Маргарита Серрон
Анежка

Глава 1

Анежка всегда была нежной и какой-то слишком пугливой. В детстве она часто пряталась за спины бойких подруг. Она никогда не выпячивала свое мнение, скромно пожимала плечами, когда другие рвались в бой. Но она была такой милой, что все девочки хотели с ней дружить. Ей просто нельзя было отказать ни в чем. Многие дети и даже взрослые принимали ее застенчивость за слабость, доброту за глупость. Они не понимали, что это лишь способ ее общения с внешним миром, в котором она не ощущала угрозу, поэтому была открыта и доверчива. Но как бы там не было, своей ангельской улыбкой, Анежка с детства умела найти дорогу к сердцу любого заскорузлого циника. Никто не смел смеяться над ее наивностью в лицо, знакомые лишь за глаза обсуждали ее поведение и крутили у веска, демонстрируя все свои эмоции на этот счет. Она не капризничала и не проявляла непослушание. Иногда она вздыхала, если ситуация совсем ей не нравилась. Таким внешним показным равнодушием к собственной жизни она добилась лишь полной капитуляции собственного мнения в глазах окружающих. Никто не знал, что происходит в душе этой светлой, всегда улыбающейся девочки. Анежка никогда не настаивала и не отстаивала своё мнение, свои принципы и границы. Хотя глубоко внутри у неё всё было разложено по полочкам и хранилась в строго отведенных воображаемых комнатках. Не споря и не конфликтуя, она молча находила выход из неприятностей. Она взрослела и с каждым годом ей труднее давались показное равнодушие и доброжелательность. Что-то внутри нее росло, зрело, но не спешило выходить наружу. Она не умела конфликтовать, да и не хотела. Она ведь не боец, а просто милая и добрая девочка. Она была счастлива и наслаждалась каждым днем своей юной жизни. Ее считали мягкой, бесхребетной, не способной постоять за себя. Сначала ее жизнью управляли родители. Потом это делал парень, ее бойфренд, который почему-то решил, что только он будет ее мужем и никто другой. Анежка плыла по течению, стараясь не сильно вникать в детали. Она видела картинку мира в целом и ее все устраивало. Но это не могло длиться вечно. Случилось нечто, что заставило ее быстро повзрослеть и выйти из зоны блаженного комфорта, в котором она пребывала до восемнадцати лет. Ей пришлось принять жизнь во всех ее проявлениях. Розовая пелена вселенского счастья и благополучия спала с ее глаз и оказалось, что она уже ни принцесса и у нее нет королевства. Любовь близких уже не спасала ее от нападок окружающих, мир её иллюзий разрушился и новая реальность дала ей пинок под зад в самой грубой форме. Родители развелись и им стало не до взрослой дочери. Они не могли разобраться в своей жизни. Им некогда было решать психологические проблемы нерешительной дочурки. Ухажёр, узнав, что финансовая империя отца трещит по швам и вот-вот лопнет, сразу потерял интерес к липовой принцессе. И пришлось Анежке столкнуться лицом к лицу с реальностью, о которой она и не подозревала. Ее доброта и нежность оказались неликвидным товаром в мире рыночных отношений. Выйдя во взрослую жизнь, поступив в университет, она стала слышать от посторонних люде обидные слова, которые характеризовали ее недостатки во всей красе. Самым мягким ее прозвищем было-лохушка. Некоторые знакомые даже забывали ее настоящее имя, пренебрежительно называя ее Лохешкой. Это было не обидно, потому что в 19 лет в девушке еще жила пусть уже не такая большая, но еще светлая любовь к людям. Когда родители неожиданно развелись, иллюзия начали исчезать. Мама Анежки вышла замуж и уехала к новому мужу в Германию. Отцу было некогда, он никого не замечал вокруг, тщетно пытаясь на руинах своего бизнеса построить новую империю, к тому же он нашел себе новую спутницу жизни и постепенно стал отдаляться от дочери. Он познакомился с женщиной, у которой были маленькие дети. Он начал новую жизнь с чистого листа. Анежку он в гости не приглашал. Постепенно она осталась совсем одна без поддержки родителей. Школьные друзья тоже куда-то подевались. Родителей она почти не видела, да и по телефону они общались редко. Новых друзей в университете она не приобрела. Все ее попытки дружеского студенческого общения оказались провальными. Парни хотели с ней переспать, не более. Кто-то использовал ее доброту и выкачивал из нее самым наглым образом деньги, а кто-то пытался просто нагадить в ее чистой душе, просто так, из эгоизма и зависти. Анежка не изменяла себе, она не озлобилась и не ощетинилась. Она лишь приспособилась ко всем новым бытовым проблемам. Ее тонкая натура прекрасно понимала все скрытые мотивы людей. Она прощала тех, кто ее обижал. Не забывая, а просто отпуская. Она не копила внутри себя обиды, просто не умела это делать. Она шла вперед, постепенно понимая, что среди людей ей не уютно. Не может она пробивать себе место локтями и скалиться, показывая острые зубы. Когда красный диплом биолога был у нее в руках, она первый раз в жизни сделала свой самостоятельный выбор. Как-то раз, после защиты диплома, ей на глаза попалось объявление о вакансии биолога для работы в Тагманский заповеднике. Анежка не могла больше ни о чем думать. Какой-то голос внутри нее звал ее в этот заповедник. Она стала мечтать об этой работе. Отправила запрос. Через несколько дней ей пришел положительный ответ. Ее кандидатуру одобрили. Не советуясь ни с кем, она сдала свою квартиру в Москве квартирантам на полгода вперед и уехала в Богом забытый край. Местному заповеднику требовался научный сотрудник, чтобы вести учет местной флоры и фауны. Популяционная экология была связана с дипломной работой Анежки и очень ей нравилась. Ее не испугали ни крошечная зарплата полевого биолога, ни суровые условия проживание на кордоне в лесу, вдали от населенных пунктов. Даже отдаленность заповедника от Москвы она считала плюсом. Все минусы были несущественными. Анежка, с воодушевлением двадцати трехлетнего исследователя, искала свое место в жизни. Нескончаемый энтузиазм и любознательность заставляли ее выбирать не легкие пути, а интересные, пусть даже и тернистые. Ее внутренний компас неожиданно включился, не давая ей грустить и переживать за свое туманное будущее. И его стрелка указывала прямо в Тагманский заповедник. Там можно было встретить очень редких животных. Многие из них были занесены в базу «Безвозвратно утерянных для человечества». Особенно Анежку интересовали ахтинары. Их давно уже никто не видел, хотя еще несколько десятилетий назад за некоторыми мечеными особями можно было проследить с помощью космической телеметрии. Но было это давно. С тех пор ареал их обитания сильно сократился из-за пожаров и резкого изменения климата. Зимы стали непривычно суровыми и снежными, а летом стало нечем дышать от непереносимой влажности, чередующейся с засухой. К таким экстремальным условиям ахтинары не были приспособлены. Так говорила официальная наука. Но Анежка надеялась, что найдет хотя бы одну пару особей этих загадочных животных. Что толку в ее жизни и в ее профессии, если она не сможет спасти редких животных от полного исчезновения? Она была настроена решительно. Купила билет на поезд, собрала вещи и, послав отцу и матери голосовые сообщения, отправилась на встречу своей судьбе. Через три дня, преодолев несколько тысяч километров на поезде, затем на автобусе и под конец, просто на попутной машине, она прибыла в поселок, где ее уже ждали. После такого утомительного пути ее энтузиазм биолога-спасателя немного угас. Она очень устала и хотела только одного- теплой ванны с маслами для расслабления и кровать с чистыми простынями. До офиса она добралась без приключений. Люди в поселке были приветливыми и сразу указали ей дорогу к одноэтажному деревянному строению с вывеской нужной организации.

– Здравствуйте, меня зовут Анежка Орлова, мы с вами созванивались, я – биолог из Москвы. Вот мой диплом и паспорт, – девушка широко улыбнулась, не желая показывать, что устала и еле держится на ногах. Худощавый мужчина лет пятидесяти с хвостиком оторвался от монитора компьютера. Он встал и энергично поприветствовал Анежку, пожав ей руку. Затем он поправил свои взъерошенные волосы с проседью, надеясь придать себе более официальный вид. Но его почти мальчишеская радость просачивалась через лучистые искрящиеся глаза. Анежка на миг забыла про свою усталость. Она любила, когда люди радовались. Она чувствовала, что ей рады, очень рады. Ее ждали. Это было заметно. У нее улучшилось настроение. Давно к ее присутствию в этой жизни никто не проявлял такого искреннего интереса.

– Ну, наконец- то! Анежка Орлова, как я вас ждал! Проходите, располагайтесь. Сейчас я вас чаем напою с печеньем. Вот полюбуйся, Светик, красный диплом! Мы получили в своё распоряжение не прохиндея какого-то, а молодого перспективного специалиста. Тунеядцев здесь хватает. Все задарма хотят деньги получать. Меня Олег Ефремович зовут, я – директор заповедника, а это- Светлана Львовна, наш экономист, бухгалтер, ну и психолог по совместительству – все в одном лице, – мужчина расслабился и улыбнулся- да вы, Анежка Сергеевна, не обращайте внимание на мое раздражение. Сегодня бездельники вывели меня из равновесия. Только пить могут и зарплату требовать, а работать кто будет?

– Можно просто, Анежка.

Девушка с трудом оторвалась от приветливого взгляда директора и оглядевшись, заметила в просторном кабинете Светлану Львовну. Пышногрудая полная женщина смотрела на девушку исподлобья, не желая расставаться с очками в толстой немодной оправе. Она сидела за отдельным столом и наблюдала за происходящим.

– Здравствуйте барышня. Вот так сюрприз, – Светлана Львовна скептически поджала губы- Ефремыч, а ты не кипятись. Объясни девушке, только так, чтобы я лично слышала, что здесь не курорт для столичных дамочек. Вон, посмотри на ее руки. Пальчики то- музыкальные, что ей у нас делать? Здесь пахать надо, а не по клавишам стучать. Может сразу ее назад в Москву отправим?

– Цыц, Светлана Львовна, сиди и складывай свои цифры, дай людям науки пообщаться, твое дело – оформить сотрудника на работу, оказать моральную поддержку, все. Распоясались тут, забыли уже, кто здесь директор. Львовна, не дуйся, а принеси-ка ты нам тортик вчерашний из холодильника и конфетки.

– Да, разогналась. Ну, ну, не таких видали. На одни и те же грабли, Ефремыч, наступаешь.

Олег Ефремович Живин был кандидатом биологических наук и занимался популяционной генетикой, также он являлся автором более пятидесяти научных работ. Анежка сразу поняла, что Живин был абсолютно не на своем месте. В кресле директора ему было неуютно. Каждодневные административно-хозяйственные вопросы забирали у него драгоценное время, которое он мог бы тратить на научную деятельность. Это раздражало Олега Ефремовича, удавкой сжимало шею, но деваться было некуда. Отец всегда говорил Анежке, что руководителем нужно родиться, это в генотипе человека уже с рождения заложено. У Олега Ефремовича командный ген явно отсутствовал. Светлана Львововна даже не тронулась с места, чтобы выполнить распоряжение директора.

– И где ты ее Ефремыч селить будешь? Нам специалист на передовой нужен, на кордоне, чтобы в курсе всего происходящего был. Неужели ты москвичку с Михеем поселишь в одном доме?

– А если и так. Что? Выходы разные, у каждого своя половина дома, я по телефону все подробно рассказал. Правда, биолог Олова? Вас ведь все устроило? И удаленность от поселка и проживание в лесу?

– Да, Олег Ефремович, все правильно, я согласна с условиями, меня в Москве ничего не держит. В свою квартиру я уже пустила жильцов. На полгода вперед. Поэтому мне некуда возвращаться. – Анежка была готова уже выть от досады. Не ожидала она встретить такие подводные камни. Но Светлана Львововна свои позиции не сдавала, она решила испытать терпение новой сотрудницы, докопаться до правды, которая никого не интересовала.

– А известно ли вам, дамочка, что наш главный и единственный инспектор-эколог, Михей, с которым вам предстоит жить под одной крышей, так вот, он у нас с приветом. Ну странный немного. Поделился ли Олег Ефремович с вами такой важной информацией? – это был шаг и мат, Жилин покраснел и уткнулся в документы, не желая больше вступать в диалог с кем бы то не было.

Анежка почти физически почувствовала, как он отгородился от нее невидимой стеной. Теперь ей предстояло общаться только с нелюбезной Светланой Львовной, которая была настоящим генералом в юбке и в свои пятьдесят пять, могла дать фору любому молодому остряку. Вот кто на самом деле заправлял всеми делами в заповеднике, вот чье согласие и расположение ей требовалось получить. Светлана Львововна сняла свои устрашающего вида очки и стала медленно разглядывать молодую москвичку с верху вниз, точно та была ее личным подопытным кроликом. Анежка не сконфузилась под строгим взглядом бухгалтера. Пусть смотрит. Просто Светлана Львововна не знала, что таким заявлением ее не смутить. Где проходит граница той нормы, по которой люди судят о других? Кто ее устанавливает? А что делать тем, кто не попадает по каким –то параметрам своего тела или характера в заветный коридор? Анежка и так знала ответ- таким «нестандартным» всю жизнь придется жить с ярлыком на лбу и желательно подальше от правильного общества. Другим она и не представляла своего соседа по дому. Сто процентный отшельник с кучей тараканов в голове. Наверно со временем она и сама станет такой же свихнувшейся по меркам обычных людей.

– Михей ваш, он природу любит? Животных защищает? – Анежку интересовал лишь один вопрос, садиста рядом с собой она не потерпит. Хватит, насмотрелась она в университете на детей асфальта.

Олег Ефремович радостно подпрыгнул на своем директорском кресле, выразительно посмотрев на Светлану Львовну.

– А как же, без любви к природе в заповеднике работать не получится. Михей поэтому и выгонял всех дармоедов. Они только гадили в лесу, никакой пользы от них не было, один вред. Правда все наши научные сотрудники мужчинами были, вы вот первая-женщина. Поэтому мы и переживаем. Вернее, Светлана Львовна, как женщина за вас еще больше переживает. Характер у Михея неуживчивый, тяжелый. Он одиночка по жизни. Не любит никого рядом с собой видеть. Но он не ученый, к сожалению, а нам научные данные нужны. Вы со всем, Анежка Сергеевна на месте разберетесь. Там в доме у вас кабинет свой будет. С компьютером и документацией. Ваше дело – все данные фиксировать, в компьютер заносить и мне раз в месяц привозить в офис. Будем совещания ежемесячные устраивать и аналитику проводить.

– А интернет? Неужели нет связи в лесу?

– Интернета нет, мобильной связи тоже. Только рация. Да, дороги тоже нет. Добираться будете по речке на лодке. Ну а там по просеке два часа пешком, совсем рядом, не заблудитесь. Карту я вам выдам и все метки отмечу. Вы же биолог, значит научены на местности работать, в поле, так сказать.

До Анежке медленно, но четко стало доходить на что она подписалась. Она вдруг растерялась. Не сумев скрыть своего состояния, она вздохнула.

– А зимой, когда река замерзнет? Как тогда до поселка добираться?

– Так снегоход у вас на кордоне есть. А соляркой мы вас обеспечим на всю зиму. Да вы не переживайте! Мы своих не бросаем! Вертолет на кордон раз в сезон прилетает. Это когда холодно. Зимой вы будете обеспечены продуктами и всем необходимым. А летом так вообще каждый месяц вам посылки будут прилетать. Михей охотится, с голоду не пропадете. Да вы даже и не сомневайтесь, все будет хорошо! – видя предобморочное состояние молодого биолога, Олег Ефремович и сам разнервничался. Может и правда он поспешил? Только желающих на это место больше не было.

– Да, между прочим, вот вам голые факты, – Светлана Львовна пошла во-банк – Вы, госпожа Орлова будет десятым сотрудником, которого мы берем на кордон. Десять за 2 года! Задумайтесь!

– И у кого из десяти был красный диплом столичного вуза? – Анежка всегда отличалась упрямством.

– М-да, мне больше сказать нечего. Предупреждаю тебя, Ефремыч, ты нечестную игру затеял. Вот что нам теперь с ней делать? Куда ее определять? Здесь у нас штат укомплектован, фонд не резиновый, нам даже уборщице нечем платить. Вы, дамочка, наверно думаете, что здесь зарплаты столичные? И премии на голову падают квартальные? Я же вижу ваше разочарование на лице. Может вас что-то не устраивает?

– Все нормально, Светлана Львовна, я просто устала, столько дней в дороге. Меня все устраивает, я согласна жить на кордоне с любым вашим сотрудником. Это все мелочи, я привыкну, я не конфликтная. Мне главное ахтинаров найти, а про остальное вы не переживайте. Я сильная, я вам волнений не доставлю.

Теперь со стула готова была упасть Светлана Львовна. Слова москвички её ошарашили. И где таких наивных глупышек выращивают? Но она сдержалась от неуместных комментариев. Она тихонько встала, обошла кабинет и, спрятавшись за спиной Анежки так, чтобы ее видел только директор, выразительно покрутила пальцем у своего виска, затем показала на москвичку. Светлана Львовна сделала всё, что могла. Больше она никого отговаривать не будет. Новая работница сама подписала себе приговор. Головой нужно думать, куда едешь. Не маленькая поди.

Светлана Львовна вышла из комнаты. В ее голове кружились невеселые мысли. Сколько можно быть всеобщей нянькой и разруливать сложные ситуации в жизни коллектива?

Олег Ефремович не хотел ни во что вникать. Он постоянно прибывал в научной нирване, из которой его приходилось вытаскивать. А потом с силой встраивать в реальную жизнь. Да и вообще, она не железная, как все думают. Если со всеми ненормальными сотрудниками общаться, то скоро здоровья совсем не останется. Один Михей чего стоит. Нужно пораньше с работы уйти, чтобы не пересечься с ним в офисе.

Генерал в юбке неслышно покинула офис. Светлана Львовна здраво рассудила, что у нее и своих дел выше крыши. Пусть Ефремыч сам возится с молодой сотрудницей. Выманил девку из Москвы, наобещал в три короба, вот пусть теперь и расхлебывает кашу, что заварил. Хоть бы, гадёныш, посоветовался, так нет, все за спиной у нее провернул. Ну ничего, она с работы уедет пораньше и спать будет сегодня спокойно. И только завтра узнает, как Михей лютовал в офисе. А скандал будет нешуточный. Проходили это и не один раз. Лесничий и так не подарок, а когда новенького ученого-биолога ему на кордон подбрасывают, то он совсем с ума сходит. Все знают, как он не любит людей. Раз за разом всех научных сотрудников выживает из своей берлоги. Ни один биолог больше месяца не задерживался. Особо пострадавшие писали заявление в полицию. Кому-то он лицо разбил не по-детски, а кого-то из кордона выгнал пинками. Только Михею все по барабану, не один местный участковый с ним связываться не хочет. А тем более арестовывать. Себе дороже.

– Ну вот и отлично, – Олег Ефремыч довольно потер руки, – Можете, Анежка Сергеевна, пока в моем кабинете поспать. Вот на этом диванчике. А я свяжусь с Михеем по рации. Он за вами приедет. То есть приплывет на моторке. Это хорошо, что вы хотите ахтинаров найти. Я и сам когда-то мечтал их повстречать в здешних краях, только мне это не удалось. Может быть вам повезет. Мы тогда грант выиграем! Это стало бы сенсацией! Я верю в вас, Анежка Орлова! А вы знаете, что толерантность некоторых видов животных, особенно ахтинаров, к изменяющимся условиям внешней среды так и осталась до конца не изученной и это очень меня беспокоит…

Анежка провалилась в глубокий сон. Она не слышала, продолжения рассказа о годах научных изысканий Олега Ефремовича, о его исследовательской работе, о передовых инновационных методах современной биологии. Она спала сном младенца, отключившись от всех будущих проблем. Зачем переживать, если будущее еще не наступило? Голос директора заповедника ее быстро убаюкал. Она расслабилась. После долгого пути она почувствовала, что оказалась дома, в родной стихии. Как же она устала от Москвы, от шума, от вечного бега всех вокруг. Она нашла то, что искала. Лес рядом и ее окружают близкие ей по духу люди. Коллеги, которые полностью разделяют ее взгляды. О чем еще ей можно переживать?

Глава 2

– Ефремыч, ты что совсем здесь потерялся? Она же жен-щи-на! Баба! Тебе это о чём-то говорит? Или ты не понимаешь, что её ждет?

Анежка проснулась от мужского крика. На нее никто не обращал внимание, хотя говорили именно о ней. Это было очень некрасиво. Как всегда, она не стала влезать в спор, давая мужчинам возможность выплеснуть свои эмоции. Хотят поорать- пусть орут, это не её проблемы.

– Она не женщина, а научный сотрудник, биолог с красным дипломом! Специалист! Я давно мечтал о молодых пытливых мозгах, ты просто не понимаешь, Михей, нам повезло! Да мы с Орловой горы перевернем! Ты-пень, Михей, неотесанный чурбан, совсем в лесу одичал. Неужели ты не видишь, что будущее за наукой, молодые талантливые ученые будут делать великие открытия! А мы будем рядом, будем помогать развивать науку! Да, и самое главное- она ахтинаров мечтает найти! Точно, как я в молодости, такая же бойкая и амбициозная!

– Что?!

– Что слышал. Девушка приехала по зову сердца. Она не такая, как остальные, с купленными дипломами. Не ори, и не горячись. Поживете вместе, поработаете, может и срастется все у вас. Ну, в смысле совместной работы. Ну не зверь же ты?

– Ефремыч, ты меня не выводи, хочешь сопли подтирать и сказки рассказывать про ахтинаров- пожалуйста, только меня избавь от малолетней дурости. Лес не любит глупых баб. Где ты тут ученого талантливого разглядел?

– А ты откуда знаешь, кого лес любит? У тебя в берлоге бабы не наблюдались, тьфу, женщины, то есть. А женщины- ученые так и подавно. Вот и проведем эксперимент. И вообще, я –директор, я тебе плачу зарплату и обеспечиваю провизией. Я уже взял Анежку Орлову на работу и все тут! Ты не у себя дома, Михей. Разговор окончен.

Ефремыч был миролюбивым начальником, но с лесником ему всегда приходилось повышать голос и напоминать, кто в компании главный. Никакого сладу с этим дикарем не было. Все коллеги его боялись.

Анежке надоело валяться на диване и делать вид, что она невидимка. Мужчины пар спустили и теперь можно было вставать, и знакомиться с Михеем. У них в доме у каждого будет своя половина, поэтому их общение можно свести к нулю. Почему все так нервничают из-за пустяков?

– Привет, я – Анежка, ваша новая сотрудница, – девушка улыбнулась и протянула руку для рукопожатия, но ответа не последовало. Она наткнулась на стену полного безразличия. Огромный, точно медведь, мужчина, казалось смотрел сквозь нее. Было это очень странно. Никогда и никто при первом знакомстве так не игнорировал ее. Обычно она всем нравилась. Ее протянутая рука так и осталась висеть в воздухе. Контакта не получилось. Для Анежки это ситуация была неприятной. Она любила касаться людей, для нее тактильные ощущения были очень важны. А еще она любила вежливых и воспитанных людей. Она очень хотела дотронуться до Михея, почувствовать на ощупь, что он за человек, но она опасалась его реакции. Может он и правда одичал в лесу и забыл, как нужно общаться? Ну ничего, она это исправит. Лесник с ней на одной стороне, он любит природу и заботится о ней. А его привычки и воспитание – это ведь мелочи. Она и сама не подарок и не ангел, как считают многие. Просто лицо у нее милое и фигурка стройная, ну почти стройная. Вот и принимают ее все за кого-то другого, а что у нее в душе никто не знает. Да и зачем это кому-то знать? Она привыкла всегда улыбаться. Даже, если ей больно. Ей всегда хотелось нравится людям. Хотелось чувствовать их любовь. Вот такая уродилась. Неправильная.

– Ефремыч, ты издеваешься? Что мне с этой куклой делать? Может сам с ней поедешь на кордон?

Директор заповедника проигнорировал выпад своего сотрудника. Он уже привык к постоянным конфликтам Михея.

– Анежка, это Михей, он отвечает за охранные действия в заповеднике, следит за экологией и сохранностью экосистемы. Мужчина он хороший, отзывчивый, поможет тебе, подскажет что и как.

– Да, хорошо, думаю мы сработаемся, -девушка посмотрела на лесника. Не хотела бы она иметь такого врага. Он был просто огромный. Настоящий лесной великан. Метра два не меньше. Широкие плечи, рельефные руки, и пронизывающий колючий взгляд.

– Ну и чудесно. Вот тебе, Анежка Орлова, план работы. Через месяц я жду тебя с отчетом. На флэшку все таблицы сбросишь, а я буду анализировать весь собранный материал. Будут вопросы- свяжешься со мной по рации. А ты, Михей не смей обижать девушку, это мое последнее предупреждение. Биолог Орлова должна выходить на связь каждый понедельник, если не выйдет, я сам наведаюсь в твою берлогу. Вот дополнительный комплект рации. Ну все дети мои, идите, уже поздно. А вам еще до места добираться.

Директор, довольный своим решением, выскользнул из кабинета. Анежка уставилась на Михея своими серыми бездонными глазами. Она беззастенчиво разглядывала мужчину, с которым ей придется не только работать, но и жить под одной общей крышей. Он был большим и каким-то неухоженным. Красивым его назвать было нельзя. Квадратный подбородок скорее отталкивал, чем привлекал. Большие губы заслуживали внимание, но хищный взгляд холодных голубых глаз был колючим и портил все впечатление. Мимо такого неправильного лица нельзя было пройти равнодушно. Оно навсегда оседало в памяти из-за грубо вырезанных черт. Может так выглядит мужественность? Анежка не знала, она не встречала в городе таких странных мужчин. В городе все были прилизанные, ухоженные, если и встречались неухоженные, то они были все, как под копирку. Да и вообще, она не считала себя экспертом мужчин. У нее были любовники, но она уже и не помнила их лица и их фигуры. Она их не выбирала, и даже не желала с ними встречаться. Но каждый раз попадала в отношения, от которых не могла отделаться. Такие, в которых начинаешь задыхаться и чувствовать, что что-то идет не так. Она привлекала к себе всяких мошенников, проходимцев и просто охотников за женщинами, для которых важно было лишь количество. Анежка считала себя полной неудачницей на любовном фронте и не хотела больше никаких романов.

