Кирилл Каланджи
Девайс

В царствие Морфея

В полуночной тишине

Я ухожу через границу,

Ища покой во тьме.

ЧАСТЬ 1
Побочный эффект искупления

1.

То была эпоха достопамятная, где каждый день был пропитан величием и симпатией к окружающему миру. Прекрасные времена для юности и любви.

Родовое имение семьи Караваевых находилось ровно в ста верстах от губернского города М. Престарелый князь Вячеслав Михайлович Караваев числился местным предводителем дворянства, известным сутягой и любителем охоты. На вид старик, в душе лихой кавалерист.

Раньше его семья была гораздо больше. Два сына, три дочери, жена и ее загостившийся брат. Сейчас от этой компании остались только две дочки, слегшая с лихорадкой жена и ее порядком всем надоевший братец. Один сын у Вячеслава Михайловича погиб на войне – был убит предательским выстрелом в спину. От басурман другого и не ожидали. Младший же уехал на учебу в столицу, где и остался жить, обзаведясь своей собственной семьей. О том, чтобы навестить родовое имение в такой глуши, не шло даже и речи. Младшенькая из дочерей, Варвара, умерла еще в том возрасте, когда кукольные чернявые волосики веселили взор и заставляли любого улыбнуться при виде этой малютки.

Времена в этих, казалось бы, тихих местах менялись слишком быстро. Караваев частенько грустил о прошлом. Те недолгие времена, когда все было хорошо, размеренно и прекрасно, к его сожалению, уже ушли. Вечерами, сидя у камина, выкуривая одну трубку за другой, старый князь иногда пускал слезу, когда его никто не видел.

Но не сегодня.

Сегодня впервые за долгое время после гибели его старшего сына в дом пожалуют гости. Именины средней дочери надо было обязательно отметить. Приглашены были все хорошие знакомые семьи. Среди них врач Аркадий Александрович Воронцов, который уже несколько лет лечил всех членов семейства. Весь дряхлеющий дворянский род Друхловских. Пригласили даже генерал-губернатора и его семью из шести человек, того самого героя давно забытой войны, крестившего когда-то старшего сына. Но генерал-губернатор отказался, сославшись на пошатнувшееся здоровье и скорый отъезд на лечение в Францесбад. Также отказались и ближайшие соседи: те сетовали на плачевное состояние дел и полную занятость в городе при подготовке к ярмарке. Остальные же, все, кто мог, а вернее, пожелал явиться в такую даль, ответили согласием.

Караваев был рад и этому. От былых прекрасных времен в его доме осталась только пыль – еще чуть-чуть, и ее сдует наглец ветер. Кто знает, может, это последний раз на его веку, когда удастся собрать столь почтенных гостей.

Солнце было в зените. Лучи его играли сквозь пышную зелень деревьев. Две сестры, Наталья и Дарья, гуляли в яблоневом саду, наслаждаясь погодой и покоем, и вели беседы о том о сем. Вячеслав Михайлович, пройдя по пыльной дорожке к озеру возле сада, закурил трубку. Он думал о том, как же быстро растут его дочери. Еще немного, и он забудет их детские ангельские личики, которые радовали его каждое утро. Портреты, хранившиеся в его кабинете, уже не в счет. Да и художник, как назло, оказался не самым лучшим.

Но – прочь дурные мысли! Дочерей уже нужно выдавать замуж. Желательно найти хорошую партию. А таких в его родных краях все меньше и меньше. Но ничего, он еще придумает, как это сделать.

Заслышав позади хруст гравия, князь Караваев оглянулся. По садовой дорожке к нему спешил камердинер.

– Ваше сиятельство, повелите накрывать на веранде?

– Нет, как обычно, в столовой. Ночь, вероятно, будет прохладной. Растопите заранее камины.

– Слушаюсь, – ответил камердинер и быстро удалился.

– Дарья! Наталья! – позвал старик дочерей густым басом. – Пойдите сюда!

Девушки поспешили на отцовский зов. Каждая с благодарной улыбкой сделала небольшой книксен, приподняв чуть испачканный пылью подол платья.

– У меня просьба к вам, дорогие мои.

– Да, папенька! – отозвались обе.

– Сегодня во время обеда старайтесь вести себя учтиво! Я понимаю, вы давненько не видали свет. Но нужно быть сдержанными. Бог скромных любит. Не хвастайте, не гордитесь. А ты, Дарья, помни, что в честь тебя собрали званых гостей. Будь достойна их.

– Хорошо, – кивнула Дарья. Ее отвлекли золотистые блики на озерной кромке.

– И еще, Георгий Степанович сказал, что вашей матери сегодня лучше.

– Правда? Это прекрасная новость! – девушки изумленно переглянулись.

– Ступайте к дяде и узнайте, какая помощь ему нужна!

Сестры побежали в дом. Комната мамы и соседняя комната дяди Георгия находились на втором этаже. Топот каблуков по старой лестнице, скрип половиц – и вот они уже в конце темного коридора боязливо, но настойчиво стучат в дверь.

– Открыто, – раздался глухой мужской голос.

В детстве они обожали играть в этой светлой комнате. Она была излюбленным местом их шалостей и забав, там всегда звенел веселый смех. Но сегодня они словно вошли в мрачное царство. Окна и дверь на балкон были плотно зашторены. На большом комоде стояли два подсвечника с зажженными свечами, которые еле освещали обширное пространство помещения.

Матушка лежала на большой пуховой перине. Лицо очень бледное, почти прозрачное. Появление дочерей ее не развеселило. Скорее, наоборот. Она отвела от них холодный отрешенный взгляд. Казалось, вид дочерей претил ее сгоравшему в лихорадке нутру.

Георгий Степанович Веригин, последний представитель мужской линии этой некогда знатной фамилии из Тверской губернии, в отличие от сестры, детей не имел, как не оставил и состояния после себя. С юности он был заядлым картежником и транжирой. От былой славы рода ничего не осталось. Удачный брак своей родной сестрицы он воспринял как единственное спасение его бессмысленно прожитой жизни. Нельзя было сказать, что он был меркантилен или заботился только о своих мыслях да нуждах. Он искренне любил свою сестру. И в те дни, когда бедняжка совсем слегла после неожиданной кончины младшей дочери и гибели старшего сына, он всецело помогал ей. Ухаживал и всячески пытался помочь изгнать душевную хандру.

– Нам сказали, что матушке лучше, – протянула Наталья. – Но она так бледна! Ах, как же она бледна!

– Все верно, мои дорогие, – слегка наигранно улыбнулся Георгий Степанович. – Вашей матушке уже гораздо лучше. Она сегодня обязательно присоединится к праздничному застолью.

– Вы так думаете? – засомневалась Дарья, боясь подойти к матери. Ее бледное неподвижное лицо внушало трепет и страх.

– Да. Вечером, когда соберутся все гости, она обязательно спустится в залу!

– Отец велел спросить, чем помочь? – сказала Наталья.

– Прикажите прислуге хорошенько запереть все ставни. Мария не любит сквозняков, в ее состоянии они чрезвычайно вредны.

– К нам должен приехать врач Воронцов, может, он вновь осмотрит матушку? – поинтересовалась Наталья.

– Может, и осмотрит. Я слышат, что он уладил свои дела и вновь открыл практику, так что имеет все возможности выписать ей необходимые микстуры. Посмотрим по обстановке. Не хотелось бы перед гостями показаться слабыми и беспомощными.

– Мы можем идти?

– Да, мои дорогие… Постой, Дашенька, у меня есть для тебя подарок на именины. Не буду ждать вечера, подарю сейчас.

Георгий Степанович открыл один из ящиков комода и из черного пространства, похожего на внутренность маленького склепа, достал прямоугольную шкатулку, обитую алым бархатом. В желтом болезненном свете свечи она казалась кровоточащим куском мяса в руках охотника.

– Держи. Надеюсь, тебе понравится…

Дарья с благодарностью приняла подарок и слегка вспотевшими руками открыла футляр. Багровые бусы прекрасно смотрелись в бархатной коробке, словно были единым целым. Одним организмом. Древним сказочным существом, вывернутым наружу злой колдуньей.

– Никогда не видела бус подобного цвета, дядюшка! – восторженно ахнула девушка, разглядывая камни, переливающиеся всеми оттенками красного.

– Цвет как цвет, – возразила Наталья, выглядывая из-за плеча сестры.

– Надень их сегодня. Матери будет очень приятно…

– Хорошо! Большое спасибо.

– Не за что, моя дорогая. Ступайте. Увидимся вечером.

2.

Экипаж остановился у крыльца. Послышались приветственные возгласы. Ямщик спрыгнул с облучка и подошел к камердинеру. Они были знакомы давно – и явно обрадовались встрече и возможности поделиться новостями. Единственный пассажир повертел головой и осмотрелся.

– Потрясающе… – еле слышно пробормотал он, выглядывая в грязное окошко.

К карете, запыхавшись, спешил тучный человек. Дверь кареты распахнулась, мимика сухощавого лица главы рода Друхловских последовательно выразила все степени восторга от встречи пассажира.

– Игорь Петрович! Так и знал, что вы будете последним, голубчик! – заворчал Друхловский. – Давайте же, выбирайтесь из этого гроба на колесиках. Но, прежде чем заявитесь к Караваевым, я вас хочу ненадолго украсть и представить своей дочери.

Гость послушно вылез на свежий воздух. Он внимательно огляделся, рассматривая живописное место. Огромный яблоневый сад уходил за горизонт, где апельсиновое солнце уже потихоньку тянулось к закату. На этом аркадском фоне дворянский дом наводил тоску своей избыточной массивностью и ветхостью.

– Игорь Петрович, да что с вами? – Друхловский был настойчив. – Вы, честное слово, как в первый раз тут оказались! Пойдемте скорее!

Глава рода Савелий Александрович Друхловский был тучным человеком. Антиподом старшего Караваева. Двойной подбородок, седые бакенбарды и неизменная фуражка, прикрывающая лысину. Пустые глаза – признак пустой души. Он подхватил доктора Воронцова под руку и повел в сторону озера.

– Удивительно, как здесь все устроено, – слегка растерянно пробормотал Воронцов.

– Бросьте. Все эти сады просто для того, чтобы покрасоваться перед гостями… Караваевых, что ли, не знаете?

– Да, вы меня понимаете. Интересно… Значит, адаптивный алгоритм распознавания речи…

– Конечно, я вас понимаю, мы же на одном языке говорим, – не дослушал Друхловский. – Вы случаем сами не заболели, дорогой мой доктор?

– Нет, все просто прекрасно!

– А вот и моя доченька! – Друхловский помахал пухлой рукой юной девушке, одиноко стоявшей возле самой кромки воды. – Конкордия, позволь мне представить моего старого друга: Игорь Петрович Воронцов, врач. Прошел кампанию на Кавказе, имел практику в столице, потом перебрался в наши края.

– Здравствуйте! – слегка отрешенно поздоровалась юная девушка. Ее взгляд буквально на секунду пересекся с его взглядом. – Вероятно, сегодня будет прекрасный вечер. Наташа сказала, что их матушке гораздо лучше. Она обязательно присоединится сегодня к нам.

– Не верю я в это. Видела бы ты ее всего месяц назад… – засомневался Друхловский.

– Мне так сказали, – пожала плечами Конкордия.

– Ладно, может, бог смилостивился над ней… А я, пожалуй, оставлю вас немного поболтать. Вы же, молодежь, любите это дело. Пойду искать Настасью Филимоновну.

– Мама беседует с Вячеславом Михайловичем на веранде.

Глава семейства удалился в поисках жены. Воронцов отстраненно смотрел на озеро и разглядывал все вокруг себя. Казалось, его интересовали даже самые мелкие камушки и игривые блики на воде.

– Я знаю, о чем вы хотите меня спросить, но стесняетесь! – вдруг смело произнесла девушка. Казалось, без властного отца она преобразилась и расцвела, как цветы, окружавшие ее. Мужчина невольно загляделся на цвет ее волос. Рыжая копна под яркими солнечными лучами словно искрилась и готовилась вспыхнуть.

– О чем же?

– Вы хотите спросить, откуда у меня такое редкое имя – Конкордия?

– Да, я хотел бы узнать вашу историю…

– Это имя римской мученицы.

