# Царица роз и три папы

Янина Олеговна Корбут

Дарина умудрилась вляпаться в неприятности даже во время всеобщего карантина. Ее вместе с помощником Славиком бандиты украли прямо из отеля, где они всей семьей пережидали злосчастную пандемию. На частном самолете ничего не подозревающую Дарину привезли в теплую Грецию, где от нее похитители требуют какую-то карту сокровищ царя Миния. Как раз недавно про него недавно рассказывал один из любимых папочек Дарины (а их у нее целых три). Теперь только печать рода может привести к заветному кладу…

Читайте смешной детектив Янины Корбут про Дарину, неугомонного Славика и трех пап!

© Корбут Я., 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

В полете Миша все еще надеялся приземлиться как-то ловко. Обычно в фильмах такие трюки каскадеры проделывают с легкостью и изяществом. Реальность больно ударила его тротуарной плиткой в грудь. Он сразу понял, что упал крайне неудачно. На какой-то момент, кажется, даже потерял сознание.

Когда снова попробовал открыть глаза, осознал, что второй не открывается. Словно кто-то залил лицо горячей жидкостью. С ужасом он понял, что это – его собственная кровь. Такая горячая, словно ее подогрели в микроволновке. Она капала на серую плитку, стекая по носу грузными каплями.

Он не мог ни двинуться, ни даже закричать. Его план провалился. Мишу охватил ужас: ведь тот, от кого он пытался сбежать, сейчас спустится и завершит свое дело. Никто не придет ему на помощь, потому что в отеле пусто.

Удача, сопровождавшая всю его жизнь, изменила ему в этот день. Ему, которого все называли Везунчиком. И шутка ли: он же всегда жил активно, чего только не случалось с ним в поездках и даже на работе.

Во время учебы в университете он часто участвовал в раскопках. Однажды, уже перед самым отъездом, все ребята выпили и заснули прямо недалеко от костра. И в ту ночь началось землетрясение: с горы полетели крупные камни. Один здоровущий осколок упал в сантиметре от его головы.

А как-то раз на отдыхе в Тунисе его забыли в открытом море! Такое нормальному человеку и в голову не могло прийти, а с ним случилось. Но он даже не успел испугаться – на место уплывшего туристического катера приплыл следующий.

То, что сегодня случилось, было для него так неожиданно, что он поначалу даже не воспринял угрозу всерьез. Когда Миша бронировал этот отель, то почувствовал что-то вроде приятного волнения: игра началась. Ну-ка, кто на новенького? Это было что-то типа квеста: вычисли преступника. Страха не было. Ну что ему, Везунчику, может сделать преступник в отеле, где всегда есть люди? Да и разумно ли называть кого-то преступником? Может, это из-за паранойи старика ему в голову лезли все эти мысли?

Что, если за их поисками не стоит ничего существенного? Ведь проверить это пока никак нельзя. Но если то, что старик сказал, окажется правдой…

Из-за этой проклятой пандемии он ни на шаг не приблизился к заветной цели, а застрял в этом городе. Пусть даже и в приятной компании. А мысли о том, что кто-то из постояльцев охотится на него, только придавали адреналина. А еще ему очень нравилась Дарина – дочка трех отцов, – такая же необычная, как и вся ее семья. Если бы он не был сейчас так увлечен своими поисками. Эх, если бы… Непременно бы влюбился в ее зачарованную красоту, в ее глубокие серые глаза и изящные ключицы. Хорошо, что он умел разделять свои чувства и реальность. Всему свое время.

Но сейчас все его ускользающие мысли были только о преступнике. Зачем он пошел в номер по звонку? Потому что верил в свою Удачу. В конце концов, он мог ошибаться. Надеялся, что этот человек хотел поговорить с ним совсем о другом.

Но когда он увидел эти глаза, полные алчного блеска, то понял, что пропал. И удивился, как сразу не вычислил Главное Зло. В голове у него все помутилось, словно кто-то стукнул его по затылку. Он понял, что с ним что-то не так. И сразу же подумал про холодный чай, который только что выпил. Интуиция подсказала: в чае что-то было… Он пил его и перед поездкой в лес, и уже тогда почувствовал сонливость, а сейчас он еще и усилил дозу…

Сначала Миша сквозь пелену услышал, как из отеля кто-то быстро выскочил и побежал. Кажется, в сторону леса. Миша понял это по звуку.

Это не преступник, ведь этот кто-то стал кричать «На помощь!». Чего бы убийце привлекать к себе внимание? Одновременно со стороны леса послышались крики: кто-то отвечал на призыв. Значит, есть шанс!

Его тело сотрясала дрожь, но той рукой, которая еще могла двигаться, он нащупал в кармане свое сокровище. То, ради которого он рисковал жизнью. Нельзя, чтобы оно досталось преступнику! Главное – дождаться Дарину. Ей можно доверять. Но мысли уже стихали… Неужели никто так и не узнает правду?

## Глава 1. Небо. Самолет. Дарина

Предыдущие несколько часов можно смело выкинуть из моей биографии, ибо я о них ничегошеньки не помню. Кажется, мне снилось, что я плыву на лодке, и меня раскачивает в разные стороны. Мне хотелось пить и очень болела голова. Но в один момент я вдруг осознала, что уже не сплю.

Холодный прерывающийся свет и замерзшие щиколотки – это были первые мои ощущения, когда я пришла в себя. Лежала я крайне неудобно, подвернув ногу, и по ней словно бегали туда-сюда полчища мурашек.

