# Академия бездарностей

Ольга Александровна Валентеева

В день шестнадцатилетия юные маги обретают свою силу. Но что делать, если она не проснулась и теперь ты чужая в собственной семье, а любимый разорвал помолвку? Родители отправляют Мелани с глаз долой – в учебное заведение, которое в народе называют «Академия бездарностей». Там таким, как она, помогают адаптироваться к жизни без магии. Но и здесь есть свои секреты. Мелани ждут новые друзья и… смертельная опасность. Что же она выберет? Пламя или дождь?

© Валентеева О.А., текст, 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

## Глава 1. Чем дальше в лес

– Я не поеду.

– Поедешь. – Отец смотрел на меня как на пятно на идеальном сюртуке – а он только такие и носил, чтобы складочка к складочке, стежок к стежку. – Поедешь, Мелани, или можешь убираться из моего дома.

Нет, я не стала плакать. Собственно, разучилась в тот день, когда поняла, что во мне нет ни грамма магии. Учитывая, что вся моя семья – сильнейшие маги королевства, звучит не очень-то, правда? С этого самого дня я стала чужой в собственном доме. Ни родители, ни сестры не стеснялись упоминать об этом по поводу и без. А мой жених, сиятельный Алден Роукин, тут же разорвал помолвку.

Обряд по определению типа магии проходил в день шестнадцатилетия, а сама сила просыпалась несколько позднее. Однако кристаллы под моими ладонями остались холодны и безжизненны. Не скажу, чтобы в нашей стране подобное случалось редко – все знали, что магия вырождается, а старухи болтали, будто скоро ее не станет вовсе. Я не слушала слухи и сплетни, пока на собственном опыте не убедилась, что даже в нашем роду можно оказаться обычным человеком.

Родители давно обсуждали мою судьбу. И все чаще они склонялись к решению, которое саму меня пугало до безумия. Среди магических школ и академий была одна особенная. Она занималась обучением таких бездарностей, как я. Давала знания, которые помогали в быту, потому что без магии в нашем все еще насквозь магическом мире порою приходилось туговато, особенно в высшем свете, потому что маги занимали руководящие должности. Маги трудились при дворе, и маги же всегда и во всем были главными. Что оставалось нам? Довольствоваться низшими должностями и не стремиться к высшим.

На достойный брак я тоже рассчитывать не могла – маг не возьмет меня в жены. Оставалось надеяться на партию с каким-нибудь чиновником средней руки, а то и вовсе родители найдут кого-то, кто согласится забрать непутевую дочь с глаз долой.

Так вот, академия… Она находилась на самой окраине королевства. Я слышала, это было унылое место, которое стремилось не научить, а оградить высокородных родственников от их непутевых детей, племянников и так далее хотя бы на годы обучения – визиты домой на каникулах не предполагались. И последние два года я очень боялась, что отец таким образом избавится от меня. Как оказалось, не зря.

– Не смотри на меня так, будто я отправляю тебя на плаху, – заметил дражайший родитель, сведя к носу густые, начинавшие седеть брови. – Наследница рода Хелкотов должна получить лучшее образование, а двери других учебных заведений для тебя закрыты.

– Можно было бы нанять частных учителей… – начала было я.

– Помолчи! – гаркнул отец. – Твои вещи уже собирают. И не вздумай вытворить что-то… в своем духе.

Да, я не сразу смирилась с положением дел. И отвращение родных, и разрыв помолвки с Алденом стали для меня жестоким ударом. Если кто-то рассчитывал, что шестнадцатилетняя девчонка достойно встретит пинок судьбы и смирится с тяжкой участью, он ошибался. Я не смирилась. Старалась найти хоть какой-то выход, бунтовала, не желала сидеть в своей комнате, как больная, когда к нам приходили гости. Не молчала, опустив глаза. Я продолжала жить и не собиралась опускать руки. Но академия бездарностей? Оказаться запертой на три года под бдительным присмотром жестоких профессоров? Потому что о них тоже ходили разные слухи. И порою очень пугающие! Нет, не хочу!

– Раз ты настаиваешь, я уйду из дома, – сказала я отцу.

– И куда же ты отправишься? – поинтересовался тот.

– Куда угодно. Найду работу, буду зарабатывать честным трудом. Я разбираюсь в бухгалтерии, смогу устроиться к кому-нибудь экономкой или…

– Молчать! – На лбу отца угрожающе вздулась багровая венка. – Немедленно! Ты слышала меня? Немедленно собираешься, и чтобы утром была на пути к академии. А додумаешься сбежать, так я тебя из-под земли достану, не будь я лучший сыщик королевства!

Да, поисковой магии папеньки можно было только позавидовать. Его ценили при дворе, и пока считали меня завидной наследницей, чуть ли не пылинки с меня сдували. Как же изменчиво чужое мнение!

– Все равно найду, – повторил тот, глядя на меня сурово. – Пошла!

Я подхватила юбки и выбежала из комнаты. Было больно и обидно, в груди жгло, а в глазах стояли невыплаканные слезы. Хорошо, поеду! Поеду и докажу, что даже с академией бездарностей справлюсь! А если кто-то сомневается, его проблемы!

