Nikita Kazakevich
Два Мира: Избранники Судьбы

Глава I

Драконы

Стоял, как всегда, жаркий день. Солнце во всем своем величии не щадя нагревало камни и землю до такого состояния, что, походив босиком, в скором времени могли понадобится носилки. Не единого облака до самого горизонта, только потрескавшаяся от жары земля и среднего размера горные валуны, дающие хоть какое-то спасение от этого огненного демона, севшего высоко в небе на свой трон, и бесконечно напоминающего всему сущему, кто тут повелитель и по чьим законам все существует, существовало и будет существовать.

– Идеальная погода, – подумал Ансгар, присевший на верхушке одного из скалистых валунов. Он поднял голову, чтобы посмотреть еще раз на солнце широко открытыми, черными, как затмение глазами, и улыбнулся в предвкушении битвы, которая совсем скоро должна начаться…

Мгновение, и воин стоял в полный рост, повернувшись к своему отряду, который расположился близ валуна. Ансгар видел их – семь колонн по десять воинов, – он видел в их черных глазах жажду крови, но это была не звериная жажда убивать, а профессиональное желание проверить, на-сколько каждый из них достоин называться драконом. Самый титулованный отряд воинов страны огня, вот кем они являлись.

С ног до головы драконы были окутаны мантией из чешуек саламандр. Такие мантии выдавали лишь солдатам, удостоившимся чести попасть в это подразделение. Они являлись их отличительной чертой от других воинов. На ногах драконы носили сапоги с металлическими набойками из оласа – особый вид железной руды, добываемая в стране огня. Руда не пропускала тепло, а при изменённой форме и холод тоже, тем самым позволяя воинам безболезненно передвигаться по огненной пустыне. Из оружия, у каждого из драконов были по паре острейших скимитаров, утратить их для каждого из отряда было непозволительно и каралось изгнанием в безымянные земли.

Ансгар – один из воинов, удостоенный чести командовать элитным отрядом, и никто не сомневался в его авторитете. Они сами избрали его. Абсолютно каждый из семидесяти воинов, устремили свой взгляд и внимание на командира. Драконы видели его, высокого, смуглого, хорошо сложенного мужчину, с черными глазами, наполненными огнем. Он держал один из скимитаров высоко над головой, даже через мантию было видно, как от эфиса клинка до самых пяток напряжены все мышцы и жилы на теле воина. Песчаный ветер беспорядочно развевал его темные локоны, собранные в хвосте на затылке.

Командир заговорил :

– Мои верные воины, сегодня благоволит само солнце, повелитель божественного огня великий Азариус улыбается нам и благословляет на победу!

– Во славу бога огня! – хором провозгласили воины.

– Я обещаю вам, что каждый, стоящий передо мною воин не погибнет напрасной смертью, а если суждено погибнуть, то погибнет как герой!

– Во славу драконов и нашего командира! – провозгласили воины.

– Во славу страны огня, за Файраз!

– За империю, за Файраз! – продолжали кричать воины, повторяя один за другим .

– Все воинство под командованием – Императора Алонуса Войта, подошло к границе безымянных земель и ждет, пока наш отряд начнёт атаку по первым вражеским линиям! – продолжал Ансгар.

– За императора! – хором провозгласили драконы.

– Открытое наступление начнется завтра с первыми лучами солнца под предводительством нашего императора, Ансгар скимитаром указал на северо-запад. – Наша задача—начать нападение на вражеский авангард этой ночью и обезвредить катапульты и требушеты. А сейчас всем расставить шатры и отдыхать, главное, не забудьте разжечь костры, ночью мороз. Вы и сами знаете, насколько он для нас губителен…

Глава II

Так близко и так далеко

– Ах ты! Наглый юнец, как ты вообще осмелился спать в наряде!

Удар пришелся голенью по ножке стула, тем самым выбив его из-под гвардейца. С грохотом рухнув на землю и не успев опомниться, бедолага увидел, как на него смотрят светло-голубые, – практически цвета бирюзы, наполненные злостью глаза. Солдат разглядел длинные, белые, отдающие серебром волосы, распущенные сзади и собранные по бокам в косы. При свете солнечного заката ее бледная кожа словно поблескивала, но это было лишь игрой света.

Перед тем как произнести хотя бы звук, у гвардейца промелькнула мысль – как же она прекрасна! « ее подтянутое тело просто замерло, положив руки на бедра ». На ней были надеты сапоги на серебряных застежках до половины икры, кожаный ремень со знаками страны льда Элиуса – маленькие серебристые ромбы с вырезанной восьмиугольной звездой, опоясывали ее талию, там же с двух сторон красовались кинжалы, созданные лучшими мастерами королевства. Темно-синяя жилетка отлично подчеркивала ее бюст, а по богато расшитым рукавам можно было сделать вывод – что эта вещичка стоит кругленькую сумму алларов – так называемую денежную валюту в Элиусе.

– Ты что, приведение увидел? – произнесла воительница грубоватым женским голосом. Солдат окончательно опомнился, моментально вскочил с земли и уже стоял по стойке смирно. Последняя мысль, которая проскочила у него в голове, – капитан Эвелин прекрасна, но этот ее взгляд, наполненный холодом, ледяным спокойствием настоящей воительницы, пугает до мурашек…

– Никак нет, сэр!..э…э…мэм!.. Товарищ капитан, клянусь честью и собственным знаком, что я не засыпал на посту, а задумался… – произнес заикаясь, гвардеец.

Взгляд капитана после этих слов, как мог заметить бедняга, немного потеплел, но оставался все таким же непроницаемым.

– В этот раз я сделаю вид,что так оно и было, – заговорила Эвелин, – не будь у меня сейчас более важных дел, чем муштра всяких там салаг, я бы задала тебе такую трепку, после которой у тебя больше бы никогда глаз не сомкнулся.

Гвардеец стоял молча по стойке смирно, не осмеливаясь даже прочистить горло.

– У тебя есть хоть малое понимание, что происходит вокруг? – заговорила Эвелин с поучительной интонацией. – Мы здесь не боевые учения проводим, мы на настоящей войне, которую не осмеливалась начинать ни одна сторона уже более чем сто пятьдесят лет. Но как только к власти пришел этот паршивый карлик тиран, – капитан нахмурилась, – с амбициями завоевателя и внушил подданным Файраза, что великое солнце и бог огня должны править всем миром, сразу начал свои завоевательные походы на ближайшие поселения королевства, оставляя лишь горы трупов и превращая все в пепел. Нашей королеве, владычице всех ледяных земель, всегда милосердной и благородной правительнице, не оставили выбора…

Война уже идет! – крикнула Эвелин, так, что, солдаты, находившиеся неподалеку, обернулись и смотрели с полным пониманием происходящего.

Все затихло, разговоры у шатров прекратились, мошкара не издавала жужжаний, даже лягушки на болоте неподалеку от лагеря перестали напевать музыкальные симфонии. Солнце совсем ушло за горизонт. Эвелин знала, какая для всех мука находиться даже в этом сбалансированном климате на нейтральной территории. – Ночью прохладно, ночью будет легче.

Капитан Элиуса даже не подозревала, какие ужасы таит в себе ночь и какая тьма скрывается за ней…

Ансгар наблюдал за последними лучами уходящего в закат солнца, до тех пор, пока оно совсем не спряталось за самым большим валуном на краю света, куда мог добраться только его взор.

Когда дракон возвращался в лагерь после осмотра местности на наличие непрошеных гостей, у него взбунтовался живот.

–Чертовщина, – осмотревшись, буркнул Ансгар себе под нос, – никакой съедобной живности. Скорпионы, гремучие змеи да одно перекати-поле.

Да… Голодный воин в бою, как загнанная саламандра в клетке, продолжил бормотать себе под нос Ансгар, уже добравшись до лагеря. Воины сидели возле костров, укутанные в плащи из чешуек саламандры, было прохладно, боевой дух падал без прямых солнечных лучей, да и пустые животы, тоже не слишком радовали.

Внезапно на всех начала падать тень, костры придавали ей поистине огромные размеры, зазвучали тяжелые шаги и приглушённый рык. Драконы повскакивали с мест и, как полагается профессионалам, выстроились в оборонительные позиции вокруг командира. Оружие было наготове, все замерли в ожидании.

Тень делалась больше и все отчетливее был слышен рык. Это продолжалось до тех пор, пока на самой верхушке валуна, вблизи которого отряд разбил лагерь, не показался силуэт, напоминавший медвежий.

– Но какие медведи водятся в пустыне? – подумал Ансгар.

– Кто ты! Если ты друг, то отвечай, – воинственно произнес дракон.

– Ах-ха-ха-ха! – на вершине валуна раздался оглушительный бас. – Командир, ты что, не узнал меня?!

Силуэт подобрался ближе к костру и все разглядели его. Огромный мужлан, на голову выше Ансгара, грузного телосложения, напоминающий медвежье. Большая черная борода почти полностью закрывала всю шею, а на голове ни единого волоска, только обгоревшая на солнце лысина. Глаза черные, как и у всех рожденных в Файразе. В них тоже горел огонь, но не такой, как у Ансгара, свой собственный.

– Коди? – проговорил Ансгар. – Коди, это ты? Медвежья ты башка, я не разрешал покидать лагерь в одиночку, какого черта ты ослушался приказа?

– Коди соскользнул с валуна и спрыгнул перед сгруппировавшимся отрядом. От такого прыжка казалось, что земля трясется под ногами. Встав в полный рост, он и вправду выглядел как самый настоящий медведь. На голову выше всех собравшихся. На драконе была такая же мантия из чешуек саламандры. Ну, правда, на три размера больше, тут как минимум понадобились две саламандры. Коди носил за спиной два скимитара как у всех, выделяла его, не считая огромных размеров, ещё и то, что на пояс Медведь цеплял средних размеров кузнечный молот. Как когда-то рассказывал он сам: «Раньше я был кузнецом, а молот является моим талисманом удачи. Ну ещё им хорошо крушить головы врагов».

Ансгар заметил на спине Коди убитого огненного варана.

– Конечно, я рад, что ты принес в лагерь такую большую добычу, но ты ослушался моего приказа не покидать лагерь, тем более этот варан,.. ты пошел охотиться на него в одиночку, – Ансгар нахмурил брови. – Коди, он мог сжечь тебя дотла!

Коди какое-то время смотрел на Ансгара, потом улыбнулся так, насколько ему только позволял рот и показал все свои зубы, на удивление белые и крепкие, а еще, к большему удивлению, почти все на своих местах, потом произнес басом:

– Командир, все будет хорошо, в крайнем случае нет! – и раскрыл рот еще в большей улыбке, хотя куда уже больше.

Коди всегда произносит эти слова, когда я пытаюсь его отчитать, – улыбнувшись, подумал Ансгар.

– Как вижу, все успели проголодаться! – прокричал Коди, сбросив варана на землю.

Драконы собрались возле самого большого костра, там, где на вертеле дожаривались остатки побежденного Медведем варана.

Коди сидел рядом с Ансгаром и жевал самый большой кусок, который достался ему как добытчику. Ансгар, уже съевший свой, слушал, как в огне костра потрескивают сухие ветки, любуясь остатками горящих углей.

– Медвежья ты башка, Коди, – сказал Ансгар, продолжая смотреть на огонь.

Еле-еле проглотив толстенный кусок мяса и ударяя себя по груди, Коди заговорил басом в типичной задорной ему манере.

