Крис Сойер
Время выживать. Бегство с острова

Глава 1

Доктор Рон Уилкоф поднялся с кресла в своем кабинете. Он был главным врачом в рабочем поселке, который назывался просто – Третий. Все поселки носили вместо названий номера, только так их различали, а так, одни и те же старые серые казармы, в которых жили люди, точнее, рабы.

Их нельзя было назвать людьми, они больше не умели чувствовать. У них стерли память, они не знали, кем являются, как оказались в поселке и что они когда-либо чувствовали или испытывали.

Сегодня должны привезти новую партию людей в его поселок. Доктор с нетерпением ожидал этого. Не то чтобы он был в восторге от возни с ними, но он ставил эксперименты на людях: кому-то стирал память полностью – человек забывал, как разговаривать, ходить и терял другие жизненно важные функции. Другим он оставлял чуть-чуть воспоминаний о семье или любимом человеке, потом смотрел, как они мучаются и борются с собой, отмечая, сколько они продержатся до побега или бунта. Третьим он не стирал память, доктор кидал их в карцер и выбивал из них обещание, что они будут молчать и не будут пытаться связаться со своими родными. За такими людьми было наблюдать интереснее всего. Рон делал и другие эксперименты над пленными, но эти были основными в его практике.

Конечно, так он делал не со всеми людьми, а только с некоторыми, ведь главное – чистота эксперимента и его результаты, поэтому подходили не все. Надо было выбирать из числа людей, а оно не всегда было большим. В последнее время, правда, шло шоу на одном из островов, и оттуда везли людей. Доктор Уилкоф заключил договор с владельцем шоу, договорившись, что к нему будут поставлять людей, а он будет молчать, естественно, за определенную плату. Так Рон сумел заключить выгодный контракт и смог проводить эксперименты, как он и хотел. Жизнь, несомненно, удалась, и доктор был доволен собой.

За свой эксперимент доктор надеялся получить научную премию, в его кругах ценили не человечность, доброту и гуманность, а новые прорывы в медицине, психологии, химии, биологии и многих других научных отраслях. Власть щедро платила тем, кто искал новые методы для управления людьми или для их полного контроля. Конечно, все это делалось в тайне, чтобы избежать народного бунта, но те, кто вращался в высших кругах, знали об этом. Некоторым было все равно, другие осуждали правительство, а третьи помогали властям, придумывая различные системы контроля над простыми людьми и методы для их укрощения.

Поэтому доктор Уилкоф не беспокоился о своей репутации, свободе или жизни. Власть знала о том, что он делает, и не препятствовала этому. Такие эксперименты проводил он и его друг из Седьмого поселка. Они работали, подкидывая друг другу идеи, зная, что если что, можно будет указать друга соавтором научной работы и получить премии.

Доктор Уилкоф некоторое время смотрел в окно кабинета, наблюдая, как заезжает автобус с людьми во двор клиники. В ней стирали память, потом людей расформировывали по баракам. Бывало так, что муж и жена или брат с сестрой, или родители с детьми жили рядом, спали на соседних койках, но ничего не помнили друг о друге, а поэтому воспринимали родных людей как чужих. Все это нравилось доктору, он любил чувствовать себя вершителем судеб.

Пришло сообщение от секретаря мистера Леви, в котором говорилось о переводе денег. Также там было написано, что это последняя партия людей, пока ему больше ждать не надо. Но в будущем мистер Леви надеется на продолжение успешного контакта.

Рон довольно улыбнулся, конечно, он будет сотрудничать с таким хорошим человеком, который всегда платит по счетам и готов договариваться. Он напечатал ответное письмо, и опять посмотрел в окно, охранники ходили по территории, они отдыхали после дороги и ждали таможенника. Который должен был проверить, сколько людей привезли, чтобы по документам все совпадало.

Единственное, что требовалось от доктора – это порядок в бумагах, и это было нетрудно соблюдать. По документам велась статистика погибших и пытавшихся сбежать. Пока их процент был незначительный, обычно, люди вели себя спокойно и не дергались. Наоборот, хотели, чтобы их оставили в покое, в бараках после работы почти сразу наступала тишина, люди спали или просто лежали, практически все теряли интерес к жизни. Поэтому охранники вели себя расслабленно и иногда даже спали на постах. С этим надо будет разобраться чуть позже, доктор сделал заметку в блокноте.

Наконец, людей стали выводить, доктор Уилкоф никогда не выходил к людям. Он наблюдал за ними из окна кабинета, составляя свое впечатление от них и решая, годятся они для его экспериментов или нет.

Вот и сейчас, перед его глазами разворачивалось действие, из автобуса стали выходить люди. На удивление, они были относительно спокойны, а ведь обычно, плачут даже мужчины, все боятся попасть в это место и забыть все о своем доме.

Изначально, рабочие поселки создавались только для преступников, людей опасных для общества. Но это было очень давно, с тех пор прошло почти два века, поселки должны были заменить тюрьмы, стать шансом для уголовников послужить на благо общества и искупить свою вину. Но из благого намерения ничего не вышло, наоборот, все стало только хуже. Со временем сюда стали привозить людей, неугодных государству, богатые люди платили начальникам поселков, чтобы они стерли память у тех, кто перешел им дорогу.

Так поселки для преступников превратились просто в рабочие поселки, куда свозили даже тех, кто просто был бездомным. И это была их единственная вина. Это фактически даже не было виной, ведь люди теряли дома из-за огромных налогов или мошенничества. Властям это было на руку, им была нужна бесплатная рабочая сила, и она у них существовала в поселках. Когда люди находились на грани смерти из-за голода и тяжелой работы, а это происходило довольно быстро, то их время забирали. Таким образом, люди совершали две полезные функции: работали и пополняли счета доктора и других важных ему людей.

Иногда, конечно, вспыхивали бунты среди людей, некоторые пытались возглавить восстание. Но это были безуспешные попытки. У властей было много методов подавления бунтовщиков. Один из них – это время, благодаря нему, контролировать людей стало еще проще, чем раньше. После его введения люди почти перестали бунтовать, так как у бунтовщиков забрали время. Это сделали на главной площади страны и транслировали по всем экранам, люди видели, как быстро умерли бунтари. После этого они почти не осмеливались выступать против властей. А те, кто делал это, рано или поздно оказывался в рабочих поселках или умирал. Поэтому, когда возникала новая попытка бунта, власти не переживали, наоборот, они делали свои ставки и наблюдали за расправой над восставшими.

Конечно, такая система могла потерпеть крах, но только в том случае, если поднимется вся страна, и люди узнают, что происходит в рабочих поселках. Ведь сейчас многие живут, пускай и не совсем спокойно, но все равно не обращая внимания на страдания других. А правда о происходящем, об экспериментах, различных шоу и других шокирующих подробностях, может всколыхнуть страну. Тогда правительству и богатым людям придется очень плохо. Для подавления бунта надо будет задействовать много ресурсов – и человеческих, и материальных.

Людей выстроили в шеренгу на площади у здания клиники, они переглядывались и перешептывались. Виктор, Влад и Макар тихо давали остальным советы и просили сосредоточиться во время стирания памяти, несмотря на страх.

Доктор же в это время решил, что из этой партии отберет несколько человек для эксперимента. Осталось только выбрать, кто ему больше подходит. Это было не так трудно, главное, смотреть на их реакцию сейчас и во время самого процесса стирания памяти. Ну и, конечно, пользоваться интуицией. Она редко подводила доктора Уилкофа, и он привык ей доверять.

За несколько минут доктор Уилкоф наметил своих жертв и вышел во двор, чтобы поздороваться с людьми и сказать им, что они теперь новые жители поселка номер Три. Эта часть всегда была самой быстрой, потом долгие процедуры записи новичков, затем самая интересная для доктора часть – непосредственно само стирание памяти.

В этой группе было много детей, и тут Рону пришла в голову идея – а что если поэкспериментировать с детьми. У них более гибкий мозг, и они быстрее адаптируются к изменениям, тем более они такой же материал для исследований, как и взрослые.

Поэтому доктор немного изменил свои планы, он убрал одну женщину из своих заметок и добавил двоих детей, кажется, так будет лучше. Он довольно улыбнулся, и начал говорить свою речь:

– Добро пожаловать в Третий поселок! Вам тут очень рады, ведь наше место предназначено для исправления преступников и людей, опасных для общества.

– Но мы ничего не сделали плохого, – раздался голос из шеренги.

Доктор тут же повернул голову, он ненавидел, когда его перебивали, но на первый раз он решил простить им.

– Тут имею право разговаривать только я. Вы слушаете и запоминаете. Раз вы оказались в этом месте, значит, вы что-то нарушили. Даже эти милые маленькие ребятишки, – на этом месте Рон улыбнулся.

– Не трогайте наших детей, – опять раздался голос, но на этот раз уже другой.

– Я сказал, не перебивать меня! Здесь я решаю, что и с кем делать. Ваших детей ждет то же самое, что и вас. Вам всем сотрут память, и вы будете работать здесь.

– Послушайте, мы просто пленники, нас силой привезли сюда, – мужской голос продолжал настаивать на своем.

Доктор рассмеялся, он решил сказать этим людям правду, все равно через час-два они ничего не вспомнят. По крайней мере, большинство из них.

– А вы думаете, я ничего не знаю? Ко мне везут всех ваших с шоу, все ходят где-то здесь, и вы будете сталкиваться с ними и друг с другом, но не узнаете друг друга – Рон улыбался, наблюдая за шокированными людьми, на их лицах отражался страх и гнев.

Какой-то мужчина не выдержал и бросился на него, ему удалось ударить доктора и сбить его с ног. Его быстро скрутили подбежавшие охранники, они направили оружие на других людей, тем пришлось успокоиться. Доктор Уилкоф поднялся с земли, на его щеке была ссадина, в глазах горел гнев.

– Ты мне за это ответишь, ты пожалеешь, что вообще родился! – Рон сделал знак рукой, и охранники увели Макара.

Это именно он не сдержал гнев. Теперь его волокли в неизвестном направлении. Он смотрел на своих друзей, запоминая их лица, в его сердце горел огонь ненависти и ярости. Макара потащили не к главному зданию клиники, в котором стирали память, а в другое помещение. Там его кинули в темную холодную камеру и сказали остыть, затем охранники ушли, и мужчина остался в одиночестве, полный грустных мыслей и гнева. Доктор Уилкоф решил не стирать ему память, а сначала сделать его более покорным. Это тоже был своего рода эксперимент, как долго протянет мужчина.

