Анастасия Поле
Всё началось с заката. Вместе

Глава 1. Утренняя

В свободное от забот время, я всегда любила посмотреть на закат, на плавающие по небу облачка, всегда совершенно разные и неповторимые, и чувствовать ласковый веток на коже. Когда-то, это было моей единственной радостью в жизни. Я не могла представить, что может быть по-другому. Теперь же, кроме этих мелочей, у меня появилось самое ценное, отсутствие которого раньше и не замечалось. Планы на будущее, свой дом, за которым ещё нужно будет ухаживать, стремление к любви, теплу и близости, и заполняющее душу счастье. И всё это, благодаря моим «глупостям», случайному знакомству из-за невнимательности и банальному человеческому любопытству. Благодаря Рэйму. Моему мужу.

Я долго шла к этому шагу. Долго не могла осознать себя женщиной. Ещё дольше мучила ожиданием Рэйма, да и себя за одно. Не без огрехов, не без ошибок, порой не без недопонимая с обеих сторон, но мы дошли. Я дошла. А Рэйм дождался. И брачный обряд стал переломным моментом. До него мне всё-таки было страшнее, а после словно всё встало на свои места.

Должно быть удивительно, но смертельно опасное для племени нападение врагов и мой победный поединок, для меня остался чём-то второстепенный и не шёл ни в какое сравнение с последующим единением с любимым человеком. Поединок и поединок. Сколько их было в моей жизни? И сколько ещё будет? Тренировка, оттачивание мастерства в каждом ударе и выпаде, контроль периметра и малейшего движения вокруг, анализ опасности и прогноз дальнейшего развития событий. Это всё такие мелочи. От них душа не поёт, тело не дрожит в ожидании безграничного счастья и крылья за спиной не отрастают.

Такое может подарить мне только один человек на свете. И хотя я раньше даже представить всё это не могла, всего после единственной ночи вместе уже не могу представить жизнь без Рэйма. Казалось и раньше не могла, но всё же тогда мы были разделёнными половинками, а теперь мы одно целое. И если бы мне снова предоставили выбор: существовать тихо, мирно и спокойно, лишь трудясь ради общего блага, или вновь пережить всю доставшуюся мне боль и страх, но вместе с Рэймом, я бы не задумываясь выбрала второе. Всегда.

Нет такого условия, такой проблемы или беды, которая заставила бы меня отказаться самого ценного и самого дорогого. Рэйм. Всегда он. Только он. И столько, сколько только возможно. Нужно будет, я отдам за него жизнь! А уж немного не поспать, наслаждаясь друг другом, это даже проблемой не назвать.

И всё же странно, но несмотря на бессонную и утомительную ночь, я вскоре всё равно проснулась, как просыпалась каждое утро на свою тренировку. Только теперь мне можно заниматься вместе со всеми, а не до этого.

Может уснуть обратно? Тем более что очень хорошо вот так лежать. Нет, лежать хоть хорошо, но сна нет ни в одном глазу. По крайней мере пока. Значит я могу заняться чем-нибудь полезным. Например, изучить содержимое закутка за занавесом. Хм… могу то могу, осталась самая малость: незаметно выскользнуть из-под ноги, головы и руки мужа.

Рэйм, мой муж! Господи! Неужели это правда свершилось?! И это наше первое совместное утро. Только первое. И такое плавильное и спокойное, что я не смогла сдержать счастливую улыбку, потому что даже не пыталась. Но вставать надо.

Медленно и осторожно освободила сначала ноги, потом приподняла руку, подползая под неё, другой рукой придерживая голову, чтобы не упала. Как только я оказалась почти на свободе скомкала и впихнула ему под голову часть шкуры, лежащей тут же под нашими головами. Отпрыгнула и замерла на четвереньках следя за Рэймом, но он продолжил размеренно дышать, находясь в глубоком сне.

Поднялась и пошла сначала за платьем, а потом, не одеваясь, к закутку. Спрятавшись за занавесом, дабы не мешать любимому, нащупала в темноте примеченное ночью окошечко и впустила серый утренний свет.

Здесь и правда было аккуратно сложено всё: с левого края дрова, потом шкуры, потом одежда, в том числе моя, непонятно откуда взявшаяся, потом лежали котелки, плошки разного размера и формы, стояли почти полные баклажки для воды и с другого края примостился среднего размера чурбан, на котором были аккуратно разложены различные травки, цветочки и ягодки, из которых я готовила чай. К моему приходу не только дом построили, но и обеспечили всем что может понадобиться.

От накатившей нежности захотелось сбегать заобнимать и зацеловать своего, уверена, что самого лучшего мужа на свете. Но лучшему мужу лучше поспать, так что, я пока сдержусь и оденусь. Тем более использовать платье мне не хотелось, чтобы поберечь на будущее, а за заменой никуда и бежать не надо.

Выбрав один из моих проработанных комплектов одежды, которых было два и один обычный, я оделась и окончательно почувствовала себя готовой к новому дню. Ну почти. Ополоснуться бы не помешало, но обходиться полумерами не хотелось, когда можно сбегать к реке.

А потом на тренировку? Одна? Наверное, это будет странно выглядеть. Пока муж отсыпается, жена бодрячком бегает. Не в лучшем свете это выставит моего Рэйма, и не будет иметь значения, что он, вообще-то, вторую ночь подряд не спал. А что тогда? Будить? Представила как будет выглядеть со стороны и это: я бегу такая весёлая и довольная, радуясь свободе от ночных «мучений», а за мной печальный, грустный муж пытаясь поймать. Весело, конечно, но тоже не вариант. Придётся обойтись пробежкой по нуждам, а потом приготовлю чай. Сейчас пока можно набрать воды и отнести поближе к очагу.

– Ты почему не спишь? – сонно и недовольно донеслось с постели, когда я с котелком в руках спиной вперёд вышла обратно. – И как ты опять выбралась, что я не заметил?

– Доброе утро! – улыбнулась я, быстро отнесла ношу к очагу и подошла к мужу опускаясь рядом на колени. – Ты просто очень крепко спишь, когда устаёшь. Привет… – нагнулась и ласково поцеловала.

– Привет, – прошептал он, улыбаясь и убирая упавшие волосы с моего лица. – А ты, значит, не устала?

– Ммм… пока не поняла. По привычке проснулась на тренировку и уснуть больше не смогла. Думаю, позже мне может и аукнется бессонная ночь, но сейчас я собираюсь выйти и пробежаться.

– Не-не-не… давай без этого. А то увидит кто, и решит, что от меня сбежала и так обезумела, что не знаешь к кому бежать и просто круги наворачиваешь. Поймают, спрячут… ищи тебя потом по всему поселению.

– Тогда пошли со мной, раз всё равно проснулся.

– Что-то тоже не хочется. Я и проснулся-то только потому, что не нашёл свою прелесть под рукой, – сказал он коварно улыбнувшись, на что я сразу среагировала и успела отпрыгнуть пока на мне не сомкнулось кольцо загребущих рук.

– Не-не-не… – скопировала я Рэйма погрозив пальчиком. – Я уже встала, оделась и собралась проветриться. Ты можешь либо остаться и отдохнуть ещё, потому что предыдущую ночь тоже не спал, либо присоединиться ко мне. На сегодня у меня нет никаких грандиозных планов: пробежка до туалета, потом до реки и обратно. Идёшь? – и пока он взвешивал все за и против, думал и хмурился, я добавила ещё один аргумент. – Ещё я очень хочу искупаться.

Взгляд мужа сразу сконцентрировался на мне, видимо представляя, что купаться я вряд ли буду в одежде.

– Убедила, – резво подскочил он, и метнулся к своим штанам. – Действительно, почему бы и не пробежаться, и не проветриться… – говорил он заскакивая в одежду, будто опасаясь что я передумаю и сбегу без него.

– Готов? Догоняй, – улыбнулась я выбегая на улицу.

Там было приятно свежо. Солнечного света не видно, хотя оно уже встало, но плотная завеса облаков на горизонте пока мешала ему осветить землю. Первое желание поиграть в догонялки неожиданно прошло и подстроившись друг под друга, мы лёгкой трусцой направились сначала к навесам, а потом, взявшись за руки, в лесок на полянку.

Остановившись на месте Рэйм притянул меня и поцеловал, но я не дала на долго мной завладеть и мягко вывернувшись пошла ближе к реке скрытой тонким слоем тумана. Трава была покрыта росой и я присматривала дерево на которое можно повесить одежду. Сняла юбку, испытала лёгкое, не понятно откуда опять взявшееся стеснение и поняла, что мой муж раздеваться не начал.

– Так и будешь стоять? – посмотрела я на него, держа юбку перед собой и прикрывая ноги.

Рэйм двинулся ко мне, выискивая глазами открытые участки тела, и развязывая шнуровку. Я опустила глаза, будто увидела что-то, на самом деле задумавшись, как бы ускользнуть в воду без пристального внимания.

– Повесь их на этот сук, а то земля влажная, – указала взглядом и Рэйм послушно пошёл вешать штаны. Пока он отвернулся, я быстро стянула верх и подойдя к нему сзади, выглянула из-под руки протягивая свои вещи. – И мои тоже.

Он их взял и отвлёкся на несколько секунд, а я резво сбежала к воде.

* * *

Что тут сказать? Мне нравилось смотреть как Миратэя раздевается, но мне напомнили, что нужно не отставать. Юбку она держала неудачно, закрывав мои любимые ножки, и ища оголённые участки тела я последовал её примеру. Поведение Миры пока не разгадал. То ли на неё запоздалая стеснительность напала, то ли я этого жду. Она опустила глаза, пока я раздевался, но от смущения это, или она думала куда положить юбку, не понял.

Пока развешивал на указанную ветку нашу одежду, Миратэя убежала в воду. Это я осознал по плеску, а когда обернулся, она уже зашла почти по пояс, скрыв половину себя водой и туманом, а остальное распущенными волосами. Я не сильно расстроился, потому что всё смотрелось красиво, особенно вместе с пониманием того, что это теперь моя жена.

Зайдя по грудь Мира обернулась, ровно на столько чтобы посмотреть где я, но этого хватило чтобы из под поднятой руки мелькнула одна из её округлостей. Я сделал несколько шагов к воде, под внимательным взглядом девушки, намереваясь присоединиться. Как только вступил в воду, она отвернулась и подняв руки над головой, сложив вместе ладошки, прыгнула вверх и вперёд уходя под воду, напоследок блеснув всеми своими прелестями. Нет, я тоже могу опуститься под воду и не дышать там какое-то время, но прыгать-то зачем?

Медленно заходя в воду, не сказать что тёплую, но терпимую, ждал когда Мира вынырнет, а её всё не было и не было. Внутри начал подниматься страх, а следом и паника. Вдруг что-то случилось? Мало ли! Водный хищник завёлся? Она за что-то зацепилась? Или у неё ногу свело, и она не может выбраться?

Зашёл по пояс и почти прыгнул следом, когда из воды и тумана, метрах в трёх от меня, впереди на поверхности, медленно начала появляться улыбающаяся и рассматривающая меня Миратэя.

Я вздохнул с облегчением, пока она подплывала и медленно выходила ко мне из воды. Залюбоваться можно было снова. Синие глаза, белая кожа, стекающие или остающиеся на ней капельки воды, мокрые волосы облепившие грудь…но я, только что, пережил не малый страх.

– Ты какой-то напряжённый, – тоже обратила она на это внимание.

– Ещё бы… больше так не делай! – попросил я, всё ещё находясь под впечатлением.

– Как? – не поняла она. – Не плавать без тебя?

– Не уходи под воду, тем более так на долго. Я уже думал, тебя там кто-нибудь сожрал, или ещё что… зачем ты вообще там сидела?

– Я не сидела, – удивлённо ответила она, подняла бровку и похлопала ресничками. – Я немного поплавала, потом понаблюдала за тобой, думая, чего это ты такой нервный. Холодно что ли? И выплыла. А вы так не делаете? В смысле, не ныряете?

– Ну почему? Ныряем, чтобы голову быстро намочить и волосы промыть.

– Ууу… – протянула она, протягивая руку и затягивая меня в воду. – Да ты не шутил, когда говорил, что у вас сложные отношения с водой, даже пресной. А понырять просто так, не пробовали?

– Зачем? – не совсем понимал я, для чего это надо.

– Так… женитьба тебе определённо на пользу не пошла. Ау!.. – дурачась помахала она передо мной ладошкой. – Рэйм, гуляющий к запретному морю посмотреть на птичек, ты где? Или ты это с какой-то определённой целью делал?

– Ну так – то птички. Я же в воду, в которой нечем дышать, с головой не ухожу.

– Так и не дыши. На сколько задержал дыхание, столько и плаваешь. Понятно почему вы так к воде настороженно относитесь, если даже и не смотрите в неё.

– В неё-то мы смотрим, вода прозрачная и так всё видно.

– А в ней?

– А в ней как?

– Глазами, – хихикая покачала она головой и оказавшись рядом подтянулась, обнимая шею и чмокая в нос. – Вода пресная, в ней можно глаза и открыть. Ну будет тебе, сначала, не комфортно, но это быстро пройдёт. Хочешь попробовать? – спросила девушка, радость близости с которой и возможностью обнимать, начала перекрывать недавнее недовольство, правда на счёт ныряния я не очень уверен. – Ну давааай! Ты будешь приятно удивлён, – прижалась она и поцеловала, заставляя окончательно забыть собственные переживая. – Ныряй. Задержи побольше воздуха и ныряй, вместе со мной, а потом открывай глаза. Хотя бы попробуй.

Она говорила это прямо мне в губы, между лёгкими поцелуями и я подумал: «Почему нет?». Действительно, меня ведь волновала наша насторожённость к воде, а я веду себя как те, кто не так давно меня раздражал.

– Ладно, давай. Готова? – уточнил я.

– Подожди… – улыбнулась она, отпрянув на расстояние полусогнутых рук, при этом продолжила держать за плечи и обвивать меня ногами, так что нырять мне перехотелось, а захотелось кое-чего другого, но я уже сказал и Миратэя подготовилась. – Опускайся.

Я послушно начал приседать, она глубоко вдохнула, ожидая того же самого от меня. Я вдохнул и ушёл под воду. Глаза закрыл автоматически и отрывать было нервно, но время шло, и мы не можем быть под водой вечно. Тем более меня моя жена ждёт.