Между тем я находилась в кожаном кресле, довольно мягком и удобном. Скосив глаза вниз, я убедилась, что по-прежнему одета в домашнюю шелковую пижаму, а на шее у меня болтается маска для сна. Откидные столики, ковровая дорожка в проходе и прочие характерные предметы натолкнули меня на весьма занятную мысль – я нахожусь в самолете. Судя по шуму двигателя, этот самолет в воздухе.

Я осторожно протянула руку и подняла шторку иллюминатора: от резкого света заболели глаза, и я зажмурилась. Под нами явно была вода: море или океан? Бескрайняя водная гладь, которая одновременно завораживала и пугала.

Славик в халате бабушки Сирануш стонал рядом, свернувшись в свою привычную позу – бараний рог. Розочка спала на противоположном кресле.

Я потормошила его за руку и прошептала:

– Поздравляю, Славик. Нас опять похитили бандиты.

– Не было печали, – всхлипнул он шепотом в ответ, натягивая свалившуюся с ноги тапочку. – И что теперь?

– Мы летим…

– В Гагры? Ой, а может, в Англию? Точно! Папа номер три как раз недавно делал мне расклад и сообщил, что будущее мое видится туманно…

Кажется, Славик, всегда питавший склонность к авантюрным мероприятиям, взбодрился. А вот я была далека от радостного волнения путешественника.

В том, что нас похитили нехорошие бяки и буки, я почему-то не сомневалась. Кто еще похищает приличных людей? Хотя со мной Славик, а он не то чтобы сильно приличный. Ладно, не будем о грустном. Но для чего им понадобилось нас похищать? Как я ни силилась найти достойное объяснение, ничего путного не придумала. Разве что у папы № 2 завелись политические враги? Или все это как-то связано с мамулиными россказнями про царские корни? В глубине души даже затеплилась надежда, что это как-то переплетено с Дубровским, но он обычно действует сам, как волк-одиночка. А тут такая масштабная операция по похищению…

Я потерла лицо ладонями и попробовала встать на ноги, но в это время самолет качнуло. Славик попытался взвизгнуть, но я сделала ему жест молчать. Следовало понять, кто находится в самолете помимо нас.

Со стороны двери, отделяющей небольшой салон от остальной части самолета, доносились приглушенные голоса. Я на корточках подобралась к ней, но не нажала ручку, а попыталась приложить ухо. Славик последовал моему примеру.

За дверью разговаривали, причем на русском, что меня ободрило. Беседа доносилась отдаленным шумом, но отдельные слова звучали вполне отчетливо. Славик порывался ворваться и устроить скандал, но мне казалось крайне важным подслушать, что они обсуждают.

– Зачем ты прихватил еще и этого недоумка! – услышала я сердитый голос. – Мало того что при девке ничего не нашли, так еще и это!

– Шеф сказал, что времени нет! – ответил ему кто-то басом, причем с раздражением. – Девчонка точно что-то знает…

На какое-то время я перестала их слышать, потому что за бортом что-то загудело, но спустя минуту слышимость улучшилась:

– А… сообщит… в полицию.

– Хватит… говорил… с собой.

Дальше шли отдельные непонятные слова и выражения:

– Он… она… терлись вместе?..

– … если в курсе… не скажет.

– Предложим… поделиться?

– … было бы чем.

– … чтобы показала… он ей… дал?

– Можно…

– … хозяин… нам надо стеречь… и недоумка с псиной.

Славик больно ущипнул меня за ногу.

– Это на кого они намекают? – возмущенно зашептал приятель, но я шикнула на него и снова прислушалась:

– … а если не знает…

– Избавимся… с концом!

Розочка, словно почуяв, что ее обозвали псиной, вдруг задергалась и довольно громко завыла во сне.

– …шишь? Проснулись, что ли? – заволновался первый голос.

Мы со Славиком резво метнулись назад, упали на сиденья и замерли. Славик изобразил на лице прострацию и для верности высунул язык, свесив его набок.

– Ну, ты не усердствуй так, еще пену изо рта додумайся пустить, – зашипела я на него и быстренько зажмурила глаза. А мыслями унеслась на несколько дней назад…

## Глава 2. Тот день, когда вся эта невероятная история только начиналась…

– Мамуля прямо совсем нехороша, – прошептал папа № 2, делая вид, что подливает мне сок. При этом он косился на Славика. Тот, в свою очередь, с ненавистью осматривал гору посуды в раковине.

– Что на этот раз? – вздохнула я, предвидя самое худшее. Стоило мне на день отлучиться из отеля домой за вещами – и вот оно.

– А мамуля тебе еще ничего не рассказывала?

Я отрицательно мотнула головой, и папа № 2 стал вводить меня в курс дела, попутно стеная, что беда не приходит одна. Я его прекрасно понимала.

Не успели мои предки 31 декабря открыть свой бутик-отель с привидением «Одалиска», как грянула эпидемия коронавируса. А у нас были такие планы на эту весну! В марте уже случались теплые деньки, даже с перепугу проклюнулись почки, а потом и травка зазеленела. Дороги достаточно просохли, но тут пришел апрель со своим нудным дождиком.

Вешние воды затопили наш лес, дороги развезло, как и наш боевой дух. Стало понятно, что сидеть нам взаперти придется долго. К тому же никто ничего толком о новой болячке не понимал, но все усиленно боялись. Особенно летучих мышей. Ведь по телевизору сказали – дело дрянь.