Макар сидел в камере, а пленников стали заводить в клинику. Там их повели по широкому коридору к кабинету, в котором и происходил сам процесс стирания памяти. В кабинете находилась специальная машина, с ее помощью и уничтожали воспоминания, а зачастую и разные функции, необходимые человеку.

Доктор прошел мимо выстроенных людей к кабинету, он сам проводил эту процедуру, не доверяя своим сотрудникам. Они обычно выполняли более легкую работу, например, заносили данные человека в общую сеть. В кабинете для этого стоял стол с компьютером, так же там находились и другие приборы и мебель. Например, помимо машины для стирания памяти, в кабинете стояло одно из новейших изобретений ученых. Это тоже была машина, но с помощью нее можно было узнать все о человеке. Главное – настроиться на нужную частоту и информация появлялась на экране. Но ее использовали не так часто, так как вся информация поступала с документами или люди рассказывали все сами.

Доктор прошелся по кабинету, включая машину и проверяя ее готовность. Все было готово к запуску, его помощник уже сидел за компьютером, ожидая команды Рона, чтобы начинать работу. Доктор Уилкоф еще раз проверил свои заметки и, наконец, сказал Джиму, что он может заводить сюда первого человека.

В коридоре люди стояли, дрожа от страха и нахлынувших эмоций, они прощались друг с другом. Ведь они не знали, сработает ли теория Влада и Виктора, поможет ли им, если они будут помнить о тех, кого они любят. Все обнимались в последний раз, почти не разговаривая из-за душивших их слез. Открылась дверь кабинета, и вышел человек в белом халата – помощник доктора Уилкофа.

– Заходите по очереди, когда загорится красная кнопка над дверью, – приказал он.

Оглядел ряд людей, и ткнул в первую попавшуюся женщину:

– Ты, заходи сюда, – приказал он.

Это оказалась Мария, она всхлипнула, Виктор в последний раз обнял ее и охранник подтолкнул женщину к двери. Ей пришлось подчиниться, так пошел процесс стирания памяти. Людей заводили в одну дверь, а выводили через другую, чтобы они не сталкивались друг с другом. Вернее, их выносили, так как люди не могли идти сами после процедуры, некоторое время они пребывали в какой-то прострации.

Самое сложное было – удержать в памяти лицо дорогого тебе человека. Гудение машины, общий страх, неизвестность впереди – все это очень страшило людей. Многие из них были в панике, те, кто был посмелее, успокаивали друзей. Когда в кабинет заводили детей, которые беспомощно оглядывались и звали своих родителей, в людях все сильнее загорался гнев, но они ничего не могли сделать.

Дэви обнял маму и папу в последний раз, несмотря на небольшой возраст, мальчик все понимал. Он чувствовал, что сейчас произойдет что-то страшное, по разговорам взрослых мальчик понял, что ему, как и всем остальным, хотят стереть память. Мальчик недоумевал, зачем это кому-то нужно, и как они могут лишать его родителей и брата с сестрой, они все были ему очень дороги.

– Я вас никогда не забуду, вы у меня вот здесь, я вас люблю, и Сару с Джейком тоже, – Дэви приложил руку к сердцу.

Его родители внезапно перестали плакать, они поняли, что должны быть сильными, ради себя и своих детей. Остальные в коридоре тоже слышали эти слова и постепенно стали успокаиваться, простые слова маленького мальчика придали им сил и смелости.

Дэви зашел в кабинет после своих слов, он старался держаться спокойно, как будто понимал, что его родителям и так сложно смотреть на это. В кабинете ему стало интересно, конечно, страх никуда не делся, но он с любопытством оглядывал комнату.

Доктор заметил интерес мальчика и отметил, что это один из детей, которых он добавил в свой эксперимент. Рон подошел к Дэви и начал задавать ему вопросы, обычно это делал помощник, но сейчас доктор Уилкоф смотрел на реакцию испытуемого. Для него было неважно мужчина перед ним, женщина или ребенок. Все они представляли для него только научный интерес, ну и материальный в каком-то смысле.

Он видел в глазах мальчика страх, но, тем не менее, Дэви старался отвечать на вопросы четко и сдерживал слезы, готовые хлынуть из глаз. Все это Рон отметил, он решил не стирать мальчику все воспоминания, а оставить некоторые. Но для этого требовалось залезть мальчику в голову, чтобы узнать, кем он был до шоу, кто являлся главным в его жизни и о ком оставить фрагменты воспоминаний.

Доктор Уилкоф усадил мальчишку в кресло и пристегнул его ремнем, чтобы он не дергался. Помощник удивленно смотрел на эти действия, естественно он знал об экспериментах и принимал непосредственное участие в их проведении и последующем наблюдении за объектами. Доктор специально нашел себе человека, способного не испытывать эмоций при таких процедурах. Но даже Джим поразился тому, что в этот раз дети будут их объектами, это было, по меньшей мере, бесчеловечно.

Но Рон даже не обратил внимания на реакцию помощника, он был занят другим. Доктор присоединил к вискам мальчика провода, также надел шлем на себя. Это была двухсторонняя машина, то, что было в голове мальчика, мог видеть и доктор. Таким образом, он фиксировал отдельные фрагменты воспоминаний, которые надо было сохранить.

Рон увлекся просмотром, он отметил несколько воспоминаний в голове у Дэви. Машина запомнила его выбор и передала прибору для стирания памяти. Одним из воспоминаний было последнее объятие у дверей, но доктор отметил, что надо стереть лица, оставив только силуэты родителей мальчика.

В другом фрагменте Дэви шел и держал за руку папу, кажется, они возвращались с прогулки в парке. Мальчик выглядел очень счастливым, он весело улыбался и что-то рассказывал. Было видно, что его любят.

Но Рон считал, что самое ценное воспоминание из найденных было то, где мальчик бегал по берегу реки с двумя подростками. Было понятно, что это его старшие брат и сестра, близнецы, их родители в это время сидели на песке и смотрели на своих детей.

Доктор знал, что его брата и сестры нет в поселке, поэтому оставил их лица, даже имена не стал убирать. А вот лица родителей он опять стер. Так поработав некоторое время с мальчиком, он снял шлем, потом отцепил провода от Дэви.

Мальчик смотрел удивленно и испуганно, вместе с тем он чувствовал слабость. Дэви не понимал, что доктор сделал с ним. Но это было еще не все, человек в белом халате повел его к другой машине. На мальчика опять надели шлем, и закрепили несколько присосок с проводами.

– Теперь ты забудешь все, свою семью, свой дом, – услышал мальчик голос доктора.

Затем все стало погружаться в темноту, Дэви старался сопротивляться ей, но тьма была сильнее. Она затягивала его все сильнее и сильнее. Даже лица его родителей и Сары с Джейком не помогали. Наоборот, они были очень расплывчатыми, мальчик уже не мог вспомнить, как выглядела мама.

Дэви смог бы сопротивляться действию машины, если бы доктор не использовал сначала первый прибор. Давление оказалось слишком сильным, даже взрослый не выдержал бы этого. К тому же Рон поставил большую мощность для машины, ему надо было, чтобы эксперимент удался. Поэтому Дэви уже был без сознания, а машина тем временем работала в его голове, вычищая все воспоминания о его родителях и всем остальном. От семьи у мальчика осталось только те воспоминания, которые отметил доктор, да и те без лиц, а только с силуэтами.

Мари обняла свою дочку, у женщины по щекам текли слезы, тут девочка прошептала ей:

– Мама, не плачь, папа нас спасет. Он говорил, что найдет нас, если что-то случится.

Внезапно Мари кое-что поняла:

– Он сказал тебе это, когда учил тебя песенке?

– Да, папа еще сказал, что главное, помнить его. Ты же помнишь его, мамочка? – глаза девочки были большими, она боялась происходящего, но верила в любовь и силу своего папы.

– Да, Сэнди, я его помню, – Мари еще раз прижала девочку.

Все слушали разговор, теперь они еще больше поверили, что Виктор и Влад были правы. Главное – помнить дорогого тебе человека.

Следующим в кабинет пошел Виктор. Внутри ему задали стандартные вопросы: кто он, откуда, кем работал, спросили о его семье. Затем Виктору приказали сесть в кресло. Оно было не очень большим, к нему были присоединены различные провода, а над ним был шлем. Этот шлем надели мужчине на голову, к рукам и ногам присоединили присоски с проводами.

– Тебе мы сотрем все функции, – сказал доктор. – Ты один из тех, кто перебивал меня, а я это не люблю. Теперь ты будешь страдать из-за этого.

Виктор изо всех сил держал в голове два лица – Марии и Макса, это были два самых любимых человека в его жизни. Машина медленно загудела, и перед глазами Виктора закрутились разноцветные круги. Он чувствовал, как уезжает куда-то в другое пространство, здесь его держали только лица сына и жены, но сосредоточиться на них было очень трудно. Казалось, это мучение длится уже вечность, хотя на самом деле, прошло несколько минут.

Наконец, гудение прекратилось, Виктор был в каком-то оцепенении. Так себя чувствовали все прошедшие через процедуру – и те, кто потерял память и те, кто сохранил ее. Мужчину взяли за руки и вытащили из кабинета. Его сразу утащили в барак, бросив там на одну из кроватей. Затем охранники ушли, они уже не беспокоились о нем, ведь, что может сделать человек, которому полностью стерли память. Виктору удалили даже самые необходимые функции, по расчетам доктора он не должен был уметь ничего, даже есть или ходить.

Глава 2

Томаш три дня шел по равнине, она казалась бесконечной, но, в конце концов стал виден лес. Да и со Зверем идти было легче, парень не представлял себе, как бы дошел один. Наверное, он бы не смог – палящее солнце, одиночество, усталость – все это давило на Томаша. А Зверь искал еду, воду, да и его присутствие поддерживало парня.

А Зверю все казалось нипочем, он носился по огромному пространству и наслаждался свободой и своей быстротой. Иногда он даже вез Томаша на своей огромной спине, это было в те моменты, когда парень совсем не мог идти, Зверь чувствовал это и подхватывал его.

В первый раз Томаш испугался, когда Зверь схватил его огромными зубами и подкинул. Парень даже закричал, представляя, как Зверь сейчас его проглотит. Но ничего такого не произошло, Томаш оказался на широкой спине, а Зверь спокойно шел вперед. Томаш даже почувствовал, как его друг ухмыляется своей зубастой пастью. Парень расслабился, поблагодарил Зверя и на миг прижался к его голове.