Собирался с силами долго и несколько раз пытался, но всё никак не мог решиться и распахнуть. Чувствовал, что воздух кончается и хотел подняться, но быть перепуганным мальчиком, испугавшимся попадания воды в глаза, я тоже не хотел и поэтому, перед самым подъёмом, всё-таки открыл. Успел увидеть Миратэю, спокойно смотрящую на меня, а потом мы вынырнули, и я жадно вдохнул воздух, в то время как Мира просто задышала, лишь слегка глубже обычного.

– Молодец. Первый шаг сделан успешно. Видишь, ничего страшного. Готов попробовать ещё раз?

– Да, только… отдышусь немного. Почему ты словно под водой дышала?

– Отдышись. Это тоже тренируется, и я могу не дышать долго, но чем больше раз подряд ныряю, тем меньше время задержки. Ну и не только я, так в принципе происходит. Отдышался?

– Ага, – снова начал погружаться под воду.

– Только не волнуйся. Спокойней. Когда ты нервничаешь сокращается время, – проинструктировала она и вдохнула, я следом.

В этот раз я открыл глаза почти сразу, потому что в прошлый ничего со мной не произошло. Глазам стало холодновато и их немного засаднило, словно от сильного ветра, но пару раз моргнув стало почти нормально, и я увидел!..

Несмотря на облачность свет бледными лучиками проникал в толщу воды и чуть глубже на дне виднелись растущие водоросли, красиво извивающиеся и наклоняющиеся вслед за течением воды. Словно трава на ветру. С берега они тоже видны, но оттуда не так видно их движение. Дальше переключил внимание на Миру. Она улыбалась одними губами и иногда выпускала маленькие пузырьки воздуха из носа. А волосы развивались ещё красивее водорослей и интереснее чем на верху от ветра. Они поднялись и окружили её голову, мягко двигаясь в воде от любого, малейшего движения. Интересно, но воздуха начинает не хватать, а когда Миратэя притянула себя ко мне и поцеловала, он кончился резко, и я поднялся.

– Вот видишь, совсем не страшно, – прошептала она мне в губы, чмокнула, расплела ноги на пояснице и поднырнув под мои руки, направилась к берегу. – Я накупалась.

– А как же поучить меня смотреть под водой и долго не дышать? – недовольно смотрел я ей в след, наблюдая как из воды показываются мокрые обнажённые ягодицы, бёдра, ножки.

– А ты уже научился. А над дыханием мы поработаем на суше. Вылезай, а то замёрзнешь, – передёрнула она плечами от ветерка. – Воду тёпленькой не назовёшь и солнце никак не выйдет.

Я её уже не слушал. Я видел перед собой обнажённую жену, которой холодно и которую нужно срочно согреть. Тем более она так неосторожно обнимала меня ногами в воде, что я не в силах этого забыть. Стоя боком ко мне, Миратэя отряхивала и выжимала волосы, собрав их сбоку и открыв всю себя. Медленно подошёл к моей вёрткой жене, чтобы она не сразу поняла, что я задумал. Пододвинулся вплотную, огладил плечи фиксируя её рядом с собой и только потом обнял крепче и отпустил руки в загул по прекрасным изгибам.

– Рэйм, а что ты делаешь? – замерла она.

– А на что похоже? Пристаю к своей обнажённой женщине с вполне ясной и определённой целью, – поведал я очевидное, продолжая наглаживать её живот, грудь, бёдра, целовать шею и ушко с плечиком, и прижимать к себе.

– Рэйм, мы же только что из воды, – не очень уверенно отговаривала она, при этом не пытаясь вырваться, когда уже наверняка почувствовала моё явное желание. – Мы мокрые и будем все в грязи и земле, – продолжала она говорить, но совсем не убедительно, пока я блаженно покусывал её плечико. – И здесь прохладно, – сказала она последнее дрогнувшим голосом.

– Да, прохладно, поэтому тебя нужно согреть, – согласился я, протягивая руку за нашими вещами по одной бросая на землю.

Развернув её к себе и целуя вкусные губки, я получил в ответ уже полное согласие. Одной рукой прижимая её к себе, а другой подхватывая под бёдра, поднял жену на руки наискосок, уложил на импровизированное ложе и посмотрел в глаза, чтобы в очередной раз убедиться в реальности происходящего. Миратэя смотрела с ожиданием и невысказанной просьбой продолжать. Да, любимая, это я всегда пожалуйста.

Обратно бежали уже под выглянувшим солнцем, а до меня с запозданием начало доходить. Вчера всё быстро случилось. Сначала нападение прошедшее мимо, и никто до конца даже не понял, что, если бы они не решили сначала поболтать, а потом нас не спасла девушка, племени бы уже не было. Потом долгожданное согласие, быстрая подготовка, сам обряд, танцы и лучшая ночь в моей жизни. Я не успел окончательно осознать, что Миратэя теперь моя жена, я её муж и мне больше ничего не мешает любить её всю. Всё время. Возможно, это ещё из-за того, что проснувшись, не обнаружил её рядом. Но сейчас, после совместного купания, ныряния и последующего маленького повторения ночи, начал понимать, что всё на самом деле. Мне не снится, не кажется, и я это не придумал. Миратэя действительно моя. Вся!

Дома, развесив мокрую одежду и переодевшись, Мира принялась за варку чая, а меня посла добывать нам завтрак. На берегу мы не торопились, наслаждаясь друг другом, и уже настало время приёма пищи. Не спавшие всю ночь, рано вставшие и после активного утра, голодны мы были не на шутку. В центре меня встретили любопытные, весёлые и внимательные взгляды, но мне было на всех пофиг. Без вопросов правда обойтись не удалось. Я прибыл почти одновременно с охотниками, лишь немногим позже и если треть уже получила по порции, то остальные ещё ждали, в том числе и Аин. Словно специально меня дожидался, честно слово. Этот, вечно голодный, всегда ж первый рвётся за едой.

– Ох-о… женатик пожаловал. Что-то ты рано встал. Выспался видать?!

– Не особо, – признался я, изо всех сил стараясь сильно не лыбиться, но от желания прихвастнуть не удержался. – Чтобы встать, знаешь ли, ещё лечь надо… может после завтрака?..

– Надеюсь ты не серьёзно?.. – расхохотался Аин. – А то, если нет – бедная Миратэя. Передай ей, что ли, что я как друг могу тебя подержать пока она поспит.

– Спасибо за заботу о МОЕЙ жене, но мы как-нибудь без тебя разберёмся, – слегка разозлился я.

– Ой, да ладно… обиделся он. Какие мы нежные стали… – дурачился мой напарник, пока наша очередь быстро приближалась. – И так понятно, что ничего-то ты СВОЕЙ жене не передашь, чтобы она вдруг не воспользовалась.

– Аин, отстань. И за мной будешь, – отдёрнул я его за себя, подхватывая одну порцию и ожидая вторую. – Я тороплюсь.

– Боишься, что пока ты здесь, она развяжется и сбежит? – предположил мой друг, не представляющий, что может быть и по-другому.

– Нет, боюсь, что, – взял я вторую плошку и отходя спиной, дабы видеть собеседника, больше не сдерживал счастливой улыбки до ушей: – Восхитительнейший чай, из-под руки моей жены, будет готов до моего возращения и начнёт остывать, – я развернулся и пошёл к ждущей любимой женщине.

– Не, ну видели? Она ему ещё и чаи какие-то по утрам готовит… – донеслось мне в спину.

– Завидуй молча, – крикнул я через плечо и зайдя за дом ускорился.

* * *

– Любимая, твой добытчик вернулся, – радостно прилетело от входа.

Я как раз оттаскивала готовый напиток от огня и под громко забурчавший желудок ответила:

– Наконец-то, а то жена добытчика скоро от голода начнёт сознание терять. Иди сюда, ставь и садись, – командовала я, аккуратно наливая в плошки чай, оставляя в стороне остывать и набрасываясь на еду.

Я за вчера почти ничего не ела: с нормальным завтраком не срослось, вместо обеда закинулась орешками во время подготовки, а вечером, то ли забыла из-за напитка из Чаши, то ли аппетита не было. Следом бессонная ночь с активной тратой энергии, потом купание и снова трата энергии. Но, если в процессе всего я голода не чувствовала, или не обращала на него внимания, то пока мы возвращались домой он дал о себе знать.

– Как прошла добыча завтрака? Без происшествий?

– Угу… Аин только пристал с глупыми вопросами, но я отмахнулся общими ответами и сбежал обратно к тебе. Я так понимаю, там все ждут, когда ты сбежишь. А после моего явления думают, что я тебя связал, чтобы никуда не делась.

– Ну подумают и перестанут. На обед вместе сходим и все вопросы отпадут. Ммм… какой же сегодня завтрак вкусный. Бери чай, сильно остывать ему не зачем.

–Угу… спасибо, – поблагодарил он, принимая деревянный, низкий и широкий стакан. – А завтрак сегодня и правда вкусный. Ммм… и чай. Я ещё ни разу такой не пил.

– Вряд ли, он всегда похож и такой думаю уже был.

– Не-а, не было. Вот точно. Жена мне чай ещё ни разу не готовила, – улыбнулся он.

– Ааа… ну если в этом смысле… – протянула я.

Доедали и допивали мы, молча улыбаясь каждый своим мыслям, но думаю они были как минимум очень похожи. А потом на меня напала усталость.

– Ммм… кто-то зевает… – протянул радостный муж.

– Кто бы это мог быть?.. – улыбнулась я, наблюдая как Рэйм зевает следом. – Вот и сон пришёл. Предлагаю завалиться спать, чтобы хоть частично отоспаться, пока он опять не ушёл. Посуду потом отнесём.

– Полностью поддерживаю.

Мы сонно разделись и завалились на постель. Я улеглась в подмышку мужу, прижалась к его боку удобно разместив голову на плече и накинула на нас шкуру. Уставшие, сытые и пригревшиеся мы вырубились сразу и проспали почти до самого обеда.

Глава 2. Дневная

Я проснулась сама, но ни вставать, ни шевелиться желания не было. Тепло, уютно и мягко, и сердце Рэйма бьётся почти под ухом, сильно и размеренно. Долго я так правда не пролежала. Мой покой был нарушен, ни с того ни с сего, сильно сжавшимися объятиями.

– Ты меня, конечно, не сломаешь, но зачем пытаться-то? – тихо пожурила я, не открывая глаза.

– Прости. Я тебя разбудил? – ослабил он хватку, но не расслабился и подняв голову к моим волосам, вдохнул.

– Нет, но ты меня заставил выдать своё пробуждение. В чём причина твоих странных действий?

– Да ни в чём особо… наверное, – протянул Рэйм.

– Таак… – не удовлетворилась я, всё-таки открыла глаза и зевая потёрлась щекой, о такую удобную мужскую грудь. – А если подробно и без «особо» с «наверное»?

– Да это просто… сон и глупость, – снова чуть сильнее прижал меня к себе мой муж, словно удерживая на месте, будто я куда-то убегаю. – Знаешь, я периодически начинаю бояться, что могу как-нибудь очнуться и окажется, что я тогда на берегу конкретно головой приложился и всё последующее, включая тебя, мне показалось. Снится это иногда и сейчас третий раз приснилось. Вот я и проверял, здесь ты или нет.

– Интересные тебя мысли посещают.

– А у тебя такого не бывает? Или чего-то похожего… – почувствовала я как на меня посмотрели, немного подтянувшись поставила голову подбородком на его плечо и посмотрела в ответ очень серьёзно.

– Нет. У меня такого или чего-то похожего не бывает. Я точно знаю, что реально и моё сознание всегда ясное. Хотя, может теперь и не всегда… – протянула я, ласково улыбаясь помутнителю моего рассудка. – Но сейчас не об этом. Ты абсолютно зря об этом думаешь! Я тебе гарантирую, что я действительно здесь, – провела я пальчиком по конкретному месту, где я. – Я здесь сейчас, и я, совершенно точно, отсюда уже никуда не исчезну. Если ты не против, конечно…

– Нет!.. нет, я точно не против. Я категорически против чтобы ты куда-то исчезала, – поднял он голову целуя и не забывая снова покрепче обнять. – Я бы вообще, вот так, здесь, всю жизнь провёл.

– Жаль это не выполнимо. Нам как минимум нужно есть, пить и посещать некоторые определённые места. И сейчас как раз, я бы одно такое посетила…

– Ну тогда и я. Прогуляемся?

Я кивнула, выкатилась из открывшихся объятий мужа, поднялась и быстро оделась. Рэйм не отставал и вскоре мы уже снова за ручку шли в сторону навесов. Погода радовала солнышком, теплом и приятным лёгким ветерком. Благодаря тому, что дом находился с краю, люди нам встречались не часто и в основном уже не далеко от места назначения.

На нас посматривали с любопытством и ожиданием чего-то. Хотя, наверное, больше на меня и это, вместе с прекрасным настроением, сподвигло на маленькую шалость. Мы держались за руки, и я резко ускорилась, уходя вперёд на три-четыре шага. Дёрнула за собой ничего не подозревающего Рэйма, который от неожиданности сначала дёрнулся за мной, а потом остановился. Я тоже остановилась и сделала быстрый шаг назад. Со стороны это должно было выглядеть, будто я пыталась сбежать, но у меня ничего не вышло.

– Это сейчас что было? – полюбопытствовал муж, снова начиная идти.

– Ничего. Просто проказничаю и подогреваю слух с мнением, что ты держишь меня насильно.

– И зачем ты это делаешь? – недовольно сморщился посерьёзневший мужчина.

– Нет, женитьба всё-таки на тебя дурно повлияла. Куда делся молодой парень, поддерживающий все проказничества Аина?

– Стал мужчиной? – предположил он.

– Нууу ииии… хочешь сказать, что с сегодняшнего дня ты больше не будешь смеяться и шалить? Очень сомневаюсь. Так что тебе мешает так же легко относится и к моим приколам?

– То Аин!.. а это ты, моя жена, подогревающая слух, что хочешь от меня сбежать. А я может, хочу быть лучшим мужем и хочу, чтобы все об этом знали. Понятно?