– Командир, если ты так будешь переживать за меня, – продолжая жевать, с набитым ртом говорил медведь, – то я подумаю, что ты испытываешь ко мне не только дружеские чувства.

После своих же слов Коди разразился таким смехом, что из его рта начали вылетать не-дожёванные куски мяса. Воины, разговаривающие друг с другом, скрючились, а вся существующая живность, которая могла выживать в этих суровых условиях, попрятались по норам. Даже перекати-поле покатилось подальше от лагеря драконов.

– Будь тише, Коди, это приказ! – командующим голосом произнес Ансгар. – А насчет моих переживаний можешь не волноваться. Я убеждён, что каждый воин из моего отряда в состоянии постоять за себя. Но, Коди, ты для меня больше, чем один из воинов отряда, – вполголоса произнес Ансгар. – Ты мой друг, я не хочу, чтобы мой друг погиб напрасной смертью где-то в глуши.

Ансгар не отводил глаз от пламени.

Коди какое-то время смотрел на командира удивленными глазами. Нечасто Ансгар заводил такие темы для разговора. Проглотив кусок мяса, Медведь сказал:

– Я тоже тебя люблю, командир, – И снова раздался громкий смех, заставивший всех съежиться. Но практически сразу прекратился. – Надо поспать, через пару часов выдвигаться, – уже серьезным голосом добавил Коди и тут же рухнул на самодельный настил из соломы и сухих листьев.

– Ты прав, медвежья башка, – соглашаясь, сказал Ансгар, затушил последний костер и их последний источник света.

– Всем выспаться, через три часа выходим.

Все воины улеглись вальтами, предавшись сну. Лишь один дракон не спал этой ночью. Ансгар снова забрался на валун, рассматривая звёздное небо. В его темных, как затмения, глазах сейчас отражалась вся вселенная, тысячи незнакомых созвездий. Он заметил, что две звезды горят намного ярче остального парада звезд, будто пара влюбленных, они практически касались друг друга. Ансгар понимал, насколько им одиноко…

Как бы близко друг к другу они не выглядели отсюда, их разделяли миллиарды лет. Им не суждено быть вместе.

Или всё же суждено?..

Глава III

Наступление

Они подобрались совсем близко. В воздухе повеяло жаждой крови. Они были невидимы. Даже насекомые не замечали присутствия. Словно став одним целым с окружением они подобрались к добыче.

– Стоят как истуканы, даже не ожидют нападения, – жестом показал один из драконов своим напарникам, натягивая на лицо черную маску так, чтобы оставались видны лишь темные, как смола, глаза. Последовал финальный жест, который мог означать только одно – смерть…

Драконы убивали бесшумно: перерезав глотку одному, сразу брались за другого. Гвардейцы падали, не успев произнести даже предсмертного вздоха, словно неживые тряпичные куклы.

– Эти сосульки настолько глупы, что даже не додумались разжечь больше факелов, чтоб хоть что-то различать в этой кромешной тьме. Звезды и те уже не освещают землю, – с насмешкой вполголоса произнес один из воинов.

– Отставить разговоры, – шепотом произнес Ансгар, – продолжайте продвигаться вперед к катапультам, их следует обезвредить. Я и Коди подойдем с фланга и уничтожим запускные механизмы требушетов.

Кивком головы драконы подтвердили приказ командира и продолжили направляться к цели.

– Коди, обойди с левого фланга и займись требушетами, я займусь теми, что находятся по правую сторону. Как обезвредишь, возвращайся обратно. Ты все понял?

Коди так улыбнулся, что его ухмылку возможно было проглядеть даже под маской, что неудивительно, маска была ему мала. Борода торчала из-под нее, как темные непроходимые джунгли.

– Командир, все будет хорошо, в крайнем случае нет, – сказал Коди и растворился в листве, будто был маленькой пушинкой, при прикосновении к которой та сразу испариться.

– Опять он это сказал, – улыбнувшись, подумал Ансгар и тоже растворился в ночи.

– Проверьте, все ли на своих местах! Через пару часов будет светлеть, – сказала Эвелин, сидя верхом на внушительных размеров снежном барсе, пробежав взглядом по многочисленным колоннам солдат, если конкретнее, то чуть больше чем по одной тысяче гвардейцев, которых выделила королева для битвы с первой волной врагов. Барс ступал по земле могучими звериными лапами между центральными колоннами солдат. Эвелин называла его Арби.

Арби пристально изучал каждого гвардейца кошачьими глазами и принюхивался. Создавалась впечатление, что барс проверяет правильно надетое обмундирование на гвардейцах. Эвелин, окружённая гвардейцами, спрыгнула со своей необычной лошадки, воинственно заговорив:

– Империя Файраз пытается незаконно вторгнуться на наши земли. У углей нет на это никакого права!

– Долой углей! – начали беспорядочно выкрикивать гвардейцы. – Долой Алонуса Войта! Долой Файраз! – продолжали голосить и выкрикивать.

– Мы должны защитить независимость королевства! – поднимала боевой дух капитан Эвелин.

– За страну льда! За королевство Элиус! – продолжили беспорядочно выкрикивать гвардейцы.

– Угли превосходят нас числом, но у них ничего нет, кроме пехоты и глупой самоуверенности. Наша боевая техника запросто разгромит и превратит в кровавое месиво боевые ряды воинов Файраза…

Только хотела Эвелин продолжить свою речь, как краем глаза заметила снежного барса, принявшего позу для нападения.

– Что там, Арби?

Снежный барс кинулся в сторону катапульт, как обезумевшие дикое животное, у которого обострились все инстинкты.

– Он что-то учуял! Десять гвардейцев за мной, остальным оставаться на своих местах, возможно, это уловка углей для отвлечения нашего внимания.

Сказав, Эвелин кинулась вдогонку за Арби, но барс так разогнался, что его настигли воины с небольшим промежутком времени.

Эвелин с гвардейцами остановилась возле третьей катапульты и увидела ужасающее зрелище. —мужчину, лежавшего в луже собственной крови. Алая жидкость стекала сразу из двух мест : от туда, где раньше находилась левая рука, теперь она валялась где-то в кустах, и из изуродованного звериными когтями лица. Арби, все еще оскалившись, наблюдал за неподвижным телом в готовности атаковать. Как будто это бледное бездыханное тело еще в состоянии было подняться на ноги.

– Арби, кто это? – с непроницаемым видом спросила Эвелин и подошла осмотреть труп. Гвардейцы, которых вывернуло наизнанку от увиденного, пристально изучали глазами труп поодаль от капитана.

– Этот убитый мужчина точно из углей, – сказала Эвелин, осмотрев его шею, где красовалась родимое пятно в виде сгустка пламени, как и у всех жителей Файраза. – Но почему мы не услышали даже крика, когда его разрывал на части Арби?.. И эта накидка – глаза Эвелин стали еще более пронзительными – эта необычная мантия. Мантия элитного отряда страны огня. Арби, он тебя не ранил? – На что снежный барс только отрицательно рыкнул. – На этот жест Эвелин отреагировала улыбкой и положительным кивком головы.

– Капитан! Капитан Эвелин! – навстречу бежал гвардеец с глазами, наполненными неподдельной паники. Остановившись, принял положение смирно.

– Капитан, все катапульты выведены из строя, спусковые механизмы требушетов тоже в неисправном состоянии.

– Что!? Куда вы смотрели!? – Эвелин схватила гвардейца за шкирку и посмотрела на него ледяными глазами. Гвардеец успел только открыть рот, как ему в затылок со скоростью света вонзилась стрела, острие которой прошло через открытый рот и уставилось на Эвелин. Капитан отшатнулась назад, отпустив мертвеца.

Гвардеец с пустыми голубыми глазами рухнул на колени, а потом и вовсе распластался по всей земле. Пузыри крови еще лопались в открытом рту какое-то время, а ноги подергивались… Гвардеец был мертв. Лужа крови растеклась и впала в другую немного запекшуюся лужу крови убитого угля.

Вот они оба лежат в неподвижном положении, смотря пустыми глазами друг на друга. Такие разные, один белобрысый, голубоглазый и бледный как сама смерть, как и большинство жителей Элиуса. Другой смуглый, темноволосый, с глазами чернее ночи, как любой другой житель Файраза.

Они были разные… Но в чертовски похожей ситуации. Сейчас, она объединяла их гораздо больше, чем оттенок кожи, или какого цвета у них были глаза и волосы.

Эвелин моментально сообразила, закричав: – Прячьтесь за деревья!

Проделала один прыжок в длину на бегу и, сделав кувырок, оказалась за защитным барьером в виде огромного ствола дерева. Этот природный барьер укрыл ее от всех, даже самых настойчивых стрел. Чего нельзя было сказать об остальных…

Восьмерых из десяти гвардейцев точно уже не интересовало, что подадут сегодня на завтрак и обед. Даже ужин больше не заботил этих людей. Вряд-ли их вообще уже что-то заботило. Двое счастливчиков тоже не успевали укрыться от верной гибели, скорее всего, у них было чуть больше везения в запасе, чем у остальных. Чудом успевших доползти до деревьев и с ужасом в сердце соскользнувших по стволам деревьев на землю.

– Эвелин позволила себе выглянуть из защищающего ее природного барьера, увиденная картина ужаснула ее… Какой-нибудь знаменитый художник точно бы дал ей названин «Озеро крови».

На не защищенной ветвями деревьев поляне находились десять человек с пустыми глазами и лицами, принявшие гримасу ужаса. Алая жидкость заполнила практически всю незащищенную площадь от солнечных лучей.

Уже утро… Уже наступил рассвет.

– Арби, ко мне! – крикнула Эвелин. Снежный барс, словно неуловимый зверь, выскочил из-за большого камня. Она уже сидела на нем. Убедившись в том, что град стрел прекратился, выбралась из-за укрытия верхом на Арби.

– Можете выйти из-за укрытия, здесь теперь безопасно. Враги сменили дислокацию.

Двое гвардейцев, оставшихся в живых, помолившись всем богам, своим и чужим, выползли из-под деревьев и смотрели испуганными глазами на капитана.

– Мне надо в авангард. Уберите трупы ближе к деревьям, после чего направляйтесь на левый фланг и помогайте обороняться. Главное, падайте духом! Это только начало! Угли еще не видели всей мощи Элиуса!

– Есть капитан! – в два голоса произнесли гвардейцы.

Она мчалась, как молния, на своем диковинном коне, волосы развевались по ветру, лучи света, падающие на землю, предавали им серебристый окрас. Эвелин сейчас выглядела как сказочная принцесса, которой судьбой было предрешено принять бой со злом, и, как в любой сказке с хорошей концовкой, победить.

Посмотрим, какой финал будет у этой сказки…

– В атаку! – кричали командиры отдельных взводов гвардейцев Элиуса. Воины Файраз настойчиво наступали и подавляли первую блокаду.

– Пустить в дело требушеты и катапульты! – отдавали командиры приказы подчиненным. На что получали одинаковые ответы от всех прибегающих гвардейцев с правого и левого флангов – боевая техника в неисправном состоянии, сэр!

