

– Тогда я совсем ничего не понимаю! – всплеснула руками девушка. – Любишь меня, а выбрал её.

И в этот момент я понял, как подло развела нас моя нынешняя сожительница. Судя по всему, и Юлия в этот же момент поняла, что её тупо обманула лучшая подруга.

– Что она тебе сказала?

– Что тебе сказала эта змеюка? – наши вопросы практически совпали по времени. Я решил взять инициативу в свои руки и продолжил:

– Мне она сказала, что у тебя есть парень, а тебе, я попробую догадаться, что я без ума от неё, а ты третья лишняя.

– Вот гадина! – заскрежетала зубами девушка с темно-рыжими волосами.

– И что мы теперь будем делать? – спросил я её в страхе услышать, что уже ничего сделать нельзя. Однако Юлия оказалась настоящим бойцом и произнесла:

– Так, со своим ухажёром я расстанусь за пару дней, кстати, он пограничник. Тебе на разрыв с этой гадиной даю столько же!

– Я успею раньше! – самоуверенно заявил я.

– Твои бы слова да Богу в уши, – засмеялась девушка. – Только, чур, с сегодняшнего дня ты с ней не спишь!

– Можешь не сомневаться! – заявил я.

– Я сомневаюсь, – грустно улыбнулась Юля. – Вы мужики иногда такие дурни. Да, и ещё, я начну с тобой жить, только когда ты бросишь эту работу. Не хочу строить семью с контрабандистом или уголовником.

– Я брошу, но мне нужно чуть больше времени, есть неисполненные обязательства, – я с молящей тоской смотрел на возлюбленную.

– Один месяц, но с Юлькой рвёшь сегодня же! – хрипло произнесла девушка. – И не вздумай меня обманывать. Через месяц встречаемся на этом же месте, я буду ждать тебя с кольцом в коробочке.

– Я приду, я раньше управлюсь! – не веря своему счастью, заверил я девушку, о которой столько мечтал и уже никогда не надеялся получить…

* * *

– Вот и вся история, Вячеслав Иванович, – безрадостно заявил Алексей.

Иваныч посмотрел на парня:

– А ведь ты врёшь, дружочек, давай, рассказывай до конца.

– Особо нечего рассказывать, – тем не менее продолжил Лёха. – Юлия освободилась от своего пограничника за два дня, как и обещала, мне на расставание со своей мегерой понадобилось чуть больше времени, но я справился. Через месяц Юлия пришла в кафе, а я не пришёл потому, что уже сидел в следственном изоляторе по обвинению в контрабанде. Затем мне дали два с половиной года колонии, которые я отсидел от звонка до звонка. Естественно, никто меня не дождался, да я и не надеялся.

– А теперь что? – спросил Иваныч.

– А теперь я лежу в больнице и чувствую себя большим сизым гонобобелем, – Алексей лёг на бок и, повернувшись спиной к старику, затих.

– Да-а! – только и смог, что произнести пенсионер.

После рассказа молодого ещё, а уже столько испытавшего человека Иваныч задумался о своей жизни.

– Ладно, малец проснётся, и я расскажу ему пару историй повеселее. Потом, когда мы оба проснёмся, – подумал он.

История третья

После Лёшиного рассказа прошло не меньше недели. Той ночью Иванычу стало плохо, и его увезли в отделение реанимации, и пока он там получал должное лечение, Лёха лежал на своей койке и выдумывал сюжеты для татуировок, оказывается, сидючи в тюрьме, он научился делать татухи, или «колы», если говорить на лагерном жаргоне. После освобождения он начал новую жизнь, но Юлия всё равно его не дождалась, она вышла замуж и родила дочку. Алексей, честно говоря, и не надеялся, он сначала жил один и работал в тату-салоне, а потом ненадолго сошёлся с неплохой девушкой, но тоже, как говорится, не сложилось. Там в Бресте было сложно зарабатывать, и он поехал в Москву, где, собственно говоря, и застрял на долгие годы.

Неделя без Иваныча тянулась долго. Правда, Алексей не скучал, он успел сделать целый цикл аватарок для Интернета, а когда старика привезли, Лёха решил не мучить его больше воспоминаниями. Однако, полежав пару дней в тишине, Иваныч сам начал свой рассказ:

– Много лет назад, примерно тридцать пять, был у меня друг по имени Марк, надо сказать, что мы с ним вместе охраняли азиатские рубежи нашей Родины…

– Так вы тоже были пограничником? – прервал рассказ Вячеслава Алексей.

– А почему тоже? – не понял Вячеслав Иванович. – А кто ещё?

– А, ну да! – рассмеялся Лёша.

* * *

– …Так вот, – продолжил старик. – Звали моего друга Марк, служили мы с ним в столице одной среднеазиатской республики, входящей тогда в состав Советского Союза. К тому моменту срок нашей офицерской службы приближался к трём годам, и всё это время Марк страдал от неразделённой любви к своей однокласснице, которая осталась в Воронеже и предпочла Марку другого молодого человека. Марк всё это время страдал, что не мешало ему периодически знакомиться с другими девушками, красиво за ними ухаживать и по-умному разговаривать. Девушки, естественно поддавшись сильному и светлому чувству, таяли и вскоре оказывались у Марка в кровати. Иногда у них были подружки, которые оказывались в постели у меня, потом я говорил, что уже давно женат, а Марк вспоминал, что страдает от неразделённой любви к своей однокласснице. Здесь мы с ним проявляли завидную твёрдость характеров и выпроваживали своих новых и легкодоступных пассий восвояси. Так продолжалось довольно долго, в результате чего мой брак треснул по всем швам, моей первой жене не очень нравились мои поздние возвращения домой. Понимаешь, женщины ни в грош не ставят мужскую дружбу. Короче, я опять стал холостым молодым человеком.

И мы с Марком продолжали куролесить. Мне запомнилась одна его подружка, очень красивая девушка из очень хорошей интеллигентной семьи. С ней Марк встречался полгода, а потом она вдруг вздумала забеременеть. Простите меня, читательницы, но это удар ниже пояса, ведь всегда есть опасность нарваться на такого человека как Марк. Когда его возлюбленная поделилась своей радостью, что скоро станет матерью, он опять вспомнил, что всё это время страдает от неразделённой любви и совсем не готов становиться отцом. Марк, конечно, негодяй, и я его осуждаю, но из этой истории слов не выкинешь, и я просто рассказываю, как было дело.

Расстались они без скандала, родители девушки убедили её, что он просто недостойный человек и вскоре нашли ей спутника жизни из нормальной семьи. В результате ещё один счастливый отец встретил из роддома жену с «семимесячным» младенцем, весом в три с половиной килограмма.

Правда, в этот раз судьба решила наказать Марка, и к нему без всякого предупреждения прямо из Воронежа приехала Маша. Да, друг мой, Алексей, именно та самая Маша, его неразделённая школьная любовь. Вероятно, девушка, навела о нём справки и, совсем недавно расставшись со своим мужем, решила осчастливить своего школьного ухажёра. Да и правильно, чего добру пропадать.

Марк обалдел от свалившегося на него счастья, и пока он думал, как из всего этого выпутаться, пришёл контейнер с вещами. Маша взялась за мужчину со всем пониманием глубины вопроса и не оставила моему товарищу никаких шансов на отступление, они были из одного города, где все знали о его сильной любви, прогнать Машу, значило настроить против себя всю родню и кучу знакомых. Марк на это не решился и пригласил своих ближайших друзей для знакомства со своей типа новой, но давней любовью.

Незадолго до назначенной встречи с Машей Марк позвал меня попить пивка, на что я откликнулся с превеликим удовольствием. И вот мы сидим в ресторане и делимся новостями, обсуждаем насущные проблемы. Где-то ближе к концу диалога, когда внутренние градусы обоих слегка раздвинули границы тем, на которые обычно трезвые мужчины не говорят, мой друг тяжело вздохнул и произнёс:

– Ты даже не представляешь, старина, как мне не хочется сейчас идти домой!

– Не понял? – от неожиданности я даже оторвался от свиной рульки и удивленно посмотрел на товарища.

– Да, Маша моя, ну, совсем не кстати приехала, – пояснил Марк.

Поняв, что ничего страшного не произошло, я сделал большой глоток светлого пива и вгрызся в свиную плоть.

– Слава, прекрати ты есть! – возмутился Марк. – Я с тобой сокровенным делюсь.

Я, не прекращая жевать, тем не менее ответил:

– Во-первых, я тебя и так слышу, во-вторых, рулька может остынуть, а это уже не так вкусно, и, в-третьих, я не просил тебя делиться со мной сокровенным.

Марк горестно вздохнул и, решив, что горбатого даже могила не исправит, продолжил:

– Я Машу не звал, она сама свалилась на мою голову, теперь я не знаю, как жить, все планы полетели в тартарары.

– А как ты хотел, дружище? – от удивления я даже отодвинул тарелку в сторону. – Бабы, в смысле женщины, они такие, сначала говорят: «Всё, что пожелаешь, милый», а потом: «Ты должен, дорогой!» Кстати, именно поэтому я и развёлся.

– А ты не мог бы слегка приударить за Машей? – совершенно неожиданно спросил Марк.

В ответ я чуть не подавился и совершенно забыл про пиво.

– Ну, хотя бы чуть-чуть, – продолжил мой товарищ. – Если она тобой увлечётся, я смогу слегка пошалить на стороне.

– Да, ты обалдел, что ли? Такое мне предлагать, – я совершенно искренне возмутился. – А если дойдёт до секса, а мы с тобой друзья!

– Я об этом тоже подумал, – потупив глаза, негромко сказал Марк. – Можно же до постели не доводить, так, лёгкий флирт, чтобы занять её мозги. Ну, а если совсем откровенно, от меня, не убудет, или ты забыл, сколько мы девок вместе уделали. По всем понятиям ты мой молочный брат.

– Ну, ты сказал! – отреагировал я гораздо спокойнее. – То чужие девки, а это твоя Маша.

– А ты забудь, что она моя. Тем более я её таковой не считаю, думай, что это очередная ничья девушка.

Я серьёзно задумался, однако ситуация пикантная. Марк давний и проверенный товарищ, можно сказать друг, мы с ним действительно через многое прошли, как говорится от бань с девушками с пониженной социальной ответственностью до приёмной врача венеролога.

– Ладно, дружище, – я протянул Марку руку. – Только запомни, об этом никому нельзя рассказывать даже на смертном одре. Мы с тобой сейчас затеяли очень опасное преступление против самой сути института брака. Нас не поймут и не простят, и в дальнейшем, как бы дело не повернулось, у нас не должно быть друг к другу никаких предъяв. И не обижайся, если Маша решит уйти ко мне насовсем.

– А вот это пожалуйста, – облегчённо заявил Марк. – В любое время, хоть сейчас, лишь бы мне мозг не выносила.

После этих посиделок прошло какое-то время, и мы с двумя нашими общими друзьями исключительно в мужской компании прибыли к Марку домой. И так случилось, что в квартиру мы заходили по очереди и каждый знакомился с Машей, а я оказался в очереди последним и ещё нёс в руках белые розы. Два моих товарища дежурно чмокнули подружку Марка в подставленную щеку и вместе с хозяином поспешили в гостиную к накрытому столу, так сказать, побыстрее накатить, пока не началось, я же замешкался в коридоре.

Да, я хочу тебе, Алексей, сказать, что Маша была с самой большой буквы «М», даже не понятно, чем был недоволен мой друг. Яркая блондинка с голубыми глазами, чётким контуром бровей и очень аккуратным прямым носиком, пухлыми, очень красивыми губами, а ниже длинная шея и открытые плечи. Её платье было похоже на платье Натальи Гончаровой с известной картины Брюллова, ну и грудь ничуть не хуже, а может и лучше, мой любимый размер: что-то среднее между 3-м и 4-м.

Молодая женщина не могла не заметить мой внимательный взгляд и произведённое на меня впечатление. Маша сначала смутилась, а затем, слегка опустив ресницы, покорно подставила мне щёку для поцелуя. Уже не знаю, что на меня нашло, просто накатила какая-то бесшабашная удаль. Короче, я чмокнул Машу прямо в губы. От неожиданности она резко отпрянула, а потом улыбнулась обворожительной улыбкой и, взяв протянутый букет, произнесла голосом учительницы:

– А ты шалунишка, однако!

Я скромно опустил голову и сказал:

– Если бы я не сделал этого, то потом жалел бы всю оставшуюся жизнь.

После моих слов взгляд женщины стал оценивающим, она внимательно и очень откровенно провела по мне глазами и негромко произнесла:

– Серьёзная заявка на участие в финале.

Я кивнул головой и, следуя за Машей, прошёл в гостиную, где мои друзья уже собирались накатить по второй…

* * *

Вячеслав Иванович замолчал и, посмотрев на Алексея, спросил:

– Ну, как тебе начало?

– Очень круто! – ответил Лёха. – Я даже не представлял, что такое может быть. А дальше?

– Слушай дальше, – глотнув холодного чаю, продолжил Иваныч:

– Дальнейший вечер прошёл без эксцессов, мы пили, закусывали, хвалили стол и поднимали тосты за хозяйку вечеринки. Маша благодарно всем улыбалась и пару раз бросала на меня очень внимательные взгляды.

Так случилось, что в нашей стране произошли некоторые изменения, и я, впрочем, как и многие другие мои коллеги, завершили свои военные карьеры. Уволившись из армии, я собрался возвращаться в Москву. Перед отъездом Марк предложил совместно проработать одну, как впоследствии выяснилось, весьма перспективную коммерческую тему. В результате мы на долгие годы связали свои жизни деловыми отношениями. Я крутился в Москве, а мой товарищ в Средней Азии. Порой мне приходилось приезжать к нему по делам. Обычно я останавливался в гостинице, но однажды мест не оказалось, и я заночевал у Марка и Маши. Утром я долго спал, а проснулся от того, что кто-то сел ко мне на край кровати. Открыв глаза, я с удивлением увидел Машу с подносом в руках, затем почувствовал запах свежесваренного кофе. Я сделал вид, что мне не впервой получать кофе в постель от чужой женщины. Пока я завтракал, Маша молча смотрела на меня, а затем как-то буднично заявила:

– Марк уехал на двое суток в местную командировку, так что ты должен меня развлекать.

Мне страшно захотелось отбросить в сторону поднос с пустой чашкой и притянуть к себе эту манкую женщину, но я сдержался, хотя, судя по всему, именно этого Маша и ждала, но мне показалось, что если я таким образом исполню просьбу друга, пофлиртовать с его женщиной, то получится просто голое непотребство…

* * *

Алексей громким смехом прервал рассказ Иваныча.