– Понятно. Но, зачем тебе все? Разве недостаточно, что об этом знаю я? А все и так узнают, и поймут со временем. А пока… ну Рэйм!.. – остановилась я и встала вплотную к нему. – Ты только представь, какие у них будут недопонимающие лица, когда сейчас я вот пыталась от тебя сбежать, а потом, например на обеде, я буду спокойно сидеть с тобой и по мне совершенно не скажешь, что я чем-то недовольна и страдаю. Все будут сидеть, наблюдать и пытаться понять, в чём подвох. А они и так бы наблюдали, но теперь у них в голове будет более противоположные представления о нас. Понятно?

– Понятно, – хмыкнул Рэйм, проводя тыльной стороной ладони по моей щеке, затем продолжая путь и утягивая меня за собой. – Понятно, что вы с Аином одного дуба жёлуди.

– О да… – и не подумала спорить я. – И в более тесном и длительном общении, нам будет несомненно весело.

– Что ещё за тесное и длительное общение? Тебе его не жалко? За тесное общение с моей женой я могу и вытворить чего-нибудь, – опять недовольно пробурчал он.

– Ооох… – тяжело вздохнула я и закатила глаза, он безнадёжен. – Рэйм, ну как какое общение? Меня ж в стан охотников приняли! И с кем мне, по-твоему, охотиться? Девушек других среди вас нет, а с каким-то другим парнем или мужчиной, ты меня вряд ли отпустишь. Да я и сама не хочу. Лучший вариант, это присоединиться к вам с Аином, а из этого следует, что с ним я стану общаться гораздо чаще. Вот и всё.

– Действительно. Я как-то забыл и не подумал об этом. Вообще, вроде только вчера утром ты спасла всех нас и поразила тем, что ты делала, но сейчас мне уже думается: «А может показалось?».

– Не удивительно. И думаю, не тебе одному об этом думается. Это сложно принять сразу, а когда и видел-то один раз… но ничего, сегодняшнюю тренировку мы пропустили, но это было один раз, так что уже завтра я постараюсь освежить ваши воспоминания.

– Ммм, а может послезавтра? Вообще, после свадьбы выделяется два дня отдыха.

– Так мы и будем отдыхать, после того как разомнёмся, – обрадовала я мужа отпуская его руку и убегая в навес, к которому мы, наконец, подошли.

Я быстренько закончила свои дела и вышла, но Рэйма пока не было. И я стояла никого не трогая, ждала смотря на горизонт, пока сзади ко мне не подбежали и не обняли с двух сторон.

– Вот ты где! – воскликнула слева Алина. – А чего стоишь? Кого ждёшь?

– Да понятно кого! Не понятно зачем?! – сказала справа Сайна, и схватила мою ладонь. – Нам сказали, вас видели шедшими сюда, и мы прибежали тебя спасать, – заговорщицки оповестила меня девушка, удивляя быстротой разнёсшейся новости.

– Давай, пока он занят, – начала меня за плечи разворачивать и подталкивать Алина. – Мы тебя укроем.

– Стоять! – раздался из-за наших спин, не крик, но громкий приказ и таким прекрасным, командным тоном, что даже я впечатлилась. – Куда собрались? А ну отошли! – не подбежал Рэйм, но подошёл к нам так стремительно, что девушки, и я в том числе, впечатлились ещё больше, а пока впечатлялись, мою руку нежно, но непоколебимо отобрали у Сайны. – Моя! – сообщил он всем, так что возражений и вопросов ни у кого не осталось, а затем утянул в сторону дома.

– Ого… – проронила я, когда мы уже достаточно отошли от ошалевших и оставшихся стоять девушек.

– Что? А чего, я только на минуту отлучился, а тебя уже пытаются куда-то утащить? – пожаловался он.

– Так я ж не против. Только ты, похоже, вообще не представляешь, как выглядел со стороны.

– Да? И как же?

– Не знаю даже как тебе объяснить… – задумалась я всё ещё под впечатлением от увиденной, новой стороны молодого мужчины со странностями и от того, что этот мужчина мой муж. – Очень… очень убедительно и… весомо и… и… сильно… – выбирала я слова всё сильнее погружаясь в себя.

Вот тьма, почему у меня такая реакция началась, на командующего мужа? Почему, вместо того чтобы похвалить и объяснить, что у него талант к руководству, я думаю о том, как он такой серьёзный, суровый, большой, внушительный и, не терпящий препинаний и не согласия, надвигался на меня? Такой неотразимый в, откуда только взявшейся, излучаемой силе. И такой весь мой… и такой нежный, и страшный одновременно…

«Вот тьма!», – сглотнула я, чувствуя ускорение сердцебиения, дыхания и прилив жара, при том, что иду всё так же спокойно обдуваемая ветерком.

– Мира! – с трудом пробилось ко мне в мысли.

– А? – спохватилась я.

– С тобой всё в порядке? – с подозрением смотрел он на меня пока я оглядывалась, понимая, что мы прошли уже большую часть пути до дома, где мы будем одни и где можно будет припасть к этому, неожиданно обнаруженному, источнику силы.

– Да, – наверное слишком поспешно ответила я, думая о том, как именно можно припасть.

Тьма!

– Да? И что же я спросил? – усмехнулся Рэйм, который шёл слишком медленно.

– Ээм… возможно я прослушала, слегка задумавшись. А что ты спросил? – пыталась я безуспешно отвлечься от собственных неприличных мыслей.

– Я сказал, что рад, что получилось убедительно и уточнил, понравилось ли тебе? – повторил он.

Хотя я никогда не узнаю, повторил он или только что новый вопрос придумал, потому что первый вариант я пропустила.

«Понравилось ли мне?», – нервно повторяла я вопрос про себя. – «Понравилось ли мне?!! Боже! Это странно, но не то слово!..»

– А можно я тебе дома отвечу? – снова сглотнула я, пытаясь удержать дыхание в спокойном состоянии. – Мы уже не далеко и перед обедом как раз ещё успеем.

– Что успеем? – удивился Рэйм.

– Обсудить мой ответ, – ответила я, ускоряясь по направлению к показавшемуся дому.

– Мира, ты немного странно…

«Себя веду?», – закончила я его фразу, как только мы вошли. Но про себя, потому что губы были уже заняты. Я фактически набросилась на своего мужа, что шокировало меня животной несдержанностью. И шокировало Рэйма, мешая пониманию всей серьёзности моих намерений.

– Это значит?.. – решил уточнить он отвлекаясь.

– Помолчи!.. – велела-попросила я, стаскивая с него кожаную безрукавку и снова напрашиваясь на поцелуй, который теперь стал более активный, так как до моего мужа наконец дошло и он, стянув в ответ верх с меня, и не отрываясь от поглощающего процесса целования, приступил к расшнуровыванию юбки. – Что я делаю? Что я творю? – шептала я сама себе уткнувшись лбом в его грудь и смотря как мои трясущиеся руки развязывают шнурок на его штанах.

С меня уже скинули всё, я тоже справилась с непослушным шнурком, и последняя одежда мужа почти сама с него съехала, выпуская на волю показатель возбуждения на самом пике, но на этом мои заходы не закончились. Целуя меня, Рэйм чуть присел, желая обнять и приподнять, чтобы перенести к постели, но у меня возникла другая идея. Я немного подпрыгнула и обвила ногами его пояс, не прекращая замечательного, умопомрачительного обмена дыханием.

– То есть понравилось? – опять отвлёкся он, пока укладывался вместе со мной на постель.

– Да! Да, да, да, да, понравилось. Очень! – поняла я, что не отстанет же пока не отвечу, а мне сейчас не до разговоров.

* * *

Нет, ну, когда твоя жена от тебя не сбегает, согласна на всё и отвечает во время совокупления, или даже активно в нём участвует, это одно. Но когда она на тебя набрасывается, как только вы зашли с улицы, раздевает, велит замолкнуть и напрыгивает, это вообще другое. И мне нравятся все варианты. Мне нравится, что ей нравится быть со мной и к чему, теперь уже ясно точно, она стремиться не меньше моего. Я её просто обожаю. Люблю и обожаю. И люблю!

До обеда мы и правда почти успели «обсудить» её очень ясный, понятный и развёрнутый ответ, после чего вопросов больше не осталось. Совсем никаких. И на обед мне хотелось нести её на руках и радостно подпрыгивать по дороге, но Миратэя весело смеясь отказалась и повела меня «кушать» за ручку, как маленького мальчика. Так и сказала: «Идём уже кушать, Рэйми». Меня так даже мать уже практически не называет, но Мира произнесла так ласково, что мне понравилось.

Так и придя на обед держась за руки мы сразу попали под любопытные взгляды. Будто мы единственные поженились за последние несколько циклов и им больше заняться нечем, кроме как нас рассматривать. Но, возможно они ждут, когда Миратэя снова попытается от меня смыться? Если подумать, за ручки у нас пары редко ходят даже до брачного обряда. Не знаю почему. Может, считается проявлением никому не нужных чувств? А мы с ней уже целый день так ходим, и все видимо решили, что это я такой бдительный и держу её при себе, не расслабляясь. Наверное Мира права и будет весело наблюдать за недопониманием окружающих, когда до них начнёт доходить, что я не держу, а она остаётся на месте.

– Ну что, сегодня я, как самая настоящая жена, топаю за обедом на двоих?

– Сегодня, так и быть, иди!.. не возражаю, – милостиво согласился я, и отпустил её, направившись занять нам местечко получше.

На обеде всегда значительно меньше народа, чем на завтраке или ужине, из-за охотников. Поэтому, несмотря на то что мы не опоздали, очереди уже не было, не считая двух женщин перед Мирой. Я заметил пару мечущихся взглядов, с меня на Миратэю и обратно, в ожидании дальнейших событий, но решил, что обед пройдёт спокойнее недавней прогулки. Ошибся.

Из-за домов, прямо напротив моей жены, выбежали Алина, Варна, Кира и Ами, и принялись неистово махать, подзывая её к себе. Сайна сидела немного в стороне с детьми остальных и следила за мной, Мирой и группой спасительниц. Миратэя как раз получила в одну руку одну порцию и помахала девушкам, давая понять, что видит их. Ну, так-то и я их вижу и все здесь присутствующие. Скрыться они либо не смогли, либо решили, что это лишнее. Главное, чтобы Мира до них успела добежать пока я спохвачусь, а там они её больше не отдадут. Наивные.

Правда, они то видят меня расслабленным и думают, что я успокоился, потерял бдительность и ничего не ожидаю. А я и не ожидаю, так как, в отличии от других, знаю, что Миратэя никуда не сорвётся сломя голову. Но «спасительницы» этого ещё не поняли и настойчиво продолжали немую сцену: «бросай всё, беги к нам и сваливаем». Было смешно наблюдать как Мира заинтересованно склонила голову к плечу, как бы размышляя, получила вторую порцию, развернулась и пошла ко мне.

Не рассмеяться, смотря как девушки замерли с поднятыми в замахе руками, было не просто. Нет, мне никогда не понять, откуда, почему и зачем, взялась эта «необходимость», в спасении девиц. Ведь, если судить по рассказам вчерашних «советчиков», у всех жены сбегали почти на день, и хоть все и расстраивались, но никто этому не препятствовал. Традиция, вот и всё.

– Они там ещё стоят? – спросила Мира, опускаясь на колени, ставя плошки и устраиваясь у моего бока.

– Стояли и не шевелились, сейчас отмерли и пошли за обедом поглядывая на тебя. Ты права, это действительно весело, – обнял я её за плечи и притянул, заваливая к себе на грудь.

– Вот видишь, а ты обижался, – хихикнула моя прелесть, начав есть урча от удовольствия. – Такое ощущения, что мы и не завтракали.

– Угу, на охоте мне так есть не хочется.

Доедали молча, под внимательными взглядами неудавшихся «спасительниц». Краем глаза видел, как они, поглядывая на нас, быстро едят переговариваясь и кивая, опять же, в нашу сторону. Ищут причины, почему не сработал их план и обсуждают новый? Долго гадать что надумают мне не пришлось, девушки встали, сдали посуду и вчетвером подошли к нам.

– Рэйм, нам нужна Миратэя.

– Я понял, Алина. Было сложно не догадаться, – усмехнулся я, продолжая обнимать полулежащую на мне жену, которая, молча и с интересом, наблюдала за происходящим.

– Отпусти её к нам! – почти приказала Варна, а переглянувшись с девушками, уже мягче дополнила. – Пожалуйста.

– Ну раз вы с «пожалуйста» пришли, то я бы её, конечно, отпустил, но… – выдержал я небольшую паузу и развёл руки. – Я её не держу, а следовательно, и отпустить не могу.

– Эмм… тогда мы её забираем? – переспросила Кира, делая шаг к нам, на что я лишь пожал плечами и посмотрел на своё сокровище.

– Девочки, меня спасать не надо, – улыбнулась она.

– Да? Лааадно… – сникла Кира, делая шаг назад. – А ты уверена?

– Да какая разница?! – вклинилась Ами. – Не надо и хорошо, только это не единственное для чего ты нам нужна! Так что пошли.

– Зачем? – поинтересовалась Мира, не торопясь подрываться.

– Затем! – нетерпеливо воскликнула Алина, подскочила и схватив Миру за руку потянула на себя.

– Объясним на месте, – присоединилась к ней Варна и они вдвоём начали поднимать с меня упирающуюся и не облегчающую им задачу, девушку.

– Ладно, ладно! – засмеялась она, не давая себя до конца поднять. – Рэйм, ты не будешь сильно скучать, если я отлучусь?

– Буду. Но если не очень на долго, то я, с трудом, но переживу и подожду, – ответил я улыбаясь. – А то у меня на тебя ещё большие планы.

– Хм… девочки, да не тяните меня! Сейчас иду, подождите. А что за планы? – став рядом на колени и приобняв за плечи, она заглянула мне в глаза.

– Ну так… как тебе сказать?.. хотел бы обсудить по подробнее ещё пару вопросов.

– Ммм… Тогда я точно не на долго, – чмокнула она меня в висок и поднявшись протянула руки ожидающим и явно что-то недопонимающим подругам.