– Значит красный диплом? – Михей подозрительно посмотрел на девушку.

– Да. Я хорошо училась. И занималась конным спортом. Вам нравятся лошади?

– Возможно.

Анежка вспомнила годы учебы. Красный диплом ей дался не просто. Учеба занимала все свободное время. Даже спорт пришлось забросить. Когда она училась в школе, ей нравился конный спорт. Лошадей она любила с детства. Даже на биолога пошла учиться исключительно по этой причине. Она росла в обеспеченной семье, и родители не в чем не отказывали. Своей лошади у нее не было, но она занималась в конном центре с лучшими инструкторами по верховой езде. Даже в соревнованиях принимала участие, когда помладше была. Но серьезный спорт остался в прошлом. После развода родителей она стала жить самостоятельно. Денег не хватало. Во время учебы в университете она получала от отца небольшие суммы денег. Этого ей хватало впритык. Конный спорт пришлось забросить и довольствоваться прогулками по парку и бегом. Она научилась экономить. Она научилась просчитывать свой бюджет, понимая, что начинающие биологи много не получают. Особенно те, которые работают в заповедниках и в заказниках. Не ради денег она приехала в такую глухомань. У нее было свое предназначение в жизни, и она это знала.

Михей не спешил. Он не принимал необдуманных решений. Конечно, Ефремыч не оставил ему выбора, но это еще ничего не значило. А может он действительно превратился в заскорузлого монстра в лесу? Неужели он совсем озверел? Кто же отказывается от такой милого женского личика и молодого соблазнительного тела? Где его мужские инстинкты? Пускай поживет девушка пару недель на кордоне. Будет ягоды собирать и грибы. Что в этом плохого? Может и развлекутся немного, ведь взрослые уже. А как осень наступит, назад ее в Москву отправит. Ничего ей здесь делать. Да она и сама убежит при первой же возможности. Край суровый, требует закалки и характера. Господи, о чем он думает? Эринола никогда не простит ему даже легкой интрижки. А она узнает, обязательно узнает даже о легком флирте. Нет, рисковать он не будет. Он сможет придержать своих коней.

Анежка не считала себя худой и маленькой, а наоборот она была высокая и рослая, но рядом с двухметровым Михеем, она чувствовала себя неуютно. Он давил на нее своей большой фигурой, пристальным взглядом и вообще, всем своим присутствием. Он занимал слишком много места в тесном пространстве кабинета. Но она молчала и не жаловалась, ждала. Она понимала, что такому мужчине не легко принять решение, которое шло бы в разрез с его желаниями. Лесник колебался. Она никогда не судила людей по внешнему виду, который мог быть обманчивым. Многие выдавали себя за тех, кем не были на самом деле. Вот и Михей принял ее за безмозглую куклу. Что же тут поделаешь?

– Ладно, где твои вещи?

– Вот, – Анежка показала свой скромный чемодан.

– И это все? – мужчина удивленно уставился на чемодан обычного размера. Он думал увидеть, ну как минимум несколько огромных чемоданов и еще столько же модных сумок.

– Теплые вещи я здесь куплю. Мой городской гардероб все равно не подошел бы, – Анежка деликатно умолчала, что шубу и все модные дорогие вещи она продала еще пару лет назад, чтобы свести концы с концами, а больше она ничего себе позволить купить не могла. Теплой одежды у нее толком и не было, а тащить старые вещи, из которых она выросла, в новую жизнь она не хотела. Здесь, в заповеднике, ей красоваться было не перед кем.

Михей молча взял чемодан и понёс к машине. До пристани нужно было ещё доехать. Старый потрепанный джип стоял перед офисом и ждал своего хозяина. Вообще-то, он числился на балансе заповедника и обычно стоял в крытом ангаре недалеко от пристани. Им могли пользоваться все сотрудники, только вот с Михеем никто не хотел связываться. Ведь докопается до любого, причину найдёт. Поэтому на машине ездил он один, когда приплывал в поселок. Это было его привилегией.

– Садись вперед и пристегнись. Здесь дороги разбитые, пока до пристани доедем, тебя всю растрясёт. Пакет приготовь, и вот ещё, бутылка с водой, – лесник недобро ухмыльнулся, сейчас он прокатит городскую куклу с ветерком по ухабистым дорогам.

Анежка промолчала. Она поняла, что этот мужлан считал ее избалованной городской девушкой. Ну, это не самое страшное и неприятное. Это можно пережить. Он ведь о ней заботился. Значит он добрый человек, просто внешность у него отталкивающая, опасностью пахнет. Сто процентный эгоист и затворник. С женщинами не умеет общаться, вот и напускает на себя угрожающий вид.

– Чего молчишь, может не поедешь? Нам по реке плыть, а потом еще пешком идти. Там лес, настоящий непроходимый лес. Мы только ночью будем на месте. Потеряешься- никто тебя не найдет. Люди здесь пропадают каждый год. Я не пугаю, а предупреждаю. Ты хорошо подумала?

– Да, я решила, поехали, – Анежка, как всегда, улыбалась. Она и сама такие пугалки могла придумать. Не то, чтобы у нее совсем не было страха, наоборот она точно знала, чего можно бояться в лесу и как себя вести. И уж обычной городской туристкой она точно не была. Каждый год в походы ходила, с детства. Столько лесов обошла, что книгу могла уже написать. Только оправдываться и умничать она не хотела. Зачем воздух зря трясти, лес все знает и всех чувствует. Он мудрее всех их взятых вместе. Кто ему нужен, того он защитит, а дураков он бросит на произвол судьбы. Нечего соваться туда, куда не знаешь. Лесник прав был.

– Да все в порядке, я не отстану от тебя, ты не переживай, я буду идти за тобой след в след.

– Ну смотри, Анежка, значит. Я не нянька с тобой возиться. И назад я тебя через несколько дней не повезу. По плану следующий приезд у меня через две недели. Будешь на кордоне две недели жить. Твои проблемы – это твои проблемы. На меня не рассчитывай.

– Ага, я уже заметила, что на твои хорошие манеры мне рассчитывать не придётся. Сама справлюсь. Мне нужно только добраться до моего рабочего места. На большее не надеюсь.

Михей повернул голову и еще раз посмотрел на москвичку. Какая-та она странная была. Не спорит, не пререкается, не пытается свои условия ставить. Овечкой прикидывается, но зачем? Какой ей смысл в лесу торчать? Где здесь подвох?

– А тебе сколько лет, Михей?

– Тридцать пять можно дать, а что?

– Ты старше выглядишь, почему?

– А ты сама здесь поживи. Я на тебя через несколько лет посмотрю, какой ты красавицей станешь.

– Нет, дело не в месте, а в тебе. Что-то тебе мешает дышать полной грудью. Заноза. Вот я улыбаюсь постоянно. Мне так жить легче. Это моя броня от всяких нападок. Хотя все это за глупость принимают.

– Послушай, Орлова, ты работать едешь. Не забывай, что мы лишь сотрудники и не лезь ко мне с дурацкими расспросами, – Лесник резко нажал на газ и Анежка подпрыгнула на очередной кочке.

– Прости, если сказала лишнее. Я не со зла. Просто разобраться хотела.

– Ты в экосистеме местной разбирайся, а в мою сторону смотри исключительно в рабочее время и разговоры веди по рабочим вопросам. Кажется, я ясно объяснил.

– Да уж, границы расставил. К психологу тебе идти с этим вопросом не нужно. Не то что мне. Но что-то у тебя случилось в прошлом, поэтому ты такой раздраженный. Тебя что – девушка бросила? -Анежка не хотела произносить это вслух, вырвалось случайно. Плохая привычка.

– Моя личная жизнь не обсуждается. И твоя тоже меня не интересует. Ты для меня бесполое существо.

– Ого, так еще меня никто не называл. Любопытно, а как мы в бане будем мыться? Предпочитаю все-таки оставаться девушкой. Расслабься, Михей, я буду вести себя тихо.

– Сомневаюсь. Для меня, ты – сплошная проблема. Забудь про все свои понты, сотрудник Орлова, здесь другой мир и другие законы. Это не Москва и куклам Барби здесь не место! Здесь реальная жизнь, опасная и непредсказуемая!

Михей последнюю фразу сказал громко и по-мужски грубо. Он и сам не понял зачем это сделал. Переклинило его что ли. Зачем так пугать было эту городскую девчонку? Все равно убежит через две недели, зачем словами воздух сотрясать? Слишком много эмоций. Так случается, когда на мозоль больную наступают. На ту, о которой хочется забыть.

Михей резко затормозил. Он не думал о комфорте пассажирки. Машина остановилась на пыльной дороге возле причала, который представлял собой маленький островок из бетонных плит, оборудованный специальными креплениями для швартовки маломерных судов и лодок.

Анежка вышла из машины. Ее укачало, но она держалась и виду не подавала. Михей достал из багажника ее чемодан и молча пошел к пирсу. Анежка не отставала от него ни на шаг. Она следовала за ним точно тень. Она решила больше не задавать ему неудобных вопросов. На сегодня хватит. Большая восьмиметровая лодка ждала своего хозяина, плавно покачиваясь на волнах.

– А кто машину заберет? Она так и останется на берегу?

– Неплохо, логика присутствует, значит мозги у тебя, Орлова, не все вылетели по дороге.

– Можно не хамить, а просто разговаривать. Я видела, что ты ключ оставил в машине. Значит кто-то ее заберет. Но этот кто-то с нами не поехал, потому что никто с тобой не хочет общаться лишний раз. Это логично.

– Очень умничать любишь? Выводы свои оставь при себе, люди работают, заняты все. Местные заберут машину, когда им это будет удобно.

– Ага, значит тебе не безразлично мое мнение. Не все так плохо. Ты еще не совсем пропащий, -Анежка с годами научилась немного разбираться в других людях, но в собственной жизни она ничего не понимала. Раньше она молчала и принимала все, что ей навязывали. Например, ее парень все решал за нее. Нерешительность ей мешала жить. Она даже ходила к психологу, чтобы научиться высказывать свое мнение, но счастья ей это не принесло. А наоборот, количество приятелей и приятельниц резко сократилось. Ее искренность и прямота не помогала ей, а только вредила. И вот сейчас происходило то же самое. За несколько минут, она успела настроить против себя лесника. Лучше бы она молчала, как раньше.

Анежка нерешительно застыла на деревянном помосте. Михей забыл подать ей руку, чтобы помочь перебраться в лодку. Не то, чтобы она страдала неуклюжестью, но партнерские отношения включали в себя взаимовыручку. Она уже поняла, что лесник ни на грамм не облегчит ей жизнь. Похоже, что кроме директора заповедника, здесь ей никто был не рад. Но с этим она справится. Не к людям она приехала, а к животным. Анежка сосредоточилась на спуске в лодку. Из-за летнего падения уровня воды в реке лодка оказалась намного ниже причала. Прыгать было опасно. Но и попросить помощи – гордость не позволяла. Не придумав ничего лучшего, она села на край пирса. План был простой. Сначала дотянуться ногой до борта лодки, потом найти опору и аккуратно сползти вниз, не утопив лодку. Но она не успела провернуть свой цирковой номер. Большие мужские руки подхватили ее за талию и быстро опустили ее в лодку.

– Здесь не цирк. Утопишь лодку, – пойдешь под статью.

Анежка уперлась взглядом в голое тело Михея, которое проглядывало через вырез на рубашке. Она протянула к нему руку и потрогала зарубцевавшийся шрам на груди. Мужчина вздрогнул, точно его укусила оса.

– Руки убери. Ты приехала развлекаться? Тогда так сразу и скажи. Покувыркаемся пару недель, и я тебя отправлю в Москву. Экзотики захотелось? Московские мужики надоели?

– Нет, просто я не всегда могу контролировать свои порывы. Мне захотелось до тебя дотронуться. Шрам не свежий. На тебя напало животное? Медведь?

– Не твое дело, тварей везде хватает. А ты что- озабоченная что ли? – Михей пристально посмотрел на Анежку.

– Я – нормальная.

Девушка отвернулась и замолчала. Все, запал на сегодня закончился. Всегда, когда требовалось оправдываться или доказывать что-то, она отступала, предоставляя людям думать о ней то, что они хотят. Она не умела защищаться или воевать. Не умела правильно подбирать слова. Она умела только говорить правду, а потом, получив неприятный откат, возвращаться в свою раковину, где ей всегда было уютно и безопасно.

Анежка улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой. Причем она даже не смотрела на Михея. Это улыбка была предназначена теплому вечеру, легкому ласковому ветерку и шёпоту качающихся деревьев. Она быстро восстановила спокойствие, выбросив из головы все плохие мысли. Михей- мужчина, закаленный суровыми условиями одинокой жизни. Он никогда не поймет ее потребности к прикосновениям. Мало людей на свете, которые познают окружающий мир через тактильные ощущения. Зато много таких, которые игнорируют эту потребность.

Михей забросил в лодку свои вещи и завел двигатель. Затем он стал у штурвала. Они стали медленно отплывать от берега. Разговор с новой сотрудницей не складывался. Все шло через пень-колоду. Может он действительно заржавел в лесу? Стал грубым, неотесанным? Забыл, как с женщинами общаться? Девушка вроде милая и безобидная. Ну говорит много и всякие глупости. Так что же? Зачем он ее постоянно обижает? А может она привыкла, что с ней так общаются? Но это не его дело. Она же ничего плохого ему не сделала.

Михей обернулся и посмотрел на Анежку. Белая кожа, лицо с веснушками и огромные серые глаза, в которых читался детский восторг. Волнистые волосы выбились из хвостика и развивались во все стороны. Михей сосредоточился на реке, которая заметно обмелела и могла преподнести сюрпризы в виде неожиданных отмелей. Но мысли опять возвращались к москвичке. Милая девушка, ничего не скажешь. Не красавица, конечно, не кокетка, простовата немного, но это даже и к лучшему. Со стервами он общался в своей жизни, хватит. Змей и так хватает в лесу, чтобы в дом пустить еще одну гадюку. Главное, чтобы помалкивала, делала свою работу и его не доставала. Может две недели он и вытерпит её глупости и болтовню.

Добрались они к месту, когда уже почти стемнело. Михей спрыгнул с лодки и помог перенести на берег вещи. Затем он вытащил лодку на берег и привязал к дереву. Анежка молчала. Она уже устала и хотела побыстрее добраться до кордона.

– Чемодан брось в кустах, никто его здесь не украдет. Можешь взять мой рюкзак и наполнить его своими вещами. Возьми все самое необходимое. А чемодан я принесу тебе завтра. Сегодня мне нужно свои вещи перенести в дом.

Анежка молча кивнула. Завтра, так завтра. Она открыла чемодан и переложила в рюкзак сменную одежду и сладости.

– Иди за мной и не отставай. Вот тебе фонарик.

Михей повёл Анежку к кордону. Еле заметная тропинка проходила по сосново-берёзовому бору. Шел он быстро, постоянно забывая о том, что не один. Анежка пыхтела, но не жаловалась. Она не желала быть обузой. Только вот ее ноги не хотели подчиняться, они постоянно заплетались и спотыкались даже на ровном месте. Она устала и хотела есть. Но гордость не позволяла ей просить помощи и жаловаться. Болело все: спина от тяжелого рюкзака, ноги, от бесконечных препятствий в виде холмов и оврагов и голова от голода. Споткнувшись очередной раз, она упала и больше не смогла встать. Постанывая от боли, она беспомощно растянулась в траве. Было уже темно, и Михей даже не заметил, что девушка сошла с дистанции.

– Михей! Лесник! Стой! Я не могу больше идти. Кажется, я ногу подвернула.

Мужчина резко развернулся и неохотно вернулся.

– Я так и думал, городским в лесу не место. Что мне теперь -возиться с тобой?

– Можешь бросить, я утром как-нибудь сама дойду, только палку мне найди покрепче и карту оставь.

– Орлова, ты биолог или дура? Извини за прямоту. Ты заметила, что я с ружьем хожу? Здесь дикие звери. Слышала о таких? Тебя кабан может ночью задрать, если ему твой запах не понравится или на его тропе будешь лежать. Я уже молчу о волках и медведях.

– Ну, не вопрос, оставь мне ружье, буду отстреливаться, – Анежка знала, что такое лес и прекрасно могла обращаться с ружьями. Дедушка научил ее стрелять.

– Тебе ружье? Чтобы ты вторую ногу себе прострелила? – Михей начал смеяться. Забавная девушка. Полный ноль, а гонора как у опытного охотника.

– У тебя лесник два выхода: или ты несешь меня на кордон или оставляешь здесь. Но тогда дай мне ружье для защиты. Уже темно, я не вижу дороги и спотыкаюсь. Я смогу добраться до кордона только утром.

– Я своих коллег не бросаю ночью в лесу. Мне твоя смерть никак невыгодна. Разборки начнутся и обвинения. Ефремычу ты очень понравилась, он мне мозг проклюет, если ты на связь не выйдешь. Не знаю, что он в тебе разглядел такого, чего я не вижу.

– Понятно, то есть совесть у тебя есть.

– Не знаю о чем ты говоришь. Есть правила. Одно из них запрещает бросать раненых людей в лесу, да к тому же еще и ночью. Поэтому придется тебя нести.

– А далеко еще?

– Нет, меньше километра осталось. Ерунда.

Не спрашивая разрешения, Михей схватил у Анежки рюкзак и повесил его себе на плечо. Затем он взял свою новую сотрудницу на руки и понёс к дому. Анежка не сопротивлялась. Наоборот, она обняла своего спасителя за шею, прижавшись щекой к его груди. Ей было уютно и хорошо. Она понимала, что весит немало, но ничего исправить не могла. Не худеют люди за минуту. Поэтому Михею придется попотеть. Но выхода не было. Нога болела и требовала покоя.

– А ты не легкая. Ты кажешься стройнее.

– Я знаю, у меня кость тяжелая, да и рост, – Анежка пошла в папу. И своим ростом, в метр семьдесят восемь и ширококостной комплекцией, она была обязана именно его породе. Не то, чтобы она страдала от отсутствия изящества и утонченных линий в фигуре. Нет, это ее абсолютно не волновало. Она никогда не сравнивала себя с другими, потому что она не встречала еще мужчины, из-за мнения которого ей стоило волноваться. Ее устраивали пропорции ее тела. Если быть честной, она никогда не следила особенно за своей фигурой. Конный спорт сформировал в ее теле прочный мышечный корсет. Ноги у нее были длинные и стройные, спина прямая. Может и стоило убрать несколько лишних килограмм, но на фитнес у нее не было ни денег, ни времени. Анежка почувствовала, что Михей вспотел, не смотря на ночную прохладу. Хотелось извиниться за свою неуклюжесть, за большой вес, но разве это делу поможет?

– Может отдохнёшь?

– А может это я буду решать, что мне делать?

Девушка замолкла, почувствовав неловкость. Приятно было, что о ней заботиться мужчина, но, с другой стороны, у Михея просто не было выбора. Он злился.

До кордона Михей не проронил больше ни слова.

– Добрались. Это наш дом и офис. Это твоя половина.

Большой деревянный коттедж был разделён на две совершенно одинаковых части. Каждая половина имела свой отдельный вход, свою кухню и свою спальню. Михей занес девушку в ее половину дома и положил на кровать. Затем он растер свои задеревеневшие руки. Осмотрев и прощупав ногу Анежки, он не нашёл ничего страшного.

– У тебя просто растяжение связок. Ты не сможешь ходить по лесу несколько дней, лучше сиди в доме. Будешь работать с компьютером. Электричество мы получаем от дизельного генератора. Воду из колодца. Тепло от дровяной печи. Готовить можно в печи зимой, а летом работает плита на газу. Всю провизию доставляет вертолет. Кое-что я на лодке доставляю. Завтра я баню разогрею. Тебя позову. Будем мыться по очереди.

– Понятно, я завтра уже буду ходить. Не думай, что я буду сидеть в доме и готовить тебе еду, -Анежка решила сразу прочертить границы.

– Ага, даже не мечтаю о таком счастье. От тебя я предвижу в ближайшие две недели одни проблемы. Ну да ладно. Работа есть работа. Какие нужно данные для анализа, я тебе предоставлю. Через две недели мне нужно в город, надеюсь в этому временя тебе наскучит лесная романтика и ты захочешь вернуться в Москву. Продукты в погребе, консервы и крупы на полках. Чемодан утром принесу. Это всё.

Анежка не успела и рот раскрыть, чтобы поблагодарить за спасение, как Михей развернулся и ушел. Он был не любезен и даже не старался скрыть свою неприязнь. Как же налаживать рабочие отношения? Неужели её присутствие на кордоне так сильно его задело? Она всю жизнь стремилась всем нравится, ей нужна была любовь людей как воздух. Но с годами ей стало казаться, что она живет неправильно. Она разучилась ладить с людьми и добиваться их симпатии. Холодный тон Михея стали лишним тому подтверждением. Но почему, если одним хочется быть одинокими и отвергнутыми, то другие- просто физически страдают, не находя себе покоя, когда их отвергают. Это было несправедливо. Конечно, психолог ей говорил, что не нужно постоянно искать одобрение других людей. Что человек человеку не обязан быть другом. Ну если не друг, то кто? Враг?

Анежка не могла уснуть на новом месте. Она встала и хромая, начала обследовать дом. Она сделала себе бутерброды из вяленого мяса, которое нашла в сушилке для овощей. Хлеб и булочку она купила в деревне и взяла с собой. Шоколадка в рюкзаке оказалась случайно, но сейчас это было лучшее лекарство от ноющей боли в ноге. Поев, она опять легла. Мысли не давали заснуть. Итак, что же она имела?

Приказным образом ее навязали леснику. Она его раздражала. Он вообще не хотел с ней пересекаться. Но она не пустое место и приехала работать, а не развлекаться. Как же это объяснить? Как доказать, что она серьезная девушка? В конце концов, она хочет стать известным ученым…

Анежка не заметила, как уснула.

Утро ее встретило громким разномастным пением птиц. Через открытое окно в комнату долетал шепот раскидистых дубов, которые, с высоты своих многометровых крон, точно постовые, зорко следили за всем, что происходило на поляне, где находился кордон. Анежка встала и проверила свою ногу. Опухоли не было, но нога болела. Она могла ходить, прихрамывая. Выпив воды и доев плитку шоколада, она вышла из дома. Первая эйфория прошла и боль в ноге усилилась. Анежка не сдавалась. Упрямо нагружая больную связку, она спустилась с крыльца и направилась к лесу. Клин клином вышибают. Она должна разработать ногу. Через несколько метров стало понятно, что нужно возвращаться назад. Боль усиливалась. Принцип «клина» не работал. Кое-как доковыляв до крыльца, она примостилась на деревянных ступеньках. Всё, что ей оставалась – это сидеть и смотреть на лес.

Глава 3

Её чувствительность сегодня зашкаливала. Анежка сидела на деревянном крыльце дома, слушала пение птиц, тихий шёпот деревьев. Эти звуки напоминали ей детство, когда она жила в деревне с дедушкой. Лес убаюкивал, успокаивал, сознание переносилось куда-то далеко. Расслабившись, она и не заметила, как вошла в транс, погрузившись в свои воспоминания. Выпав из реальности, она перестала замечать окружающий мир, все расплылось перед глазами. Вдруг, неожиданно, она почувствовала вокруг себя чужое присутствие. Это нечто было бесплотное, невидимое, неощущаемое. Но она его чувствовала каким-то шестым чувством. Кто-то навязывал ей чужие мысли. Странные фразы стали всплывать в её голове. «Она здесь чужая. Ей здесь не место. Что она здесь делает? Пусть уходит! Уходи! Ты не нужна этому месту!»

Ее прогоняли. И как бы не прекрасна была картинка утреннего леса, которая открывалась перед взором, Анежка чувствовала, что не все так лучезарно и радостно было в окружающем мире. Ей казалось, что где-то в лесной чаще прятались невидимые глаза. Она кожей ощущала на себе чужой взгляд. И это были не старые деревья, умудренные долгой жизнью. Там, в глубине, было нечто, что не давало ей расслабиться ни на минуту. Кто-то невидимый смотрел на нее, возможно, не глазами, а чем-то еще. Он ощупывал ее чужеродной энергией, пробовал на вкус, сканировал. Лес шумел, поддакивая невидимому наблюдателю. Все хотели избавиться от нее.

Анежка встряхнула головой и пришла в себя. Какой бред. Лес не может внушать разумные мысли. На это способен только человек. Она надышалась чистым лесным воздухом, поэтому и мерещится всякое. Кислородное отравление. Нет здесь никаких людей. Лес— это энергия, которая не обладает человеческими мыслеформами. Лес может внушать состояния, но не слова. В лесу в деревьях никто не прятался, ей померещилось. Здесь в принципе никого не могло быть, кроме животных. А леснику она и так уже надоела, чтобы прятаться и наблюдать за ней исподтишка. Скорее всего, он сейчас волочет по лесу ее тяжелый чемодан и ругает всех на свете. Нужно отдохнуть и попробовать еще раз размять ногу.

Анежка сняла обувь и босиком спустилась с крыльца, отгоняя ненужные мысли. Земля может лечить. Нужна только попросить её. Открыться ей. Она стала на траву, закрыла глаза и расслабилась. «Одна энергия должна поступать с неба, другая уходить в землю». -Так дедушка ее учил восстанавливать силы- «Сделай круговорот и вылечишь себя».

