Ольга Морр
Милая берлога

Когда мир, переворачивается с ног на голову за один день, становиться сложно, жить и верить. Пару лет назад одно из существ, которые, по сути, считались сказками, объявил о существовании оборотней. Изначально никто не поверил странному человеку. Но чудовища стали без стеснения показывать свои обличия. И всё это не было похоже на выдумку или книгу. Они оказались не только волками… Видов много, и каждый особенный по-своему, и по-своему опасен для человека.

Как оказалось люди самые слабые существа, но полулюди не стремились убивать нас, и спустя время стало понятно почему. Звери находили среди нас, свои пары. Это пугало. Не всех – нет. Многие девушки и парни мечтали, стать частью одной из стай. Розмари не входила в число таких «мечтателей». Обычная милая девочка двадцати лет, среднего телосложения, с длинными чёрными волосами, и немного не симметричной походкой. Однако стоило взглянуть на ее лицо, становилось не по себе. На милом круглом личике ярко выделялся шрам. Неправильно зажившая рваная рана. От правого виска ниточка направлялась к кончику вздёрнутого носа. Сила при нанесении удара была очень большой. И это поражало тем, что вместо отсутствующего глаза была повреждена только радужка, отчего глаз казался темнее второго. Один зелёный, второй – серый, как трудовые будни. Она никогда не рассказывала, что произошло. Но многие подозревали нападение зверя, и сейчас девушка не была уверена, что с ней и дорогими ей людьми, это сделали не двуликие. Подобной физической и психологической травмой вполне объяснялась нелюбовь Розмари к оборотням.

***

В это утро Ро встала рано, собралась и отправилась на работу. Девушки, принадлежащие зверям, не работали, а ей нужно было как-то выживать в новых реалиях. Зная, что оборотни падки на запахи, она всегда наносила на кожу эфирные масла, которые отбивали нюх даже у человека. Не то, что у двуликих. Накинув капюшон на голову, выскочила из квартиры, захлопнув дверь жилища, и по ступеням раздался неравномерный топот её ножек. Быстрыми перебежками по переулкам она добиралась до места своей работы. С огромным трудом Роза получила фармацевтическое образование. И сейчас работала в одной из аптек. Денег не хватало, но подработок много не давали. Она была неугодна начальству из-за своего отторжения новых глав их общества. Оборотни были уже при власти. Просочились везде. Личные убеждения сделали Ро практически изгоем. Заступив на смену, девушка принялась разносить товар по местам хранения, витая в своих мыслях. Тут ей работалось спокойно, она знала – звери не болеют. Так что все посетители заведения исключительно люди. Но и среди своей расы было много отвратительных существ. В помещение ввалились трое подвыпивших парней. Сразу подкатывая к девушке.

– Слышь, красавица, есть чем догнаться? Там колёса какие-то советовали, но мы спьяну забыли их название. Может, ты помнишь, мышка? – ехидно хихикая и пьяно хрюкнув, завалил вопросами один из вошедших.

– Простите, но в помещение аптеки с животными нельзя, поэтому попрошу вас покинуть заведение.

Стоило ей огрызнуться с этими чудо посетителями, как в зал вошёл директор. И Розмари поняла, что день может стать ещё хуже, чем он сейчас есть. Молодые люди хотели взбелениться в ответ, но не успели. Так как их прервал крик начальства.

– Розмари, я тебя предупреждал! Если я ещё хоть раз узнаю, что ты хамишь посетителям, то уволю. Так что молодец! Собирай вещи и проваливай. За документами зайдешь через пару дней. Я больше не буду терпеть твоё поведение.

Ничего не сказав, девушка поставила корзину с товаром на пол и ушла переодеваться. Скинув в портфель скудный гардероб и рабочую чашку, она покинула аптеку.

Так как с подобными диссидентами как Ро особо не общались, у неё была только одна подруга. Достав из кармана толстовки раскладушку-телефон, набрала номер. Несколько раз никто не отвечал. Стало ясно, что Агата опять была занята, и не сможет помочь своей знакомой. Глубоко вдохнув, девушка направилась в квартиру. Открыв дверь, вползла в помещение небольшой студии, практически без ремонта. Данное жилище Розмари получила после выпуска из детдома. Но денег так и не хватило, чтобы придать пространству хотя бы немного жилой вид.

Плита, санузел и матрац на полу. Больше всего дом напоминал стройку, и исправить такой ход вещей у девушки не было возможности. А после сегодняшнего увольнения даже надежды на исправление ситуации разрушились, как карточный домик. Слезы душили. Эти звери разорвали её родителей и ещё не родившегося братика, а её оставили калекой на всю жизнь, теперь ещё и рушат всё остальное. У неё не осталось ни друзей, ни работы, в конечном итоге и денег на жизнь.

Сползшая по двери субстанция содрогалась в тихих рыданиях. Теперь никто не возьмёт её работать по профессии. Должностей для девушек почти не осталось. Всё что ей светит – это работа посудомойщицей, но может, хотя бы этого будет хватать на пропитание. Её желания ещё с приюта были минимальными. Крыша над головой и еда, больше ничего не нужно. К сожалению, последнего частенько не хватало.

Спазмом свело живот. Но это было привычно, поднявшись, девушка направилась к крану. Пару стаканов воды хоть на какое-то время обманывали желудок, ему казалось, что он полный. Из тяжёлых дум, Розу вывел звонок. Не глядя на имя звонившего абонента, она подняла трубку, ответив безжизненным голосом.

– Слушаю.

– Роза, мышка наша, ты звонила? У тебя всё в порядке? – почему-то голос подруги был взволнованным.

– Наверное, уже нет. Прости, что отвлекла тебя.

– Нет уж, я слышу, что-то произошло, мы с Арчи можем приехать к тебе, ты же сегодня на работе?

– Меня уволили, – и тишина. – Я нахамила алкашам, и Дмитрий меня выкинул. Теперь я не знаю, что делать. Сама знаешь, что по этим новым глупым законам, девушки особо не могут работать. Прости, что прошу тебя, но может, ты знаешь, кому нужна уборщица или ещё что, но срочно?

– О, мой Бог, давай ты сейчас приедешь к нам, и мы поговорим хорошо? Зеленоглазка мысленно подсчитала остатки своих денег и дала ответ.

– Прости, но я не смогу. У меня просто нет денег на дорогу, а пешком я не дойду. Давай встретимся в парке?

– Нет, с твоей одеждой ты ещё заболеешь. Мы заедем через час. Что бы была готова и без соплей.

Агата отключилась.

Ро поняла, что у неё ещё есть время, поэтому она побрела в ванную комнату. Хотелось смыть с себя усталость и боль. Девушка не любила сидеть в ванной, потому что ноги были на виду и слишком голые.

Тогда много лет назад лапа медведя прошлась по детским ножкам, удар сбил малышку, лишая равновесия и, обернувшаяся девчушка получила касательный удар по лицу, после чего память о том дне обрывалась. Обе ноги покрывали рельефные шрамы, по четыре полосы на каждой ноге. И кроме физической боли они приносили с собой ещё более болезненные воспоминания.

К назначенному времени Розмари вышла на улицу. Желания позориться своим жилищем у неё не было. Надвинув, как всегда, капюшон на глаза она стала ждать машину. В паре метров припарковался старенький мустанг, и Ро позвали сесть в салон.

– Привет ребят, – сдержанно кивнула.

– Так, – начала Агата. – Сейчас мы едем к одному нашему знакомому. У него большой дом в черте города, и он ищет прислугу, с проживанием и питанием. Я сказала, что ты на всё руки мастер, так что он ожидает именно тебя. Кстати, ты не больна случаем? А то что-то ты слишком бледная?

В глазах девушки оказалось слишком много беспокойства, и как могла Розмари думать, что они не подруги. Вот закостенелая идиотка.

– Нет, милая, я не больна, не волнуйся. Это, наверное, просто нервное, – о своём голоде она не стала уточнять. – Спасибо вам, даже не знаю, что бы делала…

– Да нас не за что благодарить, – низкий грубый голос раздался из-за руля машины. – Это ты поможешь нам, если сможешь вести этот дом. Главное – будешь в безопасности, и моя мелкая сможет жить спокойно.

Вот это любовь – скажете вы, и я соглашусь. Он ради своей девушки готов на всё. Видимо вымотавшись, из-за собственных переживаний Розмари уснула, свернувшись клубочком на заднем сидении. Пока молодые люди обсуждали, как бы ни раскрыть их главный секрет. Кто они и куда везут подругу. Двое из находящихся существ в машине – оборотни. Они знают отношение этой девушки к подобным им созданиям, поэтому до сих пор и не рассказали. Отец Агаты согласился помочь единственной подруге дочери. Она тоже не была сильно общительной. Поэтому Мирослав пошел на поводу у наследницы.

Альфа мог иметь только одного ребёнка не от истинной пары. Мужчины этим правом редко пользовались. Но Слава по глупости сделал ребёнка, и ни в коем случае не отказался бы от неё. Хотя всё ещё находился в ожидании своей единственной.

От резкого торможения Ро проснулась, и ошарашено огляделась.

– Такое чувство, что вы привезли меня в берлогу к медведю, – молодые люди поперхнулись воздухом. – Да шучу я, что вы, в самом деле. И мне нужно будет работать тут? Это прекрасно.