– Ты, что ржёшь, как конь? – строго спросил Вячеслав Иванович.

– Иваныч, ты опять оказался сизым гонобобелем! – сквозь смех выговорил Лёха.

– Ну да, так в этом же и смысл всего повествования, – спокойно ответил старик.

– Хорошо, Иваныч, продолжай, – с трудом прекратил смех Алексей.

* * *

– Итак, я не смог в этот раз перебороть свои комплексы и завалить Машу, хотя прекрасно понял её готовность к сексу со мной. На следующий день я улетел в Москву и в дальнейшем, прилетая обратно, старался останавливаться в отелях. Мы, конечно же, обязательно встречались с Машей, я делал девушке комплименты и дарил подарки, традиционно целовал её в подставленную щёку, и каждый раз в самый последний момент женщина поворачивала лицо и подставляла мне для поцелуя губы. Порой, если никто не мешал, мы надолго застывали, соединившись ртами, я сразу же шалел от накатывавшего возбуждения, и женщина тоже тихонько улетала, и в эти мгновения наши руки жили своей жизнью. В присутствии посторонних мы, естественно, вели себя прилично, всячески скрывая возникшую связь, но стоило нам оставаться наедине, как в глазах женщины начинали скакать чёртики. Как-то Марк показал мне, стоя позади Маши, большой палец. Типа продолжай в том же духе. Очевидно, у моего товарища появилась возможность развлекаться на стороне.

Однажды во время нашего очередного недолгого уединения Маша безапелляционно заявила:

– Теперь ты просто обязан сделать это. Я жду.

Я и сам понимал, что должен. Любые отношения требуют поступательного развития. Понимая, что секс с женщиной друга неизбежен, я стал думать над созданием удобной ситуации. Вести Машу в гостиницу или, Боже упаси, воспользовавшись командировкой Марка, завалить её у них дома, мне показалось пошлым.

И тут в нашем совместном бизнесе появились трещины, я перестал летать в Азию, поводов для встреч с Машей не стало. Плотно заякорившись в столице и открыв своё дело, я вскоре встретил девушку, которую полюбил.

Прошло примерно два года. Моя личная жизнь устаканилась. Дома ждала надёжная и очень красивая девушка с русыми волосами и зелёными глазами, я был доволен, но иногда, очень редко, совершенно случайно увидев из окна своей машины яркую блондинку, испытывал странное чувство, как будто за мной остался неоплаченный должок, некое не завершённое дело, не исполненное обещание.

Про Марка я и думать забыл, а он, как оказалось, совсем нет. Однажды рано утром меня разбудил телефонный звонок.

– Кому это не спится в такую рань, – пробурчал я и протянул руку к телефонному аппарату.

– Привет, старик! – закричал телефон голосом Марка. – Ты извини, я, наверное, тебя слишком рано разбудил, постоянно забываю о разнице во времени.

– Привет, привет, – с трудом сдерживая зевок, ответил я. – Что случилось? Проблемы?

– Нет проблем, – радостно сообщил мой друг. – Мы с Машей решили переехать в Москву, ты бы мог подыскать нам съемное жильё на Юго-Западе столицы.

– Конечно, могу, – ответил я…

* * *

– Специально для вас, Алексей, я делаю короткий перерыв в своём повествовании, – засмеялся Вячеслав Иванович. – Хочу напомнить, что в описываемые мной времена ещё не было Интернета и простые на сегодняшний день вещи раньше вызывали определённые сложности.

– Я понял, Иваныч, рассказывайте дальше, – отмахнулся Лёха.

– Хорошо, продолжаю.

* * *

– …Примерно через месяц я сидел в своей «Девятке» (ВАЗ 2109) недалеко от терминала прилёта аэропорта Домодедово. В назначенное время из стеклянных дверей появился Марк с двумя чемоданами в руках, а рядом с ним парила эффектная блондинка. Моё сердце забилось чаще. И, как вы, наверное, догадались, Маша дежурно подставила мне для поцелуя щёку, а в самый последний момент снова чмокнула меня в губы. Марк был занят погрузкой чемоданов и на нас не смотрел, а женщина быстро нырнула своим язычком мне прямо в рот. От этого по моей спине пробежали приятные мурашки. Мой товарищ сел спереди, он всю дорогу посвящал меня в свои наполеоновские планы. А Маша угнездилась на заднем сиденье. В моей машине тогда было установлено модное по тем временам панорамное зеркало заднего вида, знаешь, Лёша, такое с часами?..

* * *

Алексей в ответ кивнул, типа знаю, Иваныч.

* * *

– Так вот, бросая свой взгляд в зеркало, я прекрасно видел не только дорогу, но и Машу, её хитрое выражение лица и довольный взгляд.

Женщина тоже заметила, что я за ней подглядываю и, сразу приняв расслабленную позу, как бы между прочим, неуловимым движением руки расстегнула вторую пуговичку сверху на своей блузке. Очевидно, моя реакция не заставила себя ждать, и Маша, заметив, что её флирт «заходит», опять сменила позу, в результате чего её не очень длинная юбка слегка присобралась. Моё зеркало было, ну, очень панорамным, и мне стал прекрасно виден кусочек кружевной ткани красного цвета, выглядывающий из-под того, что осталось от юбочки.

Понимая, что так можно совершить аварию, я резко изменил угол наклона зеркала, дабы не видеть стройные женские ноги и то, что скрывалось за кружевами. Женщина усмехнулась, одёрнула юбку и застегнула пуговичку на блузке.

Пока я помогал Марку тащить чемоданы к лифту, Маша улучила момент и шепнула:

– Теперь ты точно не отвертишься, мужчины не должны зря обнадёживать женщин.

– Всегда готов, – не обращая внимания на Марка, ответил я Маше, понимая, что она абсолютно права и я точно не отверчусь…

* * *

На этом месте Вячеслав Иванович прервал свой рассказ.

– Потом закончу, – сказал он Лёше. – А то что-то я сильно разволновался, как бы давление не скакануло.

Алексей молча кивнул головой.

На следующее утро после обязательных уколов и таблеток, а также по окончании утреннего обхода Алексей требовательно посмотрел на своего престарелого соседа:

– Иваныч, хватит отдыхать. – Продолжай уже свою историю.

– А что, – засмеялся Вячеслав Иванович. – Я готов, как пионер.

– Тогда я вас внимательно слушаю. – Леша лёг на бок и положил подушку под голову.

– Итак, – продолжил рассказ Иванович:

– …Я смирился с неизбежностью соития с шикарной блондинкой, и это, несмотря на то, что она была подругой моего товарища, а меня дома ждала жена. При этом я прекрасно понимал, что, если я хочу, чтобы это не превратилось в пошлую измену, надо создать соответствующую атмосферу некоего приключения.

А вместе с тем шло время, и мы с Марком опять затеяли совместный бизнес, причём довольно успешный.

Как-то моя жена Валя спросила:

– Почему ты не приглашаешь своего друга и его жену к нам в гости? Кстати, а как её зовут?

Я посмотрел на Валентину, пытаясь увидеть в её глазах скрытый смысл, но не смог. Моя жена строила из себя простушку и демонстративно дразнила меня, хлопая ресницами.

– Она Марку не жена, а подруга, и её зовут Маша.

– Вот и отлично! – непонятно чему обрадовалась Валя. – Давай позовём ребят на озеро.

Марк охотно принял моё приглашение, и вот мы уже вчетвером мчимся к одному из пригородных озёр на моём всего неделю назад приобретённом «Мерседесе». В планах у нас отдых с одной ночёвкой в небольшом двухкомнатном летнем домике. Мясо для шашлыка, овощи и напитки везём с собой. В этот раз Маша не флиртует со мной, она сидит рядом с Валентиной на заднем сиденье. Девушки пьют шампанское и шушукаются, они, к моему удивлению, очень быстро нашли общий язык. Наверное, следует сказать, что в этот период моей жизни мне уже исполнилось двадцать девять лет, Маше и Марку по двадцать семь, а Валентина, была младше всех, ей тогда было двадцать три года. Так вот, несмотря на разницу в возрасте, девушки быстро поладили и всю дорогу о чём-то заговорщицки шептались. Дважды по их требованию я останавливался, а Марк наполнял их высокие пластиковые стаканы шампанским. Ближе к обеду мы наконец-то добрались до места нашего отдыха. Кстати, это была закрытая территория с персональным выходом на берег лесного озера. К концу пути девчонки, обнявшись, уснули, и мы решили их не будить. Убрав припасы, нашли на участке мангал и решили пожарить шашлык, на запах которого наши проснувшиеся красавицы и подтянулись. Пока девушки обворожительно потягивались, мы успели принести готовое мясо на веранду, где был установлен очень качественно накрытый стол.

– За знакомство! – по-армейски кратко произнёс Марк.

– За встречу! – поддержал его я.

– За любовь! – добавила Маша!

– За взаимную любовь! – уточнила Валентина, и все, согласившись с моей женой, пригубили бокалы.

После обеда девушки решили, что пора искупаться в озере. Особо не сопротивляясь, мы с Марком, быстро нацепив плавки, совершили заплыв до торчащего из воды большого камня. А наши красавицы удалились в домик для переодевания и вскоре неторопливо, слегка раскачивая бёдрами и держась за руки, на цыпочках перешагивая с камушка на камушек, вышли к берегу. Не знаю, как такое получилось, но обе девушки были одеты в одинаковые по фасону купальники. И они решили загорать топлесс. Глянув на светящиеся на солнце женские силуэты, мы с Марком одновременно крякнули от восхищения и посмотрели друг на друга.

– Хороши, – растягивая гласные, произнёс Марк.

– Чудо, как хороши, – согласился с ним я.

– Я вот, что думаю, – продолжая наблюдать за женскими попытками войти в воду, сказал Марк. – Я думаю, вам пора прекращать.

Я внимательно посмотрел на товарища:

– Как скажешь, это была твоя просьба.

Марк, судя по всему, очень хотел спросить, насколько далеко зашёл наш с Машей флирт, но боялся моего ответа. Решив зря не мучить своего друга и компаньона, я сказал:

– Можешь не ревновать, до секса у нас не дошло. Хотя пару раз мне пришлось очень сильно себя сдерживать.

– Спасибо! – ответил Марк и очень странно на меня посмотрел, думаю, он мне не поверил. Да, я и сам бы себе не поверил…

* * *

– Он просто не знал, что вы сизый гонобобель, – громко расхохотался Лёха.

– Да, откуда ему, – согласился Иваныч и продолжил рассказ.

* * *

– На этом, наверное, эту историю можно было бы закончить, но справедливости ради вынужден добавить в этот медок пару ложек дёгтя. Примерно через месяц после нашей поездки на озеро, как-то придя домой после работы, я застал у нас в гостях Машу. То, что девушки сдружились и будучи не обременёнными работой и детьми, проводили вместе много времени, мы с Марком, конечно, знали, поэтому без всякой задней мысли, ну, пришла Маша и пришла, я направился сначала в душ, а затем на кухню. Валя и Маша меня ждали, сидя за празднично накрытым столом. Делая вид, что не замечаю изобилия блюд, я приступил к ужину. Женщины молча проглотили моё хамство и, дождавшись, когда я стану добрым, затеяли непростой разговор.

– Как ты ко мне относишься? – спросила Маша, словно мы с ней были одни.

Я обалдело посмотрел на свою жену.

Валя улыбнулась:

– Скажи, пожалуйста, правду.

И в этот момент я задумался. Действительно, как же я отношусь к очень красивой женщине, которую знаю почти три года, с которой собирался заняться сексом и которая по сути является женой моего товарища и компаньона.

– Вот-вот, – произнесла Маша. – Тебе не кажется, что у нас, ну, очень близкие отношения.

– Не то слово, какие близкие, – согласился я. – У нас было всё, кроме секса.

– Так может прямо сегодня вы заполните этот пробел и будем дружить дальше? Я готова тоже поучаствовать, – Валя выжидательно посмотрела мне в глаза.

– Что-то здесь не так, – подумал я. – А с другой стороны, когда ещё будет возможность трахнуть сразу двух обалденных молодых женщин. На минуту замешкавшись, я уже было собрался снимать штаны, как Маша, судя по всему, догадавшись о моей готовности, заявила:

– Только Марк тоже будет участвовать!

– А он согласится? – спросил я для проформы, прекрасно понимая, что Марк уже согласен и, очевидно, ждёт нашего телефонного звонка. Конечно, он мне не поверил и хочет уравнять наши акции.

– А кто его будет спрашивать? – слукавила Маша.

Ну, с ней всё понятно, – подумал я и нарочито грубо спросил у жены:

– Тебе очень понравился Марк, и ты хочешь, чтобы он тебя трахнул?

Валентина чуть не подскочила на месте от возмущения:

– Да ты что! Марк, конечно, очень милый, но я просто очень люблю тебя и не хочу потом узнать, что ты спишь с Машей втайне от меня.

Я больше не раздумывал и решил, что такого подарка я Марку делать не буду. А ожидающей ответа Маше сказал:

– Это слишком щедрое предложение, моя консервативность побеждает вашу смелость, девушки, поэтому лучше будем и дальше друзьями.

– Ну, хорошо, – сузив глаза, сказала Маша, – На нет и суда нет! Предложение аннулировано и тема закрыта…

* * *

– А вот теперь, Лёша, конец истории, – устало произнёс Вячеслав Иванович и закрыл глаза.

– Даже не знаю, что и сказать, – задумчиво произнёс Алексей. – Никак не могу спроецировать подобную ситуацию на себя. Как бы я поступил, не знаю.

Какое-то время мужчины молча лежали на своих кроватях, и наконец Лёха сказал:

– А вы же говорили про две ложки дёгтя, а я насчитал только одну.

– Молодец, – усмехнулся пенсионер. – Я думал, что ты не заметишь. Ладно, слушай завершение истории и ещё про две ложки дёгтя.

– Ещё две? – заинтересовался Лёша. – Так, это же три получится.

– Ну, три, так три, – вяло согласился Иваныч.

– Мы дружили семьями двадцать лет, за это время наша компания обросла друзьями и их жёнами, родились и выросли дети, мы с Машей больше не флиртовали и не соблазняли друг друга, между нами сохранилась любовь, именно любовь и ни как иначе, такая любовь, как между родными людьми. Казалось, что всё стало идеально.