Птицы щебетали без остановки, надрывая свои маленькие голосовые связки, но все это было лишь ширмой, за которой скрывалось нечто, недоступное простому человеку. Негативные вибрации, исходящие из лесной чащи, просто зашкаливали. Пробродив по поляне, Анежка пришла к выводу, что ей не померещилось чужое присутствие. Она не знала, как объяснить, что чувствует, но была уверена, что, кто-то прячется в деревьях перед поляной. Дугой бы на ее месте убежал в дом, закрылся и не выходил, но Анежка приняла вызов. Она не трусиха. В лесу ей бояться нечего. Дедушка называл ее девочкой -сенсором. Как же это давно было. Она совсем уже забыла эти ощущения. А сейчас все пробудилось, как в детстве. Неважно, что было перед ней или кто- дом, дерево, куст или новая знакомая. Она могла улавливать мельчайшие вибрации, исходящие от предметов или людей. Это получалось не всегда и не везде. В городе она почти ничего не чувствовала. Ее способности никак не проявлялись. И даже наоборот, она часто ошибалась в людях. Слишком много была в Москве шума и суеты, а также излучений. Иногда предметы обладали мёртвым полем. Анежка не любила такие места или вещи. Она не ходила на кладбища и не надевала кольца. Кольца ей не подходили. Когда-то дедушка обратил внимание, что она всегда болеет, если наденет кольцо. Объяснение он не нашел, но кольца запретил ей носить. Да она и так знала, что очень чувствительна ко всему. Она нуждалась в любви и всегда ощущала ее присутствие шестым чувством, впрочем, как и ненависть. Недоброжелателей с неискренними улыбками она могла почувствовать с закрытыми глазами. Именно так ей сейчас «улыбался» лес. Скалясь во весь рот, он лишь создавал иллюзию радушия и гостеприимства. Птички пели, потому что радовались своей короткой жизни, а деревья шумели, потому что знали и понимали много. И шум этот был беспокойный. Но помимо рассеянной природной энергии леса, что-то еще было в чаще, то, что нельзя было понять и уловить разумом. Две энергии сплетались и смешивались. И обе были враждебно к ней настроены.

Анежка сделала несколько осторожных шагов вперёд в сторону леса и остановилась. Мягкий ковёр с изумрудной травой приятно щекотал голые ступни. Неожиданно у нее заболел живот. Спазм был слабым, еле заметным, но он повторился. Живот заболел сильней. Как будто кто-то ей бил в живот невидимым кулаком. Бояться было нечего, да и глупо. Она четко знала причину странного недомогания. Это лес выгонял её из своих владений. Она здесь чужая. Лесник был прав. Она уже не девочка, лесной ребенок, она давно отдалилась от природы. В ней живы лишь воспоминания о ее счастливом детстве. Не больше. Может и не сам дух леса ей сейчас вредит, а кто-то иной, кто управляет им. Теперь ей стало понятным, почему другие биологи долго не задерживались в этом проклятом для людей заповеднике. А если к физическому недомоганию прибавить ужасный характер лесничего и его постоянные нападки, то всё сразу станет на свои места. Анежка расстроилась.

Будущее вдруг как-то поблекло. Первая эйфория сменилась тревожным предчувствием. Девушка побродила по траве босиком и снова вернулась к безопасному крыльцу. Как не крути, а деваться было некуда. Она сделала свой выбор и отступать не собиралась. Не смотря на кажущуюся мягкость характера, она всегда старалась добиваться поставленной цели. Да, она не шла на пролом как другие, не умела вырывать и выгрызать победу, но это еще ни о чем не говорило. Ее тихому упрямству и несгибаемой силе воли можно было позавидовать. И если раньше она не всегда понимала, куда ей идти и к чему стремиться, то сейчас она была уверена на все сто процентов, что находится на своем месте. Только вот лес не разделял ее взглядов, недвусмысленно намекая не ее ненужность в этом обособленном мире.

Анежка сжала кулаки. Нет, она не уступит и не сдастся. Она покажет, что готова бороться. Не обращая внимания на спазмы в животе и боль в ноге, она собралась с духом и стала бродить вокруг коттеджа. Это теперь ее территория. Кто бы не был её недоброжелатель, она покажет, что отступать не в ее характере. В голове возник чёткий план. Нужно заручиться поддержкой Михея, подружиться с ним. Лес его любит и не выгоняет. Почему? Значит можно найти подход. Есть задача, будет и решение.

Анежка вернулась в дом. Час пролетел незаметно. Она осваивалась на новой территории. Сначала она изучила содержимое шкафов на кухне. Навела порядок, разобрала посуду, как ей нравилось. Затем она решила проверить рацию. Включила ее и настроила, чтобы связаться с Ефремычем. Она хотела поприветствовать своего начальника и сообщить, что все у нее хорошо.

– Биолог Орлова, ты в своем уме? Семи еще нет, ты думаешь я не сплю, а только и жду, когда захрипит рация? Это тебе не мобильный телефон, весь дом разбудила! Тьфу. Есть часы выхода в эфир, вот и следуй им! Рацию используй по расписанию или в экстренных случаях. Вот неугомонная девка. Отбой, Орлова, иди спать!

Анежка, совсем забыла, что рабочее время в конторе начинается в девять часов. Ладно, учтет, что не все так рано встают.

Теперь она собиралась заняться поиском продуктов и приготовлением завтрака. Ничто так не сближает людей, как вкусно приготовленная еда и совместная трапеза. Лесничий и не подозревает, какого ценного и талантливого сотрудника ему послала судьба.

– Может малярийного комара на нее подсадить или гадюку подбросить? Хотя нет, её смерть тебе не нужна. Зачем тратить энергию? Она и сама уедет через пару дней. Лес её не примет.

– Убежит, а не уедет. Умолять меня будет вернуть ее в город. Но я не собираюсь мотаться взад-вперед по её прихоти. Захотела романтики-пусть получает. Через две недели мне нужно быть в городе, вот тогда и верну её начальству. Надоело мне с этими городскими выскочками возиться, только отвлекают. Одни идиоты. А еще учеными себя воображают. А сейчас еще хуже-девушка! Просто издевательство. Представляешь, она вчера даже до кордона дойти не могла-ногу подвернула в дороге. Мне её пришлось нести на руках.

– Она красивая? Я не вижу ее черты, – Эринола врала, она хорошо видела девушку, но знать это Михею было незачем. Он общался с ней на ментальном уровне и думал, что и она может лишь мыслями пробиваться в этот мир, когда он ее звал.

– Ты смеешься, она не красивая и не стройная. Как корова. Просто огромная толстая корова. Высокая и большая. Руки до сих пор болят. Я не жалуюсь. Знал, на что иду.

– Совет не дал тебе выбора. Наказание- есть наказание. Это твой пост, ты должен охранять портал как простой смертный. Потерпи, ещё немного осталось.

– Только ради тебя, любовь моя. Только ради тебя, моя Эринола.

– Я знаю и ценю это. Я тоже тебя люблю, мой Лорд. Михей – так тебя здесь прозвали?

– Мне все равно, как они меня называют. Это не мой мир. Мне плевать на этих людей, я здесь лишь гость. Так, кукла городская на крыльцо вышла, рано она встала. Странно, она смотрит в нашу сторону. Она не может меня видеть.

– Да, это странно, может она чувствует наш энергетический канал?

– Чушь, люди ничего не чувствуют. Они хороши лишь на физическом плане и то не все. Примитивные низкоорганизованные формы. Дом, работа, дом. Ну еще и воспроизведение себе подобных.

– Какого цвета у нее волосы?

– Светло русые. Они вьются и не лежат так красиво и аккуратно, как у тебя Эринола. У нее на голове короткая копна непонятных кудряшек. Полный хаос, как внутри, так и снаружи.

– В нашем мире светловолосые женщины встречаются не часто. Она красивая, по нашим меркам.

– Ты ошибаешься, она-самая обыкновенная. У нее на лице веснушки, выглядит это ужасно. Маленький нос, большие губы. Лицо неправильное, никакой гармонии.

– Может она умная? – Эриноле не нравилась человечка. Она хотела знать о ней все.

– Сомневаюсь. Разве умная девушка приедет в такую глушь? Сама подумай. У нее вид глупышки, которая вообразила себя спасительницей животных. Вон, стоит и улыбается на крыльце, как ребенок. Чему здесь восхищаться? Лес как лес.

– Странная человечка, ты прав. Она тебя заинтересовала, мой Лорд?

– Нет, она меня раздражает, моя Лордесса. Мне не нравятся глупые женщины.

– Да, глупость местных женщин неисправима. Впрочем, в нашем мире простолюдинки тоже не блещут ни интеллектом, ни красотой. Поэтому мы выбираем себе пару из равного сословия. Лорд должен жениться на равной себе. Ничего посмотрим, как сейчас она будет улыбаться, – Эринола решила атаковать человечку, – пусть только ступит на землю. Я хоть и не вижу ее, но я чувствую ее энергию. И могу ей навредить. Ты еще не знаешь, мой Лорд, все мои способности.

– Любовь моя, отстань от нее. Мне же с ней потом возиться.

– Да я и не пристаю, это так, ради забавы. Вспомни, как нам было весело развлекаться, отравляя жизнь другим человечкам, твоим коллегам? Я просто хочу помочь тебе, мой Лорд. Ты не одинок в своем изгнании. В мыслях я с тобой.

– Забудь о ней, Эринола, не добавляй мне хлопот, я не хочу возиться с немощной человечкой. Заболеет- мне за нее отвечать перед начальством. Она же, как ребенок. Осталось потерпеть всего лишь земной месяц, и я покину свой пост. Мы наконец-то будем вместе. Сколько я ждал, сколько всего терпел. Остался месяц. Я вернусь, и мы будем жить вместе. Ты и я. В моем замке.

– Я жду этого момента. Скоро мы соединимся, никто нам не помешает. Мы проведем настоящий магический обряд, и моя сила возрастет. Я буду достойной Лордессой. А сейчас прощай, мой Лорд, энергия заканчивается, я устала. Как жаль, что мы можем лишь слышать мысли друг друга.

– Прощай, Эринола, прощай моя любовь, моя красавица. Как бы мне хотелось дотронуться до тебя, а не читать твои мысли.

Михей вышел из укрытия в лесу и сразу направился в ту часть дома, где проживала новая сотрудница. В руках он нес чемодан, который вчера ему пришлось оставить возле лодки. Зачем ему прислали эту девушку? Она ему создает лишь проблемы. Громко, отворив дверь, Михей зашел в коридор. Демонстративно швырнув чемодан на пол, он потоптался на месте. Но на его удивление, Анежка не выбежала из кухни. Она никак не отреагировала на его громкое вторжение. Михей пожал плечами. В нос ударил запах свежей выпечки. Пахло чем-то вкусным. Булочками или пирожками. Это был запах домашнего уюта, тепла и заботы. Михей замер от удивления. Он не мог даже мечтать о вкусной ароматной выпечке на кордоне. В течение нескольких лет, проживая день за днем в одиночестве, он вел жизнь угрюмого, временами вспыльчивого отшельника. Общаться с новой сотрудницей ему не хотелось. Ароматные запахи соблазняли, не оставляя выбора. Точно под гипнозом, Михей двинулся в сторону кухни. Анежка уже навела в комнате порядок. Заварив чай из трав, она ждала, когда в духовке зарумянятся пирожки. Начинку она приготовила из маленьких синих ягод, которые нашла в кладовке. Она не знала их название, но на вкус она были сладкими и немного терпкими.

– Доброе утро, Михей. Приглашаю тебя на завтрак. Спасибо, что вчера донёс меня до дома.

– Доброе утро, биолог Орлова. А ты шустрая. Не ожидал увидеть тебя так рано на кухне. Быстро ты освоилась.

– Присаживайся, будем чай пить.

Анежка беззастенчиво посмотрела на мужчину. Она пыталась быть благодарной, вежливой. Но не только это Михей прочел во ее взгляде. Серые с золотыми вкраплениями глаза смотрели на него с вызовом. Он увидел твердую решимость в ее взгляде. Если бы глупая девчонка только знала, кому она бросает вызов, она бы десять раз подумала, и не стала бы так откровенно смотреть на мужчину, с которым опасно играть в гляделки. Михей сдержал свое раздражение. Городская кукла не заслуживала его гнева. Слишком глупая и наивная в своих мечтах. Скоро суровая реальность разобьёт все придуманные ею хрустально-розовые замки. А он только поспособствует этому. Эринола права, Лорды должны общаться только с равными себе.

– Твой чемодан в коридоре, за пирожки спасибо. Потом мне их принесешь. Можешь на веранде оставить. В мою половину дома не заходи, это предупреждение. Если ослушаешься, пожалеешь. Я в город поеду только через две недели, раньше и не мечтай вернуться. Назвалась биологом – вот и изучай растения и животных. Ефремычу не звони просто так по рации, он это не любит. Нервничать начинает. Я сам ему буду все докладывать.

– Угу, понятно, как скажите, – Анежка надулась.

– Карта местности лежит на окне, будут вопросы – задавай. Но я тебе не рекомендую удалятся от кордона, дальше, чем на километр. Дорогу назад можешь не найти, здесь все деревья и тропы похожи друг на друга. Если с тобой что случится, на меня сильно не рассчитывай. Я не собираюсь с тобой нянчиться. Рацию всегда носи в рюкзаке, в ней встроен маяк-gps. По нему я смогу тебя найти в лесу. Только учти, когда помощь придёт, от твоего тела может уже ничего не остаться. Ружье тебе не положено, поэтому можешь с ножом ходить. Продукты найдешь в кладовой и в погребе. Колодец во дворе. Баню сама себе организовывай. Поленница под навесом. Мне некогда. Еще вопросы есть?

– Меня Анежка зовут, если ты забыл, – девушка улыбнулась, хотя и не так радостно, как вначале разговора.

– Мне все равно, как тебя зовут. Ты для меня лишь неприятный эпизод, биолог Орлова. Ты- сотрудник, которого мне навязали, даже не спросив моего мнения. Поэтому не думай, что я хоть чем-то облегчу твою жизнь в лесу. Ты принята на общих условиях, как и другие сотрудники, которые здесь жили до тебя. Никаких исключений.

– Понятно, – Анежка кивала, внимательно слушая лесника. Границы расставлены. Это даже хорошо.

– Да, и что касается нашего общения. Я постараюсь свести его к минимуму. На кордоне я не сижу, заповедник – это большая территория, ее нужно контролировать. Иногда я ночую дома, но пока стоит хорошая погода, я предпочитаю оставаться на ночь в сторожках на территории заповедника. Докладывать, где я и что делаю, я тебе не собираюсь. Ты уже большая девочка, сама о себе позаботишься. Здесь ты не женщина, а сотрудник заповедника без привилегий по полу. Есть железное правило. Каждый день в шесть вечера мы выходим на связь друг с другом по рации и обмениваемся важной для работы информацией. Ну и в целях безопасности. Мало ли что может произойти. Но не жди, что я брошусь тебе помогать, если ты опять подвернешь ногу. Сама себя будешь нести до кордона, – Михей уже зло посмотрел на девушку. Он и сам не знал, почему она его так раздражала. Может, потому что смотрела на него по- доброму, открыто и непредвзято. А может, потому что в ее глазах светилась теплая позолота, хотя повода для этого не было никакого. Он был груб и знал это. Он хотел ее довести до слез. Услышать упреки, жалобы, увидеть поджатые в обиде губы. Но этого не случилось.

– Меня все устраивает.

– Все устраивает? – Напор лесника иссяк, и вся злость растворилась.

– Вообще-то, это я хотела тебе помочь, – Анежка вспомнила про пирожки и кинулась к печке. Она стала заниматься своими делами, не обращая внимания на стоящего в недоумении мужчину, который передумал уходить.

– В каком смысле ты мне хотела помочь? Ты считаешь, что я в тебе нуждаюсь и без твоего ценного общества не обойдусь? -Михей криво усмехнулся, пренебрежительно рассматривая девушку, особенно там, где через тонкую футболку просвечивалась ее грудь, – Поверь, мне, биолог Орлова, я, конечно, одичал без женщин, но не на столько, чтобы нуждаться в твоем драгоценном обществе. Мне не нужна твоя помощь ни в каком виде.

– Ты это о чем?

Анежка споткнулась. Как-то двусмысленно и неприятно звучала фраза Михея, да и его взгляды, брошенные на ее не сильно выдающуюся грудь, ей не нравились. Она растерялась лишь на мгновение. Она уже поняла, что лесник невзлюбил ее с первого взгляда и делал все, чтобы превратить ее жизнь в ад. Мало ей было сокурсников-паразитов, эгоистов и манипуляторов, которые цеплялись к ней во время обучения в университете, так и этот туда же. Хотя нет, спасибо за искренность. Михей, в отличии от других мужиков, сразу ей сказал, что она может рассчитывать только на себя. Анежка ценила честность. Ей вообще нравились люди простые, бесхитростные, прямые в выражениях своих чувств. Но такие ей попадались редко. Анежка выбросила из головы все ненужные воспоминания. Что было, то прошло. Она свой выбор сделала. Теперь в её жизни нет места сожалениям. Пускай она для лесника просто сотрудник, коллега. Михей прав. Она здесь не женщина. Не нужно ждать поблажек. Но почему он тогда смотрит на ее грудь? И почему тогда двусмысленно звучат его слова? Кажется, лесник сам запутался в своих желаниях.

– Не знаю, что ты подумал, Михей, но я имела ввиду помощь в работе, – Анежка хотела заниматься только работой. Личные отношения ее не интересовали. Михею, она как женщина, нравиться была не обязана. А вот уважать себя за профессионализм- она его заставит. Нужно было срочно перевести разговор в деловое русло и расставить все точки.

– Я не нуждаюсь в помощи.

– Ты нет, а вот твое начальство – да. Если Олег Ефремович решил взять на работу нового биолога, значит ему виднее. Заповеднику требуется научный подход и систематизация, а это как раз мой профиль. Такой специалист, как я, на дороге не валяется. У меня красный диплом лучшего университета Москвы. Поэтому я приехала, чтобы помочь и тебе и вашей компании. Ты, конечно, хороший лесник, но научных знаний тебе не хватает. Чтобы получать гранты мирового уровня, нужно научную базу подготовить и защитить бизнес-проект. Я -ваше светлое будущее.

– Ты- выскочка Орлова. Твой диплом еще ничего ещё не значит, жизнь покажет, – Михей терпеть не мог самоуверенных девушек.

– Возможно я самоуверенная, но я здесь не просто, чтобы отчёты писать и бизнес -проект создавать. Деньги и инвестиции – это конечно прекрасно, но у меня есть большая цель. Не пройдет и полгода, как я найду ахтинаров! И вот тогда, мы создадим все условия для разведения этих уникальных, почти исчезнувших животных. И я в это верю! Я себе поставила срок- полгода, – глаза Анежки вспыхнули, золотая лава стала растекаться по серому озеру. Уж что, а амбиций в профессиональной сфере у нее было больше, чем достаточно.

– Что? Ты рехнулась? Какие ахтинары? Они исчезли давно! – Михей поперхнулся, он даже не знал, как реагировать на такое заявление. У этой городской было что-то не так с головой.

– Да, я уверена, что найду исчезающий вид ахтинаров, вот тогда и посмотрим, – Анежка была слишком упрямой. Она провоцировала лесника, нарывалась, но ничего не могла сделать. Она хотела заявить о своих серьезных намерениях. Да, это были просто слова, нечем не подкрепленные слова. Но она верила в то, что говорила. Михей должен в ней увидеть своего коллегу. Хорошее расположение лесника нужно завоевать. Медленно и осторожно. И одними пирожками здесь не управишься. Она намеренно бросала вызов сильному и совершенно одичавшему мужчине. Для лесника забота о лесе стала смыслом жизни. Он должен был понять, что они соратники и делить им ничего и воевать тоже не стоит. Она уехала из Москвы. Оставила привычную жизнь, городской комфорт и отступать не собиралась. Ради чего тогда жить, если не стремиться познать этот мир? Если не стараться улучшить его? Она приехала в такую даль не для того, чтобы отсиживаться в деревянном доме и собирать гербарий на ближайшей поляне. Со временем, она завоюет авторитет и уважение у лесника. Пусть это будет не дружеское расположение, а оценка её как специалиста, но она будет рада и этим крохам. Это лучше, чем кожей чувствовать неприязнь человека, с которым живёшь под одной крышей.

– Ахтинаров не существует! – Михей криво усмехнулся. На самом деле ему было плевать на мечты молодого амбициозного учёного, даже если этот учёный- женщина. Он прекрасно знал, что в этом земном мире ахтинаров уже нет и никогда не будет. Он сам последнего вернул в то место, где они и должны были находиться. Это была просто ошибка. Совершенно случайно они попали в мир людей. Но это не их место обитания. Но о каком таком полугоде девчонка говорила? Она что с ума сошла? Не понимает, что её ждёт здесь зимой, которая уже не за горами?

– Ты и недели не протянешь в местных условиях, биолог Орлова. Да ты на себя посмотри, ты на курицу похожа, только не деревенскую, пышущую здоровьем, а на городскую, вскормленную на гамбургерах, колбасе и чипсах. Первая простуда- и ты сляжешь. А здесь больниц нет. Лучше бы ты за своей фигурой и за здоровьем следила, а не глупостями занималась. Тебе что в Москве-заняться нечем было? Или в большом городе такие ценные специалисты не нужны?

Анежка покраснела. Если Михей хотел задеть ее, намекая на ее плотную фигуру, то попал в самую точку. Никто ей никогда не говорил так прямо о её физических недостатках. Может ей и нужно было сбросить несколько лишних килограмм, но только изящней от этого она бы не стала с ее большим ростом и крупной костью. Каждый год обучения в университете она честно набирала по два лишних килограмма веса, искренне считая, что это её родовое проклятие, с которым бороться бесполезно. Все свои проблемы она заедала тем, на что у нее хватало денег. И здесь Михей был прав, она не слишком была разборчива в еде. Но кто дал ему право критиковать ее, указывая на ее недостатки? Это всего лишь несколько лишних килограммы на талии и на бедрах. Нашелся бог красоты.

– Тебе похудеть нужно, Орлова, для начала. И мышцы укрепить. С таким весом ты не сможешь бегать по лесу. Всех зверей распугаешь. Можешь, конечно, просто не выходить из дома. Это меня устраивает.

Улыбка медленно сползла с лица девушки. Она еще держала себя в руках, не желая показывать слезы от обиды, готовые пролиться ручьём, но ее самообладание держалось на одном волоске. Вот могут же мужчины задеть женщин.

– Я вообще-то не на конкурс красоты приехала. А в лесу я выжить смогу и без чужой помощи. Это не первый мой поход. И я в отличной физической форме.

– Да, я вчера видел в какой- ты форме. До сих пор хромаешь.

– Я готова идти в поход.

– Ха-ха, поход. Да ты, детка, попутала всё. Это не студенческая романтика с песнями под гитару. Это настоящая дикая глушь. Здесь законы людей не работают. Ты не выживешь и дня, если собьёшься с тропы и будешь без оружия. Никто тебя не прибежит спасать. Даже, если и захотят. Вертолет есть только в центре. Пока долетит, то в лучшем случае, найдут твои обглоданные кости. Диких животных много и все они опасные. А может и не найдут твои останки, если трясина засосёт. Так что, мой тебе совет – не удаляйся от дома. Ты можешь стряпнёй заниматься, две недели впереди. Выучи новые рецепты. А я с удовольствием буду к тебе на обеды ходить. Может и на ужин загляну…

– Ах, так! Значит фигура у меня неподходящая для работы, характер мягкий? Это ты имел ввиду намекая на мою профнепригодность в лесу?

– Посмотри на свои кудряшки и попу. Ну какой из тебя биолог, Орлова? Тебе только по офису ходить и бумаги из кабинета в кабинет переносить. Давай лучше есть пирожки. Я еще не завтракал.

Анежка сразу поняла к чему клонит Михей. Вот значит как. Пирожков он захотел, а там и до постели недалеко. Дёшево же он её оценил. Впрочем, что можно было ждать от этого дикаря. Она разозлилась не на шутку. Давно она так не заводилась. Ей захотелось выпустить пар. Ругаться она не умела. Хамить тоже. Нужно было отстаивать свою честь и достоинство, но как?

Хромая, она подскочила к духовке. Затем вытащила противень с вкусными румяными пирожками и поставила его на стол. Наблюдая за противнем, Матвей начал глотать слюну, про себя гадая, какая начинка в пирожках. Давно он не ел ничего вкусного и домашнего.

Обжигая пальцы, Анежка, быстро собрала все пирожки в кастрюлю. Лесник уселся за стол в предвкушении.

– Пирожков не будет!

– Что?

Девушка выдвинула грязное мусорное ведро и одним ловким движением перевернув кастрюлю, выбросила все пирожки в мусор. Сверху она добавила мусор из другого пакета. Михей открыл рот от удивления. Он не успел даже руку протянуть, чтобы остановить Анежку. Он был не в состоянии вымолвить ни слова. Это был шаг и мат.

Анежка улыбнулась самой лучезарной улыбкой, на которую была способна.

– Вот так. С этой минуты я буду питаться только здоровой едой, а пирожки не входят в этот список. Спасибо, Михей, за хороший совет, ты мне просто глаза открыл. Научил уму-разуму. Да, лишний вес в лесу – это обуза. Ты прав, нужно худеть. Полностью согласна. Вчера ногу подвернула из-за лишних килограмм, а завтра что? Не смогу пройти и километр! А, и вот ещё что. Я буду общаться с тобой только по рации один раз в день. Каждый день нам видеться не обязательно. Ты прав. Я согласна на все твои условия. Кроме одного. Готовить ты будешь себе сам. Да, и еще одно правило. На мою половину дома не заходи. Встречаться будем на крыльце, если у меня будет время.

Михей покраснел от злости. Дослушав весь бред, который несла новая сотрудница, он вылетел из кухни, точно взбесившийся медведь. Анежка услышала, как громко хлопнула входная дверь. На нее это не произвело никакого впечатления. Она посмотрела в окно. Михей направился в свою половину дома. По пути он пинал ногой все предметы, которые ему попадались. Он был зол и не скрывал этого.

Анежка спокойно прибралась на кухне и занялась другими комнатами. Она любила порядок. Не так она себе представляла свой первый рабочий день. Нога разболелась. Она легла на кровать и закрыла глаза. Радость от победы сменило уныние. Ну и что делать дальше?