Черноволосая голова вертелась в разные стороны. Осматривая территорию, у девушки захватывало дух, от пейзажей и умиротворения в этом месте. Вся троица, покинула машину и направилась в особняк. Архитектура завораживала. С первого взгляда нельзя было сказать, какой это век, и кто же сделал такую красоту. Но глаз было невозможно оторвать. Вот и Роза не смогла и, не заметив ступеньки, чуть не полетела целовать мраморные плиты. Сильно зажмурив глаза, она ожидала боли, но этого не последовало. И вскоре девушка поняла, что её держат в крепких объятиях. Подняв взгляд, она столкнулась с океанами. Глаза ярко голубого цвета, с какой-то неестественной и дикой силой, золотым блеском. Мужчина был минимум в два раза больше Розмари, что, впрочем, не удивительно. Он был хорошо сложен, мускулы перекатывались под белой рубашкой, и держали её словно пушинку.

– Аккуратнее, а то сломаешь свой красивый носик, – не удивительно, что с таким объёмом грудой клетки, у него низкий и пробивающий до глубины души тембр.

– Простите пожалуйста, я засмотрелась и не заметила. Спасибо огромное за то, что спасли мою жизнь.

Впервые за долгое время Розмари не врала, она была благодарна, и не боялась нового человека. Почему то, рядом с ним, отпускали все её горести и переживания.

– Ну что ж, я так понимаю, вы – Розмари, на всё руки мастерица, о которой мне так много рассказывали?

– Да, Мирослав Карпович – это Роза. Надеюсь, вы покажете ей дом сами? А то боюсь, мы можем многое напутать. Но позже можем съездить за её вещами.

– Хорошо, вы тогда прогуливайтесь, а мы пока проведём ознакомительную экскурсию. Пройдём? – он протянул руку, подавая её теперь своей подчинённой. Она вложила свою маленькую ладошку, в его огромную длань и пошла следом, внимательно слушая, что где находится, как часто и что нужно делать.

– Прости за грубость, но что с тобой случилось? – этот вопрос убил всё хорошее настроение.

– Я не хочу об этом говорить, простите. Если вас не устраивает изуродованная прислуга, то боюсь мне тут делать нечего.

Ро уже намеревалась покинуть дом, но не успела.

– Нет, что ты, прости мне моё любопытство. Я был не прав.

Они дошли до комнаты, в которой находилась столовая. Стоило девушке оказаться на территории, где столь аппетитно пахло едой, она тут же покачнулась, а живот заболел с такой силой, что пришлось обхватить руку рядом идущего мужчины. Подобный захват был непонятен хозяину особняка, посему он решил обеспокоиться состоянием девушки.

– Цветочек, тебе плохо?

– Простите, я просто, … Просто не покушала утром, вот видно и закружилась голова от этого. Не поймите превратно, я могу нормально работать.

– С работой я-то всё понимаю, но давай для начала, тебя накормим. Сделать что-нибудь основательное? Или предпочитаешь перекусить бутербродами?

– Эмм, я бы не отказалась от бутербродов. Спасибо вам огромное, – её лицо тронула мягкая, слегка смущённая улыбка.

Перекус занял немного времени, после чего экскурсия по особняку продолжилась.

– Давай я покажу тебе комнату, в который ты будешь жить, и решим, согласна ты или нет.

Пара молча, проследовала дальше. На третьем этаже находилось четыре комнаты, одна из которых как оказалось предназначенной именно девушке. Находилась она напротив хозяйской спальни. Помещение было обставлено в светло-зелёных тонах, всё по последнему писку моды современности. Удобная кровать, хороший ремонт, и питание. Условия более чем подходили Розмари, и ей не оставалось ничего, кроме как согласиться на эту сделку. Вечером, находясь в комнате, девушка думала, как же ей повезло. За этот день её кормили дважды, и теперь она отправляется спать до утра, в удобной и мягкой кровати, а не на жёстком продавленном матрасе.

***

Когда Агата сказала мне, что её единственная подруга в беде, я не мог отказать в помощи. Единственное, что удивило – это негативный настрой девочки по отношению к оборотням. Она до сих пор не знает, что моя дочь медведица. Нужно будет что-то с этим сделать. Возможно, пока она будет жить у меня, я смогу справиться с её фобией. Сидеть в кабинете не было никакого желания. По неведомым мне причинам я волновался перед этой встречей. Мне ещё не приходилось встречать таких людей. И шестое чувство говорило, что с ней не всё так просто. Но пока я никак не мог найти хотя бы маломальскую причину такой тревоги. Мне нужно было проветрить голову, и я покинул здание. Стоило оказаться на улице, как зверь потянул за жилы и взревел. Такой внезапный порыв удивил меня, за мою довольно долгую жизнь такого ещё не случалось. Происходило что-то непонятное. Но когда человеческое обоняние зацепилось за нежный и пряный аромат – осознал. На территории стаи и моего дома находится единственная суженная. И четырёхлапый почуял её первым. С одной стороны брала злость, а с другой, на то он и зверь. И тут мы прикипели к миниатюрной фигуре с ассиметричными движениями. Что-то с девочкой не так.

Осознание пришло с опозданием, она подружка моей дочери, та самая. Понимая желание зверя и своё, я направился к ней, и поступил правильно. Засмотревшись, девочка не заметила ступеньки, рванувшись, мы за долю секунды оказались рядом и поймали её. Прижав к себе, втянул носом этот дурманящий аромат. Пушинка, в моих руках оглядев всего меня, поспешно начала просить прощения, мягко отстраняясь. По спине прошла дрожь, я едва сдержал эмоции так, чтобы лицо не перекосило. На милом круглом личике ярко выделялся шрам от рваной раны. Я расценил ее ущербом, нанесенным медведем. От правого виска до кончика носа. Сила при нанесении удара была очень большой, и я оказался крайне поражён тем, что ее глаз остался цел, лишь выглядел темнее второго. Подобной травмой теперь вполне объяснялась нелюбовь Розмари к оборотням. Она подозревает, что это был один из нас. И подобное вполне вероятно, только непонятно для каких целей кто-то навредил столь нежному созданию. Что-то беспокоило зверя, пока я рассказывал Ро об обязанностях по дому. Я спросил её о шраме и ощутил такую волну ненависти и страха, что задохнулся. Мой вопрос задел девушку так сильно, что она захотела покинуть помещение. Пришлось быстро придумывать выход из ситуации. Нас окатило дикой болью, страхом и отчаянием от таких негативных эмоций, направленных в нашу сторону. Мы вошли в помещение кухни, но стоило переступить порог и втянуть запахи еды, как малышка пошатнулась, цепляясь за мой локоть. В момент мы со зверем взревели, так что по ментальной связи это слушали, кажется, все. Она голодная, очень. Осознание хлестнуло по лицу, и я сразу начал предлагать покушать. Девочка изо всех сил пыталась показать, что всё хорошо, но под нашим напором согласилась перекусить. Слава гризли, что получилось её отвлечь от моей глупости. Роза выбрала очень и очень скромный перекус, вообще не уверен, что таким количеством еды можно хотя бы притупить голод. После этого Цветочек сомневалась соглашаться на работу в моём доме или нет, но сделала правильный выбор и осталась. Будто бы я смог найти силы теперь её отпустить.

Я поселил Розмари, в ближайшее к моей комнате помещение, оборудованное для пребывания человека. И исчез из её поля зрения. Теперь придётся решить пару интересных вопросов. Созвал по мысленной связи всех доверенных из клана в кабинет. Мне как можно скорее нужно было узнать, есть ли среди двуликих, обидчик нашей пары. Бурый заревел, подтверждая мои домыслы. Ещё на подходе к кабинету я знал, что меня уже ожидают.

– Альфа, все в сборе, как и приказывали. Что-то случилось?

Саймон – мой лучший друг и правая рука чувствовал беспокойство.

– Нам лучше поговорить в комнате, многое предстоит обдумать и сделать до вечера, – мы прошли к столу, и расселись в зависимости от статуса.

– С этого дня, в доме проживает девушка, Розмари, лучшая подруга моей дочери и по совместительству моя пара.

Мы много лет ждали, чтобы увидеть эти ошарашенные лица. Но сейчас это не самое главное.

– В общем, перейдем к сути. Девочка изуродована. Насколько сильно мне пока неизвестно, но по шрамам на лице я уверен, что это был медведь. И ваша задача разузнать всё: что, когда и как. Это больше на тебе Саймон. Инна, твоя главная задача – помочь мне, заказав всё, что нужно в этот дом, для комфортного проживания Розы. Думаю, с размерами одежды и прочего тебе поможет Агата. Также мне нужно переделать мои апартаменты с той же целью. И, Веня, найди кого-то неприметного, кто мог бы незаметно следить за Розмари. Мы разорвем любого, если с её головы упадёт хоть волос. Всё всем понятно?

– Да, альфа! – прогремел хор голосов.

– Тогда на сегодня можете быть свободны. А я пойду, проверю её, она уже должна была расположиться. Естественно никто не стал мне ничего даже говорить. Я знал, что теперь не отпущу Розу, никогда. Сделаю всё ради неё. Оставалось самое сложное – это добиться её расположения. Сейчас, ступая в её комнату, чувства брали верх над обеими сущностями. Хотелось схватить в охапку и утащить в берлогу ту, что дает смысл жизни. Мы знали, что нельзя делать резких движений. Иначе связь не успеет установиться, и мы потеряем её навсегда. На этих мыслях моя мохнатая часть взбесилась ещё больше, поэтому нам пришлось сменить маршрут и направиться в лес, чтобы проветрить сознание. Ощущать под лапами почву всегда было приятно. Но сейчас взгляд на них разрывал сердце на куски. Чья-то похожая лапа навредила нашей паре. Если получится узнать, кто это был, мы зароем его глубже литосферных плит, наслаждаясь предсмертной агонией.