Файраз наступал, давление чувствовалось с обеих сторон. Воины выкрикивали победоносные слова, везде слышны звуки металла, боли и падающих тел. Воин Файраза сражался с воином Элиуса. Готовые убить друг друга при малейшей возможности. Они скрещивали клинки со знаками своих стран, отступали и снова набрасывались друг на друга, пока кто-то из них не падал замертво. Потом, победивший следовал к своей следующей цели, продолжая испытывать удачу в этом кромешном аду…

Глава V

Жестокое будущее

Подземное озеро всегда было чистым и спокойным местом для уединения. Оно и само прекрасно это понимало. Озеру это нравилось. Кристаллически чистая вода отражалась от поверхностей стен, которые и тут и там были заполнены сталактитами. Капли воды падали с этих громадных каменных сосулек, ударяясь о поверхность воды, создавали приятные звуки, эхом пролетающие по всей пещере.

Рыбы самых разных окрасов и размеров приятно и беззаботно проводили время на дне озера. Для них это был свой небольшой рай на земле.

Посмотрев на все с высоты, может создаться впечатление, что вся пещера – большой банкетный зал, а рыбы – приглашённые гости. В этом зале есть все: классическая музыка, вкусные деликатесы, красивое яркое оформление.

Богатые рыбы, бесцельно проплывающие через весь банкетный зал в поисках новых деликатесов, иногда замедляли движение для флирта, сплетен и новых выгодных знакомств. Пусть все это сильно наигранно, зато безобидно. Но так не могло продолжаться вечно…

Волны в воде начали набирать силу, весь банкетный зал стало сотрясать. Попадал сервиз, самые дорогие деликатесы оказались на полу, недавно нежное, привлекающее к себе внимание световое шоу превратилось в резкие беспорядочные потоки света, падающие на стены пещеры.

Рыбы в панике начали метаться по банкетному залу, ударяясь друг о дружку и все время повторяя один и тот же вопрос:

– Что здесь происходит!?

А произошло вот что – началось землетрясение, которого еще не видел свет.

– Но почему!? Кто в этом виноват!? Все же было чудесно! Почти все…

Все умолкли, вспомнив лишь один, самый неприятный фрагмент вечера, когда группа рыб желтого окраса начала оскорблять честь и достоинство одной невзрачной медузы. Желтые решили, что такой уродине нечего делать на банкете, где собрались сливки всего высшего общества. Кто-бы мог подумать, что медуза окажется непростой гостьей, случайно получившей пригласительный. Эта дама оказалась наследницей древнего и уважаемого рода.

Что и следовало ожидать, началась бойня прямо в банкетном зале. Медузы устроили потасовку с желтыми рыбами во всех ее проявлениях, с мордобоем, скверной речью и бросанием друг в дружку самыми дорогими деликатесами – за них особенно обидно.

Когда их оттянули по разным углам в синяках и кровоподтеках, уже было поздно, слишком поздно… Рыбы и медузы ненавидят друг друга, их дети ненавидят, следующее поколение тоже ненавидит, последние даже не могут вспомнить, за что именно.

Вода в озере разбушевалась с такой силой, что появились пузыри, словно кто-то ее кипятил с особым пристрастием. Камни осыпались в воду, эта была уже не та успокаивающая мелодия. Образовались сразу три водяные воронки. Приглашенные дамы и господа кричали, бессмысленно пытаясь выбраться из все поглощающих воронок. Ничего не вышло. Когда все прекратилось, не осталось ничего. В самой высокой точке пещеры образовался поистине огромных размеров сталактит. На самом его острие уже собралась большая капля, готовая упасть и создать абсолютно новую мелодию. Капля падала очень быстро, с каким-то грузом накопленной ненависти многих поколений. Она прошла через прозрачную водную гладь. Но уже никакого мелодичного звучания не последовало – тишина.

Это подземное озеро больше не походило на райское местечко. Кристально чистая вода приобрела кровавый оттенок. Трупы плавали на ее поверхности. Пугающая тишина, хотя если прислушаться, можно услышать звуки боли, стоны и крики умирающих по собственной глупости.

Грустно, но они сами во всем виноваты. Их погубила алчность и жажда власти. Теперь пусть расхлёбывают последствия. Мало вероятно, но может у кого-нибудь более благородного и получится. Главное чтобы обошлось без судорог, а то и такого по глупости утянет…

Глава VI

Кровавое представление

Величественный склон. На расстоянии примерно три мили от боевых действий, а на нем палатка пурпурного цвета с гербом Файраза – два скрещенных скимитара со знаком огня в центре. Хотя назвать эту громадину палаткой было бы как-то совсем не комильфо. На дворец она смахивала намного больше.

Стража стояла по всему периметру этой громадины в черно-золотых доспехах из оласа со смертоносными пиками в руках. Готовые пронзить любое существо, заплутавшее неподалеку.

Если представить, что все же кому-то удалось пробраться незаметным и заглянуть внутрь палатки, он бы стал свидетелем интересных обстоятельств.

Весь периметр дворца-палатки, имеющего округлую форму, занимали золотые подсвечники, на земле лежали шкуры убитых драконидов самых разных мастей и видов. От карликовых камнеедов до огромных кифалийских-крылатых. Многим жителям Файраза за всю жизнь не накопить кант – денежная валюта в Файразе, чтобы приобрести хотя бы одну такую шкуру.

Потолок дворца-палатки был похож на тот, что в цирке, правда, богаче и увешен символами империи. Все это изнутри и вправду чем-то напоминало цирковой колизей. Осталось только выпустить слонов, зебр и жирафов, которых обязательно должны подгонять клоуны с красными носами. Один добрый, другой немного злобный, ну или печальный, не столь важно. А вот что действительно важно – если это цирк, то почему в самой середине на небольшой возвышенности установлен роскошный, весь в золоте, напичканный драгоценными камнями трон, спинка которого была сделана в форме герба империи Файраза.

– Очень странно… Неужели кто-то из клоунов возомнил себя каким-то королем или императором всего цирка? Приглядевшись, и вправду можно разглядеть человека, восседающего на троне.

Был он клоуном или нет, даже не знаю, смотрите сами…

– Куда подевались все мои слуги!? – с трона прозвучал мерзкий, пищащий тенорок. – Эти грязные рабы совсем страх потеряли, я прикажу привязать и прижечь им пятки! Ваш император голоден! – восклицая, Алонус Войт бросил бокал с остатками вина прямо в голову слуге, который остался, чтобы наполнять этот самый бокал императора.

Слуга закрыл лицо руками, согнувшись в полуприседе от удара. На нем были только грязные, серые лохмотья, теперь еще и в вине. Штаны были рваными до самых колен. На голенях выступали следы от кандалов. Практически все ногти на пальцах стоп были сломанными, или вообще отсутствовали. Светлые волосы, голубые глаза и бледный цвет кожи выделялись как бельмо на избитом измученном лице раба. На шее, где раньше было родимое пятно, – восьмиугольная звезда, символ Элиуса, теперь был выжжен герб Файраза. Слуга заговорил дрожащим голосом, закрывая лицо руками.

– Великий император солнца, владыка огня, наш милосердный повелитель. Пожалуйста, умоляю! Проявите божественное снисхождение к остальным слугам. Они прямо сейчас жарят королевского кабана, дабы преподнести его императорскому величеству, – раб рухнул на колени, говоря молящим голосом. – Даруйте еще совсем немного вашего терпения, – со слезами на глазах взмолился слуга.

Горбатый коротышка, восседавщий на троне, ехидно ухмыльнулся, сделав зеленые змеиные глаза еще более ядовитыми. На своей дряхлой голове император носил золотую корону в виде купола с выгравированым драконом. Блестящие сапфиры украшали этот величественный колпак по бокам и огромного размера зелёным изумрудом в центре. Седые патлы спадали с короны прямо на змеиное довольное лицо. Дряхлые морщинки подчеркивали неприятный взгляд. Создавалось впечатление, что у императора на лице взаправду змеиная чешуя, а не человеческая кожа. Бороды у него не было, зато были бородавки: две на правой щеке и одна большая на левой, из которой даже торчало пару седых волосков. Тело окутано в широкую, богато вышитую золотистую мантию. На спине, где как раз красовался его горб, вышито пурпурными нитками величественное солнце.

Император свесил голые ноги, скорее, культяпки, с величественного трона, вблизи которого на большой шкуре кифалийского крылатого расположились полуобнаженные, неземной красоты девушки. Они поглаживали ступни императора, отталкивая друг дружку. Выглядело, словно это было для них самым почтенным занятием.

По двум сторонам от трона по стойке смирно стояли двое воинов, не уступавших в размерах Коди, в алых доспехах из оласа. Шлемы у них были в виде драконьих голов с приоткрытым ртом и острыми клыками. На макушке шлема до пояса висел покрашенный в красный цвет хвост из гривы льва. В руках каждый из воинов держал по одной серебряной алебарде. Оружие настолько ценное и редкое, что даже имело название – «Драконий зуб».

– Хорошо, я милосердный правитель, – заговорил император, продолжая ядовито ухмыляться. – Я их пощажу, а вот тебя, – глаза императора ещё больше сузились, – за твое благородство тебе придется заплатить кровью.

Ухмылка императора превратилась в злобный оскал. Слуга смотрел на него перепуганными глазами.

– Не волнуйся, я же сказал, что милосердный правитель. Ты не умрешь, крови от отрубленной кисти вполне хватит. Ах-ха-ха-ха! – с глазами полного безумия рассмеялся император. – Мой верный воин поможет осуществить твой благородный жест, который ты преподнесешь мне в качестве извинения.

Один из воинов с головой дракона подошел к слуге, заломал тому правую руку, упершись ногой о голову. Слуга сидел на коленях, головой прижат к земле, не в состоянии даже шевельнуть пальцем.

– Нет, нет, пожалуйста… – слезы переполняли глаза и уже скатывались по лицу на землю. – Пожалуйста, пожалуйста! – воин, заломавший беднягу, свободной рукой достал кинжал из-за пояса. Поднес к запястью слуги.

– Нет! Умоляю! Нет! Нет! – уже скулил слуга.

– Молчи, грязная крыса! Прими свое очищение! – воин начал медленно резать кисть слуги. Кинжал прошел верхнюю плоть, наслаждаясь сочным мясом с кровью. Кровь лилась ручьем, когда, наконец, кинжал добрался до кости, приступил наслаждаться этим звуком терпеливо и долго.

Слуга кричал, ныл, молил и все никак не мог потерять сознания от боли, медленно сходя с ума от острой боли. Великий император Алонус Войт захлебывался истерическим смехом. Девушки у его ног тоже хохотали. А слуга уже решил, что скорее умрет от безысходности, чем от невыносимой боли. Когда императору наскучило это цирковое представление, он приказал кончать с ним.

Кинжал, почти прошедший кость, уже в предвкушении дальнейшего наслаждения, замер. Воин взялся свободной рукой за окровавленную кисть слуги, а другой надавил на кинжал со всех сил. Этот зверь ее оторвал… Вырвал как какое-то растение, вместе с корнем. Слуга уже лежал без сознания в лужице собственной крови. Воин держал кисть раба высоко над головой, так возвышенно, точно это не оторванная кисть бедного раба, а лапа убитого им дракона.

Кровь стекала по его доспехам, сливаясь с ними, имея почти идентичный цвет. Императору оказалось по вкусу такое представление. Он аплодировал и улыбался, выставляя напоказ желтые кривые зубы. Воин подошел к трону. Сел на одно колено, дабы преподнести трофей очищения. Одна из полуголых девушек поднялась с колен, забрав трофей, отнесла его императорскому величеству. Император Файраза принял подношение.

