Мила Эвоян
Если бы ты был

Вы в курсе, что означает ваша фамилия? Наверняка она у вас красивая, наподобие Радостина. А мне не повезло. Я Сиротина. Полина Сиротина.

Не знакома с историей предков, но очевидно, что безотцовщина у нас на роду написана. С папой мы никогда не виделись. Мама говорит, она без понятия, где он и что с ним. Единственное, что удалось выведать, – он был бабником. «А с такими нам не по пути», – безапелляционно заявила мама, когда я пыталась хоть что-то узнать о нём.

Да я и сама никогда бы не стала встречаться с бабником. Правда, пока вообще ни с кем не встречалась. Завтра моё шестнадцатилетие, а я даже не целовалась. Ни парня, ни папы. Настоящая Сиротина. Ненавижу. И зачем меня мама родила?

– Мам, а у нас ваще родственники есть? Может, хоть кто-то? – поинтересовалась я. Помню, несколько дней готовилась к этому вопросу. В субботу специально встала пораньше, сделала омлет с сыром и помидорами по маминому рецепту «из детства». Поставила тарелки на скатерть с белыми розами. Справа положила ножи, слева – вилки; тоже как мама научила.

– Нет. – Она посмотрела на меня испуганными серыми глазами, точь-в-точь как у меня. – Мы с тобой одни. Только ты и я. И давай больше не будем об этом. У тебя же скоро день рождения, – резко сменила тему и опустила взгляд на белые квадраты напольной плитки, – чем бы тебя порадовать?

Признаюсь, до пятнадцати лет я любила свою днюху за то, что прямо с утра мама дарит подарки. Мне кажется, она не замечает, но всегда говорит одну и ту же фразу: «Плюшечка обожаемая, моё единственное счастье. Живу тобой». После этих слов закрывается входная дверь, и мама пропадает до самого вечера. На целый день я предоставлена себе, Настьке и Максу.

С Максом Бобровым и Настей Дементьевой мы вместе со второго класса. Сдружились летом во дворе, впервые в жизни играя в «Мафию» со старшими пацанами. Мы постоянно палили свои роли, но было весело. Потом нашу троицу выгнали, и пришлось самим придумывать игры покруче их «Мафии». С фантазией Макса скучать было некогда.

Бобров вообще же без тормозов. Поймёте сами, когда его увидите. У него даже внешность прикольная, хоть с первого взгляда может и не понравиться. Шевелюра растёт вверх. Два передних зуба, как у бобра. Чувствуете связь с фамилией? Сам невысокий и пухлый. Макс всерьёз думает попробоваться в Stand Up. В прошлом году попал на съёмки программы и даже сфоткался и пообщался с Пашей Волей. Уверена, их селфи вы и сейчас найдёте у каждого чела нашего класса. У многих оно даже на заставке стояло. А когда Бобров пересказывал Пашины приколы, валялись все, и только Лизка не издавала ни звука.

Кто такая Лизка? Елизавета Бабникова – топчик класса. Блогерша. Точнее, раньше ею была, теперь влогерша. Всё время снимает видосики: как заходит в класс, выходит, идёт по коридору, в туалет… И вечно болтает на камеру, улыбается, извивается. Не сомневаюсь, вы знаете таких. Она из тех, с кем постоянно в сети знакомятся парни. С некоторыми она даже встречалась – видео подтверждения есть. Ну Бабникова – это Бабникова. Признаться, меня она подбешивает. Половина волос чёрная, половина – розовая, брови абрикосовые. Жуть! Вечно в коротких юбках, из-под которых, якобы случайно, выглядывает зад. Учителя возмущаются, пацаны кайфуют. Но больше меня раздражают эти её видосы. Себя снимать я не разрешаю. Лизка бесится, ведь самый прикольный чел класса тусит со мной.

Да, с Максом мы друзья навек. Он – мой позитивчик в тёмном мире, где непонятно, зачем я здесь. И нужна ли вообще кому? Мама говорит, что любит. При этом она либо на работе, либо ругается.

– Почему опять бардак?! – первый вопрос, когда она входит в мою комнату. Мою комнату! На глубоком вдохе, брови кверху, руки в боки. Честно, каждый раз удивляется, будто рассчитывает увидеть что-то другое. Кажется, бардак её только и интересует. А мне наплевать. Удобно, когда всё раскидано. Ощущение, что не одна в этом мире. А если всё в шкафу, то пусто и одиноко.

Или вот ещё:

– Что за вид у тебя такой?! Опять вся в чёрном. Ты же девочка! – привычно-утренний вопрос в коридоре нашей замшелой двушки. Как правило, мама уже одета в ярко-синий офисный костюм, светлые волосы выпрямлены, глаза и губы накрашены, как учит визажист из телека. Вокруг неё аромат самых вкусных лимонных духов. Не знаю почему, но каждый раз, когда она ими пользуется, меня накрывает счастье в мурашках. Будто я совсем мелкая, и мама кормит меня ароматным лимонным пирогом. Возможно, такое когда-то и было? Когда-то. Возможно… Но в настоящем времени мы обе в коридоре, где сверху в углу отходят обои, а линолеум покрыт несмывающимися коричневыми пятнами. Обидно, что мама отказывается делать ремонт, мечтая когда-нибудь переехать в новую квартиру. Рядом стою я. В чёрном. В длинной юбке по щиколотку. Я люблю чёрный цвет. Мне в нём комфортно. Но ради мамы могу надеть белую блузку и кеды, и представьте, даже с белыми шнурками. Но и это её не радует. Кстати, наш мопс Томми тоже чёрный, но к нему мама не придирается. Ей бы в дочки Настю в укороченных бежевых штанах и оливковых водолазках или хотя бы Лизку в розовых шмотках.