Какое-то время она пыталась держать себя в руках, но всё-таки не стерпела и расплакалась, уткнувшись в подушку. Она чувствовала себя такой одинокой, несчастной и потерянной. Она проклинала свою чувствительность и ранимость. Почему для неё так важно, чтобы ее любили окружающие люди? Или хотя бы испытывали к ней симпатию? Почему она не может просто жить, не обращая внимание на колкости и выпады людей? Даже имя ей родители дали дурацкое- Анежка. Папа в детстве называл ее ласково, моя нежная девочка, моя Нежана, а мама звала ее Неженкой. Ее все любили. Только обстоятельства изменились. Девочка выросла, её окружала уже не заботливая семья, а жестокий мир взрослых циничных людей. Судьба точно смеялась над всеми её желаниями. У неё не было ни подруг, ни друзей. Одни осколки разбитых надежд. Да и семьи уже не было. Никто никому не нужен был. Все разбежались в разные города и перестали общаться. Как же так жизнь умеет все разрушить? Или это люди все разрушают?

Анежка перестала плакать. Она села и задумалась. Что толку от слёз? Ещё на первом курсе университета, когда она осталась совсем одна, она поняла, что может утонуть в жалости к самой себе. В то время ей было очень одиноко. Но она выкарабкалась. Что же сейчас её так вывело из строя? О себе она всё знала вдоль и поперек. Не обижалась на постоянные пересуды. Но почему-то её задели именно слова Михея. Он же ей никто. Чужой человек, почему же так обидно? Она не понимала, что с ней происходит. Во время учёбы ей было не до своей внешности. Но сейчас она могла заняться своей фигурой. Можно было совмещать любимую работу и борьбу с лишними килограммами. Она разработает план, составит диету, у нее всё получится. Только не отчаиваться. Нужно лишь терпение, подготовка и детальный подход к мелочам.

Она уже забыла о всех грустных мыслях и начала действовать. Она нашла карту местности и стала изучать ее. У неё была фотографическая память на карты, и удивительная способность находить дорогу в любом незнакомом месте, где бы она не была: в городе, в лесу или даже в пустыне. Интуиция, умноженная на хорошую топографическую память, всегда помогали ей прокладывать самый точный и максимально быстрый путь до места назначения. Как-то летом в детском лагере она даже проводником работала, организовывая экскурсии в малодоступные лесные уголки. Все маршруты она разрабатывала тогда сама и всегда держала все ориентиры в голове, полагаясь лишь на свои способности. Ей всегда доверяли группы. Она никогда не терялась в лесу. В голове у нее был компас, который приводил ее в нужное место. Хорошее было время, счастливое и беззаботное.

Анежка закрыла глаза и сосредоточилась. Она в точности вспомнила всё, что видела на карте. Каждый квадрат, каждую деталь. Она мысленно превратила сантиметры в реальное расстояние, сопоставив все пункты и ориентиры. Когда трехмерная картинка в голове сложилась, модель пространства прочно засела в уголках памяти. Анежка открыла глаза. Можно готовиться к походу. Теперь она сможет ориентироваться в лесу и без помощи Михея. Нужно продумать, что взять с собой. Рюкзак не резиновый, вместит только самое необходимое. Она уже знала, что начнёт обследовать заповедник с Чёрной речки. Её интересовал квадрат, где много лет назад был замечен последний раз Ахтинар. Расстояние ей предстояло преодолеть не маленькое, километров пятнадцать до речки и столько же назад. Нога еще болела, поэтому она решила, что поход у нее займет два дня. Она пойдёт с палаткой, чтобы заночевать возле речки. Судя по карте, местность там была открытая. Так что бояться ночью ей не стоило, разве, что звери придут на водопой. Но и этих троп можно избежать. Она знала, как читать следы животных. Главное, прийти на место засветло и как следует изучить все лесные тропы. Михею она не собиралась докладывать о своем первом походе. Он не расстроится, не обнаружив ее ночью в доме.

Итак, у нее есть день, чтобы восстановить связку на ноге и подготовиться к походу. Завтра рано утром она отправится в первый свой поход на новом рабочем месте. А пока, можно было заняться баней и обедом.

Глава 4

Пришло утро нового дня. Анежка с вечера собрала все необходимые вещи для похода и с рассветом вышла из дома. Но не успела она пройти поляну и углубиться в чащу, как точно из-под земли появился Михей. Он не выглядел злым или недовольным. Был подозрительно спокойным. И это настораживало.

– Далеко собралась, биолог Орлова?

– Ты что, следишь за мной? Все утро караулил? Меня зовут А-неж-ка, и я тебе не подчиняюсь, поэтому не должна отчитываться о своих передвижениях. Иду, куда хочу.

– Так вот, значит. Понятно, решила поиграть в независимость, крутой хочешь быть, – лесник не пошевелил не одной мышцей на лице. Это внешнее спокойствие ему далось нелегко. Девушка его бесила. Но он сдерживался.

Анежка тряхнула головой, заколка соскользнула и ее кудряшки рассыпались по плечам золотым облаком.

– Да. Вернусь завтра, так что наслаждайся свободой, лесник. На связь выйду в 18.00, как договаривались, – Анежка хотела обойти Михея, но он ей перегородил дорогу выставив ногу. Больно схватив за руку, он силой потащил её назад в дом.

– Отпусти! Не имеешь права!

Сопротивляться было бесполезно. Михей был большим, сильным и пребывал в плохом настроении. Он собирался один раз преподать новой сотруднице урок послушания, чтобы потом две недели жить спокойно и заниматься своими делами. Он так и знал, что как только связка на ноге перестанет болеть, это упрямая девка захочет гулять по лесу самостоятельно. Назло ему.

– Отпусти, мне больно!

– Это не больно, это всего лишь неприятно, но мой захват можно пережить, а что ты скажешь на это?

Михей резко затормозил и не церемонясь развернул Анежку лицом к лесу. Затем он свистнул и отошел назад. Анежка ничего не поняла. Послышалось странное шуршание. В лесу заскрипели сухие ветки, птицы замолчали. В наступившей зловещей тишине стало слышно, как кто–то огромный и неуклюжий бежит по лесу, не разбирая дороги. Анежка похолодела. Почему-то вспомнилась история о жуткой собаке Баскервилей, которую все боялись. Девушка медленно отступала назад, пока не уперлась спиной в каменную грудь лесника. Интуитивно она попыталась обойти Михея, чтобы спрятаться за ним, но он ей не дал развернуться и отойти. Он пихнул ее вперед, точно куклу.

– Стой и смотри! Жести захотелось? Эмоций? Вот и получай!

Его руки напоминали железные тиски, а массивная грудь-скалу. Такого сильного мужчину, она никогда не встречала. И было бесполезно вырываться. Он крепко удерживал её впереди себя, точно она была его щитом или скорее всего приманкой для дикого зверя. Анежка задрожала, нехорошее предчувствие начало подкатывать к горлу. Никто не мог её назвать трусихой, но сейчас её коленки почему-то предательски тряслись и подкашивались. Умом она понимала, что это всего лишь проверка, что Михей играет с ней, запугивает. Что он ей сделает? Не убивать же он ее собрался? Или собрался? Отдать на растерзание диким зверям, а потом разбросать ее кости по лесу? Нет, это невозможно. Он же не маньяк. Неужели она опять ошиблась и попала в руки садиста- маньяка? Доводы разума утонули в волне первобытного страха. Спина стала мокрой от пота.

– Решил меня напугать? Не получится, – последнее слово Анежка почти проглотила от страха, увидев, как из леса выбегает огромный белый волк с голубыми глазами. Волк был настолько огромный, что скорее по размерам его можно было сравнить с коровой. Очень большой коровой. Ощетинившись и громко рыча, хищник прямиком бросился на девушку. Михей отступил в сторону на несколько метров. У Анежки начали подкашиваться ноги от страха. Она упала на траву. Михей не поддержал ее, не защитил. Анежка лежала на траве, закрыв голову руками. Она не желала больше ничего видеть. И только почувствовав в области затылка болезненный захват огромной волчьей челюсти, она с разочарованием поняла, что не потеряла сознание и это не сон. Смерть будет долгой и болезненной. Сейчас волк начнет расчленять ее на куски. Сработает охотничий инстинкт. Она легла на траву, сдалась, значит она жертва. Она будет умирать медленно в агонии, чувствуя, как кусочки ее плоти поглощает огромный монстр. Волк действительно напал на неё, но он лишь слегка, почти играя, сомкнул свои огромные челюсти на ее шее. Это было показательное выступление. Волк не спешил. Острые клыки были уже готовы проткнуть нежную женскую кожу, когда вдруг раздался еще один свист и болезненное давление ослабло. Анежка ощутила, что может опять дышать. Она жива. Но от страха её почти парализовало. Она не могла двигаться ещё и потому, что тяжелая волчья лапа опустилась ей на спину, придавив её к траве.

– Липка! Ко мне! Да брось ты её, она не вкусная, пойдем, я тебя зайчатиной угощу.

Волчица порычала еще несколько секунд для приличия и неохотно отпустила свой трофей. Поджав хвост, она радостно побежала к Михею, как простая дворовая собака. Со стороны могло показаться, что зверь понимает человеческую речь. Настолько осмысленны были его действия.

Когда через пять минут, Анежка смогла пошевелиться и даже привстать, она никого не увидела рядом с собой. Поляна была пуста. Только брошенный на траве рюкзак укоризненно взирал на нее, став невольным свидетелем ее позорного падения. Девушка встала. Ноги продолжали дрожать, руки тряслись, шея болела, но ран от зубов не было. Анежка пощупала кожу на шее. Все цело, крови не было. Значит волчица не прокусила, а только сжала ее шею. На негнущихся ногах девушка поковыляла в свою половину дома. Зайдя в ванную комнату, она скинула с себя мокрую от пота одежду и набрав кувшин холодной колодезной воды, стала обливаться, приводя себя в порядок. Она закричала от злости, бессилия и холодной воды. У Михея был ручной волк. Молодец лесник, время зря не терял. Когда в голове перестали бить колокола и мысли потекли в нормальное русло, всё стало на свои места. Анежка включила свой оптимизм и посмотрела на ситуацию со стороны. Ну подумаешь испугалась огромного волка-мутанта, а кто бы не испугался? Это нормальная человеческая реакция на такое чудовище. Просто паника и ничего больше. Выброс адреналина. Если бы она ожидала нападения животного, то смогла бы ранить его охотничьем ножом, который был у нее припрятан в рюкзаке. Не следовало падать на траву, где были ее мозги? Дедушка учил бороться до последней возможности. Встречать смерть стоя, с поднятой головой. Хотя, кого она обманывает? Нет, это не про нее. Она трусиха. Прости дедушка.

Но урок она получила хороший и теперь точно знала, что ей нужно положить в рюкзак фальшфейеры и держать их поблизости на случай нападения зверей. Они боятся огня. А вот складной нож нужно носить при себе в кармане. Выйдя из душа, Анежка направилась в кладовку. Там, порывшись в коробках, она нашла сигнальные факелы. Как же она могла о них забыть? Это была непростительная оплошность. Порывшись в чемодане, она вытащила перцовый баллончик и переложила его в карман своей ветровки. Неизвестно, что её ждёт в лесу. Нужно быть ко всему готовой. Успокоившись, она надела чистую футболку и, взгромоздив на спину тяжелый рюкзак, как ни в чем не бывало вышла из дома. Ничто не могло помешать ее планам, а она планировала добраться до Черной речки засветло. На поляне не было волчицы. Лесника тоже не было. Это к лучшему. Путь свободен. О Михее и о его выходке она забыла сразу же, как только оказалась в чаще. Её любознательность и неподдельная любовь к природе не давали ей унывать. Прочь все сомнения и страхи! В Анежке проснулся зуд ученого-первооткрывателя. Даже ноющая боль в ноге и жжение в шее, не могли помешать ей идти вперед на встречу с неизведанным. Много раз она ходила в походы, но лес, который её окружал сейчас, поражал воображение своей первобытной красотой. Огромные папоротники росли повсюду и образовывали зелёное море, из шелестящей глади которого вырастали толстые стволы деревьев. Точно живые исполины они уходили ввысь, подпирая своими кронами голубое небо. Анежке приходилось задирать голову, чтобы рассмотреть верхний мир зелёного оазиса. Такого великолепия она раньше не видела. Она была биологом и ее интересовала флора и фауна заповедника. Анежка сосредоточилась. Нужно было чётко определить направление движения к Черной горе и не сворачивать с курса, чтобы не делать лишние петли. Разобравшись с компасом, она вспомнила карту местности. Она была уверена, что идёт в нужном направлении. Ее внутренний компас ещё не разу ее не подводил. По пути она делала заметки в блокноте и зарисовки, фиксируя всё, что вызывало вопросы и требовало тщательного анализа. Через несколько часов непрерывной ходьбы нога разболелась настолько, что пришлось остановиться и сделать привал. Болела не только нога, но и все тело. Особенно ныла спина, мышцы которой не были готовы к ношению тяжелого рюкзака. Анежка стиснула зубы и заставила себя не думать о боли. Это всего лишь временный дискомфорт. Боль пройдет. Она не собиралась быть тепличным растением. Пришло время закаляться и воспитывать в себе силу духа. Дедушка бы гордился ее твердым характером. Вспомнились его слова, которые он говорил, когда она жаловалась на боль в ногах в походах.

«Не думай о боли, иди вперед! Не так все серьезно, мозг тебя хочет запутать, а ты его обмани» И она шла вперед, обманывая свой мозг, отвлекая разговорами о конфетах, о пушистых кроликах в дедушкином огороде и обо все, что она любила. И вот сейчас это упражнение ей пригодилось. Анежка посидела на траве, подумала об ахтинарах, о том, какие это красивые животные. Потом она перекусила, еще отдохнула, встала, и не оглядываясь, пошла дальше, не давая своему телу ни грамма поблажки. Больше остановок не будет. Она доберется до Черной речки засветло, чего бы ей это не стоило. И плевать на боль в мышцах, на растертые пятки. Кожа на стопах ещё не огрубела и помнила недавно сделанный педикюр. Последующие километры дались тяжело. Анежка уже не смотрела по сторонам, умиляясь каждому новому дереву или кусту. Природа стала не радовать, а раздражать. Лес местами был густой и труднопроходимый. Приходилось обходить заросли. Прямой путь оказался не таким уж и прямым. Мозоли на ногах стали кровоточить. Анежка сжала зубы. Местность меняла свои очертания. Лес мельчал, уступая место бурелому, который образовался после сильного ветра. Нагромождение старых стволов приходилось обходить, добавляя лишние километры пути. Но и это было не все. Неожиданно на пути возникло болото, которого не было на карте и которое тоже нужно было обходить. Пятнадцать километров превращались в тридцать. Анежка боялась заходить в болото, хотя кочки с островками суши так и манили. Но она твёрдо решила, что будет преодолевать все заболоченные территории в обход. С болотом шутки плохи. Нужно знать тропы. Аэрозоль от насекомых не спасал. Тучи кусачей мошкары преследовали ее вот уже несколько часов. Они кусались, забивались в нос, в рот, проникали под одежду. Они делали всё, чтобы довести путника до нервного срыва. И хуже всего было то, что заветная Черная речка все не появлялась. Когда болота остались позади, и мошкара вроде отстала, погода вдруг резко начала портиться и небо затянуло тучами. Анежке стало жутко. Нет, темноты она не опасалась и ночной лес её тоже не пугал. Но вот молний она боялась маниакально. Страх был родом из детства. Когда ей было шесть лет ее ударила молния. Ожог был сильный, даже на спине остался шрам- уродливый, портящий кожу и весь внешний вид спины. Подробностей той роковой грозы она помнила плохо. А вот шрама она стеснялась. Может поэтому ей так не везло с парнями. Не каждый подросток может жить с таким дефектом на коже и оставаться уверенным в себе. Анежка не была исключением. В детстве ее возили по разным клиникам, где добросовестные врачи честно пытались устранить все последствия ожога. Но рубец не поддавался ни воздействию лазера, ни другим средствам. Точно кто-то заклеймил ее. Со временем все смирились, родители перестали вспоминать о шраме. Деду запретили таскать внучку в лес во время дождя. Но не сильно он их слушался. В лес они так и продолжали ходить, но фобия у Анежки не исчезла. Когда кто-то был рядом, она не так сильно боялась грозы. Но оставаться одной наедине с электрическими разрядами ей не хотелось. За шрам она перестала переживать, когда стала взрослой. Он есть и будет и нужно было с этим жить. Даже если шрам и исчезнет, она не станет от этого тоньше, изящней. Размер ее ноги чудесным образом не уменьшится, а вьющиеся волосы не выпрямятся. И будет она все равно выше всех. Она знала, что милая, но не красивая и это её устраивало во всех отношениях.

Анежка беспокойно взглянула на черное грозовое небо Её пугала приближающаяся гроза. Нужно было срочно выходить из леса на открытую местность. Не хотелось сгореть заживо от разряда молнии. Хоть и говорят, что снаряд в одну воронку дважды не падает, Анежка твердо было уверена в обратном. А с такой уверенностью, по всем правилам мироздания, у нее были все шансы притянуть к себе неприятности. Но совладать со своими страхами она не могла. Эта паранойя преследовала её всю жизнь и была настоящим наказанием. Анежка ускорилась. Она найдет открытую местность и соберёт палатку. В ней она сможет спрятаться от непогоды.

Глава 5

Гроза приближалась, воздух начинал пропитываться запахом бури и непогоды.

Анежка поняла, что до речки дойти не успеет. Нужно было планировать место для ночёвки. В лесу стало почти темно и где-то вдали уже раздались первые разряды грома. Времени совсем не оставалось. Когда среди деревьев показался еле заметный просвет, девушка со всех ног бросилась к заветной прорехе. Полянка оказалась небольшой, но и этого было достаточно, чтобы почувствовать себя в безопасности от разрядов молнии. Анежка вспомнила детство. Однажды она с дедушкой собирала грибы в лесу. Гроза их застала далеко от дома. Погода испортилась внезапно. В небе начали сверкать молнии, пошел дождь. Не было безопасного места, чтобы укрыться о непогоды. Они стояли с дедушкой под огромным деревом. Одна из молний попала в Анежку и опалила спину. Дедушка не пострадал, а она получила ожог и сильный испуг. Сейчас она не собиралась повторять глупые ошибки детства. Она сняла рюкзак, достала палатку и начала ее собирать. Палатка была сделана из водоотталкивающего материала и могла не пропускать влагу много часов. Когда палатка была собрана, Анежка залезла во внутрь и немного успокоилась. Она проверила средства защиты от диких животных. Нож, перцовый баллончик, сигнальные факелы- все было на месте. Она достала еду и поела в сухомятку. Настроение улучшилось. А тем временем, буря приближалась. Сначала небо озарила одна молния, потом другая, ну и следом раздался ужасающий гром, который своими раскатами заглушил все звуки леса. Дождь забарабанил по брезенту. Огромные капли, как ни старались, не могли проникнуть через плотную ткань палатки. Анежка легла, свернувшись калачиком. Она закрыла уши ладонями, чтобы не слышать раскаты грома. Но это не помогало. «Все пройдет, нужно терпеть и не поддаваться панике. Это просто летняя гроза».

Анежка почувствовала, как стала мокрой и липкой от пота. У нее началась паническая атака. Сердце готово было вырваться из груди. Новая вспышка озарила небо. Раздался гром.

«Успокойся, ты на открытой поляне, все будет хорошо».

Самовнушение не работало. Анежка тряслась от страха. Она ничего не соображала. В голове звенел колокол.

Неожиданно в рюкзаке что-то запищало. Это была рация. Трясущейся рукой, она вытащила устройство. Ее вызывал Михей. Было ровно шесть часов вечера, время связи. Долго же она шла к речке. Весь день. Так и не дошла до берега. Возможно, он совсем рядом. Рация продолжала противно пищать. Анежка посмотрела на рацию, как на врага. Она точно знала, что не сможет издать ни звука. Страх парализовал всё ее тело. Она могла только мычать в трубку.

– Биолог Орлова, ты где? Отвечай!

Она с трудом разбирала, что ей говорит лесник. Страх превратил её мозг в пластилин. Кажется, сначала лесник кричал и злился, а потом, не слыша ответной реакции, он стал говорить тише. Но Анежка всё равно не понимала, что он от неё хочет. Она вообще перестала соображать, потому что над палаткой вспыхнула очередная молния и волна панической атаки захлестнула ее разум, отрезая от всего внешнего мира.

Михей озверело посмотрел на рацию. Ему хотелось что-нибудь разбить, но он взял себя в руки. Он включил портативный компьютер. Спутниковая связь, к счастью, в этот момент была доступна. На экране появилась карта местности и замигал маячок, встроенный в рацию, которая находилась у Анежки. Почему его не удивило, что девушка направилась к Черной речке? Это можно было предсказать. Удивительно было то, что Орлова вообще вышла из дома после того, как ее напугала Липка. Огромная белая волчица привыкла встречать таким способом новых людей на кордоне. Она проделывала этот трюк со всеми предыдущими биологами, пытающимися задержаться в заповеднике. На всех мужчин смертельная хватка её челюстей действовала безотказно. Они в страхе убегали в дом и потом не выходили наружу несколько дней. Но в этот раз трюк «железные челюсти» почему-то не сработал. Биолог Орлова была или беспросветно глупа или упряма и своенравна. Что ещё хуже. Михей со злости сломал карандаш, который крутил в руке. Он прекрасно понимал, что вся ответственность за жизнь неопытной девушки лежит на нём. Впрочем, дело было не только в его работе и в его зоне ответственности. Как не пытался он изобразить перед новой сотрудницей свою толстокожесть и беспринципность, играя роль бессердечного циника, на самом деле, он никогда бы не бросил человека в лесу, даже если и не испытывал к нему симпатии. За много лет одиночества он одичал, огрубел, но не потерял достоинства и еще помнил, что стоит человеческая жизнь.

Михей не стал раздумывать. У него просто не было времени. Путь до Анежки предстоял не близкий, а погода ухудшалась. В ночь он рискнул идти только потому, что рядом с ним была преданная Липка. Волчица прекрасно ориентировалась в лесу по запахам и могла найти Орлову. Темнота для нее ничего не значила.

– Липуня, иди ко мне! Понюхай, девочка, её кофту. Да, правильно, это биолог Орлова, ты утром с ней познакомилась. Но не сильно она тебя испугалась. Ушла в лес и заблудилась. Нам нужно её найти. Без твоей помощи не обойтись. Сейчас соберу рюкзак и двинемся к Черной речке. Знаю, что тебе неохота в дождь по лесу бродить. Но так надо. Пойдем, Липа, нет у нас времени. Дождь скоро смоет все следы и пиши пропало. Мы ее не найдем. А у неё еще и нога больная. Вот скажи мне, Липуня, какой такой демон в ее девичьи мозги вселился? Решила мне доказать, что сильная, что все знает? Только что-то я силы в ней никакой и не заметил. Только дурь одна. Нужно было ещё днем проверить, где она ходит и чем занимается. Но разве я мог такое предвидеть? Не смотри так укоризненно. Признаю, конечно, мог. Особенно нужно было насторожиться, когда она все пирожки, выбросила в мусор. Девка с придурью. Непредсказуемая. Заметь, и мою долю тоже выбросила, хоть бы один пирожок оставила. Характер, как скала, решила и отрезала. По внешнему виду не скажешь. Такая нежная вся, как бутон розы. И имя ей подходит. Правильно, Липуня, внешность обманчива. Ты вот тоже выглядишь, как машина для убийства, а вон какая ласковая.

Михей почесал волчицу за ухом. Он знал, что она, как обычная собака, обожала ласку и была готова за своего друга разорвать любому горло. Но Михей был для нее именно друг, а не хозяин. Липка приходила на кордон, когда хотела. Общалась с лесником столько, сколько ей нужно было. Потом она исчезала на несколько дней. Могла на неделю пропасть. Михей скучал по ней. Зимой ему не с кем было и словом обмолвится. Но он знал на что идёт, соглашаясь на эту работу. Выбор был не велик. Он должен был отбыть наказание.

В голове возник образ Эринолы, его красавицы, его возлюбленной. Оставалось потерпеть совсем немного. Скоро он будет свободен. Они скоро встретятся и ничто их уже не разлучит. Их души и тела сольются, как и было предначертано судьбой. Ради этого дня он сможет вытерпеть всё. Даже общество этой безмозглой сотрудницы. Искать в непогоду человека в заповеднике, это все равно, что искать иголку в стоге сена. У Михея заскреблись в душе чёрные кошки. Надежда была только на звериное чутье Липки, которое никогда не подводило.

Анежка пришла в себя глубокой ночью. Она напрягла зрение, но ничего не увидела. Темнота была густой, душной, но не опасной. Вокруг еще бушевала стихия. Но это были лишь отголоски бури. Шёл дождь. Шумели и гнулись под напором воды и ветра деревья, но было уже не страшно. Непогода ушла далеко на север, забирая с собой раскаты грома и мерцания молний. На ощупь, Анежка открыла палатку и вдохнула свежий воздух, который пах мокрой травой и дождем. Она вытянула руки, набрала в ладони дождевую воду и умыла лицо. Она пережила еще один ужасный приступ панической атаки. Все прошло. Она жива. Анежка улыбнулась, посмотрев на чёрное мрачное небо. Она понимала, что есть вещи, с которыми ей не справится. Она могла только смириться и принять свое состояние. Всю жизнь ей придется сталкиваться со своими страхами лицом к лицу. Однажды может прийти момент, когда она не выдержит давления. Возможно, ее чувствительная душа захлопнет дверь во внешний мир. Поэтому, она ценила и любила жизнь. Она цеплялась каждый день за всё, что ей было интересно и дорого. Умела улыбаться, когда её обижали. Прощала своих обидчиков. Не задерживалась на неприятностях. Она жила легко и сложно одновременно.