– Я же говорил тебе, что я, милосердный и справедливый правитель, – играя кистью и выкручивая в ней пальцы произнёс Алонус Войт. – Поэтому возрадуйся, раб! Ты прощен и очищен, а твой император доволен! – торжествующе восклицал Алонус Войт.

Потеряв сознание, лицо слуги выглядело спокойным и умиротворенным.

Не от того, что теперь калека или что очищен. Скорее, что все же смог потерять сознание с мыслью о том, что его товарищей уже точно не тронут. По крайне мере, пока императору вновь не захочется развлечься новым цирковым представлением.

– А теперь унести это отребье с глаз моих, – противным тенором приказал император прибывшим слугам, до недавнего времени готовившим королевского кабана. С шокирующими, полными безнадежности лицами, они унесли несчастного из королевской палаты.

Как оказалось, даже цирк, в котором должны собираться только искренний восторг и улыбки, на лицах смеющихся детишек, не всегда бывает доброжелателен, и не всегда хорошие поступки и благородство могут сыграть на руку.

– Коди, берегись! – Ансгар прыгнул на Медведя, защищая того от летящего копья.– Внимательней, не превращайся в обезумевшего берсерка, – сжимая зубы сказал Ансгар, защищаясь скимитарами от атакующих гвардейцев Элиуса.

Весь отряд драконов сейчас держал оборону в первых рядах на нейтральной территории. Из-за непроходимых, ненормально больших терновых кустов Элиус не мог атаковать всеми силами, приходилось тесниться и давать отпор малыми группами. —Да, не лучшее окружение выбрали воины для боя. – Так думали как сосульки, так и угли. Но так точно не думали драконы. Для них это было выигрышным местом. В этом терновом аду количество было бессмысленно, а вот мастерство единичного боя играло важную роль.

Драконы с этой ролью справлялись безукоризненно. Стоило гвардейцам только забежать в терновый лес, как оттуда уже выносили трупы убитых гвардейцев. Элитный отряд держался друг друга полукольцом, выкашивая любого приближавшегося врага с такой отточенной тактикой боя, что другим воинам Файраза, находившимся за пределами кольца, оставались только крошки.

Удар скимитара прошелся по ключице – идеальный удар. Гвардеец рухнул на землю, в воздухе собиралось все больше пыли.

– Осторожно, Ансгар! – рявкнул Коди. Из тумана песка и пыли выскочил другой гвардеец, стараясь нанести удар пикой прямо в грудь дракона. Ансгар, словно замедлив время, увернулся от свистящей пике, нырнув под ноги гвардейца, а потом, словно дельфин, вынырнул из воды, вонзив скимитар в челюсть. Клинок как по маслу острием прошел к макушке черепа и уже торчал из него, как рог единорога. Солдат только успел приоткрыть рот, из него хлынули водопады крови. Двое гвардейцев бежали с желанием вонзить пики в спину Ансгара, как услышали разъяренный, почти медвежий рев. Справа на них двигался гигант, размахивая по сторонам тяжелым молотом. Гвардейцы замедлили бег, выставив пики прямо на надвигающегося гиганта. Они даже не могли предположить, что эта махина так ловко увернется от выставленных пик.

Коди проделал один длинный пируэт в левую сторону, оказавшись у самого виска гвардейца. Инерции пируэта хватило для широкого размаха молотом. Коди со всей медвежьей силой ударил гвардейца молотом прямо по виску. От такого удара гвардейца начало откидывать на своего напарника. Был отчетливо слышен звук ломающихся костей. Гвардейцы ударились головами, оба отлетев в сторону. Падая друг на друга, как мешки с костями. Уже неживые мешки с костями. В того, в которого прилетел молот, было уже не узнать. Вместо лица у него было кровавое месиво. Другому повезло чуть больше, умерев от сотрясения.

– Выручил ты меня, старый друг – вытащив скимитар из головы гвардейца, с лёгкой улыбкой, сказал Ансгар.

– Ах-ха-ха! Я командира в беде не брошу. На тебе бы не очень смотрелись две торчащие пики, – басом проговорил Коди.

Ансгар атаковал снова и снова. Точными движением убивал, разрезая горло или попадая по жизненно важным органам. Коди, размахивая молотом, сметал с пути всех, кто осмеливался подойти к дракону слишком близко.

– Кто это!? Что это за демоны, они положили уже пятнадцать наших воинов!

Пугающим голосом прокричал командир пятого отряда гвардейцев Элиуса. Солдаты, не попавшие под раздачу, начали отступать. У каждого на лице читались испуг и паника. Сейчас Ансгар и Коди в этом песчаном тумане и вправду выглядели как демоны.

Что значит выглядели!? Они были ими. Медведь и волок, они были голодные, их добыча трусливо отступала, но, как любой хищник, драконы чувствовали присутствие и страх своих жертв. Как только гвардейцы Элиуса решили, что все кончено и не в их пользу, появилась она…

Глаза были словно осколки острого льда, верхом на снежном барсе. Она сейчас прыгнет, она не боится демонов. Она собирается уничтожить их.

Эвелин прыгнула на демона, в завесу из песка, обнажив кинжалы, встретилась ими со скимитарами Ансгара. Арби прыгнул, вцепившись в мантию Коди. Медведь оттолкнул барса в сторону. Начался бой. Ни драконы, ни гвардейцы, не могли разглядеть в этой завесе своих и чужих. Воины могли только наблюдать, как яростные силуэты сталкивались с криками и рычанием. Отскакивали и вновь кидались в бой. Ни у кого даже не было малейшего желания прыгнуть в эту мясорубку.

Неожиданно для всех прозвучал женский голос:

– Отступайте! Назад! Перегруппировка!

Гвардейцы узнали голос капитана Эвелин. Командир пятого отряда закричал:

– Вы слышали капитана! Отступаем! Перегруппировка!

Драконы позволили им уйти, так как тоже не испытывали желания проходить через песчаную завесу.

Эвелин увернулась полуоборотом от клинка Ансгара, пытаясь ответить ударом кинжала в плечо. Дракон отбил ее выпад другим скимитаром. Оба отскочили. Эвелин заметила за завесой отступающие силуэты гвардейцев.

– Арби! Ко мне! Отступаем!

Арби как раз вступил в равную борьбу с медведем. Эвелин начала бежать в сторону отступающих солдат, когда молниеносным прыжком ее талию обхватили две крепкие руки и повалили на лопатки, пригвоздив к земле. Оказавшись за завесой, они разглядели друг друга. Ансгар смотрел ей прямо в глаза, держа руки так, чтобы Эвелин не могла пошевелиться.

– Какие красивые и чистые глаза – подумал Ансгар. Она смотрела на него с глазами, полными ярости, но он словно не замечал этого. Дракон видел только эти глаза… Он не понимал, почему воспоминания о параде звезд нахлынули на него именно сейчас.

– Почему он не прикончит меня? – подумала про себя Эвелин. – Какие чёрные у него глаза, но почему-то совсем не злые…

Они молча смотрели друг на друга, каждый думая о своем, мысли были схожи. Громкое рычание бежавшего Арби вытянуло их из задумчивости. Эвелин, моментально сообразив, ударила ногой Ансгара прямо туда, куда бить мужчин является самым настоящим преступлением. Дракону оставалось только замычать и упасть рядом в позе эмбриона. Эвелин резким рывком взобралась на Арби и, словно птица, устремилась к авангарду.

– Командир! Ты не ранен!? —запыхавшись, подбежал Коди. У него была рассечена бровь, кровь из которой заливала правый глаз. – Что с тобой, командир? Чего ты лежишь, словно младенец какой-то?

–Все нормально, Коди, дай мне минутку, сейчас все пройдет.

Ансгар еще немного провалялся на земле, после чего встал, но только для того, чтобы сесть на толстую корягу, находящуюся поблизости.

– Командир, мы победили! – хлопнул по плечу Ансгара Коди.

– Рано праздновать победу. У тебя, кстати, кровь весь глаз залила, хоть бы смыл.

– Командир! Этот шрам на брови я буду носить как трофей! Вот это силища! Вот эта ловкость! Этот монстр вообще не давал мне спуску. Все набрасывался и набрасывался. Наш с ним бой будут воспевать в легендах! – черные глаза дракона горели неподдельным огнем. Коди был по настоящему счастлив.

– Насчет воспевания не уверен, вряд ли этот бой кто-то видел, – Ансгар задумался.

– Не занудничай, командир! Все равно, даже если не будут воспевать. Хочу еще раз сразиться с этим чудищем! – Коди прямо светился от счастья. – Эй! Командир, о чём задумался? – Коди вопросительно глянул на Ансгара.

– Да так, Коди, ни о чем серьезном…

Ансгар тоже был немного счастливее сейчас, хотя совсем не показывал это своим видом. – Ее глаза как парад звезд, – Ансгар незаметно улыбнулся. – Возможно, я больше не увижу этих глаз…

– Командир, воины устали, возвращаемся в лагерь, – все еще счастливый сказал Коди.

– Ты прав, медвежья башка, возвращаемся.

Первый бой продолжался до самого вечера, солнце стало скрываться за горизонтом.

– Грузите раненых на свободные койки, те, кто в сознании, на койки не ложить! Только самых нуждающихся! – отовсюду голосили лекари. Медсестры с бледными лицами бегали от одного раненого к другому.

Если бы этот проныра, который умудрился пробраться в императорские покои, добрался бы и до полат с ранеными, то произнес бы слова наподобие этих:

– А вы говорите на поле боя ад. Пфф… Вот где самый настоящий ад.

Отовсюду слышались крики и стоны раненых солдат. На кушетке лежал гвардеец с отрезанной ногой до самого колена, с затянутым жгутом на галифе. У одного не было глаза, его голову перетянули тряпкой, не самой стерильной. Ну какая нашлась. Ему не выделили кушетки, посчитали, что с выколотым глазом можно и посидеть. Таких раненых было не счесть, как гвардейцев Элиуса, так и воинов Файраза. Всех спасти, к сожалению, было невозможно.

– Проклятье! Даже отступить пришлось! Хотя преимущество было на нашей стороне, – нервным голосом произнесла Эвелин.

– Капитан, это не наша вина. У нас бы получилось оттеснить империю. Но этот отряд, эмм,.. как же его… Драконы! Да, ладно эти драконы. Мы бы справились с ними, навалившись вместе! Но те демоны… Они сражались не как люди. Их реакция, мастерство были совершенно на другом уровне! – сказал командир пятого отряда, немного дрожащим голосом. – Зря, капитан, вы кинулись на них в одиночку.

– Галвин, не переживай за меня так возбужденно. Я уже давно не девчушка, а твой командир.

Эвелин смотрела на мужчину, тому точно уже стукнуло за тридцать. На висках начала появляться первая седина. Но он все еще находился в отличной физической форме, высокий и широкоплечий. Светло-серая кожаная броня отлично сочеталась с его серо-голубыми глазами и светлыми волосами до плеч, типично для родившегося в Элиусе. Но со взглядом настоящего воина, благородного и справедливого.

Еще было одно но, которое отличало его от других офицеров королевства. Галвин влюблен в Эвелин, поэтому так беспокоится за нее. Ведь он дал себе слово, если они выживут и победят в войне, признаться Эвелин в своих чувствах.