– А мне казалось, это богиня согласия…

– Может быть, и так… Это не важно! Важно, что я начинаю скучать в этих местах. В детстве здесь все было по-другому. Ах, как же жестоко время… Иногда я завидую зверям да птицам. Говорят, они ничего не помнят… Каждый день – как с чистого листа… Я предлагаю пройти в дом. Вероятно, все уже потихоньку собираются к накрытому столу. Вам наверняка захочется поговорить с другими гостями… А на то, что сказал мой отец, не обращайте внимания.

– Прошу… – Воронцов элегантным жестом предложил девушке руку. Та кокетливо улыбнулась и с видимым удовольствием оперлась на нее.

Гости выглядели приветливо, но слегка безучастно и держались поодаль друг от друга. Даже родственники. И даже в первую очередь родственники!

Воронцов подошел поздороваться к каждому из собравшихся, вплоть до немногочисленной прислуги, снующей всюду. Улыбка, дружеский разговор ни о чем – даже запомниться нечему, – и врач шел дальше. Так продолжалось, пока в помещении не появилась богиня. По крайней мере, Воронцову подумалось именно так!

Дарья была божественна, если такое банальное слово из французских романов могло хоть как-то описать ее. Нежная слегка загорелая кожа, пикантный носик с горбинкой, черные очи и заостренный подбородок. В ее внешности было больше от цыганки, чем от русской дворянки. Воронцов с удовольствием разглядывал именинницу. Пышное платье, пикантный вырез и бордовые бусы, странные, какие-то фантасмагоричные, но при этом невероятно притягательные. Ожерелье – ядрено-красные капли на шее, которые так и хотелось слизнуть. Для Воронцова больше не осталось интересных людей в этом зале. Одна лишь великолепная девушка, ради которой можно было приехать и за тысячу верст – да хоть в Сибирь!

Однако она не удостоила Воронцова даже взглядом. Словно боялась обжечься, она и встала так, чтобы не видеть врача. Он чувствовал, что это неспроста, но не мог понять, почему все так происходит. Неужели в этом и есть вся интрига?

Тем временем солнце скатилось в закат, а слуги зажгли свечи и заперли ставни. В помещении чувствовался домашний уют. Гости уселись за стол, слуги подали первые блюда и начали разливать напитки. И тогда присутствующие услышали шаги на втором этаже.

– Неужто и вправду Марии Степановне стало лучше? – поинтересовался старший Друхловский.

– Дядя сейчас ее приведет, как и обещал! – защебетала до того времени скучавшая Наталья, изредка поглядывая на Воронцова и мило ему улыбаясь.

– Сегодня для нашей Дашеньки – одни подарки, – добавил отец семейства и отхлебнул терпкое густое вино из бокала.

 Ждать пришлось на удивление долго. Скрип половиц то возобновлялся, то резко обрывался: судя по всему, новым гостям было нелегко идти. Возня и шум в коридоре быстро стихли. Все замерли в ожидании.

Первой в гостиную вошла женщина. От ее бледного лица веяло смертью и загробной скорбью. Мерцание зажженных свечей отбрасывало глубокие тени на ее лицо. Стеклянный взгляд медленно скользил по лицам. Грозное молчание разбавило тиканье часов в гостиной.

Следом появился Георгий Степанович. Он также был бледен, только на губах и подбородке виднелись странные бордовые разводы.

– Простите, друзья… но все делается к лучшему, – с этими словами Георгий запер на ключ входную дверь.

Внезапно женщина улыбнулась, широко оскалившись и обнажив два желтоватых клыка, неестественно выпирающих вперед. Воронцов услышал панический шепот вокруг себя: некоторые гости наспех читали молитвы. Вячеслав Михайлович Караваев вскочил со своего места и закричал:

– Маруся, объясни, что происходит? Что с тобой наделал твой братец?

Но тут Мария, словно дикий хищник, прыгнула через весь стол. Ее полет был грациозен и стремителен. Приземлившись рядом с хозяином дома, она ногой ударила его в брюхо. Караваев застонал и опустился на стул. Женщина, оседлав несчастного, со всей силы вонзила пальцы обеих рук в его шею. Клокочущий хрип заглушил хруст рвущейся кожи и треск костей позвоночника. Обезумевшая Мария Степановна одним рывком оторвала голову своему мужу. Подняв ее над собой, как жуткий трофей, она подставила рот под поток крови, обильно текущей из рваной раны. Вдоволь напившись теплой красной жидкости, под обезумевшие женские крики и вопли, она точным броском отшвырнула голову своего покойного мужа прямо в камин на раскаленные поленья. Застывший навсегда изумленный взгляд Вячеслава Михайловича выражал полное недоумение и недоверие к тому, что происходит. Бедняга так до конца и не осознал, что он так быстро и жестоко умрет.

Юные барышни дружно попадали в обморок. Но Мария и ее брат, также обнаживший длинные клыки, не обратили на это внимания. Для них это было даже удобнее. Сначала надо было разделаться с теми, кто пытался сопротивляться и сбежать.

Воронцов, воспользовавшись тем, что упыри набросились на главу рода Друхловских и его жену, одним прыжком добрался до запертой входной двери и попытался выбить ее плечом. Удар, еще удар! Дверь даже не дрогнула.

Поняв тщетность своих действий, он медленно обернулся. Два злобных, измазанных горячей кровью лица смотрели на него голодным взглядом. Он был десертом. Окровавленной вишенкой на торте из человеческих потрохов. А дальше пришла тьма и чавканье тварей.

3.

Захар Скаро снял громоздкий виртуальный шлем. Вдохнул свежего воздуха кондиционера, по которому уже успел соскучиться. Вытирая пот с лица, он заметил, что руки, обтянутые черной материей сенсорных перчаток, немного трясутся, словно то, что произошло с ним в том дворянском доме, было правдой, и он действительно был напуган. Захар отстегнул перчатки и внимательно посмотрел на собравшихся вокруг него людей. Трое зрителей ждали, что он скажет.

– Потрясающе! Это было круто, я вам скажу. Шикарная игра у вас получилась. Прямо погружение в историю. И концепт такой необычный. Русская классика чувствуется! И этот ремейд кровососов… Вы, наверное, первые на такой симбиоз решились…

Троица ничего не ответила, просто с интересом наблюдала.

Захар был небольшого роста коренастым молодым человеком. Совершенно обычным на вид. Даже хуже: совершенно незапоминающимся. Простоватое лицо с полными щеками, невысокий лоб, вечно торчавшие в беспорядке соломенные волосы. Неряшливый вид Захара и даже в каком-то роде его внешняя запущенность хорошо подходили к его профессии. Молодой человек отстегнул поясные ремни от круглого обруча и спустился на пол комнаты. После тестирования устройства кожа лица горела – и вдобавок он чувствовал резь в глазах. Сколько всякого барахла на тему виртуальной реальности он создал своими руками, сколько часов играл, но обычно глаза так не уставали. В черепной коробке запульсировали невнятные далекие нотки боли.

– Одного я вот только не пойму… – продолжил Скаро, растирая слезящиеся глаза. – Я же программист… Я почти не тестирую видеоигры, я их создаю. Зачем вы меня позвали? У вас и так потрясающая штука получилась. Я даже представить не могу, как вам это удалось.

– Вы нам и нужны именно как программист! – ответил один из собравшихся в комнате людей. Это был высокий брюнет с двухдневной щетиной. Деловой костюм с тонким галстуком. Хищный взгляд, волевой подбородок. Акула, жаждущая сорвать куш. Захар за годы работы таких видел уже, наверное, за сотню. Каждый, кто запускает необычный стартап, хочет побыстрее навариться на фрилансерах, готовых на любой заказ. Этот прохвост представился Артуром Константиновичем, правда, фамилии своей при этом не назвал.

– У вас все и так прекрасно работает, – повторил Захар. – Я даже поражен, насколько хорошо! Как вам удалось настолько реалистично показать быт России в XIX веке? А эти аутентичные наряды и обстановка! Ваши художники постарались на все сто сорок шесть процентов! Еще раз скажу, просто потрясающе!

– Захар, а кто вам сказал, что это мы сделали? – вступил в разговор еще один человек, очень похожий на самого Скаро. Лохматый, заспанный. Этот обладатель узеньких глазок, спрятавшихся за очками, явно тоже был программистом и, возможно, очередным непризнанным гением. Назвался он Владимиром Борисовичем.

– Ну, купили движок…

– Это сейчас не важно! – властным тоном произнес мужчина в костюме. – Скажите, вы сможете, находясь непосредственно в игре, открыть в ней исходную консоль с кодом?

Захар нервно улыбнулся.

Наниматели бывают разные. Кто-то и воровством промышлял. Было такое. И не раз. Особенно воровством дорогостоящего софта, который нельзя было по какой-либо причине законно приобрести. Такое в его сфере деятельности было обыденностью. С подобными дельцами лучше никаких дел не иметь.

– О-о-о, ребятки, да вы, кажется, начинку сперли! Я в таких делах не помощник, ломайте внутренности сами. Я перепрошивкой и взломом больше не занимаюсь из принципа.

Артур Константинович сделал шаг вперед. Его глаза не моргали, хищная улыбка выражала уверенность, что любое его предложение будет безоговорочно принято.

– Два миллиона рублей. Два миллиона, если вы сможете взломать код внутри симуляции и предоставить нам все исходные данные. И еще четыре миллиона сверху, если поможете нам полностью разобраться с исходным материалом!

Захар вновь нервно улыбнулся. На этот раз ему начало казаться, что над ним прикалываются. Его явно троллят коллеги, может, кто-то из дружков заказал настолько тонкий стеб? И все это снимается на камеру, как обычный дешевый пранк. Хотя что значит дешевый? Люди, стоявшие перед ним, были вполне себе суровыми. На лицах полная отрешенность, даже некая настороженность. Да и такого великолепного уровня игру невозможно создать ради банального розыгрыша.

– Вы серьезно? – решил уточнить Скаро.

– Серьезнее некуда! Контракт готов, нужна только ваша подпись.

– Допустим, я соглашусь! Но я не буду работать в вашем здании. Мне не нравится обстановочка.

Захар не лукавил. Ему действительно не нравился этот офис с тремя сотрудниками, пустыми кабинетами и такой же пустой регистратурой.

– Это не обсуждается. Устройство не может покинуть это помещение или здание компании. Само собой, вы должны понимать свою ответственность. – Голос Артура Константиновича был поставлен, как у профессионального чтеца.– Неразглашение любой полученной здесь информации. Коммерческая тайна. Ну вы же умный парень и понимаете, что такое штрафные санкции за урон, нанесенный компании. Про суд я и говорить не буду.

– Я думал, вы собираетесь продавать эти штуки в промышленных масштабах.

– Возможно, в будущем, – наконец вмешался в разговор третий человек, все это время стоявший позади и не вступавший в разговор. – Ваше решение, товарищ Скаро? Либо работаете здесь под нашим контролем и, так сказать, под присмотром, либо деньги заработает другой человек. Я уверен, наша страна все еще богата на умных программистов!

Захар внимательно посмотрел на третьего собеседника. Самого странного и серьезного из всех. Если задрота-программиста и жадного предпринимателя можно легко вычислить, то этот тип оказался совершенно непроницаем. Стеклянный взгляд черных глаз внушал чувство подсознательной тревоги. С такими людьми не только не хочется вести никаких дел, но даже просто общаться. От них веет проблемами и секретами, а то и уголовным делом. Помнится, когда Захар пришел в эту компанию, тот представился, как Григорий Евгеньевич?

– Ладно… – промямлил Захар. – Попробуем! Но я хочу аванс. Деньги на банковскую карту! А что там будет с кодом, это уже разберемся по ходу. Сколько у меня на это времени?

– Хорошо, – отметил человек в костюме. – Время для нас не проблема.

– И я еще хочу знать, зачем вам все это?

– Это не ваше дело! – ответил мужчина с черными глазами. – Все, что происходит здесь, в этом помещении, подпадает под категорию коммерческой тайны. Помните это!

– Все веселее и веселее…

В диалог снова вмешался мужчина в очках:

– Захар Петрович, еще очень важный момент. Вы должны найти способ узнать внутренний код во время симуляции этого девайса. Вы не можете разбирать устройство. И никакого доступа через внешние гаджеты.

– Я понял…

Очкарик кивнул с улыбкой и продолжил:

– Также мы не видим, что происходит со сценарием игры во время вашего тестирования. Шлем автономен, к нему ничего не подключено. Как вы уже заметили, устройство шлема такое, что мы вас практически не услышим. Это, скажем так, издержки производства для полного погружения в сценарий.