Поток мыслей прервал шум в кустах. Анежка схватила нож и насторожилась. Кто-то шёл по лесу в сторону палатки. Шум приближался. Это был не человек, а животное. Анежка вытащила из кармана сигнальный факел, и приготовилась к атаке. В кустах раздалось злобное рычание. Это был дикий зверь.

– Не шевелись и не делай никаких движений. Медленно опусти руки, выброси нож, – Анежка узнала раздраженный и уставший голос лесника. Все-таки он выследил ее. Вот прилипала. Сейчас начнет ссориться и угрожать ей.

– Липуня, девочка, спасибо. Ты её нашла, умница. Да, это она, безмозглая биолог Орлова, которой сейчас я не буду промывать мозги, потому что я очень устал и хочу спать. Да и ты отдохни. Завтра, Липуня, я устрою такой разбор полётов, что мало ей не покажется. Я обещаю.

Анежка открыла рот от удивления. Михей, ввалился в палатку, оставив ее наружи. И тут же завалился спать. Она оказалась под дождем. Она хотела походить немного, размять мышцы, но не успела сделать и одного шага в сторону леса, как появилась волчица и зарычала. Огромное животное стало медленно приближаться к Анежке, скаля зубы. Видно было, что зверь загоняет девушку обратно в палатку, отрезая все пути, ведущие к лесу. Примерно так же действовали шотландские овчарки, когда собирали в стадо непослушных овец. Для волчицы было важно, чтобы все члены её маленькой стаи сейчас были собраны в одном месте. Так она могла всех контролировать. Но Анежка не хотела возвращаться в палатку. Она посветила фонариком по сторонам и обнаружила совсем рядом дерево с огромным дуплом. Можно было залезть в него, чтобы спрятаться от дождя и не видеть лесника. Волчица следила за каждым ее движением. Она скалила пасть и рычала, не давая сделать и шагу. Если выбирать из двух зол, то лучше уж палатка со злым лесником, чем клыки волчицы. Делать было нечего. Анежка неохотно залезла назад в тесную палатку. Она закрыла вход на молнию. Так ей было спокойнее. Но даже через плотную ткань, она чувствовала совсем рядом настороженное дыхание волчицы и ее тихое рычание. Зверина не сдавалась. Анежка посмотрела на спящего Михея, который занял все место в маленькой палатке, рассчитанной на одного человека. Но не спать же сидя. Анежка очень осторожно подползла к Михею и легла набок рядом с ним, повернувшись лицом к жесткой ткани палатки. Спиной она чувствовала тёплое тело мужчины. По крайней мере в такой позе можно было спать. В палатке было сухо. Дождь перестал капать. Лишь изредка одинокие капли ударяли по брезенту, затем скатываясь по непромокаемой поверхности на землю.

Проснулась Анежка от того, что ей было тяжело дышать. Что-то большое и тяжелое давило ей на грудь и на ноги. Открывать глаза не хотелось. Она чувствовала себя разбитой и уставшей. Но сон, как рукой сняло, когда кто-то рядом зашевелился. Память вернулась. Она не одна в палатке. Она приоткрыла глаза и, оглядевшись, обнаружила огромную мужскую ладонь у себя на груди. Этого еще не хватало! Во сне Михей закинул ногу на ее бедро. Ему было удобно спать в такой позе. Он обнимал Анежку, уткнувшись носом ей в волосы. Девушка очень медленно повернула голову и стала рассматривать спящего Михея. Черты его лица расслабились во сне, складки угрюмости распрямились, и она увидела то, что не замечала раньше. Он вовсе не был злобным. Суровым и неприступным-да, но не жестоким. Там в глубине души, под каменной маской, жил совсем другой человек и у него была другая жизнь.

«Что же ты здесь делаешь, Михей? Это же не твое место и не твоя судьба…» – не успела Анежка додумать что-то важное, что крутилось у неё в голове, как вдруг, тяжелый взгляд голубых глаз обдал ее ледяным холодом. Лесник смотрел на нее нерадостно. Он одернул свою руку от женской груди, как будто она была ему отвратительна.

Анежка фыркнула. За что он её так невзлюбил? Что она ему сделала?

– Биолог Орлова, сейчас же выйди из палатки! Здесь дышать нечем.

– Вообще-то, это моя палатка. И мне твоя близость тоже не нравится. Но спать на мокрой траве я не собираюсь.

– А какой ты близости говоришь? Я всю ночь тебя в лесу разыскивал. Я тебе приказал не отходить от кордона дальше, чем на один километр! Пока у тебя проходит стажировка, я имею полное право написать докладную начальству о твоей профнепригодности. Думаю, моя характеристика сыграет роль в твоем увольнении по статье о несоответствии.

Анежка подскочила. Несмотря на стресс, который она перенесла ночью и плохой сон, она ощущала сейчас странный прилив сил. Ей хотелось удушить лесника голыми руками. Вот гад, а она ему еще пирожки пекла, пыталась оправдать его мерзкий характер тяжелой работой и отсутствием нормального человеческого общения.

– Ах, вот так, значит. Мы перешли к официальному общению. Ну хорошо, Михаил Олегович, так вас, кажется, официально зовут? Идите и пишите донос начальству! Только знайте, что лучшего биолога вам не найти. Никакого вам биолога не найти на всем белом свете, потому что с таким дикарем, как вы, не один нормальный человек работать не станет! И жить в одном доме -тоже не будет!

Михей довольно улыбнулся. Наконец-то биолог Орлова перестала улыбаться и поняла, что он её открыто выживает из заповедника, впрочем, как и других специалистов. Ему никто не нужен.

– Если бы ты потрудилась почитать правила, Орлова, то узнала бы, что во время испытательного срока ты должна согласовывать со мной все маршруты твоих передвижений по заповеднику. Мало того, ты даже не соизволила вчера узнать прогноз погоды на ближайшие дни. А это уже- непрофессионализм.

– Но на кордоне нет интернета, только рация.

– Ты могла бы по рации связаться с офисом и выяснить погоду. Тебе бы сообщили, что надвигается циклон, жёлтый уровень опасности. Один час в день у нас есть доступ к спутниковой связи, бывает, что и чаще. Но это тебя не интересует. Ты слишком высокомерна и самоуверенна.

– Я не высокомерная. Я не хотела тебя беспокоить.

– Да? Не хотела беспокоить? А зачем тогда ты рыдала мне по рации несколько часов назад, как будто тебя разгрызли на части тысячи медведей? Что я должен был подумать? Вертолёт поднимать? Спасателей вызывать? Сказала бы, что у тебя все нормально и я бы спал спокойно.

– Я рыдала? Я не помню, что я тебе говорила. Это была истерика. Я грозы боюсь. Что я сказала?

– Да в том то и дело, что ты только рыдала и ничего не говорила. Истеричка.

Анежка молчала. Она знала, что леснику нужно выпустить пар.

– Орлова, ты беспросветно глупа и своенравна. Хочешь стать занозой у меня в голове? Не получится. Мы возвращаемся, и я пишу на тебя докладную. Ещё один мой рапорт и ты будешь уволена за несоответствие своей должности. Ефремыч уже почти пенсионер и ему тоже проблемы не нужны.

Анежка надула губы. Угрозы лесника ей не нравились. Каждый может оступиться. Но сказать ей было нечего. Она была полностью в руках Михея как в прямом, так и в переносном смысле, учитывая их тесное положение в палатке.

– Обиделась на меня за колкости на кухне? Я тебе правду сказал. Если хочешь по лесу ходить, ты должна быть в хорошей физической форме. А если ты собираешься за компьютером сидеть и таблицы сводить, можешь забить на свой внешний вид. Выбор за тобой. Или может тебе Липа не понравилась? Волчица ручная и напала на тебя в учебных целях. Мы здесь не в игры играем. Нужно быть готовым ко всему. Ты при виде дикого животного на землю упала, а должна была знать, что звери слабости не прощают. На слабых они нападают. Это инстинкт. Ты сама себя подставила. Нельзя было убегать и падать на землю. Была бы волчица дикая, она бы сразу тебя атаковала бы. А если будешь стоять твердо и смотреть животному в глаза– есть маленький шанс, что выживешь.

Анежка засопела. Она и сама знала эти правила. Но не ожидала она такой подставы с волком.

– Решила игнорировать мое присутствие на кордоне. Так? В молчанку играть будем? Или правила общения и сотрудничества обговорим? – Михей немного смягчился. На самом деле он был рад, что девушка жива и невредима. Он думал, что найдет ее раненой или растерзанной дикими животными. А оказывается, это была просто гроза. Она испугалась обыкновенной грозы. Хотелось просто отшлепать эту городскую куклу.

Анежка молчала. Общаться не хотелось. Все по делу говорил лесник. Он был прав. Она злилась. Теперь уже на себя. Она с силой рванула молнию и захотела выползти из палатки. Михей схватил ее за ногу и вернул назад в палатку.

– Я не закончил. Мы еще не обсудили с тобой правила нашего общения. Почему ты молчишь, Орлова?

Анежка тяжело вздохнула и отвела взгляд. Давно ее никто так не отчитывал. Вроде все правильно сказал, заслужила, свою жизнь опасности подвергла и жизнь коллеги, а всё из-за чего? Упрямый характер и женская обида. Но разве могла она признаться Михею, что и сама считала себя коровой? Некрасивой, неуклюжей, с уродливым шрамом на спине, просто большой бракованной коровой. А в лес она побежала, чтобы доказать, что она сильная и самостоятельная. Она хотела найти ахтинаров и получить признание в учёном мире. Ей двигали амбиции, и она совсем не думала о последствиях. Ей стало стыдно за своё ребячество. Вот и отличилась. Лесник пошел искать ее ночью в непогоду. Весь промок, устал. Нужно быть честной, хотя бы перед собой и признаться, что ей хотелось получить его одобрение и восхищение. А теперь она выглядела, как полная дура и никогда ей не сойти с этого позорного пьедестала.

– Прости, прости меня, Михей. Я знаю, что облажалась. Это в первый и последи раз. Мне нужно выйти.

– Я еще не закончил разнос, Орлова. Сиди и слушай. Ты должна выбросить из головы все мысли об Ахтинарах. Их нет в заповеднике. Запомни это!

– Да, запомнила. Мне в туалет нужно, а у тебя одежда мокрая. Ты должен снять все и просушить.

– Успею. Мне некуда спешить.

– Выпусти меня из палатки, лесник. Я тебя услышала. Признаю, что нарушила правила безопасности. Но обещаю исправиться.

Михей не сильно верил в искренность женского признания. Но и на этом спасибо. Значит с городской можно договориться.

Анежка выскользнула из его рук и выползла из палатки. Он хотел выйти за ней следом и проследить, но не смог. Ему нужно было привести в порядок свою физиологию. Близость женщины его не просто завела, он чувствовал внутри себя целый шквал эмоций, которые не понимал. Он прятал это внутри. Не показывал. Его возбуждение никак не проявлялось на его каменном лице. Через несколько минут, успокоившись, он выполз из палатки, будучи точно уверенным, что пульсирующий член не выдаст его возбуждение. Анежка уже сделала свои женские дела и сидела на траве спиной к палатке. Её гордо выпрямленная спина была вызовом всему, что сказал лесник. И хотя она не произнесла ни слова, Михей почувствовал, что она не сдалась и не отказалась от всех своих бредовых идей. Ладно, не сломал сейчас, сломает в следующий раз. Никто не мог долго сопротивляться его напору и его разрушительной энергии, которая кипела внутри него, точно лава в жерле вулкана. Обычно, он с удовольствием садиста, выплескивал свой негатив, свою внутреннюю горечь и неудовлетворение на новых сотрудников, которые после месяца общения с ним, убегали из заповедника, точно черти их гнали подальше от кордона.

Анежка сидела молча. Ей не хотелось ни улыбаться, ни общаться. Она пыталась собрать всю свою целостность, по которой с удовольствием потоптался лесник, а до него прошлась слоновьей поступью паническая атака. Она знала несколько приемов концентрации и сейчас, пока Михей был занят своими делами, ей нужно было собрать все пазлы своего хрупкого внутреннего мира в одно целое. Она закрыла глаза и стала глубоко дышать, пытаясь привести свои нервы и мысли в порядок. Лес настороженно наблюдал за ней. Девушка чувствовала внутренним зрением, как его невидимые ветви тянуться к ней, ощупывают её тело, пытаются проникнуть все глубже и глубже, заглянуть в её разум и в её душу. Ну нет, не получится, она никому не позволит проникнуть вовнутрь. Анежка построила вокруг себя воображаемую стену. Мысленно она закрылась со всех сторон, резко обрубив все ментальные попытки прощупать её поля. Лесные духи заскулили и отпрянули. Здесь ценилась сила и умение себя защитить. Слабых затаптывали и порабощали, превращая в безвольные тени. Лес жил своей скрытой жизнью, о которой люди не догадывались. Но Анежка чувствовала дыхание лесных духов, их невидимые энергии, как будто сама была органичной частью зелёного мира. Такая чувствительность у нее просыпалась только в походах, когда она надолго покидала город и оставалась наедине с природой. Питаясь природной энергией, она, становилась её частью. Она, точно губка, впитывала каждую вибрацию окружающего мира. В заповеднике ее чувствительность возросла во много раз. Сидя спиной к палатке, она ощутила прожигающий взгляд Михея и его разрушительную энергию. Он был возбужден. Он злился. Хотя уже не так сильно, как в начале их разговора.

– Думаю, мы договорились. Ты меня слушаешь, Орлова? Ты выполняешь мои приказы и живешь спокойно две недели на кордоне. Занимаешься своими делами и не путаешься у меня под ногами. Ты не лезешь в район Черной речки, ты просто гуляешь рядом с домом и рассматриваешь пестики и тычинки. А я не отправляю рапорт начальству и не порчу твою деловую репутацию. По рукам?

– Угу, – Анежка не слушала, что ей говорил лесник. Она сидела на траве, закрыв глаза, витая в своих мыслях. У нее открылось внутреннее зрение. Михей стоял у нее за спиной, но она ощущала его энергетическое поле. Ей захотелось прощупать его поле своими сенсорными способностями. Что он был за человек? Какая у него аура? Он суровый, но справедливый? Жесткий, но отходчивый? А может его наполняют темные энергии? Такое бывает, когда у человека есть садистские наклонности. Возможно, Михей не просто темный, а бездушный, пустой внутри. Дедушка рассказывал и про таких людей. Оболочка есть, а души нет. Таких нужно было бояться и обходить стороной. Откуда он все это знал? Он ведь был простым военным? Почему-то раньше Анежку это не интересовало. А вот сейчас все поменялось. Жаль, что деда умер. Сколько разговоров было не договорено.

– Орлова! Ты меня вообще слышишь? – Михей начал заводиться. Ему хотелось отпороть городскую куклу, чтобы привести ее в чувства. Девушка витала в облаках и кажется вообще не собиралась возвращаться на землю. Он подошел к ней ближе. Она сидела на траве скрестив ноги и закрыв глаза. Она его не слушала.

– Понятно, тебе плевать на наш разговор, – голос лесника стал зловещим. Он разозлился не на шутку. Темная разрушительная энергия начала подниматься в нем. Он с трудом себя контролировал. Человечка его бесила. Проклятый мир бездарных людей, нет здесь ему ни места, ни спокойствия. Остался месяц, один месяц продержаться и все. Он запечатает портал и вернется назад. Совет закроет дело. Его братья не пострадают. Все вернется в прежнее русло. Но как сейчас совладать с яростью, которая затуманивает разум?

В этот момент Анежка смогла так глубоко погрузиться в транс, что увидела ауру лесника. Она охнула от неожиданности. Это не была человеческая аура. Люди так не светились. Она знала, как выглядят энергетические поля людей. От Михея шли необычные вибрации. Темный вихрь закручивался вокруг лесника. Это был круговорот непонятной ей энергии. Чужеродной. Анежка сидела ошеломленная. Она боялась пошевелиться. Может он демон? Демон в человеческом теле? Ее затрясло, потом пробрал пот, стало не просто страшно. Хотелось бежать куда глаза глядят. Она пришла в себя и стала медленно на четвереньках отползать к деревьям, всё ещё не доверяя до конца своей интуиции. Может ей померещилось?

– Далеко направилась?

Анежка поперхнулась, наткнувшись на мужские ботинки. Она не хотела смотреть в глаза Михея, кем бы он не был на самом деле. Она не желала ничего знать. Но и жить под одной крышей с лесным монстром- тоже не хотела. Если он узнает, что она его раскусила, он ее убьет. Сейчас в ней боролся инстинкт самосохранения. Он воевал с отголосками прошлой решимости. Как всегда, инстинкт победил хлюпкие доводы разума. Девушка молниеносно поднялась на ноги и со всей мочи рванула в противоположное от лесника направление. Уже не важно было куда бежать, лишь бы подальше от того, кто называл себя Михеем. Лесник не был обычным человеком. Как же она сразу не поняла? Ведь все было странным. Его одинокая жизнь в лесу, огромный рост, сила, выносливость, а белый волк, который понимал человеческий язык? Таких волков не существует в природе. Она, как биолог это знала. Пробежать удалось всего несколько метров. Хорошая подсечка заставила её со всего разгона полететь головой вниз. Анежка не отличалась особой ловкостью. Пролетев немного по воздуху, она упала в траву, больно ударившись щекой об землю, заодно стесав локти до крови.

– Я не играю в игры, Орлова. И не шучу, когда говорю, чтобы ты включала свои мозги. Мои приказы все выполняют четко и быстро. Или ты делаешь, как я хочу, или отправляешься назад в Москву.

Михей не спешил поднимать девушку с земли. Пусть осознает свое подчиненное положение. Он может с ней сделать все, что угодно. Она должна его бояться. Страх рождает подчинение. Когда пройдет первый шок от падения, в ее хорошенькой головке все станет на свои места. Станет рыдать, он ее бросит в лесу. Женских истерик он не терпел и готов был сам заткнуть рот орущим стервам. Он не понимал, что за кнопки в головах у таких женщин.

Наступившая тишина. Михей ждал истерики, был к ней готов, но не дождался. Слез не было. Анежка не проронила ни одного звука. Это было подозрительно. Тишина стала действовать на нервы сильнее, чем самые громкие вопли. Михей насторожился. Анежка продолжала лежать на земле, не двигаясь. Он, конечно, рад был ее смиренности и покладистости, но что-то было не так с этой девушкой. Ей же было больно и страшно. Он же видел, что она ударилась о твердую землю.

– Орлова, чего лежишь? Вставай! Дай я тебя осмотрю. Может руку сломала? Тогда прости. Кости срастутся. Только так я мог тебя остановить. У тебя, случаем не истерика? Ты куда так рванула? Опять в игры играешь? Бесполезно от меня убегать. В лесу не спрячешься. Я тебя из-под земли найду. Или ты приведение в лесу увидела? Странная ты какая-то.

Михею пришлось самому подойти к неподвижно лежащей девушке и наклониться. Анежка этого ждала. Как только невидимая черта была пересечена, она резко развернулась и направила прямо в лицо лесника струю удушливого газа из перцового баллончика.

Михей схватился за глаза, которые начали нещадно печь. У него потекли слезы. Он ничего не видел. Невыносимая боль в глазах заставила его согнуться пополам и сесть на землю. Когда первый шок прошел, он выпрямился и начал непрерывно кашлять, не в силах выдавить из себя ни слова. Он ничего не видел. Но и на этом его страдания не закончились. Нос опух и стал нещадно жечь, выделяя столько жидкости, что не помог бы не один носовой платок.

Пока лесник корчился, пытаясь справиться с аллергической реакцией на ядовитый газ, Анежка встала с земли и отбежала от зоны действия газа. Она задержала дыхание и закрыла глаза, чтобы самой не отравиться. У неё было время всё спокойно обдумать и прислушаться к своей интуиции. Кем бы лесник не был, теперь он знал, что она не сдастся без боя. И уж точно не покинет заповедник по его указке. Она будет бороться за свои права и свою жизнь. У нее были свои планы на будущее, и она не прогнется ни под человеком, ни под любым другим существом. Остановить ее можно было только убив. Общаться с Михеем она больше не хотела. Откуда в ней взялась такая решительность и сила, она не знала. Что-то в ней проснулось. Обычно она ни с кем не воевала и ни за что не боролась, плыла по течению и не напрягалась. Даже, если ее интересы страдали. В городе ей не за что было бороться. Все казалось несущественной суетой, городская жизнь не затрагивала её сердце. А здесь в лесу всё было иначе, все было настоящее, родное. Это была ее жизнь и ее мир, Анежка просыпалась после долгой спячки. Она приняла решение, которое ей подсказывало сердце.

– Орлова, я тебя убью! Стерва, ведьма!

Михей сидел на мокрой траве и корчился от спазмов. Он смотрел вокруг себя невидящим взглядом. Глаза пекли. Все предметы расплывались. Он шарил руками по траве в поисках рюкзака с водой.

Анежка быстро собрала свой рюкзак, взяла в руки компас и двинулась к Чёрной речке. Ей повезло, что волчица убежала. Путь был свободен. Лесник временно выведен из строя, еще полчаса он не сможет ничего видеть. Теперь он надолго запомнит, как с ней связываться. Анежка знала, что выиграла немного времени. Но и это была для нее победа. Сейчас ей ничего не угрожало. Она сможет спокойно добраться до берега реки, которая находилась совсем близко. Там она собиралась обследовать все отмели и кварцевые пещеры. Палатку она бросила. Пусть лесник сам ее собирает и несет, если охота. Если нет, то она вернется за ней позже.

Анежка была настроена решительно. Раненая щека пульсировала. Болела стесанная на лице кожа и ушибленные локти. Но эти неприятности казались мелочью, по сравнению с той болью, которую сейчас испытывал лесник. Анежка подняла вверх голову и улыбнулась.

Она любовалась голубым безоблачным небом. Но в её улыбке не было обычной теплоты. Она была открыта миру, но закрыта для тех, кто не желал ей добра.

Лес сразу почувствовал перемены в настроении девушки. Она стала сильней, а силу здесь ценили. Раздался одобрительный шёпот. Духи приняли незнакомку. Она могла постоять за себя. Необходимости выталкивать ее из зеленого мира не было. Она была равная среди равных.

Глава 6

Михей наконец-то пришел в себя. Хорошо, что Орлова ушла уже далеко. Он готов был задушить ее голыми руками. Или, на крайний случай, отшлёпать, но так, чтобы она сидеть на заднице не могла несколько дней. Всё внутри него бурлило от гнева. Так бесцеремонно с ним никто и никогда не обращался, он не позволял никому таких вольностей. Все его боялись. Если бы его братья узнали об этой истории, то долго бы еще потешались. Михей и сам понимал, что городская девчонка оставила его с носом. Она сделала так, как ей хотелось и ничего её не остановило. Даже его угрозы.

«Бесстрашная, демон бы ее побрал, а с виду и не скажешь, что с характером. Может и продержится в лесу две недели у, но не больше. Да лад бы с ней, пусть делает, что хочет. Я ей не нянька. Бегать и спасать её больше не собираюсь. Пусть сама выкручивается».

Михей твердо решил вернуться на кордон. Мстить он не собирался. Это было ниже его достоинства. Он собрал палатку, закинул на спину рюкзак и направился к дому. Но что-то пошло не так. Через пол часа его запал растерялся сам собой и, неожиданно для себя, он повернул назад к Чёрной речке. Как-то не спокойно у него было на душе. Портал находился совсем рядом, в пещерах. Орлова маниакально хотела найти ахтинаров. Она начнет засовывать свой нос во все дыры и обследовать все закоулки. В том числе и внутреннее пространство пещер. Портал возможно и не найдет в лабиринте проходов и тоннелей, а вот сама потеряется. Это точно. Как ей доходчиво объяснить, что бесполезно искать исчезнувших животных. Нет их в этом мире и не может уже быть. Он сам лично последнего ахтинара отправил домой через портал несколько лет назад.

Михей чувствовал себя нормально. Глаза уже перестали слезиться, да и из носа влага не текла, но осадок на душе остался. Хотелось на ком-то высадиться. Но в лесу все было спокойно- ни браконьеров, ни нечисти. Лесник взял себя в руки. Он взрослый мужчина, воин и может спокойно объяснить неопытной сотруднице Орловой, что в непроходимых лесных трущобах ей не место. Она вообще не должна здесь находиться. Пусть в бары ходит, в ночные клубы или в конце концов фитнесом займется. Не женское это дело по лесу в одиночестве шататься. Он вспомнил, что когда-то умел общаться с девушками, но как же давно это было. Кажется, что прошла целая вечность. Когда-то он любил женское общество и понимал, что хотят девушки. Когда -то, очень давно он жил беззаботно и не о чем не думал. Потом он вступил в пору зрелости и принял свои обязанности. Михей сжал до боли зубы. За годы одиночества в этом мире он так и не приобрёл ни друзей, ни врагов. Здесь он чужой. Как был инородным, так и остался.

Лесник с теплом вспомнил о волчице. Он был ей благодарен за компанию. Зимой Липа спасала его от тоски, особенно, когда тёмными зимними ночами вьюга завывала так громко, что было непонятно, где заканчивается тоска и начинается отчаяние. Волчица всегда появлялась рядом с домом лесника, когда у того на душе было паршиво. Она скреблась своими огромными лапами в дверь, оставляя когтями глубокие следы на древесине. Михей пускал её в дом, радуясь неожиданному вторжению, пускай и звериному. Липа подолгу лежала на теплом деревянном полу, терпеливо слушая рассказы огромного сильного мужчины. Она преданно смотрела ему в глаза. Иногда она виляла хвостом, как собака. Выглядело это глупо, но так волчица выражала свою преданность. Михей не понимал, как Липа проникла в чужой для неё мир, как прошла портал. Возможно, кто-то захотел от нее избавиться и подкинул ее в чужой мир намеренно, чтобы она никогда не вернулась назад. А может это было случайность. Когда он искал в заповеднике убежавших ахтинаров, то нашел и Липу. Это произошло несколько лет назад. Она была еще совсем маленькой. Слабой и хилой. Она была истощена и практически умирала в незнакомом для неё мире. Местная стая волков её не принимала. Слабая и больная волчица была не нужна стае. И тогда Михей взялся за её кормление и воспитание. Он подкармливал ее, учил охотиться, но не позволял ей стать ручной. Он всегда держался на расстоянии от зверя. Это было трудно. Хотелось приласкать, погладить белый комочек шерсти. Но Михей знал, что волчица вырастит в огромное свирепое животное, не похожее на местных волков, её интеллект будет выше всей местной волчьей братии вместе взятой. И она должна уметь позаботиться о себе сама. У неё не будет стаи. Ни один волк не сможет управлять ей. Она превосходила в размере всех местных волков-самцов и было просто огромна. Со временем она могла вырасти и превратиться в опасного непредсказуемого монстра. Поэтому Михей планировал держаться от белой волчицы подальше. Он хотел вернуть ее в свой родной мир. Где ей было и место. Там бы она нашла стаю гигантских белых волков. Но все оказалось намного проще и сложнее одновременно.