К счастью, я телевизор не смотрела, но жила не в вакууме, оттого была немного в курсе событий. Одной из первых отраслей, серьезно пострадавшей от COVID-19, стал гостиничный бизнес. После того как Россия закрыла свои границы, отельерам оставалось надеяться только на внутренний туризм, а вслед за введением режима самоизоляции нам и вовсе пришлось затаиться и ждать.

Что греха таить: в нашем со Славиком агентстве праздников «Шанс» тоже не стало работы. И мы перебрались «пересидеть вирус» в отеле предков. Как сказал Славик, сидеть в изоляции всегда лучше сообща. С семьей. Конечно, я была не в восторге, что моя семья в одночасье стала своей и для Славика. Не пришлось бы усыновлять еще и этого горе-компаньона.

В «Одалиске» еще полным ходом шел ремонт, и только трехэтажный корпус уже был полностью готов к проживанию. В нем-то мы и кучковались, гадая, что ждет нас дальше.

Май мы встретили с надеждой – наступали праздники, много дней подряд, оттого мы даже решили прервать самоизоляцию и принять ограниченное количество гостей. Папа № 2, получивший наконец место начальника управления городскими проектами (мамуля назвала это «повелся на мандат»), выбил нам разрешение под свое будущее депутатство.

Правда, мы предупредили гостей, что, заезжая к нам, те должны сделать тест и пробыть на территории отеля минимум две недели. Что-то типа карантина. И чтобы не шастали.

Папа № 3 с мамулей (та требовала именовать себя директором по культуре) помудрили и анонсировали новую программу: сеансы спиритизма, медитации, стояние на гвоздях и оздоровительные прогулки по лесу. Славик дал рекламу в своей любимой Сети, где просиживал днями и ночами, и желающие быстро нашлись. Конечно, не имея возможности путешествовать по миру, многие радовались возможности хотя бы выйти на воздух. Всяко лучше, чем сидеть взаперти в пыльных квартирах, изрядно прикладываясь к бутылочке и сытно вкушая от безделья.

А в нашем русском лесу уже вовсю бурлила жизнь: трава, увлажненная зарядившими в апреле дождями, теперь вымахала, птички распевали, солнце светило. Словом, в этом мае нам всем следовало бы брать пример с природы: ей было совершенно наплевать на то, что происходит в мире. У нее были свои законы, и она расцветала.

К нашей чести стоит добавить: с тех пор, как мы объединились в могучую кучку, веселость нас не покидала. Разве что на фоне вынужденного заточения мамуля принялась снимать стресс привычным способом – винами из лучших папиных погребов.

Конечно, на время пандемии нам пришлось существенно урезать расходы, и раз уж мы все тут оказались запертыми в одном помещении, было решено справляться своими силами. Оставили буквально одного повара, официанта и горничную. Остальное старались делать сами.

Вот Славик, к примеру, отвечал за чистоту посуды: загружал и разгружал посудомоечную машину. Но все время ныл. Вот и сейчас, кряхтя и охая, заявил:

– Эта возня с посудой ущемляет мое достоинство!

– Там дверца иногда захлопывается. Так ты своим достоинством перед посудомоечной машиной не размахивай. Или руками мой, – осекла я его и снова повернулась к папе № 2.

– Так что там с мамулей?

– Амба, – уронил голову на грудь тот. – Только ты уехала, она сразу же сняла стресс нашим самым дорогим вином. И отрубилась прямо в кресле. А потом ей приснился какой-то Миний Лафорий.

– Кто? – округлила я глаза.

– И я о том же. А она разбудила меня посреди ночи стуком в дверь и заставила записать эту абракадабру. Твердила, что это что-то очень важное. И что ей срочно нужно обратиться к родологу. Это кто-то типа проктолога?

– Нет, проктолог ищет проблемы в задней точке, а родолог – в твоем прошлом, – вклинился «умная сова» Славик, а папа № 2 заявил, что его прошлое – одна сплошная задняя точка. И едва не ударился в свои любимые воспоминания о лихих 90-х.

– А потом мамуля потребовала принести ей томик какого-то Чичибякина.

– Бориса Чичибабина? – ахнул Славик, в восторге закатив глаза.

– Во-во, бабина, – покивал папа № 2. – Сечешь тему, дрищевастый! Надо третьего спросить, что бы это значило? Может, белая горячка?

– Папа номер три сейчас в медитативном полусне, – развела я руками. – Лучше его не тревожить. Сегодня он обещал вернуться, у него сеанс спиритизма с бабушкой Сирануш.

Папа № 2 вздохнул, давая понять, что он думает и о спиритизме, и о бабушках. А я пошла искать родительницу.

Мамулю я застала на диванчике в холле, под пальмой в кадке. В кадке была пальма, не мамуля. И это уже радовало. Родительница что-то яростно наяривала в своем телефоне. Тот прямо-таки ходил ходуном. Я заглянула через ее плечо и поняла, что мамуля отсылает всем какие-то демонического вида картинки.

– Ты зачем папам шлешь такие страшные фотки? – ахнула я. – Это что, грибок ногтя?

– Он самый. А чтобы они меня из своего дебильного чата исключили, – мстительно протянула мамуля, прикрепляя к сообщению еще один поврежденный грибком орган.

Такое вслух я произнести не могла. Зато мамуля продолжала разглагольствовать:

– Взяли моду, наделали чатов: без Дарины, без Славика, без первого отца, без второго отца, без третьего. У меня уже есть чат, где состою только я. И вот этот чат меня устраивает: ни тебе сплетен, ни интриг, ни расследований. А то прямо хочется повесить табличку у входа: «Осторожно, повсюду люди, которые знают, как нам лучше жить».