– И как я вам тогда передам код? Я что, должен его запомнить? Вы с ума сошли?

Владимир Борисович поправил очки и снова улыбнулся, словно размышления на эту тему доставляли ему радость.

– Интересный вопрос. Продиктовать особо не получится… Да и это возможно будет долго и чревато ошибками. Но можно попробовать записать на обычной бумаге. Дайте нам знак рукой, что нашли то, что мы ищем. Остальное мы уже придумаем. И подадим вам какой-нибудь инструмент.

– Код на бумаге? Вы издеваетесь? Там будут десятки тысяч символов.

– Нет, мы совершенно серьезно, – без тени иронии произнес очкарик. – И еще, после завершения сеансов тестирования мы ждем от вас отчеты о проделанной работе.

Захар внимательно осмотрел устройство виртуальной реальности, которое он только что испытывал. Подобных агрегатов он повидал уже достаточно. От старого уродского VirtualBoy, устаревших очков Oculus и до новейших кабинетных кресел дополнительной реальности Zaretis, контрафактом завозившихся в страну. Ну и плюс два десятка приложений, которые он самостоятельно состряпал для примитивных очков виртуальной реальности на смартфонах. Какой-никакой опыт, конечно. Но вот этот девайс! Это совершенно новая история. Совершенно новые ощущения от погружения в игру. Этот аппарат был совсем другим по содержанию. Внешний вид достаточно скромный. Огромный причудливый черный шлем с маркировкой компании Clever Green Inc и логотипом – зеленым клевером с пятью листочками. Захару понравилась игра слов с названием и логотипом. Перчатки с датчиками. Обруч с креплениями к игроку и площадка для ходьбы. Все, можно сказать, стандартно. Никаких изысков или безумных инноваций в стиле Nintendo. Но Скаро знал, что самое веселье кроется внутри этого девайса. Невероятная сочная и детальная картинка! А люди! Та милая девушка с багровыми бусами казалась ему по-настоящему реальной. Он словно знал ее тысячу лет, а может, и больше. Все его устройства, приложения и игры для виртуальной реальности были детским лепетом по сравнению с этим совершенством. Узнать хоть что-то о коде и движке, способном показывать такое изображение, было даже не просто испытанием, а настоящим вложением в будущее. В его счастливое будущее. Ведь знания останутся у него в голове. А уж как он их потом применит, это будет его личным делом.

– Ладно, попробуем найти ваш код, – выдохнул Захар. – Пока я тут вожусь, подготовьте контракт и мои бабосики.

Скаро залез обратно на установку виртуальной реальности. Пристегнул ремни креплений к обручу. Надел перчатки и увесистый шлем.

– Поехали…

Сначала в глазах было темно. Потом – белая вспышка. Захар увидел перед собой главное меню управления устройством. Внешний вид меню был сделан в винтажном стиле. Раньше этого не было. Первое тестирование сразу отправило его в экипаж, движущийся к дому Караваевых. Теперь же перед ним шесть сценариев игр-симуляций. Значит, первую игру выбрали его заказчики специально, чтобы раньше времени не раскрывать деталей.

Трудно было назвать главное меню устройства интересным. Стильным – да, но не интересным. Виньетки, рюшечки, даже шрифт подобрали курсивный, с завитушками. Скаро удивился: в чем логика стилизации под отечественную классику и создание из них игр-ужастиков? Неужели найдется так много геймеров – поклонников этой тематики? Вампиры в дворянской усадьбе… Ну да, конечно, интересно. Даже свежо по меркам весьма избитой темы кровососущих тварей. Но на самом деле даже обложки в главном меню при выборе других игр не говорили, о чем шла речь внутри выбранной симуляции. К чему такая секретность? В качестве иллюстраций для шести сценариев использовались старые полотна живописи. Пейзажи, сцены из дворянской жизни, даже натюрморт. Совершенное несовпадение с тем, чего ожидал Захар от этих игр. Вот только названия других сценариев были скрыты. А изображения обложки только подогревали интерес. Может быть, он зря сомневается? В этом девайсе все продумано?

Выберите вашу историю:

> Побочный эффект искупления

> ………………………………………..

> ………………………………………..

> …………………………………………

> …………………………………………

> …………………………………………

Захар внимательно просмотрел на все шесть пунктов. Никаких дополнительных настроек или скрытого меню. Консоль вызвать невозможно. Если бы нашлась возможность подключить клавиатуру к шлему виртуальной реальности, он бы уже был на коне и галопом несся к своим деньжатам. Но заказчики сказали, что код надо искать только через внутренности. Что это: странная прихоть испытания его умственных возможностей – или они боятся повредить единственный работающий прототип устройства? Значит ли это, что они его сперли? Ладно. Нечего думать над этим. Сейчас главное – сосредоточиться на работе. Уязвимости кода могут быть где угодно. Скаро раньше очень любил ломать компьютерные игры. Искать баги и лаги когда-то было весело, а ловить зазнавшихся разработчиков и бездарных программистов на ошибках еще веселее. Он мог месяцами на форумах высмеивать их лень и узколобость, выпуская самодельные моды и патчи, которые уродовали видеоигры до неузнаваемости. Пора вернуться к старым занятиям.

– Ладно, упыри так упыри!

> Побочный эффект искупления

Меню мигнуло, подтвердив выбор сценария. Захару на секунду показалось, что он чувствует запах яблок. Сладкий и вызывающий обильное слюноотделение. Нет таких технологий, способных вызывать подобные галлюцинации. Скаро решил, что кто-то из наблюдавшей за ним троицы где-то нашел и начал грызть ароматное яблоко Он уже готов был услышать хруст яблока в оставленном им реальном мире – но вовремя понял, что этого не может быть…

4.

Воронцов вылетел из кареты, как только она остановилась у места назначения.

– Савелий Александрович, мне некогда! Поговорим в гостиной, немного позже…

– Как скажете… – опешил старший Друхловский. Он явно не ожидал такой прыти от врача, и его планы рушились прямо на глазах.

Воронцов поспешил в дом. В первых двух комнатах было пусто. В гостевом флигеле – тоже. В гостиной возились слуги и собирались уже накрывать на стол. Дарья Караваева нашлась у рояля в соседней комнате, которую, видимо, использовали для музицирования и концертов перед родней. Она вяло наигрывала «Лунную сонату».

– Позвольте поздравить вас с именинами… – начал с ходу Воронцов.

– Ах, это вы, Игорь Петрович! Спасибо…

Дарья захлопнула крышку и подошла к окну. Чудесный вид уходящего за горизонт геометрически правильного яблоневого сада дарил девушке теплые воспоминания о детстве и времени, когда все было хорошо и все были живы. Она скучала по ушедшей годовалой сестренке и по старшим братьям. Скучала, пожалуй, больше других. Но никогда не позволяла показывать это прилюдно. Вся в отца. Так же она не позволила показать разгоравшийся интерес к так неожиданно появившемуся врачу.

– Скажите, Даша… Не замечали ли вы случаем ничего необычного за своей матушкой?

Девушка в недоумении обернулась и инстинктивно прикоснулась к багровым бусам. При свете солнца они выглядели, как жуткие звериные укусы на юной нежной шее.

– Нет… Она заболела так давно. Вы же помните… После того, как мои сестра и брат покинули этот мир… Но…

– Что – но?

– Пожалуй, сегодня она была бледнее обычного.

Воронцов тоже подошел к окну. Он всматривался вдаль. Туда, где в еле заметной белесой дымке исчезали яблони. Словно за этим туманом ничего больше не было.

– А ее брат? Не вел ли он себя как-нибудь необычно?

– Не припомню такого… Хотя он месяц тому назад ездил в Казань к какой-то знахарке… Думал, найдет лекарство для матери.

– Н-да… Скажите, Дарья, не могли бы вы составить мне компанию и прогуляться по вашему прекрасному яблоневому саду?

Даша на секунду задумалась, уголки рта приподнялись в еле заметной улыбке.

– Я хотела посмотреть, как слуги выполнят мои указания. Ну да ладно. Они прекрасно справятся и без меня. Если что, Натали их вернет на правильный путь. Пойдемте, до ужина еще есть время.

Они прогуливались не спеша и спокойно, как будто делали это уже сотню раз. От предложения пойти «под ручку» девушка мягко отказалась и заложила руки за спину.

Солнце уже начинало клониться к закату. Но света было вполне достаточно, чтобы разглядеть окрестности и прекрасный яблоневый сад – и не было ему конца и края. Воронцов старался осмотреть каждое дерево. Словно пытался найти десяток отличий одного ствола от другого. Отмечал, сколько яблок на земле, сколько еще висит на дереве.

Захар направлял взгляд своего персонажа всюду, как сканер в поиске ошибок.

От зорких глаз девушки не укрылось странное поведение врача.

– Игорь Петрович, вы увлеклись хозяйством? Неужели и сами решили выращивать яблоки?

– Ну что вы, Дашенька! Просто мне интересно, как тут все у вас устроено!

– А что тут такого? Обычные яблони…

– Да как сказать – обычные… Не сможем ли мы дойти до конца яблоневого сада? Здесь ведь есть дорога дальше?

– Куда дальше? – искренне удивилась девушка.

– Ну, в город… В ближайшую деревню…

Девушка кокетливо улыбнулась. Бусы на ее шее все больше и больше раздражали Воронцова. Вернее, Захара, который хотел заставить своего персонажа сорвать эти кричаще-багровые плоды зла.

– Глупенький вы, Игорь Петрович! Сразу видно, привыкли к городской жизни. Отсюда до города очень далеко. Столько верст идти придется. А там леса одни. Папенька там охотой забавляется, каждый месяц ходит стрелять куропаток, даже волка один раз убил. А если вам надоела прогулка… или не нравится мое общество… тогда вам проще взять экипаж.

– Нравится! Еще как нравится! И все же где-то этот яблоневый сад должен закончиться? Я прав?

Девушка задумалась. Казалось, она на несколько секунд потерялась в пространстве.

– Конечно… Наверное, должен…

– Я бы хотел увидеть это место.

– Мы опоздаем на мои именины…

– Если хотите, возвращайтесь…

– Ну уж нет, это действительно интересно. Уважаемый Игорь Петрович, позвольте мне сопровождать вас в путешествии в неизведанные края. Я ведь там никогда не была!

– Позволяю с превеликим удовольствием.

Они шли долго, на этот раз она держалась за его локоть. Казалось, в этих бесконечных деревьях даже само время заблудилось и потеряло счет. Солнце почти завершило свой огненный закат, поджигая многочисленные облака, прячущиеся за горизонтом. Воронцов внимательно смотрел на дальнюю дымку: да, определенно темнота сгущалась. Он оглянулся в сторону старого дома, который медленно растворялся в туманной пелене. Только на таком почтительном расстоянии можно было оценить, насколько это здание уродливо. Черное, слегка покосившееся на левый бок. В окнах первого этажа горел свет. Второй этаж погружен во тьму. Воронцов – или Захар – этому даже не удивился. Там, на втором этаже, засело зло, которое вот-вот пробудится.

Когда окончательно стемнело, юная девушка и врач все же дошли до конца яблоневого сада. Большая насыпь преграждала дальнейший путь. Подняться выше или перелезть было просто невозможно. Что было за насыпью и торчащими за ней исполинскими деревьями, Воронцов уже догадывался. Вернее, Захар догадался, его поиск возможности найти встроенную консоль был безрезультатен. Разработчики, кем бы они ни были, банальными искусственными препятствиями не дают выйти за пределы карты. Никаких ошибок в текстурах или в окружающей среде. Идеально, как в жизни. Но в это Скаро не мог поверить. Что-то да должно быть. Надо искать дальше. Где-то левел-дизайнеры должны были ошибиться, накосячить, оставить маленькую лазейку…

Настала ночь, звезды зажглись, как по команде. Полная луна вяло осветила бескрайний яблоневый сад. Девушка нервно поежилась, оглядываясь по сторонам. Смотря на невероятно далекий темный силуэт своего дома, она с робкой надеждой обратилась к Воронцову, который осматривал насыпь, то и дело поднимая грязные камни:

– Ну, полно вам… Приключения должны рано или поздно заканчиваться…

– Это точно! – молодой человек приподнял несколько сгнивших досок.

– Пора возвращаться к столу. Папенька будет очень сердиться, если меня не увидит на моих собственных именинах.

– Дарья, послушайте. Быть может, мои слова покажутся вам странными, но со всей искренностью прошу вас не возвращаться в этот дом.