Уже под вечер, возвращаясь к себе, я не удержался и зашёл к ней. Мы знали, что она спит, её сердце билось очень медленно и спокойно. Хотелось просто вдыхать её запах, без каких-либо препятствий. Но лучше бы я этого не делал. Бесшумно отворив дверь, мягкой поступью приблизился к Розе и замер, убитый целым шквалом эмоций от ненависти и злости до страха. Её ноги оказались раскрыты, и в попытке укрыть нашу девочку, мы увидели ужасные шрамы на её конечностях, которые точно приносят жуткую боль. И вот теперь не осталось сомнений, что это был кто-то из двуликих. Её страх нашей расы полностью оправдан. Чтобы не зареветь в голос, мы покинули комнату. Твердо зная, что её нельзя оставлять одну в берлоге. Иначе это может закончиться ещё хуже, чем было много лет назад.

***

Что-то было странным в этом доме и его хозяине. Это было первое утро за много лет, когда я встала, не чувствуя разбитости жизнью. Быстро собралась, и направилась выполнять работу. Мои волосы были распущены. Из-за повышенного внимания Мирослава Карповича к моим шрамам, лучше буду ходить так. Когда я спустилась в обеденный зал, сразу попала в плен двух молодых людей.

– Так Розмари, не отлыниваем, а идём завтракать. И только потом можно приступать к работе. Правило заведения, – в поучительном жесте парень поднял указательный палец вверх. – Я Игорь, а это Влад. Мы занимаемся кухней, и не даём никому голодать. Что ты предпочитаешь на завтрак? У нас выбор из яичницы-глазуньи, овсяной каши с грушей и бананом, бифштекс с рисом, чай, кофе, апельсиновый и яблочный соки. Выбирай.

– Эмм, спасибо мальчики, раз уж меня не отпустят голодной, то на ваш вкус. Я ем всё.

Ситуация выглядит немного странной, поэтому моя улыбка казалась немного натянутой. Видимо поняв по моему выражению лица, молодые люди, быстро организовали мне кашу и кофе. Это был завтрак богов, наслаждаясь каждой ложкой блюда, осознавала, что тут мне намного лучше, чем в собственной квартире, где ждут лишь одиночество и безысходность. Этот дом даёт мне надежду на тепло и еду. Я не знаю, что бы делала, если бы не моя подруга. Но сам Мирослав и пугал и притягивал одновременно. Его любопытство было необычно. Не каждый решается задать столь не тактичный вопрос. Да и забота, с которой эти глаза смотрели на меня, сильно удивляли. Стоило мне закончить с завтраком, как я приступила к своим новым обязанностям. По расписанию сегодня я должна убрать комнату и кабинет работодателя. На этом всё. Маловато заданий, как по мне, но спорить с уже установленными правилами я не собиралась. Думаю, в такое время мужчина будет ещё в постели, и я смогу спокойно убрать его кабинет. Но как же я ошибалась. Так как руки были заняты уборочным инвентарем, дверь я открывала локтем. Кажется, если смотреть со стороны, то выглядело это крайне неуклюже и нелепо. Это мне ещё повезло, что в доме никакие двери не закрываются на ключ. Вошла в кабинет хозяина дома пятой точкой вперёд. Представляю, какой вид. Розмари в раскорячку открывает задницей дверь. Мм-м-м, просто Оскар мне за лучшую эпическую роль заднего плана. Однако мои мысли на эту тему прервал низкий и такой возбуждающий голос.

– Цветочек, ты бы сказала, что тебе нужна помощь. Ты не обязана таскать всё сама. В доме полно мужчин работает.

Сказать, что я растерялась, значит ни черта не сказать. Так и застыла в шоке, отрешенно наблюдая за тем, как сильные мужские руки забирают у меня всю техническую утварь. Это что недовольство моей самостоятельностью?

Выйдя из лёгкого ступора, начала извиняться.

– Простите, пожалуйста, Мирослав Карпович, я думала, вы ещё отдыхаете. Не хотела вас отвлекать. Я могу пойти убрать ваши покои, если мешаю вам.

– Тебе не за что просить прощения, и называй меня Мир или Слава. Ты мне не мешаешь. Делай всё, что считаешь нужным. А я буду занят своей работой. Его улыбка казалась настолько горячей, как солнышко. Черт, как же сильно к нему тянет. Хочется прикоснуться. И видимо, моё тело решило действовать быстрее разума. Подумала, значит на, получай. И я ощутила под собственной ладонью, тёплую, нет, я бы даже сказала горячую грудь мужчины. Провела своей ладонью выше, касаясь голой кожи шеи, и меня будто пронзило током.

Дыхание сбилось, а желание взорвалось внутри вулканом. Я понимала, что не должна этого делать, но остановиться уже не могла. Пресвятые круассаны, что он подумает? Но, похоже, он тоже не думал. Так как сильные руки оказались на моей талии, слегка массируя, принося неведомые мне ранее чувства. Поднимаясь по спине, его руки остановились на шее, разминая и поглаживая. Одна рука провела неровную линию по лицу, проводя подушечками пальцев по шраму. В этот миг меня будто окатили ведром ледяной воды. Я попыталась отскочить от этого человека, нет, я бы даже сказала медведя в человеческом обличии. Но сильные руки не дали мне этого сделать. Я взглянула в глаза мужчины – это было фатальной ошибкой. Затуманенные желанием омуты выдавали зверя, внутри него был зверь. Проклятье, это оборотень, и, по-видимому, он едва сдерживал оборотня. Вот в этот момент я и поняла, что страх, который испытывала в детстве, был совершенно ничем. Сейчас я находилась в лапах монстра, без возможности сбежать. Лицо Мирослава походило на звериную морду. Но сейчас я не могла понять, кого он мне напоминает. Увидев на своей талии медвежьи лапы, сердце пропустило пару ударов и мысли встретились со смертью. Мой крик можно было сравнить с криком банши, поскольку, так как сегодня я в жизни не кричала.

Когда в лёгких закончился воздух, горло сразу начало жутко саднить. Похоже, это подействовало. Оно отпустило меня, скрючиваясь и продолжая оборот. Я знала, что нужно бежать. Очень быстро и очень далеко. Вылетев за пределы кабинета, и чуть не врезавшись в каких-то мужчин, я бросилась наутёк, в лес. Как можно дальше. Боль в ногах была адская, но нельзя было останавливаться. Нельзя. Надежда на спасение умерла, когда послышался медвежий рёв. Оно шло за мной. Оно разорвёт меня, и уже ничего не останется. За что эти звери так со мной? Я ничего им не сделала.

Паника ослепила, закрыв глаза непроницаемой плёнкой. Я почувствовала отсутствие почвы под ногами и полетела с обрыва вниз, теряя сознание от боли, после столкновения с твёрдой поверхностью. Темнота.

***

Проснувшись с рассветом, мы направились на прогулку. Мне, как главе косолапых, нужно выгуливать свою животную часть каждый день, чтобы мы не боролись с ним за первенство. Я ещё не успел открыть глаза, как все наши чувства, старались убедиться, что с парой всё хорошо. Прислушиваясь к окружающей среде, мы сосредоточились на биении сердца девочки и её дыхании. Она спала, всё было в порядке, и это не могло не радовать. Мои люди проверили её жилище, так на всякий пожарный, и я ужаснулся, в каких условиях ей приходилось жить. Мы не сможем её отпустить. Она голодала, спала почти на полу в квартире, мало приспособленной к жизни. А все из-за её отношения к оборотням. Всё ещё не получилось ничего разузнать о том нападении на неё. Но я не успокоюсь, пока не выясню всё. Прервав свой мыслительный процесс, вернулся в человеческую форму, сегодня погода была прекрасная, жаль, что Роза не наденет ни платья, ни шорты. Она целенаправленно скрывает шрамы. О них не знала даже Агата, хотя тоже замечала асимметрию в движении.

Одежда лежала там же, где я её и оставлял. Облачившись в ткань, мой путь лежал в кабинет. Проходя мимо столовой, услышал, как ребята уговаривают Розу покушать. А молодцы они, нужно будет премию им за это выплатить. Под давлением поваров, она согласилась отведать еды. Причём не привередничая. Как это у них выходит? Ей поставили кашу, я такое откровенно не люблю, но наблюдать с каким наслаждением малышка кушает, смакуя каждую ложку, было чем-то неописуемым. Бурый заревел в моей голове, да я тоже это понял, она очень сильно надоедала, причём не по своей вине. Нужно будет на совете Глав поднять вопрос, чтобы для девушек всегда была работа, иначе мы можем потерять множество пар, и просто хороших людей. Оторвав глаза от пары, я поднялся на второй этаж. Бумажной работы было, мягко говоря, множество. Ещё Инна просила посмотреть пару туалетных столиков для Цветочка и одежду, так как она теряется в выборе для своей Луны. Я тоже в замешательстве. Но мы хотим, чтобы Роза имела всё самое наилучшее. И мы обеспечим её этим. Точнее всем, что может ей понадобиться. Сейчас главное связаться с врачом нашей клиники, и узнать насчёт её шрамов и зрения. Разглядев её глаза, мы осознали, что из-за травмы она наверняка видит плохо, но никому этого не показывает. Вообще она очень сильная и своевольная, и как же нам это нравится.

Мой кабинет отличался сдержанностью в интерьере. Тут не было ничего лишнего. Усевшись за стол, я открыл папки, оставленные третьим заместителем, выбрал мебель в пастельных тонах под стиль нашей комнаты. Господи, она ещё даже не знает о том, кто я, а в моей голове уже такие фразы. Хотя в эту ночь я уже подсознательно оставлял место в постели для неё. Следующий пункт в делах – это одежда. Прекрасно понимая, что малышка не будет носить что-то открытое, формировал выбор на удобстве и качестве тканей. Приобрел по несколько одинаковых комплектов отличающихся только по цвету. Если ей что-то не понравится или не подойдёт, мы можем это просто выкинуть. Не думаю, что это будет проблемой. Закончив со всеми вопросами Инны относительно нашей пары, набрал давно заученный номер.