Они среагировали сразу, схватили за руки и окружив Миру, потащили в неизвестном для меня направлении. Вслед им печально смотрела моя сестра, которую, судя по всему, с собой не взяли из-за возраста, что натолкнуло на мысль, что они там с моей женой собрались делать. Не знаю, как она отнесётся к расспросам и обсуждению определённой темы, но думаю пытать себя не даст и, если что, сбежит ко мне. Правда их не мало, вон и Сайна, накормив детей и собрав их вместе, торопится в том же направлении. Но не стоит забывать, на что, при желании, способна Миратэя, так что для неё это будет, всего лишь пять девушек, на пути к свободе.

Так, Миру то займут, а чем в это время заняться мне? Сложный вопрос, очень сложный. Дом полностью построен и готов, и в нем даже нечего поправить. Пол Мира собрала ещё утром и больше в голову ничего не идёт. Может пойти немного размяться и потренироваться? Вдруг там что придумаю?

За неимением лучшей идеи так и сделал. Наворачивал круги, приседал, отжимался, таскал тяжести и думал, как Мира всё здесь изменит? Что она придумает, чего мы ещё не делаем? Я не знаю, но наверняка ведь придумает. Иначе, если бы мы тренировались одинаково, мы бы и сражались одинаково, а это совсем не так.

Стоит вспомнить только, как она управлялась с посохом! Нам и в голову не приходило что им можно пользоваться как-то ещё, кроме как копьём, бросая, закалывая и перенося на них дичь. Может огреть им тоже догадались бы, но вот так крутить в руках, или вокруг себя, не говоря уже о бое…

Пока никто не видел, я попробовал. Три раза сразу выронил, два огрел себя по голове и решил больше не экспериментировать. Это видно не моё. Может моим будет драка двумя палками, как Мира с половинками посоха? Для неё это, вроде, тоже было в новинку, но она сразу справилась и ей понравилось, на сколько могу судить. И ей было явно удобнее, учитывая на сколько быстрее она ушатала ими вторую половину противников. Появились палки случайно, а потом и потерялись где-то и больше у нас таких нет. Жаль.

Стоп! Мне кажется, я придумал себе занятие, а за одно и подарок моей любимой женщине. Надо только найти подходящий материал, хорошенько обтесать и обработать. Я радостно бросил свою, никому не нужную, а мне и не особо желанную, тренировку и поторопился домой. Нашёл скребок для чистки, плашку – круглый плоский камень с углублением для затирания и закругления концов, топорик, взял это всё и отправился в лесок.

Перебирать ветки, палки и суки пришлось долго, но я нашёл идеально подходящий вариант. Только недавно упавший сук, прямой, длиннее необходимого для посоха, но идеально, если разрубить пополам. Различную толщину двух концов выровняю скребком. Заниматься подарком решил на нашей же поляне, хотя теперь находиться там одному было сложнее. Память подкидывала воспоминания, что вдвоём здесь значительно приятнее.

Делать боевые палки для своей жены я собирался около трёх-четырёх дней. Учитывая, что время будет сегодня, а потом только в дни отдыха и только когда Миратэя будет чем-то занята, результат я получу не скоро.

* * *

– Зачем я вам так срочно понадобилась? – спросила я, когда меня притянули в маленький, но уютный домик Киры.

– А сама как думаешь? – негодующе удивилась Ами.

– Мы тебя что, зря вчера просвещали об одной из любимых и интересных тем? – Алина тоже была чем-то не довольна, или кем-то, то есть мной. – Да ещё и своим жизненным опытом делились!.. теперь твоя очередь, как новоприобщившейся.

– Эээ… нет… на сколько помню, я вас не просила меня просвещать и даже наоборот, очень просила этого не делать, но вы не слушали. Так что, сейчас я не вижу каких-либо причин делиться подробностями своей первой брачной ночи, – ответила я, скрестив руки на груди.

– А как же дружба? Отношения рода? – попыталась надавить на меня Кира.

– А это заключается только в том, чтобы рассказывать, как я ночь с мужем провела?

– Что я пропустила? – ворвалась Сайна в наш междусобойчик.

– Ничего ещё. Она сопротивляется, – ответила ей Варна, хмуро и задумчиво рассматривая меня, явно думая, как меня можно попытать, так чтобы было не заметно.

– Опять? – непонятно чему удивилась Сайна, как будто раньше меня было прямо не заткнуть, а тут что-то вдруг нашло. – Вчера она тоже не собиралась нам ничего рассказывать, но потом мы всё-таки кое-что из неё вытянули.

– Ага… только это было без нас и нам пришлось довольствоваться пересказом, – не отводила от меня взгляд Варна.

– Так давайте вытянем и сейчас! – с энтузиазмом вклинилась Кира с огнём в глазах? изучая меня и выискивая, что откуда из меня тянуть.

– Это будет не так просто, как вы думаете, – с сарказмом предупредила я.

– А что из неё тянуть? – с долей равнодушия спросила Алина. – По ней и так всё видно! Бегает, ходит, стоит и сидит абсолютно нормально, значит ночь у неё прошла безболезненно. То есть, Рэйм опять не стал настаивать и решил ещё подождать. Бедный мальчик! – сочувственно вздохнула она, поднимая во мне волну недовольства отношением к моему мужу.

– Ну или она его вырубила, как только он начал пытаться что-то сделать, – подхватила Сайна. – Миратэя же у нас воительница, не забыли? Правда Рэйм? от этого, менее бедным мальчиком не становится…

– Не трогала я его и не вырубала. С чего вы взяли?

– Так вчера сама сказала: «Если что, просто вырублю мешающий элемент и спокойно отдохну», – через секундную заминку напомнила Алина. – Отдохнула, выспалась и поэтому у тебя не возникает желания отдохнуть от Рэйма. А он так спокойно тебя нам отдал, потому что знает, что у тебя нет причин сбежать.

– Их действительно нет, но не потому…

– Или что ещё хуже!.. – воскликнула Варна. – Помните, ещё за какое-то время до Миратэи, начали поговаривать, что Рэйм бессильный с девушками, потому и не присматривает себе никого и не женится. Потом как-то эта тема сошла на нет, когда он всё-таки обратил на неё своё внимание. Но теперь, наверное, снова вернётся.

– Ха-ха-ха… – прервала я её, короткими «ха» без толики веселья, и погрозила пальцем. – Я поняла, что вы делаете и чего добиваетесь. Вчера я заговорила, после того как вы Рэйма зацепили, и сегодня добиваетесь того же.

– Что? – честно-честно захлопала ресничками Алина. – Не понимаем о чём ты?

– Ага… как же!.. хорошая была попытка, но я ухожу, – оповестила их я, готовая прорываться даже с боем.

– Ладно… – горестно вздохнула она и чуть отступила, открывая мне путь к выходу, за ней повторили остальные и когда я, медленно проходя мимо, уже была почти на свободе, продолжила. – Только ты же понимаешь, что вашу ночь, твоё прекрасное состояние и настроение, а также силы Рэйма будут обсуждаться не только нами? И все придут точно к таким же выводам. И начнёт гулять слух, что твой муж и правда не способный, а тебя выбрал, потому что и ты не особо-то туда стремишься. Ну и ещё, у тебя та же любовь к морю. В общем, нашёл ту, с кем и поболтать можно, и заниматься ничем мужским не надо. А мы даже не сможем этого ни как опровергнуть, потому что ты отказалась нас просвещать. Значит тебе просто нечего сказать, что лишь подтверждает всё выше сказанное.

Я остановилась, смотря на вожделенный выход, и не находя в себе сил ни сделать последние шаги к нему, ни от него. Вот совершенно нет желания, рассказывать и делиться тем… восхитительным таинством, которым стала наша первая ночь с Рэймом. И утро, и день. В то же время, я понимала, что рождение описанных слухов очень вероятно. Вопиющая неправда!.. но говорить будут, и до Рэйма докатится. И моя проделка сегодня утром из «попытки от него сбежать из-за усталости», превратится в «попытку сбежать от неспособного мужа».

– Так!.. – зажмурилась я, сжала кулаки и вздохнув развернулась к ожидающим. – Ладно!.. – прошла обратно. – Но без подробностей. Спрашивайте, – села я.

Девушки радостно переглянулись и быстро расселись полукругом напротив меня, после замолчав и думая с чего начать.

– Так всё-таки, ты приобщилась к супружеской стороне жизни? – начала Алина.

– Да, – коротко и предельно ясно ответила я.

– Значит Рэйм решил, что дождался и пошёл в наступление?! Наконец-то! Уже с пол цикла все этого ждут, – поделилась радостью Кира.

– Вообще, у него было для меня предложение не торопиться, но я дала понять, что этого не требуется, – сказала вроде и не в плюс Рэйму, но я не врать осталась. Не правду они и сами прекрасно придумывают.

– Значит не решился… – поджала губы Кира.

– А как дала понять? – уточнила Ами.

– Разделась, – пояснила я, не без заминки.

– Вот… подходим к самому интересному, – хлопнула в ладоши Варна.

– И как он отреагировал? – спросила Сайна переглянувшись с сестрой. – Был шокирован, и не сразу понял, что можно потрогать?

– Или ему крышу снесло, и он на тебя набросился? – предположила Алина, напоминая об их вчерашнем споре на эту тему. – Хотя нет, на это не похоже.

– Ни первое и ни второе, но больше он не стал ничего спрашивать и предлагать.

– Ё-маё, как с тобой сложно-то!.. нет бы просто рассказать, как было… – нетерпеливо вздохнула Варна, видимо самая любительница подробностей. – Сильно больно было? А крови было много? Долго он получал своё? – высыпала она на меня, заставив немного застопориться от пикантности вопросов.

– Ээм… больно мне не было и!.. – остановила я ладошкой готовый сорваться с губ Киры следующий вопрос. – И я не знаю почему. Может быть, из-за моей природной терпимости к ней, может… кхм… – прочистила я немного горло. – Может меня заставили о ней забыть, и я пропустила этот момент. Может всё вместе. Сколько было… крови, не могу сказать. Не присматривалась и смыла с себя всё, сразу после получения Рэймом своего. Про время тоже не знаю, я о нём не думала и мне показалось не очень долго. Что первый раз, что второй.

– А я прямо секунды считала в первый раз, стараясь сдержать слёзы, – задумчиво вспомнила Кира. – Как и многие. Как это можно не заметить?

– Ну хоть пожалел и двумя разами ограничился, – тоже задумчиво проговорила Сайна, они вообще все какие-то задумчивые стали.

– Я имела в виду не всю ночь, а только до момента, когда добралась до воды, – спустя минуту решила всё-таки приоткрыть ещё одну завесу, вытаскивая их из каких-то своих мыслей.

– А как ты смыла? – поинтересовалась Алина, ещё не до конца возвращаясь из своих.

– Обычно: встала, подогрела воду, разобрала пол и помылась. Странный вопрос.

– А я тогда и не подумала об этом, – сказала Ами.

– И я, – поддержала Кира. – Я вообще опасалась лишний раз пошевелиться, чтобы всё заново не началось.

Нет, ну тут уж я начала глубоко задумываться. Мы вообще об одном говорим? Что там с ними такого делали, что в воспоминаниях никакой радости? Я-то, не то что не опасалась нового начала, но и была ему только рада. А перед обедом так и вообще… кхм…

– А Рэйм что? Раз два раза это ещё не всё, значит он на тот момент не удовлетворился. Отпустил и просто спокойно ждал, пока ты помоешься и смоешь его охотничий трофей в виде твоей крови? – поинтересовалась Варна.

– Нууу… если уж быть совсем честной, то я просто сказала, что хотела бы обмыться, а грел мне воду, разбирал пол и вешал шкуру отгораживая закуток, чтобы мне было комфортней, Рэйм. Я сидела и смотрела с какой скоростью и энтузиазмом моё желание воплощается в жизнь.

– А я думала у меня Карс заботливый, потому что воду подносил с фруктами, – вздохнула Алина.

– Ну мне есть не хотелось, обошлись без фруктов… – тихо проговорила я.

– А тогда сколько, если не два? – это Сайна опомнилась.

Вопрос конечно, не конкретный. Что мне отвечать? Как считать? Всего или только ночью? А раннее-раннее утро, когда остальные ещё спят, считать за ночь? Нет, всё же утро, это утро. Вот что она имела в виду?! А если переспрошу, могут новые вопросы появиться? Тьма!

– Сколько ночью? – аккуратно уточнила я, и поймала на себе все пять пар глаз, с загоревшимся, по новой, любопытством.

– Ночью… – так же аккуратно и растягивая ответила Сайна.

– Ну, допустим пять.

– Допустим. А перерывы были длинные? – всё так же растянуто вопрошала Сайна, будто спугнуть меня опасалась.

– Допустим, кроме водной процедуры, питья воды и последующего выхода в туалет, больше свободного времени не было, до сна.

– О, мы сейчас и время примерно вычислим, которого она не помнит, – потёрла ладошками Варна. – Время начала примерно представляем, количество и время перерывов, а также количество… соитий, мы тоже знаем. Осталось узнать, когда ты уснула и сколько проспала.

– Я по утрам привыкла вставать с рассветом, на пробежку и тренировку. Сегодня тоже проснулась, но чуть позже. Спала, думаю, самое большее час.

– Получается, каждый раз по долгу… и ты в порядке?!.. – крайне удивлённо воскликнула Кира.

– Час? И ты такая бодрая? – почти одновременно с ней воскликнула Ами. – Наверное не шутили, когда говорили, что ты сказала Главами, будто можешь ночь не спать без особых последствий. Ты, кстати, правда им такое сказала?

– Да, развязался немного язык от вашего напитка в Чаше. И да, могу не спать, но я всё-таки и не совсем не спала. Мы вполне себе неплохо отоспались после завтрака.

– После завтрака, значит. А у нас на завтраке девушки обычно уже у матерей прячутся и отсыпаются, – поделилась привычным порядком Алина, и по-моему, совершенной глупостью, о чём я им всем и сообщила.

– Видимо забывая о том, что мужчины тоже люди и так же не спят ночь вместе с вами. И после завтрака отсыпаются так же, как вы, а не бегают с безумным взглядом по всем домам в вашем поиске, – фыркнула я. – Я просто предпочла поспать в обнимку со своим мужем, на его тёплом, удобном и уютном плече, за одно и не забывая про приятную сторону нахождения рядом с ним.

– Это какую? – спросила Сайна.