В такие моменты Томаш понимал, что Зверь – опасен. Но почему то к самому Томашу Зверь относился очень хорошо, он по-своему заботился о человеке. Зверь был огромным хищником, которого боялись все вокруг. Это парень видел своими глазами.

В первый день, когда они шли по равнине, на Томаша пробовали напасть львицы. Зверь в это время где-то бегал, а парня окружили другие хищники. Сначала Томаш пытался убежать, но на широкой равнине нигде нельзя было спрятаться, не было ни одного дерева, на которое можно было залезть. Поэтому парня быстро зажали около одного огромного камня.

Он уже успел попрощаться с жизнью, когда что-то в поведении львиц изменилось – они внезапно поджали хвосты, опустили головы, всем своим видом изображая смирение и начали отступать. Томаш повернул голову, чтобы узнать, что они увидели и к своему огромному удивлению и облегчению увидел своего Зверя.

Львиц было больше пяти, и они могли бы справиться с Томашем и Зверем. Но они начали уходить, явно боясь этого огромного Зверя. Тут воздух потряс страшный рык, и Зверь подошел к Томашу, охраняя его. Львицы только услышали его рычание и сразу бросились бежать, сам Томаш тоже немного испугался, но он знал, что ему Зверь не причинит вреда. Он в первый раз слышал рычание Зверя, и оно привело его в восторг, это было очень громко, страшно и в то же время красиво, у парня до сих пор были мурашки по коже.

Он испытал слишком много потрясений за последнее время, его ноги дрожали и больше не держали его. Томаш опустился на землю, переводя дух, Зверь тут же опустился рядом, обеспокоенно заглядывая в лицо другу, как будто спрашивал, все ли с ним в порядке.

– Все хорошо, Зверь, я просто устал, – Томаш погладил его по голове. И лег на землю, смотря на небо, облака быстро бежали, и сейчас атмосфера была такой спокойной, как будто Томаша не пытались съесть несколько минут назад.

Зверь положил свою голову на ноги парня, и тот улыбнулся приятной тяжести. Только что его друг спас его от смерти. Томаша удивляло только одно – львиц было больше, но они струсили и убежали. Может быть, Зверь правит на этом острове? Такая мысль внезапно пришла парню в голову. Раз все его боятся и слушаются, то, значит, Зверь тут царь. Это было бы круто, Томаш улыбнулся и погладил Зверя.

К вечеру они достигли леса, шедшего за равниной. Конечно, если бы Томаш шел один, он бы дошел гораздо позже до нужного места, если бы вообще дошел. Но последние два часа Зверь нес его на своей мощной спине. Томаш ехал и чувствовал, как под ним перекатываются мускулы, а ведь Зверь даже не напрягался. Страшно представить, каким он может быть в гневе, если он даже рычит ужасно, подумал парень.

В лесу было не так жарко, как на равнине и Томаш с наслаждением вдохнул свежий воздух. Зверю тоже было хорошо, он радостно лизнул парня в лицо и умчался разведывать обстановку и охотиться на мелких зверей.

Томаш с легкой грустью посмотрел ему вслед, как же будет трудно расставаться с ним, подумал он. Парень осмотрелся на местности, уже темнело, и он стал устраиваться на ночлег на одной из многочисленных полянок. Томаш знал, что Зверь его с легкостью найдет, где бы он ни был, поэтому спокойно ходил по лесу, не боясь потерять друга из виду.

Парень хотел развести костер, тем более Зверь должен был притащить добычу. А в последнее время Зверь полюбил жареное мясо, Томаш, улыбаясь, вспомнил, как его друг в первый раз пробовал жареного оленя. Его морда скривилась, а глаза с непониманием смотрели на Томаша. В них застыл вопрос, как он вообще может есть эту гадость? Но со временем, Зверь сам тащил добычу к костру и показывал Томашу, что он хочет ее пожарить. Томаш с радостью помогал Зверю, это было меньшее, что он мог для него сделать после спасения от смерти и одиночества.

Конечно, для костра требовались ветки и хворост, поэтому парень отправился искать подходящее топливо. Он обшарил ближайшие кусты и посмотрел под деревьями, и скоро у него набралась порядочная куча веток, которые теперь надо было утащить к костру.

Томаш выпрямился и прогнулся назад, приводя в порядок затекшую спину. Когда он принимал обратное положение, его взгляд скользнул по деревьям, и тут Томаш понял, что видит камеру. Сначала парень равнодушно отвел глаза от прибора, но потом ему стукнуло в голову. Это же камера! Неужели он уже близко к нужному месту?

Томаш быстро подбежал к дереву и залез на него. Точно, это была камера, парню в голову пришла идея. Он же может просто обратиться к организаторам, они знают его отца и вытащат его отсюда. Томаш немного пригладил волосы, оглядел свою одежду, она вся была рваная и грязная, лицо и руки тоже были чумазыми. Не лучший вид для обращения к главному человеку на острове, но делать было нечего, и Томаш, устроившись на дереве и смотря в камеру, заговорил:

– Добрый день, я знаю, что вы слышите меня. Мой отец – уважаемый и богатый человек, он говорил, что если у меня возникнут трудности, вы меня вытащите с острова. Так вот, я не хочу больше участвовать в шоу. Вы не думайте, что мне не понравилось, или здесь очень плохо, нет, я просто устал и хочу вернуться домой.

Говоря это, Томаш обманывал, на острове ему не понравилось совсем, и если бы не Зверь, он бы давно сдался и не дошел сюда. Но говорить правду он не хотел. Томаш закрыл глаза, интересно, слышат его или нет. Парень открыл глаза, он вдруг понял, что чего-то не хватает в камере. Парень внимательно посмотрел на нее и до него дошло – она не работала. У нее не горела красная лампочка, а это был главный признак, что прибор включен.

Наверное, эта камера испортилась, подумал Томаш, может из-за дождя или животные повредили. Надо будет найти другую камеру и сказать свою речь еще раз. Ему и в голову не могло прийти, что на острове нет электричества, и правила шоу изменились. Все встало с ног на голову.

Томаш отнес ветки на поляну, уже темнело, поэтому он развел костер и принялся ждать Зверя. Конечно, ему хотелось, как можно быстрее найти работающую камеру, но он понимал, что в темноте это будет сделать довольно сложно. В конце концов, можно и подождать еще одну ночь. Внезапно для себя Томаш понял, что ему и не хочется уходить от Зверя, тот по-настоящему стал его другом. И сейчас наступала последняя ночь, когда он находится рядом со Зверем. Томаш ощутил печаль в сердце, он расстроено смотрел на разгорающийся огонь и понимал, что эту ситуацию никак нельзя разрешить. Сам парень не мог тут остаться, и Зверя нельзя было взять с собой в мир Томаша.

На удивление Томаш стал чувствовать приближение Зверя, хотя тот делал это бесшумно. Парень как-то угадывал, что его друг близко, может быть по его дыханию. Вот и сейчас в темноте Томаш услышал его осторожные шаги и напрягся. Он понял, что Зверь хочет испугать его, он так делал иногда, потом сидел и смеялся над Томашем. Раньше парень бы первый поднял на смех того, кто сказал бы, что животные чувствуют, но сейчас он понял, что они во многом схожи с людьми. А зачастую, бывают даже лучше человека.

Когда Зверь подкрался сзади и начал прыгать, Томаш легко откатился в сторону и Зверь пролетел мимо. Парень громко расхохотался над его изумленной мордой. Зверь не мог стерпеть такого обращения и молниеносно свалил Томаша с ног. Он пару секунд смотрел на лежащего человека, потом начал лизать его лицо и руки. Он делал это специально, зная, что Томаш ненавидит, когда он это делает.

Парень задыхался от смеха и нахлынувших чувств, с трудом он отбился от Зверя и сел в сторону, успокаиваясь. Надо запомнить Зверя таким, подумал он, смотря на друга. Веселые искорки в глазах, довольная морда, уши, стоящие торчком – все это Томаш запечатлел в памяти. Он знал, что никогда не забудет своего друга.

Зверь, видя, что Томаш успокоился, подошел к нему и ткнул мордой, указывая на принесенную им добычу. Парень погладил его, прижавшись к его голове, потом встал и пошел готовить им обоим ужин.

Сидя у костра, Томаш рассматривал камеру, которую он захватил с собой. Он сделал это, чтобы показать Зверю и спросить у него, может он видел где-то такие штуки. Но он не успел этого сделать, Зверю стало интересно, чем занят человек, и он подошел к нему.

Когда Зверь увидел камеру и учуял запах, исходящий от нее, с ним произошла разительная перемена. Томаша даже испугал его вид: шерсть на загривке встала, зубы оскалились, в глазах загорелся гнев, все его тело было напряжено. Зверь выглядел страшно, он был готов кинуться в бой и издал страшный рык.

Томаш быстро отбросил камеру в сторону, внезапно ему стало страшно, что Зверь может кинуться и на него тоже.

– Что с тобой? Все хорошо, это я, Томаш! Успокойся, – Томаш начал ласково разговаривать со Зверем и пошел к нему, чтобы погладить его.

Зверь не стал кидаться на него, но он глухо заворчал и куда-то убежал. Томаш перевел дыхание, он почти не дышал все это время, парень почувствовал, что вся его одежда промокла от пота и его трясет.

Почему он так разозлился? Этот вопрос Томаш задавал себе всю ночь. Сегодня он спал на дереве, впервые с тех пор, как он встретил Зверя. Парню было грустно, он не понимал, что произошло. Зверь ночью так и не пришел, утром Томаш спустился с дерева, вчерашняя добыча Зверя стояла нетронутая, парень поел немного вечером, но и ему кусок в горло не лез.

Томаш собрал вещи, взял немного мяса и пошел дольше один. Он знал, что если будет надо, Зверь его сам найдет. Томаш очень надеялся, что так и произойдет. А сейчас, ему надо было идти к людям, заодно найти камеру, которая будет работать.

Когда солнце было уже высоко, Томаш решил сделать привал. Он устроился около корней какого-то огромного дерева, достал припасы и принялся за обед. Он даже не успел проглотить первый кусок, когда на его лицо упала тень, и парень поднял голову, он уже знал, что это Зверь, и точно, это был он. Казалось, что он чувствует себя виноватым за вчерашнее представление, его уши были поджаты, а голова опущена, и на морде было такое выражение, что парень не смог сдержать улыбки. Он быстро подскочил и обнял огромную голову Зверя.