Я порадовалась:

– Между прочим, раньше ты тоже усердствовала. Вот и отлично, что хоть ты поняла: лезть в чужую жизнь – это зло.

– Вот именно. Особенно когда в своей все не ладится.

– Ты про то, что второй отец расстался с Марьей-искусственницей?

Мамуля мстительно ухмыльнулась:

– Ну, с этими все было сразу ясно. Марья, не будь дура, в самом начале пандемии на частном самолете в Испанию усвистала. Нашла себе кошелек с ушками поновее. Хотя и сама уже не девочка – дылда оплывшая, морда длинная, как у коня. Это побочка от дешевых филлеров.

– Нет, ну с одной стороны, она выглядит неплохо…

– Да, только с другой стороны – лицо. Знаешь, как у вас говорят? Лицом прекрасным станет попа, пройдя сквозь фильтры фотошопа. А наш-то второй уже лысеть начал. Заметила?

– Зато наш первый с Людмилой вроде счастлив, – решила я зайти с хороших новостей. – Летом опять в отпуск собирались, представляешь? Правда, как оно сейчас будет…

– До этого десять лет в отпуск не ходил, – хмыкнула мамуля. – Для нас он был незаменимый работник. На нем, только на нем, держалась вся местная полиция. А теперь он уже и не главный по тарелочкам. А просто мужчина в самом расцвете сил. Вдруг вспомнил. Ладно, пусть пока поживет…

– Жаль, только у папы номер три что-то с Дуськой разладилось, – вздохнула я.

– А я давно это предсказывала, – развела руками мамуля, намекая на свою прозорливость. – Так и сказала: совместная с Дуськой изоляция выйдет третьему боком.

Как я уже говорила: только лишь мы узнали, что грядет карантин и заточение, быстренько переехали с вещами в отель. Папа позаботился, чтобы по документам отель проходил как личные апартаменты, и оформил их на членов семьи с правом прописки.

Мамуля со вторым отцом тут и так давно обретались, руля бизнесом. Славику было скучно одному в квартире (его мама окончательно перебралась в Сочи), а мне вдруг стало скучно без мамули и Славика. И буквально тем же вечером, как мы почти в полном составе воссоединились, к нам на окраину города приехал на велосипеде папа № 3. Номинально, кстати, он являлся директором отеля, так что право имел.

– Евдокия лишилась самого ценного, что было в нашей квартире, – сложил руки на животе папа, подвигая ногой вперед объемную клетчатую сумку – мечту торгашника.

Мамуля встрепенулась:

– Мудрый Гудвин, вас что, обокрали?

– Нет, оттуда ушел я.

– Не велика потеря! – заржал второй отец. Но под моим укоряющим взором тут же исправился: – В смысле, хорошо, что телевизор не вынесли.

– Горе ты наше. Ты хоть квартиру на нее не успел переписать? – всплеснула руками мамуля.

– Да, но нет.

– Это как понимать? – брякнул второй отец.

– Поминай как звали – вот как это понимать надо, – разозлилась мамуля. – Вот Дуська, ушлая мартышка. У самой зад на уровне пяток – а все туда же, на свободу рвется. Небось, дарственную на себя заставила подписать. Так, дорогуша?

Папа № 3 закатил глаза, демонстрируя белки, и притворился, что ушел в астрал. Он так делал всегда, когда разговор был ему не очень приятен. И я пошла готовить третьему отцу номер на втором этаже. Благо места всем хватало.

Короче, вы поняли, что семейка у меня веселая. Кстати, о птичках. Чуть не забыла представить вам свою родню.

У меня, естественно, был папа № 1. Он не был моряком дальнего плавания, но слишком долго плавал. Бабуля вещала: «Наш мент пашет, как задрюченный работяга». Уже в два года я знала, что папа-полицейский всегда на работе и борется со злом. Даже свечки на его именинном торте приходилось задувать мне, так что его участь была предрешена. Мамуля любила внимание.

Папа № 2 был бизнесмен, а не бандит. Но, по мнению все той же вездесущей бабули, все богатые люди из 90-х – бандиты, а он был богатым, лысым и упорно тяготел к кожаным пиджакам. Высказываться по этому вопросу бабуля имела большое желание, но инстинкт самосохранения тоже не дремал. Жизнь папы № 2 была очень насыщенной. А мамуля любила покой.

Папа № 3 не ловил ворон. Он был философом, но от востроглазой бабули не укрылся тот факт, что он был «эмоционально нестабильный бездельник, почти неврастеник». Мамуля же увидела в третьем отце тихую пристань после папы-бизнесмена: в ту пору третий работал частным психологом и врачевал души. Но мамуля не любила, когда ей «любят мозги».

Да, с отцами мне несказанно повезло. Отношения их друг к другу были весьма своеобразными: то горячо, то холодно. Как-то я спросила у отцов, как им в свое время удалось создать и сохранить некое подобие дружбы, на что папа № 1 туманно заявил, что общие страдания объединяют. В юности я была уверена, что отцы страдали после расставания с родительницей. А вот теперь все больше склоняюсь к мысли, что папа намекал на другие страдания. Те, что предшествовали расставанию.

