Елена Матеуш
Око Рора

С благодарностью за помощь Анне Ш.

Око Рора

Илурия смотрела в узкое окно кельи на сгущающуюся тьму, но не видела подступающую ночь. Как она умудрилась попасть сюда? Ведь всё могло быть иначе. Когда она отказала третьему жениху, выбранному для неё родителями, могла ведь не сразу заявлять отцу, что выйдет только за Джоя. Или хотя бы не спорить с ним дальше, доводя до ярости.

А так отец разозлился настолько, что пообещал отправить в монастырь Рора.

– Пусть тебя там научат покорности!

Илурия не сомневалась, что про эту горную обитель отцу нашептала мачеха. Уж очень ей хотелось убрать с дороги своих дочек красивую соперницу. В королевстве имелись и другие монастыри, куда отправляли непослушных дочек на перевоспитание, но только из «Ока Рора» девицы иногда не возвращались. И вовсе не потому, что становились монахинями. Нет! Они просто исчезали без следа, и никто больше не вспоминал о девушках.

Илурия не сомневалась, что потом, когда злость спала, отец пожалел о своих словах, но его характер не позволял ему отступить. Если бы Илурия попыталась разжалобить папеньку, притворилась, что готова стать послушной дочерью, он с облегчением отменил бы своё решение. Но Илурия слишком походила на отца, чтобы поступить так. И вот она здесь, в горах на краю королевства, в монастыре, куда редко забредают паломники.

Джой предлагал Илурии бежать и выйти за него замуж, но она не рискнула. Всё же возражения папеньки против Джоя в качестве жениха посеяли в душе Илурии сомнения. Нет, он вовсе не был охотником за приданым, каким его пытался представить отец. Готовность жениться на Илурии даже после ссоры с отцом доказывала это. И все остальные недостатки в глазах Илурии были столь же пусты. Недостаточно знатен? И что же? Зато красив и благороден. «Глупый слюнтяй»? Неправда! Джой умён, образован и добр. Просто непрактичен. Его совершенно не интересуют деньги. Куда больше – поэзия и искусство.

Илурия вздохнула. Обратной стороной нравящейся ей романтичности возлюбленного было неумение зарабатывать деньги. И тут Илурия вынуждено соглашалась с прогнозами отца. Если он не даст ей положенного приданого, то молодая семья быстро скатится в нищету. Этого девушке не хотелось. Потому и отказалась тогда бежать с Джоем. Надеялась, что пробудет в монастыре какое-то время, докажет отцу серьёзность своих чувств к Джою, и отец смягчится, простит её и вернёт домой.

Вот только здесь, в монастыре, Илурия узнала, что слухи о том, что девицы пропадают из обители, чистая правда. И в этом виновато Ока Рора, в честь которого назван монастырь. До прибытия сюда Илурия не отличалась особой набожностью и в тонкости обрядов, преданий и легенд не вникала. Думала, что Око Рора – это камень какой-нибудь или другой источник магии, который она даже не увидит. Обычно к таким местам Силы допускались только жрецы и жрицы, а принимать постриг Илурия не собиралась.

– Обойдусь без созерцания этого Ока, – сказала она послушнице, с которой разделяла келью, когда та первый раз заговорила с ней об этой особенности монастыря.

– Вряд ли тебе это удастся, – грустно улыбнулась Пола.

Эта молодая послушница была ровесницей Илурии и прожила в обители целый год. Через несколько недель ей предстояло вернуться к семье, и она торопилась посвятить понравившуюся ей Илурию в тонкости здешней жизни.

– Око Рора – это не камень, а что-то вроде большого зеркала, только чёрного и сотворённого самим богом, – увидев, как Илурия скептически усмехнулась, Пола поспешила пояснить. – Это правда! Ни один, даже самый искусный мастер-маг не сделает такого. Оно отражает не то, что перед ним, а разные места. Некоторые даже не в нашем мире. Через него Рор наблюдает за своими детьми и сотворёнными им мирами.

– Ты говоришь это так, словно сама видела.

– Конечно, видела. Иногда Око Рора смотрит на нас, и тогда зеркало превращается в дверь между мирами. Те демоны, за которыми мы наблюдали, в такие моменты могут увидеть нас и войти сюда. Иногда вход открывают наши жрецы, но очень редко. Говорят, уже век не появлялся жрец, способный сделать это и подчинить призванного демона. Но чаще Око Рора открывается само, и никто не знает, в какую ночь это произойдёт. Обязанность послушниц каждую ночь молиться возле него.

– Зачем? Разве молитва монахини не принесёт больше пользы?

Пола вздохнула и тихо продолжила:

– Дело не в молитве. Нас ставят туда совсем для другого. Если Око откроется и какой-нибудь демон захочет войти в наш мир, мы должны задержать его, пока жрецы не сумеют отправить его обратно или уничтожить.

– Как задержать? Ты шутишь?