Девушка опустила свои прекрасные ресницы, даже в темноте было понятно, что на ее миловидном личике появился румянец.

– Вы предлагаете мне сбежать с вами?

Воронцов задумался.

– Может быть, и так…

Его речь оборвали крики, донесшиеся жутким исковерканным эхом.

– Мне кажется, это кричат из дома! Наверное, нас уже ищут! – испуганно сказала Дарья и сделала несколько шагов в сторону дома.

– Подождите… – Воронцов не знал, что делать дальше. Ему нужна была консоль. Где она и как она вызывается, он понятия не имел. Но эта чистая наивная девушка, которая могла быть только в сказке – она словно верила в настоящую светлую небесную любовь. То, во что и сам Воронцов, и по совместительству Захар, давно перестали верить. Он не хотел, чтобы она так глупо нашла свою смерть – пусть и виртуальную.

Между тем Дарья только что не тянула его за руку:

– Нам надо идти!

– Подождите несколько минут… – выдавил из себя Воронцов. – Боюсь, что вскоре обитатели дома явятся сюда сами… Хочу проверить одну свою теорию.

– Но как же в такой темени они нас отыщут?

– Вероятно, с помощью алгоритма.

– Что это значит?

Скаро даже не потрудился ответить, а просто замер в ожидании.

Приближающийся звук напоминал больше топот целого стада диких животных. Где-то из непроглядной темноты доносился рокот и звериный рык. Воронцов понял, что упыри явились за ним. На все про все осталось не больше четырех минут. В доме он или в саду, не важно – сценарий предрешен. Они чуют кровь в жилах. Их задача – отнять жизнь. Обычный скрипт для врага. Они не остановятся. Они не устанут. Их не обмануть. Идеальные машины смерти.

Мужчина появился первым. Он был ловок и практически неуловим для человеческого взгляда. Выпад руки, и Воронцов понял, что его грудная клетка пробита насквозь. Злобная, испачканная в крови физиономия Георгия Степановича выражала полный восторг, зубастый скалящийся рот был обмазан кровавыми подтеками. Последнее, что увидел Воронцов, это то, как убегает во тьму сада юная Дарья – и как за ней бросились две жуткие тени.

* * *

Захар снял шлем и грозно обратился к собравшимся:

– Заново запускаем симуляцию. Я этих упырей просто так не оставлю! – он протер слезившиеся глаза. Неожиданно появившаяся боль в голове была острой, она сразу начала пульсировать, но он силой воли попытался подавить ее.

– Боюсь, на сегодня хватит, товарищ Скаро! И вам пора отдохнуть, и нам тоже, – заметил человек с черными глазами.

Захар не знал, что ответить. Не стоит в первый же день перечить работодателям. Ладно. Он будет слушаться. Ведь на кону очень солидный куш и очень необычное устройство. Да, пожалуй, он рад, что откликнулся на этот заказ. Чем больше полезной информации он узнает об этом девайсе, тем лучше.

– Завтра ждем вас в это же время… И контракт будет готов! – Артур Константинович улыбнулся. Его хищный оскал отчетливо напомнил Захару того упыря в яблоневом саду.

5.

Захар вернулся домой злым – и с необузданным желанием что-нибудь сломать. Он чертовски не любил проигрывать и еще больше не любил, когда его прерывали во время игры. Да, глаза болят, голова тоже, да, поздний вечер, но еще одну попыточку он заслужил?

Крохотная студия на окраине города, тюрьма для разума, жаждущего масштаба. В телефоне значились три пропущенных звонка от матери. Перезвонить он не захотел. Знал, что разговор пойдет о том, приедет ли он на очередную годовщину смерти отца. Не та тема, о которой он хотел бы говорить на ночь глядя.

Первым делом он покормил своего домашнего питомца – черепашку по кличке Малевич. Шутка на тему всем известных черепашек-мутантов-ниндзя. Захар гордился, что придумал к ним в компанию пятую черепаху-мутанта, что называется, «фром Раша виз лав».

Малевич с удовольствием начал поглощать листы зеленого салата. Теперь пришло время и самому подкрепиться и, конечно, успокоить тупую пульсирующую боль в основании черепа. Давненько от игр он не испытывал такого напряжения. Запив таблетку апельсиновым соком, он достал из холодильника несколько дошираков и колбасу для бутерброда.

Захар уже давно перестал следить за тем, как он питается.

Сварганив себе поздний ужин, он хотел было сесть за компьютер и поделать что-то полезное. Но сил уже не было: виртуальная симуляция забрала все эмоции. Даже не было желания сделать стандартный вечерний ритуал – посмотреть пару серий любимого мультика детства «Марсианские рыцари» и забыться блаженным сном. Головная боль проходила медленно, слишком медленно. Нужно было отдыхать. Завтра его ждала встреча со своими коллегами по основной работе. Он еще не решил, как им сказать, что нашел себе заказ важнее, а главное, гораздо интереснее. Может, удастся совместить работы? Напрячь все силы… Нет. Он подумает об этом завтра.

Завалившись на диван, Скаро бесцельно уставился в потолок. Грязный, потрескавшийся, но такой родной и реальный. Если ему повезет, он срубит по-быстрому хорошую сумму за помощь во взломе кода. И тогда точно переедет. Таких потолков, вероятно, еще будет много.

Ночью Захару снились исключительно обнаженные девушки с бордовыми бусами. И тьма. Тьма, в которую он раз за разом падал, беззвучно крича. Будильник, как хирург, вырвал сознание из плена вязкого тревожного сна.

Так тяжко Скаро еще не просыпался. Голова гудела. Но не так, как вчера. Боль была вязкой и медленно растворяющейся в его мыслях. А мысли плыли по своим делам.

Усилием воли Захар заставил себя пойти в душ. Надо было собраться с силами и сходить на работу. На свою основную работу. История с поиском кода, конечно, волнительная и многообещающая. Но от того, как он выполнит уже полученные заказы, все же зависит его репутация. Он профессионал и не бросает работу, за которую взялся. Отец частенько ему говорил: «Помни, Захар. Ямы на жизненной дороге это всего лишь временное неудобство. Выбрал путь – иди. Нужно просто сделать первый шаг… Совет, который всегда помогал ему. Только вот с возрастом шаги такие делать все сложнее.

Коворкинг гудел и бурлил. Талантливые мальчики и девочки так не хотели скучной работы в офисе на дядю, что решили работать в тусовочных местах в окружении таких же любителей свободы, как и они. Хотя, просто дяди решили сэкономить на рабочих местах и аренде офиса. Циничному миру подавай циничных руководителей. В итоге в свободное от свободы время они все равно оказались в пространстве офиса, пусть их дяди-работодатели и были далеко. Но факт остается фактом. От перемены мест свобода не приобретается.

Захар не был лучшим в своем деле. Лучшие оперативно собрали манатки и оказались по ту сторону границы. Скаро только был на пути к идеалу. Тернистом и иногда максимально скучном. Но заказов на него валилось, что называется, выше крыши. Всякие шарашки и ипэшки с завидной регулярностью выдавали подобные проекты. То гранты, то инвестиции в светлое будущее. А всегда нужно одно и то же. Заменитель этого, заменитель того. Захар сам себя чувствовал чертовым заменителем. Но выбора не было. Надо было вертеться. Поспевать в сроки. А качество? Ну, Скаро мог ответить честно. Он старался как мог. И его коллеги тоже.

 Захар и еще трое его товарищей по фрилансерскому цеху каждый будний день в течение уже пятой недели встречались в подобном офисе. Задача, казалось бы, простая: разработка нового графического приложения для компьютеров. Заказчик – некая столичная фирма, которая на обезумевшей от господдержки волне импортозамещения иностранного софта решила быстренько сделать свой Photoshop. Аналоги были, но если знать нужных людей, от лишней программы заказчики не откажутся. Наоборот, погладят по головке и дадут еще денег.

Правда, пока что денег хватило на трех программистов-фрилансеров и одного художника. Вот такая вот «Дрим тим» занималась проектом, который должен был разойтись по всей стране и радовать каждое госучреждение, которое вздумалось когда-то посягнуть на закупку заморского подсанкционного Photoshop. Госзаказы – самое прибыльное дело! Захар, как самый опытный, взял на себя движок и попутно был тестером. За код отвечали сам Скаро и однофамильцы – Дмитрий Улицкий и Михаил Улицкий, а художником интерфейса была Валя Варенкова.

Дима и Миша, не будучи братьями или родственниками и вообще родившись в двух разных частях страны, выглядели на удивление похоже. Вытянутые носы, скулы, подчеркивающие болезненную худобу лиц, и длинные волосы, всегда заплетенные в косички. Шутки про близнецов, эльфов-близнецов, загул папаши, клонирование и прочие генетические мутации были для них в порядке вещей. На такое они уже давно перестали обижаться. Удивительным был факт, что они одинаково хорошо умели программировать и, на этой почве подружившись много лет назад, старались все время работать в одной команде. Сначала баловались играми под Андроид и АйОС. Теперь решили связаться с отечественными заказчиками.

А вот Валя Варенкова в этой команде действительно выделялась: пухлые губы, слегка смуглая кожа, черные как смоль волосы.

Захар все время подшучивал над ней, что она похожа на знаменитую индейскую девчонку – Покахонтас. Иногда прямо так и называл ее прилюдно. Валя при этом обиды никогда не держала. Только когда кто-то из программистов коверкал ее фамилию, например, Вареник, – вот тогда можно было схлопотать смачную оплеуху за обиду. Но в этой компании все люди смышленые, быстро научились никого в лицо не обижать. Заказчик хотел, чтобы вместе с самой программой покупатель также получал и небольшой учебник с готовыми работами, шаблонами и несколькими примерами визуальных возможностей отечественного софта. Конечно, воплощение всей этой художественной истории пало на хрупкие плечи единственной девушки в команде. Она показывала недюжинный задор и отлично справлялась с работой.

Открытое пространство, заполненное сотней молодых людей разных взглядов, устремлений и задач, больше напоминало улей, только без королевы-матки. Стены внутреннего помещения были из красного кирпича. Морально устаревший и всех доставший стиль «лофт», по уверению людей, открывших это место, позволял людям лучше концентрироваться и направлять свою природную энергетику в правильное трудовое русло. Хотя правда была куда прозаичнее. Владелец коворкинга сэкономил деньги на отделке стен.

В тот день Валя пришла раньше всех, заняла козырный боковой столик возле панорамного окна с видом на главный проспект города. Вскоре подошли Дима и Миша. Последним заявился Захар. Он был бледен и как будто все еще не в себе. Огромная бадья с кофе в его руке почти опустела, и ему явно этого было мало. Среднеазиатский бариста неправильно услышал его имя, и на стаканчике значился некий Замар. Ну, хорошо, что не Захер…

Первым делом Скаро со всеми поздоровался и отправился за кипятком – сварить себе еще немного бодрящего напитка на местной общедоступной кухне.

– Чего-то у тебя вид убитый? Халтурку нашел? – поинтересовался не в меру умный Миша.

– И да, и нет… – Скаро отхлебнул кофе и сильно помотал головой, пытаясь прийти в себя. Он расскажет им как-нибудь потом. Если вообще решит рассказать. – Давайте сейчас чисто по теме. Какие правки?

– Правок по визуалке сегодня нет… – Валя как-то загадочно улыбнулась. – Зато заказчик прислал утвержденное название для программы!

– Ну-ну! Не томи! – Дима был взволнован.

– Небось какой-нибудь «Фотомаг»… – предположил Миша.

– Хуже… «Фата Моргана».

– Что? – хором изумились Миша и Дима.

– Не может быть… – промямлил Захар. Пожалуй, не лучшее названия для подобных графических программ. Но хозяин – барин.

– Да-да… Они не потрудились объяснить, почему. А вот Гугл дал наводку. Фата Моргана – это редкое оптическое явление. Если коротко, то это мираж…

– Мираж, как и сама программа! – буркнул Дима. – Какая разница, как она называется, если мы все равно нихрена не успеваем!

– Уж лучше бы «Фотомагом» обозвали… – почесал затылок Миша. – Может, ответим заказчику, что Фатыморганы всякие не катят и надо что-то поприличнее?

Захар сделал глоток обжигающего кофе. Он уже чувствовал себя лучше. Гораздо лучше.

– Ничего мы не будем никому говорить. Это не наше дело. А вот как раз наше дело – это сама программа и денежки за ее реализацию. Так что давайте займемся кодом!