А теперь обещанные ложки дёгтя. Примерно через десять лет после того памятного разговора, я влюбился в другую женщину, и она стала моей любовницей. Три года я скрывал эту связь от Вали и Маши, понимая, что они мне этого не простят.

– Как вы могли, Иваныч? – искренне возмутился Алексей.

– Увы, – кивнул головой Вячеслав. – Это, действительно, была очень большая ошибка с моей стороны. Мне реально стыдно за свою слабость, хотя вопрос этот гораздо сложнее, чем привыкли обыватели. Ведь как создано общественное мнение? Если у мужчины есть любовница, значит он кто? Правильно, он – козёл. А хотелось бы спросить: что женщина не понимает, ведь, заводя шашни с женатым мужчиной, она провоцирует его на разрыв с женой и детьми? Разве не отсюда безотцовщина и неполные семьи.

– Осторожнее, Иваныч, если вы скажете, что женщины в этих вопросах ни в грош не ставят друг друга, то не откроете мне прописную истину. Каждая разлучница верит, что с ней мужику будет лучше, а его бывшая просто дура. Но я сейчас не об этом, разве не мужики, заводя шашни на стороне, тут же врут своим любовницам, что давно не спят со своими жёнами? – возразил Алёша.

– В том то и дело Алексей, что врут, а женщины охотно в это враньё верят. Ладно, наверно, следует пояснить, почему после двух с половиной лет общения с любовницей я всё равно вернулся в семью?

– Нет, лучше для начала объясните, почему не бросили Валю? Из-за ребёнка?

– Нет, Лёха, – засмеялся Иваныч. – Мне просто очень нравилось заниматься сексом с двумя красивыми женщинами. И когда Валя об этом узнала, мне было очень стыдно, потому что она делала вид, что ничего не знает. А вот Маша, когда ещё через несколько лет узнала о моей прошлой измене, просто взбесилась: «Я никогда не прощу этого сучёнка», – передавали мне потом её слова.

Самое смешное, что к тому моменту, когда она узнала о моих художествах, я уже лет семь, как расстался со своей любовницей и вновь был почти примерным мужем.

– А почему с любовницей расстались? – спросил Алексей.

– Все очень просто, она сказала, что не хочет меня делить с моей женой и завела себе ещё одного мужика, типа так будет справедливо, мол, у нас равноправие и свободная любовь. Ну, а я, естественно, сразу же её послал и вернулся в семью.

Правда затем через двадцать два года совместной жизни мы всё равно с Валентиной развелись, и с тех пор я старый холостяк.

– Да, Иваныч, вы в очередной раз подтвердили, что не зря носите титул заслуженного сизого гонобобеля.

– Наверно, – вздохнул старик и уснул.

Ночью ему опять стало плохо, и вновь Алексей целую неделю лежал в палате один и занимался своими рисунками.

История четвёртая

– Ты знаешь, Лёша, – заметил Вячеслав Иванович после того, как его снова реанимировали. – Я тут вспомнил ещё пару сюжетов, если хочешь, расскажу. Они, конечно, не такие глобальные, как история с Машей, но всё равно подходят под определение сизый гонобобель.

– Да, Иваныч, если вам не тяжело, расскажите, – осторожно согласился с предложением старика Алексей.

– Хорошо, – кивнул головой Иваныч и начал очередной рассказ.

* * *

– После разрыва с любовницей я кайфовал, что больше не надо врать и изворачиваться, постоянно придумывать причины своего отсутствия или поздних возвращений домой. Такое незабываемое ощущение легкости и свободы от постоянной лжи. Мы были счастливы, супруга меня простила, и я буквально носил её на руках. От такой хорошей жизни я начал толстеть, в смысле набирать вес. Это не очень понравилось Валентине.

– Милый, – сказала она. – Ты сильно поправился и начал громко храпеть, я думаю, тебе стоит сесть на диету и пойти в фитнес клуб.

– В фитнес клуб, так в фитнес клуб, – согласился я и тут же предложил супруге:

– А может быть пойдём вместе?

– Нет уж! – очень категорично ответила жена. – Я достаточно походила по всяким фитнес клубам, закончила курсы флористики и компьютерные курсы, а ещё получила водительские права и это всё, пока ты три года бегал от меня к этой девке!

– Я поднял руки:

– Всё, извини, не хочешь, не ходи, сам начну ходить в спортзал.

Посидев часик в Интернете в поисках оптимального для себя спортивного зала, тщательно взвесив все за и против, я остановился на небольшом, но очень престижном клубе под названием «Лайм». Не в последнюю очередь меня прельстило месторасположение спортзала. Совсем рядом с моим офисом, что давало возможность сразу с работы идти туда и при этом не тратить время на дорожные пробки, а после спортзала можно было с ветерком домчаться до дома по уже освободившимся по вечернему времени улицам.

– Милая, я решил пойти в «Лайм», – сообщил я супруге.

– О, это весьма престижное место, – задумчиво прокомментировала Валентина. – Его посещают очень приличные люди, советую начать с покупки новой спортивной формы.

Я внял совету жены и потратил один день на приобретение соответствующей моему статусу бизнесмена средней руки спортивной формы. Естественно, также мне понадобилась пара дней на осмысление своего желания ходить в спортзал, и вот, приняв волевое решение и окончательно настроившись, я пересёк порог вожделенного спортклуба.

Хотя нет, пожалуй, я поторопился. Яркую вывеску «Лайм» было хорошо видно в глубине небольшого сквера или, лучше сказать в глубине небольшого дворика Дворца профсоюзов, длинный флигель которого и занимал спортклуб.

Решительным шагом я направился под вывеску к центральной части здания, но, увы, входа там не оказалось. В итоге во внутреннее помещение удалось проникнуть через не очень презентабельную дверь в углу здания. Настроение на несколько минут слегка упало, но у стойки ресепшен стояла ОНА.

Высокая, стройная, прекрасно осознающая свою сногсшибательную внешность, девушка. При ближайшем рассмотрении я заметил, что её лицо, не будучи абсолютно идеальным, тем не менее, обладает редким природным магнетизмом, и грудь девушки, на мой взгляд, могла бы быть чуть побольше, но в целом внешность, всё равно была сногсшибательная. А когда Лючия, так было написано на бейджике, улыбнулась, я, как и все посетители мужского пола, что называется, поплыл.

– Добрый вечер! Вы к нам заниматься или на экскурсию? – очень приятным голосом с великолепной артикуляцией спросила девушка.

Я несколько помедлил с ответом, что, судя по всему, не удивило Лючию, очевидно, многие так зависают.

– Простите, пожалуйста, за бестактность моего вопроса, – начал я свой ответ. – А как вас называют близкие люди или родственники?

Девушка внимательно посмотрела мне в глаза и сказала:

– Вы можете называть меня Лючи.

– Хорошо, тогда я к вам заниматься, но и от экскурсии не откажусь, – с готовностью начать прямо сейчас ответил я.

Лючия вызвала на ресепшен другую не менее симпатичную девушку и, прихватив с собой какие-то бумаги, предложила мне проследовать за собой. Я, естественно, радостно согласился. Во время следования по этажам и залам девушка подробно описала возможные варианты занятий и дополнительных услуг. Когда мы двигались по коридорам, я внимательно её слушал, но на лестницах галантно предлагал идти вперёд. А сам не уставал любоваться спортивными ягодицами Лючии, затянутыми в очень маленькие белые шорты. Если честно, я был готов влюбиться в эти шортики…

* * *

На этом месте Вячеслав Иваныч замолчал и потёр сердце.

– Иваныч, с тобой всё нормально? Может таблеточку? – засуетился Лёха.

– Спасибо, дружок, – ответил Вячеслав Иванович и тяжело вздохнул.

* * *

– Стыдно признаться, но тогда я опять распушил хвост, как фазан на базаре, и на какое-то время забыл о жене и дочери. Надо отдать должное Лючии, она не повелась на мою реакцию, а спокойно оформила договор и, взяв оплату за годовой абонемент, переключилась на другого посетителя. Я же направился в спортзал, где целый час колотил грушу, а потом сделал несколько заходов в сауну. Воображение ещё долго проецировало в моём сознании одетые в белые шорты, аппетитно двигающиеся ягодицы девушки, когда она шла вверх по лестнице.

Да если бы я тогда не вспомнил, что всего полгода назад вернулся к своей жене, то мог бы замутить с этой красоткой. Хотя скорее всего нет или почему нет? Да потому, что нет и всё! Хватит мне этих нервов, без малого три года дикие качели. Нет однозначно! Всё решено твёрдо и непоколебимо, никаких больше левых баб на стороне. Но всё же эти шортики!!!

Три месяца я дважды в неделю ходил в спортзал, ловил дежурные улыбки Лючии и гнал из своей головы всевозможные фантазии на её счёт. Как-то на работе нам понадобился сотрудник с базовым компьютерным образованием, и я сразу подумал о Лючи. Вспомнилось, как ещё при нашей первой встрече она обмолвилась, что заканчивала что-то связанное с интеллектуальными технологиями.

– Добрый вечер, Лючия! – прокричал я девушке, едва переступив порог спортклуба.

– Здравствуйте, – сдержанно и чуть испуганно ответила девушка.

– Я Вячеслав, – на всякий случай сказал я.

– Я вас помню, Вячеслав, – дежурно улыбаясь, ответила Лючи.

– Обманывает, – понял я. – По любому забыла моё имя. Почему же так сильно стучит сердце?

– Что-то случилось? – девушка быстро поборола мимолётное смущение.

– Лючия, а вы не задумывались о смене работы? – я перевёл дыхание и посмотрел на девушку, как Санта Клаус.

Лючи оценивающе посмотрела на меня:

– А у вас есть предложение?

– Конечно! – радостно заявил я девушке и озвучил условия и объём работы.

– У меня есть неотгулянный отпуск, – пояснила девушка и, подумав пару минут добавила:

– Пожалуй, я потрачу пару недель на работу в вашей фирме.

Лючия пришла к нам в офис на испытательный срок и осталась на три года. Надо добавить, что сам я работал всего лишь главным инженером, выше меня были гендиректор и два учредителя, которые целый день тусили в своём огромном, шикарно обставленном кабинете.

Естественно, вся эта троица сразу же замерли в стойке кота Тома, когда он встречал красивую кошечку. Я с ревностью смотрел, как все они вожделеют мою протеже. Мне это ужасно не нравилось, ведь они хотят тупо воспользоваться беззащитным женским телом, не то, что я. Кстати, а что же хотел я? Увы, того же самого, что и мои друзья: секса без обязательств. Какой ужас! До сих пор стыдно.

Чтобы уберечь «мою» девушку от этих похотливых самцов, я начал аккуратные ухаживания. Приглашал Лючи на обеды и даже пару раз на ужин, несколько раз подвозил её после работы домой. Лючия принимала мои знаки внимания, но не торопилась с ответными шагами.

Директор и учредители поверили, что у нас возникли романтические отношения и тихонько отвалили в сторону, благо отваливать было куда. А на самом деле я старательно держал дистанцию и не делал обещающих намёков. Сам не знаю, зачем морочил девушке голову, ведь дома всего было с избытком: и любви, и уюта, и секса, а ещё и дочь. Да и неприятностей я наелся в прошлый раз.

Лючия злилась, иногда провоцировала меня и даже пыталась соблазнить, сам не знаю, как смог удержать дистанцию. В какой-то момент я понял, что мне с ней интересно общаться, но не более. И при очередной нашей встрече вечером в ресторане загрузил девушку кучей информации о платонической любви и преимуществе дружеских отношений между мужчиной и женщиной, в которых возможен случайный секс, не предполагающий дальнейшего совместного проживания. Странно, но Лючи меня не поняла и, сказав мне что-то резкое, ушла, не прощаясь…

* * *

Рассказ Вячеслава Ивановича в очередной раз был прерван громким смехом Алексея. Иваныч обиженно замолчал, а Лёха, с трудом успокоившись, дал свой меткий комментарий:

– Ну, Иваныч, ну, хитрец. Захотел и на ёлку залезть, и не поцарапаться.

– Увы, признаю! – горестно вздохнул старик. – Я вот думаю, зря в нашей стране запрещено многожёнство.

– Кто бы спорил, Иваныч, – хохотнул Лёша. – Уверен, каждому мужчине хоть раз в жизни приходят в голову такие мысли, но мы отвлеклись, продолжайте.

* * *

– Итак, Лючия разозлилась и устроила вечеринку по случаю своего новоселья, пригласив в гости всех сотрудников офиса, кроме меня. Что там у них было, я не знаю, но, судя по всему, девушка не очень лестно обо мне отзывалась и дала понять мужчинам, что свободна для других отношений.

Мне было очень обидно. Близился Новый год, и наши руководители запланировали корпоратив с выездом за город. Я оказался случайным свидетелем разговора учредителей, в котором мужчины собирались подпоить Лючи, а затем оставить в гостиничном номере на ночлег в своей компании.

Невзирая на обиду, я решил помешать этим планам. Но эти хитрецы заранее предусмотрели возможные варианты, им удалось напоить всех присутствующих на вечеринке. Для начала они так заказали подачу блюд, что довольно долго на столе было много овощей и мало мяса, и, кроме того, они налили в графины для сока виски из пятилитровой бутылки.

Первый тост предложили выпить до дна за процветание компании и налили каждому в стакан по 150 грамм этого виски. Я, как и другие, мужественно осилил свою порцию и тут же запил её большим глотком яблочного сока, который на поверку оказался тем же виски. Дальше мы ели, пили, веселились и танцевали.

В себя я пришёл уже утром в своей кровати. Как я вернулся домой и что там было на вечеринке, я потом пытался долго и безуспешно вспомнить. Так, отрывочные сведения, дикие танцы, безумный салют, я, кажется, зачем-то пытался поднять Лючи на руки и потом вроде бы упал прямо на неё. А может это был пьяный сон.

После празднования Нового года Лючия делала вид, что мы с ней мало знакомы. Я так и не понял почему. А мой друг гендиректор сказал:

– Когда ты напился, она увела тебя к себе в номер и пыталась оказать помощь. Никто другой к ней не приставал, что там у вас было, мы не знаем, но ночью ты уехал на такси домой, а утром вся в слезах уехала Лючи.

– После рассказа товарища мне стало не по себе, я много раз пытался объясниться с девушкой, но она избегала разговоров. А вскоре мне предложили другую работу, и я уволился. Так случилось, что через несколько лет одна сотрудница, с которой я работал в старой фирме, пришла ко мне на работу, а еще через пару лет устроила вечеринку по поводу своего новоселья. Она пригласила меня и других коллег к себе на праздник. С небольшим опозданием, как и положено руководителю, я пришёл в гости и с удивлением встретил там Лючию.