Слуги уже торопливо собирали вещи, пряча от меня глаза. Я прошла в оранжерею, спряталась на скамейке, утопавшей в экзотических цветах, и все-таки заплакала. Беззвучно, безнадежно. А потом пошла собирать свои сокровища. Это были любимые томики стихов Бертрана Борнелла, несколько украшений-безделушек, которые дарили друзья на памятные даты. Конечно, когда у меня еще были друзья. И тонкое серебряное колечко на цепочке – первый подарок Алдена. Мы познакомились с будущим супругом, когда ему было четырнадцать, а мне двенадцать, быстро подружились, а потом меня угораздило влюбиться в него. Я радовалась, что стану его женой. Однако радость быстро иссякла. Алден отказался от меня. Сначала я не верила. Думала, что на этот шаг его толкнули родители, поэтому сбежала из дома, чтобы встретиться с ним. А он достаточно быстро дал понять, что решение принял сам и я ему больше не нужна.

С тех пор я сняла с шеи колечко, которое стало мне мало, поэтому и носила его как кулон. Уничтожила все письма Ала, все подарки, а этот так и не смогла. Глупая…

– Леди Хелкот, как же так… – заглянула в комнату старая служанка, которая нянчила меня еще ребенком.

– Вот так, Лидия, – вздохнула я, пряча кольцо. – Помолись обо мне светлым девам, пусть пошлют счастливый путь.

Добираться в академию предстояло две недели, и это будет не самое веселое время.

– Ох, горюшко!

Служанка покачала головой и ушла, а я осталась одна. Последняя ночь в родительском доме пролетела без сна. Сестры попрощаться не заглянули. Они обе были младше меня, им еще только предстояло выбрать место обучения в следующем году, поэтому они останутся дома, а я…

Нет, хватит! Больше никаких сожалений! Но горько было расставаться со всем, что я так любила. А в глубине души я чувствовала стыд, будто подвела родителей и как-то провинилась. Отделаться от него до конца так и не получилось.

На рассвете я стояла на пороге нашего столичного особняка. Ни мать, ни отец не появились, но я видела их силуэты за занавесками окна. Видимо, хотели убедиться, что проблемная дочь уехала, а не устроила очередную каверзу. Убедились? Значит, можно ехать.

Дорожный экипаж уже ждал у ворот. Слуги закрепляли багаж. Ехала я одна – слуги или компаньоны в академию не допускались. Кучер, пожилой черноглазый мужчина, поглядывал на меня неодобрительно. Видимо, тоже знал о моей проблеме и считал виновницей родительских бед. Я с гордо поднятой головой села в экипаж, помахала рукой закрытой занавеске, за которой, возможно, все еще стояли родители, и заскрипели колеса, знаменуя новый этап в моей судьбе.

Мы долго пробирались по столичным улочкам, а затем выехали на широкую проселочную дорогу. Тут-то и пригодились книги. Я почти все время читала, потому что разговаривать было не с кем, а спать не хотелось. Мы останавливались на крохотных станциях, перекусывали и продолжали путь – видимо, кучеру приказали спешить. Большую часть ночей я тоже проводила в экипаже. Лишь раз в три-четыре дня снимали комнаты на постоялом дворе, чтобы я хотя бы могла принять ванну и умыться. Мне казалось, что без должного ухода мои каштановые волосы стали напоминать паклю, а ходить я и вовсе разучилась. Но кучер не желал слушать возражений.

– У меня приказ, леди, – бубнил он и увозил меня все дальше от дома.

Однако все рано или поздно заканчивается. Подошел к концу и наш путь. Две с половиной недели спустя на горизонте появились горы, а среди них чернели башенки замка. Мне вспомнились рассказы, что академия стоит над пропастью и бывали случаи, когда студенты срывались туда и ломали себе шеи. Вряд ли о них кто-то тужил…

Экипаж остановился.

– Вещи отсюда заберут, – пояснил кучер. – А вы ступайте дальше сама.

Сама… Чувство одиночества давило все сильнее. Тем не менее я покорно вышла из экипажа и зашагала по дороге, уходящей в гору. Под ноги попадались камни, один раз я чуть не упала, но все равно упрямо шла вперед. Когда обернулась, экипажа уже не было. Какая чудная академия! Ни экзаменов тебе, ни переживаний: поступила, не поступила. Похоже, особо слабые студенты отсеивались на пути в альма-матер. А кто добирался до ворот, мог принимать поздравления и спешить на пары.

В очередной раз подвернув ногу, я толкнула носком ботинка камешек и от злости притопнула. А затем ускорила шаг. За спиной что-то зашелестело. Я обернулась и увидела, как камешки и камни собираются в огромную фигуру. Ой…

– Извините, – пробормотала я, а затем бросилась бежать. Ох, давно не бегала с такой скоростью! Все время казалось, что каменный великан догонит меня и раздавит. Обернулась – он шагал за мной, и из-под каменных ног летело крошево.

– Я не хотела вас обидеть! – крикнула я, не сбавляя шага. Но дорожка шла выше и выше, я начала задыхаться. Споткнулась, упала на колени, обдирая ладони и коленки, пачкая подол дорожного платья. Неужели сейчас придет конец моей короткой жизни?

Тень нависла надо мной. Я поднялась и развернулась, решив лицом встретить гибель, а каменный голем протянул ко мне неживую серую руку. На ней лежал алый конверт, на котором было написано: «Пропуск».