Тут Зверь выплюнул из пасти что-то черное, Томаш удивился и наклонился поближе, чтобы рассмотреть это. Предмет оказался камерой, как вчера была у Томаша. Парень с удивлением посмотрел на Зверя, ему же вчера явно не понравилось, что Томаш принес ее. Неужели что-то изменилось?

Но нет, на морде и в глазах Зверя был гнев и… боль, Томаш с удивлением смотрел на преобразившегося друга. Он не мог его понять, если он злится, то зачем принес это сюда.

– Зверь, я не понимаю тебя, – грустно сказал парень.

Зверь зарычал, но не на Томаша, а просто, как подумал парень – из-за невозможности что-то сказать. Тут парню пришла в голову идея, они уже делали так со Зверем и раньше.

– Давай, я буду задавать вопросы, а ты показывай мне, правильно я говорю или нет. Хорошо? – Томаш знал, что Зверь его понимает, поэтому разговаривал с ним, как с человеком.

Зверь кивнул, в его глазах светилось понимание, он сел рядом с Томашем, ожидая, когда тот начнет говорить, и внимательно вслушиваясь в его слова.

– Тебе не нравится эта штука? – ответ на этот вопрос Томаш уже знал, но все равно решил его задать, чтобы не осталось никаких сомнений.

Зверь так сильно дернул головой, что чуть не упал. В другой ситуации Томаш бы посмеялся над ним, но сейчас, ему было не до веселья, парень думал, что значит вся эта ситуация.

– Почему она тебя злит? – Томаш произнес эти слова и понял, что Зверь не сможет ответить ему.

Зверь тоже так подумал, он укоризненно посмотрел на парня.

– Извини, я забыл, что ты разговаривать не умеешь. Как же узнать, что с тобой происходит? Что мне делать? Как бы я хотел понимать тебя, – Томаш вздохнул.

Он провел рукой по голове Зверя. Тот смотрел с пониманием, его умные глаза светились. Томаш отошел от Зверя в сторону и провел рукой по волосам, пытаясь найти решение проблемы. Но вдруг сильный удар сбил его с ног.

Затем Томаш почувствовал, как Зверь огромной лапой переворачивает его, теперь он дышал ему прямо в лицо. Пасть Зверя была оскалена, глаза были какие-то непонятные, в них было сожаление. Неужели Зверь меня съест? Он же мой друг.

– Что ты делаешь? Зверь, отпусти меня, пожалуйста, – голос Томаша дрогнул.

Парень попытался выбраться, но Зверь так прижал его лапой, что Томаш чуть не задохнулся от тяжести, на него как будто легла целая тонна. Зверь тут же понял свою ошибку и немного уменьшил давление, но лапу с Томаша не убрал.

Вместо этого он придвинул морду к Томашу и внезапно укусил его за плечо. Парень закричал, а потом все погрузилось в темноту. Последнее, что видел Томаш – оскаленная морда Зверя, с которой капала кровь самого парня.

***

Макс внимательно оглядывал свой отряд, несколько часов назад они вышли в дорогу. Все старались идти быстро, Капитан объяснил детям, что новые охранники скоро прибудут на остров, тогда им будет труднее выбраться отсюда, поэтому надо торопиться.

Капитан уже знал, что починить электричество у них не получится, потому что в трансформаторной будке дети разломали все очень качественно. Мужчина ухмыльнулся, вспоминая свой разговор с пленными, которые находились в будке. Он верили, что дети установили растяжку около двери, поэтому молчали. Слишком быстро они сдались, в отличие от самих участников шоу, которые пытались выбраться отсюда любой ценой. Они и заговорили то с Капитаном только после того, как Макс сказал им, что разговаривать можно.

Он сначала хотел их тут и бросить, но ребята сказали, что те, кто находятся внутри, да и остальные пленники слишком ослабли и не смогут причинить им вреда. Макс объяснил Капитану, что они не хотят ничьей смерти, даже если это охранники. Если они нападут на ребят, то они ответят, но только в этом случае.

В итоге, около двери установили гранату с таймером, когда он сработает, дверь будет уничтожена, и люди смогут выйти на свободу. Но сами дети в это время будут уже далеко, на всякий случай они поставили таймер на 48 часов, предварительно оставив воду и еду людям. Остальным пленным они тоже оставили припасы, но не стали развязывать, в конце концов, сами дети тоже сидели в камерах без возможности выйти. Так что это была маленькая месть, которую можно было себе позволить.

Сейчас в пути, ребята немного расслабились, они все устали от того, что надо все время быть начеку. Дежурить на наблюдательном пункте, смотреть за пленными, как-то кормить их, ходить на разведку и делать другие вещи. За время, проведенное на острове, все сильно повзрослели, даже младшие дети изменились. И хотя всем хотелось вернуться домой и увидеть родных, они понимали, что уже никогда не станут прежними, слишком много произошло в их жизни.

Макс с удивлением наблюдал, как Рэй общается с Андреем, он считал, что девушка нравится Стасу. Но Стас спокойно относился к их общению, он шел и разговаривал с Мариком. Мальчик что-то весело болтал, а Стас его слушал, иногда вставляя свои замечания. Он сильно привязался к Марику после смерти Илюшки, так ему было легче перенести потерю.

А к Рэй Стас стал относиться как к другу, он не мешал ей и Андрею. К тому же он вспомнил про девушку, которая жила по соседству, она ему нравилась очень давно. Стас рассчитывал, когда вернется с острова, попробовать с ней встречаться. Так что за эту троицу можно не переживать, подумал Макс, наоборот, Стас и Андрей часто общались и их взгляды во многом сходились, парни подружились после той драки.

Потом взгляд мальчика упал на Сашку и Дину, он улыбнулся. Этим двоим вообще никого не надо, кроме друг друга, конечно, ничего серьезного между ними не было, только детская дружба. Они целыми днями о чем-то болтали друг с другом, часто обсуждая только понятные им темы. Несмотря на свой возраст, они хорошо справлялись – и на дежурствах, и, охраняя пленных, и сейчас шли и не ныли.

Про Марика и думать было нечего, Макс уже решил попросить родителей, чтобы они усыновили Марика. Он на самом деле стал младшим братишкой для Макса. Мальчик тянулся ко всем – к Стасу, к Андрею, и ко всем остальным, но именно Макса он любил больше всех. Макс понимал, что не сможет оставить его одного после возвращения с острова, а в том, что они выберутся отсюда, он уже не сомневался.

Сара и Джейк шли впереди всех, весело болтая, девочка иногда оглядывалась на Макса, как будто проверяя все ли у него в порядке. Макс постоянно следил за ней глазами, она ему тоже нравилась. Мальчик чувствовал, как сильно бьется его сердце при мысли о ней. Макс надеялся, что после возвращения с острова они не перестанут дружить.

Капитан тоже исподтишка оглядывал небольшой отряд детей, его удивляли их отношения. Особенно их слаженность и то, как они слушались Макса. Капитан вспомнил, как многие делали ставку на то, что старшие парни взбунтуются и либо убьют Макса, либо просто возьмут власть в свои руки, перед этим передравшись за нее. Но этого не произошло, а бывшие противники – Стас и Андрей – подружились, вопреки всем ожиданиям.

Мужчина шел со связанными руками, рядом шел Билли, а сзади них находился Женя. Парень держал Капитана на прицеле, изредка подталкивая его в спину. Это напрягало Капитана, но он даже не мог сказать Жене, чтобы он прекратил его тыкать. Он понимал, что его могли вообще убить, так что сейчас его положение было вполне неплохим.

По его расчетам, они должны были идти несколько дней к зданию, возможно дня за два-три они доберутся. На машинах это можно было сделать гораздо быстрее, но их зарядка давно села, а пополнить ее не было никакой возможности. Капитан вздохнул, они шли не очень быстро, но он надеялся успеть до прибытия подкрепления.

Ему было интересно, как идут дела на базе. К счастью, ребята согласились взять Билли, его помощь тоже пригодится при штурме. Там понадобятся все силы, а Билли был хорошим солдатом. Конечно, можно было взять кого-то другого, но Капитан уже привык к этому парню, к тому же именно он предупредил мужчину о его семье. Так что Капитан по-своему отблагодарил Билли, да и он сам захотел идти с ними.

На третий день к обеду отряд вышел к зданиям, располагавшимся кругом, в центре круга было главное здание, в котором находились зрители. Конечно, идти напролом и брать штурмом здания было опасно, так бы ничего не получилось, только погибли бы многие ребята. Все это понимали, поэтому сначала пошли на разведку. Капитану не доверяли идти, так как думали, что он может предать их. Ребята решили, что пойдут Макс, Стас и Андрей, как самые опытные в их отряде.

Капитан смотрел на ребят, он долго пытался им объяснить, что он не бросит их, что у него самого семья в заложниках, но, конечно, ему никто не верил. Наконец, мужчина смирился, он объяснил разведчикам, где что располагается, и все стали ждать ночи, потому что при свете дня их быстро бы обнаружили.

Макс сидел на полянке, устало прислонив голову к дереву. Вот они и дошли до цели. Что же будет завтра? Он знал, что ночью они разведают, а утром будут наступать или этой же ночью. Все будет зависеть от обстоятельств и охраны. Мальчик опять рассматривал цифры на ладони, они становилось все меньше и меньше. Было жалко каждую утекающую секунду.

В это время к нему подошла Сара и опустилась на траву рядом с мальчиком. Она хотела побыть немного рядом с ним и подбодрить его. Девочка видела, что Макса что-то тревожит. Макс посмотрел на нее и не стал ждать, пока она у него что-то спросит, а начал разговор сам.

– А если у нас ничего не получится? Если в зданиях слишком много охраны? Или наоборот никого нет? Что мы будем делать?

Сара смотрела на мальчика, потом взяла его ладонь в свою и провела пальцами по цифрам.

– Знаешь, мы столько всего прошли, мы справимся со всеми проблемами. Я чувствую, что Капитан нас не обманывает, – девочка улыбнулась, ей нравилось держать ладонь Макса в своей руке.

Макс чувствовал, как у него краснеют щеки, Сара была очень близка, она разговаривала с ним и улыбалась. Но сейчас мальчика волновало другое, он вернулся в реальность и вздохнул:

– Мне страшно, хотя я пытаюсь быть сильным. На меня все смотрят, а я сам боюсь. А если я зря послушал Капитана и мы все здесь погибнем? – Макс посмотрел Саре в ее красивые глаза и забыл все, что хотел сказать дальше.