Девушка встретилась со мной тоскливым взглядом, затем мне сказали, что она так никого и не встретила, а позже приобщилась к Богу, став послушницей в одном из монастырей, но об этом я узнал не сразу, а в тот вечер Лючи смотрела на меня грустными глазами, и я, не зная, что делать, вышел на балкон. Курившая там парочка быстренько вернулась в комнату. Я ждал Лючию, и она пришла.

– Я слышала, что ты развёлся с женой? – негромко спросила девушка.

– Да, развёлся, – ответил я тоскливым голосом.

– Собираешься жениться? – уточнила Лючи.

– Пока не думал, – выдохнул я.

Рядом стояла очень красивая молодая женщина, казалось, надо только протянуть руку, но она не протягивалась. Лючия несколько минут постояла рядом в ожидании моих слов, но слова так и не родились. Вскоре девушка, не прощаясь, ушла с балкона, из квартиры и из моей жизни. А я, как дурак, остался один. Совсем один.

* * *

– Какая-то очень грустная история, Иваныч, язык даже не поворачивается назвать вас сизым гонобобелем, но это так, – без тени усмешки прокомментировал Алексей.

– Сам знаю, – глубоко вздохнул Вячеслав Иванович. – Ладно, давай быстренько расскажу одну весёлую короткую историю, так сказать напоследок.

– Давай, Иваныч, не хочется заканчивать на такой минорной ноте, – кивнул головой Лёха.

– Да, Алексей, но эта история принципиально другая.

– Не пугай меня, Иваныч, неужели ты всё же переспал с девушкой? – усмехнулся Алексей.

– Да, нет, дружище, дело совсем не в этом, сначала я долго ходил вокруг да около, а потом девушка, точнее целых две…

– Подожди, Вячеслав Иванович, ты круто начинаешь, давай я хоть чаю налью, – Лёха плеснул в чашки кипяток и внимательно уставился на старика.

История пятая

– Эта история произошла примерно через 2 года после только что описанных мною событий. Я в очередной раз уволился и какое-то время вёл праздный образ жизни. Дочка выросла и вышла замуж, а я купил себе небольшую студию, где, кстати, проживаю и до сих пор с одним наглым котиком, считающим, что жильё покупалось исключительно для него, а я был в придачу, как инструментарий для выдачи корма и уборки кошачьего туалета.

Так вот, пробездельничав какое-то время, я всё же согласился на работу в одной коммерческой компании, занимающейся инвестиционной деятельностью, в статусе заместителя директора. Хочу сказать, что бо́льшая часть сотрудников были женщинами. Кроме меня и директора, был ещё один мужик, главный инженер, я так до сих пор и не понял, зачем в инвест-компании главный инженер, может он был другом генерального или его родственником, не знаю, незаметный мужчина занимал отдельный стол и ничего не делал. Но рассказ не о нём, а о том, что моё появление в офисе стало для местных красавиц событием. Генеральный был глубоко женат, и его супруга работала тут же, заведовала бухгалтерией и заодно присматривала за мужем.

Моё появление произвело фурор в жизни коллектива, понимаешь, Лёша, в жизни каждого мужчины бывает такое золотое время, когда он желанен для очень большого возрастного диапазона женщин, скажем, так примерно от 25 лет до 45. Правда, для этого сам мужчина должен быть орлом, ну, как я, например. Кстати, вспомнил одну фразу, случайно оброненную Лючией: «Главное, чтобы человек был хороший и не важно, какого цвета у него “Бентли”». Вместо «Бентли» у меня был последний «Рэндж Ровер», а на безымянном пальце отсутствовало обручальное кольцо, значит, где-то я был хорошим человеком.

Из всего многообразия представленных девушек, мне очень понравились две: родная сестра супруги гендиректора, лет так 20, кстати, она не работала в компании, а просто приходила в гости, и секретарша того же директора, думаю, она была чуть постарше, но не больше 30 лет.

Назовём младшую Соней, а старшую Полиной. Это исключительно для упрощения изложения, а на самом деле у них конечно, были другие имена. Соня была очень хороша, как тонкая ветка распустившейся вишни, да и Полина просто восторг. О ней гендиректор однажды мечтательно выдал: «Хороша “Маша”, да не наша».

Не зная, как поступить и на ком остановить свой выбор, я начал понемногу оказывать знаки внимания обеим девушкам, тем более, что Соня прибегала только под вечер, а с Полей я мог спокойно пообедать. Чем больше я с ней общался, тем ближе моя мужская сущность склонялась в её сторону. Правда, мне сказали, что у девушки есть друг, но меня это не смутило…

* * *

– Иваныч, а сколько вам тогда было лет? – прервал рассказ пенсионера Алексей.

– Мне тогда исполнилось 54 года, – задумчиво ответил Вячеслав Иванович.

– А во сколько же вы тогда развелись? – не понял Лёха.

– В 51 год, – пояснил старик.

* * *

Итак, две девушки взволновали моё сердце, я делал им знаки внимания, а они строили мне глазки и давали надежды. Полина всячески поддерживала свой непоколебимый статус и в присутствии коллег никак меня особо не выделяла. Редкие совместные обеды ничего не значили, так как я и с другими женщинами тоже был весьма любезен. Соня же демонстративно со мной флиртовала и постоянно убегала, стоило только мне откликнуться на её призыв.

Развязка наступила на новогодней вечеринке, которую мы организовали в офисе. Все девушки уже хорошо подвыпили и началось броуновское движение, танцы и сплетни чередовались с очередной порцией алкоголя. Я тоже танцевал, хотя и не пил, причём сначала я танцевал только с Соней, и когда она, воспользовавшись полумраком, впилась в мой рот своими обворожительными губами, а потом сделала так язычком, быстро-быстро несколько раз нырнула внутрь моего рта, после чего в моей голове зашумело, и тут со словами:

– Кавалеры меняют дам, – откуда-то появилась Поля, она оттеснила Соню и, обняв меня за плечи, прислонилась ко мне всем телом, да так, что явно не могла не почувствовать мою готовность к близости. А когда танец закончился, я проводил Полину за столик и увидел краем глаза, как Соня, демонстративно глядя на меня, исчезает в директорском кабинете. На пороге она так призывно посмотрела, короче, я всё понял и, поцеловав Поле руку в благодарность за танец, последовал за Соней.

Девушка сидела на краю стола для совещаний, и её короткая юбка очень сильно задралась кверху. Слова были лишними, я подошёл к красотке, уже расстегнув молнию на брюках. Она сразу же обхватила меня ногами за бёдра, да так, что пришлось приложить некоторые усилия, чтобы, чуть отстранившись, освободить своё естество от мешающей ткани трусов, а заодно сдвинуть чуть в сторону от девичьего лона её шёлковое бельё. Проникновение внутрь девушки и буквально несколько наших поступательных навстречу друг другу движений были грубо прерваны хлопнувшей дверью и голосом Полины:

– Соня, тебя срочно зовёт сестра.

Девушка рыбкой выскользнула из моих объятий и убежала, а остался весь такой одинокий. Полина, не стесняясь моего внешнего вида, подошла очень близко и, став на колени, совершенно не смущаясь того, что я только минуту назад гостил в чужих тайнах, полностью завладела моими сексуальными фантазиями и вскоре, дав мне освободиться от переполняющих меня эмоций, резко встала и произнесла:

– Остальное не здесь, отвези меня домой, пожалуйста.

Я привлёк девушку к себе, и мы очень долго целовались, взаимно проникая друг в друга языками.

– Ну всё, пойдём в машину, – Поля решительно отстранилась от меня. – Дома всё будет.

Делая вид, что совершенно случайно уходим с вечеринки в одно и то же время, мы, не оглядываясь, покинули офисное здание. В машине, пока прогревался двигатель, я попытался снова завладеть женскими губами. Но Полина пресекла мою попытку словами:

– Ты хочешь, чтобы кто-нибудь нас увидел? Поехали скорее.

Я кивнул головой и тихонько, всё же давая машине нагреться, поехал по ночной Москве.

– По дороге к твоему дому есть несколько укромных уголков, – шепнул я. – Может мы остановимся, а то боюсь меня разорвёт.

Поля осмотрела богатый салон «Рэнджа» и мурлыкнула:

– О, секс на заднем сиденье шикарной машины, а почему бы и нет? На мой взгляд места здесь вполне достаточно. А ты, что знаешь, где я живу?

– Знаю, – почему-то смущаясь, ответил я.

– Если так всё запущено, – со смехом ответила девушка, – то поехали уже сразу ко мне.

Я не заставил себя долго упрашивать и придавил педаль газа. Девушка чуть откинула сиденье и вольготно прилегла, повернув в мою сторону чуть раздвинувшиеся колени. Принимая во внимание произошедшее между нами всего несколько минут назад, я правильно понял намёк. Для управления машиной хватило моей левой руки, правая скользнула девушке вверх по капрону чулок и была поймана ловкими женскими пальчиками, которые сами показали, что и как надо делать.

В одном укромном месте я притормозил, понимая, что в эту минуту теряю контроль над дорогой, и полностью сосредоточился на управлении девушкой. Её реакция не заставила себя ждать, быстрые движения бёдрами сменились стонами и закончились резким напряжением всего женского тела. А потом Полина обмякла и какое-то время держала мои пальцы в своих руках. Затем она достала из дамской сумочки влажные салфетки и привела нас в порядок.

– Поехали уже! – скомандовала женщина без всякого жеманства, – я хочу, чтобы наконец меня уже нормально отлюбили без всех этих петтингов.

Я снова надавил на педаль и, больше не отвлекаясь на всякую ерунду, помчался к дому моей новой, но уже слегка познанной женщины. И то немногое, что мне за это время открылось, возбуждало и рисовало в моём воображении долгие и очень приятные отношения, если честно, до жути надоело жить одному. Чтобы как-то заполнить неловкое молчание, я спросил:

– А ты одна живёшь?

– Одна, – горько усмехнулась Поля. – Уже пошёл второй месяц, как мой последний ухажёр, обвинив меня в агрессивной доминантности, скрылся в неизвестном направлении.

– Я устал командовать и готов подчиняться красивой женщине, – подлизался я.

– Значит уживёмся, – рассмеялась Полина.

Думая над последними словами молодой женщины, я проехал в тишине остаток пути. Дорога мне была хорошо известна, когда-то недалеко отсюда находилась моя первая квартира, проданная много лет назад. Во дворе Полиного дома я закрутил головой в поисках парковки, хорошо зная, у какого подъезда надо останавливаться. Вот чудо, звёзды похоже улыбаются мне. Прямо перед дорожкой, ведущей к нужной парадной, пустовало место, очевидно, кто-то только что уехал.

Девушка нарочно замешкалась в машине, давая мне выйти первым и проявить необходимую галантность. Она взялась за подставленный мной локоть, и, аккуратно ставя её шпильки на обледенелый тротуар, мы пошли к двери.

У самого входа на заснеженной лавочке сидел замерзший парень. Увидев нас, он плюхнулся перед Полиной на одно колено и, протягивая открытую коробочку с маленьким колечком, забубнил какую-то глупость. Девушка на секунду замешкалась, а затем выпустила мой локоть и кинулась поднимать этого обмороженного обсоса. Дальше они скрылись за парадной дверью. Счастливчик, можно сказать на халяву получил подготовленную к соитию женщину, повезло же.

* * *

Вячеслав Иванович посмотрел на Алексея:

– Ну, как?

– Я снова не знаю, что и сказать, – ответил Лёха. – А что было потом?

– Ничего, я позвонил директору и сказал, что увольняюсь. И с тех пор ни про Полину, ни про Соню ничего не знаю. Да и не очень хочу знать, – устало ответил старик и лёг на кровать.

Эпилог

Какое-то время мы молча сидели и смотрели на Вячеслава Ивановича. Старик, казалось задремал, но его веки тихонько подрагивали.

– Ну, что, писатель, – недоверчиво поинтересовался Алексей. – Получится из этого роман?

– Уже получился, короткий любовный роман, – ответил я.

– А как назовёшь? – спросил Вячеслав Иванович, не открывая глаз.

– Сизый гонобобель! – уверенно заявил я.

– Почему? – удивились Лёша и Вячеслав.

– Потому что «Сизый гонобобель» это вам не «Клубничка» какая-нибудь, – ответил я.

– Кстати, о «Клубничке», Иваныч, а сколько у тебя было женщин? – не унимался Алексей.

– Две жены и любовница, – спокойно ответил пенсионер.

– Маловато будет, не верю! – чуть повысил голос любопытный Лёха.

– А ты имел ввиду только секс? – засмеялся Иваныч и, немного замешкавшись, ответил:

– Две жены, одна любовница и после развода три подруги, а если приплюсовать случайные связи, быстрые влюблённости, секс по пьяне и за деньги с девушками лёгкого поведения, то очень много, нет, я не считал. Так это и невозможно.

– Да-а, – протянул Лёша. – Вот писатель, о чём надо книги сочинять.

– А вот тут ты не прав! – твёрдо заявил Вячеслав. – Во-первых, настоящий мужчина не должен компрометировать своими рассказами доверившихся ему женщин, а во-вторых, такая книжка уже есть, «Казанова» называется.

– Упс. Так вы не гонобобель, вы просто бабник, Вячеслав Иванович! А как же ваш последний рассказ про Полину и Соню? – укоризненно рассмеялся Алексей.

– Я не бабник, а искренне всю жизнь люблю женщин и хорошо их понимаю. Ну, а про Полю и Соню я всё придумал, – улыбнулся Иваныч, натягивая на себя одеяло. – И вообще давайте спать, поздно уже.

Старик уснул, и мы тоже. Ночью мне что-то почудилось, стало как-то тревожно, а потом прошло. Наступило утро. Мы с Алексеем встали и посмотрели на Иваныча.

Он лежал с закрытыми глазами, руки сложены на груди, лицо спокойное и даже немного улыбающееся.

Таким мы его и запомнили.

Андрэ М.
Новелла

Пролог

Эта история началась 14 мая 1992 года. Андрей Мухин, недавний выпускник академии художеств имени Репина, а теперь свободный художник, томился на пересечении улиц Садовой и Ломоносова в ожидании своего давнего товарища Ильи.