– Отвлечь разговором, соблазнить. В общем, как получится.

– Каким разговором? Я не знаю язык демонов!

– Это чудо творит Око. Мы с прошедшими через Око понимаем друг друга.

– А про соблазнить – ты это серьёзно?

– Не сможешь соблазнить – сожрут. По-любому жрецы выгадают время, чтобы подготовиться.

Илурия в шоке смотрела на Полу, отказываясь верить.

– Ты пугаешь меня! Не верю! Этого не может быть! Как же ты выжила? Ты ведь пробыла здесь целый год, – обрадовалась Илурия, решив, что поймала Полу на лжи.

– Так Око открывается не каждую ночь. Иногда проходит год, а Рор не смотрит на нас. Мне вот не выпало такое. А девушка, что жила в этой келье до меня, пропала после ночи в зале с Оком.

– Как пропала?

– Так. Утром пришли, а её нет.

– Сожрали демоны?

– Вряд ли. Ни крови, никаких останков не нашли. Видно, демоны её к себе забрали. И так бывает.

– Почему же тебя сюда отправили? Вроде ты говорила, что тебя в семье любят. Тоже поссорилась с родителями?

– Нет. Я сама попросилась. Моя семья бедна, а говорят, что от демона можно получить, если понравишься, на память сокровище – артефакт или драгоценный камень. Если в камне нет магии, то его можно забрать с собой, а если есть, то его, как и артефакт, выкупает у послушницы монастырь за хорошие деньги. За очень хорошие деньги. Но не повезло. Или повезло? Око при мне ни разу не открылось.

Сама Пола благополучно через неделю отправилась домой, и такой исход её пребывания в обители очень обнадёжил Илурию. Побудет здесь тоже год, а за год отец точно успокоится и заберёт её отсюда. Да и в истории про демонов Илурия не до конца поверила. Вначале. Пока не погибла одна из послушниц. Никто за ней не приехал, и погибшую похоронили на кладбище при монастыре в закрытом гробу. Потом, спустя месяц, исчезла ещё одна девушка. Вечером вошла в зал с Оком, а утром из него так и не вышла.

Напуганная Илурия написала Джою, что согласна выйти за него замуж, если он сумеет вытащить её из монастыря. Она попросила отправить письмо одного из редких паломников, и даже не знала – получил ли его Джой. Ответа не было.

Несколько раз Илурии выпадало дежурить рядом с Оком, и она почти полюбила наблюдать картинки, мелькавшие на гладкой чёрной поверхности зеркала, висевшего прямо в воздухе в глубине арки.

Это и правда были какие-то другие миры. Оранжевые пески под слепящим голубым солнцем. Зелёный океан, по поверхности которого плыли огромные корабли-города. Странные, блестевшие стеклом скалы, между которыми кружили огромные металлические стрекозы. Иногда открываемые Оку пейзажи выглядели безлюдными, иногда просто кишели демонами.

Демоны тоже были разные. Одни ничем не отличались от жителей родного королевства, только наряды на них были странные. Другие походили на разумных зверей. Иные были столь прекрасны, что мысль об их соблазнении начинала казаться Илурии привлекательной. Зато следующие оказывались безобразными до отвращения.

Обычно Око начинало смотреть в час Алой Луны и закрывалось за час до рассвета. Илурия иногда даже начинала дремать к этому времени, устав наблюдать тихие картины. Что в эту ночь всё пройдёт не так спокойно она поняла, когда в чёрном зеркале вместо картинок вдруг заклубился туман, вырвался за пределы отполированной поверхности и заполнил пеленой арку.

Сердце Илурии забилось сильней от страха. Она взяла в руки подсвечник и подняла его повыше. Яркое пламя осветило статую Рора, сидевшего в нише рядом с Оком и с отеческой суровостью смотревшего на неё.

– Отец наш Рор, пощади неразумную дочь, – взмолилась Илурия. – Не посылай испытания мне не по силам!

Очень хотелось сбежать, но Рор смотрел на неё точно как батюшка, когда ждал от неё выполнения чего-то трудного, но такого, что обязательно надо сделать. Рор даже руку поднял в благословляющем жесте как её отец, и Илурия преодолела страх. Её долг – не дать демону войти в её мир или хотя бы задержать его. Кроме истончившегося барьера, ещё три препятствия отделяли пришельца от выхода в этот мир: камень горючий, вода текучая и юная послушница, чьё оружие лишь красота и ум.

Арка, где висело Око Рора, теперь затянутая звёздным туманом, превратилась в хрупкую границу, разделяющую миры. Видно было, что в этой туманной темноте кто-то движется. Хлюпанье воды отмечало каждый его шаг. Дрожащие огоньки свечей, что держала Илурия, отражались от поверхности Ока, показывая, что барьер пока ещё держится.