Галвин чуть заметно улыбнулся, показав ямочки на щеках. Он всегда был немного хмурым и занудным. Но как-то Эвелин мельком увидела его улыбку и сказала, что ей нравятся его ямочки на щеках. После этих слов Галвин стал немного чаще улыбаться в ее присутствии, как сейчас, правда, сейчас было совсем не к месту…

– Чего ты улыбаешься!? Пыли что ли надышался.

– Никак нет, мэм, – улыбка исчезла с лица Галвина.

– Как же мне не нравится, когда ты называешь меня мэм, – сузив глаза, буркнула Эвелин. – Ладно, мы теряем слишком много времени, думая о том, что было, давай лучше подумаем, что будет, – сказала Эвелин.

Они подошли к большому деревянному круглому столу с картой, где уже собрались офицеры других девяти дивизий. Золотистый закат освещал карту, пока Эвелин излагала следующие действия армии королевства.

– Мои верные командиры, в сегодняшней битве мы недооценили врага. Пришлось отступить, но мы их тоже существенно потрепали. Это доказывает тот факт, что при нашем отступлении воины Файраза не погнались добивать наших солдат. Следующую атаку мы обдумаем лучше и будем готовы встретить врагов уже на наших условиях. – Эвелин начала водить веткой, как указкой, по карте, где были выделены все нужные места, находящиеся на безымянной территории, и излагать план в поучительной интонации.

– Видите это ущелье на северо-западе, – веткой указала Эвелин на красную отметину.

– Скорпионье ущелье? – вопросительно сказал один из собравшихся офицеров.

– Именно, – кивнула Эвелин. – Если у нас получится загнать Файраз туда всем скопом и там принять бой – Эвелин посмотрела на офицеров холодными ледяными глазами. Возможно, по этой причине они ее не перебивали, ну или это было обычное уважение к главнокомандующей. Хотя страх и уважение не сильно друг от друга отличаются.

– Мы загоним их туда как крыс в мышеловку, – продолжила Эвелин, – после чего лучники сверху обрушат на крыс град стрел.

– Но, капитан! – выкрикнул один из офицеров. – В этом ущелье водятся огромных размеров скорпионы, если они проснутся, никто не выбериться оттуда живым!

– Значит, надо действовать безошибочно и быстро! Возможно, этот бой, наконец, принесет нам победу. Пора империи сыграть по нашим правилам.

Когда Эвелин начинала воинственно говорить, всем своим видом показывая, что ей лучше не перечить, все сразу вспоминали, что она настоящий воин, побывавший во многих сражениях.

Офицеры до конца выслушали ее план. Все приняли его, даже те, кому он пришелся не по вкусу. Закончив с этим, командиры разложили завтрашний план своим отрядам. К этому времени давно стемнело. Зажглись костры, чтобы тьма не поглотила всех без остатка.

–Да, Эвелин, умеешь ты даже самых терпеливых людей заставить размахивать руками и недовольно возмущаться.

– Галвин, мне все равно, они в моем подчинении, – безучастно ответила Эвелин, еще раз сверяя карты.

– Ты их, конечно, шокировала своим планом, но все уважают тебя, поэтому доверяют. – Галвин посмотрел на ее серебристые волосы и бледное выразительное лицо влюбленными глазами, правда, вряд-ли она сейчас обращала на это внимание.

– Тебе хоть самому план полностью ясен? Ведь тебя выбрали командовать отрядами лучников, а если конкретнее, то самой важной частью плана.

– Не переживай, мне все понятно. Клянусь защитить наших людей… И тебя тоже, – на бледном лице Галвина проступил чуть заметный румянец.

– Я в тебе не сомневаюсь, но мне защита не нужна, лучше сосредоточься на плане, – сказала Эвелин с непроницаемым видом.

– Я полностью сосредоточен, – перестав витать в облаках, с серьезным лицом произнес Галвин.

– Вот и отлично. А теперь иди и отдохни, завтра будет тяжелый день, – сказала Эвелин, продолжая осматривать карту вдоль и поперек.

– Так и сделаю. Тебе тоже надо отдохнуть. Бой с демонами сильно вымотал тебя.

– Я еще немного побуду, – не отрывая от карты глаз, произнесла Эвелин.

Ночь, везде горели костры, патрульные делали обход по всей территории лагеря. Небо заполнили звезды, давно такого не было, миллионы маленьких светил ярко горели, буд-то говоря всем – сегодня не волнуйтесь, все хорошо, сегодня можно спокойно спать. Люди, животные, насекомые – все чувствовали это умиротворение. Все доверились своим ощущениям и засыпали.

– Какое волшебное небо, – Эвелин задумчиво смотрела на звезды . Но ее мысли были совсем о другом. – Кто же этот демон? И разве у демона могут быть такие глаза? Он не желал мне зла, если бы желал, я бы запросто прочла это по его взгляду, но ничего подобного я не увидела… Чтоб его! Почему? У него был шанс прикончить меня, и он им не воспользовался, – Эвелин стала нервно кусать кончик указательного пальца. – Не могу об этом думать! Вообще никакого здравого смысла. Надо отдохнуть, а то я сойду с ума. Уже начала сходить, говорю сама с собой, просто прекрасно! – Эвелин еще какое-то время позанималась самоиронией, поскольку этот вопрос не давал ей уснуть.

У мужчины тоже оказалась бессонница этой ночью. Он сидел у костра, укутавшись в мантию, и смотрел на звезды. Успокаивающая тишина. Даже храп, исходящий неподалеку от мирно спящего Медведя, товарщиа Ансгара, почти не отвлекал, а храпел он, извините, внушительно и совсем по театральному.

Дракон понимал, что перед его глазами самый красивый парад звезд, который он когда-либо мог лицезреть. Но думал сейчас он совсем о другом. Вместо звезд у него было огромное желание еще раз посмотреть в те глаза, которые казались ему намного прекраснее любого ночного неба.

Ансгар заметил падающую звезду и почему-то пожелал именно этого:

– Хочу увидеть эти глаза еще раз, еще только раз взглянуть на них.

Глава VII

Одна судьба на двоих

Рассвет не заставил себя долго ждать. Капля пота собралась на лбу, после чего начала скатываться к переносице, в самом конце собрала всю силу на кончике подбородка и бесшумно упала на землю. Для муравьев падающая капля не показалась столь бесшумной, а совсем наоборот, прозвучала как самый настоящий конец света. Последовали новые капли, этот убийственный дождь разогнал всех муравьев до единого.

– Кто устроил конец света? – задал вопрос муравей.

– Опять, наверное, эти выскочки, – ответил другой муравей.

– Как они мне надоели, думают раз больше, то им все можно. Вот вырасту, тогда посмотрим, кто кого бояться будет! – крикнул муравей из-за укрытия.

Галвин и восемьдесят шесть лучников не слышали муравьиных угроз или были поглащены, как им самим казалось, делами поважнее.

Сосредоточенные, ожидающие боя. Все уже заняли свои позиции по всему периметру на вершине ущелья. Восемьдесят шесть лучников заполонили всю каменистую поверхность, как назойливые комары, присевшие на голую руку в готовности одновременно выпустить жало.

– Жаркое утро. Не к добру это, – произнес Галвин, закрываясь рукой от палящего солнца. – Слушайте, – выпрямился Галвин, гордо вскинув соколиный нос к солнцу, – я знаю, эта жара делает нас слабее, но наш боевой дух не должен упасть. Именно от нас зависит, сможет ли королевство оттеснить врага. Нам остается лишь ждать, когда захлопнеться этот капкан. Галвин бросил взгляд в самую даль ущелья, тихим беспокойным голосом добавив, – хоть бы все у нее вышло.

Эвелин бросила все силы, не пожалев ни единого солдата. Лагерь Элиуса оказался пуст, остались только догорающие угольки от ночных костров. Все без исключения сейчас штурмовали лагерь углей. Эвелин нужно было, чтоб Файраз решил, что сейчас на них брошены все силы и атаковали всеми силами в ответ.

– Не бойтесь! В атаку! Драконы на нашей стороне. Вперед, в атаку! – кричали командующие силами империи.

– Какие же они безмозглые, рвутся в бой, как бешеные собаки – никакого плана, – посмеивались драконы, держа непроходимую живую стену, выкашивая гвардейцев, пытающихся пройти.

Снова начался безумный танец, солдаты падали замертво. Море крови, отрезанные конечности, стоны боли и крики безнадежности.

Этому пройдохе, который подсматривал за всеми действиями до этого события, опять достался билет в первом ряду на уже новое представление. Он уж точно ничего не упустит. Пройдоха наблюдал за всем, что происходило на сцене, не упуская ни малейшей детали. Рассмотрел даже, как воин повалил на землю другого. Какое-то время они ползали по земле, пока один из них не взял окончательную и неоспоримую победу. Достал нож из-за пазухи и начал медленно выкалывать другому глаз. Наверное, почувствовал себя хирургом, давшим себе клятву обязательно спасти своего пациента, даже если тот кричит и сквернословит. Еще одному гвардейцу так метко прилетело моргенштерном в коленную чашечку, что теперь колено больше напоминало небольшой дуршлаг. Отрубленные пальцы, уши, носы – собралась целая куча пациентов с такими диагнозами.

Ансгар убивал как профессионал, не возился и не издевался. Уклонился от пики, сразу не церемонясь отрубил атакующему руку и с размаху рассек горло скимитаром. Провернулся на коленях, уходя сразу от двух лезвий клинков, проделал финт со скимитарами напоминавщими кружащуюся юлу, после которой у гвардейцев вывалились кишки из разрезанного живота.

На другом конце лагеря случайно разбудили медведя. Тот решил проучить наглецов. Коди выхватил молот в левую руку, он не был левшой, но убежденно твердил, что в левой руке у него больше сил, поскольку в кузнице ударная рука была именно левая. Ударил молотом в солнечное сплетение гвардейца как по наковальне, правда, такой же отдачи не последовало. У гвардейца неестественно впала грудная клетка, глаза чуть не повылетали из орбит. Не успев произнести крика боли, гвардеец повалился замертво.

Угли снова начали теснить сосулек, чувствовалось преимущество, элитный отряд идеально оправдывал свое звание.

– Сейчас! – крикнула капитан Эвелин сидя верхом на Арби с вершины утеса.

Прозвучал вой рога, означающий немедленное отступление. Гвардейцы побежали к утесу, где их уже поджидали запряженные скакуны.

Один из командиров углей закричал: – Догнать наглых трусов! Их самоуверенность их и убьет. Седлайте коней! За ними!

Гвардейцы во главе с капитаном Эвелин скакали прямиком к ущелью.

– Прекрасно, ими уже полностью овладело чувство превосходства, они не отступят, – убедившись в этом, произнесла Эвелин.

Солдаты Элиуса нёслись прямиком к ущелью, подгоняемые углями, которые, как обезумевшее стадо буйволов, пытались нагнать их.

– Как странно они несутся прямо в ущелье, оттуда нет выхода. Эта верная западня для них. Там лишь водопад, но они не прыгнут, эта верная смерть, – задумчивым голосом сказал Ансгар.

– Они уже поняли, что проиграли, наверное, думают, что самоубийство лучше, чем погибнуть от наших клинков. Трусы! Вы потеряли мои крошки уважения к вам! – кричал Коди в спины гвардейцам верхом на богатырском коне.

Все без исключения влетели в ущелье. Скакали, пока не достигли тупика из разнообразных каменных пород до самой вершины ущелья. Теперь оставался лишь тесный проход который вел к водопаду, а значит, к неизбежной гибели. Уже был слышен звучащий шум водопада и смерти.