Друг, которого он ждал, занимался запрещённым законом промыслом, менял валюту на рубли и обратно, а Андрей только что получил от своего продавца 40 долларов за купленный каким-то сумасшедшим иностранцем этюд.

Андрюха занимался живописью всю свою сознательную жизнь, и теперь его рисунки, выполненные в манере, немного напоминающей Михаила Матюшина, с которого, по общепринятому мнению, начинается русский авангард, и небольшие масляные работы в стиле классической живописи неплохо продавались на ярмарке картин возле Екатерининской церкви на Невском проспекте, дом 32–34.

Не так давно одну из его работ купил какой-то фирмач и, поинтересовавшись, как зовут молодого человека, попросил поставить на холсте автограф. Андрюха слегка смутился и при написании своего имени допустил ошибку, вместо Андрей Мухин он масляной краской написал своё имя без буквы «й» на конце, но быстро исправил ситуацию, пририсовав к букве «Р» ножку, и в результате получился: AndRe M.

Глава 1. Andre M.

Менять валюту у незнакомых людей Андрей опасался, Илюха не единожды предупреждал товарища о реальной опасности нарваться на «ломщиков», у которых вместо денег получишь «куклу». И к тому же Андрею очень хотелось перекинуться парой слов с человеком, с которым он когда-то учился в одной художественной школе, а затем они вместе служили в армии и не где-нибудь, а в 15-й (Джелалабадской) отдельной бригаде специального назначения ГРУ ГШ. Короче, друзьям всегда было о чём поговорить.

В ожидании товарища Андрюха решил прогуляться до «Апрашки» и посмотреть, что к чему. Зелёный загорелся в сторону Суворовского училища, и мужчина быстро перешёл на другую сторону Садовой улицы, а затем пересёк Ломоносовскую и уткнулся взглядом в свежую надпись «Принимаем валюту» на стеклянной двери магазинчика «Makeup & cosmeticS».

– Это ещё что за новости? – удивился молодой человек и, преодолев две ступеньки, открыл дверь. В маленьком зале за небольшой стеклянной витриной, полностью заполненной предметами женского туалета, стояли две весьма привлекательные девушки. Выбор, как говорится, на любой вкус, одна натуральная блондинка с почти прозрачными имеющими незначительный фиалковый окрас глазами, а другая брюнетка и опять же с очень светлым, но голубым взором. На входе звякнул декоративный колокольчик, и красотки обратили на вошедшего мужчину внимание, а увидев его обалдевший взгляд, прыснули со смеху:

– Молодой человек, вы, наверно, дверью ошиблись? Это магазин для девушек.

– Извините, – совсем некстати, пробормотал Андрей и, пятясь задом, покинул помещение.

В след ему донеслись заливистый девичий смех и слова одной девушки:

– Какой милый мальчик! Зря отпугнули.

– Это всё ты! – вторила другая. – Может вернём?

– Да сам вернётся, – отмахнулась первая. – Спорим!

– Хорошо бы вернулся, – гораздо тише произнесла вторая девушка. – Такой молодой и симпатичный.

Андрей услышал весь диалог, но всё равно, не останавливаясь, сбежал наискосок через перекрёсток к Гостиному двору.

– Надо вернуться, – прошептал он и увидел за огромным витринным стеклом магазина Илью. – Вот сейчас доллары поменяю и вернусь.

От волнения пересохло в горле, и Андрей заскочил в небольшой кафетерий, занимавший часть секции внутри магазина. Очереди перед стойкой не было, и он купил яблочный сок в бумажной коробочке с приклеенной сбоку соломинкой. Приложившись к напитку, мужчина наконец-то обратил внимание на необычные звуки у себя за спиной. Как раз напротив кафетерия, здесь же внутри магазина, стояли четыре игровых автомата типа «Однорукий бандит», за одним из них на высоком барном стуле сидел Илья и остервенело нажимал на кнопки.

– Илюха! – закричал Андрей и побежал к другу, стараясь не расплескать остатки сока. Переступив за невысокое ограждение, он хлопнул друга по плечу:

– Дружище, поменяй двадцатку баксов на рубли.

Илья в очередной раз ударил по кнопкам:

– Подожди, брат, сейчас я выиграю и всё тебе поменяю.

Андрей с сомнением посмотрел на вращающиеся барабаны и спросил:

– А что должно произойти?

– Надо поймать на одной из пяти линий три одинаковые символа! – быстро ответил Илья.

– А-а, – протянул Андрюха, завороженно уставившись на автомат. – И каков результат?

– Хочешь возьми у меня жетоны и помучай соседний автомат, – отмахнулся Илья и, не глядя, зацепил из лотка пригоршню монет.

Андрей посмотрел, как друг опускает сразу по нескольку жетонов в монетоприёмник, и засунул в соседний автомат десять жёлтеньких кругляшков.

– И что теперь? – спросил он.

– Надо выбрать количество линий и, э-э, в твоём автомате их девять, нажать на кнопку «старт». – Ты сколько монет закинул?

– Все десять, – ответил Андрей и, не дожидаясь дополнительных рекомендаций, надавил на кнопку.

– Ты что сделал? Все десять на первую линию! – закричал Илья, но было уже поздно. Пять барабанов закрутились и через несколько секунд собрали на центральной линии максимально возможную комбинацию из пяти одинаковых символов. Илья замер, не веря своим глазам, Андрюха ничего не понял, а автомат разразился фанфарами и замигал разноцветными огоньками.

– Джек Пот!!! – закричал Илья. – Пятьдесят тысяч жетонов, пятьсот баксов с одного нажатия, братуха!

Администратор игровых автоматов побледнел. Незнакомый лох только что опустил его точку на недельную выручку:

– Боже, что делать? – прошептал он.

Набежала толпа валютчиков и спекулянтов, узнав, что счастливец – дружбан Илюхи, набросились на админа и потребовали оплаты, а Андрюху тут же раскрутили на проставу.

Несчастный администратор с трудом наскрёб триста долларов рублями и на остаток написал расписку.

– Приходи в конце недели, – тоскливым голосом попросил он.

– Хорошо! – великодушно согласился Андрей.

Угостив своих болельщиков пирожками и напитками, Андрюха вспомнил про девушек в магазине напротив.

– А что? Мне сегодня везёт, – решил он и, преисполненный уверенностью в себя, здесь же в «Гостином дворе» купил дорогую коробку бельгийского шоколада и смело пересёк перекрёсток.

В магазине за прилавком скучала брюнетка – вторая девушка, та, что высказала сожаление по поводу ухода Андрея. Она листала каталог женской косметики и мельком глянула на посетителя. На лице девушки быстро сменились выражения радости и удовлетворения.

– Привет, я Андрей, – довольный реакцией на свою персону, громко представился Андрюха.

Девушка на секунду замерла, на её лице засветилась очень красивая и искренняя улыбка.

– Милана, можно Лана, – продолжая улыбаться, сказала она. – Ты ко мне?

Андрей, до этой минуты не решивший к кому из двух девушек он пришёл, ответил:

– К тебе конечно, это же ты хотела со мной познакомиться?

Девушка поняла, что её последняя фраза через закрывающуюся за молодым человеком дверью была услышана, слегка смутилась, от чего её голубые глаза стали ещё больше и значительно темнее от расширившихся зрачков.

– Пожалуйста, угощайся! – Андрей предложил Милане шоколад.

– Ой, спасибо! – улыбнулась девушка. – Никогда не пробовала такой, может чаю попьём?

– И я не пробовал, – признался Андрюха.

– Момент, я только «магаз» закрою, – проговорила Лана, подныривая под прилавок и вешая на стекло табличку с надписью «Закрыто».

Пока девушка бегала, Андрей оценил её внешность, до этого он видел только лицо и аккуратную грудь, а теперь обозрел красивые, может быть, чуть узковатые бёдра, но зато очень тонкую талию и длиннющие стройные ноги. Во рту опять пересохло, это была его обычная реакция на волнение, последствия афганской контузии.

Милана, делая вид, что не заметила, какое произвела впечатление на парня, повернулась к нему спиной и включила маленький чайник. Вид со спины понравился Андрюхе не меньше, чем спереди. Он засуетился и неловко открыл коробку, а Милана достала парные чашки Ломоносовского завода и опустила в них чайные пакетики.

Несколько минут они молча пили чай и ели шоколад, мужчина при этом внимательно рассматривал лицо девушки, любуясь её фотогеничностью. Наконец Лане это надоело:

– Прекрати так на меня смотреть, а лучше скажи что-нибудь, а то пауза затянулась.

– Ты очень красивая, – промямлил Андрей первое, что пришло ему в голову.

Милана несколько разочарованно посмотрела на своего столь неоригинального собеседника и, увидев, что парня и вправду «торкнуло», рассмеялась:

– Это я знаю, расскажи лучше, чем ты сам занимаешься?

– Я начинающий художник, только что закончил художественную академию, пишу и продаю пейзажи и картины.

– Да, ладно? – по-простому удивилась Лана. – И покупают?

– Покупают, сегодня один «бундес» отвалил 40 баксов за простенькую «пастельку».

– А меня нарисовать сможешь? – в глазах девушки появился неподдельный интерес.

Андрей, который действительно обладал незаурядным талантом, скромно и вместе с тем уверенно ответил:

– Конечно! Хочешь портрет или пейзаж с твоим участием, могу картину в стиле «Ню».

– «Ню», это завораживает, – без намёка на сарказм согласилась девушка. – Но накладывает определённые обязательства. Не думаешь?

– Возможно, – кивнул головой Андрей и, посмотрев на девушку, как на потенциальную модель, добавил:

– Готов лелеять, ухаживать и любить!

– Я подумаю, – ответила Лана. – А как насчёт того, чтобы для начала покормить начинающую модель ужином и проводить домой?

– Легко! – самоуверенно заявил Андрюха.

– Договорились! – улыбнулась девушка. – Жду тебя через четыре часа, а пока извини, надо немного поработать.

Милана открыла мужчине дверь и, как бы случайно задержалась в дверном проёме. Протискиваясь мимо девушки, Андрей смог почувствовать её вкусный запах и ненароком коснуться руки. На лестнице он столкнулся с первой девушкой – блондинкой, о которой, честно говоря, уже и забыл.

– Ой, привет! Ты как здесь? – спросила она.

Стоящая в дверях магазина Милана опередила Андрея с ответом:

– Привет, Ксюша, а мы с Андреем пили чай. Познакомься Андрей, – это моя подруга Ксения.

– Андрей, – вежливо кивнув головой, представился мужчина.

– Ксюша! – смеясь, ответила девушка и, увлекая за собой Милану, скрылась за дверью магазина.

Мужчина с сожалением посмотрел Ксении вслед. Блондинка оказалась такая же впечатляющая, как и брюнетка.

– Надо будет вернуться чуть пораньше и позвать на ужин и Ксению, – пробормотал Андрей. Расставшись с подружками, он поспешил на Невский, где его ждал продавец его картин, – неудавшийся художник Костя, который недавно бросил творческую деятельность и полностью сосредоточился на коммерческой.

– Андрюха! – издалека окрикнул мужчину Константин. – Ты где пропал, продались ещё две твои акварельки.

– Сегодня очень удачный день! – улыбнулся Андрей, а Костя протянул ему ещё 50 долларов.

– Я их по тридцатке отдал, минус моя комиссия, нормально? – спросил парень.

– Нормально, – ответил Андрей, проводя мысленные подсчёты: 40 – пастель, 50 – две акварели, 300 – игровые автоматы, минус кафешка и шоколад, осталось примерно 370 долларов.

– А, когда ты ещё акварелей принесёшь? – нетерпеливо уточнил Костя. – Тебя уже стали спрашивать. Знаешь, как? – Андрэ Мухин! Вот тебе и псевдоним. Главное смотри, рядом куча подобной живописи, а фирмачи хотят твои картинки. Очевидно, ты талант, у них на это чутьё.

– Молодой человек! – к Андрею подошёл один из завсегдатаев рынка картин, очень известный любитель живописи, в берете и с шёлковым шарфом на шее. – Советую вам подписать все свои работы, и впредь не забывать это делать. Известность – это путь к финансовому успеху.

Андрею была очень приятна похвала товарища и ещё больше внимание знатока. Правда, он и сам знал, что талантлив, ещё в «художке», где Андрюха учился в детстве, все его работы висели на стендах и вернисажах. Казалось бы, рисуют дети вазу, все одинаковую, но в результате всего одна или две работы цепляют взгляд зрителя и запоминаются людям, а другие пылятся в папках. В Академию художеств его взяли с первой попытки и без всякого блата. Опытные преподаватели сразу рассмотрели самородок и в дальнейшем помогли полностью раскрыться таланту.

– Я завтра принесу ещё с десяток эскизов и акварелей, – пообещал Андрюха, усаживаясь на раскладной стул. – А сейчас давай подпишу, что там ещё у тебя осталось.

За этим занятием его и застал помощник атташе по культуре консульства Италии в Санкт-Петербурге. Мужчина, одетый в очень модный костюм от какого-то там кутюрье, покинул припарковавшуюся прямо на Невском машину с красными номерами и, минуя других торговцев, сразу направился к Андрею.

– Андрэ! Я правильно вас назвал? – спросил итальянец, глядя, как Андрей выписывает на своих работах автограф: AndRe M.

– Да, – охотно согласился Андрюха.

– Меня зовут синьор Мариани, я интересуюсь русской живописью. Если вам будет интересно, одна из ваших работ попала в каталог частной коллекции живописи известного коллекционера. Хочу вас поздравить, скоро ваши работы вырастут в цене. А я, в свою очередь, предлагаю вам заказ от этого же коллекционера на тему петербургской осени, в композиции должен присутствовать женский силуэт.

Андрей вспомнил, как зимой, будучи в состоянии эмоционального подъёма, написал неплохую «марину» маслом, которую он выставил на продажу, и её сразу же купили за полторы тысячи долларов. Он тогда ещё подумал, что продешевил. Да, ладно, чего теперь локти кусать.

Итальянец по-своему расценил молчание Андрея:

– Мы готовы дать задаток 5 тысяч долларов, но под расписку разумеется, и окончательную цену определим после изучения эскизов! Вы возьмётесь?

– Конечно, возьмусь! – кивнул Андрей. – Но сейчас же весна!

– Ничего страшного, выберете для начала сюжет и сделайте пару набросков, а мы посмотрим, и к зиме вы напишете картину. Размер, как и в прошлый раз, 70 на 100.