Ой… Кажется, у страха глаза велики. Я забрала конверт, пробормотала «спасибо» и уже медленнее продолжила путь. Благо ворота оказались совсем близко. А на подвесном мосту, ведущем к ним, толпились люди. Юноши и девушки, не так мало, как я могла предполагать, – человек двадцать минимум.

– За мной будешь, – обернулась ко мне красивая блондинка в синем платье и плаще с мехом.

– Хорошо.

У меня не осталось сил сопротивляться или пытаться выяснить ситуацию. Я просто села прямо на мост и обхватила колени руками.

– Что, долго добиралась, да? – А вот блондинка оказалась из словоохотливых. – Мне повезло, я в двух днях пути живу. Эвелина.

– Мелани, – представилась я в ответ. – Да, я приехала из столицы.

– О, недурно! – заулыбалась девушка. – Небось, и принца видела, и короля?

– Видела, – сказала я, раз уж ей так интересно.

– И как? – Глаза девушки сияли неподдельным интересом.

– Обычные маги.

А с наследным принцем я даже как-то танцевала на балу. Мне тогда было пятнадцать, и хотя бы год я наслаждалась жизнью остальных юных девушек. Принц Вильгельм был очень учтивым юношей и грозился отвоевать меня у Алдена. Сейчас он бы и здороваться не стал. Но в королевской семье была своя беда: старшего сына короля убили заговорщики, и Вильгельм в четырнадцать лет вдруг стал наследником престола. И врагу не пожелаешь… Не титула, конечно, а потери близкого человека. Я слышала, что братья были дружны.

Возможно, моя новая знакомая спросила бы еще о чем-то, но наше внимание привлекли новые появившиеся студенты. В отличие от нас, они были верхом. Двое юношей спрыгнули с черных коней, и те развеялись туманом. Магия? Но как? Или они не студенты, а преподаватели?

Но нет, юноши подошли к нам, непохожие как ночь и день. Один темноволосый, с носом горбинкой, плотно сжатыми губами и тяжелым взглядом карих глаз. Второй рыжий, как луч, с забавными веснушками на носу и веселыми зелеными глазами. Но познакомиться мы не успели – будто руководство академии только и дожидалось этих двоих, потому что сразу же заскрипели и распахнулись ворота.

Я ожидала чего угодно, только не того, что из ворот высунется драконья морда.

– А, студентики, – пророкотала голова – тело нам до сих пор не было видно. – Вкусные? Хорошо дома питались?

Первые ряды тут же пожелали стать последними. Какая-то девица с размаху встала мне на ногу и даже не подумала извиниться. А я смотрела на дракона, как на ожившее чудо. Он был такой красивый! Золотистые чешуйки с красноватым отблеском, большие зеленые глаза с вертикальными зрачками, ярко-оранжевый гребень. Казалось, что в каждой чешуйке отражается скупое сегодня солнце.

– А говорят, что кровь дракона способна наделить магией даже таких бездарностей, как мы, – задумчиво проговорила Эвелина.

– Но мы же не будем это проверять?

– Как знать.

И блондинка воззрилась на дракона с тем же гастрономическим интересом, с которым он глядел на нас. А предмет обсуждения, похоже, обладал идеальным слухом.

– Эй, милочка! – Он дыхнул паром, и передние ряды усилили отступление. – Не распространяйте сплетни. А раз такая смелая, подойдите-ка ко мне. Надо проверить, действительно ли у вас нет магии. А то еще занесете какую-нибудь магическую заразу в нашу академию.

Эвелина ошеломленно пошла вперед. Я поторопилась за ней – мне тоже хотелось взглянуть на волшебное существо вблизи. Драконов во всем мире осталось крайне мало, каждый был наперечет. Интересно, конкретно этот – кто он? Не припомню в книгах золотистых особей.

– Добрый день, – звонко проговорила моя новая знакомая, бесстрашно глядя на дракона.

– Имя? – рявкнул тот.

– Эвелина Дорсет, – ответила она. Никогда не слышала об этом роде… Зато, кажется, слышал дракон, потому что проговорил, приглядываясь к Эвелине:

– А, помнится, у нас побывал твой старший брат. Как, жив, негодник?

– Жив и благополучен, – заверила девушка. – И даже передал вам обещанный набор зачарованных колб из ледяного стекла.

– Еще бы он не передал! – Дракон снова дыхнул дымом. – Мои-то разгрохал! Протяни руку.

Эвелина вытянула ладонь вперед, и раздвоенный язык коснулся ее запястья.

– Магии нет, – подтвердил привратник. – Добро пожаловать в Северную безмагическую академию, леди. Следующий!

Эвелина протиснулась мимо дракона в ворота, а я подошла ближе.

– Имя! – Два зеленых глаза блеснули, словно изумруды.

– Мелани Хелкот, – ответила я.

– У-у-у, Хелкот без магии – жалкое зрелище, но мы все равно рады, – заверил дракон. – Руку.

Когда его язык коснулся моей кожи, будто легонько ударило током. Во мне даже затеплилась надежда, но безжалостный ящер мигом ее оборвал:

– Ни капли магии, проходите, леди, вы приняты. Следующий!