– Это такую! О которой вы меня так страстно расспрашиваете! – не выдержала я словно специально наигранного непонимания и постоянного негатива от их воспоминаний. И, наверное, пытаясь понять и прояснить вопрос для себя, меня немного понесло. – И ночью, и утром, и перед обедом, и перед ужином будет и после, наверняка. Я абсолютно, категорически не понимаю, почему в том, что вы говорите и вспоминаете, столько печали! А у некоторых и страданий, – кивнула я на Киру. – И ни капли радости! Мы вообще, об одном и том же говорим?

– Мира, конечно и радость есть, – прервала меня Алина. – Просто она позже появляется. Обычно. Сначала то больно и страшно, когда на тебя накидываются и вторгаются в твоё тело, а ты не знаешь, что и как делать, и оказываешься не готова, хотя недавно думалось по-другому. Уже потом, со временем, когда и муж успокоится и пресытится, и ты отойдёшь и привыкнешь, начинаешь удовольствие получать. А в начале ничего хорошего.

– Ну тогда не знаю… – пробубнила я. – Либо я совсем ненормальная, либо Рэйм полная противоположность того, о чём про него судачили, либо он со мной что-то не так делает, но я привыкла сразу и не представляю, как может быть иначе. Всё ведь так прекрасно и просто! Я люблю его, он любит меня, и когда мы вместе это… восхитительно!.. может в этом и есть разница? В любви?! Может и вам хорошо становится спустя время, не потому что вы привыкаете, а потому что бессознательно начинаете проникаться этим чувством к мужчине рядом с вами?

В общем, из: «я не буду отвечать на ваши вопросы и разговаривать», я перешла к чтению лекции на тему: «вы ничего не понимаете и у вас всё было неправильно, а надо было так». Мы поменялись местами, и если в начале я сидела в окружении наседающих и пытающих меня девиц, то к концу казалось, что я строгий учитель, который недоволен своими неподготовленными учениками. Ну и, рассказала я им почти всё и с намного большими подробностями, чем собиралась. Было не просто и хотелось постоянно смущаться и краснеть, но я держалась, а девушки внимали мне с таким интересом, что я была просто в шоке.

Ну правда! Как так получилось, что я!.. та, которая жить и чувствовать-то начала только чуть больше цикла назад, и столько сопротивлялась, и не могла принять себя женщиной, всего после одной ночи и половины дня замужества, оказалась более разобравшейся в процессе и самой сути?!

Но теперь, зато, у них есть чем опровергать глупые чужие догадки, что мой муж – недомуж. И запускать другие, противоположные суждения. Всё равно ведь, все слухи, рано или поздно, доходят до всех. А значит и Рэйм как-нибудь узнает, что он оказался лучшим из всего племени, в плане плотских отношений с женой. Будет такой необычный, маленький подарочек. Ему ведь важно, с каких-то пор стало, как и что о нём подумают.

Глава 3. Вечерняя

Мастеря подарок своей любимой, я не заметил как прошло не мало времени. Я торопился, но из-за спешки нельзя было ошибиться – короткие посохи должны быть идеальными, как и их будущая обладательница. Кто бы подумал, что я в первый же день буду так хотеть сделать подарок своей жене? И что это окажется оружие? Да чего уж там? Кто бы мог подумать, не так давно, что я вообще женюсь?! Женюсь и буду счастлив на столько, что трудно описать.

Я аккуратно разрубил свою находку пополам, обе части почистил и почти закончил равнять их толщину, когда понял, что пора возвращаться. И пора давно. Уже не долго и до ужина осталось, а я всё ещё здесь. А дома меня Мира, наверное, ждёт. Я ведь просил поторопиться, а сам пропал.

Сложив инструменты и работу в укромный уголок в корнях дерева, в стороне от нашей поляны, помчался домой. Над крышей вился еле заметный дымок, значит Миратэя там.

– А вот и я! – обрадовал я свою прекрасную женщину, сидящую у очага и следящую за небольшим котелком. – Как приятно, когда дома тебя ждёт жена…

– Ммм… а муж где пропадал? – с упрёком спросила она, бросая в воду ещё какую-то травку и помешивая.

– А ты долго меня ждёшь? – спросил я опускаясь сзади неё на корточки, пряча лицо в волосы между плечом и шеей, и блаженно вдыхая.

– А почему ты решил, что я вообще жду? – обижено сказала она, что меня ещё больше порадовало.

– Ну Мира… – промурчал я. – Извини. Я не знал, чем мне без тебя заняться и сначала пошёл размяться на тренировочной площадке, а потом в лес. Каюсь, увлёкся… лесом. А потом смотрю, солнце уже вниз начало крениться. Рванул сюда, а здесь ты. Такая родная… – опустился я на колени зажимая её между ними и давая волю рукам, которые после общения с палками очень соскучились по общению с этим прекрасным телом. – Такая домашняя… такая тёплая… уютная… – запустил я руки ей под одежду. – Вкусная… – прокомментировал пробу её плечика. – Такая вся моя… я ооочень постараюсь загладить свою вину… ты не против?

Мира нагнулась вперёд, отдаляясь и выскальзывая из моих рук, но как оказалось, только чтобы убрать чай от огня и вернуться.

– Нет, не против, – сказала Миратэя полуразворачиваясь и давая возможность добраться до её губ. – Но только, ты уж постарайся.

Пфф… только ради этого и живу, глупышка моя. Это я подумал, но в слух уже ничего не сказал, так как был уже крайне занят своей восхитительной женой, которая от меня не только не сбегает, но и ждёт, и с радостью принимает активные извинения. Интересно, как её общение с родом прошло? Быстро она от них сбежала? Спрошу в следующий раз, как вспомню.

После моих извинений времени побыть вдвоём не осталось. Мы только и успели попить поостывший чай, как пора было идти на ужин. Прибыли где-то в середине, так что почти все охотники и мужчины были уже здесь. Ужин проходил спокойно, ко мне даже Аин не приставал, пока Мира ожидала наши порции. Единственное, когда мы только пришли, я заметил внимательные и любопытные взгляды от сборного рода Миратэи, и как моя жена, тоже их заметив, на несколько мгновений смутилась. Хм… об этом надо тоже спросить. Но покой кончился, вскоре как мы поели.

– Миратэя, надеюсь день в новом статусе прошёл для тебя хорошо? – спросил Ингар достаточно громко, чтобы на расстоянии Мира расслышала, а с ней и многие другие.

– Спасибо за беспокойство, – вежливо ответила она. – Более чем.

– Это радует! Значит из Рэйма вышел не плохой муж, – покивал Ингар, пока я пытался припомнить такие обращения к другим парам после брачного обряда, но безрезультатно.

– Я бы даже сказала прекрасный, чем не опозорил ни отца, ни племя, – улыбнулась моя жена, повторяя слова из обряда, и я почувствовал себя донельзя довольным.

– Хм… тогда радует это нас ещё больше. Кхм… Миратэя, мы, собственно, хотели тебя кое о чём попросить.

– Просите, – милостиво согласилась она, пока Ингар подбирал дальнейшие слова.

– Выйди, пожалуйста, в центр.

Мне это сразу не понравилось, но Миратэя немного подумав, выполнила просьбу.

– В общем, вчера утром ты сделала невероятное, отпугнув врагов, но с тех пор прошло почти два дня и многим начинает казаться, что нам показалось.

– Не хочу вас обидеть, но не коротка ли память, если вам и двух дней не понадобилось чтобы забыть. Чего вы хотите?

– Нам просто интересно… – поморщился Глава. – Мы просим тебя показать нам ещё раз своё умение. Ты ведь вчера обещала демонстрацию.

– Да. Вчера я говорила, что моей боеспособности ничего не повредит. Но если быть честной, я оказалась права не полностью. Продемонстрировать что-нибудь я-то могу, но вот совершенно не хочу. Сегодня, наверное, единственный день, когда я совсем не горю желание кого-либо бить.

– Так бить и не надо. Просто немного напомнить и показать что-то простое на каком-нибудь желающем из наших. Есть желающие опробовать свои силы?

Мира была удивлена тем, что её вообще не услышали. Ведь вежливо попросила оставить её сегодня в покое, чтобы не портить первый день счастливого замужества, но словно в пустоту сказала. А мне ещё и не нравилось очередное повышенное внимание к моей жене. Вчера думал, меня успокоит то, что она теперь мне принадлежит, но сейчас… тем более! С какого рожна все таращатся на МОЮ ЖЕНУ. Но, что самое интересное, повисла тишина и желающих видно не было.

– Аин, может ты? Как друг мужа Миратэи, да и, на сколько нам известно, её тоже.

– Э, нет… вот у меня проблем с памятью не возникает, я очень ясно помню вчерашнее утро. Нет уж, после вкусного ужина быть уроненным в пыль, мне совсем не хочется.

– Уважаемые Главы, я, признаться, не понимаю, зачем так торопиться? Завтра я планирую посетить тренировку и там вполне могу уронить всех желающих. А сейчас у меня нет желания тратить силы.

Пока она обращалась к Главам желающий всё-таки появился. Дарид, который метил на мою Миратэю, и который после взял Эрни, победив Аина, теперь видимо захотел и за счёт Миры, укрепить своё положение и репутацию в племени. Судя по уверенной походке и лицу, этот, не далёкого ума идиот, планирует победить. Даже где-то уже взял два посоха и один из них бросил Миратэе, когда она о нём ещё не знала. Гадёныш хотел, чтобы она его не поймала или выронила, так что оповестил её о своём присутствии, только в последний момент.

– Я хочу, – выкрикнул он больше для моей жены, так как остальные его видели.

Видели все, но никто не почесался предупредить. Все затаённо ждали, что будет дальше. Особенно женщины, девушки и дети, которые не видели, но уже наслышаны. Я тоже промолчал, но потому что, хоть и волновался, был уверен, что Мире точно ничего не грозит и она, либо категорически откажется, либо опустит этого глупца с небес на землю. Подружки её, вот, могли бы и побеспокоиться, но они тоже были поглощены неконтролируемым любопытством, и только у Фисы, наравне со мной, на лице читались уверенность и нетерпеливое желание увидеть ожидаемый результат.

Когда Миратэя, обернувшись в последний момент, просто подставила руку и спокойно сжала упавший в её ладонь посох, я, вероятно, слишком громко удовлетворённо хмыкнул. Мне так показалось. А Дарид недовольно поджал губы, из-за не сработавшего плана.

– Дарид, мне лестно, что ты считаешь меня достойной твоей силы, – сказала она вежливо, но еле заметная усмешка в голосе проскользнула: – Но почему бы не перенести на завтра?

– Сегодня интересней, Миратэя, – улыбнулся он.

– А мне кажется, наоборот. Быть побеждённым девушкой на тренировке, менее унизительно, чем на глазах у всего племени, – искала она аргументы не желая напрягаться.

– Слушайте, ну сказала же она вам, что завтра освежит вам память, – поднялся я, обращаясь к Главам. – Чего вам сегодня-то приспичило?

Но ни меня, ни её уже не слушали – Дарид пошёл в наступление. Миратэя мягко отступила назад от первого замаха, в бок от второго, прогнулась уходя от третьего выпада, который видимо он у неё вчера и подсмотрел. Было заметно что Дарид старается и пытается действовать быстро, но Мира каждый раз оказывалась в другом месте и отвечать не торопилась. Хорошо, что она как раз решила, что уже незачем скрывать свою специальную юбку и не связала её на все шесть верёвочек. Оставила половину, две с одной стороны и одну с другой, чтобы и не распахивалась сильно и движения меньше сковывала.

– Дарид, хватит, – спокойно, но настойчиво велела она, уходя от очередного замаха. – Я не хочу сегодня с тобой драться. Прекрати!

Дарид остановился и, казалось, прислушался, но потом снова начал махать своей палкой. Миратэя нахмурилась, скривилась недовольно и мне даже показалось выругалась одними губами. Быстро развязала и сдёрнула последнюю завязку с левого бедра, перехватила посох удобнее, увернулась от нескольких попыток её достать, крутанулась в бок, треснула его по рёбрам и пока он на это отвлёкся, крутанулась ещё раз, ушла вниз показывая свою восхитительную ножку, и с размаху ударила его сзади под колени. Сила удара была такая, что Дарид чуть ли не подлетел и жёстко грохнулся на спину рядом с медленно поднимающейся девушкой.

– Доволен? – поинтересовалась она, смотря сверху вниз на пытающегося вдохнуть соперника. – Думаю на этом мы закончим, – обратилась она к Главам и получив от них кивок, в тишине пошла ко мне.

А потом я даже среагировать не успел. Дарид, являясь полным идиотом, вернув возможность дышать, подскочил и напал со спины. Вот даже интересно, о чём он думал в этот момент, поступая так низко и подло? Скорее ни о чём вообще. Просто не мог принять свой полнейший проигрыш и сделал последнюю попытку.

Среагировать я не успел, но успел испугаться. Так себе ощущения, когда смотришь как на голову твоей жены, с огромной скоростью и силой, опускается древко посоха. И слава духам, что Мира, это Мира. Посох не долетел, ударившись о подставленный Миратэей. Фух…

Она среагировала спиной, не оборачиваясь подняла своё оружие, но не останавливая замах Дарида, а наискосок уводя его в сторону, вниз к земле и разворачиваясь добавляя ускорения. Когда он кончиком коснулся поверхности, она с силой наступила на него, заставляя нагнуться не среагировавшего и не отпустившего Дарида, а пока он падал за своим посохом, Миратэя крутанула в руках свой… как она это делает?.. и направила его торцевым ударом прямо в лицо противника. Мне совершенно не было его жалко, но она замерла. Её карающее оружие остановилось в нескольких песчинках от носа Дарида, который в шоке и лёгком испуге смотрел сначала на него, а потом на Миру.

– У тебя сломан нос, – в полной тишине оповестила Миратэя неудавшегося бойца. – Кровь хлещет ручьями, заливается в рот, и ты её сплёвываешь, чтобы не захлебнуться. В последствии нос разбухнет и посинеет, и ты ещё долго не сможешь им ни дышать, ни шевелить, ни коснуться его. Глаза опухнут следом и видеть нормально ты сможешь очень нескоро, – описала она, а потом повысила голос добавив негодования. – Я крайне не люблю, когда меня не слушают! И не люблю ещё больше, когда ослушиваются! Но сегодня у меня прекрасное настроение, по крайней мере было недавно, и в честь этого, я тебя, на первый раз, прощаю. Даже дарю здоровье, – поморщилась она на последней фразе, сошла с его посоха и убрала свой.