Не сказать, что работа двигалась хорошо. Обычный темп. Каждый работал в спокойном ритме, не форсировал и старался наслаждаться своими навыками. Чувство катастрофы в качестве приближающегося дедлайна было запрятано куда подальше. Ближе к обеду Захар почувствовал себя в отличном расположении духа, даже аппетит прорезался. Он сбегал в соседнюю забегаловку за гамбургером с беконом и омлетом. Он хорошо идет и на завтрак, и на обед, и на любое другое прожорливое время суток.

Они оторвались от процесса, только когда большинство людей, снующих вокруг них, куда-то исчезло и в коворкинге стало тихо, мрачно и одиноко. Рабочий день для большинства уже был завершен. Миша решил первым закончить свою работу и обратился к задумчивому Захару, который все еще рассматривал свои коды.

– Ну что, сегодня во сколько?

– Что – во сколько?

– Что-что! – взмахнул руками Дима, подключившийся к разговору. – «Склепы и Сокровища»!

– Ты чего, забыл, что сегодня ночью продолжается турнир? – напомнил Миша.

– Блин! Тоже мне фанат настолок! Нас в это все втянул, подсадил, понимаешь, а сам и не собирается явиться на побоище! – фыркнула Валя, закрыв свой ноутбук и убрав графический планшет в большой рюкзак. – Я, может быть, уже прониклась этой тупой игрой!

Захар замялся. Он действительно совсем забыл про любимое развлечение последнего времени. Настольные игры хорошо разнообразили его досуг. Да и помогали развеяться, перезагрузить мозги.

– Если честно, у меня сегодня еще есть дело… Я… Я не знаю, во сколько освобожусь…

– А ты освободись вовремя! – повысила голос Валя. – Команда должна быть едина!

6.

Здание Clever Green Inc. казалось неприступной крепостью из бетона и металла. Захар раньше не задумывался о том, что находится на остальных восьми этажах здания. Выше первого этажа он не поднимался. Судя по вывеске, в здании обитало только одно предприятие. Он видел ресепшн, несколько кабинетов на первом этаже и что-то вроде тестовой лаборатории, куда его привели и дали опробовать инновационное устройство виртуальной реальности. Наверное, там выше находятся программисты, дизайнеры и разработчики софта, за темными окнами на всех этажах кипит работа. Иначе быть не могло, такой девайс могли создать только сотни человек, сотни профессионалов и знатоков своего дела.

Но почему-то Захара не покидало чувство, что за окнами кроется пустота и всепоглощающая тьма. Как в его вчерашнем сне. Залпом допив остаток уже четвертой за сегодня порции кофе и выкинув стаканчик в урну, он с усилием поборол сомнения и отправился к входной двери. Скаро настраивал себя расквитаться с этой игрой как можно быстрее. Его еще ждала веселая ночка с настольными играми и компанией коллег. Но первым делом – деньги, большие деньги. И вероятно, большое будущее.

Они уже ждали его. Надо только открыть дверь.

Все тот же просторный зал. Ресепшен. Белоснежный коридор и такая же белоснежная дверь. На стене картина – ничего интересного, просто абстрактная мазня в духе авангардистов. Специальный подиум для устройства, как и прежде, главенствовал в помещении. Только теперь ожидавших его было четверо. К программисту, пиджаку и Мистеру Сама Серьезность с черными глазами добавилась далеко не молодая женщина. Короткие светлые волосы служили своеобразным вызовом окружающим ее мужчинам. Обтягивающая кожаная юбка и длинные ноги, украшенные черными лакированными туфлями, что добавляло властности образу. Захара насторожил только ее белый врачебный халат.

Артур Константинович поманил вошедшего Захара рукой и положил на рабочий стол бумаги. Властный жест человека, который умеет делать деньги.

– Вовремя! Пунктуальность в нашем деле – это главное. Подписывайте и приступайте к делу…

– Можно прочитать для начала?

Мужчина в костюме не ответил, просто пожал плечами и отошел. Остальные не мешали Скаро читать содержание контракта. Он не любил, когда на него смотрели во время чтения чего-нибудь важного. А вдруг в этих бумажках есть незаметная сноска мелким шрифтом, и он получит ровным счетом ничего после своей работы? А вдобавок еще и почку отдаст в качестве бонуса? Доверяй, но проверяй: так в свое время учил его отец. Захар постарался сесть спиной к собравшимся и сосредоточился на тесте. Через пятнадцать минут, убедившись, что, на его взгляд, все вполне прилично и без подводных камней, он поставил свои автографы на двух экземплярах контракта. Артур Константинович тоже черканул свою закорючку:

– Аванс поступит на счет в течение трех рабочих дней.

Захар улыбнулся собравшимся:

– Ну что ж, не будем тогда терять время. Хочу побыстрее пройти этих упырей…

– Вы думаете, что сегодня сможете завершить этот сценарий? – спросила женщина, до этого ни с кем не вступавшая в разговор.

– Я уверен. Простите, нас не представили…

– Меня зовут Варвара Николаевна Торбинская.

– И вы…

– И я – врач, так что, молодой человек, буду очень внимательно следить за вашим состоянием здоровья.

– Это необходимо? – усмехнулся Скаро.

– Несомненно! – подтвердил Артур Константинович. – Пункт контракта четыре-два, о страховке…

– А все же позвольте узнать, как вы сегодня собираетесь пройти сценарий игры? – подключился к беседе очкарик.

Захар улыбнулся, словно перед ними были дети малые, жаждущие злачных историй от ребят постарше.

– Отец семейства – охотник. Так же по сценарию? Значит, в доме должно быть охотничье ружье. Обычно их держат под замком в шкафах или сейфах. Я найду ключ, достану ствол, патроны и всех порешу. Два упыря против свинца… Ваш сценарий не блещет сложностью!

– Может, вы еще надеетесь и серебряные пули найти? – доктор ехидно хихикнула.

– Ну, время будет, поищу… – Захар подошел к устройству, ловким движением встал на подиум и прицепил себя ремнями к обручу безопасности. – А если нет, буду просто отрубать головы… Классика!

Черноглазый мужчина немного повысил голос.

– Консоль! Найдите консоль! Помните, что нам нужен код! Без него вы не получите свой гонорар.

– Разумеется… Поехали!

* * *

Воронцов выскочил из кареты, едва только та остановилась у места назначения. Захар вертел головой своего персонажа и внимательно смотрел по сторонам. Все еще непривычное состояние. Никаких индикаторов здоровья или плашек с инвентарем. Никаких подсказок или всплывающих менюшек. Даже удобной карты где-то в укромном уголке, и той нет. Все атрибуты видеоигр, к которым давно привык Скаро, отсутствовали. Правда, здесь было кое-что куда важнее. Новое ощущение тела. Захар чувствовал, что к этому незримому состоянию надо было приноровиться. Да, в этих своеобразных ощущениях, казалось, не было никакой логики. Но он не сомневался в том, что привыкнет, и ему понравится.

– Савелий Александрович, мне некогда! Поговорим в гостиной немного позже…

– Как скажете… – опешил старший Друхловский.

Воронцов поспешил в дом. Ориентировался он в нем еще плохо. С момента первого и второго визитов запомнил только порядок нескольких комнат и помещений, расположенных на первом этаже. В столовую ему не нужно, в гостевой флигель тоже, к Дарье – тем более. Поразмыслив у лестницы, он решил, что кабинет главы семейства, вероятно, должен быть где-то на первом этаже.

Приоткрыв одну из дальних дверей, он увидел за нею узкий коридор, ведущий в северную часть дома. Стараясь идти медленно и не шуметь, он вскоре добрался до большой черной двери с витиеватой медной ручкой. На удивление, она не была заперта. Кабинет буквально приглашал гостя в свое чрево, полное сюрпризов. Поиски оружия начались.

И быстро закончились. В итоге ружье было всего одно. Зато какое! Увесистая двустволка системы Бизли-Пёрдье сразу нашлась в большом дубовом шкафу. Все металлические части оружия были покрыты удивительной резьбой. С одной стороны выгравирована сцена охоты: двое мужчин целятся из ружей куда-то в сторону камышовых зарослей. С другой изображен обширный обеденный стол, заваленный всякой дичью. В коробочке лежали всего тринадцать зарядов для ружья. «Символизм. Но этого должно хватить», – подумал Скаро. В выдвижных ящиках сейфа не нашлось ничего, что бы могло привлечь внимание.

– Осиновый кол бы еще найти… – Воронцов повторил слова Захара. В плохо освещенном кабинете эти слова разнеслись причудливым эхом.

Скаро мысленно отметил, как же хорошо реализованы звуки в этой игре, даже тишина – и та была реалистична. Он отложил двустволку и продолжил осмотр кабинета. Книги заполняли собой почти все пространство шкафов и комодов. Это место просто олицетворяло храм знаний. Библиотека – вот то слово, которое подошло бы, да только приделанные к стенам чучела голов диких зверей говорили об обратном. Эта комната была смесью всего со всем. Обыскав каждый книжный шкаф и каждый ящик, осмотрев все возможные скрытые полости рабочего стола, доктор Воронцов даже немного успокоился. Ничего, что могло бы помочь!

– Так… Ну теперь надо как-то спрятать ружье до вечерней заварушки…

Открыв шкаф с одеждой, он обратил внимание на две вещи. Во-первых, старый военный кинжал, висевший поверх потертого кителя. Бурая атмосферная коррозия подсказала, что это старинное серебряное оружие. Ну, не пуля, так лезвие сойдет! Во-вторых, большой охотничий зеленый холщовый мешок лежал скомканным в темном углу. Идеальный цвет для маскировки.

Воронцов зарядил два патрона и завернул ружье в ткань. Оставшийся боезапас перекочевал в его карманы, а серебряный кинжал был аккуратно спрятан в левый сапог. Стоило врачу тихо выскользнуть из коридора и незаметно закрыть за собой дверь, как его тут же окликнули со спины.

– Игорь Петрович, а мы вас потеряли! Думали, не утопились ли в озере…

Воронцов сразу узнал приятный Дашин голос. Тревожилась ли она за него или шутила?

– Здравствуй, Дарья! Рад тебя видеть, – Воронцов попытался улыбнуться. – Уже пора за стол?

– Мне бы хотелось, чтобы вы составили компанию моим гостям. А что это у вас в руках?

– Простите великодушно… Подарок вам подыскал… – мужчина неловко убрал увесистый вытянутый мешок себе за спину. – Не хотел раньше времени показывать!

– Право, не стоило, – Дарья своими тоненькими пальчиками потеребила багровую бусинку на своей шее: ей было приятно внимание, от которого она успела отвыкнуть. – Меня сегодня все балуют…

– Сегодня день такой – для балования!

– Когда закончите свои приготовления, поскорее присоединяйтесь к нам…

– Буду через минутку.

Он слышал, как по деревянному полу процокали каблучки. Девушка вернулась к гостям, и в коридоре вновь воцарилась тишина. Прежде чем присоединиться к празднованию, он решил кое-что проверить на втором этаже. Воронцов подошел к мрачной деревянной двери, выкрашенной в черный цвет. Судя по всему, именно там обитают эти исчадия ада.

Тогда чего же он ждет? Нужно просто попасть внутрь и пристрелить их. Возможно, в результате этого и найдется способ обнаружить уязвимость в коде игры. Заставить игру работать не по сценарию. Схитрить, обмануть, надругаться над сценаристом.

Он дернул ручку. Раздался еле слышный скрип. Дверь оказалась заперта. Воронцов настойчиво постучал, потом еще раз, и еще. Тишина. Никто, конечно же, и не собирался ему открывать. Значит, надо подождать у лестницы…

Воронцов спустился на первый этаж и встал у дверного проема, направленного в сторону кухни. В этом темном углу его практически не было видно из коридора, ведущего в гостиную. Спускающиеся со второго этажа окажутся к нему спиной. Идеальная позиция для неожиданной атаки.

Но все пошло по-другому. Словно специально из коридора появилась Наталья. Она знала, где стоит Воронцов, хотя и не должна была… Не могла! Она приветливо улыбнулась, без лишних слов взяла доктора под руку и повела его в гостиную к столу. Скаро удивился, но не пытался сопротивляться – и позволил отвести своего персонажа на место будущей бойни. Сюжет, вероятно, не даст развиваться по-другому. Место трагедии уже определено.