Сама я, хоть и работаю в агентстве праздников, окончила юридический факультет: папы № 2 и № 3 в свое время одобрили мой выбор. Второй хотел иметь своего юриста на случай непредвиденных обстоятельств, третий надеялся, что там я быстро осознаю суетность и тщетность бытия и поеду с ним в Китай к шаманам. Папа № 1, по обыкновению, пропустил дебаты: он был на работе и боролся со злом.

Мамуля же игнорировала мое образование и утверждала, что я и ни дня не проработаю по специальности. Родная кровь всегда посмеивалась над моей работой и попытками быть материально независимой. Сама она любила проводить время на пляжах в Ницце. После папы № 2 у мамули там осталась небольшая богемная квартирка. До недавнего времени у нее был даже постоянный бойфренд Антуан, который не оправдал надежд. Мамуля думала, что он агент 007, а он оказался обычным европейским обывателем. Старательно экономил воду, платил кредиты и алименты, уважал распродажи и правила дорожного движения. Короче, тут мамуля с острыми ощущениями прогадала.

А вот насчет меня оказалась права. Кое-как получив диплом, я бросила юриспруденцию и занялась организацией свадеб. Потому что юрист я была плохонький, а организатор от бога. Так мамуля говорила. Свою первую свадьбу я организовала еще в утробе родительницы. Это тоже ее слова, не мои. Благодаря мне родители и окольцевались. Я была незапланированным, но любимым ребенком: назвали меня Дариной, что означает «Божий дар».

Владеть своим праздничным бизнесом казалось мечтой: белые платья, голуби и торты. Папа № 2 по случаю купил мне пустующий офис в крупнейшем торговом центре. Там я и открыла агентство праздников «Шанс от Дарины». Мой пакостный секретарь Славик всегда добавлял к названию приставку «последний».

Как и всякий организатор, очень скоро я перестала пылать любовью к тортам, шарикам и голубям. Первые вызывали тошноту, вторые противно воняли резиной, а голуби не только воняли, но и гадили. А еще птичек было жалко.

Через год я возненавидела юбилеи и свадьбы, стала цинично смотреть на институт брака и на открытки с пожеланиями. Через два вошла в ритм и ночевала на работе. А через три стала забывать про свой день рождения и решила пока не выходить замуж, а сосредоточиться на карьере.

Папа № 2 посмеялся с моей «блажи», а папа № 3 изрек очередную мудрость (где он их там брал, лишь Богу известно):

– Каждый идет своим путем. Но все дороги все равно идут в никуда. Значит, весь смысл в самой дороге, как по ней идти.

К тому времени он забросил психологию, стал постигать буддизм и достиг такого уровня просветления, что понять его простым смертным было не по силам.

Папа № 1 в обсуждениях не участвовал: он и тогда был на работе и боролся со злом.

Короче, компашка у нас подобралась знатная. Как говорит о нас мамуля – три папы, две чумы. Две чумы, стало быть, это я и Славик. Насчет Славика – кто бы спорил. А о себе я всегда была лучшего мнения.

Кстати, про мою «секретаршу» Славика. Он работает со мной со дня основания агентства, а достался мне в наследство от папы № 2: когда-то работал у него медбратом (да-да, Славик перебрал почти все женские специальности). Папа решил, что мне он нужнее. Хотя история знакомства папы № 2 и Славика – это тема для отдельной книги. Но я думаю, Славик просто был у меня папиными «ушами» – длинными такими, вездесущими.

Мой уже бывший секретарь – выдающаяся личность, достойная отдельного описания: существо чахлое, зловредное и ехидное. Он патологически ушаст, психически нестабилен, язвителен и упрям. Кажется, Славик состоит только из эмоций и амбиций. Зато от него всегда можно узнать что-то новенькое, посплетничать и позлословить он мастак.

Толстых клиентов он всегда записывал в свой ежедневник «жирдяями», хоть я и объясняла ему, что в нашем мире праздника и радости не говорят «жир», а лишь прозрачно намекают на «лишние сантиметры в области талии». Человека нестандартной внешности он называл «страхолюдом», пикантные волоски над верхней губой обзывал пышными усами, а эффект апельсиновой корки на бедрах дам глумливо именовал жутким целлюлитом.

Несмотря на абсурдность данного утверждения, Славик всегда чрезвычайно нравился дамам. Особенно тучным и возрастным: видимо, он вызывал у них острый материнский инстинкт. Чем проказник нагло пользовался, меняя дам как перчатки. По его словам. Я же была склонна считать, что свою популярность он сильно преувеличивает.

А еще Славик упорно тяготеет к ремеслу частного детектива и сбивает меня с пути истинного. Даже то, что отцы грозились оторвать ему за это уши, горе-Шерлока ничуть не смущает. Пару раз мы с ним оказались замешаны в неприятные истории. Все начиналось с невинного желания установить истину и заканчивалось словами «так получилось». Мы чудом избегли неминуемых последствий своих опрометчивых поступков.

Уже давно я окончательно решила не вестись на провокации, и больше не участвовать в его сомнительных авантюрах. Но говорю я обычно одно, а делаю совсем другое: гены пальцем не задавишь. Правильно папы говорят: авантюристка от кончиков пальцев до кончиков волос! Хотя… Сами виноваты. Нельзя не учитывать их особое и очень разноплановое влияние на мое воспитание.

## Глава 3. Снова в самолете…

Закончив размышлять о своих отцах, я стала думать: как же действовали наши похитители? Мысли мои прыгали резвыми блохами. После того, как мы отключились, эти гады должны были как-то доставить нас до аэродрома. Затащили сначала в вертолет, который мог доставить к границе. Это часа два. А оттуда нас подхватил какой-то частный самолет. Значит, враги располагают нехилыми денежными возможностями.