Угли поспрыгивали с лошадей. Ошалевшие, предвкушая убийства. Сосульки смотрели, как на них с криками несется смерть – это конец…

– Еще немного… Еще пару метров… Давай! – закричала Эвелин.

Комары, севшие на руку, вонзили жало по команде с завидной точностью.

Бежавших углей накрыла огромная тень.

– Что это? Затмение? Твою ж…

Воины все как один смотрели в небо безнадежными глазами. Смертью оказались не они. То, на что угли уставились, много больше походило на смерть. Все небо над ущельем закрыло черное непроходимое облако, и оно падало на огромной скорости.

– Драконы, мантии! – Ансгар крикнул командующим голосам. Исполнение приказа последовало незамедлительно.

Смерть приземлилась на Файраз. Полилась кровь, кто-то кряхтя, утыканный стрелами, похожий уже на дикобраза, а не на человека, боролся со смертью, но все тщетно. Он, как и остальные, уже проиграл, когда посмотрел смерти прямо в глаза. Выжившие воины начали медленно подниматься с земли. Ряды значительно поредели, но ни одного дракона сегодня смерть не настигла.

– Замкнуться! – приказал Ансгар.

Все стояли в полукруге. Настало время Элиуса нападать. Шел бой, сосульки пытались задавить количеством, но драконы мастерски отбивали волны врагов. Сражение шло напряженное, теперь силы были равными. Со всех сторон умирали, многие драконы тоже попадались под смертельные выпады многочисленных пик.

– Сражайтесь! Мы победим! Атакуйте! – поднимала боевой дух капитан Эвелин, и у нее это получалось, гвардейцы теснили драконов. Но ненадолго…

Из отряда выскочили Ансгар и Коди. Убивая одного за другим гвардейца, не забывая прикрывать друг друга.

– Опять эти демоны! – кричал один из офицеров Элиуса.

– Теперь они больше похожи на людей, не бойтесь, оставьте их мне! – Эвелин влетела верхом на Арби между гвардейцами. Прыгнула на спину Коди, пытаясь придушить того. Ансгар еле уклонился, клыки Арби прозвучали возле уха.

Началась схватка. Драконы продолжали сражаться с гвардейцами, но это был не такой интересный бой, поэтому наш пройдоха полностью был увлечен боем демонов.

Арби лапой ударил в плечо Ансгару, оттолкнув того. Дракон упал на лопатки, держа скимитары в напряженных руках. Арби давил на него когтями, пытаясь пройти через защиту и разорвать Ансгара в клочья. Эвелин продолжала душить медведя, пока тот кружил ее на плечах, пытаясь сбросить.

– Командир! Давай поменяемся, я хочу драться с этим чудищем, – начал ныть Коди, кружась туда-сюда, словно Эвелин для него была назойливой мухой.

– Я бы с радостью! Но, видимо, он предпочел меня, – с давлением в голосе сказал Ансгар, все еще не позволяя Арби подправить себе лицо.

– Я что шутка для тебя! – крикнула Эвелин, поняв, что душить бессмысленно, достала кинжалы.

– Ой-ей, кинжалы дамам не игрушка, – Коди подпрыгнул и ударился спиной о камень. Эвелин, сотрясенная, упала на землю. Дракон уже развернулся к ней.

– Капитан! – закричал с вершины ущелья Галвин, не успевая натянуть стрелу в нужное натяжение, чтобы та долетела до Коди.

Эвелин немного пришла в себя: – Мне конец, он сейчас раздавит мою голову, – прозвучали предсмертные слова в голове Эвелин.

– Командир! Я тебе сейчас помогу, – задорным басом прокричал Коди, побежав прямо на Арби. В прыжке обхватил барса обеими руками, я бы даже сказал лапами, скинув того с Ансгара и выкрикивая при этом: – Ты будешь бороться со мной, чудище!

Эвелин на секундн даже показалось, что это не бой насмерть, а забавная игра.

– Что происходит, у этих двоих все с головой нормально? – не своим голосом, отходя от удара, произнесла Эвелин. – Я не собираюсь играть в игры! – закричав, Эвелин в ярости накинулась на Ансгара, скрестив с ним клинки.

– Полегче, дамочка, ты еще от удара не отошла, – проговорил, стиснув зубы, дракон, скрещивая в защитное положение скимитары.

– Тебя забыла спросить! – крикнула девушка.

Начался смертельный танец на мечах. Каждый пытался достать друг друга, но мастерство и реакция их опережала. Бой Ансгара и Эвелин был настолько слаженным и красивым, что, казалось, что эта постановка для представления. У них получалось лишь слегка поцарапать друг друга, оставляя неглубокие порезы.

Если же вам не очень нравятся образцовые бои на мечах, то не расстраивайтесь. Совсем не-подалеку был борцовский бой на силу и выносливость. Два зверя силой пытались задавить друг друга.

Арби начал давить на спину Коди, а после впился клыками в плечо медведя.

– Ай-яй! Так не честно, я ведь тебя не кусаю! – Воскликнул Коди на укус барса. После чего перевалил его на правый бок, навалившись сверху всей массой тела. – Я тебе покажу, как меня кусать! – выкрикивал Коди, на что барс продолжал отвечать злым рычанием.

Последовал впечатляющий полуоборот, клинки разрезали воздух. Эвелин элегантно вывернулась, попыталась нанести удар в спину Ансгару. Ничего не вышло, ему хватило доли секунды для отражения удара. Удар стали о сталь заставил отскочить обоих. Бой затянулся, мужчина и женщина тяжело дышали. Повсюду продолжала выплясывать смерть.

– После следующего выпада, я уже не посмотрю что ты дамочка, ударю в полную силу, – тяжело дыша сказал Ансгар, пот скопился на лбу и шее дракона.

– Наконец, а то мне уже надоело с тобой играть, пора показать тебе, что такое поражение, – с ледяными глазами и тяжестью в голосе ответила Эвелин.

Оба приготовились к прыжку, оторвав пятки от земли, но почувствовали импульс, эхом прокатившийся по поверхности земли.

– Проклятие, бой затянулся! Они проснулись… точно услышали… Эвелин! – крикнул Галвин с вершины ущелья. – Отступайте! Бегите оттуда! – ничего не было слышно, шум боя поглощал крики об отступлении.

Эвелин была сосредоточена на враге перед собой, почти ощущала прыжок, как кинжалы впиваются в грудь и следуют к его сердцу.

– Сейчас я сотру эту наглую ухмылку с его лица навсегда… А? Галвин? Что ты там кричишь, так размахивая руками? Что с землей, почему она будто живая? Не говорите, что…

Взрыв пришелся прямиком из земли, где вели сражение пятеро гвардейцев с двумя драконами. Появился огромный хвост высотой в полтора человека, принимая атакующее положение как у змеи. На конце черного хитинового хвоста красовалось размером с человеческую голову крючковатое жало. Оно молниеносно направилось в сторону гвардейца и воткнулось тому в шею. У всех замерло дыхание. Это был тот случай, когда неважно было, ядовитое жало или нет. Оно оказалось настолько острое и большое, что прошло через шею гвардейца, оставив голову болтаться лишь на остатках плоти.

Монстр полностью выбрался и уцепился передними клешнями в обвисшую голову солдата. Пустые глаза гвардейца уставились на чудовище с тремя парами зеленых глаз с двух сторон и с двумя клешнями, торчащими прямо из челюстей, где виднелось несколько рядов мелких острых зубов – таким точно было по силам стереть кость в порошок. Четыре хитиновых лапы по двум сторонам держали огромное туловище, напоминавшее ромб, только более сглаженный и с огромным хвостом на конце.

Все это напоминало скорпиона, призванного из другого мира каким-то сумасшедшим колдуном, который наверняка тоже не ожидал, что заклинание окажется настолько удачным в применении. Он даже вряд ли бы успел порадоваться этому.

Скорпион начал сдавливать голову клешнями, из которой, как из спелой ягоды, полился сочнейший сок прямо в пасть чудовищу. Напившись крови, скорпион с удивительной для своих размеров прытью подполз к остальным четырем парализованным гвардейцам. Одного схватил клешнями за голенище, сломав солдату кость. Двоих других лапами прижал к земле и надавил всем телом. Клешней закинул сломанную ногу гвардейца себе в пасть. Ее затянуло туда так быстро, словно в мясорубку. Четвертого гвардейца вывели из паралича крики боли, он попытался убежать, как ему в спину вонзилось огромное жало, прошло насквозь живот и подняла тело солдата в воздух. Кровь хлестала, вываливались внутренности. Скорпион не обращал на это внимания, продолжая запихивать в себя, как в черную дыру, человека. Гвардеец уже не кричал – был мертв. Скорпион маленькими зубами приступил дробить таз убитого. Его вообще не заботило что происходит во-круг. Двое гвардейцев под его туловищем продолжали молить о спасении. Чудище щелкало ребрами убитого как орешками, в предвкушении следующего лакомства, которое сейчас молила о спасении. Двое дракона запрыгнули на хитиновую спину скорпиона, с двух сторон вонзив скимитары в шею чудовища. Полилась зелёная жидкость, скорпион взвыл издавая шуршащие звуки. Шея оказалась слишком крепка, драконы не могли отсечь его голову. Чудовище начало извиваться, быстро перебирая лапами. Гвардейцы, находившиеся под ним, превратились в кашу, придавленные к земле. Драконы давили из-за всех сил, но крестец не поддавался, будто хитин обволакивал чудовище изнутри. Скорпион словно выплюнул хвостом убитого гвардейца и уже жалом нацеливался на драконов.

– Нет! – крикнул Ансгар, бежавший отразить удар хвоста. Но понимал, что не успеет, расстояние было непреодолимое за столь короткое время. Жало пришло в действие, метнулась для смертельного укуса в спину дракона. За долю секунды до укуса над всеми просвистели три летящие стрелы и изо всех сил вонзились в хвост скорпиона. Жало остановилось и выгнулось от боли. Ансгар окинул взглядом верхушку ущелья и увидел светловолосого мужчину, все еще находящегося в положении для стрельбы из лука.

– И зачем он это сделал? Это не его люди сейчас расстались бы с жизнью. – Но взгляд Ансгара перехватила девушка на снежном барсе, которая что есть сил мчалась на скорпиона.

Арби затормозил перед самым хвостом скорпиона, и Эвелин прыгнула на хитиновое туловище, отразив кинжалами следующий смертельный выпад жала.

– Что эта ненормальная делает?

Никто, абсолютно никто из углей и сосулек не подходил к этому чудовищу.

– Она спасает врага? – с удивлением в голосе произнес Ансгар. – Совсем что-ли головой тронулась?

– Вот эта баба, – с восторгом сказал, присвистнув, Коди массируя левое плечо после схватки с Арби. Скимитары наглухо застряли в шее скорпиона, её необходимо было отсечь. У драконов не хватало сил. Эвелин была на пределе, удерживая кинжалами хвост, практически полностью состоящий из мышечных волокон и твердого, словно сталь, хитина.

– Нам не нужна твоя защита, паршивая сосулька! – давящимся от напряжения голосом сказал один из драконов. – Лучше умереть, чем принять помощь врага! – с ненавестью в голосе, словно змея, прошипел другой дракон.