Девочка прижала палец к его губам, и серьезно сказала:

– Макс, не говори так. Ты все сделал правильно, нам все равно надо было что-то делать. Мы не могли вечно сидеть на одном месте. А то, что ты боишься, это нормально. Тут все от страха трясутся, но все равно делают что надо.

– Сара, спасибо за подержку, – мальчик прижал ее палец к губам, быстро вскочил на ноги и ушел. Он слышал, как его сердце бешено колотится. Теперь Макс чувствовал себя гораздо увереннее, чем пять минут назад. Сара была права, им все равно надо было что-то делать. Поэтому нет смысла сидеть и переживать, надо действовать.

Глава 3

Виктор медленно приходил в себя, он приоткрыл глаза и тут же застонал. От света его глазам стало больно, наконец Виктор открыл их и посмотрел, где он находится. Все его тело болело, а мысли путались, что произошло, мужчина не помнил. Он пытался собраться и сосредоточиться, но пока у него ничего не получалось.

Он осмотрел помещение, в котором находился. Это была узкая комната, в которой рядами стояли деревянные кровати, на них лежали подобия одеял и подушек и разные тряпки.

– Как ты? – спросил чей-то голос над ухом у Виктора.

Мужчина с трудом повернул голову, в ней тут же что-то загудело. Рядом с кроватью, на которой он лежал, сидел какой-то парень, в непонятной рваной одежде. Он был чумазый и взлохмаченный.

– Меня зовут Ричард, можно просто Ричи. Охранники сказали приглядывать за тобой, – парень провел рукой по голове, еще больше взъерошив волосы. – Но раз ты уже проснулся, то я пошел.

Парень быстро вскочил со своего места и направился к выходу.

Виктор почувствовал, как у него пересохло в горле и с трудом, хриплым голосом прошептал:

– Ричи, стой, пожалуйста.

Парень тут же оказался опять рядом с Виктором.

– Ты что-то хотел? – его глаза были добрыми, казалось, он правда хочет помочь.

– Дай воды, – прохрипел мужчина.

Ричи быстро наполнил какой-то стакан водой и принес Виктору. Мужчина с наслаждением выпил воду, в голове стало немного проясняться. Постепенно он стал вспоминать, как оказался здесь. Ему стерли память.

Виктор откинулся обратно на подушку, в голове возник образ машины, гудевшей и опустошающей его мысли. Мужчина потер лоб, пытаясь вспомнить, что было до этого, но в голове была целая каша из образов, мыслей и воспоминаний. Ричи видел мучения мужчины и сказал:

– Ты не переживай, так плохо только сначала. Потом туман уйдет.

Виктор покосился на парня, и поблагодарил его кивком головы, которая от этого движения еще больше заболела.

– Я – Виктор, скажи, меня давно привезли?

– Да, ты два дня спал, но так все спят, кто-то даже дольше.

Парень разглядывал мужчину, как будто что-то хотел спросить, наконец, он решился:

– А ты помнишь что-нибудь? Кто ты? – во взгляде Ричи было любопытство.

Виктор напряг память, пытаясь вспомнить хоть что-то, восстановить события.

– Нет, я помню только отдельные фрагменты.

– Жаль, – парень подал плечами. Он уже хотел уйти, но тут в барак вошли двое мужчин в форме.

– О, ты уже очнулся, – заговорил один из них. Это был довольно высокий упитанный мужчина, с громким голосом и красным лицом.

– Ричи, спасибо, что присмотрел за ним, – второй потрепал парня по плечу и протянул ему пару банок консервов.

Виктор удивленно смотрел на вошедших, он не до конца понимал, что происходит.

– Меня зовут Вадим. Ты в рабочем поселке номер три, с завтрашнего дня начинается твоя смена. Наш поселок стоит на золотом месторождении и, соответственно, занимается добычей золота, точнее, добычей золотого песка. Тебе покажут и научат, что и как надо будет делать.

– Почему я оказался тут? – Виктор решился задать вопрос.

– Откуда я знаю, – Вадим громко рассмеялся. – Может что-то нарушил, может, убил кого, а может просто оказался бездомным и тебя замели и отправили сюда.

Виктор такими большими глазами посмотрел на говорившего, что тот расхохотался еще сильнее и, наконец, вышел на улицу. Второй мужчина, наоборот, был каким-то невыразительным, худым и с уставшими глазами.

– Вы находитесь в охраняемом месте, при попытке побега, вас могут убить или ранить. Так что лучше всего для вас – спокойно работать и не мешать другим. Вы что-то помните из прошлой жизни?

– Нет, – Виктор все еще был в ступоре, – я совсем ничего не помню.

– Это к лучшему, здесь никто ничего не помнит. Вам не запрещается разговаривать с другими, но помните, что за попытку бунта вас казнят. Из барака выходить только на работу или в столовую, остальное время лучше проводить внутри, не мешая другим.

На этих словах мужчина тоже развернулся и вышел из барака.

Виктор постарался переварить информацию, конечно, он обманывал охранников. К нему постепенно возвращалась память, и он усиленно напрягал ее, стараясь вспомнить все подробности.

Парень все еще крутился в помещении, и Виктор окликнул его:

– Ричи, а ты сам как здесь оказался? – мужчина решил начать налаживать контакты с окружающими, ему же надо было отсюда выбираться.

Виктора удивила реакция парня на его вопрос. Ричи как-то напрягся, обхватил себя руками и начал покачиваться из стороны в сторону и приговаривать:

– Ричи не помнит, все хорошо, все хорошо. Ричи спокоен. Ричи все забыл.

Так продолжалось несколько минут, потом парень затих. Виктор решил больше не задавать ему подобные вопросы. Было видно, что у Ричи не все в порядке. Виктор очень надеялся, что у его жены и друзей все прошло как у него, и они все помнят и смогут выбраться отсюда.

– Ты тоже ходишь на работу? – мужчина решил задать другой вопрос Ричи, ему надо было узнать, что его ждет завтра.

В этот раз парень воспринял вопрос нормально, он пожал плечами и сказал:

– Я не работаю, меня просто так кормят, ну и я иногда помогаю охране или на кухне. Но большую часть времени отдыхаю.

Ричи отвечал осмысленно, и Виктор понял, что тот нервничает только из-за вопросов о прошлом и решил обходить опасную тему.

– То есть ты не знаешь, что делают на прииске?

– Прииск? Ты имеешь ввиду что делают на реке? Там добывают золотой песок, все рано встают, и идут к реке работать, а вечером охранники ведут всех обратно.

Парень остановился, казалось, он хотел сказать что-то еще, но оборвал сам себя. Виктор решил не приставать к нему, мало ли что у того в голове. Он попробовал встать, в глазах потемнело, но мужчина быстро пришел в себя. Ему надо было как можно быстрее найти других, узнать в каком они состоянии и решить, что делать дальше. Сам Виктор вспомнил уже все, теперь он хотел найти жену. Ричи подошел к нему.

– Ты можешь идти? – парень покачал головой. – Ты слишком быстро пришел в себя, обычно лежат хотя бы до вечера, а утром с трудом идут на работу, некоторые даже не могут идти. И когда у людей стирают память, у них начинается паника и слезы, а ты слишком спокоен. Хотя и пытаешься притворяться.

Виктор испуганно посмотрел на него, он не ожидал, что парень так скажет. Но Ричи был прав, он сдаст сам себя, ему надо было лечь обратно и притвориться, что ему плохо. В противном случае, парень может и охране настучать, он же им помогает.

Мужчина изобразил слабость и с трудом дошел до койки, на которую опустился со стоном. Затем он оглянулся на молчавшего парня и увидел, что тот стоит, скрестив руки на груди, и внимательно на него смотрит.

– Ты даже меня не убедил, – сказал Ричи и направился к двери.

– Подожди, мне на самом деле плохо, я не обманываю. Я ничего не помню.

Ричи уже открыл дверь и занес ногу над порогом, когда Виктор умоляюще сказал:

– Не сдавай меня, пожалуйста.

Ричи ничего не сказал, он бесшумно закрыл дверь и ушел. Виктор закрыл лицо руками, что он наделал. Ему надо было немного выждать, а теперь этот странный парень сдаст его охране, чтобы получить еду или еще что-нибудь.

Виктор вздрагивал от каждого шороха или звука шагов за тонкими стенами, но никто пока не пришел за ним. Ожидание было мучительным, а бежать было некуда, да и Виктор был все равно не в том состоянии. Ричи оказался умнее, чем Виктору показалось сначала, может он был шпионом, специально подосланным охранниками. Наверное, он специально устроил представление, чтобы я подумал, что он сумасшедший, подумал Виктор.

***

Макар сплюнул кровь с рассеченной губы, и попытался встать с пола. Но его опять пнули и, схватив за руки, уволокли в его камеру. Мужчину избили уже дважды за эти два дня. Доктор, который встретил их в поселке, оказался главным. Ему не понравилось то, что Макар ему возражал, поэтому он даже не стал стирать Макару память. Не захотел лишать себя удовольствия.

Вместо этого доктор Уилкоф приходил к Макару каждый день и смотрел, как охранники его бьют. Причем мужчину избивали не сильно, но систематически, до первой крови, потом опять бросали в камеру.

На третий день доктор начал рассказывать Макару, что он сделал с остальными. Как он стирал им память, как устроил эксперименты над его друзьями. Например, Виктору удалил память полностью, и теперь он не сможет даже вспомнить, как держать ложку. А мальчику по имени Дэви, он оставил пару воспоминаний, и мальчишка будет мучиться до конца своей недолгой жизни, пытаясь вспомнить, кто эти люди.

Макар слушал доктора, и жалел, что не может убить этого человека. Доктор стоял за дверью камеры и через маленькое окошечко рассказывал ему все эти ужасы.

– А Арина, знаешь, наверное, кто это? – ухмыляясь, спросил Рон.

Конечно, Макар знал эту женщину. Она ему понравилась, они много часов проводили вместе в подвале, обсуждая своих детей. Арина рассказывала ему про Женю и Мишку, а Макар – про Андрея, про свою службу в полиции. Им было интересно друг с другом, и мужчина чувствовал, что он влюбляется. Кажется, то же самое чувство было и у Арины, если учесть все те взгляды, которые она бросала на него.