Силуэт демона приближался, проступая сквозь туман всё отчётливей. У Илурии чуть отлегло от сердца. Демон не казался могучим и грозным. Походил на юношу, почти подростка, в странной, непривычной одежде. Ни оружия, ни рогов на опущенной голове девушка не заметила. Может, он и так не сможет пройти через барьер? Но вот он поднял голову и посмотрел прямо на Илурию. Наклонился немного вперёд, и девушке стало ясно, что барьер он пройдёт без труда. Засветившись, тот расступился перед демоном, очертив белым светом то место, где тело демона уже перешло границу миров.

– Стой! Не спеши! – крикнула Илурия. – Вдруг наш мир для тебя опасен. Ты не такой, как мы.

Демон замер. Сиявшие голубым светом круглые глаза уставились на Илурию.

– Ха! И правда – Небесная Дева. А ты вовсе не такая красавица, как мне говорили, – хрипловатым немного мяукающим голосом произнёс он.

– Ну знаешь, ты тоже далеко не красавец, – не сдержалась задетая Илурия.

До сих пор от мужчин она слышала только комплименты своей внешности. И слышать насмешку от существа, смахивающего на страшного кота, ей показалось обидным.

– Хотя фигурка у тебя ничего так. И талия, и буфера – есть за что подержаться, – продолжил тот, не обращая внимания на слова девушки.

Илурия не совсем поняла, о чём он, но слова его не понравились, хотя, похоже, демон пытался сделать ей комплимент.

– Не надо за меня держаться! Не иди сюда. Это может кончиться плохо для тебя. Камень вспыхнет под ногой и спалит тебя, вода размоет и унесёт пепел, так что душа твоя не сможет никогда найти тело и повиснет на границе миров, не в силах её покинуть.

– Точно? Не врёшь? – глаза существа вспыхнули ярче.

Илурия с достоинством ответила:

– Не вру, – но потом честно добавила. – Так жрецы говорят. Говорят, что часть демонов сгорает, переходя барьер и ступая на этот камень.

– Ага! Часть всё-таки нет!

– Да, кому-то везёт. Хочешь попробовать?

Сердце Илурии ёкнуло. Как сейчас этот юный демон шагнёт сюда, перейдёт без труда небольшой бассейн с водой текучей, и тогда ей придётся его соблазнять, чтобы задержать. А ей, во-первых, не хочется. А во-вторых, она не уверена, что получится. Похоже, её внешность демона не особо впечатлила.

– Нет, не хочу. Вдруг и вправду сгорю? А мне надо вернуться.

На душе у девушки сразу отлегло. Соблазнение или, того хуже, пожирание её демоном, похоже, откладывается. От неожиданного облегчения захотелось петь и смеяться. Но это выглядело бы неуместно, поэтому она продолжила разговор с демоном.

– Зачем тогда приходил?

– На тебя посмотреть.

– Серьёзно? А откуда ты про меня знаешь?

– Кто же не знает про Небесных Дев, что встречают погибших воинов и дарят им ласки. А что есть такое место, где их, если повезёт, можно увидеть ещё до того, как умрёшь, мне рассказал один старик. Я ему не особо поверил, но всё же решил попробовать. Оказалось – он не соврал.

Демон замолчал, разглядывая Илурию, и та испугалась, что он может передумать. И его всё-таки придётся соблазнять. Но тот переступил с ноги на ногу и тихо произнёс:

– Не соврал и в том, что ради ваших ласк умирать не стоит. Лучше у себя девушку найти.

– Конечно, не стоит! – с энтузиазмом поддержала неведомого старика Илурия. – Зачем умирать? Жить всегда лучше.

Сейчас она особенно ясно понимала это.

– Может, и лучше, только иногда приходится умирать. Деньги очень нужны! Да что ты в этом можешь понимать, Небесная Дева?!

– Очень даже понимаю! Будь у меня свои деньги, я бы тоже здесь не оказалась, – вырвалось у Илурии.

– А зачем тебе деньги? – удивлённо спросил демон.

– Тогда бы я смогла выйти замуж за того, кого люблю, а не ждать тут не понять кого. А тебе зачем? И вообще, какая связь между смертью, деньгами и Небесными Девами?

До рассвета ещё было далеко, и Илурия решила, что лучше заполнить его разговором с демоном, чем чем-то другим.

– Не знал, что Небесные Девы тоже выходят замуж, – удивился тот и хмуро продолжил. – У меня сестра болеет. Может умереть. Чтобы вылечить, нужны деньги. Большие деньги. Мне столько никогда не заработать. А тут друг рассказал, что если завербоваться к … одним, и согласиться стать смертником, то они хорошо заплатят. Сестре на лечение хватит. И сам умрёшь не просто так, а за веру. Как герой! И после смерти тебя встретят прекрасные девы.

Голос демона звучал всё тише, а голова клонилась ниже.

– Ага! А с Девами вышла незадача. Я тебя разочаровала.