– Доброе утро, глава. Чем могу помочь?

Он всегда знал, когда его набирал именно я.

– Доброе, Иван, есть пара вопросов к тебе. Ты можешь избавить человеческую девушку от шрамов и боли, а также восстановить травмированный глаз? И если ответ положительный, то насколько это будет травматично для неё? – странные вопросы с самого утра.

– Я, конечно, могу это сделать, но человеческий организм хрупок, и это может быть, довольно болезненно. А для кого интересуешься, мой друг?

– Для себя, я нашёл пару, и у неё есть шрамы, а ты сам понимаешь, что такую драгоценность я не смогу доверить никому другому, кроме тебя.

– Поздравляю, она хоть рада, что ты нашёл её?

– Нет, ещё даже не знает. Её страх двуликих настолько велик, что его можно резать ножом. Поэтому я стараюсь найти выходы. Для начала приручить девочку, а потом заявить свои права на пару. Может её мысли по поводу нашей расы изменяться, и она будет рада. Ладно, что требуется от меня?

– В принципе, присутствие тебя и дамы. Как будете готовы, милости прошу. Соберу тебе её как новенькую, ты знаешь, я могу помочь, если дело касается тела, но, к сожалению, не психики. Ты не хочешь рассказать, откуда у девочки шрамы? – вопрос не застал врасплох, поскольку часть работы врача – искать первопричину.

– Если бы я сам знал. Как узнаю – расскажу. Хорошо, мы приедем в ближайшее время, спасибо брат.

Я сбросил звонок, с более спокойным сердцем, но злость не могла пройти. Почему мы не оказались рядом с ней, когда нужно было проявить участие, и она так пострадала.

Из-за мыслей с трудом сдерживаю оборот, зверю не нравится ощущать эти эмоции, но он резко умолкает, как и я. От осознания открывающейся двери, причём совершенно без стука. С кучей инвентаря, моя девочка попкой вперёд заходит в помещение. Не ожидая, когда она сама справится с поставленной задачей, подхожу на мягких лапах и произношу:

– Цветочек, ты бы сказала, что тебе нужна помощь. Ты не обязана таскать всё сама. В доме полно мужчин работает.

Я стараюсь не выдать себя с разбега, и не сказать, что могла бы меня напрямую попросить, и я бы даже и сам всё убрал, лишь бы не нагружать её хрупкую фигуру. Она что-то щебечет насчёт причинённого мне беспокойства. Она просто не понимает, что это нереально. Но всё это отходит на второй план, когда её крохотная ручка ложиться на мою грудь, и аккуратно ведёт вверх к линии шеи, зверь рвётся наружу, и я не выдерживаю. Притягиваю её к себе крепче. Поглаживаю талию, и продвигаюсь выше, к тонкой шейке массируя её, и подушечками пальцев провожу по шраму на щеке. Сожаление в моих глазах о невозможности тогда ей помочь не ускользает от неё и мягких взгляд сменяется жёсткостью. Нужно было просто целовать. Мой зверь взбесился, забирая главенство себе. В глазах дикий ужас, от осознания того, что же я такое, это самое ужасное, что можно вообще придумать. Она пытается вырваться из нашей хватки. Мне не удается контролировать зверя, поэтому я выпускаю его и сразу вижу лапы на её талии. Меня оглушает её полный страха и безысходности вопль. Мы растерялись и упустили пару из рук. Она же не став медлить, рванулась вон, не осознавая, что погоня только распаляет вторую сущность. Скрутившись, я принял форму зверя. Выскочив из поместья, мы взревели, показывая, что идём по её следу и, кстати, не я один, двое молодых медведей, приставленных к ней, шли по пятам, но не настигали. По ощущениям мне оставалось всего не много для того, чтобы достигнуть цели, как всё тело пронзила боль. Будто мы встретились нос к носу с железобетонной стеной.

Я пришёл в себя только когда увидел медведей, обходящих кругом лежавшую без движения пару, в самом низу обрыва. Наше сердце остановилось. Она сорвалась. Упала. Я приблизился к ней, на ходу принимая человеческий облик. По телепатической связи раздавая указания. Подхватил Розу на руки максимально аккуратно, и побежал к машине, которая уже ожидала, с одеждой и всем, что может понадобиться.

Сейчас самое главное успеть доехать до Вани, чтобы он смог спасти её. Мы ещё никогда не были так обеспокоены. Малышка в наших руках была окровавлена, и непонятно откуда шла кровь. На ней живого места не осталось. Застыл истуканом, боялся пошевелиться и этим навредить ей. Дорога заняла буквально 15 минут, но за это время я успел проклясть всех и вся, а также себя. Мы видели, как из неё уходит жизнь, и так ослабевшее тело могло не выдержать. У здания нас уже встречали, когда я выбежал с женским телом на руках, мой друг ошалел.

– Что случилось? – его шоку не было предела.

– Мы напугали её, и она не заметила обрыва, сорвалась, помоги ей, – мой голос был похож на скулёж, но скрывать того, что самый большой и грозный мишка боится и трясётся сильнее зайца, сейчас было бессмысленно. Если я потеряю смысл своей жизни – мой вид будет куда плачевнее.

– Глава, я сделаю всё возможное. Но тебе сейчас нужно быть максимально спокойным. Твоё беспокойство передаётся Розмари, и сердце из-за этого работает на пределе. Главное – твоё спокойствие и святая вера в её выздоровление, а мы займёмся своей работой. Иди в седьмую палату. По окончанию всего она будет там.

Молча, кивнул и направился в указанное место. Время тянулось максимально медленно. Уже прошло более пяти часов, мы не знали, что с Розой делают. Моя дочь, уже не первую минуту находилась тут и винила во всём себя. Но в том, что произошло, только наша вина. Мы не уберегли, не уследили. Если бы сдержались, ничего этого не было бы. Но врач сказал, что ей нужны мои положительные эмоции и я настроился на них.

Только к девяти вечера нашу девочку привезли в палату. Она жива, но бледная, со слабым дыханием. Но главное, Ро жива.

– Ну что же товарищи, нам придётся вас всех оставить тут ещё на какое-то время. Ей нужно наблюдение, очень много травм пришлось поправить, Розмари нужны капельные манипуляции и присмотр врачей. Так что можете располагаться прямо здесь. Только прошу без соплей и нервов. Лучше спать. И ей и вам.

Ваня кивнул и покинул нас.

– Ребята, не знаю как вы, а я останусь рядом с ней, – мой голос звучал загнанно.

– Хорошо пап, мы поедем домой. Только ты не оставляю Розу одну, хорошо? – волнение всё ещё звучало в голосе Агаты, но ей стало куда спокойнее, думаю, мне стоит взять пример с дочери. Как-никак, моя малышка жива, а значит, есть большие шансы на поправку.

– Хорошо милая, отдыхай. Как что-то будет известно, я сообщу вам.

Мы остались одни, около часа я просто стоял и смотрел на хрупкость, и милость девочки. Но в тоже время дикую силу. И когда усталость начала давить на плечи, улёгся спать прямо на полу рядом с больничной койкой, чтобы быть как можно ближе к ней. Теперь придётся приложить намного больше усилий, чтобы не потерять Розмари, и мы сделаем всё, что в наших силах.

***

Я не понимала, что происходит, и где я нахожусь. Всё казалось каким-то эфемерным. Темнота не давила, а скорее дарила долгожданное спокойствие и свободу от боли. Но я не могла вспомнить от какой именно, да и кто я такая? Это казалось не важным. Я видела огонёк, и он звал меня. Кто-то там ждёт моего возвращения, но тяжесть не даёт подняться, не разрешает пойти к этому голосу. На какое-то время он пропадает, а потом появляется с новой силой. Я бегу изо всех сил, но не могу сдаться. Я должна добраться, и стоит ухватиться за лучик, как проваливаюсь сквозь время. Глаза режет от яркого света, мне хотелось прикрыть глаза рукой, но побоялась, совершенно не зная состояние своего здоровья, как и местоположения собственного тела. Прежде чем что-то предпринимать, нужно оглядеться. Повернуть голову стоило огромных усилий. Но не успела я рассмотреть все вокруг, как меня прервали.

– Цветочек, я рад, что ты пришла в себя, но умоляю, не шевелись. Ты можешь навредить себе, я так испугался. Спустя столько лет нашёл тебя, и когда увидел там, как распятую, думал, умру. Я сейчас позову врача, только обещай, что не будешь ничего делать. Если согласна, моргни два раза. Сделав, что от меня требовал этот мужчина, я пыталась понять, кем мы приходимся друг другу. Как он нашёл меня и по какой причине мне так плохо. Но вот что беспокоило больше всего – как меня зовут? Ведь «Цветочек» не может быть именем. Смутно осознавала, что, по-видимому, я в каком-то лечебном учреждении. И сейчас лежала, в ожидании врача. Может хоть он скажет, кто я и что происходит.

В помещение вошёл мужчина, по мне так гораздо больше по габаритам, чем человек, но никого же больше не существует в моем окружении сейчас.

– Роза, рад, что вы пришли в себя. Меня зовут Иван, я ваш лечащий врач. Расскажите о вашем самочувствии, а то наш глава уже почти сошёл с ума из-за волнения.

Мужчина выглядел сдержанно и профессионально. Лёгкая приветливая улыбка – основа доверия во врачебной этике.

– Простите, Иван? Правильно? – он кивнул. – Я понимаю, что буду выглядеть как сумасшедшая, но я не знаю, что случилось, где я нахожусь, и как меня зовут. Вы можете мне что-нибудь объяснить? И кто этот мужчина, что назвал меня «Цветочком»?