– Что ты с ней сделал? – голос Макара был хриплым от ненависти и других переполнявших его чувств.

– Она же тебе нравится? – доктор деланно засмеялся. Он залез к ней в голову, перед стиранием памяти и узнал, что она испытывает к Макару.

Ему нужно было, чтобы Макар был злым, Рону вчера привезли машину, она перерабатывала чувство гнева в энергию. Это была разработка одного из его знакомых, который знал, чем занимается Рон. Поэтому он попросил, чтобы Рон проверил ее на своих заключенных, знакомый обещал доктору неплохие проценты с ее продажи. И Рон решил участвовать в этом деле, если бы не эта машина, он бы пару раз избил Макара, потом начал стирать ему память постепенно, небольшими кусочками и смотреть, что из этого выходит. Так был задуман его эксперимент.

Но теперь, когда на кону были огромная сумма времени, он начал придумывать способы, как вывести из себя мужчину. Ему надо было постоянно подпитывать в нем чувство гнева, оно должно быть очень сильным, только тогда машина сработает.

– Не твое дело, кто мне нравится, ты не имеешь права меня здесь держать, я ничего не сделал. Хочешь – стирай мне память, но не издевайся.

– Значит, нравится, – Рон как будто не слышал остальные слова мужчины.

Он услышал удары кулаков в стену и довольно заулыбался, совсем скоро можно будет воспользоваться машиной. Тогда он станет еще богаче, Рон довольно заулыбался. В последнее время все складывалось очень удачно.

– Тогда ты, наверное, расстроишься от новости. Я хочу выдать Арину замуж за одного из охранников.

Из-за стены послышался крик полный отчаяния.

– Не делай этого, прошу!

– Тебе-то, какое дело до Арины? Думаешь, она все еще помнит тебя? Да она будет только рада оказаться в постели старика.

– Какого старика? – Макар почти не соображал от боли и ненависти.

– А я тебе не сказал? Охранник то уже старый совсем, ему больше ста лет, но он еще крепкий дедушка, он как раз искал себе новую жену. А твоя женщина все равно тебе больше не понадобится. А так ей даже лучше будет, не придется тяжело работать на прииске.

Макар больше ничего не сказал, он опустился на колени и прижался лбом к холодной стене. Почему все так плохо? Он не верил, что доктор сможет так поступить.

Мужчина надеялся, что Арина помнит его, но тогда ей будет еще сложнее. Если доктор его не обманывает. И так, и так было плохо. Макар уже не знал, что ему думать, он мог только надеяться на чудо.

Там снаружи остались его друзья. Если Виктор и Стас оказались правы, то все сохранили память. И тогда все может скоро закончиться, если они поднимут бунт, то будет шанс на то, чтобы вырваться отсюда. И если они сохранили память, то они там вместе и помогут Арине. Только на это оставалась надежда.

Макар сел около стены, пытаясь не думать о плохом, и чувствуя, как в нем разгорается гнев и ненависть к доктору. Это чувство было очень сильным. Если бы была возможность вырваться отсюда, подумал мужчина, вздохнул и закрыл глаза.

***

Дэви проснулся утром на третий день, в его маленькой головке все перемешалось. Мальчик не понимал, где он оказался, он не помнил свою семью и не знал, что он тут делает.

Когда он открыл глаза, рядом с ним была какая-то женщина, она улыбнулась ребенку, дала попить воды и сказала:

– Меня зовут Марта, как ты себя чувствуешь?

Дэви испуганно смотрел на нее.

– У меня болит голова. Я ничего не помню. Где я?

Женщина грустно опустила голову. Как ей не нравилась ее роль! Она была своего рода воспитателем для детей. Ребята, попавшие в рабочий поселок, жили все в одном месте. Мальчики в одном бараке, девочки в другом. Марта заведовала бараком для мальчиков. Доктор не стирал ей память, когда она оказалась в этом месте, он просто предложил женщине работу. Она предпочла согласиться, чем все забыть.

Многие люди из охранников или других служащих лагеря были бывшими пленными. Доктор предлагал им работу, и почти все предпочитали выбрать ее, чем стирание памяти и тяжелый труд до конца жизни. Рон считал, что люди, которым есть, что терять, например, свою свободу, будут работать лучше, чем люди, которым просто платят за выполнение обязанностей. Его теория хорошо работала, и в поселке царил порядок.

Теперь Марта заботилась о мальчишках, и надо было сказать, что здесь они были гораздо спокойнее, чем на свободе. Все дети начинали работать, как только приходили в себя. Доктор Уилкоф не делал разделения по возрастам, и можно было увидеть, как маленький шестилетний мальчик тащит тачку с грунтом, или пятилетняя девочка работает на кухне – отдраивает котлы или помогает готовить кухаркам. На все это было очень тяжело смотреть.

Сначала Марта часто плакала, но постепенно заставила себя ожесточиться и ничего не чувствовать. Иногда у нее получалось, но бывали случаи, когда ее сердце по-прежнему болело. Например, когда дети приходили в себя после стирания памяти или когда они плакали ночью, сами не зная почему. В любом случае, ей было запрещено проявлять к ним сочувствие, доктор ее предупреждал об этом.

– Ты в рабочем поселке, малыш, ты спал двое суток.

Дэви нахмурил лоб, он никогда столько не спал раньше, что случилось? Об этом он и спросил у женщины, она показалась ему доброй.

– Ты помнишь, как тебя зовут?

Мальчик медленно покачал головой. На глаза наворачивались слезы, он начал всхлипывать, еще у него болела голова, и странно гудело в ушах. Марта оглянулась на дверь, там никого не было из охранников, поэтому она слегка приобняла Дэви и позволила ему поплакать. Потом он заснул, а женщина дальше занялась своими делами.

Она вспомнила, как приходил в себя еще один мальчик. Это было вчера, детей доставили вместе, мальчик помладше пришел в себя еще вчера, он быстро освоился и сегодня его уже отправили на работы, хотя мальчишке было всего лет пять-шесть. Он тоже сначала спрашивал, кто он и как тут оказался. Но не плакал и не жаловался, что у него болит голова, и это было странно. Марта подумала, что это, наверное, первый ребенок, спокойно отнесшийся к своей участи.

Глава 4

Ночью ребятам, пошедшим на разведку, ничего не удалось выяснить. По периметру всех зданий был запущен электрический ток. Ребята так и не смогли прорваться к зданиям, они вернулись в лагерь злые и растерянные. Утром они устроили собрание, пытаясь придумать, что им делать дальше.

– Но ведь электричества нет, мы там все хорошо сломали, – возмущался Стас.

– Может, они починили его? – предположил Женя.

– Это вряд ли, я еще в первый день там все основательно сломал. Там нельзя починить, поверь мне, я в этом мастер.

Капитан слушал разговор ребят, стоя в стороне, и понимал, что сейчас они разозлятся на его слова. Но он не мог промолчать, дети должны знать, в чем дело.

– Я должен извиниться перед вами, это моя ошибка. Я забыл про ограждение, – начал говорить мужчина.

–Что? Какое ограждение? А больше вы ничего не забыли? – наперебой заговорили ребята.

Капитан вздохнул, что ж они правы, он виноват.

– Послушайте, это ограждение включают только на ночь, на большее его не хватает. Днем оно подзаряжается из автономного источника, поэтому днем здание охраняют мои люди.

– Автономный источник? Он что, только для этого забора? – тут же спросил Макс.

– Да, он установлен отдельно, глубоко под землей, специально, чтобы не мог никто добраться. Это не так важно. Главное, что ночью мы не сможем пробраться туда и разведать, как идут дела.

Макс провел рукой по волосам и посмотрел на друзей растерянным взглядом.

– И что нам тогда делать? Днем нас быстро увидят и убьют.

Все задумались, вариантов особо не было, только идти на штурм, но тогда пострадают многие, и не факт, что получится прорваться.

Капитан предложил отправить на разведку Марика, как самого безобидного. Сашка перед этим повредил ногу и не мог идти, ему надо было немного отлежаться. Даже если охранники поймают Марика, они ничего не станут ему делать. Максимум – дадут пинка, потом отпустят. Капитан объяснил, что охранники не почувствуют в нем угрозу, а вот если пойдут на разведку парни, то они могут нарваться на патруль или дежурных. Тогда возрастает вероятность столкновения и перестрелки.

Макс и остальные ребята с трудом согласились отправить Марика на разведку. Перед тем, как отпустить его, Макс отвел его в сторону и решил сказать о своих планах. Неизвестно, будет ли у них потом время на этот разговор, а Макс хотел, чтобы его друг знал о планах.

– Марик, я тут подумал, – начал разговор Макс, он посмотрел в сияющие глаза мальчика, которому доверили важное дело. – В общем, когда мы вернемся домой, я хочу, чтобы ты был моим младшим братом. Я думаю, мои родители не будут против.

Макс посмотрел на мальчика, тот вытирал слезы, бежавшие по щекам.

– Ну, ты чего, Марик? – Макс провел рукой по его волосам.

Марик вместо ответа обхватил Макса за пояс и уткнулся ему в грудь. Как он мечтал об этом, неужели, у него будет семья и дом! Так они простояли несколько минут, их никто не трогал, ребята видели, что происходит что-то важное.

Наконец, Марик перестал всхлипывать, он отстранился от Макса и сказал:

– Макс, я мечтал, чтобы ты был моим старшим братом, – он смущенно опустил голову.

– Вот и хорошо, значит, сбылась и твоя и моя мечта! – Макс потрепал Марика по плечу.

Мальчик откинул голову, теперь на его лице сияла счастливая улыбка. Он начинал верить, что все будет хорошо.

– Ребят, – Капитан окликнул мальчишек, он все слышал и почему-то был рад за младшего мальчишку. А Макс молодец, подумал он. – Надо идти, время поджимает, нам дорога каждая минута.

Макс протянул Марику руку.

– Иди, братишка, узнай все, я буду ждать, только осторожнее.

Марик пожал руку, в его глазах светилась радость, а грудь распирало множество эмоций. Он быстро развернулся и легко побежал к зданиям. Сами ребята по-прежнему находились на поляне в лесу, там их невозможно было увидеть из зданий.

***

Томаш открыл глаза, когда уже стемнело. Неподалеку от него лежал Зверь, сначала парень хотел подойти к нему, но потом вспомнил, что Зверь сделал с ним. Он укусил меня, подумал Томаш, теперь он слишком опасен, надо бежать отсюда и как можно быстрее.