Я бочком вошла в ворота, занятые драконьей тушей, и наконец-то смогла разглядеть вид сзади, так сказать. Золотые чешуйки постепенно переходили в алые, а хвост казался огненно-рыжим. Гребень же из оранжевого переходил в светло-желтый. Выглядело мило. Дракон был размером с три экипажа, подобных тому, на котором я прибыла.

– Мелани, сюда! – позвала меня Эвелина.

Точно, я же стою и загораживаю кому-то проход. Я поторопилась отойти в сторону и только сейчас обратила внимание на замок. Да, издалека он казался гораздо меньше! А сейчас черная громадина нависала над нами, щеголяя зубцами башенок и бойницами окон. Я насчитала пять башен. Интересно, жилые комнаты тоже находятся внутри? Или есть отдельное общежитие?

А к нам постепенно присоединялись новоиспеченные студенты. Все сначала глазели на дракона, потом на замок. Последними вошли те двое парней, которые прибыли верхом. Только тогда ящер развернулся и сверкнул глазами.

– Повторюсь, рад приветствовать вас в Северной безмагической академии, – пророкотал он. – Вы доказали, что лишены магии, и это позволяет вам начать обучение на первом курсе. Всего курсов три. Самые одаренные студенты смогут остаться на дополнительный четвертый год.

Можно подумать, кому-то этого хочется…

– Забыл представиться. – Дракон забил хвостом. – Ректор безмагической академии Сальван Голд. Можете обращаться ко мне «лорд ректор» или просто «ректор», я не гордый, не обижусь. А теперь марш за мной, цыплята! Покажу, где вы можете отдохнуть с дороги, а потом вас ждет очень насыщенный вечер.

И дракон взлетел, обдав нас воздухом. Кто-то вскрикнул, а я подставила лицо ветру. Надо же, а это начинает становиться любопытным!

## Глава 2. Северная безмагическая академия

Внутри черного замка было довольно прохладно. Если и в жилых комнатах так же, придется спать одетой. Об этом я думала, следуя за ректором. Интереснее всего было взглянуть, как дракон будет себя чувствовать внутри замка, но холл был просто огромным, арки дверей – настолько высокими, что в них мог протиснуться не только дракон, а даже пара. Его крепкие когти стучали по паркету. Наверное, паркет приходится менять часто…

– Вот она, наша академия, – вещал ректор, следуя к широкой лестнице. – Здесь находятся залы для общих лекций, на втором этаже – для практикумов и семинаров.

– А где мы будем жить? – спросил один из студентов.

– В подвале, – на полном серьезе ответил дракон, и энтузиазма у нас, желающих грызть гранит науки, поубавилось.

– Шучу, – загрохотал смех ректора. – Жилые комнаты находятся в трех башнях.

– Но башен же пять, – не сдавался студент.

– А преподаватели, по-вашему, нигде жить не должны? И одну занимаю лично я, туда вам вход строжайше запрещен, даже если замок будет гореть, а потолок – рушиться на ваши пустые головы.

– Почему это пустые? – возмутился кто-то.

– Потому что их еще ничем не наполнили, – заявил дракон, останавливаясь у лестницы. – Итак, новость первая: у нас нет деления на факультеты, потому что у вас нет магических способностей. Да и вас не то чтобы много, всего двадцать студентов. Поэтому учиться вы будете все вместе. У вас будет ряд обязательных дисциплин, а со второго семестра вы сможете выбрать те, которые станете изучать углубленно. Зимние каникулы – две недели, летние – месяц. Традиционно студенты проводят их здесь же. Пока доедете домой, уже пора будет возвращаться, так что сидите смирно, читайте, гуляйте в парке – он такой огромный, что мы однажды искали в нем неделю сбежавшего студента. Одним словом, все для вас!

Я не уставала удивляться. Судя по лицам моих однокурсников, у них была примерно та же реакция. Они слушали дракона, едва ли не разинув рты.

– Далее о правилах. – Ректор поднял вверх лапу. – Главное вы усвоили: вход в мою башню запрещен. Вход в башню преподавателей – тем более. Они все люди ранимые, и, в отличие от вас, у некоторых присутствует магия, поэтому получите пульсар в лоб – не обижайтесь. Родителям письмо с траурной лентой я напишу лично, у меня уже и шаблон есть.

Шаблон? Значит, случаи были? Очень захотелось сесть, пусть даже прямо на пол, потому что ноги не держали.

– Далее, – продолжал лорд Голд. – Не портите имущество академии. Оно уже не новое, а финансирование у нас не то чтобы очень радует. Хотите потом сидеть на разломанных стульях – сидите.

– А одежда? Она же за три года истреплется… – попыталась вставить одна из девушек.

– Ваши фривольные платьица оставьте пылиться в шкафу, – рыкнул дракон. – Там им самое место. Форма будет ждать вас в комнатах. Два комплекта на год. Порвете – зашивать будете сами, курсы кройки и шитья у нас тоже есть, без магии определенно не будут лишними. И главное: за вами никто не будет бегать с золотой ложкой. Прислуги не держим. Чистота в комнатах зависит только от вас. Не успели в столовую – остались голодными. Не выполнили вовремя задание – заработали штрафные баллы, получите отработку. У кого на конец семестра будет больше всего штрафных баллов…

– Выбывает? – с надеждой поинтересовался светловолосый юноша.