– В прошлый раз было 60 на 80 сантиметров, – на автомате ответил Андрей и добавил:

– Я сделаю без задатка и позвоню, когда будет готово. Оставьте телефон для связи.

– Конечно, маэстро Андрэ, вот моя визитка. А может у вас и сейчас есть что-нибудь на продажу?

– Конечно, есть, – Андрей глянул на Константина, молча стоящего рядом. – Костя покажи!

Продавец по очереди вынул несколько работ Андрея и провозгласил:

– Берите, синьор Мариани, все по сто долларов за холст.

Итальянец отложил в сторону с десяток работ и вынул пачку стодолларовых купюр:

– Пакуйте!

– Конечно, синьор Мариани, – засуетился Костя, укладывая работы в специальную сумку-переноску. – Забирайте вместе с сумкой.

Пока Константин перекладывал работы вспененной плёнкой, итальянец отдал Андрею деньги и сказал:

– Я хотел бы иметь возможность первой руки на ваши работы? Но нужны определённые пейзажи и арт-объекты города. Список тем я подготовлю.

– Согласен, синьор Мариани, но прошу не требуйте от меня календарного плана на выдачу живописи, иначе получится ширпотреб, который, я уверен, вам не интересен.

– Синьор Андрэ, я искренне наклоняю перед вами голову! – обрадовался итальянец.

– И, синьор Мариани, если вы доплатите за эксклюзив, то работы на заказ не будут тиражироваться, – предложил Андрей.

– Конечно, маэстро Андрэ! – согласился итальянец и махнул рукой своему водителю, чтобы тот забирал покупки.

Итальянец уехал, а за ним ушёл и Андрюха. Константин, глядя ему в спину, с завистью произнёс:

– Похоже, я только что стал свидетелем начала головокружительного успеха доселе неизвестного художника Андрея Мухина.

Глава 2. Подруги или…

После ухода Андрея из магазина Ксения внимательно осмотрела место преступления. Она конечно же увидела открытую коробку с дорогим шоколадом и пустые чашки из-под чая.

– А из чьей чашки он пил? – строго спросила девушка.

– Он пил из моей, а я из твоей, – ответила Милана.

– Ну, ладно, – сказала Ксения, почувствовав слабый укол ревности. – А как ты думаешь? К кому из нас он приходил?

– Ко мне, конечно! – самоуверенно заявила Лана.

– А может быть ко мне! – с вызовом произнесла Ксюша. – Или к нам. Ты что против?

Милана внимательно посмотрела на подругу:

– Вообще-то я не против, там, где есть место двоим, всегда может уместится третий.

Ксения фыркнула:

– Что-то я раньше не замечала у тебя лесбийских наклонностей.

– А их раньше и не было! – засмеялась Лана. – Но ради эксперимента я готова с тобой попробовать.

– Ладно, с этим мы всегда успеем разобраться, а вот что с Андреем будем делать? Разыграем или поделимся? – Ксюша внимательно посмотрела на подругу.

– Я напросилась на ужин, давай вечером пойдём вместе, а там решим, кому он больше подходит, – предложила Милана. – Замуж нам ещё рано, а симпатичный мужчина вполне сможет разбавить нашу компанию, тем более, что у него вполне может оказаться не менее симпатичный друг.

– Замётано! – согласилась Ксения.

Подруги быстренько убрали чайные чашки и вернулись к работе. Их магазин открылся всего два дня назад и нужно было раскручивать точку.

* * *

Андрей шёл по Невскому проспекту в сторону набережной канала Грибоедова, он задумал прогуляться пешком до Михайловского сада, того, что позади Русского музея. Там есть вполне подходящие ракурсы и композиции для будущей картины.

Пару часов мужчина ходил среди старых лип и фотографировал их на полароид, который всегда носил с собой в сумке. На деревьях недавно появилась светло-зеленая дымка будущих листьев. Художник выбрал несколько интересных ракурсов и, сделав два десятка цветных снимков, поспешил на угол Апраксина двора, где две девушки, приведя в порядок свой макияж, с нетерпением ожидали появления нового ухажёра.

Увидев, что ему предстоит выгуливать сразу двух красавиц, Андрей подумал про Илью, но вовремя вспомнил, что тот недавно говорил про свою новую подружку Лизу. А подойдя к девушкам поближе, он серьёзно засомневался в необходимости кого-то звать, надо для начала определиться самому.

– И куда ты нас поведёшь? – спросила Милана, очевидно для того, чтобы легализовать появление своей подруги, ведь изначально они собирались ужинать вдвоём.

– Предлагаю зайти в кафешку на углу Караванной и Невского, – не мешкая ни секунды, предложил мужчина.

– Хорошо! – переглянулись подружки и, улыбнувшись, взяли его с двух сторон под руки, достаточно крепко прижавшись к нему и лишив способности сопротивляться.

В небольшом заведении, которое уже не было кафешкой, но ещё не стало рестораном, девушки, расположившись на угловом диванчике, с удовольствием съели две порции какого-то новомодного салата с куриной печенью, а Андрей зачем-то заказал себе котлету по-киевски и вот уже десять минут с осоловелыми глазами с трудом доедает оказавшееся непомерно большим блюдо. Подружки, следя за своими фигурами, вместо горячего попросили по тарелке супа из мороженого с клубникой. На троих они выпили одну бутылку «Асти», а затем на двоих, очевидно, для храбрости или ради выпендрёжа, девушки незаметно приговорили и вторую бутылку сладкого итальянского вина.

Алкоголь растопил последний лёд недоверия, и девочки в надежде узнать о мужчине побольше, сами того не заметив, разболтали ему почти все свои сокровенные тайны, из которых Андрей узнал, что они подруги с детского сада, а в прошлом году, закончив среднюю школу, вырвались из-под родительской опеки и с головой окунулись во взрослую жизнь. Снимают они одну на двоих четырехкомнатную квартиру на Комсомольской площади, причём квартира, как и магазин, где они работают, принадлежит родной тёте Миланы. Далее девушки, перебивая друг друга, поведали Андрею, что они отнюдь не лесбиянки, хотя иногда прячутся под этим имиджем от нежелательных и очень назойливых поклонников, что каждая из них ещё в школе пережила свою первую любовь и тогда же лишилась невинности. И с тех пор, разочаровавшись в мужчинах, девушки не торопятся завязывать серьёзные отношения.

– А сколько у вас уже было несерьёзных отношений? – спросил Андрей.

Подружки посмотрели друг на друга и прыснули со смеха:

– Ещё не было, ты первый!

– О, значит, для каждой из вас я буду второй, – самоуверенно пошутил Андрей.

Девчонки, подогретые алкоголем, больше слушали себя и не сразу уловили скрытый смысл прозвучавшей фразы. А поняв намёк, чуть ли не одновременно спросили:

– Почему для каждой?

– А почему не для одной?

– А потому, что у нас несерьёзные отношения! – расхохотался Андрюха.

– А может для начала ограничим наши несерьёзные отношения дружбой? – предложила Ксения.

– Да! Я тоже полностью поддерживаю, – добавила Милана.

Андрей молча пожал плечами, дескать, как вам будет угодно. О себе он рассказал, что после школы служил в армии, а сейчас всё ещё живет с родителями в Ломоносове, но больше по просьбе мамы, а не из нежелания вести собственное хозяйство. Также добавил, что твёрдо решил посвятить свою жизнь живописи и уже кое в чём преуспел.

– А хочешь занять одну комнату в нашей квартире? У нас есть две свободных, – предложила Милана, посмотрев на Ксюшу. – У нас есть два туалета и одна ванная комната, один туалет будет твой, а душем мы тебе так и быть разрешим пользоваться, но ванна, чур, только для девочек.

Ксения была не очень довольна, что Милана с ней не посоветовалась, но, кое-что вспомнив, спросила:

– А ты готов делать мужские дела по хозяйству?

Андрей посмотрел на девчонок и, окончательно поверив, что сегодня самый везучий день в его жизни, ответил:

– Вообще-то я ещё не согласился, но с руками у меня всё нормально, умею и прибить, и закрутить.

– Замётано! – решила за всех Милана. – Сегодня остаёшься у нас.

– А может быть я лучше завтра перееду? – попытался включить заднюю Андрей.

– Ну, уж нет, – теперь и Ксения встала на дыбы. – Если так пойдёт дальше, то нам ещё и за ужин самим придётся платить!

– Нет, что вы девочки! До этого не дойдёт, ужин и такси за мой счёт! – Андрюха сделал круглые глаза. – И вообще, я так и быть согласен на сожительство с вами.

– Нет, ты глянь, какой наглец! – возмутилась Милана. – Две красавицы его уговаривают, а он ещё и кочевряжится! Смотри, мы сейчас передумаем.

– Всё, всё я пошутил! – поднял руки мужчина. – Но тогда и вы обещайте мне помогать.

– А что надо делать? – заинтересовалась Ксения.

– Я взял серьёзный заказ на картину, понадобится модель или модели. Будете позировать? – спросил Андрей.

– Так, ты и правда художник? – чуть ли не хором воскликнули подруги.

– Ну, да, художник, – пожал плечами Андрей. – Так будете мне помогать?

– А нам, придётся позировать голыми? – уточнила Лана, а Ксюша просто уставилась на мужчину в ожидании ответа.

– Почему обязательно голыми? – удивился художник. – Обнажённую натуру непросто писать, гораздо легче после выбора желаемой постановки сделать несколько хороших фотографий. А вы что против?

– Я не против, – ответила Ксения. – Просто до сих пор нам встречались всякие ухари, притворявшиеся фотографами и художниками, только для того чтобы затащить в постель.

– А мы не разу не повелись! – вставила свои три копейки Милана.

– Молодцы! – совершенно искренне похвалил Андрей. – А вам уже сколько лет?

– Не волнуйся, 18 нам исполнилось год назад, – гордо заявили подруги. – А тебе?

– В этом году мне будет 26, – ответил Андрей. – А я смогу работать дома?

– Сможешь, – ответила Милана. – Я уступлю тебе зал, там большое окно, а сама переберусь в бывшую спальню родителей.

– А почему ты только сейчас закончил учиться? – удивилась Ксюша.

– Два года в армии и шесть лет в Академии, – без лишних подробностей ответил Андрей. – Давайте я рассчитаюсь, и мы поедем? День был очень насыщенный.

– Поехали, – синхронно согласились девушки.

– А что может получиться неплохая команда, – подумал мужчина. – Они совсем не спорят и понимают друг друга почти без слов.

Расплачиваясь, он нечаянно засветил свой весьма пухлый бумажник и, заметив быстрый взгляд Миланы, пояснил:

– Я сегодня продал 18 холстов и, так ещё по мелочи, кое-что заработал.

Девушка в ответ спокойно кивнула. В её понимании Андрей был взрослым мужчиной, у которого должны водиться деньги. А Ксюша, не придавая значения последнему диалогу, без приглашения подхватила мужчину под руку.

Возле кинотеатра «Аврора» дежурила машина такси, которую ребята успешно ангажировали. Ловко перестроившись в левый ряд, водитель ушёл на Садовую и помчался в сторону Кировского района. На Комсомольской площади компания спешилась и через подворотню вышла к нужной парадной. Старый лифт в сетчатом обрамлении доставил молодежь на верхний этаж Сталинского дома.

В квартире Андрей чуть стушевался и предпринял попытку сбежать, но девушки насильно затащили его в кухню и Милана, строго сдвинув брови, напомнила:

– Ты же обещал нас кормить, любить и защищать!

Андрей замешкался, ему показалось, что в его обещании фраза звучала чуть по-другому.

– Да, ладно, чего уж теперь, – подумал он и сказал:

– У меня с собой нет ничего!

– Это как раз подтверждает твою порядочность, а вот если бы ты бегал по городу и постоянно носил с собой сменное бельё и зубную щётку, я бы тогда напряглась, – чуть заплетающимся языком произнесла Ксения.

А Милана сбегала в одну из комнат и принесла большой халат:

– Это дядин, иди в ванную, бельё брось в стиралку, я потом запущу и повешу на полотенцесушитель, а новая зубная щётка есть шкафчике справа от зеркала. А мы тебе постелим в зале.

Оставшись вдвоём, девушки уставились друг на друга.

– Парень хороший, нельзя упускать, – заявила Ксюша.

– Очень хороший и серьёзный, – согласилась Милана. – Как делить будем?

– Никак, – посмотрев в глаза подруги, ответила Ксения. – Ты что замуж собралась?

– Нет, но всё-таки! – слегка смутилась Милана, которая, судя по всему, уже успела влюбиться в Андрея.

– А наш договор до 25 лет ни за кого не выходить? – напомнила Ксюша.

– А если любовь? – забыла обо всех договорах Милана.

– Мне он тоже нравится, – выдохнула Ксения. – Но я не собираюсь терять из-за малознакомого мужчины лучшую подругу.

– Так что же будем делать? – Милана сделала последнюю попытку расставить точки над «и».

– Ничего. Поживём, увидим. А потом он же художник, а значит, не такой, как все, давай лучше станем его музами, – загорелась внезапно пришедшей в голову идеей Ксюша.

– Ты сейчас про секс говоришь? – Милана сделала удивлённые глаза.

– А почему бы и нет? – усмехнулась Ксения. – Всё может получится, как мы с тобой мечтали год назад! Красивая, свободная, богемная жизнь. Бери и пользуйся!

– Так за это же придётся с ним спать! – Милана удивлённо смотрела на подругу, такой воодушевлённой она её ещё никогда не видела. – Ты что прямо сегодня готова?

– Да, я готова прямо сегодня, а ты как хочешь! – жёстко сказала Ксения. – Если мы сами не подсуетимся, то это сделает какая-нибудь стерва, ты видела, сколько у него денег?

– Я тоже сегодня готова! – отчаянно решилась Милана. – Но только ты первая, а то у меня опасный период, боюсь залететь.

– Тогда пойдём постелим ему, а то он выйдет, а мы ещё не готовы, – подскочила Ксюша.

Пока девушки решали судьбу Андрея, он неторопливо принял душ, почистил зубы и, надев халат, вышел из ванной. Дверь в зал была гостеприимно приоткрыта, а девушки, судя по всему, копошились в своих спальнях. У стены его призывно ждали огромный угловой диван, заботливо застеленный простынёй, а ещё три подушки и двуспальное одеяло. Мужчина коснулся головой наволочки, вдохнул запах чистого белья и почти моментально уснул.