Нет, Липа не стала ручной и послушной. Она росла независимой и немного диковатой. Поначалу она сторонилась лесника. Не доверяла. Иногда она с охотой шла на контакт и выполняла всё, о чём он её просил. А иногда скалилась и убегала в лес. Липа выросла и возмужала. Но местные волки ее не принимали. Она чувствовала себя изгоем. Ей тоже не хватало общения. И вот тогда она потянулась к леснику. Проводя много времени в компании человека, она стала понимать язык людей. Она улавливала значение слов, различала человеческие эмоции. Хоть Липа и была огромной независимой волчицей, но ей нужен был вожак. Со временем она признала в Михее своего вожака, признала его силу. Он стал главным в их маленькой стае. Волчица сама так решила, когда выросла. Она всегда держалась поблизости от лесника. Она контролировала всеми своими рецепторами его передвижения по лесу, улавливала его настроение. Иногда она покидала Михея и надолго. Но этого требовала природа и ее древние инстинкты.

Анежку волчица всерьез не восприняла. Для нее маленькая человечка была просто забавой. Она только припугнула ее в первую встречу, слегка сжав челюсти на её шее. Это был обычный ритуал. Так она встречала всех новых людей в заповеднике. Особенно тех, кто приближался к её вожаку. Но делала она это больше для порядка. Это было предупреждение. Есть людей она не собиралась. Глупые, пахнущие страхом люди не входили в её рацион. В лесу хватало мелких вкусных зверей.

Когда Липа довела Михея до палатки, где находилась Анежка, она расслабилась. Для важности она рыкнула несколько раз на человечку. Девушка ее боялась. Это хороший знак. Волчица довольно облизывалась, карауля палатку. Иерархия в животном мире держалась исключительно на подчинении. Запах страха издавали только слабые. Для Липы существовали только её вожак и она.

Ближе к полудню Анежка, наконец дошла до Чёрной речки. Погода опять радостно шептала на ушко. Легкий ветерок давал ощущение свежести, разгоняя прилипчивую мошкару. Девушка чувствовала, как яркое летнее солнце ласкает её белую почти прозрачную кожу, она знала, что количество веснушек на её лице увеличивается в геометрической прогрессии, а нос приобретает розовый оттенок, но разве это важно? Разбитые локти она смазала мазью от ушибов, которую прихватила с собой. Ногу, которая неприятно ныла после ходьбы, она забинтовала эластичным бинтом. Ещё болела щека, которой она приложилась об землю, неудачно падая после подсечки лесника. Но зеркала не было, поэтому она не могла видеть масштаб бедствия на своем лице. А синяк проявлялся и расползался по коже фиолетовым пятном. Анежка разумно решила, что её внешность в лесу никого не испугает, а значит и волноваться не о чем. Через пару дней синяк пройдет и все недоразумения забудутся. Она вернется на кордон и постарается умаслить лесника. Не пирожками, так ещё чем-то. Она подберет к нему ключик и все их недоразумения разрешатся. Доброта всегда найдет себе дорогу. А сейчас ей нужно действовать по плану.

Анежка дошла до высокого утеса. Она стала на край обрыва, осмотрелась и ахнула. Речка была до жути чёрная. Её берега были покрыты черной пористой породой. Это была древняя юрская глина, которая содержала раковины моллюсков и прочих окаменелостей. Картина производила гнетущее впечатление. Анежка покрылась мурашками. Она знала, что заповедник до конца не изучен и даже в научной литературе мало о нем статей, но таких открытий она действительно не ожидала сделать. Ей показалось, что время повернулось вспять и её отбросило на миллионы лет назад. Купаться расхотелось, несмотря на жару. Когда первый шок прошел, она здраво рассудила, что ничего мистического или необычного в речке нет. Она прекрасно знала о существовании красных озер, жёлтых, зелёных и даже лиловых. Подумаешь, чёрный цвет воды. Там, где существует вулканическая порода всегда есть чёрный песок и никого это не удивляет. Пора отдохнуть и поесть. Голодный желудок урчал. Она выбрала для отдыха уютное место в тени под деревом. Перекусив печеньями и шоколадкой, она легла на траву и тут же заснула. Накопилась усталость и даже шевелиться не было сил. Анежка думала просто подремать несколько минут и идти дальше искать брод, но провалилась в глубокий сон.

Михей легко ее нашел. Ему не понадобилась даже помощь волчицы, так как прокладывая дорогу, Анежка оставляла после себя следы. Её нашел бы даже неопытный следопыт. Сначала лесник собирался как следует проучить девушку, но увидев её беззащитную, спящую на траве, вдруг передумал. Большой синяк украшал уставшее и осунувшееся лицо. Михей почувствовал непривычный укол совести, которая уже давно не просыпалась в его заиндевевшей душе. Может зря он так на неё накинулся? Может перегнул палку? Все-таки не развлекаться она в лес шла, а работать. Таких сотрудников поощрять нужно, а не в траву лицом тыкать. Вроде и девка не плохая, самостоятельная, сама разберётся со временем, что к чему. Вот только зачем она в него баллончик с газом направила? Испугалась? Неужели он такой страшный?

Михей решил не наказывать девушку, а просто поговорить с ней по-хорошему. Возможно, он и вправду ее напугал. Может с волчицей он и погорячился. Женское общение ему не помешает. Нужно правде в глаза смотреть, он совсем одичал в лесу, человеческий облик потерял. А ведь когда-то от женщин у него отбоя не было. Раньше его кровать всегда согревало тепло женского тела. А что сейчас? Кто он теперь, после многолетнего воздержания? Чем он отличался от бестелесных лесных духов? Как его примет Эринола?

Лесник нервно сглотнул. Ход его мыслей ему совсем не нравился. Он никогда не страдал неуверенностью, а совсем наоборот. Он всегда был высокомерным и властным, требовательным и несгибаемым. Он знал четко, кем он родился и кем должен был стать по праву рождения. За что и поплатился. Годы ссылки не прошли даром. Он чувствовал, что изменился. Он стал замкнутым и вспыльчивым. Он не верил в справедливость в этом странном мире и в людские добродетели. А еще, в нем зародились нехорошие сомнения в собственной значимости и собственном предназначении. Когда судьба ломается, трудно склеить все части в один цельный непробиваемый каркас.

Михей склонился над Анежкой. Он не мог понять, какие чувства она в нём вызывала. Сначала она его просто раздражала, как назойливая муха в летнюю жару. Потом она его стала бесить и выводить из себя. Но сейчас, когда он увидел её спящей и такой уязвимой, ему вдруг захотелось её защитить. Оградить не только от внешних неприятностей, простых и предсказуемых, но и просто сделать ее жизнь легче, лучше и радостнее. Такие глупые мысли никогда не посещали Михея в компании женщин. Он пользовался женской любовью, как трофеем, не давая взамен ничего, кроме хорошего секса. Это было в порядке вещей в его мире. Лишь Эриноле он раскрыл свою душу и никогда не жалел об этом. Они были созданы друг для друга. Она была его огнем, в котором он сгорал, не жалея себя. Но Эринола была совсем другая. Ей не нужна была его защита. Она была сильная, властная, жесткая -такая же, как и он. В ней не было слабости и сомнений. Она всегда знала, что делает. Умная, расчетливая и проницательная. Они идеально подходили друг другу. Он поделился с ней частью своей магической силой и не жалел, что сделал это до свадебного ритуала.

«Может стоит переспать с этой взбалмошной девицей? Так, ради уверенности в собственной мужской силе. Все равно через месяц он исчезнет, поэтому и переживать будет не о чем».

Эта мысль уже приходила в его голову, но он её старательно отгонял. Много лет назад он приказал себе забыть обо всех своих плотских желаниях и держал свой обет целибата все годы. О чём ни грамма не жалел. Ни одна местная женщина не могла ему заменить его невесту, а размениваться на меньшее он не хотел. Почему же сейчас его вдруг стало одолевать желание? Что такого было в Орловой, что его влекло к ней? Михей спустился к берегу, разделся и нырнул в черный омут реки, чтобы хоть немного охладить свое тело и обуздать неудовлетворенное желание.

Глава 7

Сквозь сон Анежка почувствовала, что кто-то за ней наблюдает. Знакомый мужской запах ударил в нос. Лесник. Он все-таки пошёл за ней. Вот неугомонный. Ссориться она не хотела, да и силы были неравные. Она понимала, что в Михее есть что-то, что она не могла разгадать. Он ей напоминал шкатулку с двойным дном. Это ее пугало и притягивало одновременно. В нём была заключена сила, огромная и непонятная ей. Если он сильнее ее, зачем тогда воевать? Всегда можно просто договориться. Зря она на него направила баллончик с газом. Только разозлила медведя. Будет ли он ее слушать? Вряд ли. Компромисс искать не станет. Упрямый. И в покое её не оставит.

Анежка притворялась спящей. Она открыла глаза лишь тогда, когда услышала звук удаляющихся шагов. Не зная, какую лучше тактику применить, она решила довериться своей интуиции. А та ей нашептывала не спешить и не пороть сгоряча. Хватит совершать необдуманные поступки. Сначала нужно изучить лесника. Узнать его слабые и сильные стороны. Она ведь о нём ничегошеньки не знает. Да и выспросить всё об ахтинарах не помешало бы. Жаль, что её женские чары не действовали, лесник видел в ней только биолога Орлову. Обаять его и обворожить она не сможет. Да и какая с нее обольстительница. Не умела она кокетничать, хитрить и добиваться хитростью своих целей. Ну ничего, и вода камни точит.

Анежка встала и осмотрелась. Любопытство взяло верх. Она увидела, что Михей направился к реке. Спрятавшись за деревьями, она стала незаметно за ним следить. Лесник подошел к берегу, потрогал воду и стал раздеваться. День был жарким и солнечным. Не мешало освежиться.

«Неужели он собирается купаться в этой черной воде, где даже дна не видно? »– девушка задержала дыхание. Река с черной мутной водой вызывала в ней лишь отвращение и дрожь. Она напоминала ей реку Стикс, протекающей в царстве Аида. Сама бы она не решилась и ногу опустить в эту чёрную муть, не то, чтобы нырнуть. Неужели Михей совсем ослеп? Он просто не мог не замечать пустыню вокруг речки. Даже местные растения-эндемики, которыми славился заповедник не росли вблизи чёрных каменистых берегов. Это была абсолютно мертвая зона.

Чем больше Анежка всматривалась в окружающую местность, тем четче различала линию разграничения между нормальным лесом и безжизненной зоной реки. Возможно, Михей не читал мифы древней Греции и не обладал достаточным воображением, чтобы опасаться черной мутной воды. Анежка следила за лесником, точно загипнотизированная. Михей спокойно разделся и не раздумывая, в чём мать родила нырнул в речку. Ни один мускул не дрогнул на его стройном теле. Анежка замерла. Её охватила сначала растерянность, которая быстро переросла в возбуждение. Сердце стало отбивать неровную барабанную дробь. Все произошло так быстро, что она даже не успела насладиться видом красивого мужского тела. У Михея была широкая рельефная спина и упругие ягодицы. Она никогда не видела такого совершенного тела. Даже в фитнес клубах мужчины не были так красиво и пропорционально сложены. Лесник ей показался древним богом. Вот уж повезло с фигурой. Она видела скульптуры древних богов в музеях.

На Анежку снизошло озарение. Все вдруг стало на свои места. Обычный городской мужчина не сможет нырнуть в черную реку, не испытывая страха или, по крайней мере, опасения. Только такой, как Михей, сумасшедший отшельник, способен войти в черные воды и выйти из них, как ни в чём не, бывало, наполнившись первозданной силой. Как делал это когда-то Ахилл. Анежка потрогала свой лоб. Кажется, у нее температура. Михей – это не Ахилл. Воображение разыгралось. Михей – дикарь. А дикарям человеческие страхи не прописаны. Он всего лишь обычный мужик, которому природа дала атлетическую фигуру. Злой, нелюдимый, бескомпромиссный дикарь, которому неуютно среди нормальных людей, потому что слишком высокого о себе мнения. Просто ему повезло с генами. Только вот с характером не повезло.

Анежка вышла из своего наблюдательного пункта. Хватит прятаться. Ей, конечно, нравился мужской стриптиз, но не при данных обстоятельствах в её жизни. Здесь все было по-настоящему, никакой игры или фальши. И это пугало не на шутку. Она искала увлекательную работу, а не развлечения. Но и отрицать, что Михей был обычным мужчиной, она не могла. Он вызывал в ней взрывоопасный коктейль ощущений, и причиной было не только его сексуальное, одурманивающее тело. Он притягивал своей силой и таинственностью. Как он смог приручить волчицу? Каким таким способом он научил ее понимать человеческую речь? Волчица была огромная страшная. Альбинос. Такая же, как и лесник. Просто удивительное слияние родственных душ. Два изгоя нашли друг друга. Анежка поморщилась и потёрла шею. Не хотела бы она ещё раз почувствовать на себе волчьи зубы. Как биолог она прекрасно знала повадки животных и понимала, что если бы волчица её хотела убить, то растерзала бы, не напрягаясь. Это была лишь демонстрация её силы. И на том спасибо. Боевое крещение она прошла, обойдясь только потерей своих нервных клеток.

Вопрос был в том, зачем Михей за ней пошёл? Отомстить за нападение? Почему тогда не разбудил и не устроил скандал? Может он решил ее охранять? Вряд ли. Его гордость не позволила бы. Погода стояла замечательная, ей ничего не угрожало. Поводов для волнения она не давала. Она прекрасно ориентировалась на местности, и лесник это уже понял. Охранять или сопровождать ее не было необходимости. Неужели он вернулся, чтобы следить за ней? А может он что-то скрывает? Но что можно скрывать в заповеднике? Секретную лабораторию по изготовлению наркотиков? Нет, это смешно.

Анежка почувствовала, что ее мысли зашли в глубокие дебри, из которых им не выбраться. В таких тупиковых случаях она всегда переключалась на самые простые обыденные вещи, чтобы дать мозгу отдохнуть. Она встала и пошла в лес собирать дрова.

«Хорошо бы еще родник найти».

Под толстыми еловыми ветвями, она нашла сухие ветки и блуждая, совершенно случайно наткнулась на родник. Она всегда находила в лесу то, что хотела. Ноги сами ее вели к нужному месту. Она умылась, набрала воду в пластиковую бутылку и вернулась к реке. На поляне она развела костер и приготовила из тушёнки походный суп. Маленький котелок она носила в рюкзаке. Поев, она расслабилась и совсем успокоилась. Душевное равновесие вернулось, а вместе с ним и позитивный настрой. Анежка затушила костер, сходила к роднику, помыла котелок и набрала воды. Затем она вернулась на поляну с твердой решимостью поговорить с Михеем. Это не было решение проблемы, но и сама проблема пока не обозначилась на горизонте событий. Лесник исчез. Анежка ждала его появления, но он так и не появился. Тогда она решила заняться своими делами. Она собрала рюкзак, взяв с собой только самые необходимые вещи, и отправилась обследовать местность. Она искала следы ахтинаров. Не обнаружив ничего интересного, через какое-то время она вернулась на поляну. Достала блокнот и стала делать по памяти зарисовки растений, которые привлекли ее внимание и которые она не могла классифицировать. Она потеряла счёт времени. Очнулась, когда почувствовала рядом с собой знакомый мужской запах. Она не слышала шагов, лесник передвигался по лесу бесшумно, лишь тонкий мускатный аромат дошел до её носа, возбудив все нервные окончания. От неожиданности она подпрыгнула. Адреналин ударил в голову и о спокойствии и душевном равновесии можно было забыть. Она знала, что предстоял неприятный разговор, а может и того хуже. Но извинятся она не собиралась. Она сбила спесь с надменного и жесткого мужчины, который просто, так ради забавы, натравил на нее дикое животное.

– Я рыбу поймал, сейчас буду жарить на костре. Орлова, ты как? Рыбу ешь?

Анежка проглотила язык. Что происходит? Она собиралась услышать упреки и скандал. Собиралась до последнего отстаивая своё право работать в заповеднике и делать то, что она считает нужным, но она никак не ожидала простого разговора о еде.

– Значит ешь, раз молчишь. Спасибо скажешь потом, когда приготовлю. Вижу, по глазам, у тебя есть вопросы.

Анежка молчала. Она была удивлена спокойным тоном лесника. Неужели он не был обижен? Что он задумал?

– Так просто? Войны не будет? Ты не будешь мстить?

– Нет, ругаться с тобой я не буду и мстить тоже не намерен. Сейчас молчи, поедим, потом спросишь все, что тебя интересует. Будем считать, что досадное недоразумение, между нами, улажено. Да, и прости меня за волчицу. Я не хотел тебя напугать. Липа должна была расставить границы и показать свою власть. Это все равно произошло бы. Но я мог и не быть рядом. Она бы в любом случае напала бы на тебя.

Анежка не верила своему счастью. Вот так без боя, просто и мирно? Даже рыбу сам приготовит? И не упрекнет, что газом его отравила и мучится заставила? Где-то был подвох, но вот где? Она не понимала, что происходит. Конечно, хотелось блаженно закатить глаза и радоваться быстро одержанной победе, но не получалось. Глупой Анежка никогда не была. Доверчивой, доброй -да, но и эти времена остались в прошлом. Обстоятельства отучили её доверять людям и полагаться на их слова. Прививку она получила многократную, болезненную и теперь верила только себе и своей интуиции, которая сейчас почему-то молчала. Значит опасность ей не угрожала. Оставалось только ждать и верить, что ей не предстоит пережить еще одно жесткое разочарование.

– Ты зачем за мной подглядывала днём? Попросила бы по-хорошему, я бы и так разделся. Мы люди взрослые, что нам притворятся? – Михей прямо посмотрел на девушку, лицо которой приобрело малиновый оттенок. Он даже не представлял, что так можно краснеть и смущаться.

– Чего молчишь, может характер тебе мой не нравится? Так я умею быть нежным. Мы можем поладить. Мы могли бы попробовать.

– А если я не хочу ничего пробовать? У меня есть выбор?

– Не думаю. Я привык добиваться того, что хочу. Вопрос только в моем желании. Или нежелании.

Анежка хоть и не умела грубить и хамить, но даже её ангельское терпение заканчивалось. Теперь она наконец-то ясно представляла, зачем Михею понадобилось ломать комедию с ужином на поляне. Женского общения ему захотелось. Это он так с ней заигрывал, как хищник с добычей. Грубый и неотёсанный мужлан. Правда состояла в том, что на десятки километров вокруг ему не одной девушки не встретить, даже гипотетически, а значит и биолог Орлова сгодится. Толстая, уставшая, с подбитым глазом и вывихнутой лодыжкой. Какая разница. Ее желания не интересуют лесника. Ему до неё на самом деле нет никакого дела. Главное удовлетворить собственные потребности. Отказа он не примет. Это ясно. Ну хорошо, она ему устроит весёлую ночку. И не только ночку, завтра весь день будет её вспоминать добрыми словами.

– Характер у тебя, Михей, на редкость гадостный. А я уж эгоистов повидала на своей жизни. Но ты просто всех превзошёл, – лесник ухмыльнулся, Анежка разговаривала – это хороший знак, пусть выскажется, – Предлагаю тебе чай перемирия выпить со мной, а там видно будет. Нужно похоронить топор войны.

– Хорошая идея. А мы и не воевали. Я с девушками не воюю. Утопим топор раздора в чае. А ты сговорчивая, Орлова. Не ожидал такого понимания.

– Я тоже, признаю, что переборщила с перцовым баллоном. Извини, что заставила тебя рыдать. – Ни одна женщина не заставит меня рыдать. Это просто ядовитый газ.

– Да, хорошо. Но ты должен понять, что мне нужна свобода.

– Принимаю, хоть и не понимаю зачем ты это сделала. Я тебе давал свободу в пределах безопасного периметра. Но ты не поняла моей заботы и поддержки. Ушла в лес, не сказав мне ни слова.

– А ты бы мне позволил идти одной к Черной речке?

– Нет.

– Я этого ответа и ожидала.

– Какая-то ты странная, Орлова, безбашенная, если бы я тебя поймал утром, то отлупил бы точно, неужели не боишься? – Михей подозрительно посмотрел на Анежку, которая улыбалась во весь рот как ни в чем не бывало.

– Я трусихой никогда не была. Но я знала, что ты меня не поймаешь. Я бы успела убежать. Только поэтому я атаковала тебя.

– Значит ты знала, как будет действовать газ? Откуда?

– Потом тебе расскажу. Дедушка у меня был не простой. Всему учил.

Михей жарил рыбу. У него на душе потеплело. Оказывается с Орловой можно было общаться.

Пока чай заваривался, рыбка подрумянилась на огне. Идиллию нарушило злобное рычание в кустах.

– Липка, брось. Иди сюда, девочка моя белоснежная. Да не рычи ты, не злись. Она того не стоит.

Анежка чуть не упала в обморок. С волчицей, Михей разговаривал так ласково и проникновенно, что она аж позавидовала. Вот, рядом с кем он показывал свое настоящее лицо. То, которое никто не видел и не знал. Когда Михей отвлекся, она отлила себе чай в кружку. Затем достала из рюкзака пакет с травами и ловко подсыпала в котелок корень алтея. Она всегда его носила с собой на случай отравления, когда нужно было быстро вызвать рвоту и промыть желудок. Процедура неприятная, но жизнь спасала не один раз.

Михей вернулся быстро. Сняв большую рыбу с костра, он ловко разделил её на две порции и подал Анежке ароматный кусок. Она с удовольствием взяла свою часть, так как проголодалась, и очень хотела есть. Обычно ужин она заедала сладкими пироженками и шоколадкой, но со старыми привычками она решила покончить. Последнюю шоколадку она отдала Михею. Пора приводить себя в порядок. Она была так счастлива в заповеднике, что ей не нужны были искусственные заменители удовольствия. Природа наполняла ее тело энергией. И если бы не раздражающий мужчина рядом с ней, то ей бы и не на что было жаловаться. Но и он скоро отстанет он неё. Это произойдет сразу, как только он поймет, что она ему не по зубам. И лучше бы им вообще в будущем не пересекаться.

– Спасибо за рыбу. Очень вкусно.

– Спасибо за чай и шоколадку.

– Где ты рыбу поймал?

– Как где? В речке. Или ты думала, что я ходил на озеро? Если бы ты карту лучше изучала, то знала бы, что озеро находится рядом с кордоном.

Анежка поперхнулась. Хорошо, что она уже съела большую часть рыбы. Аппетит пропал сам собой. Конечно, это был глупый вопрос. Где еще можно поймать рыбу, как не в речке.

– Ты что? Кость застряла?

– Нет, все хорошо, просто наелась. Я теперь на диете, скоро буду стройной и привлекательной.

– Ха-ха, тебе это не грозит. Здесь никто не знает, что такое красота женского тела.

– Ничего, узнаю. Раз мы решили наладить отношения, то я люблю, когда меня называют, Анежка. А еще я люблю рисовать и бродить по лесу. А тебе, я вижу, нравится людей держать в тонусе и делать все по-своему. Ты такой же упрямый, как и я. Как видишь, у каждого есть свои недостатки, даже, если мы не хотим их признавать.

Михей нахмурился. Что эта человечка могла знать о его жизни? Он не очень приветливо посмотрел на нее, но потом его взгляд остановился на её красивой шее. Почему-то ему очень захотелось поцеловать жилку, пульсирующую на белой коже. У него были свои планы на этот вечер и никакими разговорами не изменить то, что должно произойти. Пусть болтает, что хочет.

– Хорошо, А-неж-ка. Имя ужасное, но тебе очень подходит. Завтра утром мы возвращаемся на кордон, больше здесь делать нечего.

– Ну и отлично, как скажешь, я согласна. А сейчас давай выпьем чай на брудершафт. Мы должны научиться понимать друг друга.

– Понимать? Зачем? Ты скоро уедешь, поэтому не лезь в мою жизнь и в мое личное пространство. У нас с тобой ничего нет общего, кроме сегодняшнего вечера или ночи. Не советую строить планы, связанные со мной или с заповедником.

– Да? А мне показалось, что ты этого хочешь, ну, сближения душ и тел, – Анежка вела себя так безрассудно только потому, что знала, что продолжения не будет. Она следила за лесником. Чай он выпил, не расплескав ни капли. Анежка выпила свою кружку, чтобы снять с себя в дальнейшем все подозрения. Только она пила простой чай, а Михей- «заряженный». Все вроде было спокойно. Липка демонстративно копошилась в кустах, не желая приближаться к огню и к Анежке. Михей неохотно, но отвечал на вопросы об ахтинарах. Одновременно он сверлил жадным взглядом дырку в области женской груди, иногда посматривая на нежные пухлые женские губы. Его недвусмысленные взгляды нервировали девушку, но она делала вид, что ничего не понимает, прикидываясь полной идиоткой. Вот и накаркала. Что теперь с этим мужским вниманием делать? Лесник пугал ее, но и притягивал одновременно. Она сама себя не понимала.

После ужина прошло тридцать минут, но реакции не было. Анежка начала нервничать. Неужели она с дозой просчиталась? Ведь не первый год травами занималась, все пропорции знала с детства. Дедушка покойный, девчонкой ее в лес таскал и все ей показывал и рассказывал. Все травы он называл ласково-муравками. Знал, что внучке пригодится его опыт и знания.

