Надежда Ташлыкова
Александра. Неучебный год

1.

Саша открыла глаза. За окном было еще темно, она была жаворонком, любила рано вставать. «Тринадцатое февраля! Тринадцать лет! Мне исполнилось тринадцать лет». Она лежала в кровати, прокручивала в голове планы на день. Была запланирована кулинарная вечеринка. Придут девчонки. Будут готовить тирамису, молочный коктейль, играть в Свинтуса и Мафию, сходят покататься на горке. Девочка села на кровати. Под дверью уже горела полоска света. Мама всегда вставала раньше всех в семье, она была супер-жаворонком, как шутил папа. Девочка улыбнулась, встала, потянулась и пошла за поздравлениями.

– Доброе утро моя хорошая. С днем рождения, – мама подошла, обняла дочь, чмокнула ее в щеку.

– Спасибо, мам.

– Я тут еще раз посмотрела рецепт, мы мало купили творожного сыра. – Саша подошла и заглянула в список продуктов в маминых руках.

– Схожу в магазин, – пожала девочка плечами. Такие мелочи не могли сегодня испортить ей настроение.

Они уже позавтракали, когда на кухню вышел заспанный папа и попросил себе кофе.

– Выпью кофейку, проснусь и будем дарить подарки. Да, мамуля?!

– Давно пора было проснуться папуля, ребенок уже заждался. – Анна Андреевна не поддержала шутку мужа.

– Сдаюсь, готов отложить кофе и бегом поздравлять малышку. – Он вышел и вернулся, держа в руках небольшой прямоугольный подарок, упакованный в красную обертку.

– Это от нас с мамой. – Сергей Борисович вручил сюрприз. – Миссия выполнена, теперь-то я заслужил кофе?

Саша тут же за кухонным столом вскрыла упаковку. Родители подарили ей новый телефон.

– Спасибо, спасибо, ну наконец-то, – радовалась девочка.

После завтрака Саша отправилась в ванную. Придирчиво разглядывала свое отражение в зеркале. Похожа скорее на маму, чем на папу. Каштановые прямые средней длины волосы, карие глаза, слегка вздернутый нос. Брови, рот, щеки, уши, все в ней было среднестатистическим. «Не уродина, но и не огонь», – сама себя оценила Саша. «Слава Богу, прыщей нет, – она погладила свой чистый лоб. – А то бы уже давно пришлось отпустить челку».

«Надеюсь, четырнадцатый год будет богат сюрпризами, а не прыщами». Александра собрала волосы в хвост, умылась и пошла одеваться.

В магазин отправились с папой. Сергей Борисович обещал дочери настроить телефон, поставить нужные программки, скачать игры. Он шутил, каламбурил, Саша смеялась. По ее ощущениям это был самый счастливый день за последний месяц.

Купили творожный сыр, фрукты, набрали всякой всячины.

– Пап, на следующее мой день рожденья давайте махнем на турбазу, покатаемся на лыжах, тюбингах, – выкладывая продукты на ленту, предложила Саша.

– Какие лыжи, дочь?! Следующий твой день рожденье мы уже будет праздновать в Волгограде.

– Ты вообще о чем? Какой Волгоград? – Пакет с мандаринами, выпав у нее из рук, ударился об пол и лопнул. Оранжевые веселые мячики, подпрыгивая, раскатились в разные стороны.

Увидев округлившиеся глаза дочери и ее побледневшее лицо, Сергей Борисович понял, что разболтал лишнее.

– Мы тебе все с мамой расскажем дома, вечером, хорошо?! Или даже завтра? – Обладая от природы легким и добродушным нравом, трудные объяснения он предпочитал перекладывать на жену.

Сашку внезапная новость как будто оглушила. Она стояла рядом с кассой, молча наблюдала, как папа складывает покупки, прикладывает карточку к терминалу, берет пакеты, идет на выход.

«О каком переезде может идти речь? Здесь мой дом, моя школа. Пение. Волейбол. Бабушка с дедушкой». – Она мысленно перечисляла то, что в повседневности принималось неизменным и обыденным, но в свете переезда становилось родным, нужным, до боли необходимым. Тем, с чем она не хотела бы расставаться ни при каких обстоятельствах.