– Вот идиоты! – прокричала Эвелин, защищаясь от давящего жала, упершись на одно колено. – Еще немного и оно убьет меня. Ради чего? Ради каких-то углей, этих выродков, из-за которых страдает наша страна.

Эвелин уже все решила, продолжая сдерживать жало.

– Я подвела вас, королева,.. я виновата. Это что, мои предсмертные мысли? Какое я ничтожество… Конец жала уже коснулся и оцарапал ключицу и край шеи девушки. Эвелин закрыла глаза – это конец…

Аарр! – прозвучал рык, напоминающий звериный. Коди ухватился обеими руками за хвост и начал оттаскивать его обратно. Арби тоже вцепился в хвост клыками и помогал тянуть. Эвелин почувствовала, как напряжение во всем теле начинает отступать, она начала давить кинжалами с новыми силами. На этот раз хвост начал поддаваться, но все также оставался в несгибаемом напряжении.

Со стороны все это напоминало детскую легенду о репке, только эта репка сейчас пыталась убить Эвелин. Кто-то должен уничтожить хвост или он не ослабнет. Только она видела, как высокий смуглый мужчина с длинными, растрепанными, волосами бежал по туловищу Арби. Ногой оттолкнувшись от загорелой лысины Коди, мужчина перелетел хвост чудовища, доставая кровавые скимитары из-за спины и, словно пикирующий ястреб в свободном полете, обрушился на голову чудовища. Скимитары прошли насквозь, вообще не заметив крестец, вонзились в песок. Во все стороны брызнула зеленая жидкость, голова монстра упала возле ног воителя. Все в ущелье и наверху увидели, как хвост обмяк. Те, кто тянул и защищался от него, почувствовали, как хвост ослабевает. Через пару мгновений все туловище, включая хвост, повалилось замертво. Скорпион был мертв, доказательство валялось у ног победителя. Ансгар поднял голову скорпиона и посмотрел ему в глаза.

– Может, у тебя бы и получилось, но я захотел еще раз посмотреть в эти глаза, – чуть шепотом произнес Ансгар.

Все стояли неподвижно, еще под впечатлением от произошедшего. Их вывели из неподвижности новые земные толчки.

– Отступайте! Бегом! – закричал Галвин с вершины ущелья. – Лучники, приготовьтесь прикрывать отступающих.

Все ринулись к входу из ущелья, но тот оказался неблизок. Везде начала взрываться земля, из которой вылазили все новые чудовища. У одного солдата прямо под ногами разрушилась земля, он упал прямо на клешни скорпиона. Чудовище разорвало солдата надвое. Взрывы не прекращались, скорпионов появлялось все больше. Гвардейцы Элиуса и воины Файраза бежали изо всех сил, спотыкаясь, размахивая руками и крича. Драконы отступали, держась несколькими группками с минимальными жертвами. Ансгара и Коди вместе с Эвилин и Арби окружила больше десятка скорпионов, перегородив им путь для отступления. Наверное, решили отомстить за убитого ими собрата. С высоты ущелья было видно, что скорпионов там уже повылазило больше, чем муравьев в муравейнике. Да и были они более внушительных размеров.

– Нападайте, мерзкие насекомые! – закричал Коди, размахивая молотом.

– Стой на месте, Коди, – серьезным голосом произнес Ансгар. Коди и Эвелин оглянулись на него. – Они не нападают, сами посмотрите, стали стеной и не дают пройти.

– Что ты несешь, эти безмозглые чудовища, только дернись, они инстинктивно набросятся и оторвут тебе голову, – с холодом в голосе и глазах сказала Эвелин.

– Если бы это было так, мы бы уже не дышали, – Ансгар краем глаза посмотрел на Эвелин.

Солдаты почти добежали до выхода, предвкушая, как будут спасены. У драконов получилось запрыгнуть на бешеных убегающих скакунов. Драконы были уже далеко от ущелья.

Бросили своего командира и Коди, помочь им было невозможно. Личный кодекс драконов позволял оставить товарища, если ситуация становилась летальной, о себе надо думать в первую очередь. Позже драконы почтили память всех погибших.

Солдаты были у самого выхода из ущелья, когда произошел самый сильный толчок, после которого последовал взрыв земли такой силы, что воинов, находившихся ближе всего к выходу, отбросило назад.

Поднялся столб пыли до самых небес. Ещё одно чудовище выбралось на свет, показалось во всей своей красе.

– Великий Азариус, если слышишь, пожалуйста, помоги… – дрожащим голосом молясь, прошептал воин Файраза.

– Да упокоятся наши души в снежной долине и будут защищены тела в объятиях милосердной Скирии, – шептали гвардейцы Элиуса.

Всем своим видом чудовище говорило:

– Раз вам хватило наглости забраться в мой дом и разбудить моих детей, то я попрошу вас остаться на обед, будете почетными гостями на нашем пиршестве.

Оно закрыло весь проход своим телом, упав величественной тенью на отступающих солдат. Неисчисляемое количество острых, как ножи, конечностей торчало от головы до хвоста по всему червеобразному туловищу. Оно приподнялось над столбом пыли, еще немного и голова бы достала до вершины ущелья. Две пары клешней, острые, словно заточенные серпы, издавали неприятный клацающий звук. Это кровожадное оружие отлично подчеркивалось тремя черными в ряд глазницами. В них не было ничего, только жажда разрушать все на своем пути.

– Вот это чудище, – с трепетом в голосе произнес Коди.

– Эта многоножка приказала скорпионам не выпускать нас. – Эвелин провела кинжалом по воздуху, показывая на блокирующую им дорогу чудовищу.

– Если эта тварь и вправду управляет скорпионами, то мы у нее на десерт после главного блюда, – Ансгар держал скимитары в готовности атаковать. Арби раздраженно рычал в положении для прыжка.

Многоножка начала ползать по земле, перебирая конечностями, напоминая собой смертельный аттракцион. Образовала замкнутое кольцо из своего тела, солдаты, попавшие в него, не меньше десятка, вопили как умалишенные. Чудовище приподняло верхнюю часть тела, нырнув в кольцо, как в бассейн, наполнив его кровью в одно мгновение. Протаранило десяток солдат смертоносными клешнями как какими-то бивнями, ломая кости и превращая все органы в кашу. Кольцо разорвалось, ощущение, что скопившаяся внутри кровь вылилась как из вакуума, потеряв свою форму. Солдаты пытались выбраться, забирались на камни, карабкались по стенам ущелья с надеждой, что сейчас превратятся в пауков и будут высоко, на самой вершине, спасенные.

Многоножка металась повсюду, а учитывая ее размеры, много усилий не понадобилось. Таранила солдат, а тем, кому удалось избежать попадания на клешню, были раздавлены серым хитиновым туловищем. Чудовище сметало всех на своем пути. Продолжалось это, пока в живых не остались лишь одни скорпионы и охраняемый ими же десерт.

– Стреляйте! Всем что есть стреляйте! – отдавал команды Галвин. Но сколько бы стрел не было выпущено, хитиновая броня скорпионов не пропустила ни одну. Многоножка, убедившись, что полностью закончила с главным блюдом, уверенно ползла к столу с долгожданным десертом.

– Эй, командир, эта мерзкая тварь ползет на нас, – Коди стал в позу для отражения прямого удара.

– Не получится, эта хреновина раздавит нас, – Ансгар не терял концентрацию, смотрел прямо на приближающуюся смерть.

– Я отвлеку ее, вы двое залезайте на Арби, когда скорпионы разойдутся , чтобы пропустить свою королеву, у вас будет пару секунд, чтобы проскочить и спастись, – Эвелин сильнее сжала кинжалы в руках, в глазах не было ни малейшего сомнения.

– Дамочка, ты, видимо, сильно головой приложилась. Мы твои враги, почему бы тебе самой не сесть на кота и не спасти свою жизнь, – с усмешкой в голосе сказал Ансгар.

– Я бы с радостью оставила вас здесь подыхать! – Эвелин окинула Ансгара холодным взглядом, – но не смогу удержаться на Арби, жало скорпиона коснулось шеи и ключицы. Я чувствую, как яд распространяется, тело перестает слушаться. Лучше уже пусть кто-нибудь спасется, хотя жаль, что не из кого выбрать. У нас нет времени раздумывать, эта тварь уже близко!

Коди смотрел на Эвелин удивленными глазами. Ансгар бросил взгляд на Арби.

– Твой кот не унесет двоих, – Арби зарычал на Ансгара, – у него ранена лапа, наверное, скорпион постарался или кто-то из наших.

– Уж подавно кто-то из ваших, скорпионы не атакуют так подло, – на лице Эвелин появилась злобная гримаса: Ансгар смотрел на нее, не обратив внимания на сказанные слова. Заговорил спокойным голосом. – Коди, залазь на этого кота. Как только будет возможность, бегите изо всех сил, не оглядываясь назад, – сказал Ансгар, не сводя глаз с лица Эвелин.

– Но командир! – взорвался Коди.

– Это приказ! – серьезным голосом сказал Ансгар, после секундной паузы продолжил: – Дай-ка помогу забраться… Вот так, а ты не рычи и доставь моего друга в безопасное место, Коди взобрался на снежного барса.

Неизвестно, как раненый барс выдержал эту махину, скорее всего, от злости, что спасает не свою хозяйку.

– Подожди секунду, командир, – взобравшись сказал Коди. – Если выживу я, то и ты тоже не смеешь здесь умереть. Ты! Нет… Вы! Должны остаться в живых. Таких баб, я еще не видал, если дашь ей умереть… Я сам прикончу тебя!

– Ансгар посмотрел в сторону стоящей неподалеку девушки, уже еле держащуюся на ногах. Она не услышала этого разговора. Один Арби услышал, продолжая рычать, но уже не так агрессивно.

– Коди, – улыбнувшись, Ансгар взглянул на уже сидящего верхом на снежном барсе товарища. А этот громадный бородатый мужчина со сгоревшей лысиной вместо волос смотрел на него. – Все будет хорошо, мой друг, мы еще обязательно выпьем вместе.

– Я запомнил! Только попробуй обмануть, я тебе голову с задницей местами поменяю, – прокричал Коди, протерев влажные глаза рукой, – вот дерьмо, какая жара, пот все лицо залил!

Ансгар улыбался Коди, пока тот мчался к стене скорпионов верхом на Арби.

Многоножка подползла к самой стене, скорпионы отступили.

– Сейчас! Давай, прыгай котяра! – Арби оглушительно зарычал, то ли от боли, то ли от злости, запрыгнул на более мелкого скорпиона и прыжком перелетел через освободившийся живой туннель. Они зависли в прыжке, медведь верхом на снежном барсе. Многоножка попыталась схватить их клешнями в воздухе, но вместо того, чтобы впиться в сочный кусок мяса, клешни только издали клацающий звук. Как и пообещал Ансгару, Коди не оборачивался, мчался только вперед. Он верил… Все же Ансгар пообещал выпить с ним, а Коди знал, что командир слов на ветер не бросает. Слезы блеснули на подхватившем их ветре.

– Вот нам и конец. Жаль, конечно, что умру в такой компании, но ничего не попишешь, – с издевкой в голосе произнесла Эвелин. Через облегающие темно-синие штаны было видно, как у девушки подрагивали мышцы ног. Руки уже тоже отказывались слушаться ее.

Многоножка, быстро забыв о беглом десерте, со всех ног, которых у нее было немало, ползла на них.