– Да, – криво усмехнулся демон, показав острые и длинные клыки. – Но умереть, похоже, придётся. Другого выхода всё равно нет. Я, пока искал деньги на лечение, серьёзным людям задолжал. Думал, повезёт, сорву куш и заплачу врачам. А в результате проигрался так, что меня всё равно за долги прикончат. Один выход – умереть за веру.

– Нет! Подожди, – Илурия вспомнила рассказ Полы. – Мы можем обменяться дарами.

– Если бы у меня имелось что-то ценное, то и проблем бы не было, – усмехнулся демон.

– Ты не понимаешь. То, что не ценится у тебя, может цениться у нас. И наоборот. Давай попробуем. Мы мало что теряем.

– Я-то точно ничего не теряю, – пожал плечами демон и кивнул, соглашаясь.

Илурия подошла по краю бассейна поближе к Оку, поставила подсвечник на выступ колоны и приподняла волосы.

– У меня есть серёжки. Они не очень дорогие. Мачеха все мои ценные украшения оставила дома. Сказала, что здесь они мне ни к чему, – щебетала Илурия, доставая из уха серьгу.

Затем вытянула руку в сторону барьера и спросила:

– Такое у вас что-нибудь стоит?

Демон переместился к её краю арки и внимательно всмотрелся в сверкающий камушек и изящное плетение золота.

– Думаю, да, стоит. И дорого. Хотя я не слишком хорошо разбираюсь в камнях.

– Тогда держи обе. Но вначале продай только одну, чтобы разобраться с ценой.

– Не боись! Не прогадаю! А тебе не жалко?

– Не волнуйся. Они у меня не последние. А когда отсюда выберусь, то и остальные у мачехи заберу.

Илурия сняла вторую серьгу и протянула уже обе. Тёмная рука демона проломила барьер и дрожащими пальцами осторожно взяла серёжки.

– Только у меня ничего такого нет, – смущённо сказал демон, спрятав добычу в карман брюк, – чтобы дать тебе на замену.

– Но что-то же есть. Покажи. Монета, нож или что-то ещё.

Демон похлопал себя по карманам:

– Так, ничего путёвого. Складной нож, – он доставал из карманов вещи и показывал их Илурии. – Зажигалка. Плеер. Мелочь

– Беру всё! Только объясни мне про зажигалку и плеер. Нож и монетки мне понятны.

– Зажигалка – это просто. Нажмёшь тут, и вспыхивает огонь. А плеер – это чтобы музыку слушать. Нажмёшь тут кнопочку, и он заиграет. Нажмёшь ещё раз – перестанет.

– Беру! – ещё раз решительно повторила Илурия и протянула руку.

Теперь в неё демон осторожно по очереди вкладывал свои дары. Когда обмен завершился, он сказал:

– Не обижайся, Небесная Дева, если мои подарки окажутся ерундой. Я отдаю их с чистым сердцем и благодарностью. А теперь я пойду. А то на электричку опоздаю.

Илурии показалось, что он спешит не из-за неведомой «электрички», а потому что боится – вдруг она передумает. Но ей тоже не терпелось получше рассмотреть полученное. К тому же кто знает, как может повернуть встречу Рор, если она затянется. А так она получила столько артефактов, что на скромную жизнь с Джоем ей точно хватит.

Демон оскалил зубы и сказал:

– Пока! Удачи тебе с женихом.

Илурия не сразу сообразила, что демон улыбается, и улыбнулась в ответ:

– Я тоже желаю тебе удачи и здоровья сестре. Прощай!

Демон помахал рукой, развернулся и растворился в звёздном тумане. Поверхность Ока вновь превратилась в матовое тёмное зеркало, отражающее сейчас бледную растерянную Илурию и свет свечей.

Илурия перебирала полученные дары и понимала, что больше никогда не войдёт в этот зал. Сегодня ей повезло, но следующая встреча с другим демоном может окончиться иначе. Утром она покажет пришедшим за ней жрицам полученные от демона артефакты. Даже если они были простыми вещами в том мире, то, пройдя барьер, изменились, впитав в себя магию межмирья. И она сумеет взять за эти редкости правильную цену. Папенька её научил. Попросит настоятельницу вызвать сюда Джоя, прямо здесь, в здешнем храме, обвенчается с ним, чтобы выйти из монастыря счастливой замужней дамой. И заживёт с любимым долго и счастливо.

Илурия посмотрела на сидящего в нише Рора и с чувством произнесла:

– Благодарю, милостивый Отец, за всё.

Ей показалось, что по каменным чертам тенью скользнула улыбка и рука с благословляющим жестом поднялась выше.

Муж в рюкзаке

Коридор заканчивался тупиком. Идти дальше невозможно. Видящая сказала: «Иди до конца, и встретишь судьбу». Луша нахмурилась. Неужели ЭТО её судьба?! Впрочем, с её-то везением ничего удивительного. Луша мрачно смотрела на крысу. Крыса настороженно смотрела на неё.