Но какими бы средствами они ни располагали, мы никак не сумели бы вылететь раньше, чем через два часа с момента похищения.

Ооооооо

– Что нам могли подмешать? – спросила я у Славика. Кажется, он снова начал дремать.

– Да что угодно. Клозапин, трамадол, азалептин, клофелин. Их можно достать легально или полулегально в аптеках. Вопрос в том, кто это сделал? Ведь кто-то из своих, так?

Я пожала плечами и почувствовала, что самолет начал снижаться.

– Славик, кажется, садимся. Не подавай признаков сознания. Пусть думают, что мы еще спим. Может, удастся узнать что-то путное.

– Поверят ли?

– Сколько бы мы спали, утомленные клофелином?

– Зависит от дозы, – пожал тот плечами. – Мы вина выпили совсем немного. Думаю, максимум часа четыре. От силы пять.

– Значит, где-то в Европе? Дальше бы не улетели. Наверное, пролетали Эгейское море? Или Черное? Но как они смогли вылететь без разрешения?

– Вопрос «где можно летать» остается «белым пятном» в нашем законодательстве. Для полетов на вертолете, к примеру, вообще не требуется особое разрешение, достаточно перед вылетом уведомить местного диспетчера.

– Откуда знаешь?

– Папа номер два рассказывал. Доперли нас до границы, а там частным бортом, низенько летели. А может, все еще проще – заплатили кому надо.

Сквозь шум самолета послышался звук шагов, и мы разом замолчали. Дверь, скрипнув пластиком, осторожно открылась, и через неплотно прикрытые ресницы я разглядела довольно забавного типа: низкий, пегий, с близко посаженными глазами, вокруг которых красовались темные круги, аки у панды.

«Мелкая сошка» – мысленно окрестила его я и приготовилась терпеливо ждать, что же он предпримет.

Мелкий кого-то окликнул, и из-за его плеча выглянула физиономия еще более удивительная. Я не знала, что Шрека рисовали с реального персонажа. Только этот, в отличие от зелененького, имел вид одновременно свирепый и глупый. Пошевелив бровями, он сердито пробасил:

– Эй, очухались?

Но мы молчали, а Славик для полноты образа еще и причмокнул губами, подложив под щеку ладошку. Самолет в это время довольно мягко и плавно сел, и похитители удалились.

Какое-то время ничего не происходило. А потом на борт поднялись несколько дюжих молодцов цыганской наружности. Перехихикиваясь, они занялись нашей транспортировкой. Мне стоило большого труда делать вид, что я сплю. Особенно когда тот, что нацелился на меня, весьма нахально попытался перехватить мое тело пониже талии, закидывая на плечо. Хорошо, что мелкий внимательно следил за погрузкой, иначе не знаю, за какие бы еще места они попытались подержаться.

По тому, как осторожно нас загружали в машину, я сделала вывод, что свидетели мы ценные. И на этом стоило сыграть, раз уж умирать я пока не собиралась. Розочку уложили между нами, двери захлопнули, и примерно через десять минут мы уже выезжали из этого аэродрома.

За рулем был Шрек, а мы со Славиком и Розочкой лежали на заднем сиденье. Я потихоньку наблюдала за дорогой, пытаясь сориентироваться на местности, но особо полезными сведениями не разжилась. Судя по всему, сейчас было раннее утро: что-то около шести.

Вдоль дороги тянулся небольшой поселок из череды похожих домиков. Но по причине утреннего времени улицы были безлюдны. Все домики и заборы были густо увиты плетущимися растениями. Дорога петляла, уходя вверх. И когда я уже устала делать вид, что сплю, машина стала притормаживать. Я поняла, что мы заехали в частные владения. Далее нас тем же нехитрым, но весьма оскорбительным способом разгрузили. Правда, сейчас попотеть пришлось Шреку, и он был явно недоволен.

Дом, в который он нас внес по очереди, встретил приятной прохладой и запахом дорогого жилища. Недовольному крепышу пришлось поднимать нас на второй этаж. Сначала занесли меня, но глаза я не открывала. Где-то на лестнице топтался мелкий, руководя транспортировкой. А вот когда Шрек скинул на кровать Славика и дверь за ним закрылась, мы одновременно открыли глаза. Пользуясь передышкой, мы стали жадно рассматривать комнату.

## Глава 4. За четыре дня до похищения…

– Мне тут папа номер два рассказал про Миния, – осторожно начала я, приглядываясь к родительнице. – Хотелось бы узнать подробнее…

– Слава богу, ты со мной заодно, – схватила меня за руку мамуля, отбрасывая в сторону телефон. Он упал и зарылся в парчовые подушечки, расшитые золотом.

Надо сказать, интерьером отеля занималась мамуля, и это было заметно. Неподготовленному человеку на входе стоило выдавать специальные очки, как жителям Изумрудного города. Только те их напяливали, чтобы видеть все в зеленом цвете. А нашим… не ослепнуть – и то хлеб.

В это время папа № 2 осторожно зашел сзади и попытался потрогать мамулин лоб. Он тихо и вкрадчиво обратился к бывшей жене:

– Захлопоталась, мамуля, да? Помнишь, как в твоем любимом фильме? «Оно и понятно: пироги, угар…»

Мамуля закипела, как прокисший суп – сердито и с брызгами:

– Нет, ты посмотри, кракозябра бандитская. Оно еще и стебать меня изволит. Думаешь, если пойдешь в казнокрады – так все можно?