Михей собрал палатку для ночёвки. У Анежки затекли ноги, она не могла уже сидеть, но и в палатку идти не желала, надеясь уже больше на чудо, чем на лечебный чай. Черт бы побрал этого лесника. Все ему не по чем. Ни черная речка, ни алтей.

Наконец, трава начала действовать! Михей стал икать и зеленеть прямо на глазах. Его явно мутило, но он держался. Когда сил у него совсем не осталось, он подскочил и побежал в лес без оглядки. Анежка довольно ухмыльнулась. Она знала, что леснику еще долго будет не до приставаний. Романтическая ночь при звездах отменялась. К завтрашнему утру он настолько очистится и обессилит, что с трудом дойдет до кордона. Только она не собиралась с ним возиться. Здесь их пути разойдутся и надолго. Ещё за светло она планировала собрать палатку и пойти вверх по течению речки. Если ее расчеты были правильными, то через несколько километров пути она найдет кварцевые пещеры. Весь день она посвятит пещерам и обследованию территории вокруг них. И уже оттуда двинется назад к кордону. План был замечательный во всех отношениях. Лесник к утру ослабеет и за ней следом не пойдет.

Анежка затушила костер, помыла котелок, собрала вещи и благополучно пошла спать в палатку. Нервы у нее были железные. Михей куда-то запропастился и не давал о себе знать. Этого она и ожидала. Все шло по ее плану. Ей было хорошо, и она не собиралась ни с кем воевать. Во всяком случае в открытую.

Глава 8

– Граэль, как тебе девушка? Что он с ней так возится? В ней есть что-то особенное?

– Не знаю, Лариэль, как по мне, то самая обычная человечка. Ничего примечательного. Белокожая и волосы у нее серебром отливают, ну и что? Разве можно её сравнить с нашими черноволосыми красавицами? Да и фигурой она не удалась. Высокая и бесформенная, бревно, да и только.

– А мне она нравится. Ты не разбираешься в девушках, брат. Эта человечка очень красивая. Но вряд ли Мирт видит это. Он влюблен в другую. Может у нее есть дар? Поэтому она заинтересовала нашего брата? Может она ведьма? Приворожила?

– Не думаю, Лариэль. На земле нет магии. Человечки ее давно потеряли. На мой взгляд, эта девушка ничем не интересна. Зачем защищать ее? Даже, если и сгинет? Какой смысл о ней беспокоиться? Одной больше, одной меньше. Она не из нашего мира. Скучно нашему брату стало, затосковал он, вот и носится за человечкой по лесу.

– Нет, Граэль, она чем-то его зацепила. Но вот чем?

– Да какая разница? Она останется в своем мире и их пути разойдутся. Наш брат должен думать о возвращении домой. Ему нужно вспомнить, кто он есть. Лорды не общаются с простолюдинами. Совсем наш брат озверел в лесу, облик человеческий потерял.

– Что есть, то есть. Мирт очень изменился. Одичал. Много лет прошло, я бы уже с ума сошёл, а он ничего еще, держится. Хотя я его совсем не узнаю. Он потерял лоск и манеры.

– Какие там манеры. Только любовь его удерживает от ярости и необдуманной дурости. Эринола, мать твою, любовь его вечная, чтоб ей провалиться ко всем чертям в преисподнюю.

– Пусть живет пока, брат, она его надежда, а без надежды нельзя, ты же знаешь, как в жизни бывает.

– Знаю, Лариэль, поэтому и терплю. Ну ничего, не долго осталось. Мы вместе должны были отбывать это наказание.

– Да, это точно. Но его упрямство не победить. Жаль, что он нас не видит и не слышит. Ему бы легче было жить, если бы он знал, что мы ждём его и следим за его жизнью. Пусть издалека. Сами страдаем вместе с ним. Все эти годы в разлуке наши души рыдали и тосковали, как и его душа. Все мы связаны. Мы- братья.

– Он узнает, брат, он всё узнает. Время истекло, закрываем канал. Артефакт иссяк. Ничего не видно, туман.

Анежка забыла, как дышать. Она слышала, она все слышала. Странные голоса появились утром, когда она сидела на бревне. Они были явно нечеловеческие. Они звучали откуда-то издалека, глухо и не очень ясно, точно призраки шептались между деревьев. Да и голоса ли это были? Может ей привиделось или прислышалось? Может это у неё в голове все перепуталось и сдвинулось? Она сходит с ума, это точно. Помутнение рассудка начинается с воображаемых голосов в голове. Еще вчера она утешала себя мыслями, что ей почудились странные звуки в лесу, что она слышала всего лишь шум ветра или скрип деревьев. Но теперь, когда она расслышала слова и поняла, что обсуждают её и Михея, ей стало жутко. Нет, это не ее мысли. Тогда чьи? Может приведения? Только какое дело приведениям до того, что с ней происходит? Они могут только пугать живых. Наводить страх и ужас. Но ей не было страшно. Нет, в лесу кто-то был. Кто-то невидимый следил за ней и за лесником. И это были не духи леса, а люди. Она понимала, о чем они думают. Их речь была связанная, логическая. Получается, что о Михее кто-то волновался, а за ней просто наблюдали. Это были разумные существа. И они говорили о магии. Бред какой-то. Где же прячутся эти таинственные наблюдатели и кто такая Эринола?

Значит лесник был влюблен в девушку. Кто она? Эринола- какое странное имя. Его невеста, жена, возлюбленная? Анежка вспомнила весь разговор и разозлилась. Какое право имели незнакомцы так откровенно и нагло обсуждать её фигуру и называть ее простолюдинкой? Какое устаревшее слово. Та, которая не имеет титула или власти. Так в нашей стране ни у кого нет титула. Графья и князья остались в прошлом. Умники. Кто они такие? А хорошим манерам их не учили? Они были уверены, что она их не слышит, но она то всё слышала, только делала вид, что просто отдыхает, сидя на бревне с закрытыми глазами. Хотя это ничего не меняло.

Анежка открыла глаза и огляделась по сторонам, сканируя взглядом каждое дерево и каждый кустик. Ничего необычного не происходило, как она и предполагала. Что же ей теперь делать? Она сумасшедшая? У нее шизофрения? Ладно, об этом она подумает позже. Можно сдуться и сдаться. Вернуться на кордон. Нет, так не пойдет. Она не станет параноиком. Те же голоса она может услышать и рядом с домом. Лучше успокоиться и поразмышлять. А что толку гадать, если она не понимала, с чем или с кем имеет дело. Она могла бы, конечно, вернуться к реке, найти Михея и поделиться с ним своими сомнениями. А что дальше? Он ее поднимет на смех. Обрадуется, потому что она будет выглядеть, как полная дура, рассказывая о таинственных голосах, которые может быть живут исключительно в её голове. Да, она явно сходит с ума. А что, если все сказанное правда? Тогда лесник придет в экстаз. Его любят и ждут в этой стране или в другой, какая разница. Но что ей, Анежки, с этого? Разве станет он объяснять своей временной сотруднице, которую просто терпит, выполняя распоряжение начальства, что его связывает с таинственными голосами? Конечно, нет. Всю информацию он обратит против неё. Лишний раз начнет упрекать ее в неприспособленность к жизни в лесу или воспользуется её рассказом, чтобы сдать директору заповедника на руки, обвинив ее в сумасшествии. Скажет, что у нее крыша поехала.

Анежка задумалась. У неё не было выбора. Она сама должна докопаться до правды. У нее даже заболела голова от мыслей. Страх перед неизвестностью отступил, в душе зарождалось новое чувство. Страшное любопытство. Давно забытый авантюризм поднимал голову, дедушкины гены вдруг ожили, заплясав опасными искрами в серых девичьих глазах. Любопытство просто раздирало её на части. Свербело. Кто эти мужчины, чьи голоса она слышала и как они могут превращаться в невидимых? И почему только она их слышит? Если они родственники Михея, логичнее было бы предположить, что это он должен иметь с ними связь. Но он не чувствовал их присутствие. Телепатия? Или внушение? Они в лесу или в другом месте? Как далеко? Они живые или умершие? Столько вопросов и ни одного ответа. Значит она экстрасенс? Она может читать чужие мысли на расстоянии? Но раньше такого не случалось. Нужно подумать, как аккуратненько расспросить лесника о его родственниках. Где живут, чем занимаются. Может это они экстрасенсы? И какое такое преступление он совершил, что столько лет живет в изгнании? Значит он сам выбрал пройти это наказание? Очень странно. Или он просто прячется от тюрьмы? Значит он преступник? Братьев отмазал, а сам отбывает срок. Тьфу! Ну какой срок, какое преступление! Михей официально устроен на работу и никаких за ним грехов не числится или числится? А ей не сказали? Может это банда? И директор с бухгалтером в одном преступлении замешаны? Но ей они показались милыми людьми. Хотя и милые люди могут прикрывать преступников. Возможно, Михей их родственник.

Анежка просто лопалась от любопытства. Но сейчас было не то время и, не то место, чтобы по-хитрому устроить допрос леснику. Она взгромоздила на спину рюкзак, палатку, и направилась к скалам. Она шла твердым уверенным шагом, не уставая удивляться сама себе. Как же быстро ее страх сменился любопытством. Погода стояла отличная, птички весело щебетали, радуясь солнечному дню. Анежка шла быстро. Нога уже не болела, мышцы привыкли к нагрузке. Навигатор в ее голове вел ее в нужное место. Не было сомнения, что она идет правильным путем. До пещер оставалось каких-то пару километров. Лес становился редким и легко проходимым. Она шла на автопилоте, все её мысли были посвящены таинственным голосам и их связи с лесником.

Выходило, что голоса могла слышать только она. Это открытие не давало покоя, оно щекотало нервы и будило любопытство. Вместо того, чтобы трястись за свою жизнь и бояться своей же тени, Анежка легко приняла правила новой игры и уже обдумывала, какой ей сделать следующий шаг. Она была внучкой командира, офицера армии. Она с гордостью носила свою фамилию, представляя себя разведчицей, которой нужно добыть информацию в тылу врага. Добыть информацию, не вызвав подозрение.

«Анна, подними голову и перестань рыдать, Орловы не сдаются!» – так всегда ей в детстве говорил дедушка и он, конечно, был тысячу раз прав.

Анежка резко остановилась и замерла. Дорогу ей преградила белая волчица, похожая на монстров из фантастических фильмов. Липа, так, кажется, Михей ее звал. Не Липа, а лапа, огромная белая лапа со страшными когтями зло ковыряла землю перед девушкой, не давая ей идти вперед. Зверь появился неоткуда и его намерения были понятны для биолога, изучающего повадки животных много лет. Липа угрожала. Анежка не двигалась. Она сразу уловила, что означает волчий оскал. Она не желала снова почувствовать волчью пасть у себя на шее. Лучше подождать её хозяина. А то, что Михей где-то рядом, она не сомневалась. Волчица призывно завыла, намеренно зарождая в человечке первобытный страх. Казалось, что животное намного разумнее, чем её собратья, бегающие по лесу в поисках пищи. Слишком осознанный взгляд был у хищницы. Анежка не шевелилась. Но и не отступала. Она стояла, не двигаясь. Прошло несколько минут.

– А, вот ты где, иди Липа, погуляй, нам нужно поговорить с биологом Орловой на очень серьезную тему.

Анежка отмерла, как только волчица исчезла в кустах. Даже Михей её так не пугал. Хотя вид у него был неважный. Щеки ввалились, а двухдневная щетина придавала лицу абсолютно лютый вид. Только глаза у лесника подозрительно блестели, когда он смотрел на девушку. Анежка отвела взгляд. Чувство вины, кажется, было написано у неё на лбу. Но признаваться в содеянном она не могла, это было равносильным подписать себе смертельный приговор.

– Биолог Орлова, ты долго собираешься бегать от меня по лесу? – Михей был мрачен и зол – ты ещё не поняла, что я здесь хозяин и ты будешь делать то, что я скажу, даже, если тебе не хочется?

Девушка удивленно уставилась на лесника. Такого повелительного тона она раньше не замечала. Ему очень плохо, и он пытается отыграться на ней? Не получится!

– Михей, если ты не в курсе, у меня есть свои чёткие представления о том, чем я должна заниматься в заповеднике. И никто мне официально не ограничивал зону передвижения. Или у тебя есть распоряжение начальства? Нет? Тогда ты не имеешь права указывать, что мне делать. Ты мне не директор, я подчиняюсь напрямую Олегу Ефремовичу, а ты –просто лесник, вот и топай своей дорогой. И не смей на меня больше натравливать дикое животное! А то я рапорт на тебя напишу.

Михей не ожидал такого отпора. Но спорить у него не было сил. Он всю ночь не спал и чувствовал себя измученным.

– Липа не дикая, а вполне разумная самка вилкообразной собаки. И будет по умней некоторых людей, – Анежка увидела, как заходили желваки на лице Михея. Злится. Может она и перегнула палку, но ей нужно было отвоевать свою свободу любой ценой, иначе все её планы превратятся в тлен. Нужно наступать. Блефовать и наступать.

– И не думай, что я боюсь тебя или твою волчицу, просто связываться неохота и калечить животное, – было не понятно, что смешного сказала девушка, но лесник неожиданно улыбнулся.

– Ага, я заметил, как ты не боишься. Липу нельзя не бояться, она -дикий зверь, который слушается только меня. Это тебе на будущее. Волчица будет меня защищать до последнего вздоха. А вот у тебя Орлова проблемы с коммуникацией. Ты слышала такое слово-напарник?

Анежка в душе расцвела. Она выиграла маленькое сражение. Михей ей в напарники набивается! Так держать, Орлова!

– Мне все равно, что ты обо мне думаешь. Я не нуждаюсь в таком напарнике, как ты. Напарники должны слышать и уважать друг друга. Ты не умеешь это делать. Я все смогу сделать сама. Просто не мешай мне. И ночью в грозу я тебя не заставляла приходить мне на помощь. У меня все было под контролем.

– Если у тебя все было под контролем, почему ты тогда мычала от страха в рацию?

– Это была плохая связь. Я четко сказала, что у меня все хорошо.

– Понятно, – Михей внимательно присмотрелся к девушке, она его удивляла, – а ты смелая, Орлова. Глупая, упрямая, но смелая. Надо же такой твердолобой быть.

Анежка растерялась, не понимая, то ли ей сделали комплимент, то ли обозвали. Но огрызаться расхотелось. Лучше плохой мир, чем любая война. Лесник уже понял, что она не ванильная конфетка с мармеладной начинкой. Можно было сбавлять обороты и потихоньку начинать все выспрашивать. Кстати, и о волке-мутанте нужно все узнать. Скорее всего, это результат радиации. Бывают же животные с двумя головами, шестью лапами. Где же Михей нашел эту волчицу?

– Давай так, можешь гулять по заповеднику, где хочешь, но в пещеры я тебя не пущу, и не мечтай. Там тебя ничего хорошего не ждёт. Ахтинаров там нет. Там вообще никаких животных нет.

– Почему мне нельзя в пещеры? Ты что-то знаешь о пещерах и не хочешь мне говорить? Что там – радиация? Космический корабль? Подпольная фабрика? Или военная база? – Анежка не сдавалась. Зря он это сказал. Теперь она точно хотела попасть в пещеры. Угрозами её не проймешь, не на ту нарвался. Запрещают там, где хотят что-то скрыть.

– Богатая фантазия. Фильмов насмотрелась. Считай, что там аномальная зона. Статистика такова, что за последние десять лет в районе пещер бесследно исчезли двенадцать человек, Олег Ефремович не рассказал тебе? Можешь выйти на связь и всё сама подробно расспросить. Это не мои фантазии. В пещерах огромное количество проходов и коридоров. Люди там пропадают. Теряются и пропадают. От голода и от холода умирают. Карт нет. Спасти их никто не может. Никакой мистики. Человеческое безрассудство.

Лицо девушки вытянулось. Этого она, конечно, не ожидала. Одно дело исчезнувшие животные, но люди? Куда могли пропасть люди?

– Я об этом не слышала. Зачем они идут в пещеры, зная, что там их ждет смерть?

– И не услышишь. Начальство замалчивает эти факты. Так как не хочет, чтобы заповедник получил дурную славу и лишился денег, которые государство и спонсоры хотят выделить на исследования. Вот так Орлова, если ты хочешь продолжить статистику пропавших без вести-можешь идти, привязывать к дереву я тебя не буду. Но я тебя предупредил. Ты просто пополнишь список придурков, которые без вести пропали в пещерных лабиринтах в поисках острых ощущений.

Анежка совсем поникла, растеряв весь боевой пыл. Любопытство еще свербело, но уже не так сильно. Конечно, она не поверила Михею. Он что-то знал, но скрывал. Аномальная зона! Вот ключ к разгадке. Вот почему волчица в два раза больше обычного местного волка. И именно поэтому невидимые голоса проникли в ее голову. Это галлюцинации. Она про такое читала об аномальных местах.

– Люди пропадают бесследно, а ты жив и ничего с тобой не происходит.

– Я не суюсь туда, куда не нужно.

– А ты ничего подозрительного не слышал? Голоса какие-нибудь странные не появлялись в твоей голове?

– Орлова, какие голоса? Опытные спелеологи заходят в пещеры, бродят там и теряются. Обычная история. Забудь про аномальную зону, это я тебе специально сказал, чтобы напугать, нет здесь ничего необычного, -Михей уже понял, что с девушкой нужно держать ухо востро и фильтровать каждое слово. Не мог же он ей рассказать, что портал каким-то непонятным образом периодически открывается. Кто-то нарушает закон. Кто-то его открывает, и путешественники между мирами пересекают невидимую границу. Возможно, этот кто-то зарабатывает на этом. Так сказать, контрабанду людьми делает. Но выловить преступника Михею так и не удалось. Хитрый гад и скользкий. Только этот умник умеет открывать портал, но не умеет его закрывать. Поэтому и ахтинары оказались в чужом мире. Липа тоже каким-то образом прошла портал. Всех животных он отловил и вернул домой. Через месяц он запечатает портал навсегда. По крайней мере только он сможет его открыть снова, если в этом будет необходимость.

– Ладно, пойдем назад. Пока я не готова погибать просто так за любопытство. Но со временем я разберусь и узнаю, что там происходит и куда деваются люди.

– Конечно, я не сомневаюсь. С твоими талантами ты все разузнаешь, – Михей усмехнулся, он выиграл время. Но пока не избавился от назойливой девчонки, а лишь разогрел её нездоровое любопытство. Можно было радоваться, но желудок скрутил очередной болезненный спазм и ему стало совсем не до празднования победы. Он согнулся пополам и осел на землю. Желудок горел огнем.

Анежка, увидев страдания лесника, расчувствовалась. Какая же она стерва. Ей даже стало его жалко. Может она переборщила с дозой? Слишком он реагировал болезненно.

– Слушай, Михей, давай я тебе ромашку заварю, всё легче будет, – не дожидаясь ответа, она бросилась разводить костер и искать в рюкзаке ромашку. Она ещё не завтракала, и её желудок громко урчал, требуя еду. Когда спасительный чай был готов, она достала из своего рюкзака припрятанную на самый крайний случай плитку с чёрным шоколадом и честно разделила ее с лесником.

– Спасибо, вроде полегче стало. А где ты ромашку взяла?

– С собой привезла, я травами лечусь, таблетки не пью.

– Что-то мне опять плохо стало, ничего не могу проглотить. Спазмы в желудке. Никогда такого со мной не было. Огнем все горит. И тошнит.

– Да ты не волнуйся, скоро пройдет, алтей быстро выводится из организма, зато желудок хорошо прочищает, просто пей воды побольше, – Анежка вдруг сообразила, что сказала, но было уже поздно. Она перестала жевать шоколад и замерла. Вот и пришел ее конец. Липкий пот прошиб ее насквозь. Какая же она дура языкатая. Полная идиотка. Шоколадные эндорфины ударили ей в голову, сделав её безмозглой курицей. Михей тоже перестал пить чай с ромашкой. Он на секунду замер, переваривая сказанное. Потом, словно кобра в атаке, он бросился к рюкзаку Анежки и молниеносным движением вывернул его на изнанку, выпотрошив из него всё содержимое на траву. Найти пакетик с нужными травками-муравками ему не составило труда.

– Это что? Это ты меня отравила? – кажется даже деревья перестали шелестеть, такое напряжение зависло в воздухе, – ну ты и гадина, подлая и мерзкая гадина, Орлова. Я тебе рыбу готовил, а ты мне отраву подсунула? Ну ты и тварь. Все наши договоренности я расторгаю! Для меня ты не существуешь!

У девушки покатились по лицу слезы. Больше Михей не проронил ни слова. Он собрал все свои вещи и молча направился в лес. Анежка уже рыдала во все горло. То, что ей вчера еще казалось безобидной шуткой, шалостью, сегодня при свете дня выглядело, как преступление. Она всего лишь хотела снять спесь с лесника, проучить его. Ну и заодно отвадить от себя, задержать его, чтобы не путался под ногами. Вот и отвадила. Аж самой тошно.

Анежка продолжала горько рыдать и сопеть. Правильно сказал Михей- она настоящая гадина и нет ей прощения. Сделала пакость, применила тайное оружие -так молчи, держи язык за зубами. Это же надо такой простушкой быть. Ну как она могла проговориться? А ведь все хорошо было. И отношения уже налаживались между ними. Пусть не дружеские, но вполне сносные для коллег, живущих рядом. Лесник за ее жизнь беспокоился, поэтому не пускал к пещерам и волчицу на неё натравливал. Он переживал за нее искренне, наставляя её, как неразумное дитя. А она шла напролом к своей цели. Ну вот и пришла. Наслаждайся победой! Отвадила мужика. Окончательно и бесповоротно. Все разрушила своими же руками. Анежка размазала по лицу грязные шоколадные слезы и вдруг вспомнила, что у нее есть козырь, о котором Михей не знает. Голоса! Она расскажет ему о голосах и может тогда он простит все и забудет. Или сдаст в сумасшедший дом. Другому не бывать. Ей уже терять нечего. В пещеры соваться одной не стоит, это понятно, о помощи лесника ей нужно забыть. Теперь каждый сам за себя. Не то, чтобы она боялась наткнуться на трупы заблудившихся спелеологов, нет, просто у нее пропал азарт и настроение. И вообще, она устала воевать с Михеем. Она просто устала. Нужно с лесником подружиться и уговорить его пойти в пещеры. Так, на всякий случай, для подстраховки. Ей нужен компаньон.

Есть план, есть выход. Она заинтригует Михея таинственными голосами, а он поможет ей в ее делах. Она заслужит его доверие, и он оставит её в заповеднике. Только бы он ее выслушал спокойно и поверил ее рассказу.

– Михей, стой! Стой! – девушка быстро собрала рюкзак и побежала вслед за лесником. Она нужна ему, как пить дать, нужна. Только бы он понял это и оставил её рядом с собой.

Глава 9

– Михей, ну прости, прости, я не хотела! Стой! Остановись, я же просто пошутила. Это шутка была. Ну может переборщила с дозой! Это не специально, – Анежка бежала за лесником, который несся, как угорелый. Она едва поспевала за его быстрыми шагами. Она начала задыхаться и отставать, но Михей ее не слушал, он даже не смотрел в её сторону. Ему было все равно. В этой неравной гонке она проигрывала, у неё почти не оставалось шансов догнать его. Тогда она решила выложить все козыри сразу.

– Я слышала голоса твоих родственников или друзей, я не знаю, кто они! Но они говорили о тебе!

Лесник резко затормозился и развернулся.

– Ты что, дура? Или ничего вообще не боишься? Нет у меня здесь ни родственников, ни друзей и быть не может! – Михей схватил девушку за плечи и неприятно потряс.

– Отстань от меня! Я сыт по горло твоими глупостями! – Колючим, пронизывающим взглядом он взглядом посмотрел ей в глаза. Анежке сразу захотелось спрятаться, захлопнуть глаза и убежать. Но она не отвела взгляд. Ей было тяжело, неуютно и даже больно, как будто тонким скальпелем снимали слой за слоем в её мозгу. И когда сил уже совсем не осталось, Михей разжал свои стальные объятия и отвел свой взгляд. Анежка перевела дыхание и сморгнула предательские слезы.

– Но это правда! Утром я слышала разговор двух мужчин. Только я их не видела. Я не знаю, как тебе объяснить.

– Твои галлюцинации меня не интересуют, меньше дряни всякой нужно употреблять.

– Я не употребляю наркоту. Ты что? Я в жизни ничего такого не пробовала. Послушай, это были только голоса, людей не было.

– Вот уж послал мне Ефремыч проблему, благодарствую. Орлова, я уже понял, что ты ты стерва отменная, так у тебя еще и крыша капает? Ты из какой дурки выписалась?

– Я не стерва, Михей, и не сумасшедшая. Ну прости! Я не делаю людям подлости. Никогда. Я не такая. Просто ты меня достал. Ты слишком самоуверенный и надменный, я хотела тебя немного проучить.

– Что? Меня учить? – Михей возвел глаза к небу, – Ты считаешь, что можешь меня чему-то поучать? Ты -маленькая, капризная девчонка, которую мало в детстве били и наказывали! Ты возомнила, что то-то знаешь об этом мире! Ты ничего не знаешь! Тупая и дрянная девчонка! Еще и сумасшедшая!

– Я не сумасшедшая …– Анежка начала рыдать. Как всегда, это было не вовремя.

Михей остановился и выругался. Как же он ненавидел женщин в этом мире. Они были способны только унижаться. Любой мужчина мог об них вытереть ноги. Никогда бы гордая Эринола не показала бы ему свою слабость. Рыдать перед мужчиной – это показывать свое бессилие. Глупо и унизительно.

– Меня слезами не проймешь, вытри лицо и не унижайся. Ты выглядишь жалко.

Анежка проглотила слезы. Деда вспомнила. Он смотрел на нее укоризненно.

«Анна Орлова, где твоя гордость? Ты забыла, чему я тебя учил? Не нужно показывать слабость перед противником. Ты -Анна, а не Анежка. Помни! Выше голову!»