Сегодня был самый долгий, если не вспоминать армию, день в его жизни. Он получил свои первые немаленькие деньги, познакомился с двумя потрясающими девчонками, согласившимися ему позировать без всяких предварительных условий, взял серьёзный заказ и почти стал художником. Почти, потому что Андрею осталось защитить дипломную работу, которая в Академии художеств называется выпускной квалификационной работой. А затем всё – в свободное творческое плавание.

Глава 3. Всё же – любовницы

Андрей безмятежно спал, раскинув свои длинные руки в разные стороны. Во сне он спихнул с себя одеяло. А коварные девушки, думая, что он лежит и томится в ожидании любовных утех, очень долго умывались, затем красились и наряжались. Заглянув к Андрею в комнату, они замерли от неожиданности и долго смотрели на обнажённого мужчину. Потом тихонько вышли и уставились друг на друга.

– А он очень красивый, наш Андрюша, – с придыханием в голосе произнесла безвозвратно влюбившаяся Милана. – Видела, какие руки и плечи?

– Я всё увидела и не только руки, – негромко засмеялась Ксения. – Но он ещё не наш!

– Завтра будет наш, – самоуверенно заявила Милана. – Представляешь, у нас будет свой мужчина.

– С большим трудом, – сказала Ксюша.

– Что с трудом? – не въехала Лана.

– Я с трудом представляю, что у нас будет свой мужчина, – пояснила Ксения. – А ещё как сделать, чтобы он не сбежал?

– Это-то как раз просто! Все мужики мечтают о сексе втроём. Поверь, за это он будет держаться, – очень уверенно заявила Милана.

– Ну-ну, – промычала Ксения, и было совсем непонятно, что она хотела этим сказать.

– Спать? – спросила Лана.

– Чур, я первая умываться! – сорвалась в сторону ванной Ксюша.

Утром Андрей по армейской привычке проснулся довольно рано. Он тихонечко совершил утренний моцион и вышел на кухню. Судя по встроенной кухонной технике, квартира принадлежала состоятельным людям. Мужчина заглянул в холодильник и затем провёл быструю ревизию кухонных шкафов.

На запах кофе пришли две закутанные в халаты мумии с закрытыми глазами.

– Я буду глазунью и тосты с маслом, – заявила Ксения и исчезла в ванной комнате.

– А я тоже! – сказала Лана и, открывая глаза, спросила:

– Ты почему нас вчера не дождался, мы же решили жить, как семья, или скажешь, что не понял наших намёков?

Андрей приобнял девушку:

– Я всё понял ещё в ресторане, обещаю сегодня всё будет в лучшем виде. Днем сгоняю за своими вещами, и вечером вас будет ждать праздничный ужин.

– А ты не пойдёшь на работу? – удивилась девушка.

– Так я же вчера сказал, что работаю дома, – удивился невнимательности девушки Андрей.

– А точно, было такое, и ещё ты говорил что-то про диплом? – кивнула Милана.

– Я говорил, что мне предстоит защита дипломной работы, но это чистая формальность. Моя картина уже экспонирована на выставочном стенде.

Слушая Андрея, Милана полуприкрыла глаза и, присев к мужчине на коленку, запустила свои пальцы в его густые волосы. Андрей улыбнулся и протянул девушке свою чашку с кофе, девушка без колебаний присвоила её. В дверь кухни заглянула Ксения:

– Уже обнимаетесь?

– Присоединяйся! – предложил Андрей и, протянув девушке руку, кивнул головой на свою свободную коленку. Ксения на секундочку замешкалась, а затем приняла приглашение мужчины и подставила ему губы для поцелуя. Андрюха подхватил девушку за спину своей большой рукой, но не рассчитал и в результате полностью приобнял её на высоте груди. Огромная ладонь накрыла девичью грудь, но мужчина не стушевался, а крепко поцеловал Ксюшу в подставленные губы.

– А меня! – голосом капризного ребёнка, потребовала Милана.

– И тебя! – рассмеялся Андрей, крепко прикладываясь к девичьим губам. Затем он слегка отстранился:

– Так, подруги, вы как хотите, а у меня очень много дел, и не забудьте – вечером я готовлю праздничный ужин.

Мужчина резко встал и обе красотки соскользнули с его ног, но он успел слегка поддержать их за попы.

– Вот это орёл, – рассмеялась Ксения, когда девушки остались на кухне вдвоём.

– Это да, – согласилась Милана – И грудь полапал, и за попы подержался, а главное всё так естественно.

– Ага, как папа, – поддержала Ксюша. – И это меня настораживает.

Андрей быстро собрался и, не заходя к девчонкам на кухню, убежал, а подруги неторопливо позавтракали, накрасились и к 10 часам уехали в магазин.

Приехав к родителям в Ломоносов, Андрей собрал два чемодана с одеждой, три большие полотняные сумки с холстами, взял чемодан с красками и ещё очень много нужных художнику вещей и предметов. Отец помог ему с вещами и на своей машине отвёз сына на новую квартиру. По дороге они заехали на рынок за продуктами.

– Зря ты, сынок, затеял весь этот переезд, жил бы с нами, места же хватало! – с сожалением заметил отец, когда они подъехали к Комсомольской площади.

– Нет, папа! – ответил сын. – Мне давно пора становиться самостоятельным.

Отец подозрительно оглядел квартиру и спросил, показывая на закрытые двери комнат:

– А кто здесь живёт?

– Студенты, папа, наши студенты, – уверенно соврал Андрей.

– Ну, ну! Тебе жить, – пробурчал на прощание отец и уехал.

Андрюха разобрал свои вещи, найдя каждой своё место, навёл порядок в зале, на кухне и в ванной, а потом плюнул на условности и убрался в девчачьих спальнях. Закончив уборку, он приготовил всё для ужина и занялся картинами.

До вечера художник собрал четыре больших подрамника и натянул на них холсты, положил грунт и решил, что пора ставить в духовку курицу с нарезанным кружочками картофелем. Настрогал овощи и смешал салат, нарезал ломтиками лимон, выложил в вазочки оливки и маслины. Вскрыл бутылку коньяка.

Девушки вернулись с работы раньше, чем всегда, им предстоял необычный вечер, и они волновались. Андрей встретил девушек в дверях, принял из их рук сумочки и какие-то пакеты.

– Жду вас на кухне! – пригласил он подружек.

– Мы сейчас будем, – загадочно произнесли девушки и скрылись в своих комнатах. Через десять минут они вернулись с двумя бутылками шампанского в руках, на них были одеты достаточно длинные и неплохо закрывающие девичьи попы шёлковые блузы, но всё же достаточно короткие, чтобы не скрыть кружевные резинки чулок телесного цвета.

– А почему без юбок? – шутливо спросил Андрей.

– Это, чтобы не мять. А после сегодняшнего вечера мы и блузки не будем носить, так что привыкай к виду нашего нижнего белья, – ответила Ксения.

– К виду наших трусиков, – поправила подругу Милана. – Потому что лифчики мы дома тоже не носим.

– Да, я понял, чтобы не мять, – в тон девушкам произнёс Андрей.

– Вот видишь! Мы не зря тебя позвали, – рассмеялась Милана.

– Ты сразу всё понял! – согласилась с подругой Ксения.

– Повезло! – согласился Андрюха.

– Ты даже ещё не знаешь как! – оставили за собой последнее слово девочки и наконец-то увидели богато накрытый стол. Блюдо с курицей, большая чашка с салатом, оливки, виноград и ещё что-то по мелочи.

– Ого! – выдохнула Милана.

– Ты наш господин! – поддержала её Ксюша.

– Спасибо, мои принцессы! – откликнулся Андрей и, увидев шампанское, предложил:

– А может сегодня по 30 грамм коньяку, а «шампусик» в холодильник уберём?

– Давай! – согласились красотки.

Шампанское заняло своё место в холодильнике, мужчина налил в маленькие рюмочки коньяк и передвинул поближе к девушкам засахаренные ломтики лимона.

– Предлагаю выпить за начало нашей совместной жизни, – Андрей поднял свою рюмашку. Девчонки захихикали.

– Залпом! – показал пример Андрей и, быстро выпив, приготовил девочкам лимон.

Ксения и Милана впервые пили коньяк, они смело проглотили свои мизерные дозы и тут же закусили лимоном, взяв его губами прямо из обеих рук Андрея.

– Покушаем! – предложил Андрюха и встал, собираясь смыть остатки лимонного сока и сахара с рук.

Милана, увидев, что он собирается сделать, перехватила его ладонь и облизала пальцы. Ксения с интервалом в одну секунду повторила этот хулиганский жест.

– Ой, – сказал Андрей и скосил глаза куда-то пониже пряжки ремня.

Девчонки, проследив его взгляд, взвизгнули от восторга:

– Слава Богу! – выкрикнула Мила.

– Ура! Ты живой! – присоединилась Ксения.

– А вы сомневались? – рассмеялся Андрей.

– Начали волноваться, – схватив оливку, пошутила Ксюша.

– Так может для начала всё же покушаем! – мужчина постарался вернуть девушкам гастрономическое настроение и, всерьёз опасаясь, что будет изнасилован на голодный желудок, быстро разложил куриные ножки в пустые тарелки, накидав туда же аппетитно выглядящий запечённый картофель. На этом девушки сломались.

– Как вкусно! – восторженно произнесла Ксения.

– Угу, – промычала Лана заполненным ртом.

Андрей удовлетворённо хмыкнул и присоединился к застолью. Вскоре курица, картофель и салат заняли своё место внутри людей. Мужчине даже показалось, что его принцессы довольно мурлычат, и он налил им по второй рюмочке коньяку.

– А может сразу и по третьей? – выпив, предложила Милана.

– Ну-ну, – ответил Андрюха. – Закусываем виноградом.

Коньяк под виноград пошёл, как родной, языки развязались и девочки обрушили на своего кормильца целый шквал историй из своей жизни. Они смеялись и о чём-то одновременно говорили. А потом, глядя щенячьими глазами, пододвинули мужчине пустые рюмки. Выпив по четвёртой, они вскоре опрокинули и по пятой. В бутылке оставалось ещё грамм 50 коньяка и, пока Андрей ненадолго отлучился в туалет, девахи приговорили и это.

Принятые неопытными девушками почти по 200 грамм 40-градусного напитка сделали своё коварное дело. Сначала прикорнула одна, а затем задремала и вторая.

– Эх, вы мои секс-бомбы, – почти по-отечески сказал Андрей и собрался уносить девушек по их комнатам.

– Мы с-сегодня спим-м с тобой! – пролепетала Милана.

– Да! – сказала, как отрезала Ксюша. – Ты обещал нас любить!

– Ну, хорошо, тогда пойдёмте, – с видом человека, которому не оставили выбора, сказал Андрей.

По пути подружки помогли друг другу снять свои короткие платья и чулки. И в таком виде они развалились на разложенном диване.

– Быстро иди сюда! – потребовала одна.

– Да! – приобщилась другая.

Андрюха тяжело вздохнул и лёг между девушками. Почти сразу Милана обняла его правой рукой, а Ксения левой. Ещё через пару секунд они сложили на него ноги и уснули.

Убедившись, что девушки крепко спят, мужчина аккуратно освободился от женских конечностей и вернулся на кухню. Прикрыв за собой дверь, он поставил чайник и спокойненько привёл помещение в порядок, благо посудомоечная машина, надо сказать довольно редкий атрибут на кухне россиянина в начале 90-х годов, здесь присутствовала.

– Придумали же люди, – с удовольствием прислушиваясь к шуму воды, произнёс Андрей. – А, девчонки, похоже действительно хотят пожить втроём. Ну, что же будет им шведская семья.

Наверно, следует пояснить, что в армии мужчина получил небольшую контузию головы и вследствие этого стал излишне педантичен и болезненно аккуратен. Такой человек, у которого всё лежит на своих местах и всё по порядку, ничего случайного, включая и женщин. Хорошо это или плохо, я не знаю, судить Милане и Ксении, которые так опрометчиво решили влезть в нестандартные отношения.

Напившись чаю и почти протрезвев, Андрей улёгся на двуспальную кровать в комнате Миланы. Утром его не будили. Очевидно, девушек мучило похмелье, а может ощущение неловкости за вчерашний вечер. Быстренько позавтракав, они тихонько сбежали в магазин.

Андрей вспомнил, что за всей этой суетой забыл про Костю. Собрав несколько ранее нарисованные этюды, он метнулся на Невский.

– Привет, старик, ты куда пропал, – обрадовался Костян. – Мне нечего продавать, привез что-нибудь?

– Вот пятнадцать прошлогодних работ, без повторов, – Андрей передал продавцу полотняную сумку.

Костя с загадочным выражением лица протянул Андрюхе 500 долларов:

– Продал 6 твоих авангардистских рисунков, представляешь, уходят по сотке баксов за холст, и это без рамки! Ты не хочешь увеличить размер хотя бы 40 на 60 или 60 на 80? А лучше делай и то, и другое, но малышки не забрасывай, тоже хорошо идут. Короче, работай.

Андрей пообещал Константину продолжать в том же духе и, посмотрев на часы, решил заглянуть к девчонкам в магазин. По дороге он прошёл мимо Гостиного двора, где встретил Илью, который стоял с табличкой в руках с изображением знака «$». Увидев Андрюху, Илья, подражая рыночным торговкам, заблажил:

– А вот «долларии», покупаем за дорого, продаём за дёшево! Налетай, покупай, очередь не создавай.

– Что-й-то они у вас сегодня мелковаты! – подыграл Андрей. – Нам надо бы с полмешка, но по-большее и пожирнее.

– Это завсегда! – откликнулся Илюха. – Приходите вчера, обязательно будут. Может по кофейку?

– А давайте, если спекулянты угощают, бедным художникам грех отказываться.

Друзья заглянули в кафетерий и за чашкой кофе обменялись новостями.

– Как у тебя с Лизой? – поинтересовался Андрюха.

– Всё ништяк, а у тебя какие новости на любовном фронте? – ответил вопросом Илья.

– Я тут задружился с девчонками из магазина напротив, – начал Андрей.

– С Ксюхой и Миланой? – перебил Илюха. – Так они же лесбиянки.

– Ты анекдот про барабан Страдивари помнишь? – ухмыльнулся Андрюха.

– Это там где он скрипки делал для лохов, а для настоящих пацанов барабаны? Помню! – ответил Илья.

Андрей рассмеялся:

– Молодец, так вот здесь такая же история.

– Офигеть! – протянул Илья. – Вот я дурак-то!

– Ну, извините! – продолжил прикалываться Андрей. – Местечко занято.

– Так ты, сразу с двумя замутил? – прозрел Илья.