Вообще, мне кажется, что маму я только огорчаю. Недостаточно хороша для неё. Во всём не такая. Волосы крашу в слишком тёмный, учусь средне, косолаплю, парня нет. Хотя и у мамы никого нет. Вот если бы объявился папа, ну и пусть уже что бабник, мама стала бы счастливее, я так думаю. А то только по телефону и возможно с ней общаться. Интересно, была ли мама счастлива шестнадцать лет назад? Хочется верить, что да. Но последний год с каждым днём она становится недовольнея и недовольнее. Вы и представить себе не можете, как это напрягает.

В начале этого учебного года всё ещё было как обычно. Хотя нет, с COVID-19 уже, наверное, и не будет как обычно. Закрыли основные места для движух, люди надели медицинские маски. Мы с Настей и Максом стали ещё чаще устраивали тусы у меня дома. Когда были послабления режима, ездили в киношку или чилили в локациях, которые разыскивал Бобров.

Но вот я стала замечать, что у моих друзей появились разговоры на какие-то отстранённые темы. Стали обсуждать что-то своё, перемигиваться. И я не хотела, но как-то случайно увидела в телефоне у Настьки входящие ночные звонки. От Макса! А дальше вышел новый рилс Бабниковой, где на заднем фоне в парке за ручку шли… Вы уже догадались кто? Да, Бобров с Дементьевой.

Они начали встречаться. За моей спиной. Не сказали ни слова. А ведь Макс мог выбрать и меня. Ну или хотя бы посоветоваться.

– Думаешь, я Насте нравлюсь? – спросил бы, постукивая пальцами по парте, как делает обычно, когда волнуется.

– Ещё бы, – ответила бы я, – в чём вопрос, бро?

– Да не, не как друг, а как парень… – стук по парте остановился бы.

И тут я, наверное, рассмеялась бы над очередной удачной шуткой. Макс бы поднялся, засунул руки в карманы и со словами «ну чё ты за чел такой?» ушёл, топая, как большой обиженный бобёр. И тогда бы до меня дошло, что он всерьёз. Втюрился в нашу Настьку.

А как вообще в неё можно влюбиться?

Дементьева Анастасия. Слышите благородство в каждой букве? Она какая-то… волшебная. Вечно в мыслях и с таким взглядом, будто что-то ищет и не находит. Добрые карие глаза, как у лани. В отличие от меня, волосы не красит. Ходит с естественным русым цветом. Одевается строго – как положено в школе.

Моя мама часто повторяет:

– Настя умница… И у неё очень красивые наряды. Давай тебе такие же посмотрим? Вы же подруги.

Но лучшие подруги – не значит копии. Вот вы согласны? Мы с Настькой противоположности, которые существуют вместе. Нам кайфово оттенять и дополнять друг друга. Я люблю болтать, а она – слушать. Может совет дать, когда прошу. Не спорю, Настька – девчонка норм, но чтобы в неё влюбиться…

И почему всё-таки в неё, а не в меня?

Макс больше общается со мной. Мы с ним настолько близки, что я ему своё средство от прыщей даю! И конфеты с орешками мы делим по-братски: я объедаю шоколад, ему оставляю орехи – Бобров больше по мясу, чем по сладостям. С Настькой такой близости у них нет и быть не может. Но он выбрал не меня.

Я как была, так и остаюсь Сиротиной.

Нравится ли мне это? Бесит! Но ни Максу, ни Насте не признаюсь. Они молодцы, конечно, старались не палиться при мне первое время. Да и я лыбу натягивала. Но дружба, конечно, провисла. Стало не так прикольно в киношку вместе ходить. А на переменах они, бывало, даже из класса не выходили. Отмазывались, что домашку сверить надо. Ага. Пару раз я даже повелась. Но через месяц они признались. А потом у них стали случаться ссоры.

– Полиныч, вот объясни, чё она как шар надулась? Вчера устал после футбола, вырубился и не позвонил. А она, видишь ли, ждала! Самой набрать не судьба?! – возмущался голос Макса в наушнике телефона.

– Да не знаю я! Чё вы ко мне-то постоянно лезете? Я вам кто? Ваши отношения – сами и разбирайтесь. Мне без вас проблем хватает. Мне вот не на кого обижаться, – огрызалась я.

Как не понимают, что делают мне больно? Тыкают в свои отношения, будто щенка, написавшего на ковёр. Помню, мама так маленького Томми учила терпеть.

Макс с Лизкой не знают, каково это быть одинокой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.