Хмыкнув, подошла ко мне, уже не такая спокойная и расслабленная. Вот и приспичило же им освежить свои головешки! И Дарид тот ещё козёл. Жаль Миратэя его пожалела, потому что мне сейчас, страсть как хотелось посмотреть на него с разбитой мордой, как она озвучила. Но это на втором плане. Больше мне хочется вернуть Мире покой.

– Я наелся и здесь мне больше делать нечего. Как считаешь?

– Так же… пошли домой, – протянула она свободную руку, я тут же сжал её ладошку, и мы всё в той же тишине двинулись в сторону дома, но Миратэя снова остановилась, посмотрела на отвернувшегося Дарида и бросила ему свой посох, как он ей в начале. – Дарид!.. – и так же позвала в последний момент, но этот гадёныш, естественно, не смог поймать так же эффектно и неловко принял его в свои объятия. – Им нужно научиться пользоваться и держать в руках, прежде чем начинать бездумно махать.

Отчитав Дарида она снова тронулась вперёд, я следом, обнимая её за плечи и прижимая к себе. В молчании, мы отошли от центра, и я решил разрядить обстановку.

– Не обижайся на него, – тихо начал я. – Дарид, конечно, полный придурок и жаль, что ты остановила свой посох, но не обижайся. Ни на кого, и на Глав тоже. Они… просто…

– Да я не обижаюсь, Рэйм, – усмехнулась она. – Я слегка расстроена принуждением меня к бою и недовольна непослушанием, но это мелочи. Вряд ли, когда я начну кого-нибудь учить, будет просто. Я это понимаю и ожидаю. Просто хотелось начать завтра, но чего уж теперь…

– То есть, всё в порядке?

– В полном.

– И мне не надо старательно возвращать твоё прекрасное настроение?

– Не надо, – улыбнулась она.

– Отлично! – обрадовался я. – Тогда ляжем спать и выспимся хорошенько перед утренней тренировкой.

– Подожди, – остановилась она и подозрительно на меня посмотрела. – А как конкретно ты собирался мне настроение поднимать?

– Ну… по плану: медленно, – начал перечислять я растягивая слова: – Долго, нежно, страстно… и может не один раз… но! Раз не надо, значит не надо!.. идём спать.

– Подожди-подожди… – остановила она мою попытку пойти дальше, встав передо мной и положив руки мне на грудь. – Я тут ещё раз хорошенько подумала и поняла, что всё-таки расстроилась значительно больше, чем казалось в начале.

– Точно? – недоверчиво нахмурился я.

– Точно… – тихо посмеялась она. – И чем дольше мы стоим, тем больше я расстраиваюсь.

– А тогда чего же мы стоим? – воскликнул я, подхватывая свою прелесть на руки и побежав.

Миратэя весело и тепло смеялась, обнимая меня за шею и целуя в щёчку. Влетев в дом, я повернул голову, ловя губами её следующий несостоявшийся поцелуйчик, опуская сразу на постель и нащупывая левое, свободное от юбки бедро. Миратэя, моя Мира, такая сильная и жёсткая в сражении, со мной сразу становилась мягкой и нежной. Принимая, откликаясь и возвращая обратно полную любви ласку.

Духи, и как я вообще жил столько без этого? Без всего этого… без любви, без чувств, без желаний, без Миратэи, без её обнимающих нежных рук, сильных прижимающих ног, без горящих синих глаз, без её сбивчивого дыхания, прикусанных губ, стонов, без заполнявшего меня счастья. Зачем всё остальное нужно, если нет этого?

Счастливые, я так точно и надеюсь Миратэя тоже, мы уснули после двух основательных подъёмов настроения. Между пришлось ещё сбегать на прогулку, но я настоял на том, что понесу Миру, так как категорически не желал выпускать её из рук и она не спорила. Только улыбалась, положив голову мне на плечо и нежно водила пальчиком по шее. Я бы и третьим разом закрепил, но она была такая мило-сонная, что решил отложить на утро.

Утром она снова пыталась ускользнуть из моих рук, но в этот раз я проснулся вовремя. Миратэя по привычке проснулась очень рано, на собственную тренировку, но я напомнил, что сегодня она идёт на общую, так что сейчас можно либо ещё поспать, либо прогуляться по вчерашнему маршруту. Остановились на втором варианте.

На реке я уже не пугался, когда её долго не было на поверхности воды, а потом мы ещё немного поплавали и несколько раз ныряли. В этот раз открывать глаза в воде было не так волнительно, благодаря чему и воздух получалось задержать на подольше.

После купания хотел повторить ещё кое-что из вчерашнего, но Миратэя воспротивилась. Сказала, что мы так сухой одежды не напасёмся и велела потерпеть до дома. А и правда! Надо будет в следующий раз прихватить с собой отдельную шкуру, тогда не отвертится. Мне ведь хотелось её именно мокрую, прохладную, только из реки, с мокрыми прилипающими к обнажённому телу волосами. Так… надо было хижину в лесу у реки строить… но уже поздно и теперь надо бы ускориться.

Дома накинулся сразу, без дополнительных вопросов. А что? Сказала дома? Мы дома. А я и в воде уже настроился, у реки продолжил, а пока бежал позади моей грациозной женщины, вскипел окончательно. Руки до снятия юбки даже не дошли, ограничившись открытием доступа к груди.

Закрепление хорошего настроения и себе, и жене прошло успешно, и после небольшой передышки и потребления приготовленного Мирой чая, мы выдвинулись на тренировку. Вот честно, с удовольствием бы и сегодня её пропустил и все последующие, занимаясь много более приятной физической нагрузкой, но Миратэя была непреклонна. Для неё тренировка была обязательной частью дня. Что не удивительно и правильно, особенно учитывая всегда неожиданную силу её тонких нежных ручек и милых изящных ножек.

Глава 4. Тренировочная

Не идти на тренировку! Ха! Хитренький какой… нет уж, тренировка, это единственное от чего я точно не готова отказаться, даже ради… прекрасных минут единения со своей половинкой. К тому же, моя хорошая физическая форма, по-моему, идёт на пользу этому процессу и помогает вжаться сильнее в объятия любимого мужчины. Правда мне всё равно мало! Может усложнить упражнения? В смысле на тренировке, а не…

Ой, ну неужели я уже совсем не могу ни о чём думать, кроме этого? Кто бы мог подумать, что мне так понравится быть женщиной? Так-так-так… настраиваемся… тренировка!.. а то мы уже почти на месте, а я словно дома осталась, как и предлагал Рэйм.

Прибыли первые, хотя, как по мне, не так уже и рано, но не успели мы разминаясь пробежать и один круг, как начали подтягиваться и другие. Меня ожидали здесь увидеть, и смотрели с интересом, и любопытством.

– Как думаешь, совсем они не готовы подчиняться женщине, или желание научиться пересилит?

– Не знаю, Мира. Может быть и так, и так. Кто-то может не готов, кто-то готов, кто-то решится глядя на других. Пока же, ты можешь начать с меня, – улыбнулся Рэйм. – Я точно не против учиться у мастера.

– Правда? – порадовалась я. – И что? Уже можно начинать?

– Можно, – хохотнул он.

– Только давай договоримся заранее, ты не обижаешься на критику от меня, как от учителя, а пытаешься её понять, принять и исправить. Хорошо?

– Хорошо, я постараюсь. Это даже замечательно, что теперь у меня будет аж две Миратэи: одна – мой учитель, а вторая – моя жена.

– Тогда уж три… – посмеялась я. – Ещё сестра по оружию и охоте.

– Три – это вообще замечательно, хотя братских чувств я к тебе точно не испытываю.

– Тогда могу быть другом… ладно, давай начнём и начнём с бега.

– А что с ним не так? – посмотрел он вниз на свои бегущие ноги.

– Старайся бежать мягче. Представь, что бежишь по лужам, а тебе нельзя шуметь и разбрызгивать воду.

– Вот так? – продемонстрировал он вполне хороший вариант.

– Ага…

– Я так бегаю на охоте, когда надо быстро и тихо передвигаться.

– Молодец! А теперь бегай так всегда. Это сложнее и утомительнее, я знаю. В том-то и смысл.

– Ладно, как скажешь, моя любимая мастер… то есть уважаемая жена… – посмеялся он и дальше бежал уже как я велела, по-охотничьи.

Мы всё бежали и бежали. Те, кто пришёл после нас давно набегались и занимались своими обычными неторопливыми приседаниями, отжиманиями и другим, искоса поглядывая на нас. Аин, который не так давно пришёл и уже тоже побегал, теперь весело наблюдал за нами, но не подходил. Главы тоже все подтянулись, видимо, чтобы ничего не пропустить. Рэйм начал уставать, или ему просто надоело однообразие. Я услышала два тихих вздоха и решила, что пора двигаться дальше.

– Ну всё, хватит на сегодня, – остановилась я.

– Всё? Я ещё не устал, – остановился он следом.

– Так это замечательно, потому что я имела в виду бег, – усмехнулась я и повела его в сторону. – Это мы только начали, мой любимый ученик.

А дальше я начала показывать упражнения, чтобы он повторял за мной. Не делай я всё вместе с ним, казалось бы, что просто издеваюсь, на фоне остальных, расслаблено разминающихся. Мы прыгали, наклонялись, отжимались, замирали, стояли. Рэйм очень скоро перестал даже вид делать, что рад и счастлив, но передышек я не давала, а он не просил. Я командовала и комментировала все свои и его действия, критикуя и поправляя.

– Когда мы стоим, это не значит отдыхаем. Стой ровно, всё должно быть напряжено. Ты – скала. Наклон, спина прямая. Руки поставили, отпрыгнули назад. Отжимаемся три раза. Стоп! Руки ближе, пальцы смотрят вперёд, локти прижаты к телу. Да, так. Раз, два, три. Опустились на середину, стоим. Низко ушёл, поднимись выше. Плечо должно идти ровно вдоль туловища, тело напряжено… – я поднялась, подошла и провела рукой по спине, пояснице и ниже, затем присела и коснулась живота. – Тут, тут, тут и тут. Всё прямое, натянутое и напряжённое, – вернулась на своё место и встала в то же положение. – Молодец! Поднялись, подпрыгнули к рукам, встали, коленом правой ноги касаемся левого локтя, и этой же ногой широкий шаг назад. Присели, правое колено прямое, левой ногой отступи чуть вперёд и сядь ниже, руки перед собой, стоим. Не забываем про заднее колено, макушкой тянемся вверх, плечи отведи сильнее назад. Молодец! Подшагнули обратно, ногу не ставим, снова касаемся коленом локтя, поставили. Стоим, вдох-выдох, нагнулись, про спину не забывай, она всегда должна быть прямая, руки поставили, отпрыгнули, ближе ставь руки говорю, отжимаемся: раз, два, три. Опустились, стоим, держим тело прямым. Подпрыгнули, поднялись, левое колено к правому локтю, шаг назад, опускаемся ниже, стоим. Хорошо! Ногу подтягиваем, пошло колено к локтю. Встали. Вдох-выдох. Заново…

В середине четвёртого повторения, пока мы стояли в приседе я обратила внимание на Аина, который метал копьё в столбик и не особо попадал. Просто потому, что такой цели не было. И несмотря на то, что он бездумно кидает палку, видно, что у него к этому просто-таки природная предрасположенность. Но он её не развивает. Вообще, он как-то особенно небрежен и нетороплив в разминке, а потом ещё в поединках побеждать хочет.

– Порядок запомнил? – посмотрела я на напряжённого мужа и получив кивок, встала. – Продолжай, я сейчас… пойду тебе напарника по мучениям найду, чтобы одному скучно не было.

Я шла не торопясь, внимательно следя за действиями Аина. В общем, его только направить нужно, а понимание «как?», «куда?» и «зачем?» летит копьё у него есть на уровне интуиции. Он меня заметил после второго броска и стоял ожидая приближения.

– Привет, Миратэя! – поздоровался он, небрежно облокачиваясь на древко копья.

– Привет-привет. Грустишь?

– Ммм… я нет. А тебе что, с Рэймом уже скучно?

– Нет. Он молодец, старается, – оглянулась я на усердно выполняющего моё задание мужа и любопытно на нас посматривающего, пока стоит. – Ты чем занимаешься?

– А не видно? – усмехнулся Аин. – Тренируюсь метать копьё. Я, знаешь ли, не просто так самый меткий в племени.

– Ааа… нет, не видно… что ты тренируешься… – усмехнулась я, сложив руки под грудью. – Со стороны казалось, что тебе лень тренироваться и ты решил убить время, тупо бросаясь палкой в бедный столб.

– Я не бросаюсь, тем более тупо, – посмеялся Аин, но в глубине души немного обиделся. – Может, ты просто не знаешь, как это выглядит?

– Может, – не стала спорить я и пошла к его цели, приглашая следовать за мной. – Я не хотела и не хочу тебя обидеть, Аин. Просто делюсь своим мнением и наблюдением. Ты правда хорошо метаешь копьё, – быстро подошла я к бревну и указала на него пальцем. —Нацарапай здесь крестик. Тебе дано это природой. Благодаря чему, ты интуитивно знаешь и понимаешь куда полетит копьё, если его бросить.

– Пойдёт? – спросил он, выполнив мою просьбу.

– Ага, – подтвердила я и пошла обратно. – И на охоте, когда тебе очень надо попасть в дичь, ты всегда попадаешь, так или иначе. Собираешься, кидаешь и попадаешь, в следствии чего думаешь, что ты очень меткий. А здесь просто напоминаешь об этом окружающим. Типа: «Я метаю копьё. Вы же не забыли, что я это лучше всех делаю? Поэтому и бегать мне много не нужно и остальное делать тоже», —закончила я, обернулась к Аину и бревну, от которого отошла подальше, и протянула руку предлагая передать мне его любимое орудие. – А правда в том, Аин, что тебе не хочется сильно напрягаться и тренировать тело. И копьё ты не метаешь в цель, а бросаешь в её сторону, – я махнула ладошкой в сторону, чтобы он отошёл, примерилась, размахнулась и отправила копьё в намеченный крестик, его от сюда видно не было, но копьё воткнулось в бревно где-то там, я удовлетворённо посмотрела на Аина, удивлённо взирающего на мой результат и закончила наставление. – А ещё в том, что этого недостаточно, для победы в поединке за понравившуюся девушку. И придётся тебе довольствоваться не тем, что хочется, а тем, за кого никто не станет бороться. И это при том, что тебе природой дано очень многое, на которое ты просто наплевал, – я похлопала хмурого Аина по плечу, которого расстроило упоминание его проигрыша из моих уст и махнув головой на бревно, со словами «тренируйся лучше», ушла обратно к Рэйму.