– Сама ты зябра! Как будто тебе в будущем не хочется иметь бывшего мужа губернатора?

– На фиг мне бывший муж губернатора? Наверняка старый лошпед с нависшими веками и старческой пигментацией. Погоди, как муж? Наш губернатор что, тоже того…

– Папа имел в виду себя, – пояснила я, чтобы вернуть мамулю к реальности. – Так что там было дальше?

– Дальше… Говорю тебе: у меня открылась чакра рода. Третий папаша не даст соврать. Он связывался со знакомым практикующим родологом. Это моя трансперсональная миссия духа – узнать свое предназначение.

– Транс… спе… сперс… что? – сломал язык папа № 2.

– Неуч. В ту ночь был астрологический портал в прошлое, и я загадала желание узнать что-то о своем роде. И вот, пожалуйста! Миний! Царь, сын Посейдона! Папа номер три обещал выйти с ним на связь. После того, как поболтает с покойным мужем бабушки Сирануш. Уверена, нам положены сокровища!

Папа № 2 опять скривился, как от зубной боли. Каждое упоминание бабушки рождало в нем протест. Думаю, она напоминала ему бывшую тещу, мою несравненную бабулю.

– Говорил же, мамуля тронулась. С этими женщинами никогда не поймешь: я ее такую замуж брал, или это она при мне…

Папа № 2 осекся, и на лицо его легла тень вины. С этой скорбной тенью, заставляющей его сносить все капризы мамули, он и удалился от греха подальше.

В этот момент на лестнице сверху застучала палка: я поняла, что к нам пробирается упомянутая выше бабушка. Лифт она упорно игнорировала, не желая признавать свой неизбежный возраст.

Про эту постоялицу следовало сказать отдельно. И здесь тоже не обойтись без краткого экскурса в прошлое. Когда бутик-отель «Одалиска» готовился к открытию, случилось страшное: старики-разбойники хотели провернуть аферу с квадратными метрами и нашли на территории стройки старый скелет. А после этого загадочно сгорел соседний с нами зловещий коттедж с человеком внутри, и началась целая череда неприятностей. В результате я чуть не погибла, но это ничего, мелочи. Погибала-то уже не раз и не два. Но слух о «нехорошем месте» пошел. Короче, не о такой славе мечтали мои предки для своего детища.

После всех печальных событий родичи поначалу отчаялись: как раскрутить одиозное место в пригороде, куда никто не хочет ехать после «той истории с трупом». Мамуля с отцами устроили мозговой штурм, но тут вмешался Славик и посоветовал отталкиваться от концепции отеля с привидением, что должно было разжечь жгучий интерес к новому месту. А практики папы № 3 по познанию себя, карты Таро и медитации под ароматы пало-санто отлично вписывались в эту схему.

И, надо сказать, план сработал. Таинственность, роскошь и мистический ореол подействовали на состоятельную прослойку населения магическим образом. До кучи последние два месяца папа № 3 увлекся спиритизмом, и Славик охотно постил все его сеансы в прямом эфире в известной социальной сети, где люди с отставанием в умственном развитии монетизируют свои болезни. Там же он постил и свои чудо-ролики. Кстати, уверена, когда-нибудь эту сеть запретят именно из-за роликов Славика. Тех, где он просто открывает рот под чужие песни и кривляется у зеркала, подбивая себя пяткой под зад. Вы бы это видели…

А вот спиритизм папы № 3 был очень зрелищным. Думаю, поэтому Дуська его и турнула. Не каждому понравится завтракать вместе с Гитлером или делить ложе с Нероном. Короче, папа № 3 стал привлекать к нам в отель очень колоритных личностей. И речь не только о великих и покинувших бренный мир, но и о вполне себе живых.

Среди них оказалась и наша бабушка, особа язвительная и явно небедная. Она явилась к нам, чтобы пообщаться с духом умершего десять лет назад мужа. По ее словам, старый идиот куда-то спрятал вставную челюсть, а в коронки она припрятала фамильные брильянты. И теперь бабушка жаждала призвать его к ответу. Изоляция застала ее в нашем городе, а после в отеле, и теперь бабушка отлично влилась в нашу сумасшедшую компашку.

Только Славик с бабушкой был в особых отношениях. Во-первых, он упорно называл ее бабушкой Сирануш, хотя ее звали Ануш. И с его легкой руки это имя к бабушке прилипло. Но даже не это привело к конфликту. Дело в том, что бабушка путешествовала по стране со своей маленькой собачкой под мышкой.

Ее кучерявая рыженькая собачка с коричневым, как кнопка, носиком, провоцировала живейший интерес Славика. Сначала он заявил, что она – чудище, потому что Роза (так звали псинку) облаяла его лысого кота Ну и Ну. Да-да, Славик теперь жил не один, а с котом, который достался ему от моей заклятой подружки Алены. Сама Алена в начале зимы чуть не отправила нас со Славиком на тот свет, но кот здесь был совершенно ни при чем. Славик кота обожал и утверждал: тот настолько умен, что ходит на двух лапах, когда его никто не видит.

Конечно, спустя пару дней Ну и Ну с Розой подружились, и Славик сразу же заявил, что Роза – безобиднейшая комнатная собачонка. И пусть, дескать, она приходит в гости к Ну и Ну подружить. Но бабушка была злопамятная, и с тех пор Славика и его кота на дух не выносила. А собачку Розу держала от них подальше.