Бежать крысе было некуда. За спиной стена, пережившая когда-то не одну бомбёжку, и ни щёлки, ни двери рядом. Крыса стояла столбиком на задних лапах, сложив передние на тощем пузе, и не сводила с Луши синих бусинок глаз. Ждала момента, когда Луша моргнёт, отвлечётся, чтобы броситься на прорыв. Не на ту напала! Это только сестра обзывала Лушу клушей. Никто не знал, что за зверь – «клуша», но все понимали, что существо это было слабым, неловким и невезучим, раз не пережило Армагездец.

Да, Луша была не самой сильной девушкой в племени и точно самой невезучей. Но вот ловкости ей не занимать! Во всяком случае, её хватило, чтобы поймать рискнувшую рвануться вперёд крысу. Лёгкий удар шокером, и извивавшееся в тщетной попытке вырваться мускулистое тело обмякло.

Луша подняла бесчувственную крысу за хвост и внимательно осмотрела. Зверёк был тощим, но крупным. Никаких физических изъянов, язв или других признаков опасных болезней. Серая шерсть гладкая и блестящая. Хороший экземпляр. Луша тщательно упаковала крысу, чтобы та, очнувшись, не сбежала, и бросила добычу в рюкзак.

Если бы сегодня Луша охотилась за мясом для ужина, поход можно было бы считать удачным. Но шла-то она за другим! За суженым!

Сегодня, в ночь Красной Луны, дочь вождя должна привести в племя мужа. Нового мужчину, охотника и следопыта. Так гласит обычай. Никто по правилам не должен знать, в какую из башен отправит Видящая каждую из девушек на поиски жениха, но Луша подозревала, что все заинтересованные знали. Иначе как объяснить полное безлюдье в выделенном ей небоскрёбе?

Об её феноменальном невезении знали все окрестные племена, и связать с ней судьбу желающих не нашлось. Единственной живой душой оказалась эта крыса. Похоже, её сестра по невезению. Что же, придётся возвращаться с ней и терпеть насмешки. Луша вздохнула и подумала: «А может, это и к лучшему?». Замуж ей совершенно не хотелось. Предъявит крысу и ещё год останется свободной.

Не тут-то было! Не с её везеньем. Хотя Луша думала, что одного насмешливого торжества сестры хватит за глаза. Лура привела охотника из соседней башни. Джед не так давно прошёл обряд инициации, но про его удачливость и умения слышали многие. Он станет хорошим приобретением для племени и, может, сменит отца в роли вождя, когда придёт время. От Луры никто меньшего и не ждал.

А вот когда Луша вошла в конференц-зал одна-одинёшенька, в гуле голосов она не заметила удивления. Скорее облегчение. Одной невезучей Луши племени было достаточно. Все опасались, что приведённый ею жених станет источником больших несчастий.

– Ты вернулась одна, дочь моя? – голос вождя звучал строго, но дочери показалось, что в глазах отца она видит то же облегчение, что и у остальных.

Луша неловко пожала плечами, решив промолчать о крысе.

– Нет. Она не одна, – возразила Видящая, обратив на девушку белые слепые глаза. – У неё есть спутник. Я чувствую живую душу рядом с ней.

Тишина обрушилась на зал снежной лавиной. Люди замерли с открытыми ртами, словно им не хватало воздуха. Видящая никогда не ошибалась. Если она говорит, что дочь вождя пришла не одна, а они никого не видят, значит, с Лушей в зале появилось Нечто незнаемое. Может, даже Тварь из Тумана.

«Скрыть свой позор не удастся», – поняла Луша, скинула рюкзак с плеч, запустила в него руку.

Увидела, как побледнел отец, а в руке Джеда сверкнул нож, и поторопилась достать свою добычу. А то кто их знает – ещё прибьют её вместе с крысой, не дожидаясь пояснений.

– Вот! Это единственная живая душа, что мне там встретилась.

Очнувшаяся крыса запищала и принялась отчаянно извиваться, но Луша держала за хвост крепко. От поднявшегося хохота задрожали немногие оставшиеся хрустальные подвески в люстрах. Их нежный звон вторил смеху и взвизгам, раздававшимся в зале.

В поднявшемся шуме только Луша и услышала призыв Видящей:

– Подойди ко мне, девочка! Покажи мне свою судьбу.

Да, судьба у Луши явно не завидная. Вон как весело ухмыляются сестра со своим Джедом. Но куда деться! Луша поднялась по ступенькам на возвышение, где рядом с отцом сидела Видящая, и протянула к ней молча извивающуюся крысу. Видящая вытянула к ним руку, и крыса замерла, скованная волшебством жрицы.

– Этот крыс хороший охотник и следопыт. Ты встретила его в ночь Красной Луны. Значит, это твоя судьба, – неожиданно для Луши сказала Видящая. – Он станет ценным приобретением для племени. Я связываю ваши судьбы. С этой ночи он твой муж.