– Большому кораблю большое плавание! – Андрей покровительственно похлопал Илюху по весьма немаленькому плечу.

– Так и я вроде бы не малыш! – Илья сделал вид, что обиделся.

– А для вас, мужчина, Страдивари делал барабаны, – вставая со стула, добавил Андрей. – Пойду кормить своих четвертинок. И это… не дай Бог, если кто обидит моих зайчишек!

– Братуха! Можешь не волноваться! С сегодняшнего дня они под нашей защитой! – заверил Илья.

– Спасибо, брат, я в тебе не сомневался, – Андрей пожал Илюхе на прощанье руку, перешёл дорогу и скрылся в магазинчике, а к Илье подошли его младший брат Гриша и школьный друг Серёга.

– О чём так долго говорили? – спросили парни.

– Андрюха с Миланой и Ксюхой замутил, просил присмотреть, чтобы никто не обидел, – ответил Илья. – А у вас какие новости?

– Альбинка с Ольгой предлагают вагон корвалола, – то ли в шутку, то ли всерьёз ответил Сергей.

– Это в смысле лекарство? – не понял Илья.

– Да, а ты о чём подумал? – рассмеялся Григорий.

– Ни о чём, – отмахнулся Илья. – Пусть этому Володьке из военного училища продадут, у нас своих забот полон рот.

– Мы тоже так решили, – согласились Гриша и Сергей, и уже через несколько минут Альбина и Ольга знали, что Милана и Ксюша закрутили роман с армейским другом Ильи. Так стремительно расползаются по нашему городу горячие новости.

* * *

Дверной колокольчик известил о посетителе, девушки одновременно посмотрели на дверь.

– Здравствуйте, мои принцессы, – объявил о своем появлении Андрей.

– Здравствуй, наш господин, – притворно потупили взоры подруги. – Наверно, ты пришёл нас покормить?

– Угадали! Приглашаю в Метрополь! – целуя подставленные щечки, ответил новоявленный господин.

– О, как ты великодушен, мы готовы!

Сидя в шикарном зале ресторана, Андрей между делом спросил:

– Мне пора начинать работу над картиной, когда бы вы могли мне позировать? Для начала на улице, а затем дома?

– Мы в субботу и в воскресенье не работаем, тетя сама здесь вертится, – ответила Милана. – Можешь располагать нами.

– Очень хорошо! – обрадовался Андрей. – Значит в субботу пойдем на пленэр в Михайловский сад.

Пообедав и договорившись, что вечером он встретит их у магазина, девушки убежали, а мужчина вернулся к Армянской церкви, к своему, так сказать, рабочему месту, где и проторчал до самого вечера.

Дома Милана поставила вопрос ребром:

– Отвечай сразу и без всяких отговорок, мы теперь семья или ты хочешь остаться с нами соседями?

– А вы, как хотите? – уклонился Андрей от ответа.

– Если бы мы хотели соседей, то давно бы уже нашли себе кого-нибудь.

– Я понял! – ответил Андрей и встал. – Жду вас на диване.

Девчонки посмотрели друг на друга.

– Кто первая? – спросила Милана пересохшим ртом.

– Ну, иди ты, я же вижу, что ты хочешь, – ответила Ксения.

– У меня позавчера был последний опасный день, давай я начну, но ты всё равно не засиживайся здесь долго и принеси с собой шампанское, – разволновалась Милана.

Андрюха лежал на диване в позе звезды, слегка прикрывшись простынёй. Девушка решительно откинула белую ткань и легла рядом с ним. Несколько минут они нежно целовались, а мужчина гладил девичьи груди и бёдра. Вскоре Милана закрыла глаза и, разогретая руками Андрея, притянула его на себя. Он сделал несколько движений, и девушка громко застонала, а потом, крепко обняв его, до самого конца не позволила откатиться в сторону.

Ксюша услышала громкие стоны и немного задержалась в своей комнате, зачем-то решив надеть чулки. На финальный вскрик подруги она вошла в зал и увидела, что Милана с довольным видом откинулась на подушку, а её партнёр целует ей плечи и шею. Ксения с улыбкой протянула мужчине открытое шампанское и бокал, Андрей сел, налил напиток в хрусталь и вернул его обратно. Девушка сделала глоток и передала фужер Милане, а затем рукой показала Андрею, что он должен лечь на спину.

Шампанское и две девушки, что может быть лучше? Особенно, если девушки – близкие подруги и готовы к смелым экспериментам.

Глава 4. День рождения

На следующее утро Андрей получил кофе в постель, а взамен вдумчиво повторил с каждой из подружек ночные упражнения. При дневном свете впечатления были гораздо приятнее, а ощущения ярче. Ближе к обеду все трое угомонились и на полчаса задремали.

– Спасибо вам, мои золотые! – наливая девушкам чай, произнёс Андрей. – Теперь я ваш до скончания времён.

– А мы твои, – высказала Милана общее с Ксюшей мнение. – Спасибо тебе, любимый.

– Да, спасибо, любимый, – повторила Ксения.

– Не понял! А чей я всё-таки любимый? – улыбнулся мужчина.

– Наш! – хором ответили подружки. – И имей в виду конкуренции мы не потерпим.

– Какая конкуренция! – взялся за голову Андрей. – О чём вы? Кстати, а почему вы сегодня не на работе?

– А у нас выходной! – соврала Милана, которая с вечера попросила тетю под благовидным предлогом подменить их сегодня.

– Спасибо за то, что теперь, когда ты станешь располагать нашими телами в качестве моделей в любом наряде и даже без, мы не должны будем делать вид, что стесняемся, – пояснила Ксения.

– Хорошо! – согласился Андрей. – Тогда до конца дня мы работаем в мастерской, в смысле в моей комнате. А могли бы вы одеться в легкие комбинации или длинные майки? Я буду делать наброски, хочу получше запомнить особенности ваших тел. А в субботу поедем в парк.

– Ладно! – согласилась Милана. – А что нам делать?

– Как что? – удивился Андрей. – Вы теперь модели, а модели должны выглядеть как?

– Шикарно! – ответила Ксюша.

– Тогда займитесь своими туалетами, но только здесь у меня на глазах можете краситься, причёсываться, менять нижнее бельё, я буду делать зарисовки и кое-какие фотографии, – Андрей внимательно посмотрел на девушек и добавил:

– Трусы и лифы можете сегодня не одевать, достаточно комбинашек, если у вас есть.

– У нас всё есть, мы же работаем в мире женской моды! – чуть приукрасила ситуацию Милана.

– Да, конечно! – ответил Андрей, теперь уже не просто мужчина, а художник. Он раздвинул шторы и, встав спиной к стене, разложил перед собой средних размеров переносной мольберт, достал пачку белого картона А-2 и приступил к работе. Кроме мольберта Андрей использовал установленный на треноге фотоаппарат «Салют» с размером кадра 60 на 60 мм.

Девицы красились и переодевались, периодически по просьбе Андрея надолго замирали на месте, а иногда, наоборот, ходили под музыку. Довольно долго они изображали движение шагом, одна лицом, а другая спиной к художнику. Незаметно пролетело часа четыре. Девушки даже не представляли, насколько это напряжённая работа. По просьбе художника они обували и снимали туфли на каблуке и без каблука, брали в руки зонты, примерили несколько разных шляпок, обнаруженных в тётином гардеробе. Брали в руки дамские сумочки и надевали длинные по локоть перчатки.

– Вы идёте по аллее, оглядываетесь и замираете, – несколько раз командовал Андрей, судя по всему, в его голове родилась часть композиции.

– Мы устали, – заканючила Милана.

– И хотим есть, – присоединилась к подруге Ксения.

– А я уже всё закончил. Как насчёт японской еды на дом? – предложил он.

– Ура! Свобода! – закричала Милана, снимая летнюю шляпку.

– Ура! Еда на дом! – повторила Ксения.

– Свобода, свобода, можете умываться, – улыбнулся Андрей.

Пока девушки смывали косметику и освежались в душе, он заказал еду и выставил на обозрение несколько зарисовок. На всех листах были изображены женские силуэты, движущиеся от художника и к художнику. Явно прослеживались три композиции: на одной лицом к автору шла блондинка, на другой, чуть изменив шаг, брюнетка, а на третьей была изображена девушка в шляпке и с зонтиком в руке, уходящая вдаль.

– Ух ты, они, как живые, – услышал Андрей голос Миланы.

– Где-где? – спросила Ксения и замерла, восхищённо глядя на рисунки.

Действительно на всех эскизах нарисованные легкими карандашными штрихами девичьи фигуры двигались. Ксюша и Лана смотрели на наброски, открыв рты. У Андрея наступил катарсис, процесс высвобождения эмоций и чувств, по его щекам потекли слёзы. Такого в своей жизни девушки ещё не видели и бросились его утешать.

– Я в порядке, – отмахнулся мужчина. – Просто вижу все картины целиком, и от этого такая реакция.

– А что ты потом делаешь с этими набросками? – спросила Милана.

– Обычно выбрасываю или прячу в папки, а потом пересматриваю и думаю над различными композициями.

– Теперь мы больше ничего выбрасывать не будем! – заявила Милана. – Назначаю себя твоим арт-директором.

– А я назначаю себя твоим арт-менеджером! – поддержала подругу Ксения. – Ишь, удумал эскизами разбрасываться. Эти рисунки, как живые. Ой, какие же будут картины!

– Ты даже не понимаешь, какой ты талантливый! – продолжила Милана. – Ну ничего, мы сделаем из тебя мировую знаменитость.

– Хорошо, делайте, а куда мне это девать? – покорился судьбе мужчина.

– Никуда, как закончишь с ними, просто скажи, я сама всё уберу. – заявила Милана и добавила:

– Мы с Ксюхой сохраним для потомков.

– А мы теперь, что всю жизнь будем вместе? – осторожно спросил Андрей.

– Теперь да! – уверенно заявила Милана.

– Пока смерть не разлучит нас! – добавила Ксения и демонстративно подняла с пола нож для резки бумаги.

– Всё, я согласен, – улыбнулся Андрей и кивнул Ксении. – Ты только что стала моей женой, поклявшись в верности с оружием в руках.

– Я присоединяюсь, – приобщилась к выдуманному Андреем обряду Милана и накрыла своими пальцами вооружённую руку подруги.

После японского ужина уставшие девушки разбрелись по своим спальням. Правда, под утро они ненадолго посетили мужчину. Похоже кто-то из них проснулся чуть позже, от стонов пришедшей первой, и получив в результате супружеский секс, обе спокойно ушли досыпать в свои постели.

В этот раз счастливый обладатель двух любовниц проснулся раньше всех и вскоре пришёл на кухню. Смешал яйцо с молоком и, замочив в будущем омлете пару кусочков белой булки, положил их на разогретую сковородку. Включил кофеварку, мысленно отсчитывая секунды, по его опыту на числе пятнадцать должны прийти девушки. В этот раз они вошли на числе двадцать, к этому моменту Андрей переложил жареную булочку на тарелку и успел разбить на сковородку 4 яйца. Из одежды на девушках были только маленькие трусики. На их стройных фигурах с их девичьими грудями это смотрелось вполне приемлемо даже за столом. Пока девушки пытались раскрыть глаза, он налил им кофе и выложил на тарелку Ксюши яичницу. Ксения намазала хлеб сливочным маслом и приступила к завтраку. Милана подозрительно посмотрела на жареную булочку в своей тарелке:

– Что это?

– Булка в омлете, как ты любишь, – поедая свой омлет, ответил Андрей.

Лана аккуратно отломила вилкой кусочек мягкой булочки и осторожно положила себе в рот, несколько секунд она приценивалась ко вкусу предложенной ей еды, а затем, чуть не уронив чашку с кофе, кинулась к Андрею обниматься:

– Дорогой! Как ты узнал про мой любимый детский завтрак? Спасибо, родной!

– Ничего я не узнавал, просто это я делал себе, но ты перехватила мою тарелку, – выставил перед собой руки мужчина.

– Вот и неправда, ты ешь свой омлет с сыром, как всегда! А это моя тарелка, – возвращаясь к еде, не поверила Мила.

Ксения чуть не подавилась кофе, она, впрочем, как и Андрей, узнала про булку в омлете от самой Миланы, когда та после выпитого коньяка молола языком всякую всячину.

Андрей глянул на часы и поторопил подруг с завтраком:

– Девушки, у нас по плану сегодня выезд на пленэр, будем увязывать главный и второстепенные планы.

– Повтори, пожалуйста, что мы будем увязывать? – переспросила Лана.

– Ничего, берёте с собой зонтик, шляпку, какой-нибудь плащик и туфли на высоком каблуке и юбки оденьте, чтобы мне слишком много не дорисовывать, – продолжил поторапливать моделей художник. – Оп, оп, быстро, быстро! Да собирайтесь уже, в парк поедем, натуру фиксировать, пока погода хорошая.

– О, работать моделями! – наконец до девушек дошло, чего от них требует мужчина. – Это мы мигом!

В Михайловском саду болталось много туристов, и они с удовольствием глазели, как Андрей, выбрав правильные деревья и ракурс, установив этюдник и штатив для фотоаппарата, а затем, вооружившись цветными грифелями, устроил пленэр.

Погода была не очень хорошая, по небу проплывали облака и освещение периодически менялось. Милана и Ксения прогуливались по алее взад-вперёд и подолгу замирали в нужном художнику месте. Андрей делал цветные снимки и зарисовки. Он фиксировал меняющиеся освещение и прозрачность воздуха. Простое занятие отняло три часа времени. Вскоре его помощницы застонали:

– Мы устали и хотим в ресторан.

– Хорошо! – смилостивился художник. – «Баку» подойдёт?

– Что подойдёт? – не расслышала Милана.

– Вижу, что подойдёт, – ответил Андрей, собирая свои вещи в две большие сумки.

– Нам нужна машина, – заметила Ксения, меняя каблуки на лодочки.

– Сам знаю, скоро купим, а теперь ноги в руки и за мной! – сказал художник и быстро зашагал на выход из парка в сторону Садовой улицы.

– Почему он всё время нами командует? – спросила Лана у Ксении, с трудом поспевая за мужчиной.

– Вот у него и спроси! – отмахнулась Ксюша, она уже давно хотела в туалет, но постеснялась сказать.

– Ноги в руки, ноги в руки! – продолжала негодовать Милана.

– Что тебе не понятно? – Ксения раздражённо глянула на подругу.

– Что? – Лана слишком торопилась и пропустила вопрос.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.