Раз уж я взялась рассказывать о наших постояльцах, то продолжу. Дмитрий Адамович был явным оппозиционером, причем он был в оппозиции ко всему. Всегда ходил в жилете с множеством карманов и всюду таскал за собой блокнот с карандашом. А еще подозрительно принюхивался. У него была цель. Не просто цель, а Миссия. В первый же день своего пребывания здесь он ее озвучил.

Дмитрий Адамович путешествовал по России и составлял вонючую карту страны. То есть отмечал на карте места, где особенно сильно попахивает. Кого он хотел дискредитировать этой картой – коммунальщиков ли, отцов города или просто жителей, не умевших сдерживать себя, – история умалчивает. То, что остановился он именно в нашем отеле, наталкивало на мысль, что спонсирует его, как минимум, общество меча и орала.

Славик, узнав про вонючую Карту, сразу же дал ему кличку Дух Вонюх. И папа № 2 сразу же невзлюбил этого гостя. В первый же день Адамович подсел к папе № 2 в ресторане (он еще не знал, что папа – владелец отеля) и, указав на мамулю, обозвал ее Лисой Алисой.

При этом противно хихикал, обнажая мелкие острые зубки (это папа так сказал). И вообще всячески демонстрировал пакостные намерения. Возможно, мамуле не стоило разгуливать по отелю с моноклем, в фетровой шляпке с перьями и в шали, не все ее моду понимают. Но папа № 2 сразу же четко обозначил границы: жена моя, хоть и бывшая. И хаять ее буду я сам. А ты, Дух Вонюх, если не хочешь стать Котом Базилио (читай – ослепнуть), помалкивай в седую редкую бороденку.

С третьим отцом у Духа Вонюха дружба тоже не задалась. Прибыв в отель, Адамович с пренебрежительным видом осматривал наше подворье. И во время экскурсии на заднем дворе заметил папу № 3, медитировавшего в углу за мусорными баками. Оттуда, по словам папы, открывался какой-то там портал, но Дух Вонюх решил, что папа, замотанный в индийское сари, – местный бомж.

Похлопав его по плечу, он негативно высказался об отцах города и завершил свое обращение к папе призывом немедленно свергать власть:

– Папаша! До чего тебя довели в этой стране рабов? Перестань влачить жалкое существование!

– Ничего я не влачу! Я его несу гордо! Сейчас читаю «Уход в лес» Юнгера и практикую эскапизм. И какой я вам папаша? Я даже моложе вашего выгляжу, – обиделся папа № 3 и тоже невзлюбил Духа Вонюха.

Думаю, вы уже поняли: Дмитрий Адамович был удивительным человеком: он ненавидел дураков, но при этом считал всех дураками. Тяжело так жить, никакого просвета.

Следующим нашим постояльцем был самый настоящий шейх. Какая картинка рисуется перед вашим взором, когда вы слышите слово «шейх»? Да-да, гутра – традиционный арабский платок – тоже была. Восточный гость, возжелавший увидеть своими глазами знаменитое Золотое кольцо, был достопримечательностью нашего отеля. Путешествие по России он начал с Москвы, и почти в конце пути добрался до нас, да так и застрял в ожидании снятия ограничений на полеты.

Мамуля, конечно, сразу мечтательно закатила глазки и принялась перечислять все преимущества жизни с таким богачом. Но бессребреник папа № 3 тактично заметил:

– Изначально шейхи были призваны прославлять и проповедовать ислам, однако сегодня они заняты другими вещами. Одни из самых богатых и влиятельных людей планеты, живут в невообразимой роскоши.

– При этом большинство из них весьма образованны, любят охоту, лошадей и женщин, что не мешает им заботиться о благосостоянии эмиратов и их жителей, – парировала мамуля. – А жена шейха – это вроде как королева по-нашему?

– Не обязательно шейх равно правитель. Вообще в ОАЭ все члены правительства, а также просто богатые члены родовых семей имеют титул шейха, – пояснил папа № 3. Он любил справедливость.

Не знаю, кем конкретно являлся наш шейх, но человек он был образованный. Носил очки и даже немного говорил по-русски. Явился он к нам с двумя женами, на что папа № 2 заявил:

– Поперся в Тулу со своим самоваром.

– У нас тут не Тула, – буркнула мамуля, став грудью на защиту семейных ценностей.

– Что значит не тула? – возмутился второй. – Нормальные такие тулы по центру гуляют. А с приходом тепла они еще и оголяются, так что…

На что мамуля парировала:

– Правильно сделал! Где он тут найдет что-то путное в разгар пандемии? Эскортницы трудолюбивы, но недостаточно патриотичны.

– И это несмотря на устойчивый курс доллара, – схватился за сердце второй отец.

– Да-да, они на время пандемии предпочли варианты с Дубаем и Европой. Там сейчас отдыхает весь полусвет.

– Вот прелюбодейки! Это же надо так кинуть титанов российской индустрии и гостей города, – сокрушался, в свою очередь, Славик.

– Непоротое поколение, – выдохнула родительница. – Вот в мою молодость все путаны трудились исключительно на своей территории.

Мамуля, последнее время повернувшаяся к Западу своей лучшей частью тела (и я не про лицо), прямо радовала. Раньше от нее регулярно шли прохладные сквознячки в адрес нашей страны. А когда она, уезжая, в очередной раз восклицала «Прощай, немытая Россия!», папа № 2 всегда подозрительно обнюхивал себя и заявлял, что он сегодня два раза мылся.