Оглянувшись, она увидела папу выходящим из магазина. Спохватилась, побежала догонять его.

– С чего вдруг мы должны переезжать? Когда? Почему Вы мне сразу не сказали? – Первый шок от новости отступил, из Саши один за другим сыпались вопросы.

Сергей Борисович объяснял, юлил, уходил от ответа, просил подождать до дома, прикрывался женой. Пока дошли, он почувствовал себя вымотанным вконец.

Дверь открыла Анна Андреевна. Отец с недовольным лицом шагнул ей навстречу. Мама удивленно попятилась.

– Вот, объясняй теперь ей, где она будет встречать свой следующий день рожденья, – он резко опустил пакеты с продуктами к ее ногам.

Веселые многострадальные мандаринки рыжими брызгами опять раскатились по всему коридору.

2.

Как себя чувствует человек, который вдруг узнает новость. Не очень плохую, но и не очень хорошую новость.

Они переезжают в другой город. Это плохо. Через три месяца. Это хорошо. Потому что не скоро. Саша успеет закончить шестой класс. Съездить со своей командой на краевые соревнования по волейболу. Спеть на отчетном концерте с ансамблем.

Но теперь в ней поселилось ожидание. Каждый день она просыпалась с мыслью о переезде. Отвечала на уроке, отбивала мяч, учила новую песню безрадостно, что ли. Увлекаясь делом на эмоциональном подъеме, она чувствовала счастье от результата своего дела, но тут же, сникнув, думала: «Это последний мой отбитый мяч в игре с командой». Или на нее накатывала щемящая грусть от расставания с преподавателем пения и девочками.

Александра стала нервной. Грубила маме, огрызалась в ответ на замечания отца. Твердые пятерки и четверки по итогам окончания второй четверти к концу третьей грозили превратиться в робкие четыре и твердые три. Настроения не добавляли появившиеся по всему дому коробки. Необходимость перебирать и упаковывать вещи окончательно выводила ее из себя.

Как гром среди ясного неба, прозвучала новость, что родители уедут раньше, не дожидаясь окончания учебного года своей дочери.

– Служебная необходимость, – разводил руками Сергей Борисович.

– Зато мы снимем квартиру, устроимся на новом месте и будем ждать тебя на всем готовеньком, – успокаивала Анна Андреевна.

Саша сначала расстроилась, но с отъездом родителей ей стало легче. К ней переехала бабушка – «Не отрывать же ребенка от школы». Пропали ненавистные коробки, каждый день напоминавшие о переезде. Обсуждать предстоящее стало не с кем.

«Они уехали, а до моего отъезда еще уйма времени», – решила девочка и постепенно успокоилась. Жизнь вошла в привычную колею. Разговаривая с мамой и папой по телефону, она улыбалась, делилась школьными новостями, хвасталась пятерками. По общему молчаливому согласию родители, бабушка и ребенок делали вид, что все осталось по-прежнему.

31 мая Александра с бабушкой организовали чаепитие в школе. Никто не хотел называть его прощальным, но настроение у виновницы встречи, одноклассников и учительницы говорило само за себя.

К концу часа Александра уже не могла сдерживать слез. На экране проектор показывал смонтированный мальчишками фильм. Мелькали лица, знакомые улыбки, первое сентября, походы, дискотеки…. В этих двадцати минутах ролика была вся ее школьная жизнь. Как она сложится на новом месте, сейчас сказать было сложно, а та, что оставалась, казалось ей самой радостной, веселой и счастливой. Этих моментов не омрачали даже всплывающие в памяти досадные школьные неприятности.

На память о классе ей подарили фотоальбом и открытку, на развороте которой каждый одноклассник написал доброе пожелание и расписался. Ярик подписал открытку от себя лично, очень теплые искренние слова – почти признался в любви. Но Саша, проявив удивительную разумность, не стала отвечать ему взаимностью. Она ведь уезжает, к чему эти чувства сейчас?