Парень тихонько встал, взял свой рюкзак, стоявший тут же и крадучись, направился к лесу. Томаш намеревался скрыться в лесной чаще, он стал бояться Зверя. Ведь он считал его своим другом, а тот пытался его съесть.

Томаш посмотрел на плечо, оно все еще было в крови, парню чуть не стало плохо. Почему Зверь напал на меня? Я же ему ничего не сделал! Неужели это все из-за камер, но я же не собирался с ними что-то делать, просто показал Зверю. Может быть, он что-то съел не то, и стал бешеным? Томаш читал про разные травы, может быть одна из таких и попалась Зверю.

Он почти ушел с полянки, когда Зверь повернул голову и посмотрел на него. У Томаша от страха бежал пот по спине и лицу, ноги начали трястись. Зверь смотрел на него, не мигая и не отводя глаза, горевшие в темноте.

Парень понял, что убегать бессмысленно, Зверь догонит его в два счета. Он достал нож, но понял, что не сможет ударить им своего бывшего друга. Вздохнул и откинул оружие в сторону. Затем Томаш раскинул руки в стороны и сказал:

– Зверь, я тебе ничего не сделал! Я считал тебя своим другом и не хочу сражаться с тобой! Если хочешь, нападай на меня, я не буду защищаться. Только, пожалуйста, съешь меня быстро, не мучай меня. Сделай это быстро, чтобы я не почувствовал боли!

Зверь медленно поднялся со своего места и направился к Томашу. Парень поднял голову и посмотрел на небо в последний раз, оно было очень красивым, все в звездах. Жаль, что раньше я не обращал внимания на такие вещи, промелькнула мысль в голове Томаша.

А Зверь тем временем приближался, он встал прямо перед Томашем и облизнулся. Парень зажмурился, ожидая удара, но вместо этого он услышал голос:

– Тебе не надо меня бояться. Я тебя не трону!

Томаш чуть не упал от неожиданности, широко открыл глаза, затем он огляделся и посмотрел вокруг, но здесь никого не было, кроме него и Зверя. Парень удивленно смотрел на ухмыляющегося Зверя и не мог поверить.

– Ты можешь говорить? Правда? – Томаш даже что-то закричал в темное небо от переполнявших его чувств.

Зверь подождал, пока парень успокоится, и в ушах у парня опять зазвучал мощный красивый голос:

– Я не могу говорить в том смысле, который вкладываешь ты. Извини, что пришлось укусить тебя, но только таким способом моя кровь могла проникнуть в твое тело.

– Что? А как я тогда тебя понимаю? – Томаш потер висок.

– Понимаешь, все животные понимают меня, потому что наш организм отличается от вашего. Я сначала пытался общаться с тобой, но ты меня не слышал, тогда я понял, в чем дело. Я укусил тебя, чтобы немного изменить твою кровь, это у меня получилось. Надеюсь, ты не сильно обижаешься? Главное то, что другие люди слышат мой голос, как рычание, ты же теперь можешь понимать его как ваши слова.

Томаш некоторое время переваривал информацию, потом издал ликующий возглас и обхватил шею Зверя.

– Это же круто! Конечно, я не обижаюсь! Считай, что я уже забыл.

– Это хорошо, теперь слушай. У меня есть много, что рассказать тебе. Начнем с камер, их установили очень плохие люди, они пришли на мой остров, начали уничтожать зверей и растения ради забавы. Они даже не хотели их есть, просто они мешали людям. Зверей погибло очень много, поэтому сейчас они или нападают на этих людей или прячутся в укромных местах.

– Почему ты не остановил их? Ты же сильный, собрал бы всех зверей и разобрался с людьми.

– Я в это время спал, ты же сам видел место, где я был. Это глухое место, туда они не дошли, а животные боялись меня будить. Они знают, как я страшен в гневе, – Зверь опустил голову.

– Но потом появился ты, Томаш, ты разбудил меня своим появлением. Я еще не знал про все разрушения на острове и что вообще представляет из себя человек. Мне просто стало интересно новое существо в моем лесу, осмелившееся потревожить меня, поэтому я пошел за тобой. Ну а дальше мне все доложили, поэтому я тебя укусил, чтобы ты мог понимать меня и чтобы помогал нам сражаться. Ты же знаешь все нравы людей, их оружие и все остальное.

– Ух ты, конечно, я помогу вам! Я расскажу все, что знаю. Знаешь, Зверь, я же рассказывал тебе о своей жизни и я жалею, что тоже убивал ради удовольствия.

Томаш серьезно посмотрел на Зверя, они уже сидели около костра и разговаривали.

– Я знаю, что ты жалеешь. Я вижу твои желания, и многое о тебе знаю. Поэтому я и хочу, чтобы ты нам помогал. Пока ты на острове, тебя никто не тронет. Главное, сделай правильный выбор, и не предай других зверей и меня.

Зверь и парень посмотрели друг другу в глаза, Томашу даже не надо было отвечать. Его взгляд говорил сам за себя. Они просидели всю ночь, обсуждая дела и строя планы. Томаш рассказывал все, что знал, и под утро они решили, как им следует поступить.

Через три дня Томаш и Зверь достигли своей цели. Они вышли к зданиям, в которых находились зрители. Томаш погладил Зверя, шерсть которого встала дыбом. Внезапно, Зверь понюхал воздух, он чувствовал присутствие других людей. Об этом он и сообщил Томашу.

– Может, это охрана или кто-то из зрителей вышел за территорию? – предположил Томаш.

– Нет, это дети, и их там несколько, надо пойти и узнать, кто это.

– Да, пойдем, – откликнулся Томаш. Он до сих пор приходил в восторг, разговаривая со Зверем. Кто бы мог такое подумать?

Парочка направилась по запаху, который привел их к другой стороне зданий. Томаш заметил в кустах мальчишку, они подошли к нему. Мальчик лет десяти смотрел на Зверя расширенными от страха глазами. Томаш мог представить, что творится в голове у мальчугана, поэтому поспешил его успокоить.

– Не бойся, он тебя не тронет. Зверь хороший.

Зверь что-то пробурчал, что такого мальца ему даже на закуску не хватит и ухмыльнулся, показав белые клыки. Но Томаш протянул руку мальчику и спросил:

– Как тебя зовут? Где остальные дети?

Марик, а это был он, удивился тому, что этот парень знает про остальных, но представился, а про ребят ничего не сказал.

– Марик, ты не волнуйся, мы хорошие. Зверь тебя не тронет, это он сообщил мне, что тут еще есть ребята. Мы даже знаем, что вы собираетесь пойти на штурм зданий, а ты разведчик.

Последнее предложение парень добавил от себя, логически подумав, что еще тут делать ребятам. Конечно, они хотят напасть на зрителей и охранников. Он с удовлетворением отметил удивление на лице Марика, значит, он прав. Это было хорошо, лишние бойцы не помешают.

– Откуда ты знаешь? – спросил Марик.

Мальчишка не стал ждать ответа и выпалил:

– А как его зовут? – он показал взглядом на Зверя.

Томаш усмехнулся, он вспомнил свой разговор со Зверем, тот сказал, что на самом деле его зовут по-другому и назвал очень длинное имя. Конечно, Томаш его не запомнил, и Зверь, смеясь, сказал, что ему нравится, когда его называют Зверем. Для парня теперь даже по-другому стал звучать смех друга. Если раньше это было рычание, пускай и с разными оттенками, то теперь Томаш слышал громкий густой смех, чем-то похожий на человеческий.

– Можешь называть его Зверем, он не будет против, а меня зовут Томаш, – парень погладил своего друга по боку.

Марик понял, что Зверь не собирается его есть, и парень тоже ничего не делает и перестал бояться. Он улыбнулся немного робко, но в глазах мальчика уже засветились озорные искры. Он представил, как заявится с этим Зверем в лагерь. Вот испугаются все ребята! Главное, чтобы они не начали стрелять, подумал мальчик.

Тем временем Зверь тихонько зарычал. К удивлению Марика, Томаш вслушался в рычание этого большого животного и что-то ответил ему. Тот опять зарычал и на этот раз парень просто пожал плечами. Затем они оба обратили внимание на вытянутое лицо мальчика, и парень расхохотался, а Зверь стал издавать звуки, тоже похожие на рычание.

– Ты его понимаешь? – Марик смотрел на парня с восхищением.

– Да, кое-что понимаю, – заулыбался Томаш, он помнил свое удивление.

– Мне пора идти в лагерь, меня ждут ребята, – опомнился Марик. – Я не должен был задерживаться.

– Да, как думаешь, нам с тобой идти? – спросил его Томаш.

Марик задумался, конечно, он хотел поразить всех ребят, приведя с собой таких помощников, но он боялся их реакции. Об этом он и сказал Томашу и Зверю. Они переглянулись, понимая, что мальчик прав. Если ребята начнут стрелять, то все может плохо закончиться.

– У меня есть идея, – прорычал Зверь.

– Какая? – взглянул на него Томаш.

Но Зверь ему не ответил, вместо этого он легко подкинул мальчишку в воздух. Тот даже не успел ничего понять, как уже лежал на широкой спине Зверя.

– Ух ты! – подскочил Марик на ноги. – Какой ты крутой!

Мальчик, легко дотрагиваясь, провел рукой по голове Зверя, он был в восторге.

– Скажи ему, чтобы держался покрепче и сам не отставай, – сказал Зверь.

Томаш передал мальчику слова Зверя, тот закивал и аккуратно ухватил Зверя за шерсть, боясь сделать тому больно. В глазах мальчика светилась радость и уважение к новым друзьям.

Затем Зверь побежал легкой рысью, Томаш держался чуть сзади, а Марик указывал путь. Он сидел и наслаждался поездкой, мальчик надеялся, что сейчас они все вместе победят плохих людей и можно будет вернуться домой. У меня теперь тоже будет дом, если родители Макса согласятся усыновить меня. Он будет моим братом, он сам этого хочет, в сердце мальчика опять разлилась радость. Внезапно Марику показалось, что Зверь почувствовал его мысли, потому что он повернул голову и с интересом и сочувствием посмотрел на мальчика.

***

– Почему он так долго не возвращается! – переживал Макс.

– Макс, не волнуйся, все будет хорошо, – к мальчику подошла Сара. – Наверное, он хочет как можно лучше все разведать. Надо просто еще немного подождать.