– Нет. Весь следующий семестр помогает сохранять чистоту в академии. Моет коридоры, вытирает пыль. Ничего зазорного, но попотеть придется, и учебу все равно никто не отменит. Следующий пункт. Отношения между студентами.

Понятное дело. Сейчас начнет рассказывать, что до конца учебы ни-ни, будто нас родители не воспитывали.

– Так вот, запрещать я вам ничего не буду, – снова огорошил ректор. – Хотите – влюбляйтесь, делайте своих родителей бабушками и дедушками. Только помните, что с ребенком вам никто помогать не будет. Никаких мамок-нянек, да и условий тут нет, а домой я вас не отправлю. Это касается не только мамаш, но и папаш, потому что переселю вас в комнату к орущему отпрыску, и разбирайтесь как хотите. Поэтому думайте головой и предохраняйтесь.

Да уж, после речи ректора заводить отношения до конца учебы расхотелось даже мне – учитывая, что я вообще их не планировала.

– А теперь я представлю вам человека, который на три года станет для вас матерью и отцом. К нему вы будете прибегать в слезах и соплях, требовать пропуск в ближайший город, жаловаться на коварных возлюбленных и просить взаймы до стипендии. Кстати, стипендия у вас достаточно высокая, на побрякушки хватит.

А меня больше заинтересовал пропуск в город. Хотя это логично. На три года необходимого не напасешься – хотя бы даже тех же средств гигиены. Да и развеяться тоже хочется. Ладно, выясним этот вопрос.

– Итак, ваш дражайший куратор, лорд Терренс Ларден.

Кто-то за нашей спиной тихонько кашлянул. Я обернулась и снова замерла. Стоит признать, куратор Ларден был демонически красив! Темные волосы, небрежно стянутые на затылке, огромные синие глаза в обрамлении пушистых ресниц, аккуратный нос. Облик портили лишь крепко поджатые губы. Сразу видно: куратор крепкий орешек, его так просто не возьмешь.

– Ух ты, – присвистнула Эвелина, о которой я уже успела подзабыть.

– Не «ух ты», барышня, – обернулся к ней куратор Ларден, – а ваш куратор.

Голос у него был низкий, глубокий.

– И попрошу обращаться ко мне «куратор Ларден», фамильярности я не потерплю!

Да уж, вряд ли к нему прибежишь за советом, подумалось мне. Вредный тип. Молодой, а высокомерный – едва ли нашему куратору больше тридцати.

– Теперь прошу за мной, – скомандовал Ларден и повел нас вверх по лестнице, как полки в атаку. Женская половина, впрочем, смотрела не под ноги, а на спину куратора – и не только на спину, потому что две девушки почти сразу растянулись на ступеньках. Терренс даже не сбавил шаг. Мне показалось, что он и вовсе пошел быстрее. А мы миновали второй этаж, свернули, прошли в очередную дверь и очутились у винтовой лестницы. Похоже, это наша башня. Интересно, здесь обитает только первый курс? Скорее всего: студенческих башен три, курсов тоже. Все сходится.

А вот подъемы и спуски по лестнице станут тяжелым испытанием. Я поняла это, когда успела запыхаться, выдохлась, а мы все еще не поднялись к нашим комнатам. А когда Ларден толкнул дверь в коридор, я готова была возблагодарить светлых дев!

– Женский этаж, – отчеканил он. – Юноши, ваш выше.

Послышался слаженный мужской вздох, а я посочувствовала сильной половине нашей группы. Пока же Ларден продолжал вещать:

– Комната у каждой личная, всего десять комнат. При этом три уборные, три душевые. Ванная одна, она открыта только на выходных, а то знаю я вас. В остальное время довольствуйтесь душевыми. И привыкайте к самостоятельности, она вам пригодится. Таблички с вашими именами на дверях, вещи уже в комнатах. До вечера вы свободны, в шесть жду у лестницы, я за вами приду и проведу экскурсию по территории академии.

Как мило с его стороны… Ларден пошел прочь, увлекая за собой парней, а я нашла свою фамилию на третьей двери от входа и ввалилась внутрь. Счастье-то какое! Впрочем, счастье быстро сменилось менее приятной эмоцией. Комната была обставлена достаточно скромно. Да, дома на мне поставили крест, но привычных радостей жизни не лишили. И удобная кровать относилась к одной из них. А здесь саму комнату можно было пройти шагов за пять. У стены притаилась узкая кровать, застеленная тонким одеялом. В другом углу – стол, на нем стопкой лежали учебники и письменные принадлежности. Два сундука с моими вещами занимали половину комнаты. Узкий шкаф явно не вместит и половины… Допустим, сундуки я сдвину под кровать, уже освободится место. Только уюта в этой комнатушке все равно не было ни на грамм. Стул – и тот был один. А если зайдет однокурсница? Даже присесть будет негде!

С другой стороны, на что я рассчитывала? Слухи об этом месте ходили разные, и хороших практически не было. Я подошла к узкому окошку. Под окнами был тот самый парк, больше походивший на лес. Да, заблудиться немудрено. В глубине парка виднелось какое-то строение, но через мутное стекло нельзя было разглядеть, какое именно. Только возвышалась серая крыша. Поздравляю, Мелани! Теперь ты на три года заперта в этих стенах.