Весь вечер она перелистывала альбом, грустила, даже всплакнула в подушку.

Получив на память от своей команды волейбольный мяч с подписью каждого игрока, девочка решила не ходить на последнее занятие со своим ансамблем. Ей казалось, что еще одних проводов и теплых пожеланий она просто не выдержит. Позвонив руководителю коллектива и притворившись больной, она позорно избежала еще одного прощания.

Родители удивили ее еще раз, отложив переезд до августа.

– Да, конечно, я понимаю, – согласно кивала дочь слушая путанные и сбивчивые объяснения мамы, разговаривая с ней по видеозвонку. – Не переживайте за меня, мы с бабушкой отлично проведем время. Я буду очень скучать. – Отключившись, она подскочила к бабушке и, обняв ее, радостно сообщила: – Еще целых два месяца мы будем жить с тобой здесь, дома. Переезд откладывается.

3.

1 сентября Анна Андреевна и Саша подошли к школе. Девочка инстинктивно взяла маму за руку. Спохватилась: «Еще увидят. Засмеют». Высвободила свою ладонь. Мама с пониманием улыбнулась.

Погода была отличная, торжественную линейку проводили на улице. Саша осмотрелась, все классы стайками уже выстроились на своих местах, увидела табличку с надписью «7А».

– Ладно мам, я пошла.

Увидев, что мама замерла в нерешительности и не уходит, добавила:

– Давай, как договорились, я сама, ты иди домой.

– Я бы хотела тебя поддержать, – начала мама.

Саша нахмурилась, резко развернулась и вошла на территорию школы. По идеально прямой спине, по четкому шагу Анна Андреевна поняла, что лучше не спорить. Но уходить и не подумала. Отошла от ворот, встала неподалеку. Запретить постоять за школьной оградой, послушать песни своего детства, почувствовать торжественную и радостную атмосферу праздника 1 сентября ей никто не мог. Она рассматривала детей, здание школы, вдыхала трепетное волнение мамочек первоклассников и наблюдала показное равнодушие старшеклассников.

Саша подошла к ребятам, молча встала позади всех. Они не обратили на новенькую никакого внимания. Подошел классный руководитель, Иван Петрович, она уже познакомилась с ним, когда они с мамой подавали документы.

Девочка ему улыбнулась. Он лишь рассеянно ей кивнул и, призвав детей к тишине, занял свое место в первом ряду. Девочка растерялась – разве учитель не должен был представить ее остальным?! К тревожному ожиданию первой встречи добавилась обида и удивление. Саша судорожно вздохнула, борясь с набежавшими слезами и не ожидая уже ничего хорошего, молча отстояла линейку, опустив голову и разглядывая свои и чужие туфли.

По окончании торжественной части дети потянулись в школу на классный час. Саша, стараясь не упускать из виду знакомую фигуру классного руководителя, поплелась следом.

В класс вошла последняя, остановилась на пороге.

– Проходи, выбирай свободное место, – пригласил учитель.

– Знакомьтесь ребята, у нас новенькая – Горячева Александра.

Шум в классе мгновенно стих и под общее молчание она прошла к третьей парте в первом ряду.

– У тебя свободно? – спросила она у сероглазого мальчика с русыми волосами. Это место она заметила сразу, как вошла в класс. Щуплый, с прической бобриком, одинокий хозяин парты ей показался достаточно безобидным.

– Занимай на здоровье, – мальчик улыбнулся, убрал портфель со стула и сделал приглашающий жест рукой.

Саша заняла выбранное место, Иван Петрович начал классный час.

– Седьмой класс – это вам не шутки, до ОГЭ всего несколько шагов. – Учитель, расхаживая вдоль первых парт, скучным голосом давал установку на первую неделю, призывал забыть о лете и приступать к учебе.