Дальше все происходило по знакомому сценарию: унылые разговоры собравшихся за столом, пока слуги приносили еду.

Когда гости собрались и зажглись свечи, Воронцов уже был готов к действию. Он аккуратно засунул холщовый мешок себе под стол и наполовину раскрыл его. Ему нужна была всего секунда, чтобы достать ружье и открыть огонь. Палец нащупывал спусковой крючок. Захар поймал себя на мысли: он настолько поглощен историей, что даже чувствует холод металла, исходящего от ружья. Абсурд! Он понимал, что это всего лишь игра. Просто разыгравшаяся фантазия. Но все вокруг было слишком реальным.

И вот уже Георгий Степанович и Мария Степановна вышли к гостям. Бледные и голодные. Мужчина запер на ключ входную дверь.

– Простите, друзья… Но все делается к лучшему…

Женщина улыбнулась, оскалив зубы, два клыка неестественно выпирали вперед. Она бросилась на своего мужа. Как только его оторванная голова отлетела в камин и раздался жуткий женский визг, Воронцов начал действовать. Хладнокровно и решительно.

Мария Степановна как раз уже впилась в горло старшей Друхловской. Первый заряд попал ей в брюхо и откинул вампиршу с ее жертвой в сторону стены. Забрызгав пространство багровой кровью, чудовище замерло. Георгий Степанович, к этому времени уже разделавшись с Натальей, продолжал пировать: наскоро прокусив шею верещащей дочки Друхловских, он пытался вдоволь напиться ее кровью, поэтому не сразу понял, что происходит. Выстрел прилетел прямо в затылок. Мозги упыря вперемешку с кровью и частичками черепушки обрызгали уже бездыханное тело укушенной Конкордии. Воронцов поспешно перезаряжал ружье. К этому моменту Мария Степановна пришла в себя и еще больше рассвирепела. Глаза налились черной кровью, она издала гортанный вопль и бросилась рывками в сторону Воронцова.

Первый выстрел пришелся мимо женщины и прилетел аккурат в спину старшего Друхловского, пытавшегося отпереть ставни и вырваться на улицу. Второй выстрел оказался удачнее. Заряд раздробил коленную чашечку и оторвал упырихе левую ногу. Мария Степановна упала на пол и, извиваясь от боли и испуская ультразвуковой крик, поползла в сторону Воронцова. Из перебитых вен фонтаном брызгала темно-красная кровь. На новые заряды времени уже не было. Врач бросил ружье на пол и, достав из сапога серебряный кинжал, рванул к окровавленной вампирше, схватив ее за волосы. Удар, еще удар, потом еще. И так, пока тварь не перестала подавать признаки жизни – если, конечно, предположить, что она была живой.

Воронцов хотел было выдохнуть с облегчением, как вдруг услышал мерзкое чавканье. В другой части комнаты вернувшаяся к жизни Конкордия пила кровь из камердинера, а в несчастную, потерявшую сознание Дашу вцепилась очнувшаяся и невероятно голодная Друхловская. Руки сами потянулись за ружьем. Заряды заняли свое место, теперь оставалось только стрелять. В комнате повисла жуткая звенящая тишина. Старший Друхловский и старший Караваев уже отправились на тот свет. Два мертвых упыря лежали на полу. Значит, теперь нужно было закончить дело с новообращенными. Воронцов это чувствовал. Сюжет сам толкал его к этому. Сколько бы ему не хотелось нажимать на спусковой крючок, но дело должно быть завершено.

Конкордия наконец заметила, что за ней наблюдают. Она отпустила обмякшего камердинера на пол и медленно поднялась. Ее взгляд исподлобья не внушал ничего, кроме страха. Воронцову было жалко эту девушку. Молодая, добрая, веселая. Просто ей не повезло оказаться не в том месте не в то время. Рыжие волосы и кровь на лице в какой-то момент слились в один цвет – цвет приближающейся смерти. Она стремительно бросилась на гостя – это был такой желанный ужин!

Выстрел отбросил ее обратно к стене. Дробь изуродовала ее юное лицо, оголив разодранные связки мышц и кровяных сгустков с раздробленными костями. Но тварь еще извивалась. Лежа на полу, она пыталась встать, пыталась кричать, пыталась огрызаться, бульканье крови в остатках раздробленной гортани было сродни реву загнанного и умирающего сказочного зверя. Воронцов встал прямо над ней.

– Да избави Бог тебя от страдания…

Второй выстрел – и ошметки черепа с оранжевыми горящими волосами разлетелись по комнате.

Врач осмотрел мертвого камердинера. Две глубокие кровоточащие отметины на его шее подписали бедняге приговор. Не став ждать, когда он очнется, Воронцов вонзил в его сердце серебряный кинжал. Остались трое.

Выстрелы из ружья, словно удары колокола, отправляли на тот свет эти демонические отребья. Одного за другим. Захар не жалел патронов. А вот с Дарьей пришлось повозиться. Воронцов замешкался, когда она посмотрела на него. Таким настоящим, человеческим взглядом. Секунда, чтобы сделать выстрел, была упущена. Девчушка резво бросилась на доктора и повалила с ног. Забравшись на него, как наездница, она неистово пыталась укусить его за шею. Но Воронцов сопротивлялся. Одной рукой он сжал тонкую, испачканную в крови шею, тем самым отодвигая появившиеся смертельные клыки, другой искал подходящее оружие. Серебряный кинжал предательски отлетел в дальний угол комнаты, а до ружья было не дотянуться. Зато помогли столовые принадлежности, в изобилии разбросанные по комнате.

Серебряная вилка с противным глухим хрустом вонзилась аккурат в глаз по самую рукоять. Тварь хрипло зашипела и, начав извиваться, отползала в угол комнаты. Ее судорожные конвульсии были недолгими. Вскоре она затихла. И Воронцову показалось, что он вновь любуется прекрасной девушкой с кровавыми бусами на ободранной шее. Проклятое наваждение!

Воцарившаяся тишина показалась Захару слишком уж лишней. Обычно, когда враги гибнут в таких ожесточенных баталиях, в играх звучит пафосная музыка на заднем фоне. Он по привычке ждал, что вот-вот возвестят фанфары об окончании столь сложной игры. Появится экран статистики или брифинга. Хотя бы чего-нибудь знакомого. Но нет. Тишина. Только мерзкое тиканье часов в прихожей.

Значит, дело не сделано до конца. Воронцов подобрал окровавленный нож и ружье с последним зарядом. Он внимательно осмотрел комнату смерти. Все мертвы. Скорее всего, надо двигаться дальше. Вероятно, упущена важная деталь? Он выдохнул и отправился искать неизвестно что в опустевшем дворянском гнезде. Захар все еще надеялся увидеть консоль или хотя бы возможность найти любую зацепку. Ему казалось, что объективно чего-то здесь не хватает. Что-то нужно сделать.

В дальней части дома на кухне он нашел кухарку и служанку. Тела были разодраны пополам и валялись возле открытого входа в выкопанный ледник. Их возвращения не стоило опасаться. Вероятно, поэтому игра так целенаправленно отправляла Воронцова в гостиную. Упыри сначала уничтожили всех обитателей дома по разным комнатам, чтобы никого не осталось в тылу. Крови им должно было хватить до скончания века.

Вскоре Захар наведался на второй этаж. Двери, как он и думал, оказались открытыми. Он побывал в комнатах, где обитали Мария Степановна и ее братец. Ничего необычного. Просто мрачные помещения, словно лишенные частички пребывания в них живого человека. Нигде в доме не было и намека на баг или глюк текстуры. Некуда было провалиться или забраться. Идеальная локация с невероятно продуманными декорациями. Когда Воронцов пришел в комнату Дарьи, то почему-то решил присесть на мягкую кровать, застеленную одеялом с пестрыми витиеватыми рисунками. Мягко и удобно. Как в реальной жизни. Удивительные ощущения. Он осмотрелся. Комната как комната. Наверное, светлее, чем все виданные им в этом доме. На стенах несколько живописных полотен с примитивными сюжетами. На небольшом прикроватном столике лежал футляр, в котором, вероятно, находились те самые багровые бусы, а рядом лежало сложенное письмо. Воронцов развернул бумагу.

«Дорогая Дарья! Простите меня за бестактность. Простите меня за горе, которое я когда-то причинил Вам. Я не тот человек, который выполняет обещания. В знак того, что у нас было, я, конечно же, приеду на Ваши именины. Но о продолжении наших отношений не может быть и речи. Вы единственная знаете о моей пагубной привычке к морфину. Теперь я вновь могу его достать в любых мне нужных количествах. Себе и моим друзьям. И я не хочу что-то менять! Уверяю Вас, я не тот, кто Вам нужен. И не тот, что был раньше. Прошу Вас сохранить мою душу в спокойствии – и давайте останемся друзьями во имя прекрасных дней прошлого.

 Всегда Ваш В.»

Воронцов отложил бумагу в сторону. Теперь в его руках оказалось ружье. Захар понял, что к чему. Выход из игры найден. Он был в темном туннеле дула ружья с последним зарядом.

7.

Скаро снял шлем виртуальной реальности. Глаза болели, словно засыпанные песком. Из-за жуткого зуда слезы полились градом. Чувство тошноты подкатывало к самой гортани, голова немного кружилась и гудела. Молодой человек снял перчатки, отстегнул ремни крепежа и тяжело выдохнул.

– Эту игру невозможно вскрыть изнутри!

– Нет. Все возможно, – презрительно процедил Артур Константинович. – Это же просто компьютерная игра, не так ли?

– Я все осмотрел.

– Вы играли дольше, чем в прошлый раз. Почему? – осведомился человек с черными глазами.

– После того, как я убил упырей и всех, кто был в доме, игра позволила пройти дальше… Если это можно так назвать. Я изучил дом. Все сделано идеально.

– А что произошло потом? – поинтересовалась Торбинская.

– Нигде не было и следа консоли… Уровень структурирован настолько хорошо и продуманно, что мне на секунду показалось, что это реальная история.

– Я спрашиваю вас не о том, что вам показалось, а о том, что было дальше? Как вы закончили игру? – спросила доктор и сделала несколько рукописных пометок в своем планшете.

– Мне стало интересно… Скажем так, могу ли я играть против системы…

– Это еще как? – черноглазый мужчина явно заинтересовался услышанным.

– Ну, игра – это же всегда правила. Убей другого – или тебя убьют. Или успей за определенный лимит времени сделать ряд действий. Короче, ограничения и схемы заранее прописаны. Мне стало интересно, что будет, если снести самому себе башню из ружья…

– Вы застрелились?

– Ага… – Захар рывком слез с подиума и тут же пожалел об этом. Голова закружилась так, что он реально был готов облевать все вокруг. Однако, закрыв глаза и несколько раз глубоко вздохнув, он с трудом, но преодолел приступ: – Слушайте, у меня еще есть дела сегодня, так что продолжим завтра поиски вашего кода с удвоенным рвением и желанием. Есть у меня идеи на этот счет! Прогуляюсь по окрестностям. Осмотрю каждое дерево! Каждый куст!

– Завтра посмотрим, – холодно ответил человек с черными глазами.

Настолка «Склепы и Сокровища», а если быть точным, то локализованное официальное название значилось, как «Склепы&Сокровища», была игрой, относящейся к категории карточных, но с присутствием особого игрового поля. Универсальные правила позволяли играть один на один, два на два или четыре на четыре. При этом в компании игроков обязательно должен был быть так называемый «сюжетный мастер». Человек, который выдает квесты и задания, а также бросает четыре пирамидки судьбы с очками действий и двигает фишки игроков по карте.

Неизвестно, из-за чего создатель игры выбрал пирамидки вместо обычных игральных костей. Но факт остается фактом: пирамидки стали удивительным символом сложности игры. Только на двух концах пирамидки были так называемые зоны очков. В итоге максимум можно было набрать четыре очка действия, а минимум вообще ноль. Жестко, но весьма действенно. Один на один играть в эту игру весьма скучно, а вот битвы командами четыре на четыре всегда представляли из себя увлекательную погоню, когда одной из команд повезло и судьба выкинула им первую четверку на пирамидках.