В двери негромко постучали. Я не удивилась, увидев на пороге Эвелину. Та тоже не выглядела сколько-нибудь счастливой.

– Это не комната, а каморка какая-то! – выпалила блондинка.

– Согласна. – Я отошла от двери, давая новой знакомой войти. – Представляю, какие тут душевые.

– Лучше не представлять, – поморщилась та. – Мой отец говорил, что здесь дают хорошее образование, но как-то мне слабо верится в это после всего увиденного. Академия явно бедствует. Ты обратила внимание, каким старым выглядит все вокруг? Не только в комнатах, но и в коридорах, и в холле. А вдруг тут обитают призраки? Бр-р-р!

– Мы их даже не увидим, в нас магии нет, – отмахнулась я.

– Если бы! Я дома один видела. – Эвелина понизила голос: – Поэтому не зарекайся. Уверена, в этом замке точно когда-то кого-то убили. Или ранили, или…

– Не нагоняй страха, – отмахнулась я от впечатлительной девушки.

– Зато ректор – очень интересный дракон, – хмыкнула та. – Как думаешь, если попросить у него чешуйку, он не откажет? Драконы ведь должны линять.

– Линять?

Я представила, как с ректора сыплется старая чешуя, а на ее месте вырастает новая, и стало смешно.

– Может, он и когти иногда стрижет? – продолжала мечтать Эвелина. – Вот бы коготок получить! Это ведь такой источник волшебства, и своей магии не надо.

– Боюсь, ректору твои планы на части его тела не понравятся, – хмыкнула я.

– Что-то я тоже этого опасаюсь, – кивнула подруга по несчастью. – Эх, ладно, пойду разбирать вещи. Я, если что, в четвертой комнате живу, соседки.

Вот и отлично. Будет с кем перемолвиться словечком. Хотя за последние два года я привыкла молчать: меня никто ни о чем не спрашивал, не замечал, будто я была пустым местом. И лишь иногда близкие снисходили до ответов на мои собственные вопросы.

Я тоже открыла сундук и принялась развешивать платья в шкафу. Интересно, чему нас будут учить? Магии ведь ни у кого нет, основные науки мы выучили еще дома, когда нас готовили к более светлому будущему. Любопытно будет взглянуть на расписание. Я уже была уверена, что курсы рукоделия не выберу в качестве дополнительного предмета. Может, найдется что-то более интересное?

Как и предсказывала, в шкафу поместилась лишь половина вещей из первого сундука. Для вечернего выхода в свет выбрала темно-зеленое платье. А еще оценила комплекты формы: теплой, темно-коричневой, и более легкой, синей. Форменные платья казались невзрачными, бесцветными. И я даже начала подозревать, что ношеными, но убедиться в своей догадке не смогла. Кто же в таком признается?

Измотанная изнурительной дорогой и переживаниями, я легла и тут же провалилась в сон. А проснулась от стука в дверь и поняла, что едва не проспала обещанную экскурсию по академии. Было бы скверно не знать, куда идти на пары. А может, будет какая-то вступительная церемония? Торжественный ужин? Хоть что-нибудь, чтобы отпраздновать начало этих длинных трех лет.

– Не спи, соня! – Эвелина казалась бодрой и свежей. Видимо, прекрасно отдохнула. – Нас ждет увлекательный вечер!

– Если ты о том, чтобы бегать по академии следом за куратором, не слишком-то он и увлекательный, – буркнула я, быстро заплетая волосы в косу. В отличие от однокурсницы, я выглядела так, будто не спала год. И, откровенно говоря, хотелось вернуться в постель.

– Да ладно тебе! Ты видела, какие у нас симпатичные парни в группе? – Эвелина цвела и сияла. – А главное, у них тоже магии нет, нос воротить не будут. Идем ловить свое счастье!

И потащила меня в холл, где назначил нам встречу куратор Ларден. Уверена, он был еще одной причиной такого рвения Эвелины. Слишком уж днем она на него заглядывалась.

Пусть мы и не опоздали, но вся группа уже была в сборе, не хватало только нас. Однокурсники молчали, исподлобья поглядывая друг на друга. Да, с нашим магическим положением особо ни с кем не подружишься. Я и сама не торопилась заводить знакомства. Эвелина не в счет. Похоже, ее семья спокойно относилась к магическим особенностям дочери. А в холл уже входил сам куратор Ларден. Он выглядел так же безупречно, как и утром. Я даже в чем-то понимала восторги Эвелины, но, после того как Алден меня предал, не горела желанием снова в кого-то влюбляться. Даже просто увлекаться, потому что иногда меня еще душила глухая тоска. И как с ней справиться, я не знала. С другой стороны, хорошо, что с Алденом все выяснилось до того, как я стала его женой. Разочароваться в любимом супруге, с которым ты связана магической клятвой, еще более горько.

– Вижу, все собрались. – Ларден окинул нас долгим взглядом, будто пересчитывая. – Следуйте за мной, я покажу вам основные достопримечательности академии, а потом провожу на ужин.