Почему-то я увидела дикий шок на лице врача. И никак не могла понять почему. Пока он не задал пару вопросов.

– Эмм, простите, как я понимаю, вы вообще ничего не помните? – просто кивнула в ответ. – Вот это печально. Вас зовут Розмари, вы упали, не заметив обрыва, мы спасли вас. И на данный момент вы работали у того мужчины, что назвал вас «Цветочком». Его дочь ваша лучшая подруга. Как-то так. Большей информацией я не обладаю. Думаю, со временем вы всё вспомните, может не сегодня и не завтра. Сейчас Мирослав может забрать вас в поместье, там восстановление пройдёт лучше. Но пара вопросов для начала. Как твоё самочувствие?

– В шоковом состоянии, но в целом всё хорошо. Ещё очень хочу кушать. У меня есть какие-то предписанные ограничения на период восстановления?

– Да, спокойствие, хорошее питание и много положительных эмоций – это то, что ускорит процесс выздоровления. Я дам пару советов Карповичу, а медсестра поможет вам переодеться.

– Эмм, подождите, но, если я упала, значит, моя одежда потеряла достойный вид.

– Вам не о чем беспокоиться, новую одежду привезли. Так что собирайтесь.

На этом мужчина покинул помещение. И я осталась с какими-то двоякими чувствами. От одного голоса Мирослава, мне хотелось наброситься на него, и воплотить все свои тайные желания. Могло ли быть так, что мы встречались? Думаю, нет. Но я хочу, чтобы это случилось. Да и его нежное отношение показывает, что он также не против этого. Нужно сегодня попробовать сделать что-нибудь в романтическом плане и посмотреть на реакцию мужчины. Сразу видно, что он старше меня, но почему-то это не кажется проблемой. Мысли оказались прерваны медсестрой, которая с улыбкой зашла ко мне и начала помогать с одеждой. Видимо в моём гардеробе нет женственной одежды, правда, было не понятно, почему. Но только до того, как я взглянула на свои ноги. И не смогла понять, откуда у меня могли появиться такие старые, зарубцевавшиеся шрамы. Меня упаковали в джинсы, футболку и лёгкую кофту с рукавом. Я собрала волосы в хвост, но заглянув в зеркало, решила распустить их обратно, чтобы не видеть своего лица.

Куча сомнений поселилось в моей голове. В таком виде я не могла нравиться нормальному мужчине. И что-то тут было не так. Но долго размышлять на эту тему мне не дали. В помещение зашёл этот необъятный мужчина. Он более чем красив, а глаза отдают какой-то звериной мощью и это пугает.

– Ну что же, Цветочек. Тебе прописан полный покой, прогулки на свежем воздухе и хорошее питание. Так что мы можем выдвигаться домой, – в голосе скользило лёгкая тревога, сплетённая со скрываемым волнением. Видимо остаточное.

– Эмм, хорошо, но скажите, пожалуйста, как мне стоит обращаться к вам?

– Ну, во-первых, на ты; во-вторых – Мир или Слава. Как тебе больше нравится. Мне не принципиально. Но очень прошу, не бойся меня.

– Почему вы так уверены, что я вас боюсь? Это так очевидно? – я поправила джинсы, чтобы не было видно шрамов.

– У тебя всё по глазам понятно. Но я не причиню тебе вреда. Ты в безопасности рядом со мной.

Мир поднял руки, показывая открытые ладони, в знак правдивости его намерений.

– Что-то я сомневаюсь, – не подумав, выдала я, и лицо мужчины перекосило. – Простите, пожалуйста. Я сказала это машинально. Не злитесь на меня, пожалуйста.

– «Простите, пожалуйста» – завязывай с этим. Я злюсь не на тебя, а на себя, за то, что не уберёг. Причём дважды. Но давай сейчас поедем домой. Уже середина дня. А нам может понадобиться время, чтобы ты запомнила, что где находиться в доме. Или если хочешь, можешь ночевать со мной. Я буду безмерно рад этому.

– Ты так говоришь, будто мы женаты. Но как я поняла, ты отец моей подруги, у которого я работаю.

– Тебя что-то смущает? – бровь задорно подпрыгнула в вопросительном жесте.

– Как бы ни было странно, но нет. Ты меня привлекаешь. Хоть и что-то во мне говорит, что я зря излагаю эти чувства, но я ничего не помню. А сейчас в душе разрываются несколько ощущений – страх и нежность. И всё по отношению к тебе. Может быть, я со временем пойму, почему так происходит. Если вспомню свою жизнь.

– Я рад, что ты сказала, о своей симпатии. Но мы можем продолжить беседу в машине или уже в особняке? Я очень хочу покинуть это место.

Молча, кивнула и направилась в сторону двери. Ноги гудели, эти ощущения наверняка будут преследовать меня всю жизнь. Я старалась не подавать вида о своём состоянии, но Мирослав, будто ощущая мои эмоции, подхватил на руки, словно я ничего не вешу, и буквально через минуту мы расположились в огромной машине премиум класса. За рулём сидел молоденький парнишка, и старательно не смотрел на нас. М-да уж, представляю, как это всё выглядит со стороны. Какая-то малолетка, которая виснет на состоятельном мужике. Только я хотела выбросить эти мысли из головы, как ощутила тёплые руки на талии.

– Не думай о плохом, маленькая. Это всё только в твоей голове.

Я развернулась лицом к обладателю этого чарующего голоса, и не смогла совладать с собой, прикоснулась к его губам своими. Такое ощущение, что это вообще мой первый поцелуй в жизни. В груди взорвался фейерверк, разлетаясь искрами по всему телу, в тот момент как эти губы ответили. Показали, как надо действовать, чтобы придать соприкосновению губ, страсть и огонь. Но мужчина не стал напирать и идти дальше, видимо ощутил какую-то неуверенность с моей стороны.

– Ты правильно реагируешь на меня, наверное, не помнишь, но я оборотень, а ты моя пара. Для нас пара – это единственная женщина во вселенной. Ни один из двуликих не сможет отказаться от суженой. Твоё тело уже чувствует нашу связь, но твой мозг противиться этому. Ты главное не бойся.

Этот мужчина так обыденно говорил о том, что он зверушка, а я его пара, что мне не оставалось ничего кроме как поверить в это. Ведь не может так смотреть существо, которому безразлично. Может быть из-за отсутствия воспоминаний, при слове оборотень моё сердце сковал страх, или же этот мужчина не всё мне говорит. Но лишь время может показать, что правда, а что нет.

– Мирослав, а если я твоя, как ты выразился, пара, то почему я работаю в твоём доме? Это так принято или я чего-то не понимаю? – вопрос показался мне логичным в эту минуту.

– Эмм, малышка, у тебя были сложности с работой и моя дочь, твоя подруга, попросила меня о помощи с этим вопросом, я нанял тебя. Однако при первой же встрече, я понял кто ты для меня. Но не успел сказать тебе. Ты пошла гулять одна, и сорвалась с обрыва. Сейчас ты переедешь в наши покои, и больше никогда не будешь работать.

– Прости, наверное, это покажется странным, может, ты знаешь, из-за чего у меня шрамы?

– Нет, пока сей факт твоей биографии, мне не известен. Но как только мы сможем что-то разузнать, я дам тебе полную информацию.

– Хорошо, – и дальше я просто молчала. Он и в правду смотрел на меня как на сокровище, не обращая внимания на то, что я уродец. Интересно, где этот мужчина так нагрешил, что в его единственные пары была выбрана бракованная девушка? Я понимала на задворках сознания, что не всё так просто и гладко, как пытается изложить мужчина, но пока нет доказательств, будем играть по его правилам. Карпович вышел первый, и как галантный джентльмен открыл мне дверь и после помог покинуть машину. По территории мы шли, держась за руки. На все мои просьбы показать, что он за зверь, отвечал, что я пока не готова к этому. Потеряв надежду что-то узнать, я сдалась. Тем более что в здании нас уже ждали. Двое парней мило улыбались мне, одетые в поварские кителя и фартуки.

– Доброго дня, глава, мы сделали всё, как вы просили. Всё готово.

– Спасибо, мальчики, – он немногословен, а я тупо улыбаюсь, не зная, что же ещё делать. Но лёгкий нажим рукой, показал, что нужно направляться выше. Через несколько минут мы вошли в огромные покои. Мягко говоря, почти царские. Из комнаты, в которую мы вошли, было видно ещё одну, не меньшую по квадратуре. Как я поняла, это что-то вроде гостиной и спальни. Мебель, стены и сопутствующий декор выполнен в бежевых и коричневых тонах. Панорамные окна с дверью вели на обширную террасу с видом на лесной массив.

– Так малышка, тебе одной оставаться категорически противопоказано, так что сейчас я схожу за твоими вещами, и мы идём в ванную. Я так устал, но тебя из лап своих больше не выпущу. А сейчас ты сядешь на банкетку или кровать и будешь ждать, хорошо? Эти глаза с отблеском золота, давили, но и уговаривали. И я не могла пойти против него.

– Хорошо. Только можно мы немного изменим ход событий, я направлюсь в ванную, дабы уединиться, а ты позже придешь и присоединишься ко мне?

– Ладно, пошли я всё включу, но ты будешь максимально аккуратна, и не дай Бог, что, сразу кричишь. Мы услышим и прибежим. Договорились?

Меня укоряли пальцем, как маленькую девочку, но обидного в этом не было ни грамма. Кивнув, я направилась в указанную сторону. Проходя мимо огромнейшей кровати на дубовых ножках, повернула налево и чуть не ахнула в голос. Помещение, мягко говоря, большое. Сама ванная больше похожа на бассейн-джакузи с кучей прибамбасов. Высокая, выложенная мозаикой, в окружении бесчисленного множества тюбиков, баночек и различных ёмкостей с дозаторами. Это точно мужская ванная? Мир включил подачу воды и массажные потоки, запустил какую-то смесь в воду и, развернувшись, обнял меня.