 Место проведения турниров по «Склепам» не менялось. Антикафе на территории бывшей швейной фабрики давно приманило к себе любителей настольных игр. Антикафе «ПИЩЕБЛОГ» можно было вообще назвать Меккой для гиков и задротов всех мастей. Не было в городе места, где любители настолок, видеоигр, комиксов и все чего можно могли собраться вместе и провести отлично время. Захар, Валя, Дима и Миша пришли, как и положено, за двадцать минут до назначенного срока, успели разложить все свои карточки, перекинулись парой слов с местным мастером сюжета и просто сидели за большим круглым деревянным столом в ожидании своих соперников. Из-за каких-то неотложных дел ребята из команды противника опаздывали на встречу. Время тянулось долго. Захар успел выпить две чашки кофе. Третью побоялся. Потом не заснет, такое уже бывало.

Несколько скучающих зрителей громко беседовали с сюжетным мастером. Он открыто хвастался, что придумал для сегодняшней битвы несколько новых необычных сюжетных ходов. Захар старательно пытался никого не слушать и сосредоточиться. Голова все еще гудела после тестинга этого странного девайса. Но хуже всего было то, что перед глазами все время стояло бледное лицо девушки с багровыми бусами. В итоге команда оппонентов прибыла ровно с двадцатиминутным опозданием.

Описать внешность соперников весьма просто. Непроходимые ряды воспаленных прыщей, как минные заграждения, закрывали черты лица и характера каждого из четверки. В итоге они выглядели не как матерые игроки в «Склепы и Сокровища», а как самые настоящие помидоры.

Начали быстро. Мастер спешил, как мог, чтобы наверстать упущенное время. Персонажи представлены. Дополнительные случайные карты выданы. Ловушки и сюжетные действия подкинуты на карту. Право первого хода выиграла команда прощелыг.

Приключение началось! Правда, с пирамидками сразу не задалось, и партия проходила в среднем темпе. Задания от сюжетного мастера были действительно интересные. Никто из собравшихся не хотел форсировать события. Зрители с удовольствием наблюдали за схваткой. В те моменты, когда команды сталкивались на участках для боя, разыгрывались либо битвы в темную, либо с рандомной дуэлью один на один. В итоге из-за нескольких обидных оплошностей не-братьев-Улицких команда соперников убежала на несколько ходов вперед, чем дико взбесила Валю, которая тут же получила предупреждение за недовольство действиями сюжетного мастера. К середине игры, когда на карте лабиринта древних склепов и гробниц Авартарии почти не осталось возможностей для маневра и партия шла откровенно к бездарному проигрышу, Захар вдруг попросил перерыв. Большая вереница зрителей направилась в сторону туалетов.

Дима, Миша и Валя тоже собрались последовать за ними. Но Скаро резким жестом остановил свою команду:

– Так, нам нужен план!

– Да о чем ты? Все уже просрано вчистую! Этот мастер жулит! Он явно с ними заодно, – высказалась недовольная Валя.

– Подождите, а где Меч четырех перстней? – Захар рылся в своей колоде карт.

– Чего? – хором спросили его друзья.

Захар нервно улыбнулся:

– Ну как чего! Меч! Когда собираешь четыре перстня, вскрыв саркофаги древних. Он у нас должен быть еще с прошлой игры… Он же делает телепорт на десять ходов?

Взгляд Захара был слегка испуганным. Улыбка, наоборот, давала собравшимся понять, что он, возможно, просто шутит.

– Нет у нас никаких перстней… – озадаченно протянул Миша.

– У тебя что, температура? – Валя поднесла ладонь ко лбу Захара. Тот дернулся и, казалось, разозлился, теперь лицо его выражало исключительно волнение.

– Хорош прикалываться! Я помню, мы выиграли этот сраный меч в прошлой игре… У нас должна быть эта сраная карточка…

– Может, ты не с нами играл… – хмыкнул Дима.

Скаро сгреб в кучу карточки всей команды. Магические талисманы, зелья и амулеты силы, артефакты мертвых, живых и инфернальных. Тут было все, кроме Меча четырех перстней. Чертовой разноцветной штуки, которую он лично заслужил еще в прошлой битве турнира. Такого не могло быть, чтобы он ее просто тупо потерял. Что-что, а за такими вещами он следил.

– Что за бред! – возмутился Скаро. – Бред! Бред! Бред!

Дима показал Захару экран своего смартфона:

– Нет в правилах никакого Меча с четырьмя перстнями! Сам посмотри! И прекрати орать на нас, вон уже все вокруг напряглись. Надо уметь проигрывать достойно.

Скаро схватил смартфон и внимательно прочитал раздел правил с дополнительными карточками. Все верно. Официальный сайт не может врать. Меню дополнительных возможностей игроков, Золотые секиры, Ножи аргонавтов, чего только там нет. Но нет ни слова о Мече четырех перстней. Неужели он ошибся?

– Чушь… – только и смог вымолвить Захар. – Этого не может быть, я лично держал эту карточку в руках…

– Может, ты перепутал настолки? – засомневалась Валя. – Такое бывает. Я так частенько путаюсь в рпэгэхах, что, где и почем. Они все похожи, но при этом разные.

– Не знаю…

– Расслабься, чувак, мы должны доиграть партию… – заметил Миша. – Сгоняй в толчок. Умойся. На тебе лица нет.

– Да… Тяжелый был день.

ЧАСТЬ 2
Чти палача своего

1.

Утреннее солнце только поднималось над безмятежной гладью озера. Лодка плыла беззвучно, почти не оставляя за собой следа на воде, словно была неотделимой частью бескрайней водной массы. Поздняя осень оголила уродливые черные скелеты деревьев; желто-серая масса грязи, окружавшая огромное имение князей Даниловых, казалось, была такой же бесконечной, как и тихое озеро. Окно центрального балкона видавшего виды усадебного дома выходило как раз в сторону озера под названием Черное, названного так по традиции тех мест исключительно из-за цвета ила в подобных водоемах. Большой сад с несколькими потемневшими статуями, заказанными из Петербурга, был чужд этим местам, они были словно вкраплением из другого мира, другой эпохи, другой цивилизации. Какие-то три десятка шагов от садика – и вот уже виднелась пристань Черного озера. Маленькая, покосившая и обветшалая. Доски давно сгнили, как и почти все здесь. Единственная лодка на всю округу уже растворилась в еще державшемся над водой легком тумане.

Женщина смотрела на свои бледные руки: морщины, грязь, забившаяся под пожелтевшие ногти – и дрожь. Словно каждая частичка плоти пронизана туманом, от которого нутро трясет лихорадкой. Она не одна в лодке. В носовой части лежит серый сверток. Он шевелится, он звонко смеется. Он так славно смеется! Сначала появляется маленькая пухлая ручка, пальцы начинают резво теребить ткань и пытаются найти выход из кокона.

Женщина опускает весла, приподнимается со своего места и смотрит на ребенка.

– Какой милый карапуз, – еле слышно произносит она.

Потом взгляд женщины скользит ниже. Грубая ткань свертка и сам ребенок обмотаны веревкой, конец которой привязан к увесистому серому камню.

– Да вы издеваетесь… – процедила женщина и начала оглядываться по сторонам.

Окрестности казались полностью безлюдными, а природа медленно умирающей. Осень овладела миром. Женщина взялась за весла и решила грести дальше. На берегу разберется. Ребенок все еще ворочался, но никаких звуков не издавал. Он как будто наслаждался прогулкой на свежем воздухе.

– Что за садист это придумал…

Вскоре лодка с чавкающим звуком уперлась в берег на другом конце Черного озера. Огромная усадьба осталась за спиной. Туманная дымка не позволяла разглядеть детали. Этого и не надо было делать. Черные глазницы окон и колонны, как клыки оскалившегося черепа, говорили сами за себя. Здание выглядело заброшенным и всеми забытым. Но она знала, что это не так. Там живут. Вернее, живет проклятый Родион. Она знала, что он – настоящее зло во плоти. Губитель чистых душ. Мучитель. Изверг. Тварь, недостойная ходить по этой земле. Она знала, что он причиняет боль и смерть. И знала, что так было не всегда.

Эти места были полны спокойствия и доброты. Когда-то здесь была хозяйка, Евгения Ильинична Данилова. Добрая к каждому крестьянину, к каждой душе. Она умерла. Ночью. Просто не проснулась. И у земли появился новый хозяин. Не так давно появившийся Родион, который охмурил хозяйку. Была торжественная свадьба, а потом сразу смерть. Они и недели не прожили вместе. Что может быть хуже?

Она все про него знала. Он приехал с Буковины. Был когда-то аптекарем. Несколько лет назад появился в соседнем селении. Жил пышно и роскошно. Конечно, ее хозяйка не могла не узнать о таком знатном кавалере. Здесь, в унылой глуши, слухи распространяются быстрее огня. А когда он лично явился к ней в гости – дело, можно сказать, было решенным!

Хозяйке было за сорок. Почтенный возраст по местным меркам. В молодости шансов выйти замуж было предостаточно, но она растранжирила все возможности. Думала, что вечно будет молодой и желанной. В семье она была одна-единственная, старший брат умер от чахотки. Папенька и маменька вскоре тоже отправились на тот свет. В итоге к сорока годам имение, полученное в наследство, было в ее полном распоряжении. Двадцать крестьянских душ в придачу. Конечно же, когда Родион Отлукавский – так, по его словам, его звали – узнал об этом лакомом кусочке земли, он моментально примчался знакомиться. Три дня флирта, прогулок в саду рука об руку – и было объявлено о свадьбе.

Сначала все действительно были рады. Даже приехавший из соседнего села священник – и тот гулял на свадьбе и охотно пил за здоровье жениха и невесты. А потом хозяйка умерла. И все изменилось. Даже в окружающем пространстве. Все стало серым, грубым и словно пропиталось удушающей злобой.

Родион сразу же проявил себя во всей красе. Как только тело его жены было предано земле, он как с цепи сорвался. Выгнал почти всех мужиков из имения. Оставил в прислугах только женщин. Одна лишь кухарка была старой, а все остальные – те, что по хозяйству, сплошь молодые девки.

В том числе и она. Глупая, неученая, боявшаяся его черных как омут глаз. Она не устояла. Его чары были сильны. Глаза чернее ночи. Дыхание жарче преисподней.

Через девять месяцев родился ребеночек. В отличие от отца и матери, которые были черноволосые и кареглазые, мальчик был светловолосым и синеглазым. Он буквально источал свет неземной. Он никогда не плакал, только улыбался.

Но Родион, как только увидел своего незаконнорожденного отпрыска, стал вести себя так, словно перед ним прокаженный. Сторонился, старался не прикасаться, всячески злился и сквернословил в его присутствии. И вот вчера, как только малышу исполнился шестой месяц, он потребовал, чтобы она его утопила. Не барское это дело – детей от крестьянок иметь! Приказал избавиться от чада: привязать камень – и на дно..

Она проплакала всю ночь и утро. Но потом безропотно согласилась. Взяла камень, привязала к своей кровинушке и отчалила от пристани. Снова всплакнула, помолилась. И… передумала. Причалила к другому берегу и вот теперь держит свиток со своим младенцем в руках.

* * *

Больше всего Захару было интересно, каким образом игра способна рассказывать сюжетные линии персонажей, не показывая заставки или примитивные текстовые брифинги. Устройство даже не использовало аудиосообщения диктора или профессионального актера, зачитывавшего текст на заднем фоне. Захар просто знал то, о чем думала девушка, державшая ребенка. Знал и помнил каждый факт из ее скромной крестьянской биографии. Это было удивительно и страшно! Сознание трубило: так не может быть, что-то здесь не так. Но Скаро уже вовсю был погружен в игру. А все вопросы он оставил на потом.

На следующий день после прохождения истории с вампирами он пришел снова, чтобы попытаться отыскать консоль и вновь пристрелить ненасытных упырей. Но его ждал сюрприз. Главное меню устройства неожиданно разрешило доступ ко второму сценарию. Захар подумал, что, убив всех врагов в предыдущем сценарии, он его формально завершил. Какая разница, хорошая это была концовка или плохая. Он идет дальше. И у него есть цель. К вампирам он еще может вернуться. Надо найти способ взломать код, может, в другом сценарии шансов будет больше! К тому же он сгорал от любопытства: что будет дальше?

Осмотревшись, девушка подошла к небольшой опушке, где, как язвы, из серой земли торчали почерневшие от влаги пни. Оставив сверток с ребенком на одном из пеньков, она отправилась к мрачному дому, что главенствовал в окружающем пейзаже. Беглый осмотр (как решил Захар) не выявил ничего подозрительного. Опять все идеально построено, и уровень дизайна выше всяких похвал. Девушка начала копать завалы листьев в разных местах локации. Каждый листочек был проработан, под этими завалами была влажная черная земля. Захар повел своего персонажа к зловещему зданию. Под ногами неприятно чавкала грязь. Ошибки! Где-то должны быть ошибки! Все совершают ошибки!