Саша внимательно его разглядывала. Возраст около 40 лет, одет в мешковатые брюки и плохо выглаженную просторную рубашку, мятый пиджак явно от другого костюма он небрежно набросил на свой стул. Галстук отсутствовал. Светлые волнистые волосы обрамляли по кругу залысину на голове, он простуженно шмыгал крупным носом и толстыми пальцами-сосисками возвращал на место сползающие от ходьбы очки с замотанными белым пластырем дужками.

Девочка совсем сникла. Против ее предыдущей новенькой школы-лицея с огромным холлом, интерактивными обучающими досками и компьютерами в каждом классе и молодой классной в строгом синем костюме эта старенькая школа с облупленными партами, вышарканным линолеумом, черной доской с куском мела явно проигрывала. Еще и этот неопрятный учитель добавлял темные штрихи к грустной картине.

«Не школа красит человека», – подбодрила ее мама, когда они пришли в нее впервые.

Оставалось надеяться, что это именно так и будет.

Продиктовав расписание на завтра, Иван Петрович отпустил детей. Смеясь и весело переговариваясь, они мгновенно покинули класс. На новенькую по-прежнему никто не обратил внимание. Саша поднялась.

– Миша, будем знакомы, – ее сосед по парте задержался с намерением познакомиться.

Он был одного с ней роста, ее взгляд все время останавливался на его слегка оттопыренных ушах. Вместе вышли из школы. Миша расспрашивал, из какого города она переехала, почему, какая была школа. Если бы не его открытый заинтересованный взгляд, искренняя улыбка, Сашку бы разозлил подобный допрос.

Она увидела маму, попрощалась с новым знакомым и направилась к ней. В нескольких фразах рассказав про линейку, класс и выбранное место, все оставшееся время шла молча. Неприятный факт действительности необходимо было обдумать, принять и согласиться. Особенно трудно было согласиться. У Саши получалось плохо, все в ней протестовало.

4.

На следующий день, подходя к школе, Саша достала из кармана расписание уроков. Напротив каждого предмета были записаны цифры. Первый урок: русский язык – 2-2.

«Ну и куда идти»? Она остановилась повертела расписание в руках. Вчера она записала продиктованные учителем номера напротив предметов, не задумываясь, а сегодня не понимала, что это за цифры. Номер кабинета, это понятно, но куда идти – бог знает.

– Ищи то, не знаю что, – цедила сквозь зубы Саша, поднимаясь на второй этаж. Опоздала из-за этого на урок. Миша по-рыцарски взял над ней шефство и весь день водил ее по школе, показывал классы. Еще одним неприятным открытием было отсутствие знакомых букв М и Ж на дверях туалета. И определить, какая из двух одинаковых дверей, выкрашенных зеленой краской, ей нужна, было невозможно. Не караулить же переходя от одной двери к другой всю перемену. А спрашивать у Миши совсем неудобно. Решила терпеть до дома, но после третьего урока, дотронувшись до спины девочки, сидящей перед ней на второй парте, прошептала:

– Не подскажешь, где туалет?

– Запросто, – согласилась одноклассница, – меня, кстати, Настя зовут, тебя-то Ваня-Петя представил всем.

– Ваня-Петя? – переспросила Саша.

– Ну да, Иван Петрович, – Настя, состроила смешную гримасу.

Саше не очень понравились ее обесцвеченные пожелтевшие на концах волосы и запачканные рукава рубашки, но Настя очень мило улыбалась и предложила помощь, что она решила – каждый сам выбирает, как ему одеваться и красить волосы.

К обеду с помощью Миши девочка сообразила, как ориентироваться в школе, познакомилась с двумя девочками позади себя на четвертой парте —Олей и Катей – и Настиной соседкой по парте Альбиной.

Вся ситуация Сашу очень удивляла. Она помнила, как к ним в шестом классе в прошлой школе пришел новенький мальчик. Его представили, попросили рассказать о себе, с ним работал психолог, в первую неделю на переменах в класс приходил социальный педагог, знакомила его со всеми ребятами, учителями, вовлекала в процесс общения в классе. А здесь – Саша Горячева и тыдыщ в спину, дальше сама плыви, знакомься, адаптируйся. Хороша школа, ничего не скажешь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.