– Я умоляю, моё сердце, будь благоразумна. Я не смогу жить без тебя, – меня шокировало его признание. И сердце дрогнуло.

– Я буду в порядке, и ждать тебя, только обещай, что в твоих глазах не будет жалости. Этого уже я не переживу. Тем более, что я не помню, что со мной произошло.

Глаза были прикованы к его рельефным плечам, и мощной шее. Потихоньку приходило осознание, что бы там ни было, я не смогу его забыть. Резко выдохнув, мужчина покинул купальню. И я наконец-то осталась одна. Так хотелось окунуться в воду и смыть с себя этот день. Выпрыгнув из одежды, я аккуратно ступала по ступенькам, боясь упасть. Мой мозг настолько перегружен, что я решила вообще ни о чем не думать. Облокотившись о бортик, оборудованный для этих целей, закрыла глаза, наслаждаясь запахом эфирных масел и лёгким массажем. Шестое чувство говорило, что моя жизнь не была прекрасной, я слишком худая и бледная для нормального человека, а сейчас тело находилось в роскоши, чуждой, но такой приятной. Полностью отдавшись умиротворению, я не поняла, когда в ванной комнате оказался мужчина. О своём присутствии он сообщил тактично кашлянув. Видно чтобы не напугать, хотя он уже находился в воде и приближался к моему бренному тельцу.

– Ты невероятно прекрасна, не знаю, как могу держать себя в руках. Разреши мне сделать это, – я напряглась, пытаясь понять, что же это.

– Мне нужно, чтобы на твоей шее красочно виднелась моя метка, иначе я сойду с ума.

– Что такое «метка»?

– Я должен укусить тебя, так мой запах затмит твой для других, и ты будешь под моей прямой защитой для всех. Став моей парой.

– И это всё? – даже не зная вообще ничего об оборотнях, сразу подумалось, что одного пункта в процессе становления их парности, явно мало.

– Ну, вообще нет, но пока об этом рано говорить.

Так стало куда логичнее. Находясь прямо надо мной, Мирослав выдавал своё желание, но также сдерживал его. И я сдалась.

– Хорошо, я согласна.

Его глаза засияли от счастья, и он набросился на меня, нежно сминая мои губы, даря ни с чем несравнимое удовольствие.

От этого поцелуя начало покалывать кончики пальцев. А моё дыхание сбилось. В этот момент его губы перешли на шею и далее вниз к местечку между шеей и плечом, резкая боль пронзила меня, а следом накрыло блаженство. Что происходило на самом деле, мне было непонятно, но в принципе и не важно. Зализав место своего укуса, Мирослав улыбнулся, и принялся мыть меня и себя заодно. А я теряла силы. Последнее, что помню – это золотой отблеск глаз напротив.

***

Страх затмевает всё моё сознание. Я забилась в угол, как маленький ëжик, лишь бы никто не смог добраться до меня. Я знаю, что папа уже мёртв и не знаю, что с мамой, однако слышу отчётливый рёв медведя. Не знаю, чем мы так разозлили животное, но оно пытается убить нас всех. Стараюсь дышать как можно тише, но кажется, что сердце стучит громче барабанов на праздниках. Как только хочу открыть глаза, ощущаю присутствие, он стоит рядом и смотри. Будто золотые глаза, накрытые пеленой ярости и безумия. Буквально секунду длилось наше зрительное рандеву, а в следующее мгновение тело пронзает жуткая боль. Обжигающее чувство распространяется от головы до ног. Закричав, теряю сознание. Надежда на жизнь гаснет также быстро, как и свет в глазах.

***

Просыпаюсь резко, от того, что Мир пытается привести меня в чувство. Всё вокруг еще в тумане сна, и я никак не могу понять, что же происходит.

– Цветочек, – его глаза полны волнения. – Что случилось? Ты кричала, и мы сильно испугались. Чем помочь? Что болит? Что тебя так испугало? – меня засыпали вопросами, и на последнем я уже не помнила, какой вопрос был первым.

– Прости, мне снился сон, и в нём медведь убивал людей. И чуть не убил меня. Я не знаю, что это. Я не знала, что делать, была такая боль, что закричала. Мне страшно. Стушевалась, хотелось спрятаться, но уйти в свои эмоции мне не дали. Быстро оказалась в медвежьих объятиях. Таких родных, тёплых и надёжных. Казалось, нет места надёжнее на планете. Но сон не давал успокоиться окончательно. Нежные поглаживания с плеч перемещались ниже, слегка сжимая талию. И тут меня осенило. Последнее что я помню – это укус оборотня и его уход за мной, а после лишь темнота. Ноги на удивление не болели. Так же не должно быть.

– Мирослав, родной, что вчера было? Я, похоже, отключилась. Прости, ты был настроен на продолжение вечера, а я его тебе обломала.

– Цветочек, как бы сказать помягче, оставив метку на тебе, я запустил неизбежные изменения в твоём организме. Он подстраивается под меня, под наш мир, и то, чтобы ты смогла стать матерью нашего медвежонка. Поэтому ты проспала двое суток. И думаю, сейчас испытываешь меньше боли от шрамов. Да, я не могу исцелить тебя полностью, но если ты захочешь, Иван сделает это. Всё только в твоих руках.

– Подожди, я спала так долго? И это нормально? Ничего себе эффект! Ты говорил, что должно ещё что-то произойти, чтобы мы стали парой? Так что? Ведь теперь это совершенно неизбежно для меня.

Почему-то беспокойство сейчас брало верх. Мужчина тяжело вздохнул, и всё же ответил на мои вопросы.

– Да это нормально, потому что для того, чтобы ты стала окончательно моей парой, мы должны спариться, и ты понести от меня, да это может быть не в первый момент, не в сцепку, но в ближайшие полгода ты забеременеешь нашим медвежонком.

Я резко вскинулась, вырвавшись из его объятий.

– Подожди, ты уже не первый раз говоришь медвежонок! Ты во второй ипостаси медведь? Такой большой и косолапый мишка?

Мне почему-то вспомнился сон, и страх. И он почувствовал, сразу рванулся, чтобы защитить. Но сейчас, он не спасал, а в точности да наоборот.

– Да, малышка, я мишка, и не просто, а глава клана, самый старший среди своих. И ты досталась мне в пары. Я не обижу тебя никогда, не смогу физически. Не бойся меня.

У меня сперло дыхание, до того момента, как он дёрнулся и стиснул меня в объятиях. Не обращая внимания на сопротивление, впился поцелуем. Я хотела было оттолкнуть, но не смогла. Руки упёрлись в тёплую, крепкую грудь. И осознание что мне подвластен самый сильный мишка, распаляло изнутри. Моё тело загорелось. Может это воздействие оборотня, а может просто моя реакция на крепкое мужское тело, которое желает меня. И даже не скрывает этого.

Язык Мира покорял, и показывал, что я не смогу отказать. Все еще находясь в нашей постели, была не до конца раздета. И этот факт раздражал зверя, он рванул свою футболку в разные стороны так, будто ее не существовало вовсе, эти огромные сильные руки подхватили моё тело и расположили между своих ног, так что бы он мог достать везде. Осознание того, что происходит, пришло с опозданием. Когда мои руки начали срывать остатки порванной ткани с мишки. Своими коготками провела по груди и вызвала чисто звериный рык, но сейчас он не напугал. А наоборот раззадорил и, решив не отказывать себе в удовольствии, стала изучать это тело. Внизу разгорался пожар. Но мужчина хотел меня в разы больше, чем я его. Об этом факте красноречиво говорил его эрегированный член, что упирался в моё бедро.

Но вдруг Мир оторвался от моих губ, с тяжёлым дыханием и проговорил:

– Если я сейчас не уйду, то не смогу остановиться, – голос надломленный, но такой умоляющий.

Я решила не врать себе и не отвечать словами, просто начала стаскивать с себя штаны. Так хотелось ухватить его за упругую ягодицу, и я не сдержалась. Мишка толкнулся в меня, пытаясь показать, насколько его заводят эти игры. Я чувствовала влагу между ног, моё тело просило Мирослава быть внутри. Но этот человек не спешил перейти к основному действию. А припечатав меня к постели, стянул окончательно свои штаны, высвободив часть тела, интересную мне. Направился гулять губами по телу, уделив достаточное количество своего внимания метке, оставленной им, продолжил путь. Лаская моё тело всеми возможными способами. Но когда этот огромный мужчина уткнулся своим лицом в мои складочки, вдыхая запах, я смутилась и дёрнулась в сторону.

– Не бойся, малышка, ты очень вкусно пахнешь, а сейчас я попробую тебя на вкус.

И он воплотил свою угрозу в жизнь. Припав ко мне, и вылизывая, будто десерт. Меня трясло от наслаждения и эмоций, что проходили через меня. Теряясь во всём этом, уже была готова взорваться, когда он прекратил свою сладкую пытку. И вырос скалой надо мной. Всматриваясь в глубину моих глаз. Гипнотизируя и притираясь к моему лону. Видимо это был отвлекающий манёвр с его стороны. Потому что в следующую секунду Мир был весь во мне. Мы замерли. Я привыкала к нему, он видно боялся сделать мне больно. Я, услышав его подсознательную просьбу показать, что мне хорошо, вильнула бёдрами, навстречу его естеству, и намёк был понят сразу. Мы погрузились в реальность, сократившуюся исключительно до наших персон. Его резкие и такие желанные движения, с порыкиваниями. Мои вскрики и просьбы не останавливаться. Пока Мир не взорвался внутрь меня с громким победным рыком зверя. Я ощутила, что он заполнил меня до предела, и повалился, обессилев. Переведя дыхание, он заговорил, так и не покинув меня.