Девочка улыбнулась Максу, и тот почувствовал, как в его сердце вспыхивают различные чувства, а щеки краснеют.

– Ладно, ты права, надо подождать, – он тоже улыбнулся Саре.

К ребятам подошли Женька и Джейк.

– Что будете делать после возвращения с острова? – улыбаясь, спросил Джейк.

– Я, например, хочу открыть курсы по выживанию, – расхохотался Женька.

– А я буду комиком, буду рассказывать про наши приключения, – подхватил Джейк.

Теперь смеялись все ребята, они собирались в одну кучку и с юмором рассказывали, чем можно заняться с их опытом. Капитан слушал их и поражался их оптимизму, но потом понял, что они выжили еще и благодаря юмору. Ведь, когда опускаешь руки, тогда уже ничего не поможет, никакой опыт.

Джейк, смеясь, посмотрел в сторону и его взгляд мгновенно стал испуганным. Его руки потянулись к автомату, висевшему на плече. Остальные обратили внимание на его поведение, Сара, весело улыбаясь, спросила:

– Братишка, что с тобой? Кого увидел?

Джейк ткнул пальцем в сторону, все начали поворачивать головы туда, куда он показал. К ним шел огромный зверь, никто раньше такого не видел. Всем своим видом он внушал уважение и страх.

– Не стреляйте! – раздался звонкий голос.

– Это же Марик! – удивленно крикнул Женя.

Все ребята с недоумением смотрели на мальчика, восседавшего на спине Зверя. А рядом с ними шел парень, он тоже улыбался, его позабавила реакция ребят на его друга, хотя он совсем недавно вел себя также.

Капитан с открытым ртом смотрел на развернувшееся перед ним представление. Что еще придумают эти ребята? Откуда взялся Томаш в этом месте? Что это за зверюга с ним? Она что его слушается? У мужчины было слишком много вопросов, но он решил выждать, подумав, что парень все расскажет сам. Но он не мог не отметить, как изменился парень за то время, которое он не видел его. Томаш стал более уверенным, спокойным и с открытым взглядом. Даже выражение его глаз и в целом лица изменилось.

– Привет, меня зовут Томаш, а это – Зверь. Мы пришли, чтобы заключить с вами союз и выбраться с острова, – так начал свою речь парень.

– А я Марик! – раздался веселый крик сверху.

Ребята расхохотались, напряжение начало спадать.

– Предлагаю Марика больше не отправлять на разведку, неизвестно, кого он приведет к нам в следующий раз, – пошутил Джейк, вызвав новый взрыв хохота.

Наконец, все ребята отсмеялись, они ближе подошли к Зверю и Томасу. Андрей внимательно смотрел на Томаша, он помнил их стычку, в которой Томаш ранил его. Парни встретились взглядами, во взгляде Томаша читалась просьба извинить его. Андрей вспомнил, что сам был таким же, а потом его приняли ребята в команду, и кивнул Томашу с улыбкой. Так парни без слов помирились, они понимали, что им теперь делить нечего, оба на одной стороне.

В это время Зверь что-то прорычал, и Томаш сказал:

– Зверь предлагает всем перейти к костру и обсудить все дела.

Марик заплясал рядом с ним, он объяснил удивившимся ребятам:

– Томаш понимает Зверя, они могут общаться.

Челюсть отпала у всех. Макс осторожно спросил у Томаша:

– Это правда? Ты его понимаешь?

Томаш скромно пожал плечами, он не думал этим хвастаться, тем более это была не его заслуга. Наконец, все прошли к костру и удобно расположились около него.

Так и случилось, как думал Капитан. Томаш рассказал ребятам про свои приключения, не вдаваясь в подробности, и выслушал их рассказы.

– Так что, у нас пока не получается пойти на штурм здания, – заключил Макс.

– Можно победить охрану днем и прорваться в здания, тем более раз Капитан говорит, что охраны там мало. Мы что, не справимся? – Томаш посмотрел на ребят.

Капитан, сидевший тут же, вздохнул и сказал:

– Если идти напролом, то будут жертвы, и довольно много. Я не хочу так рисковать, мы же планировали пробраться ночью, а этот забор спутал все наши планы.

Зверь и Томаш переглянулись, конечно, их планы придется подкорректировать. Но сейчас будет участвовать даже больше людей, что было им на руку. Возможно, все получится, их план сработает. Зверь сможет отомстить, а Томаш вернется домой.

Томаш встал рядом со Зверем, и озвучил их план. Все слушали его молча, потом Марик закричал «Ура Зверю!», остальные подхватили этот крик. Кричали все, даже сам Томаш кричал, он тоже до сих пор был в восторге от своего друга. Все ребята были в радостном возбуждении, мысленно они уже плыли подальше от этого места.

Глава 5

Виктор ждал около, часа пока за ним придут. Если Ричи доложил о нем охране, то много времени не пройдет. Наверняка, они уже бегут сюда. Мужчина вздохнул, есть ли смысл в борьбе? У него было мало шансов против вооруженных людей. Потом ему пришла в голову мысль: а есть ли вообще смысл в борьбе? Власти сильнее, он и его друзья просто умрут здесь в лагере, и никто об этом даже не узнает.

Виктор обхватил голову, которая все еще болела и кружилась и задумался. Бежать отсюда они может и смогут, но не скоро, а за то время, которое пройдет, пока они все встретятся и придумают план, они все ослабнут, и их будет легко победить. Как все сложно, что же ему делать?

Внезапно на улице послышались шаги и дверь распахнулась. Виктор судорожно схватил какую-то палку, которую нашел здесь же в бараке, и приготовился обороняться. Это и правда оказался Ричи, но он был один, парень с усмешкой посмотрел на мужчину.

– Не волнуйся, я тебя не сдал. Да, я выполняю их поручения, но в основном для того, чтобы побольше узнать об их слабых местах.

Виктора поразил контраст между тем парнем, который сейчас говорил, и тем, который раскачивался здесь, обхватив себя руками. Казалось, это два разных человека. Ричи понял его удивленный взгляд и смутился, но объяснил.

– Понимаешь, это защитная реакция организма на стресс, ничего не могу с собой поделать. Но это единственный мой минус.

Парень хитро посмотрел на Виктора:

– А охрана из-за этого думает, что я местный сумасшедший и не гонит на работу. Они как будто не понимают, что у меня есть чувства, или что я умею думать. Многие охранники при мне обсуждают свои дела, или подкидывают мелкие задания, чтобы подкармливать меня.

Ричи остановился, переводя дух после длинной тирады. Он понял, что Виктор все помнит после стирания памяти, так же он понял, что мужчина сам боится, чтобы его не сдали. Ричи специально прошел по поселку, заглядывая в бараки, в которые, как он знал, привезли новеньких. Они тоже почти все пришли в себя, и по их реакции он понял, что они все помнят, но стараются себя не выдавать.

Парень не понял, как они это все сделали, но решил, что можно соединиться с ними. Может получится вырваться из этого места. В одиночку Ричи не решался покинуть поселок, а другим людям почти всем было все равно.

Парень видел, какими отупевшими все становятся уже через месяц после работ на прииске. Бедным рабочим уже ничего не надо было, они просто приходили с работы и спали или лежали. А если учесть, что они еще и редко помнили свое прошлое, то это тоже давило на них и очень сильно. Поэтому люди быстро опускали руки и влачили жалкое существование.

Сам Ричи попал в лагерь еще ребенком десяти лет. Он не помнил свое детство, точнее, он старался не вспоминать его. Он знал, что перед тем, как он попал в рабочий поселок, произошло что-то страшное. Это событие было похоронено где-то глубоко в сердце и голове Ричи.

Когда парня спрашивали о его прошлом, он отвлекал себя покачиваниями в стороны, утешая сам себя, поэтому его считали странным с момента его пребывания здесь. Сначала над ним смеялись, потом начали жалеть, а теперь, когда прошло уже довольно много лет, Ричи стал играть роль местного сумасшедшего. Мальчик сначала объяснял всем, что он нормальный, но его не слушали. В конце концов, Ричи сам увидел выгоды своего положения и смирился с ним. Правда, бывали моменты, когда Ричи надоедало влачить такое существование, но он заставлял себя смириться с ним, надеясь рано или поздно вырваться из поселка. Особенно парня злило, что приходилось ходить грязным и взлохмаченным, а до того, как он попал сюда, он всегда ходил чистым и аккуратным. Он усилием воли загонял как можно глубже оставшиеся воспоминания о прошлом, чувствуя, что они могут сломать его. И тогда он по-настоящему сойдет с ума. Пока же ему удавалось держать себя в руках.

Если сюда прибыли люди, которым не удалось стереть память, то может быть у них получится вырваться из этого ужасного места, а Ричи уйдет вместе с ними. Парень ухмыльнулся, осталось наладить контакты с этой группкой. Поэтому он и пошел к Виктору обратно, чтобы поговорить с ним и убедить его действовать заодно. Ведь сам Ричи мог оказаться полезным, он знал все о рабочем поселке, а у них была сила. Соединив свои усилия, они смогут сбежать, это Ричи и предложил Виктору.

Виктор внимательно смотрел на парня, кажется, это не было ловушкой. Можно ли ему верить? Мужчина смотрел в серые глаза Ричи, по крайней мере, парень оказался достаточно умным, чтобы долгое время прикидываться психом и обманывать всех вокруг. Виктор решил сначала проверить, можно ли полностью доверять парню, а пока решил согласиться на его предложение, все равно они оба себя уже разоблачили.

– Хорошо, Ричи, давай попробуем сотрудничать, – с этими словами мужчина протянул парню руку, и тот ее с радостью пожал.

***

Мишка очень устал, первый раз в жизни он работал. Да еще и весь день, а поесть дали только один раз. Мне почти шесть лет, но так не должно быть, думал мальчишка, таская тяжелые камни и помогая уносить землю с другими такими же грязными и уставшими детьми. Некоторые из них были старше, другие такого же возраста, а еще двое были даже младше. Мишка видел, что все дети худые, грустные и почти не разговаривают. Все это можно было объяснить тяжелыми работами, но некоторые ребята даже не знали, как их зовут, вот это уже было проблемой. Мишка за всю свою маленькую жизнь в первый раз встречал таких детей.

Даже на его улицах, где было много бедных или даже бездомных, дети знали свои имена. Даже те, у кого не было родителей, придумывали себе прозвища. А здесь всем было как будто без разницы, на что откликаться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.