Дверь, ведущая в барский дом, была не заперта. Зайдя в помещение, девушка обратила внимание на длинный темный коридор. Старая керосиновая лампа, покрытая паутиной, отставшие от стен обои, две покосившееся картины с изображением идиллических пейзажей. Но коридор был не так прост. Вдалеке виднелась мерцающая полоска света, пробивающаяся из-под огромной дубовой двери. Она знала: он там! Единственный обитатель этого мертвого дома. Ждет ее отчета о содеянном. Никого здесь больше нет… Битва один на один!

Скаро сначала повел своего персонажа осматривать первый этаж здания на предмет оружия или багов в склейке текстур. Все опять слишком детально. Скрип половиц. Пыль и паутина. Захару начало казаться, что даже ветхие бумажные обои в гостиной на ощупь действительно напоминали реальную бумагу – шершавую и сухую. Девушка отдернула руку от стены и быстрым шагом направилась в единственное помещение со светом. Решила не стучать, зашла сразу.

В комнате и вправду находился он, ее мучитель. Бордовый кафтан с вышитым на нем вензелем, черные зализанные волосы, в руках склянки и пробирки. Он отошел от рабочего стола и смотрел на нее внимательно, с любопытством ученого, выжидая, когда она переступит невидимую границу его личного пространства.

– Ты выполнила мое указание?

– Да пошел ты… – только и ответил Захар голосом несчастной девушки.

Она сделала шаг вперед, и в нее тут же полетел огненный раскаленный шар, запущенный руками этого мрачного человека. Колдун, успел понять Захар. Все продлилось меньше секунды. Буквально одно смертельное мгновение. Оранжевое ядро ворвалось в плоть и разбросало ошметки внутренностей по комнате. Чернота воцарилась вокруг.

* * *

Захар сорвал с себя шлем виртуальной реальности и уставился на собравшихся в комнате зрителей. Вся четверка стояла молча, напоминая статуи, и внимательно наблюдала за поведением Скаро.

– Так нечестно! Этот ублюдок мне и минуты не дал в бою!

Четверка продолжала хранить молчание. По лицам было видно: им есть что сказать. Но они все равно молчали, словно от мучений тестера у них поднималось настроение.

– Чувствую себя лабораторной крысой… – промямлил Захар и снова начал надевать шлем. – Ладно, запускаем еще раз!

– Помните, ваша задача – найти консоль и код! – громко напомнил Артур Константинович.

– Да помню я! Сначала с колдуном поквитаюсь!

Торбинская сделала несколько пометок в своем планшете и, дождавшись когда тестер снова наденет шлем, обратилась шепотом к человеку с черными глазами:

– Григорий Евгеньевич, может, ему сказать?

– Нет, даже не думайте, пусть сам до этого дойдет…

– В этот раз мы бы могли опередить график, – поддержал врача Артур Константинович.

– Он и так очень неплохо идет. Не вижу смысла форсировать.

2.

Снова просторный кабинет колдуна. Снова черные проклятые глаза, внимательно следящие за движением девушки. Захар специально передвигал персонажа по комнате маленькими шажками, скрупулезно изучая все возможные пути атаки колдуна. Его целью было понять, где та невидимая черта смерти. Зона, за которой начинается битва. Можно ли обмануть систему? Неаккуратный и неловкий шаг – и вновь огненный шар разорвал плоть несчастной девушки.

Скаро снял шлем и закричал:

– Еще раз! Еще раз!

Все повторилось опять. Озеро, сверток с чудесным младенцем, жуткий безжизненный дом и вновь большая комната, в которой обитала смерть. Скаро внимательно осмотрел пространство. Ничего, что могло бы помочь с уничтожением супостата. Предметы находились слишком далеко. А он был уверен, цель именно в этом. Зло во плоти должно быть наказано! Как – это уже другой вопрос. Этот квест начинал ему нравиться.

Девушка вышла из комнаты обратно в темный коридор. Колдун ничего не предпринял. Просто смотрел, как она уходит. Он даже не моргал. Словно завис и оставался в одном положении. Дверь в жуткое помещение захлопнулась сквозняком. Хороший знак. Если позволена вольность в действиях игрока, значит, прописанный даже в мелочах сценарий можно обхитрить.

После повторного тщательного осмотра дома девушка нашла одно-единственное подходящее оружие. Старая чугунная кочерга пряталась в одной из комнат. По мнению Скаро, именно она должна была противостоять огненным шарам. Захар невольно хохотнул, вспомнив былые деньки, когда играл в старые, в кавычках, добрые видеоигры, где подобным оружием на тот свет отправлял сотни вражин. Дни тех простых зубодробительных игр безвозвратно уходят. Теперь балом правит реализм, серая мораль и важные социальные вопросы. Честно говоря, он грустил по тем бесхитростным временам.

– Жаль, берданки нет…

Дверь вновь отворилась. Черные хищные глаза уставились на девушку, державшую в бледных руках кочергу.

– Ты выполнила мое указание?

Скаро тут же рванулся в сторону колдуна, но его расчет на легкий наскок с несколькими маневрами отклонения оказался ошибкой. От первого раскаленного шара он действительно успел увернуться. Тот летел по стандартному алгоритму первой атаки, как и раньше. А вот второй залп застал его врасплох. Слишком быстро. Слишком точно. Словно колдун знал каждый дальнейший ход, каждую мысль игрока.

Захар рывком снял шлем. Головная боль заявила о себе снова. В сердце поселилась злоба и желание что-нибудь сломать. Он все равно найдет способ победить этого урода.

– Ладно, кочергой его так просто не достать! Значит, буду искать, что помощнее! Давайте включайте еще раз…

Доктор сделала шаг вперед.

– У вас пошла кровь носом… Я думаю, на сегодня хватит.

И действительно, Захар поднес руку к носу, алое пятно неприятно растеклось тоненькими струйками сначала по перчатке и потом по запястью.

– Какого черта?

– Это нормально, просто давление поднялось от переутомления. Вы вон как разволновались! Настоятельно предлагаю на сегодня закончить. Шесть часов в виртуальном мире – это слишком много, – повысила голос доктор.

– Шесть часов? – Захару казалось, что он играл буквально полчаса. Ну, час максимум. Посмотрев на часы, он удивился. Давненько игры так не захватывали его внимание. – Что ж, тогда до завтра…

Скаро неохотно отстегнул перчатки и ремни. Доктор протянула бумажные салфетки. Запихнув в ноздрю скрученный тампон, Захар со всеми попрощался и понуро отправился домой. Как же он не любил проигрывать, тем более, когда противник явно жульничал. Но ничего. Надо найти всего одно слабое место… Завтра с новыми силами и мыслями он найдет и способ уничтожить эту тварь – и открыть консоль.

Он снова вернулся домой подавленным. Это состояние уже становилось классическим последствием тестирования этого странного устройства. Надо было срочно спасать настроение. Малевич получил свою порцию еды, себе Захар решил заказать доставку горячей пиццы, которую намеревался съесть во время просмотра любимого сериала. Он подошел к стеллажу с кучей своих вещей. Игры, давно устаревшие книги по программированию, коллекционные фигурки, настолки и еще куча всякого разного барахла по его любимому с детства сериалу «Марсианские рыцари». Он решил, что немного ностальгии из далекого уютного детства поднимет ему настроение.

Решив пересмотреть восьмой сезон, Захар взял коллекционный DVD в руки и обомлел. Он смотрел на цветную коробочку долго и пристально. Словно пытался разрезать ее взглядом на части, расщепить на атомы, добраться до того, что скрыто от человеческих глаз. Отшвырнув на диван один диск, он схватил другой, потом еще один и еще один. После в ход пошли видеоигры, основанные на сериале. Везде одно и то же: «Марсианские рыцари» переименовались в «Марсианских воителей». Картинки те же, герои те же, да вот беда: название другое.

– У меня в квартире кто-то был… – шокированный Захар не заметил, как начал говорить вслух сам с собой: – Ну конечно… Это просто чертов прикол! Они просто взяли и заменили все обложки…

Скаро нервными движениями вставил диск второго сезона в ноутбук. Он молился, чтобы все было, как прежде, чтобы жуткое чувство колющего страха, появившееся в его груди, исчезло. Он помнил каждое слово из вступительной заставки, в конце которой на фоне яростного гитарного рифа диктор объявлял томным голосом: «Узрите лучших воинов Галактики, к вам пришли Марсианские рыцари!»

Как резкий удар под дых, прозвучала заставка:

– Узрите лучших воинов в Галактики, к вам пришли Марсианские воители!

– Нет-нет-нет! Этого не может быть! Не может такого быть!

Скаро в панике начал проверять каждый диск из своей коллекции. Везде было одно и то же: рыцари исчезли. Без следа и хотя бы малейшего намека на то, что когда-то были. Как такое возможно? Захар решил, что, если диски подменили, может быть, даже и заставку смогли переозвучить. Его трясло. Он лихорадочно метался по комнате. Ну уж интернет-то подменить невозможно! Он бросился во всемирную сеть искать доказательства, что он не спятил.

Сердце учащенно билось, дыхание стало прерывистым, пот проступил на лбу.

– Как же так… – протянул Скаро, чье лицо выглядело так, словно не видело дневного света уже с десяток лет. – Я же помню… С детства… Рыцари… Рыцари, мать вашу! Зурат, Боруг и Ландорег… Все трое были рыцарями…

Интернет показал то же самое. Википедия, фансайты, даже онлайн-кинотеатры, все как один утверждали, что сериал назывался «Марсианские воители» и никак иначе. Гугл при написании варианта Захара тут же лукаво предлагал изменить одно название на другое. Западные сайты также подтверждали данный факт. Никаких «Martian Knights», только «Martian Warriors»!

Минут десять Захар просто сидел в прострации. Он словно завис, отключился от реальности. В голове путались мысли и чувства. Взгляд уперся в яркий экран монитора с доказательством того, что он не прав. А может, он действительно все перепутал? Всю жизнь помнил неправильное название? Нет! Нет! И еще раз нет! Он все помнит! Он знает! Этого не может быть! Всего неделю назад он пересматривал пилотный эпизод сериала и первый сезон. Он не мог ошибиться, потому что, как ребенок, по-прежнему подпевал заставке!

– Бред какой-то… – Скаро достал смартфон и после недолго раздумья набрал номер Вали.

– Привет-привет, – раздался веселый голосок.

– Валя, привет! Слушай, ты сейчас занята? Я не отвлекаю?

– Нет… Я сейчас в центре… Что-то случилось? Заказчик написал?

– Нет! Все норм! Такой вопрос… Помнишь, мы как-то раз на обеде смотрели с тобой сериал из нулевых годов. Про Марс! Ну, ты еще сказала, что главные герои похожи на необучаемых идиотов в разноцветных доспехах и все время влипают в одинаковые ситуации…

– Помню, хотя хотелось бы такое побыстрее забыть.

– Как назывался тот сериал?

– Э-м-м, ты же сам меня заставлял его смотреть…

– Валь, как назывался тот сериал?

– Мне кажется… «Марсианские воители»… Почему ты меня спрашиваешь, это же вроде был твой любимый сериал из детства? Ты должен такое знать…

– Воители… – Захар словно попробовал это противное для него слово на вкус. – Воители, мать вашу…

– С тобой все хорошо? Голос у тебя, как будто призрака увидел и обосрался!

– Практически так…

– Хочешь, приезжай в центр, я все дела свои почти доделала. Вот, думаю, в киноху сходить через час-другой. Давай, приезжай, развеешься.

– Да… Думаю, ты права… Скоро буду.

Захар принял таблетку от головной боли. Дождался доставку пиццы и быстро собрался. На дорогу у него ушло тридцать минут, еще пятнадцать он пытался найти место, где гуляла Валя. Небольшой сквер в центре города. Памятник невинно замученному поэту сталинских времен. Десяток скамеек. Несколько кафешек и тихий джаз, доносившийся из подвального кабака.

Валя в итоге сама нашла его.

– С тобой все в порядке? На тебе лица нет, – она протянула ему стаканчик горячего капучино.

– Спасибо! То, что нужно! – Захар сделал долгий глоток. – У тебя бывало такое, что ты помнишь одно, а на деле все оказывается по-другому?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.