– Спасибо. Спасибо тебе, малышка. Я тебя больше никуда не отпущу. Ты моя жизнь. Вы моя жизнь. Если ты подаришь мне ребёнка, я буду счастлив. Но пока я не могу покинуть тебя. Ты можешь отдохнуть. Сцепку закончим спустя пару часов.

Сначала не поняла, что он хочет этим сказать, но потом меня осенило.

– Ты предлагаешь мне спать, в то время как, эм-м, твой дружок будет во мне? – моё удивление было таким сильным, что показалось, будто я истерически визжу.

– Именно. Я забрал слишком много сил, не дав тебе восстановиться после травмы. Пожалуйста, поверь мне, я не хочу тебя потерять, из-за своей несдержанности. Пожалуйста, расслабься и дай сну поглотить тебя, я буду рядом.

Отказать этим умоляющим глазам было невозможно. И я ушла в темноту, ощущая крепкую хватку медведя на своей талии, и кое-что еще.

***

Мишка брал верх от счастья, мы были сцеплены с моей девочкой. Глубоко заперты в её лоне. И это неимоверный показатель, если мы не можем покинуть её тело уже в течение часа, это значит, что она сразу понесёт от нас. Из моей груди вырвался рёв удовлетворения. Наша Розочка, подарит нам цветочки. Может даже букет. Душа наполнилась теплом, я уже знал, что как только мы сможем её покинуть, я соберу совет, нужно решать дела берлоги и вопрос относительно безопасности пары. Я пытался бороться с медведем, но не получилось. Поэтому наши лапы гуляли по телу малышки. Оглаживая её бёдра, плечи, грудь. Всё это доставляло неимоверное удовольствие. Было сложно, даже мысленно покинуть её. Но у меня оказалось время, на подготовку зверя к этому. Самое поганое, что сейчас я находился рядом с ней, прикасался к её нежной коже, но головой был далеко. Хоть и прошло не так много времени, но нужно поднимать некоторые интересные темы на советах. Как только я смогу покинуть её, буду устраивать встречи. В первую очередь нужно назначить наш визит в соседнюю стаю к хвостатым.

Волки дружелюбны к нам, и у их главы девушка тоже человек. Это будет полезно нашей паре. В глубине души раздался одобрительный рёв, мы опять оказались на одной волне. В общем-то, не удивительно. Для нас теперь существуют только две вещи – это семья и клан.

Мысли были прерваны ощущением освобождения, и я не могу сказать, какие эмоции это принесло. С одной стороны облегчение, что наша пара сможет отдохнуть. С другой – чувство потери.

Встряхнув головой, со скрипящим сердцем, покинул Розмари и направился в ванную. При всём моём нежелании смывать с себя запах любимой, знал, что другие члены берлоги не одобрят такого концентрированного запаха спаривания.

Включил воду на максимально холодную температуру. Это хоть немного остудит мой пах. Надеюсь, что леденящего заряда хватит на время работы. Иначе есть вероятность сорвать пару важных дел. Покинув душевую, облачился в костюм, так как была надежда на встречу с некоторыми главами, ну или их бетами, и я должен быть готов. Не успел покинуть наши покои, как был встречен бетой.

– Доброго дня, глава. Ну что я могу вас поздравить? – в его голосе сквозила дружеская подколка.

– Как ты должен был уже понять, да, можно поздравить. Я уверен, что Роза забеременела. Но точнее скажу через пару дней. А пока она отдыхает, у нас очень много дел.

– Я счастлив за тебя друг, – он похлопал меня по плечу. – С документами я разобрался, чтобы выделить тебе время на пару. Ещё договорился о создании высшего совета, где ты хотел поднять вопрос о рабочих местах и некой несправедливости в отношении девушек. Они отозвались, но смогут не раньше, чем через несколько недель.

– Именно поэтому ты третий в берлоге. Сейчас сам понимаешь, второе место занимает моя пара. Раз уж ты решил такие глобальные вопросы, я хотел бы созвониться с Игнатом, у него истинная тоже человек. Может она поможет моей свыкнуться с новой ролью и жизнью.

– Хорошо содружественно жить со стаей тёмного леса. Они уважают тебя и боятся, так что будут помогать во всём. Да и ребята они хорошие. Это лучшее соседство, хоть и многие блохастые не любят делить земли с медведями. Кстати, двое парней, что ты приставлял к нашей Луне, – он выдал нервный смешок, взяв это звание от волков, – они рвутся в бой, и просятся обратно в её надзиратели. Они чувствуют свою вину, и хотят выслужиться, причём в первую очередь перед девушкой.

– Ты прав. Хорошо, пускай Митир и Алекс сопровождают её везде. Я поговорю с Розмари насчёт охраны, и они смогут не прятаться. Но пока что должны сохранять дистанцию. Ну, всё, хватит болтать в коридоре, ты пока можешь пройтись по границам наших территорий. Мне было неспокойно, кто-то ночью выходил в лес, и не понятно наши это были или нет. Может опять какой-то молодняк из соседней стаи. Если это так, то нужно будет решать вопрос с их главой.

– Хорошо, Мир, и я так понимаю завтра утром или вечером вы отправитесь в гости?

– Очень на это надеюсь. – Друг уловил моё напряжение. Как бы мы не ладили с соседними стаями, мы не могли рассчитывать, что они сейчас же бросят все дела, чтобы уделить время приехавшим в гости чужакам. На душе заскребли медведи. А тело пошло в сторону рабочего кабинета. Усевшись в своё, некогда удобное кресло, набрал знакомый номер.

– Привет, бурый! – раздался оживлённый голос. – Что-то случилось, раз ты сам решил меня набрать?

– Привет, хвостатый. Ты прав друг, я часто забуряюсь в берлоге, но сейчас мне нужна твоя помощь. – Добавил в голос побольше отчаяния и страданий. На что волк отреагировал молниеносно.

– Это связанно с тем, что ты созываешь совет через какое-то время? Чем я могу помочь?

– Я нашёл пару, и она человек, который до ужаса боится двуликих. Я напугал её, и она упала с обрыва, потеряв память. Сейчас она не знает ни страха, относящегося к нам, ни боли, что принёс ей кто-то из медведей. Но ей тяжело. Она жила в ужасных условиях, которые психологически не помнит, но тело то не может такое забыть. И я, зная, что твоя суженная из человеческих, хотел бы просить, приехать к вам в гости, ну или вы к нам. Чтобы у Розы были друзья среди вашей стаи, и люди которые могут подсказать, как ей поступать.

– Понял тебя. Будем рады видеть Вас. Если есть желание, ну или возможность тебе выскочить из постели со своей парой, то ждём вечером.

– Спасибо, брат. – На том конце провода был слышен смешок и звонок оторвался.

Не думал, что волки станут братьями медведям. Но это происходит на самом деле. Его подколы насчёт кровати и пары были, мягко говоря, в тему. Меня нет с ней всего около часа, а зверь рвет жилы, требуя вернуться обратно. Приласкать, прижать к себе и никогда не выпускать. Но нам сейчас нужно прогуляться. Иначе мишка может вырвать главенство, в самый неподходящий для этого момент. Оставив пиджак в кабинете, направился на опушку, где всегда перекидываюсь. Тут у меня есть пенёк, специально для одежды, всё же я не варвар, чтобы портить столько вещей. Сложив аккуратно гардероб, ощутил, как медведь полез сквозь кожу. Суставы выворачиваются, и буквально через минуту, уже смотрю на этот мир с другого ракурса. Хотел бы я сказать, что дальше прогулка была беспечной. Но нет, ещё у своего местечка мне в нос забился знакомый запах. Это была медведица из соседнего клана, дочка Сторожиловых. Они на протяжении многих лет пытаются подложить её под нас. И это сильно напрягает. Я мог развязать войну, и захватить их клан. Ведь правит сильнейший и я знал, что таковым являюсь. Но у нас нет желания терять своих в этом месяце без какого-либо смысла. Сейчас же эта девчонка нарушила границу. Ей не позволено гулять по нашим территориям без приглашения. Для подтверждения своих мыслей, мы направились в Северную часть земель. Где уже отчётливо чувствовался запах девушки. На этой границе встретил своего заместителя. Не я один напал на ее след. Мы сошлись во мнении, что всё не просто так. Что-то семейство задумало, и это плохо повлияет на наши отношения с суженой. От подобной мысли я взревел, и рванулся к ней. Беспокойство раздражало и пугало. Не дай Бог с ней что-то случилось.

Выдавая максимальную скорость, мы добрались до дома на чистых эмоциях. Перекидывался уже на ходу, даже не заботясь, что ворвусь в комнату полностью обнажённым. И что могу этим напугать мою девочку. Главное было убедиться, что с ней всё хорошо. Дверь разлетелась в щепки, не выдержав напора. Наша малышка испугалась и вскочила с кровати. Я не смог сдержать эмоций, и утащил Розочку в наши медвежьи объятия. Понимая, что придётся что-то придумать, чтобы не заставлять её нервничать. Но не сейчас, не сейчас.

***

Я проснулась от жуткого страха, он исходил будто не от меня. Это ощущение пускало по телу мелкие мурашки. Я не видела, но осознавала, что вот-вот должен напасть дикий зверь. В принципе так и произошло. Дверь в нашу комнату разлетелась в стороны, как стеклянная, и я оказалась страстно прижата к горячему мужскому телу. Только когда обвила его торс руками, стало отпускать от этих эмоций. Меня посетило смутное осознание, что это были и его чувства, правда, непонятно чем вызванные. Что больше всего меня удивило, так это вид моего мужчины. Он был обнажен, и зверь слишком близко. Это ощущалось по его магнетизму и цвету глаз. Но что-то подсказывало, даже если я спрошу, что случилось, то не получу однозначного ответа. Поэтому решила промолчать. И просто наслаждалась его теплом. Опираясь на грудину, слегка отодвинулась от горячего тела. Зверь отреагировал моментально, напрягаясь ещё больше, чем было до этого. Но позволив увеличить расстояние.