С вытянутых пальцев жрицы потянулась к ним зелёная нить магии. Крыс тихонько взвизгнул, а Луша почувствовала, как обожгло запястье. Она поняла, что у неё на руке появился узор брачного браслета.

– Можешь отпустить Крыса. Теперь он не убежит от тебя. Вы будете неразлучны до самой смерти одного из вас.

Луша наклонилась поставить мужа на землю и заметила, как довольно улыбнулся отец. Самой же Луше хотелось плакать.

****

Отсюда, с высоты крыши, укрытый ночной мглой город, сияющий разноцветьем огней, казался волшебным, праздничным местом. Темнота скрывала раны, что получил Город в Армагездец. Умные дома восстановили пробоины в стенах, затянули прозрачным пластиком выбитые проёмы окон. Заложенный предками запас прочности позволил загадочным «станциям» продолжать вырабатывать нужную для жизни механизмов магическую энергию.

Луша с детства любила подниматься ночью сюда и смотреть на сияющие огни. Их мерцающий свет обещал счастье. Темнота прятала ядовитый туман, укрывавший землю, а опасные твари, прячущиеся в нём, и днём-то не были видны с высоты.

Скоро ей придётся столкнуться с ними. Она должна выполнить задание вождя!

– Да, Крыс, иногда плохо быть лучшими, – Луша погладила между ушек сидевшего у неё на коленях напарника.

Год назад, когда Видящая соединила её с Крысом, Луша не могла подумать, что всё повернётся так и невезучая Луша-клуша станет лучшим разведчиком племени. Точнее, их пара. Её муж, как и говорила Видящая, стал ценным приобретением для рода. Он проникал туда, куда не мог пройти человек. Чувствовал опасность за версту и предупреждал о ней Лушу. Это благодаря ему она смогла отыскать тайный сад соседнего племени и вынести оттуда несколько ростков и ягод.

У племени тоже была небольшая оранжерея, но без обновления растения вырождались и почти не плодоносили. Теперь жрица говорит, что привой прижился, семена из ягод проросли и уже через год все почувствуют результат Лушиной вылазки. А добытые ими водоросли уже пополнили рацион малышей.

На аквариумы она случайно наткнулась, когда они с Крысом исследовали Голубую Башню. В ней, считалось, никто из людей не жил из-за того, что герметичность первого этажа давным-давно разрушилась и ядовитый туман заполнял не только его, но и ещё несколько уровней выше и ниже. Говорили, что из-за этого там поселились перерожденцы, которые охотились на людей, быстро поднимаясь на лифтах на верхние, не отравленные этажи.

К тому же пары тумана из-за вентиляционной системы проникали во все помещения Башни, и те, кто пытался жить там, со временем тоже превращались в перерожденцев.

Лушу отправили проверить, что такого ценного есть в Башне, ради чего племя из соседнего небоскрёба, невзирая на опасности, постоянно ходит туда. Без Крыса Луша могла долго бродить по заброшенной башне в поисках нужного. Но напарник легко взял след и быстро вывел её к нужному месту.

Что это оно, Луша догадалась сразу. В больших аквариумах было зелено от водорослей, среди которых плавали рыбы и ползали улитки. Луша оценила мудрость вождя у соседей. Он не стал вычерпывать всё сразу, а отправлял людей снимать урожай понемногу, сохраняя припас на долгие годы. Не то что их предки! На территории Лушиного племени, как раз рядом с конференц-залом, стояли такие же аквариумы. Умный механизм дома пополнял их водой. В них так же булькали пузырьки воздуха, светили маленькие лампы. Вот только ни рыб, ни водорослей никогда не было. Все считали, что это такой запас воды на непредвиденный случай. А оказалось вон что!

Донести в целости добытые Лушей образцы было трудней всего. Но Луша справилась! Проще всего оказалось развести водоросли. А вот с живностью Видящая сказала, что без прежних хозяев не справиться. Неизвестно, что вождь пообещал соседям, но вскоре в племени появилась тихая хромая девушка, взявшаяся ухаживать за новыми обитателями аквариумов.

Луша вздохнула, вспомнив о ней. Женщины говорили, что охромела та после нападения на неё Твари из Тумана. В своём племени она стала бесполезным ртом. Ведь ни охотиться, ни добраться до Голубой Башни девушка после этого не могла. Рожать ей тоже никто не даст. Неизвестно, каким будет дитя у матери, отравленной Тварью. Если такое случится с Лушей, то её тоже выменяют на что-то ценное у соседей. Никто же не станет есть своего.

Этой хромоножке повезло. Она может послужить племени Луши своими знаниями об использовании аквариумов. А вот Луша никакими редкими умениями не обладает. И если в предстоящем походе её покусает Тварь, то никто не станет её выхаживать. Луша боялась.