– Ладно, хватит у меня под ногами путаться. Что именно ты слышала?

– Михей, миленький, я все тебе расскажу в обмен на маленькую услугу.

– Что?! Ты меня шантажируешь!?

– Разреши мне остаться в заповеднике, я же не дура и понимаю, что ты меня просто выживаешь.

Я признаю, что ты здесь хозяин и тебе не нравится мое присутствие. Это я уже поняла. Но я буду вести себя очень тихо. Ты и не заметишь, что я рядом живу. По рукам?

– Да ты ещё более безумная, чем я предполагал. Ты со мной торгуешься? Ты, как кость у меня в горле. Острая противная кость.

– Я не такая, как ты думаешь.

– А что я думаю?

– Что я подлая и лживая. Но пойми, это не так. Просто я не знала, как с тобой сладить. Ты ведь даже не спрашивал, что я хочу.

– Для этого у человека язык есть. Ты могла бы поговорить со мной. Зачем ты меня отравила? Ты хотела меня убить? Отвечай!

– Нет! Ты что! Я знаю дозы, я хотела тебя вывести бы из строя на несколько часов.

– Но зачем? Ничего не понимаю.

– Ну, просто я не хотела, чтобы ты ко мне приставал ночью.

– Что? – Михей округлил глаза от удивления. Вот это поворот. Он мог ожидать все, что угодно, только не такого ответа.

– Ну, у тебя, очевидно, давно не было женщины, а мне не хотелось быть просто чьим-то развлечением на ночь, ты, конечно, интересный мужчина, привлекательный, но меня не интересует такая связь на одну ночь, – Анежка покраснела и отвернулась. Слава ей дались нелегко, но она училась отстаивать свою позицию, пусть глупо, пусть коряво, но больше она не позволит мужчинам крутить собой, как куклой безмозглой.

– Дура, а просто ты не могла мне это сказать, а не задницей вилять у меня перед носом и сиськи выставлять на показ?

– Я виляла задницей? Я выставляла… Да у меня даже в мыслях не было! Самовлюбленный индюк! Ты вообще не в моем вкусе. Мне нравятся мужчины умные, обходительные, воспитанные. Ты ещё хуже, чем я о тебе думала. Социопат и идиот, озабоченный при этом.

– Всё сказала? – лесник стал чернее тучи.

– Все, – Анежка выдохнула.

– Подведем жирную черту. Мы -коллеги и ничего больше между нами быть не может. Никакого интима или намеков на него. Ты меня не интересуешь, как женщина. Все понятно?

– Да. Ты меня тоже не интересуешь ни в каком виде. Я работать приехала, а не романы крутить.

– Ну и отлично. Работай, Орлова, работай!

– Буду работать, не сомневайся! А про твои увлечения я и так уже все знаю. Тебя интересует лишь твоя Эринола. Ну и отлично. Все предельно ясно. Для всех.

– Что? Что ты сказала? Повтори! Откуда ты знаешь это имя? -Михей не мог поверить своим ушам. Никто в этом мире не мог знать имя его любимой женщины. НИКТО!

– Ага, вот теперь ты мне поверил! Я не сумасшедшая. Это не все. Я знаю, как зовут твоих братьев. Их зовут Лариэль и Граэль.

– Что?

– Это итальянские имена или французские? У вас один отец или разные? Почему они тебя Миртом называли? У тебя два имени? Или Михей – это твое не настоящее имя? – Анежка не могла сдержать свое любопытство. История была загадочная.

– Ну что ты молчишь? Я сумасшедшая? Это мои фантазии? Скажи мне правду, если это так, то я завтра же уеду из заповедника. Буду лечиться.

– Хорошо, успокойся, ты не сумасшедшая. Теперь я тебе верю и готов тебя выслушать. Расскажи мне в подробностях, что ты слышала. Рыдать не смей и обижаться не смей. Забыла, что я пострадавший? Захочу, так быстро вылетишь из заповедника.

Анежка все рассказала. Михей задумчиво молчал, переваривая услышанное.

– Никаких вопросов. Это не твое дело. Просто помолчи.

Анежка поникла. По её лицу, Михей спокойно мог прочитать весь ход её невеселых мыслей. Хитрить она никогда не умела, как и скрывать свои эмоции. Лесника прорвало, точно плотину.

– Что не нравлюсь? Грубый и неотесанный? Не так ты представляла свою первую работу? Думала, что все тебя на руках будут носить, любить и холить? Так тебя никто не держит, можешь собирать вещи и отправляться назад в город. Вообще не понимаю, что ты здесь забыла.

– А вот это, Михей, уже не твое дело. Мы заключим с тобой договор чести. Я тебе рассказываю про голоса, а ты меня оставляешь в покое. Мы не пересекаемся. Я стану для тебя просто невидимкой. Притворись, что нет меня, не замечай и всё, – Анежка и сама не понимала, что творит, но кажется, её речь произвела впечатление на лесника. Он как-то странно на неё посмотрел, точно заново оценивая и прикидывая, что же за зверь прибыл в его берлогу.

– Договор чести значит, а это интересно. Ты считаешь, что я человек чести?

– Ну, не знаю, может и был когда-то, мне хочется в это верить, но ты не подлец, это уж точно. И потом, чем я рискую? Захочешь нарушить слово – я не смогу тебя остановить. Ты лишь разочаруешь меня, как многие другие до тебя. Подумаешь, одним разочарованием больше, одним меньше.

Анежка отвернулась, она ждала ответа, нервно комкая свою рубашку. Ну почему она наступает на одни и те же грабли? Ведь знает, что прямолинейность и непосредственность не помогают, а лишь осложняют ей жизнь.

– А тебя многие разочаровывали? Может дело в тебе? Ты же неудачница, у тебя на лбу написано, что ты –никто. Тебе даже в большом городе места не нашлось. Полный ноль, а не женщина. И тянет к тебе таких же идиотов, но даже они не могут с тобой рядом долго находиться.

Анежка ждала лживых обещаний или угроз, но то, что разговор перейдет на её личную жизнь, да еще в таком оскорбительном русле, она не ожидала. Она растерялась, не зная, как себя вести. Она хотела расставить границы. Сделать так, как ее учил психолог, но на практике это не так-то легко было сделать. Прежняя Анежка бы промолчала, стерпев все обиды. Но лес питал её, давая силы бороться за себя. Нет, она не тряпка и не позволит, чтобы какой-то мужлан оскорблял её, причём незаслуженно. Он о ней ничего не знает. Впервые Анежка разозлилась по-настоящему и больше она не собиралась никого жалеть и сочувствовать.

– Моя жизнь тебя не касается, лесник. Ты хочешь получать информацию о своих родственниках, а я хочу просто спокойно здесь жить и работать. Я не лезу в твою личную жизнь, ты- в мою. Либо так, либо никак. Если не дашь обещание, я тебе больше ничего не скажу. Можешь бить и пытать меня.

– Ты упрямая, как ослица, к тому же и шантажистка. Да я тебя пальцем не трону. Ты мне не интересна. Умная девушка бы задумалась о своей жизни, но это не про тебя. Ты ведь сама не знаешь, что хочешь. Сумасбродка! Тебе далеко до моей… – Михей прервался на полуслове, он разглядывал Анежку. Что-то было не так с этой девушкой. Сначала рыдает, точно ребенок малый, а потом вдруг становится тверже скалы и предъявляет ультиматумы. Он не мог ее разгадать и просчитать. Она была непредсказуема, как хаос. Это настораживало, но и манило одновременно.

– А о ком ты сейчас думал, смотря на меня? С кем сравнивал? До кого мне далеко? Может ты меня сравнивал с твоей непревзойдённой Эринолой?

Михей вздрогнул. Анежка прочитала его мысли.

– Это её ты имел ввиду? Твой неземной идеал? Та, которая все знает и умеет себя правильно вести? Мисс совершенство? А она вообще существует? Извини, что не дотягиваю до твоей небесной Эринолы, но я родилась не для того, чтобы чьи-то запросы удовлетворять. Я такая, какая есть. Я – обычная девушка со своими тараканами в голове. Думаешь твоя любовь, Эринола, сидит и ждет тебя, смиренно вздыхая, когда ты вернешься? Да у нее уже давно есть любовник, а может и не один, – высказавшись, Анежка прикусила до крови губы, так как увидела перекошенное от злости лицо Михея. Она поняла, что баллончик с газом её уже не спасет. Это был конец. Живой она из леса не выйдет, даже тело её не найдут. Все закончится быстро.

То, что случилось потом, она вспоминала, как страшный сон. Лесник запрокинул её на свое плечо и потащил к Чёрной речке. Причем, о шёл, не разбирая дороги. Рюкзак она потеряла по дороге. Ветки хлестали её по лицу, били по рукам, кажется она кричала, брыкалась, даже ругалась, вспоминая весь свой небогатый запас матерных слов, но все звуки и эмоции пропали, когда Михей подошел в речке и она почувствовала абсолютно мёртвое энергетическое поле. Ей стало так страшно, как никогда в жизни. Она вцепилась в одежду лесника мёртвой хваткой. Пусть лучше сразу убьет, не мучая. Она панически боялась Черной речки.

– Нет! Только не в эту речку! Только не в эту воду! – это были последние ее слова.

Ему пришлось с силой разгибать её сжатые до боли побелевшие пальцы, чтобы отодрать от себя. Затем случилось то, что и должно было случится. Михей отцепил ее от себя и бросил в черную воду. В тоже мгновение она умерла. Возможно, это был сердечный приступ или эпилептический удар, может ещё что-то, но она умерла на самом деле. Её душа отделилась от тела и полетела вверх. Тело обмякло и ушло на дно, уносимое неспешным течение реки. И сразу стало так хорошо и легко, как никогда в жизни. Наконец-то она освободилась от всех терзавших её проблем, неразберих и неудач. Анежкина душа ликовала, она чувствовала себя перышком, легким и парящим. Она стремилась вверх к чистому свету.

«Рано, Анежка, слишком рано ты хочешь всё бросить. Ты должна вернуться. Ты-сильная, я знаю. Просто ты не такая, как все, поэтому тебе и тяжело в этом мире. Возвращайся в тело, Анежка!»

«Кто ты? Я тебя не вижу и не узнаю твой голос!»

«Я -дух леса, я всегда был рядом с тобой, с самого твоего рождения. Ты чувствовала мою защиту, когда находилась в лесу. Я –дерево, которое тебя защищает, я травинка, которая тебя оберегает, я –земля, которая дает тебе силу. Я -твой оберег. Теперь ты дома. Ты должна жить. Живи Анна, у тебя все получится, просто путь у тебя непростой».

«Почему меня молния ударила в детстве? Ты не защитил меня. Почему?»

«Молния ударила в тебя, чтобы укрепить нашу связь. Это было необходимо».

Кто-то насильно потянул парящую душу и запихнул её назад в тело. Стало опять страшно, больно и очень неуютно.

– Орлова, дыши! Дыши, кому говорю! – Михей, делал искусственное дыхание распластанной на траве девушке. Он боролся за ее жизнь. Он не хотел ее смерти. Она еще молодая и неопытная. Она должна жить и набивать свои шишки.

– Дыши, ты должна жить!

Анежка начала выплевывать черную жижу из рта, освобождая легкие. Кашлять было больно. Легкие пекли огнем.

– Вот так, молодец, девочка, – Михей поддержал Анежку, помогая ей приподняться. Вода стала выливаться из рта.

Сначала он решил, что она играет с ним, пугая, поэтому не выныривает на поверхность реки. Но когда прошла минута, за ней потянулась другая и девушка не всплыла, он понял, что ситуация вышла из-под контроля. Девчонка не умела плавать или боялась воды. Ему это и в голову не могло прийти. И тогда он сам нырнул за ней в чёрный омут. Он нырял и нырял, много раз. Он обыскивал дно, пока не нашел ее безжизненное тело.

Да, он разозлился. Он был так зол, что мог бы убить, но не слабую, глупую девушку, а достойного соперника. Он не хотел Анежке смерти. Она не виновата, что он злился на весь мир, что оказался в заповеднике, как в западне, вдали от своей невесты и вдали от своего мира.

– Ну вот, наконец-то ты пришла в себя.

– Я жива? – девушка с трудом открыла глаза.

– Да, жива. Как видишь, моя шутка тоже не удалась. Предлагаю все забыть и начать сначала. Я не знал, что ты не умеешь плавать, просто хотел тебя немного охладить. Прости.

Анежка промолчала. Плавала она очень хорошо и дело было не в этом. Но зачем раскрываться чужому человеку, который мог в любой момент воспользоваться её слабостью?

– Проехали, будем считать это несчастным случаем. Только, пожалуйста, отнеси меня подальше в лес, я не могу находиться рядом с этой речкой.

– Хорошо, как скажешь. Я костёр разведу, просушим одежду, отдохнем, а потом пойдем назад. Хватит на сегодня приключений. Потом мне еще раз расскажешь о голосах, которые слышала. Наш договор вступает в силу.

Анежка и сама устала. Ей не хотелось ни с кем общаться. Она была полностью истощена. Многочисленные царапины и синяки на теле приносили неудобство и боль. Она должна была собраться с мыслями и всё обдумать. Слишком много на неё навалилось за последнее время.

Весь оставшийся день они провели вместе. Михей вернулся на тропу и нашел в кустах ее рюкзак. Он был вежлив и ухаживал за ней как мог. Разговор у костра удался.

– Да, это действительно были мои братья. Ты не могла знать их имена. Я тебе верю. Но они сейчас очень далеко.

– В другой стране? Имена какие-то иностранные.

– Да, в другой стране и они не говорят по-русски. Но как ты их язык поняла? Это для меня загадка.

– Ну, я такое в книжках читала. Наверное, у меня какие-то способности есть. Я не язык их поняла, не слова, а мысли-формы, образы. Типа телепатия, только неправильная, односторонняя. Как приемник, который работает только на прем сигнала, а сам ничего не может передать, – Анежка улыбнулась. Она вся была неправильная, – Я еще не разобралась, что это было. Место там у речки особенное. Ты же говорил, что там аномальная зона? Видно, я как-то мысли и прочитала твоих братьев.

Михей знал об аномалиях возле Черной речки. Портал излучал энергию. Но люди не должны были ее чувствовать. Это было странно.

Михей старался проявить заботу, как мог. Он разложил палатку, чтобы девушка отдохнула. Просушил свою и ее одежду. Потом приготовил еду. Когда возвращались домой, он выбирал легкие тропы, делал частые передышки и привалы. Все ради нее. Тяжелую палатку нес сам. На кордон они вернулись уже поздно ночью, утомленные, голодные и раздражённые. Михея преследовало чувство вины, граничащее с неудовлетворенностью. Недосказанность витала в воздухе. Он всю дорогу думал, как городская девчонка узнала о его Эриноле и о братьях? Как это было технически возможно? Вывод напрашивался единственный: Орлова действительно что-то слышала в лесу. Значит у нее есть дар. И только этот факт заставлял его повнимательней присмотреться к человечку. Может пока и рано её отправлять в город. Нужно ее изучить. Возможно, она владела способностями, о которых сама не знала. Но это означало продолжать общаться. Довериться незнакомке, жить с ней рядом – это противоречило природе Михея. Он доверял только своей семье и своей любимой женщине, больше никому. С другой стороны, что он терял? Через месяц он и так покинет этот мир навсегда. Так почему бы ему не воспользоваться таким удачным стечением обстоятельств? Анежка глупая и доверчивая, она поверит в любую историю, которую он ей расскажет. Можно немного поразвлечься и разнообразить свою жизнь.

Михей не был подлецом и обманщиком, он просто не считал, что его жизненные принципы должны распространятся на мир людей. Не то, чтобы он презирал людей, нет, он просто их игнорировал. Поэтому он почти ни с кем не общался. Он не хотел налаживать связи, потому что не принимал реальность и не мирился с ней. Но он забыл, что даже маленькая капля, упавшая на гладь спокойной воды, может дать колебания всему озеру. А Анежка не была каплей, среди множества одинаковых каплей, как бы Михею это не хотелось. В ней была скрыта буря, которая могла всколыхнуть всё озеро до самого дна.

Глава 10

Анежка встала поздно. День был солнечным и по летнему радостным. Она хотела сделать зарядку, но все мышцы ныли, призывая к разумной сдержанности. Тело болело, но душа, чудесно спасенная духом леса, пела и плясала одновременно. Анежку переполняла радость. Она была жива. Это одушевляло и вдохновляло. Настроение было отличное, хотелось жить полной грудью. И даже грозный вид огромной волчицы, растянувшейся поперек деревянного крыльца, не вселял уже такой ужас, как раньше. Анежка вышла на крыльцо и вздохнула полной грудью чистый воздух. Волчица за ней наблюдала, но не двигалась и не рычала.

– Липа, Липушка, Липуня, ты просто большая собака и всё, – девушка осторожно обошла лежащее животное и направилась к озеру. Она и не сомневалась, что волчица пойдет за ней. Со вчерашнего дня всё поменялось. Теперь Липа выступала в роли её личного телохранителя. Пока Михею нужна биолог Орлова, волчица её не тронет. Наоборот, теперь она будет следить за каждым ее шагом. Как все эти хитросплетения человеческих отношений лесник доносит до разума животного? Анежка не могла найти ответ, но связь между волчицей и лесником была осязаемой. Липа презирала девушку, не доверяла ей. Была бы ее воля- она бы игнорировала её присутствие на кордоне, но команды своего вожака она выполняла беспрекословно. Когда Анежка подошла к озеру, она отчётливо почувствовала на своей спине внимательный взгляд умных волчьих глаз. Волчица, точно незримая тень, следовала за ней по пятам. Это уже не напрягало, как раньше. Анежка понимала, что за ней наблюдает не только Липа, но и весь лес. И как не странно, это открытие не напугало её, а наоборот раззадорило. Нужно было проверить –сможет ли она войти в воду после вчерашнего чудесного воскрешения? Будет ли ее преследовать страх или опасаться стоит только Черной речки с её мутной водой? Нужно было проверить.

Девушка приблизилась к кромке берега озера и ничего не почувствовала. Ни страха, ни волнения. Как-будто и не тонула она вчера. Затем она зашла в воду по колено и опять ничего не почувствовала, кроме освежающей прохлады прозрачной воды. Все инстинкты молчали. Эксперимент можно было не продолжать, страха не было и в помине, но плавать как-то расхотелось. Солнце только пробивалось сквозь густую листву деревьев и было ещё по-утреннему свежо. Вода была прохладная. Быстро умывшись, Анежка вернулась на берег. Удобно расположившись на большом бревне, она достала из рюкзака термос с чаем из трав и бутерброд с вяленым мясом. Много лет она мечтала вот так завтракать на природе- просто, незатейливо, но ей другого и не нужно было. Это была её жизнь, самая настоящая, родная. А в городе она была сама не своя. Когда первая волна эйфории прошла, она спокойно поела, попила чай и расслабилась, довольная. Звуки леса стали плавно сливаться в один монотонный гам, усыпляющий и расслабляющий. И вдруг Анежка опять услышала голоса. Как будто где-то далеко кто-то громко разговаривал. эхо разносило звуки голоса по глади озеру. Девушка закрыла глаза и прислушалась. Это не был голос мужчины или женщины. Сейчас она слышала детский голос. Он был кристально чистый и напоминал звонкий колокольчик. Это была девочка. Так казалось. Но откуда взяться ребенку в такой глуши? Если только это не был голос духа леса, который ее звал.

Анежка вздрогнула и очнулась, кажется, она задремала. Но детский голос всё еще продолжал звенеть колокольчиками в ушах. Нужно было обойти озеро и проверить, а вдруг это действительно девочка, которой нужна помощь? Вдруг она заблудилась? Анежка собрала рюкзак, натянула кроссовки и неслышной поступью стала продвигаться вдоль кромки озера. Позади в кустах раздалось недовольное рычание. Липа скалилась, по-звериному высказывая свое недовольство. Ей не хотелось весь день караулить глупую девчонку, которую и цапнуть по-хорошему нельзя. Михей запретил кровь пускать, если только не в крайнем случае. Но может этот случай уже и наступил? Может человечку схватить за ногу и притащить назад в дом силой? Волчица была умная и исполнительная, но оставалась животным, опирающимся большей частью на свои инстинкты и приказы. Понюхав воздух, она не учуяла опасности и уж тем более не услышала детский голос, вибрации которого могла уловить только Анежка. Шестое чувство было не доступно волчице. Потому что это был не звук, а вибрационная волна. И предназначалась она только для Анежки. Дух леса звал ее к себе. Липа расслабилась. Всё было спокойно вокруг. Тишина и покой раннего утра. Можно было не нервничать, а издали наблюдать за девчонкой.

Любопытство толкало девушку вперед навстречу неизведанному. Она отошла от озера и углубилась в чащу. Голос зазвучал громче. Значит она идет правильно. Ей все было интересно в лесном мире. Она чувствовала себя, точно рыба в воде, пробираясь по лесным зарослям, которые незаметно расступались. Они давали ей просвет, открывая узкий зеленый коридор. Но она в это утро была рассеянна и не сильно подмечала такие детали. Её манил, завораживая, обманчивый детский голос. Он звал ее, завлекал. Неожиданно наступила тишина. Пройдя по инерции еще несколько десятков метров, Анежка, наконец остановилась и огляделась по сторонам. Эйфория прошла. Колокольчики стихли. Никого вокруг не было. И волчица куда-то пропала. Место было незнакомым. Нужно было возвращаться назад. В лесу никого не было. Брела, брела и вот забрела. Так обычно теряются сборщики ягод и грибов. Отходят с тропинки, а потом не могут найти знакомую дорогу. Анежка даже не могла вспомнить на карте, где она находится. В какой стороне был кордон? В каком направлении ей возвращаться домой? Странно, но внутренний компас молчал. Ей никто не помогал. Казалось, что из памяти полностью стерлась карта.

«Без паники! Значит, так нужно. Я пришла туда, куда меня вел голос леса. Нужно подождать» Анежка села на землю. Солнечный свет рассеивался и терялся, проникая через густые кроны огромных деревьев. Вокруг стоял таинственный полумрак даже днем. В одно мгновение весь азарт пропал, гипнотическое состояние исчезло, уступив место нерешительности и внутреннему смятению. В этом и была вся Анежка. Приступы неуверенности и мнительности всю жизнь ей мешали жить. Нет, она не была трусихой. Просто тогда, когда нужно было дать кому-то решительный отпор, на неё почему-то нападал ступор. Она ещё раз огляделась и поняла, что все спокойно и проблемы намечаются только в ее голове. Она жива и это самое главное. Что может быть страшнее того, что она пережила вчера в мутных водах Черной речки?

Мысли успокоения покрутились в красивой женской головке, а потом тёплым потоком полились по телу, расслабляя напряженные мышцы. Девушка чувствовала, что её заманили в это место какие-то неизвестные силы и они же сейчас манипулируют её сознанием. Это такая игра. Они развлекаются с ней. Ну может всё было и не так. Может она сама пошла на контакт, открывая свой разум. Назад пути не было. Раньше нужно было думать. А сейчас оставалось лишь ждать и смотреть, что будет дальше. В детстве дедушка рассказывал, что в лесу живет много духов и все они разные. Есть добрые, хорошие, они помогают заблудшим людям. Есть духи злые и капризные. Она развлекается с людьми. Заманивают и бросают на произвол.

Анежка поняла, что нужно делать. Она легла на землю, прижавшись спиной к мокрой от росы траве. Рубашка сразу стала влажной. Было некомфортно, зябко, но как ещё можно доказать лесу свои чистые помыслы? Как еще можно отблагодарить духа леса за спасение? Только так, слившись с землей, вдыхая полной грудью пропахший сыростью воздух. Нужно пропитаться влагой, лесными соками и мысленно поблагодарить духа-спасителя.

«Духи леса все слышат и видят. Они читают наши мысли, если мы открыты»– так говорил дедушка, гуляя с маленькой внучкой по лесу- «Проси помощи, и она тебе помогут».

Не думая о насекомых, кишащих в мокрой траве, Анежка старалась отключить все рецепторы. Это было непросто сделать. Тело чесалось. Минуты напоминали растянутую резину, не желающую сжиматься в нормальное состояние. Хотелось вскочить, встряхнуть с себя траву, листья, жуков и бежать, бежать из леса, из заповедника назад в город к привычной жизни. Она решила досчитать до тысячи и это был предел её терпения. Когда мысленный счет перевалил за пятьсот, ей стало казаться, что она уже погребена под травой, а может и под землей, и по ней ползает полчища жуков, пауков и муравьев. Ощущение было ужасным. Она сжала зубы и продолжала лежать, не двигая ни одной мышцей. Она даже с трудом чувствовала своё дыхание. В какой-то момент, тело вдруг перестало чесаться и реагировать на раздражители. И тогда Анежка услышала разговор. Он доносился из далека и был не очень отчетливым, но она могла разобрать слова. Это были совершенно незнакомые ей голоса взрослых людей, мужчины и женщины. Раньше она их не слышала.

– У меня всё готово. Ночью, все произойдет ночью. Я так решила. Хватит с него, он уже достаточно страдал. Мне уже становится скучно смотреть на это действие. Я насладилась за эти годы. Смерть будет легкой, он заслужил. В последний момент он узнает, кто его палач.

– Да, моя госпожа Эрия, как скажите. А что с человечкой делать?

– Да, что хочешь, можешь высосать, я тебе дам эту возможность. Можешь поиграть с ней. Хотя она очень слабая, даже на десерт не потянет. Недоразумение, а не женщина. Слушай внимательно. Ночью вся зона вокруг кордона будет под моим влиянием. Никто не сможет проникнуть в лес в радиусе несколько десятков километров. Я замкну кольцо, поставлю купол. До пещер они добраться не смогут. Я знаю, где находится портал. Ночью можешь действовать смело. Я уже начала формировать поле, с каждой минутой оно набирает силу. Они не убегут, даже если захотят. И помощь к ним не придет. Через мой купол никто не прорвется. Даже его братья.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.