– Мой хороший, спокойствие. Всё хорошо, я рядом, – мои ладони огладили мощные плечи и спустились по спине, опять обхватывая мужчину. Его беспокойство было настолько ощутимо, что можно было резать ножом.

Не зная, как же отвлечь моего мужчину от гнетущих мыслей, просто поцеловала. Нежно, ласково, прекрасно понимая, что это всё равно провоцирует его на дальнейшие активные действия. Я не знала, его это желание, моё, или действие парной связи. Сейчас это было совершенно не важно. Мне нужен был Мирослав рядом, настолько, чтобы даже частицы воздуха не было между нашей кожей. И не одна я пылала таким желанием. Секунды не прошло, как тело оказалось прижато этим сильным самцом к постели. В его глазах до сих пор горел зверь, и даже не знаю, кто сейчас руководил процессом, но я была только за. Это его звериная резкость и страсть выбивали почву из-под ног. Хорошо, что я нахожу в горизонтальном положении и мне просто некуда падать, кроме любимых и таких ласковых рук. Но в этот раз Мир не был готов на ласки и прелюдии.

Не успев опомниться, ощутила его всем своим естеством. Ворвавшись в меня, мужчина замер, не позволяя двигаться. Давая возможность освоиться с его размерами. Но мне хотелось большего, и я решила взять инициативу в свои руки. Самое удивительное, что мне это позволили сделать. Перевернув мужчину, оседлала его. Из-за моих манипуляций он покинул меня, но ненадолго. Я сама уже направила ствол моего мужчины, туда, где он должен был быть, максимально глубоко. Во мне проснулась похоть, и её невозможно было унять. Мужчина не отставал, я почти вся уже была в мелких отметинах: укусы, поцелуи.

Огромные руки ухватились за мои ягодицы и уже управляли процессом, когда я упиралась в грудь. Всё, что могла – кричать от получаемого удовольствия. Он смотрел на меня, так, будто видел впервые. Этот страх, что испытывал мужчина до моего пробуждения не давал главенство человеческой половине. Но я его не боялась. Все поцелуи уже походили на укусы, а не ласку. Я как сумасшедшая требовала ещё и ещё. До того момента, как Мирослав сделал особо резкое движение, и я сжала его в себе. Понимая, что он в ближайшее время не собирается покидать меня. Это весьма смущало. Но выбора не было. Поэтому содрогаясь в оргазме, просто распласталась на его груди.

– Милая, это было что-то. Я всегда готов для тебя, но ты разожгла пожар в моём сердце. Правда теперь тебе придётся потерпеть меня какое-то время. А когда ты покушаешь, мы отправимся в гости, в соседнюю стаю. Нас там ждут, – дыхание всё ещё было сбитым, а на губах красовалась довольная улыбка.

– Ты всегда так голоден мною. Это льстит, и я не терплю тебя, мне приятно быть рядом, хоть и есть некий дискомфорт. Но думаю, ты его с лихвой окупаешь. Тем комфортом, что окружил меня, – он потерся подбородком о мою макушку. – А сколько мы с тобой так пробудем, эм-м, в сцепке?

– Около часа, потому что ты – моя истинная. А что такое малышка?

– Если ты не против, я бы вздремнула, а то совершенно нет сил, – Мир просто улыбнулся и накинул на нас одеяло. Сознание Розмари сказало реальности «прощай».

Сквозь сон я почувствовала нежные поглаживания по лицу. Мне было слишком удобно и комфортно, чтобы просыпаться. Так этого не хотелось. Но человек, который пытался разбудить не давал покоя, и я сдалась. Открыла глаза, и встретилась с таким родным и любимым мужчиной. Почему-то моё лицо было напротив его. Но я не сказала бы, что это неприятно. Это мило. Особенно после всего, что случилось между нами. Однако я слишком утопилась в этом мужчине.

Как же эта девушка, которая является моей подругой и его дочерью? Черт, а ещё какие-то встречи. Я что настолько влюбилась? Надо прекращать всё это. Но кто же мне позволит? Правильно никто. Мирослав оставил поцелуй на моём лбу и заговорил.

– Малышка, не накручивай себя. Всё будет хорошо, а моя дочка, думаю, на днях заскочит. Она понимает, что у нас медовый месяц, и старается не приходить, чтобы не застать нас за страстными делами. Сама не так давно встретила свою пару и знает, что это такое. Им повезло. Так молоды, ещё даже сотни лет не прожили, а уже нашли друг друга.

И тут мозги сказали: «Здравствуйте, белые стены дурдома».

– Мишка мой, а тебе тогда, сколько годиков, не подскажешь? – он рассмеялся во весь голос, и всё же ответил.

– Мне недавно исполнилось сто восемьдесят три года. Я самый старый и сильный медведь на этой планете и вхожу в Совет. В нём есть только один волк, который старше меня на десять лет. И всё. Много лет назад было очень тяжёлое время, когда стаи не могли жить в дружбе, и воевали в открытой войне. Большинство из высших, можно убить лишь одним способом – убив его суженую. Когда умирает наша пара, мы теряем себя, и становимся слабее. Этим пользовались главы кланов, чтобы уничтожить других, и вся проблема была в том, что у нас не хватало женщин, и каждая из них была на вес золота. А мы были глупы, не вступая в связь с людьми.

– Я, я не знаю, что сказать. Ты старше меня, больше, чем на сто лет. Но это не самое страшное. Хуже всего то, что я стала твоей слабостью. И из-за меня ты можешь погибнуть. Это вообще нормально?! – внутри бушевал ураган. Я не знала, что делать, но Мир прижал меня к себе и продолжил говорить.

– Пара делает своего самца сильнее в сотни раз, но мы все были молоды и многое не понимали. Сейчас старшие передают учения младшим. Наша задача защитить или спрятать свою пару и потомство, и вот тогда мы будем непобедимы. Мы учим своих дам, вне зависимости от происхождения, как надо поступать в экстренных ситуациях. И становимся практически непобедимыми.

– Интересный факт. А те, к кому мы поедем, они кто? И сколько лет? – во мне проснулось детское любопытство, будто мне рассказывают невероятную сказку и делают слишком много театральных пауз.

– Он – глава стаи волков. Игнат, восемьдесят пять лет. Его супруга – Инга, сорок лет, человек. У них также трое ребятишек есть, и ты с ними познакомишься. Честно говоря, до сих пор их не различаю. Хотя двойняшкам по пятнадцать лет, а младшая у них годовалая малышка. Братья за неё порвут. И наши мальчики будут защищать девочек ценой собственной жизни. Заделаем ребятишек восемь-десять, – мечтательно-игривая улыбка преобразила лицо Мирослава до неузнаваемости.

– Так, стоп, я ещё даже не беременна, а ты говоришь мне про десяток детишек? Нет уж, давай притормози, – я не могла понять, откуда эта агрессия, но знала что для неё был повод. Где-то в далёком прошлом. – Мы как бы тут вели беседы про высокую любовь до гроба, а сейчас ты говоришь, что я оказывается просто инкубатор для твоих детей.

От моих слов Мирослав просто остолбенел. В принципе, как и я. Приступ сошел на нет, и тут я поняла, как мерзко поступила.

– Мирослав, прости. Я не знаю, что на меня нашло, но, когда ты стал так говорить, меня накрыло чувство злости и агрессии. И я взорвалась. Прости, даже не знаю, что думать. Ты не помнишь, что со мной до падения было такое?

Мишка выдохнул сквозь зубы. По всем его движениям было понятно, что он зол. И сильно. Конечно, он самый сильный оборотень, а я какая – то выскочка так ему нахамила.

– Нет, я был мало знаком с тобой до твоей травмы. Но данный инцидент не должен оставаться без присмотра врача. Сейчас ты собираешься, и мы едем в гости. А завтра первым делом к врачу. Может он что-то подскажет. И мы найдём выход из ситуации, – это давалось ему нелегко, и я пообещала не расстраивать своего оборотня.

Направилась в ванную, быстро смыла с себя следы нашей бурной деятельности, вышла. На кровати, предусмотрительно лежал комплект одежды. Брючный костюм лавандового цвета, к нему кроссовки и бельё в тон. Это смотрелось очень даже красиво. Облачившись в подобранный наряд, спустилась вниз. Чувствовала себя странно, но никак не могла понять почему. Очень хотелось кушать, больше чем обычно. Хотя я и привыкла к голоду. Стоп. К какому голоду? Значит, до потери памяти у меня были проблемы с пропитанием, и наверняка с проживанием и одеждой. Всё, что у меня есть, не купленное парой, выглядит просто отвратительно, как с бомжа сняли. От этого стало не по себе. Сначала сны, где медведь убивает людей, потом осознание что я была голодной. Что будет дальше? Что ещё вспомнится мне в какой-то момент, и чем может закончиться очередной приступ? Голова разболелась от мыслей, и я пошатнулась, но упасть мне не дали. Молодой мужчина лет тридцати, подхватил, и отнёс вниз, где меня уже ожидали. Стоило главе увидеть меня на руках другого, как что-то изменилось во взгляде. Я не могла понять, что же именно, пока он не взревел. И подорвавшись, в долю секунды оказался около нас.

– Что случилось с нашей парой?! – я была перехвачена и прижата к тёплой груди. Он смотрел на моего спасителя, как на виновника моей чуть ли не гибели. Но я решила сказать за него.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.