– Никогда не заходила на нижний уровень, – позволила себе признаться в страхе Луша, продолжая гладить по тёплой шёрстке млевшего крыса. – Как думаешь, справимся?

Крыс встрепенулся и пискнул в ответ. Луше нравилось с ним разговаривать. Можно говорить всё что угодно и не бояться, что тебя засмеют. Раньше Луша так говорила с трубой на крыше. Но Крыс был куда лучшим собеседником. Он понимал! Его синие глазки всегда так выразительно смотрели на неё. К тому же он отвечал писком, если считал нужным. Вот сейчас он явно хотел подбодрить напарницу.

– Прорвёмся! – словно хотел пропищать крыс.

Луша снова вгляделась в сияющие огнями башни города. Она знала, что их мир умирает. Все знали. Запас заложенной предками в Башни прочности подходил к концу. Даже на памяти девушки сияющий светом круг зданий становился всё уже. То там, то там в зданиях гасли окна. Механизм Башен начинал экономить энергию, отключая от систем обеспечения часть помещений. Мест, где люди могли выращивать еду, становилось всё меньше, а ядовитых тварей всё больше. И справиться с ними без запасов, оставшихся от тех, кто жил до катастрофы, люди не смогут.

Лекарства, инструменты, одежда – всё это никто не умел делать. Как ни бережно обращались с ними, но рано или поздно инструменты ломались, одежда изнашивалась, лекарства подходили к концу. Искать их – главная задача следопытов. Всё, что находилось в безопасной зоне, давно разведано и найдено. В нижние этажи рисковали идти, только если знали точно, где находится склад. Почему-то большая часть «магазинов» с сокровищами находилась на первых этажах, заполненных туманом. Часть из них разграбили ещё в дни катастрофы, поэтому рисковать без уверенности в успехе мало кто решался.

Месяц назад Луша среди прочей добычи принесла отцу «плашку». Эти плоские гибкие пластины были занятными штуками. Стоило их подпитать от Башни, и тёмная поверхность начинала светиться, появлялось изображение и звук. Никогда не угадаешь, что там окажется – какая-то непонятная ерунда или фрагмент утраченных Знаний. Лушина находка оказалась полезной. Девушка милым голоском зазывала посетить магазин и расписывала сокровища, что в нём хранятся. Но самое ценное было то, что кроме картинок с девушкой и сокровищами, плашка показывала карту города и здание, где находится нужное место.

Несколько недель ушло на то, чтобы связать старую карту с нынешним городом. И теперь Луше с Крысом предстояло отправиться туда, проверить – сохранилось ли там хоть что-то из показанных на плашке сокровищ.

Отец жалел Лушу, но, как вождь, должен был отправить на поиски лучших. А лучшими разведчиками племени после ночи Красной Луны стала Луша с напарником.

****

Полумрак, царивший на этом уровне, раздражал. Светильники горели тускло и не все. Огромные окна от пола до потолка не особо добавляли света. Стекла покрылись мутным налётом, но это было только к лучшему. Зрелище зелёного клубящегося тумана за ними и теней, скользивших в нём, пугало. Муть на окнах создавала хоть какой-то зримый барьер между помещением и этим жутким туманом.

До сих пор Луша ни разу не спускалась на нижний уровень даже родной Башни. А это здание и Башней не назовёшь. Каких-то жалких четырнадцать этажей. Хорошо хоть к нему были протянуты пути. Крыша здания использовалась соседними Башнями как удобный перевалочный пункт. К тому же на ней росла небольшая рощица из искривлённых деревьев и кустов. Деревья особой ценности не представляли – никаких съедобных плодов на них не росло. Так, какие-то летучие семена. Но соседние племена рощей дорожили. Приводили сюда своих детёнышей, чтобы те знали, как выглядят настоящие деревья.

Крысу там тоже понравилось. Пока Луша пряталась под кустами, дожидаясь момента, когда можно будет незаметно проникнуть внутрь, напарник энергично носился между переплетеньем корней, громко шурша листьями. Луша даже испугалась, что в нужный момент не сможет его найти. Но нет. Крыс не забыл о долге и сам подбежал к ней, ткнулся носиком в щёку, подавая сигнал: «Всё чисто. Можно идти!»

Лифты в этом здании не работали. Похоже, по возрасту оно было старше, чем Башни, и от этого не столь совершенным. Ради любопытства Луша с напарником проверили верхний этаж, в который спустились через люк в крыше. Точнее, не весь этаж, а только гроздь помещений, что находились вдоль шахты неработающего лифта. В них мало что осталось, только то, что нельзя было отделить от стен и пола, но, похоже, это когда-то были комнаты, где жили люди. Луша, как и все разведчики, умела различать назначение помещений по планировке. Это был важный навык – понять сразу, что можно найти здесь, а что искать бесполезно.