Странно, что до сих пор мы видели только преподавателей, а не студентов. Впрочем, вскоре эта странность развеялась: на втором этаже центральной части замка было шумно. Студенты в таких же форменных платьях и костюмах, как выдали нам, сновали туда-сюда. Они что-то обсуждали, поглядывая на нас с любопытством. Точно, учеба ведь еще не началась. Наверное, поэтому учебная часть замка казалась такой малооживленной.

– Сейчас у второго и третьего курсов начинаются собрания групп. – Ларден подтвердил мою догадку. – Будут выбирать старост на этот год, подавать заявки на дополнительные курсы. Поэтому так шумно.

Но здесь было много студентов! Если бы второй и третий курсы состояли из двадцати человек, как наш, то во всей академии насчитывалось бы всего шестьдесят студентов. Не сходится…

– Многие приезжают сюда в течение учебного года. – Ларден подтвердил мою догадку. – Сами, против воли родителей, потому что наш магический мир сложен для людей без магии. Поэтому не удивляйтесь, что второй и третий курсы больше вашего. Да и сам набор в предыдущие годы отличался – изначально мы принимали по пятьдесят студентов.

– Тогда почему в этом двадцать? – спросила Эвелина.

– Об этом стоит спрашивать не меня. – Ларден пожал плечами. – Что ж, приступим к нашей экскурсии. Здесь, на втором этаже, как вам уже говорили, находятся в основном залы для семинаров и практикумов. Также именно здесь вы сможете найти библиотеку – ее дверь в конце коридора. Комнаты для собраний курсов, куда сейчас направляются студенты, тоже на втором этаже. Я покажу вам нашу.

Куратор провел нас вдоль коридора и остановился перед дверью из темного дерева. За ней скрывался достаточно уютный зал. Вдоль стен стояли мягкие стулья, напротив входа возвышалась небольшая трибуна. Окна были скрыты изящными занавесками, комнату озарял мягкий свет.

– Здесь мы соберемся завтра утром, ровно в восемь, – отчеканил Ларден. – Затем я провожу вас на первую лекцию, поэтому потрудитесь позавтракать раньше, а письменные принадлежности захватите с собой. Расписание уже лежит у каждого на столе.

В наши комнаты есть доступ для посторонних? Я поморщилась. Не хотелось бы, чтобы кто-то рылся в моих вещах. Но в открытую протестовать не стала – у академии свои устои, и мне только предстоит с ними познакомиться.

– Запомнили путь? Тогда я покажу вам третий этаж, – сказал куратор и снова повел нас по коридору. – На третьем этаже находятся тренировочные залы, а также комнаты отдыха, где студенты всех курсов могут собираться вместе и общаться. При этом в жилые башенки второго и третьего курсов вам нельзя, у каждого своя территория, не заходите на чужую.

На третьем этаже было уютно. Тут нашлись не только тренировочные, но и бальные залы. Значит, праздники в академии все-таки случаются.

– Официально учебный год начинается завтра, – проговорил Ларден. – Поэтому вечером состоится небольшой прием. Выгуляйте привезенные платья и забудьте о них до конца первого семестра, когда мы восславим светлых дев за новый год и вашу первую сданную сессию. А теперь – столовая!

Я заметила, что лестница ведет дальше, на четвертый этаж, но спрашивать, что там, не стала. Узнаю в свое время. Скорее всего там рабочие кабинеты преподавателей – им тоже надо где-то трудиться. А вот есть хотелось, целый день, считай, ничего не ела. Поэтому визит в столовую меня обрадовал. Это была большая просторная комната. Три длинных стола тянулись от одного края в другой, вдоль них стояли скамьи. У окошка выдачи уже стояла добродушная румяная женщина.

– Подходим ко мне, малыши. – Она помахала рукой, а я покосилась на однокурсников. И где она малышей увидела?

Каждый взял поднос, и повариха поставила на него тарелку с манной кашей, блюдечко с булкой и стакан с компотом. Негусто, но пахло вкусно. Я умостилась рядом с Эвелиной. Парни, которые утром привлекли внимание, сидели напротив нас, и моя соседка, видимо, решила, что еда – прекрасный повод для знакомства.

– Эвелина, – представилась она.

– Клеменс, – ответил рыжеволосый. – А это Рейн.

Рейн… В переводе с южного диалекта – дождь. Что ж, ему подходит – угрюмый, как туча.

– Мелани, – откликнулась я.

– Откуда вы приехали? – уже выпытывала Эвелина. – Я местная, можно сказать.

– Юг, – ответил Клеменс. – Далековато забрались.

– О, да!

Только не похожи они на живых и вертких южан. Клеменс еще хоть как-то, а Рейн – вообще никак. Может, его родители были не оттуда? Мало ли.

– Ненавижу манную кашу, – признался Клеменс, открыто строя глазки Эвелине. Та рассмеялась:

– Я тоже, но что поделаешь? Голодать вредно для здоровья.

И взялась за ложку. Я отметила, что приятель Клеменса ест быстро, а главное – молча. Он вообще говорит?

– Приходите в гости, – уже приглашала Эвелина. – Моя комната под номером четыре, а Мелли в третьей живет.

Я не очень-то любила, когда кто-то сокращал мое имя. Мелли осталась в дне моего шестнадцатилетия, а Мелани была куда тверже и разочарованнее в людях. Даже самых близких.