Он всё это время старательно всё выполнял и уже запыхался. Я подошла и внимательно следила за качеством исполнения.

– Ну как? – поинтересовался он.

– Прекрасно! Для первого раза замечательно. Заканчивай подход и останавливайся, – велела я, когда он сидел на правой ноге и, обрадовано закончив, поднялся.

– Для первого раза? – переспросил он. – Я же всё делал.

– Да. Ты молодец. Просто пока ты забываешь следить за каждой частью своего тела одновременно: то колено немного провиснет, то таз, то руки, но это придёт со временем. Отдохнул? Продолжим.

Мы начали прыгать, с каждым прыжком, то расставляя ноги в стороны, то собирая вместе, параллельно поднимая руки над головой и опуская.

– Мира… Привет, Рэйм, – послышался голос Аина сзади и с боку. – Мира, ты попала в крестик.

– Правда что ли? – «удивилась» я.

– Ты ещё и копьё метаешь? – проговорил Рэйм. – А ты хоть что-нибудь делать не умеешь?

– Сейчас даже не знаю. Раньше вот шить и стирать не умела, ещё готовить и, ах да, танцевать. Но последнее до сих пор под вопросом, а здесь, – кивнула я на копьё Аина: – Мне, должно быть, повезло.

– Угу… – неуверенно согласился Аин. – Слушай, я не хочу довольствоваться тем, за что не надо бороться. И не хочу проиграть в следующий раз, когда найду хорошую девушку. Время-то моё идёт…

– Похвальное желание, – поддержала я, не прекращая прыжки, но не смогла сдержать победную улыбку.

– Ты… Миратэя, ты меня научишь? – через силу выговорил он.

– Отдыхаем, – остановилась я разворачиваясь к просителю, и разрешая передохнуть Рэйму. – Я-то научу, но… учу я всему, а не только копьё метать. Чтобы научиться сражаться, и что важнее, побеждать, тебе придётся попотеть, и приучиться приходить на тренировку вовремя, а не как сегодня. Ты готов к трудностям? Готов слушать и выполнять всё что я скажу? Потому что, если нет, иди развлекайся со своей палкой дальше. Если же решишь стать достойным любой девушки, становись рядом с ним. Выбор только за тобой, – говорила я жёстко, совсем не по-дружески, а договорив повернулась обратно к Рэйму. – Передохнул? Дальше упражнение на скорость. Похоже на первое, но без остановок. Готов? Только сейчас в отжиманиях руки шире ставь, как обычно, а ладони должны будут смотреть немного друг на друга. Итак: присели, руки поставили, отпрыгнули, отжались, оттолкнулись руками, хлопнули в ладоши. Ноги прямые стоят на месте, руками подошли к стопам, поднялись, побежали на месте высоко поднимая колени. Бежим-бежим…

Аин решился. Поджав губы, он всё-таки обошёл меня и встав в двух шагах от Рэйма присоединился к бегу.

– Отлично. Заново. Присели, руки поставили, быстрее-быстрее, не тормозим… Аин, отжимаясь держи тело ровным, ты роняешь таз вниз. Ты сейчас не руки качаешь, работает всё тело…

В общем, я их так гоняла, пока не подошло время завтрака. Вспотели мы все не слабо, а мои мальчики так вообще, постоянно тёрли лоб, чтобы пот не лился в глаза.

– Всё, достаточно. Идём на месте, восстанавливаемых дыхание, – закончила я, когда первые мужчины уже сбежали на завтрак.

– Жесть… – было первое слово, которое сказал Аин. – Миратэя, ты изверг. И так каждый день? Я же сломаюсь…

– Ой… да ладно… – это уже Рэйм. – Под изюбрем ты тоже обещал сломаться. Не сломался же…

– Вот-вот… Аин, ты себя недооцениваешь. То, что на тебе не растут горы мышц, как у всех других, не делает тебя слабым, а при правильном подходе и тренировках, ты сможешь заткнуть за пояс любого. Я же это как-то делаю?

– Ну ладно… я и не говорю, что я слабый. Просто посетовал на не лёгкость упражнений. Откуда ты их вообще взяла? Жесть какая-то… хотя со стороны кажется проще-простого.

– Из головы и это действительно самое простое… – расхохоталась я, глядя на сжавших челюсти моих бедных учеников.

– Зато я понял, почему ты заранее попросила меня не обижаться, – поделился Рэйм. – Порой даже хотелось, когда ты ругалась, но я старался воспринимать всё как совет. Но если это только начало, дальше будет сложнее…

– Да ладно вам, – усмехнулась я, глядя в честные, горестные глаза Рэйма и поддерживающее кивание Аина. – Я же живая, не разваливаюсь… давайте лучше на завтрак, силы восстанавливать.

– И как завтракать таким потным? Вроде утро ещё, а кажется, что целый день под палящим солнцем бегал, – пожаловался Аин.

– Вон у вас вода стоит, – махнула я на большую бадью в стороне. – Туда только воду почаще надо будет приносить. Идите умойтесь и охладитесь.

Они вздохнули и пошли, словно я их не умыться отправила, а на новый круг занятий. На завтрак все уже убежали и Рэйм с Аином уйдя от меня подальше, о чём-то не громко переговаривались. Слов не слышала, но судя по настроению, они делились мыслями по поводу их тяжёлой судьбы. Дав немного времени меня обсудить, я присоединилась к ним и тоже слегка ополоснула лицо. Мальчики плескали воду большими порциями, в лицо и на шею, и на голову, но на голову было недостаточно, потому что вода не пробивалась сквозь волосы.

– О духи! Ну что вы как маленькие… – закатила я глаза, взяла рядом лежавшую плошку, из которой пили, повертела в руках, подумала, посмотрела на неё, на одну бадью с водой и на умывающихся. – Сюда надо ещё одну поставить, чтобы из одной пить, а в другой смывать пот. Ладно, это позже. Рэйм, наклонись, – он выполнил, и я вылила ему на голову пару плошек воды, он отряхнулся и встал, а я повернулась к Аину. – Следующий, – он замешкался, удивлено посмотрев на меня, потом глянул на Рэйма. Видимо это не очень принято, чтобы тебе чужая жена голову почти мыла. Но всё же он послушался, и я повторила тоже самое на нём.

– Мне начинать ревновать? – спросил мой муж.

– Если очень хочется, то пожалуйста, – усмехнулась я. – Только ты не забыл, что я сейчас твой и его учитель, а не только твоя жена?

– А тренировка кончилась, – сощурился Аин.

– Да? Когда это? – удивилась я.

– Ты сказала: «достаточно», и мы уже ничего не делаем, – напомнил Рэйм.

– Я сказала достаточно прыгать, а сейчас передышка перед окончанием. Тренировка же закончится только в центре поселения, на завтраке. А сейчас быстро, ноги в руки и побежали.

– Нееет… зачем бежать-то опять? – взмолился Аин.

– Затем, чтобы не было времени думать глупости.

– А я и не думал ничего такого… вот не мог помолчать?! – упрекнул Рэйма его напарник теперь не только по охоте.

Я их пристально осмотрела и побежала лёгкой трусцой к концу нашей первой тренировки. Нас там встретили заинтересованные взгляды. И под ними, когда мы добежали и я объявила, что ученики свободны, Рэйм больше не говоря ни слова ушёл на наше место, со вдохом полным удовольствия и радости падая в полу-лежачее состояние.

– Везёт ё-маё… ему завтрак принесут, а я сам бери, – пожаловался мне Аин.

– Вот женой обзаведёшься и тебе приносить начнут.

– Так это когда ещё будет?! – наиграно жалобно понурился он.

– Главное не очень скоро, а то я не успею тебя достаточно всему научить для победы. И желательно, чтобы на неё, раньше этого времени, никто прав не заявил, – поделилась я своими пожеланиями, параллельно пытаясь выяснить, есть ли у него кто на примете.

– Не заявит, – уверенно заявил он, затем сам удивился тому, что сказал, понял, что взболтнул лишнего и уточнил: – В смысле, я не знаю ещё, а значит мне и драться не за кого.

– Ну это понятно, – сделала я вид, что поверила и взяв первую порцию, передала Аину. – Иди отдыхай, а то тебе ещё на охоту.

Он взял, снова слегка мне удивившись и пошёл на место. Получив ещё две, пошла к мужу.

– Я тебя не сильно вымотала? – спросила я, ставя перед ним завтрак и присаживаясь рядом.

– Вымотала, конечно, но было время, когда я выматывал себя сильнее. Только я количеством брал, а ты интенсивностью и разнообразием.

– Хм… что за время такое? – заинтересовалась я, пережёвывая кусок мяса.

– Да так… не важно, – отмахнулся он.

– Нет уж… начал говорить, теперь рассказывай до конца, – настаивала я.

– Ну… давай дома, а сейчас просто поедим.

– Ладно… – задумчиво посмотрела я на своего, не менее задумчивого мужа и еле дождалась, когда он неторопливо доест. А затем, когда мы доберёмся до дома. – Ну?.. – напомнила я.

– Ну… что-то мне умывания недостаточно. Хочу в реку окунуться, – не ответил он, но внимательно и с хитринкой посмотрел на меня. – Присоединишься?

– Конечно. Я, вообще-то, тоже с вами бегала и прыгала, – согласилась я.

Рэйм удовлетворённо кивнул, видимо решив, что хитрость удалась и я потом забуду. Пошёл в закуток с вещами и вернулся оттуда со шкурой на плече.

«Это он её зачем взял?», – с подозрением подумала я, подавая мужу запрошенную ладошку.

До реки мы шли пешком, неторопливо прогуливаясь. Хорошо… даже немного жаль, что завтра уже на охоту. Кстати, надо обсудить этот вопрос ещё раз с Главами и спросить про вторую бадью с водой на тренировочную площадку.

Придя на нашу полянку, Рэйм первый скинул с себя всю одежду и с брызгами вбежал в реку, отплывая немного и блаженно постанывая, охлаждаясь и плескаясь в воде. Я по улыбалась, наблюдая за своим частично вернувшимся проказливым мужчиной, и раздевшись побежала к нему. Нырнула почти возле берега и подплывала к нему под водой, а он нырнул и улыбаясь следил за моим приближением. Добравшись, обняла сначала руками за шею, потом ногами за талию и улыбнувшись поцеловала. Через несколько мгновений, Рэйм вместе со мной всплыл на поверхность и придерживая меня одной рукой, не прерывая поцелуя, поплыл обратно к берегу. Затем так и вышел, со мной на себе, не глядя нащупал висевшую на ветке шкуру, бросил на землю, немного расправив, и уложил меня сверху.

– А я и не поняла, зачем ты её прихватил, – улыбалась я, глядя в улыбающиеся глаза и проводя рукой по волосам мужа, сгоняя воду.

– А я запомнил, что проблема была в её отсутствии.

Больше разговаривать было некогда. Какое-то время мы просто наслаждались друг другом, близостью друг друга, и любовью друг к другу. Да, шкура была принесена сюда совершенно оправдано.

– Так и всё-таки… – напомнила я, когда мы уже просто лежали и слушали птичек. – Что за времена такие, о которых ты упомянул, но рассказывать не хочешь? – Рэйм печально вздохнул, поняв, что ему меня отвлечь не удалось, хитренький какой. – Давай, давай… не томи уже.

– Ладно. Когда ты от меня сбежала я сильно расстраивался, и винил себя в том, что теперь точно тебя больше никогда не увижу. И чтобы об этом не думать, чтобы не оставалось сил на злость и раздражение, которые меня переполняли, я себя выматывал.

– А, это когда… – припомнила я и резко себя оборвала. – Я всю ночь пряталась… понятно. Хорошо, что то время прошло. И как долго это длилось?

Тьма! Что-то я слишком расслабилась. Мало того что уже использую в качестве ругательства слово, к произношению которого очень негативно отношусь, так ещё и чуть не выдала то, что точно не надо. Надо бы получше контролировать свой язык, а то как-нибудь ляпну: «А, это когда ты вокруг поселения круги наворачивал, пока ноги не отказали?». Потом хрен объясню, откуда знаю такую деталь. Лучше бы исключить тему прошлого из обсуждения вообще, а то, не дай Бог вырвется. Сейчас, правда, сама настояла, так что надо разговор поддержать, тем более что, в общем, интересно кое-что прояснить чтобы больше не возвращаться.

– Достаточно, но точно я уже не помню.

– Ммм… ну три дня, пять?.. – предположила я.

– Ну… – задумался он. – Вроде три-четыре рабочих захода. Потом, допустим в четвёртый свободны день, я наорал на мать, которая пыталась выяснить что со мной, расстроился ещё больше и решил искать другие пути успокоения.

– Это ты шестнадцать дней над собой издевался? Зачем? – была слегка удивлена и расстроена я.

– Я же сказал. Когда вернулся злой был, на себя и на всех. Бесили меня вопросы, шутки, люди, вот и старался ни с кем не общаться, а чтобы в свободное время не сидеть и не казнить себя, работал. По утрам тренировался, потом либо охотился, либо за материалами на дом бегал, либо строил… может просто бегал. Боялся, что, если устану недостаточно, ты мне сниться начнёшь, – я подняла голову с его плеча, чуть подползла и внимательно посмотрела на него, слушая: – Короче, я и потом-то отдыхать не начал, но остервенелое желание себя угробить немного успокоилось.

– А почему ты не хотел видеть меня во сне?

– Фу-ух… – выдохнул Рэйм, выдавая что ему не очень приятно и даже тяжело, мне это рассказывать. – Я ни не хотел, я боялся. Я же не знал, что именно приснится?! А… то выражение на твоём лице, перед тем как ты сбежала, я ни тогда, ни сейчас видеть не хочу.