Проверив выборочно ещё несколько уровней, Луша засомневалась в точности карты. На всех проверенных этажах помещения походили друг на друга: состоящие из нескольких небольших ячеек секции, в которых когда-то жили люди. В таких никогда не находили «магазинов». Это тревожило, но и внушало надежду. Тревожило, что старейшины могли неправильно понять карту и поход окажется напрасным. Но если ошибки нет, то есть надежда найти неразорённый склад, так как в таком доме его искать не станут.

За два этажа до последнего уровня Крыс тревожно запищал, и Луша поспешила надеть маску. Пары ядовитого тумана сквозь щели проникали сюда. Пока концентрация невелика, и сама девушка их не замечала, но Крыс зря не скажет. Он чует опасность. Крысы к таким слабым воздействиям оставались нечувствительны, а на человека даже малые дозы действовали. Искажали восприятие реальности. Одни становились беспечны и радостны. На других нападала тревога. Как сейчас на Лушу здесь, на нижнем уровне.

То ли маска плохо защищала от паров, то ли Луша была трусихой, но ей было страшно. Очень! За высокими окнами в клубящемся тумане ей мерещился чей-то пристальный недобрый взгляд. Он ощутимо давил на плечи, заставляя ёжиться, а волоски на теле вставать дыбом. Там, вверху, садилось солнце, и здесь, на дне, у поверхности искорёженной земли, сгущалась темнота.

Луша старалась не смотреть в окна, где в черноте тумана начинали светиться размытые тусклые огоньки: то ли окна далёких Башен, то ли чьи-то глаза. Она торопилась нагнать Крыса, который, стуча коготками по бетону, спешил вдоль стеклянных комнат-клеток. В некоторых из них стояли столы, стулья, какие-то механизмы. В других – витрины, похожие на перерожденцев манекены. Многие из стеклянных стен были разбиты, и в таких отсеках остались лишь непонятные обломки. Непонятно, когда здесь прокатилась волна грабежа – в последние дни перед катастрофой или уже после. Если до, то надежда найти нужное оставалась. Уж очень странные у предков были представления о ценном.

Чем глубже в здание они заходили, тем больше было неразорённых отсеков. Сквозь стекло Луша хорошо могла разглядеть в одних висевшую одежду, в других ряды обуви. Сейчас она не собиралась тратить время на них. Главное – всё проверить. Потом придут другие члены племени и соберут всё это. Что-то из вещей становилось ветхим от времени, но кое-что оставалось вполне пригодным.

Заглянула Луша только в отсек, где когда-то хранились целительские артефакты. Такое надо брать сразу. Мало ли – вдруг не удастся вернуться, или кто-то придёт по её следам до того, как сюда смогут добраться соплеменники. Луша отобрала самые ценные образцы. Пройдено ещё не всё, а тащить ей одной. Крыс в этом не помощник.

От первых найденных ценностей у Луши поднялось настроение, в крови запел азарт. Даже страх отступил. Осталось только опасение, что её невезучесть вернётся, и в конце они найдут следы грабежа удачливых предшественников.

Поэтому, когда впереди показалось пространство с уходящими вдаль рядами стеллажей, точь-в-точь таких, как на «плашке», у Луши от радости закружилась голова. Она замерла столбом, не в силах решить, что смотреть раньше. Потом подхватилась и принялась лихорадочно сметать кристаллики с запасом магоэнергии, лежащие почти сразу у входа.

Потом Луша как заведённая бежала на писк Крыса, сгружая в рюкзак образцы найденных им сокровищ. Несмотря на счастливый азарт, внутри нарастало предчувствие, что надо спешить. Такая удача не могла не нести какую-то большую подлянку в конце. Потому Луша практически не удивилась, когда услышала глухой стук со стороны выходящих на улицу окон.

Крыс замер столбиком. Луша повернулась к стеклу. Там из туманной мглы выступили силуэты монстров с горящими зеленью глазами. Они тупо и упорно бились о прозрачную преграду, желая попасть внутрь.

– Окна прочные, им не разбить, – произнесла вслух Луша, и сама поняла, как неуверенно звучит голос.

Крыс пискнул, словно хотел её подбодрить, и припустил вперёд, туда, где они ещё не были. Луша припустила за ним. Крыс всегда находил выход даже в незнакомых помещениях. Это его умение столько раз их выручало. Луша припустила за ним.

Она уже видела дверь в конце «магазина». Железная, невзрачная дверь вела в те места, где они ещё не проходили. В этом крылась опасность. Они могут оказаться заперты в помещении, где не будет другого выхода.

Впрочем, даже в этом случае имелся шанс, что в покинутом ими «магазине» погаснут светильники. Башни всегда делали так. Тогда приманенные светом к окнам монстры постепенно разбредутся, и, дождавшись рассвета, Луша с напарником смогут уйти.

Но была надежда на лучший исход. Во всех известных Луше зданиях создатели никогда не ограничивались одной лестницей и одним выходом. Имелся хороший шанс, что за этой дверью они найдут такой запасной путь отхода.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.