– А наши пятая и шестая, – ответил Клеменс. – Я тоже буду рад гостям.

«Я буду рад». Не «мы». Это я тоже отметила.

Все были такие голодные, что ужин закончился быстро. Мы попрощались с новыми знакомыми и разошлись по своим этажам. Эвелина настойчиво намекала, что не против зайти ко мне в гости, но мне хотелось побыть одной и поразмыслить, поэтому я пожелала ей спокойной ночи и закрыла дверь комнаты.

На столе уже действительно лежало расписание. Пока что в нем значилось три лекции: «Теория экономики», «Теория психологии» и «Введение в домоводство». Вот последнее меня удивило. Что имеется в виду? Мы не станем наследниками наших родителей, у нас нет магии. Что ж, завтра получу ответ на свой вопрос и даже немного развеюсь. Вспомню, как это – танцевать. А пока спать! Потому что во сне исчезают все горести и радости, тают тревоги и печали.

Я сняла платье и надела тонкую сорочку, привезенную из дома. Одеяло казалось холодным, но быстро нагрелось от тепла моего тела. Я завернулась в него, как в кокон, закрыла глаза, однако долго еще лежала без сна. Думала о доме. О том, что скучаю, пусть мне и было там плохо. И при этом была уверена, что никто не скучает по мне.

## Глава 3. От лекции до лекции

Серый свет лился в окна, когда я открыла глаза. И не поймешь, то ли светает, то ли уже давно наступило утро. Я поднялась и подошла к окошку. Да, давно рассвело, но в этих краях солнце казалось неярким, подернутым туманной дымкой. Может, конечно, это только сегодняшний день выдался таким пасмурным. А может, это в принципе особенности местной погоды. Часы показывали, что у меня есть сорок минут, чтобы собраться и позавтракать, поэтому я натянула домашнее платье и поспешила в душевую. Однако никак не ожидала, что все мои однокурсницы уже здесь и толпятся перед тремя кабинками, в которых кто-то есть.

– Лилиан, выходи! – стучала в одну из кабинок Эвелина.

– Мартина! – звала русоволосая девушка у другой.

– Идите к темным братьям! – раздалось из третьей кабинки.

Всем хотелось принять душ, и никто не собирался торопиться. Я подумала, подумала – и сбежала в столовую. Потом вернусь и вымоюсь, пока девушки будут завтракать. Правда, я рассчитывала, что в столовой и вовсе никого не будет, поэтому небрежно заколола волосы и переодеваться во что-то более приличное не стала. Платье-то было достойное, удобное, но не для выходов в свет. А за нашим столом сидели все десять парней-однокурсников и мирно жевали. Я уже готова была отступить, но потом плюнула на все и пошла к окошку раздачи.

– Доброе утро, – поприветствовала повариху.

– Доброе утро, деточка, – ответила та, выделяя мне порцию оладушек, блюдечко с джемом и чашку чая. – Что-то ваши опаздывают.

– Сражаются за воду в душе, – улыбнулась я, и повариха рассмеялась в ответ.

– Уверена, это будет достойный бой, – подмигнула она. – Присаживайся, милая. Приятного аппетита.

– Благодарю.

Я подхватила поднос и села за стол.

– А остальные что, не голодные? – тут же поинтересовался Клеменс.

– Здравствуйте, Мелани, – внезапно заговорил Рейн, и я чуть приборы не выронила. Уже привыкла, что он все время молчит.

– Здравствуйте, Рейн, – кивнула ему. – Всем приятного аппетита.

И впилась в оладушек. Кто-то любит много есть на ужин, я же всегда голодная с утра, поэтому быстро справилась с завтраком, и когда относила посуду, в столовую потянулись остальные девушки. Я же быстренько вернулась на наш этаж, влетела в душ и… Вода была прохладной, если не сказать – ледяной. Стуча зубами, быстро обмылась, прополоскала рот травяным отваром, заготовленным на полочке. Да чтоб им всем… Настроение, и без того пока не радужное, покатилось куда-то вниз. Я быстро натянула форму и поспешила в холл, отмечая, что одежда удобная и точно по размеру. И снова картина повторилась: десять парней и я одна. Видимо, дамы еще завтракали.

– О, и снова здравствуй, – помахал мне Клеменс. – Что-то мы слишком часто встречаемся этим утром, красавица.

Тоже мне, красавицу нашел! В синем наглухо застегнутом платье, с собранными в «улитку» волосами, потому что на скорую руку соорудить что-то более достойное я не могла. Надо завтра проснуться как можно раньше! Иначе так и буду ходить как пугало.

А куратор Ларден уже шел к нам. Окинул взглядом одиннадцать человек вместо двадцати, усмехнулся с легкой иронией и скомандовал:

– Отстающих не ждем, пусть добираются сами. За мной!

И широким шагом двинулся к лестнице. Мы поспешили за ним. В последнюю минуту нас догнали Эвелина и русоволосая девушка, имени которой я пока не знала.

– Татиана, – представилась та.

– Мелани, – ответила я.

На втором этаже мы свернули налево и остановились у одной из дверей. А я только сейчас задумалась о том, что столы второго и третьего курсов были пусты. У них завтрак состоится позднее? Или, наоборот, был раньше?