– Такое страшное?

– Нет… – хохотнул он. – Такое глубоко разочарованное.

– А… наверное… – опустила я глаза, тоже ясно вспоминая те события. – А с чего ты решил, что обязательно будешь видеть меня во сне?

– Да вот решил и всё. Чего ты меня пытаешь? – простонал мой бедный муж. – Знаешь ли, это всё не очень приятно вспоминать, а тебе рассказывать, тем более.

– Знаю, – погладила я его по лбу и волосам. – Просто хотела, раз уж начали, обсудить всё и сразу. Чтобы больше не возвращаться. Ну так почему?

– Мира… ты мне понравилась с первого взгляда. И… ты меня будешь ненормальным считать.

– Ой… вот проблема-то… будто сейчас ты нормальный… как, впрочем, и я. Говори уже, а то мне теперь ещё любопытней стало.

– Пф-ф… – вздохнул он, убрал из-под головы свою руку, положил мне на спину и посмотрел наверх. – Ладно! В общем, в первый день после твоего исчезновения, после охоты и ужина, я не придумал ничего лучше, кроме как убегаться до полного изнеможения вокруг поселения. Бежал долго и на сколько мог быстро. Бежал, бежал и бежал, пока ноги не отказались мне подчиняться, и я не упал. Немного отдышавшись, сел, посмотрел на луну и в нескольких шагах от себя увидел тебя.

– Ты меня видел? То есть… как? Ну… – в крайней степени удивило меня это.

– Ну, в смысле, ты мне привиделась и когда моргнул ты пропала, но я понял, что твой образ будет преследовать меня всю жизнь. А я пока боялся, как уже говорил и решил не давать себе такой возможности.

– Понятно… – вздохнула я. – Мало хорошего тебе наше знакомство принесло.

– Мало хорошего? Мало хорошего?! – сначала удивился он, а потом рассмеялся. – Мира, может и не сразу, и не без проблем наше воссоединение состоялось, но ты самое, даже, я бы сказал, единственное хорошее, что со мной случилось. И ради этого… – нежно провёл он пальцами мне по плечу, по спине и так до поясницы. – Ради тебя здесь, сейчас, на моей груди, я готов вытерпеть всё что угодно, и это всё равно будут мелочи, по сравнению с полученным вознаграждением, – я улыбнулась, подтянувшись ещё выше поцеловала его, и снова удобно улеглась. – Ты знаешь, как-то даже слухи ходили, что я не женюсь не просто так, а потому что… ну… вот же… на фига я вообще начал?

– Ну теперь уж говори… – посмеялась я, тем более что догадалась про какие слухи он говорит, просветили уже.

– Ну… кхм… в общем, что я… кхм… по каким-то причинам, не могу быть с женщиной… как мужчина…

– Ооо… ну это точно только слухи… – посмеялась я.

– Теперь-то это понятно. И слух, наверное, всеми забудется, – улыбнувшись сказал мой муж, на что я подумала, что он должен не столько забыться, сколько замениться, уж я постаралась. – Но тогда и я так уже начал думать, – я на него удивлённо посмотрела, на что он фыркнул. – Ну а что? Меня правда ни капли не влекло к девушкам. Мне не хотелось с ними ни общаться, ни время проводить, ни смотреть и любоваться их танцами, ничего. И не сказать, что я от этого как-то страдал. Ну нет, и нет, и ладно. Подумаешь, глупость какая. Но так было только до того момента, как я встретил тебя. А потом: после первой встречи я резко передумал о ненужности жены и начал строить дом, после второй на меня впервые накатило желание обнять, поцеловать и коснуться конкретного женского тела. Я, наверное, потому и сорвался, что туго соображал и не понимал, что происходит, – надо же, значит не одна я впервые в жизни столкнулась и пыталась разобраться с новыми ощущениями. – А после третьей… я тебя не ждал. Совсем не ждал ещё раз увидеть и услышать, и ни тогда, ни сейчас не знаю, откуда взялась эта убийственная идея тебя поцеловать. Знал, что закапываю себя со всеми потрохами, но не мог не попробовать и отказаться. И вот то чувство, когда я уходил, и ушёл, и последующие, не знаю сколько дней, я бы повторять не хотел, – я лежала на Рэйме, смотря в бок, слушая его биение сердца и тоже не хотела всё это повторять, ни для него, ни для себя. – И я всё ещё казню себя за то, что не могу не радоваться тому, что с тобой случилось. Ведь иначе, ты никогда бы не вернулась в мою жизнь.

– Не правда… – прошептала я и подняла голову, чтобы сказать это в глаза своему любимому человеку. – Это никак не связанно. Я бы всё равно пришла.

– Правда? – погладил он меня по щеке, и было видно, что рад это слышать, но не верит.

– Абсолютная.

– Мира, раз уж у нас такой откровенный разговор, может… может ты тоже поделишься?

– Чем? – спросила я без энтузиазма, но сама ведь решила закрыть максимальное число вопросов. – Что ты хочешь знать?

– Да, в общем, всё. Я хочу всё о тебе знать, но хотя бы… когда я тебе начал нравиться?

– Ох… это, наверное, самый сложный вопрос. Не знаю, как и определить…

– Ну… может вспомнишь, что на это повлияло.

– Что повлияло? Ты думаешь, это могло произойти только здесь? Не веришь, что я и так пришла бы? – я вздохнула, понимая, что рассказать мне нужно не меньше мужа, скатилась с него, улеглась на спину рядом, головой на предоставленное им плечо и смотря в проглядывающее небо сквозь кроны деревьев, начала пытаться объяснить. – Я и сама не знаю в какой момент это произошло. Сначала, мне просто хотелось быстрее от тебя сбежать, но не выказывая при этом волнения и нервозности, так что пришлось спокойно стоять и дожидаться окончания заката. После, мне почти удалось уйти, но как мы помним, день у тебя был не самый удачный и мне стало жаль оставлять тебя там одного. Мало ли что с тобой случится, а я потом переживать буду, что могла помочь, но не помогла. Потом мы шли, а я всё думала, как бы побыстрее всё-таки сбежать, но ты начал со мной говорить, поделился своими мыслями и я, зачем-то, решила поддержать и высказать свои. Такой ты удивлённо-шокированный был, что мне даже весело стало и нервозность немного улеглась. Но я всё равно была намерена уйти, а ты меня ещё и бессовестно за руку схватил, на что я чуть не среагировала раньше, чем подумала, что не очень правильно сначала ногу лечить, а потом калечить руку. И ты меня отпустил. И тогда я, совершенно не знаю как, почему и зачем, пообещала прийти ещё раз. Не хотела, не собиралась, мечтала быстрее смыться, но всё равно дала слово, – Рэйм пошевелился, пытаясь повернуться на бок, чтобы видеть меня, и я подняла голову освобождая его для удобства. – И приходить потом не хотела. Думала, не умру, если один раз не выполню, но пришла. И… я никогда в жизни больше так не смеялась. Ни до, ни после. В лесу снова стремилась сбежать и уйти, зачем-то пытаясь тебе это объяснить, вместо того чтобы просто сделать. А затем.… ты сделал то, что сделал. Я ещё очень долго ощущала твою ладонь на предплечье, словно ожог. И на губах тоже. И я наконец скрылась. От тебя, от своей же нерешительности, от всего этого странного и непонятного…

– А что значило: «Зачем? Что ты наделал?». Особенно вторая часть, – уточнил муж, внимательно смотря мне в глаза, положив голову на подставленную руку, второй обнимая меня за талию и теребя волосы, которыми я прикрылась.

– То и значит. Что непонятного?

– Нет, фраза сама по себе ясна, но она не подходит к ситуации. По-моему. Я скорее ожидал: «Как ты мог?» или «Как посмел?», а ты сказала так, будто я что-то сломал, разбил, нарушил, что обратно не собрать и не исправить.

– Видишь, всё ты прекрасно понял, что имелось в виду… – усмехнулась я одними губами.

– Ммм… нет, – сощурился он не соглашаясь.

– Рэйм, что ты не понимаешь? То, что сломал меня? Разбил мою устоявшуюся жизнь? Или нарушил сложившийся, словно русло реки, ход мыслей? Хотя, наверное, правда не понимаешь… Рэйм, я боец, и одним этим словом можно описать всю мою жизнь. Сколько себя помню я тренировалась, сражалась, училась и развивалась только в этом направлении. Руководила, в том числе и мужчинами, совершенно не воспринимая их таковыми, и не разделяя людей по половому признаку. Мужчина-женщина, для меня было без разницы и относилось это, в том числе, ко мне. Себя я девушкой тоже не воспринимала. Тренироваться, бороться, следить, охранять и иногда смотреть на солнце с облаками, единственное что меня волновало. Я знаю ещё много чего и обо всем, знаю, что и как нужно делать, слышала краем уха, да и отец вложил в меня всё, что мог, а мог он очень немало, но я никогда этим не пользовалась. У меня не было ни капли женского воспитания, как сказала Каяна, и она права. И вот это, нечто среднее, ты поцеловал, нарушив всю конструкцию мировоззрения у меня в голове. Я потеряла покой и спасалась работой, но полностью отвлечься не получалось. И я знаю, что ты долго снова ходил на ту скалу. Я видела, но боялась подойти.

– Ты же ничего не боишься.

– Да, почти ничего. И тогда я думала, что это «почти» ещё меньше, а не подхожу я, потому что сказала, что не приду. Но приходила и наблюдала издалека, злясь, что ты занимаешься пустой тратой времени и за одно мне покоя не даёшь. Спустя некоторое время решилась подойти и потребовать прекратить. Сам знаешь, к чему это привело.

– Да уж… если честно, не ожидал что получится тебя поймать и уговорить.

– Если уж честно, то и не получилось бы, если бы я не позволила, – погладила я его по шее и груди. – Но я, опять же, не могу объяснить, зачем это сделала. Не хотела, боялась, опасалась, но поддалась желанию попробовать ещё раз. Напоследок. Успокаивая себя тем, что это только для того, чтобы убедиться – это глупость и я зря так распереживалась. Убедилась. В обратном. И то, что до этого было слегка нарушено, разлетелось в дребезги окончательно и восстановлению больше не подлежало. Но и смириться с этим я сразу не могла, поэтому пришлось напомнить тебе о твоём обещании. Ждала, когда же ты уйдёшь, страстно желая, чтобы ты не сдержал данное слово. Но ты ушёл, а я осталась и провела там всю ночь. По-моему, так и не шевельнувшись.

– Мира, если бы я знал, что можно не уходить…

– Нет, Рэйм… не надо. Я, конечно, не хотела, чтобы ты уходил, но и не знаю, как отреагировала бы, выполни ты моё не высказанное желание. С адекватностью проблемы не только у тебя начались. Но время шло… я думала, страдала от непонимания, а потом, Нечто, открыло мне глаза, и я наконец поняла, что со мной. Я любила тебя. Уже любила. Только появление новой проблемы, что мне теперь с этим пониманием делать, счастья не прибавило. Я обратилась с этим вопросом к отцу и он, прекрасно видя и зная, что я не в себе, выслушал и сказал, что решать мне, – я почувствовала, что на глазах собираются слёзы от пришедшей печали и грусти по отцу и братьям с сёстрами, но они ведь всё равно и сейчас со мной. – Что он поддержит любое моё решение и любое будет, по-своему, правильным. Но чего я хочу, решать только мне. И я решила. Так что да, я бы в любом случае пришла, даже не случись со мной того, что случилось. И я знала куда идти. Прекрасно знала, где находится ваше поселение, просто, после происшествия было не просто собрать мысли в кучу и конечный путь мне правда указали ваши костры.

– Мира… – прошептал Рэйм роняя своё лицо мне в изгиб шеи и плеча, падая на меня и обнимая. – Спасибо.

– За что? – медленно дышала я, пытаясь высушить глаза и обнимая его.

– За то, что рассказала. Что любишь меня, не понятно за что. Что ты здесь не потому, что у тебя не было выбора. Спасибо!

Последнее он сказал на вдохе, начал целовать шею, просто невероятно нежно и аккуратно, медленно перебираясь к губам. И тогда я увидела его глаза. Они сияли так ярко, так светло и так счастливо, что с лёгкостью затмевали собой и солнце, и луну, и все звёзды разом. И всё было очень нежным. И лёгкие поцелуи, и касания пальцев груди, живота, бёдер… даже вжатие паха в моё бедро умудрялось быть трепетным. Рэйм снова, помимо поглаживаний начал шалить, хотя опять же нежно. И снова нашёл очень чувствительную точку между самым низом живота и тем, что всегда готово принять и соединиться с моим мужем. Но он не торопился, а я, балансируя на грани между собой разумной и собой утонувшей в удовольствии, думала о том, на сколько же это теперь кажется правильным и прекрасным. И я решила, поделиться своими мыслями с мужем, когда он уже перекатился на меня, устроился поудобней, но ещё не проник.

– Даже удивительно, на сколько я оказалась глупой, – сказала, глядя ему в тёмные, жаждущие, но внимательные глаза, заставляя остановиться и ждать, что же я решила такое сообщить в самый интересный момент. – Притом, что всегда считала себя очень умной и даже мудрой, но… сначала я бежала от твоего внимания и поцелуев, пока ты не поцеловал. Потом оттягивала и опасалась брачного обряда, пока он не произошёл. А потом боялась стать полноценной женщиной, пока не поняла, что ты был прав с самого начала и это единственно верное развитие наших жизней. Словно я всю жизнь прожила не дыша. Мне говорили «вдохни – погибнешь», а я не знала как, и боялась. Но я вдохнула. Вчера ночью впервые и теперь не могу и не хочу прекращать. Я хочу дышать тобой, дышать с тобой. Хочу, чтобы ты это знал, – задохнулась я на середине последней фразы от мгновенного отклика на мой посыл ногами и заканчивала говорить уже теряясь в памяти и отрывисто выговаривая слова. – Уяснил на всю жизнь… и не смел… забывать.

Глава 5. Приноравливаемая

Моя Мира! Моя Миратэя! Теперь точно уясню на всю жизнь. Теперь я буду слышать эти слова, каждый раз, как буду ласкать и любить тебя. А шкуру эту здесь оставлю сушиться до следующего купания. Нравиться мне здесь, полянка словно стала нашим вторым домом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.