Ансгар вздохнул полной грудью, задержал в ней воздух на пару секунд, – выдохнул. Посмотрел Эвелин в глаза, мысленно произнес: – Не видал такой говоришь? Ну что ж…

Эвелин закрыла глаза, скорее всего, теряла сознание от яда. Начала падать, как почувствовала руки, обхватившие ее ноги и плечи. – Такие крепкие, эти руки точно меня не уронят, чувствую себя в безопасности, – где-то глубоко в дремлющем сознании прозвучали эти слова. Эвелин открыла глаза от внезапного толчка, который вытянул ее из-под одеяла собственных мыслей. Девушку, словно принцессу, держал на руках статный, высокий, благородный… Уголь…

– Ты чего это удумал!? – глаза Эвелин снова превратились в холодные льдинки.

– А на что похоже? – уже держа ее на руках, на бегу спросил Ансгар. – Спасаю тебя.

– Живо отпусти меня! Не хватало, чтобы меня, главнокомандующую всего Элиуса, приближенную самой королевы, спасал какой-то наглый уголь! – Эвелин сопротивлялась, пытаясь вывернуться и упасть на землю, но тщетно. У девушки практический не осталось никаких сил.

– Успокойся. Приближенной королевы не подобает капризничать как ребенку, народ засмеет, – запыхавшись от энергичного бега, ответил Ансгар, не утратив при этом ехидной манеры в голосе. – В конце концов, если тебе станет от этого легче и ты прекратишь выцарапывать мне глаза, то далеко не факт, что мы останемся живы. Возможно, твое желание осуществится и ты умрешь, как и хотела, с достоинством героя, прямо в экскрементах насекомых. – Эвелин смотрела на Ансгара с такой злостью, что, наверное, он должен благодарить бога за ее безвыходное состояние.

Скорпионы гнались за ними всем скопом, уступая дорогу своей королеве. Ансгар бежал через бесконечный каньон, держа на руках Эвелин. Дракон уже слышал шум приближающегося водопада, но не замедлил бега ни на шаг.

– Ты что, собрался прыгать?! Это верная смерть, я видела этот водопад, он уходил в туманную бездну.

– Чего занервничала, капитан? Вы все равно собирались расстаться с жизнью. Мне кажется такая смерть гораздо лучше, чем быть переваренным огромным червяком.

Многоножка ускорилась, дракон слышал, как за его спиной клацают клешни. Он вымотался после сражения, но бега не сбавлял.

Шум падающего водопада все отчетливее слышен в ушах. Они совсем близко… Песок и пыль заполонили ущелье. Они неслись через завесу. Кровожадность чудовища уже во всю ощущалась мурашками, побежавшими по спине. Не остановиться, назад нет дороги. Осталось лишь довериться интуиции и оказаться во власти собственной судьбы или же превратиться в птицу.

Завеса исчезла. Обрыв… Прыжок… Эвелин и Ансгар увидели небо, а на нем огненный шар. Правда, сейчас это был не тот злой демон, пытавшийся спалить всю землю. Это было что-то другое… Приятное, согревающее сердце. В этот момент их мысли были едины.

– Какое синие небо, хорошо, что перед смертью именно оно и ничто другое…

Ветер усилился, брызги воды, принадлежавшие водопаду, начали цепляться к телам и лицам Ансгара и Эвелин, приятно охлаждая свежие раны, полученные в бою. Теперь их ждало только свободное падение в неизвестность. Сосулька и уголь были разные, как небо и земля, но сейчас они вместе, увидели небо и вместе готовы встретиться с тем, что ждет их впереди.

Ни о чем не думая. Ни о чем не жалея. Свободные, но не одинокие…

Глава VIII

Перед лицом неизвестного

– Синни… Иона… Вот ведь непослушные девчонки. Синни, если это опять твоя новая игра, то сейчас нет времени. Иона, папа будет вами очень недоволен. Нам пора ехать, если сейчас же не покажетесь, то две недели не получите сладкого, будете есть одну рыбу с фасолью.

– Беее… Только не рыба с фасолью, – ветки густо заснеженного дерева зашевелились, снег начал падать на землю, а вмести с ним на землю плюхнулось еще что-то, размером с детеныша дракона, и скрылось под снежным сугробом.

– Пхи-хи-хи… Ты проиграла, не смогла меня найти, пхи-хи-хи…

– Милая леди, я признаю, что проиграла, но если не вылезешь из-под сугроба, придется тебя наказать, – прозвучал строгий женский голос, но с каким-то теплом и неподдельной любовью.

– Ладненько, только пообещай, что я не буду есть рыбу с фасолью.

– Обещаю, давай вылезай.

Из-под снежного сугроба показалась светло-русая макушка, после чего дракончик, убедившись, что полностью избавился от снежного заточения, стал в полный рост, с гордо вскинутым курносым покрасневшим от холода носом. Вместо чешуи на дракончика были надеты серые кожаные сапожки с заклепками. Темно-синее шерстяное платье доходило до самых колен, что делало ноги крошечными и забавными на вид. Сверху дракончик был укутан в серую приталенную дубленку с серебристыми узорами по бокам и такого же оттенка восьмиугольной звездой на всю спину.

– Ой-йой,.. все платье в снегу. Только не ругайся, мамочка!

Дракончик стал энергично отбивать платье маленькими ручками. Быстро управившись с приставучим снегом, окинул ожидающую его женщину взглядом победителя. Героем спасшего несчастное платье от снега, но придав маленькому подвигу триумфальное значение.

Женщина смотрела в большие ярко-голубые глаза, наполненные жизненной энергией и детской наивностью. Целая куча веснушек украшала скулы и маленький нос дракончика, придавая лицу задорный вид. Особенно сейчас, с ухмылкой маленькой хулиганки и растрепанными светло-русыми волосами. Если бы небогато вышитое по последней моде платье, то вышла бы прямо вылитая Пеппи Длинныйчулок.

– Синни де Шеврез, по-твоему такое поведение подобает принцессе Элиуса?

– Ни в коем случаи, мамочка, – Синни чихнула, из носа показалась непослушная сопля. Она что есть сил втянула ее обратно. – Упс,.. – девочка широко улыбнулась, показав молочные зубки и украсившую их небольшую щербинку на двух передних зубах.

Ей было не больше девяти лет, а она уже так ловко забиралась на деревья. Цеплялась ногами за ветку, вися вниз головой и воображая себя большой летучей мышью. Женщина не могла больше держать это строгое выражение лица и тоже невольно улыбнулась.

–Ха! Я так и знала, что ты, мамочка, не по-настоящему злишься, – триумф в глазах Синни стал еще более триумфальным.

– Разве я могу злиться на тебя по-настоящему, маленькая ты проказница, – женщина присела и начала теребить пухленькие веснушчатые щечки Синни.

– Мааам… Ай-яй… Неприятно мам…

– Скажи спасибо, дорогуша, что не за ухо. За твои выходки, расскажи я папе, он точно бы проучил тебя как следует, – с улыбкой на лице женщина продолжала теребить щеки. – А теперь, если ты все поняла и сделала выводы, скажи-ка, где твоя сестричка подевалась, тогда я отпущу твои уже румяные щечки и пообещаю ничего не рассказывать отцу.

– Ай-ий-яй… Мамочка, я не знаю где… – искреннее признание Синни перебил другой детский голос.

– Мамочка!.. Я здесь, подожди… – на бегу из-за дальних деревьев показался силуэт и что есть сил побежал в их сторону. Наверное, хотел спасти дракончика, попавшего в беду. Попытался остановиться перед ними, но, поскользнувшись на замерзшей земле, влетел прямо в Синни, сбив ее с ног. Оба дракончика оказались в сугробе, но зато щечки все же получилось спасти и даже охладить.

– Ну и что же это за игра такая? Иона, чего ты так далеко спряталась, у вас что, милые леди, прятки были по всему королевству? – женщина вопросительно положила руки на талию, все еще наблюдая, как девочки пытаются выбраться из сугроба.

– Ты не права мамочка, это были не прятки, – Иона закрыла плечом все еще неуклюже поднимающуюся Синни. – Мамочка, не ругай Синни, это я предложила эту игру, если кого и надо наказать, то меня.

Иона была старше Синни только на полтора года, но чувствовала полную ответственность за сестру. Вот и сейчас она закрывала Синни плечом, готовая полностью принять все наказание на себя. Женщина смотрела на них глазами любящей матери, собираясь отдать за них все на свете, и даже больше . Кто-то другой мог и перепутать девочек, особенно в этих одинаковых нарядах, уж слишком они были похожи, прямо как близнецы. Но мать видела даже самые небросающиеся в глаза отличия. Иона, конечно, была чуть выше Синни и цвет волос был темнее, с рыжим оттенком, как у отца. Это не сильно бросается в глаза, если не знать их слишком хорошо. Но она видела такие различия, как разный цвет глаз, у Синни ярко-голубые, у Ионы цвета холодной стали. Лицо Синни покрывали веснушки, а у Ионы даже шести не насчитаешь, зато у нее была привлекательная родинка у самого края губ и длинные ресницы. Губы у Синни пухленькие с розоватым оттенком, а у сестры тонкие и аккуратные, даже в таком возрасте придававшие ей женственность.

– Подойдите ко мне, девочки.

Иона и Синни послушно подошли. Женщина прижала их обеими руками к себе. Девочки подняли головы и посмотрели на лицо мамы.

Риннон де Шеврез, даа… Женщины красивее ее найти было задача не из простых. Светло-русые шелковистые волосы ниспадали каскадом до плеч. Лоб украшала скромная, но не лишенная вкуса серебряная диадема с небольшими фиолетовыми сапфирами по всей длине украшения. Она отлично смотрелась на треугольном женственном лице Риннон. Длинные тонкие брови и густые ресницы превосходно подчеркивали глаза василькового цвета. А улыбку подчеркивала родинка у края губ, такая же, как и у Ионы. Та, в свою очередь, часто хвасталась этим совпадением. Тонкая лебединая шея, на которой красовался ювелирной работы кулон в виде восьмиугольной звезды и с бирюзовым топазом внутри. Черно-белая облегающая блузка с шерстяным воротником, белые брюки и черные блестящие сапоги до самых колен делали стройную фигуру королевы еще более подтянутой. Белая гладкая кожа молочного цвета, от которой невозможно оторвать взгляд. На тонких, длинных кистях рук можно разглядеть последние два украшения, которые носила королева. Это золотое обручальное кольцо и черное кольцо со знаком Элиуса на правом указательном пальце, передаваемые от одной королевы к другой.

Даа… Неудивительно, что девочки, когда вырастут, мечтают быть похожими на маму. Мало кому дана такая красота и мало кто умеет пользоваться ею правильно.

– Так все же, если это были не прятки, что тогда? – поинтересовалась королева мелодичным голосом, поглаживая девочек по волосам.

– Мы назвали игру – добыча! – резко ответила Синни, немного злобно улыбнувшись.

– Необычное название, а какие правила у этой вашей игры?

– Так как Синни умеет превращаться в летучую мышь, я стала добычей. Как только добыча подойдет не под то дерево, летучая мышь начнет пикировать на свою жертву, и если жертве не получится увернуться, гонка продолжится внизу, пока добычу не словят, или хищник не сдастся сам.

– Я хищник, архх… – Синни показала острые маленькие клыки.

– Ты настоящий хищник, Синни. Уже становится страшно, – Риннон, немного подыграв, добавила: – Видимо, сегодня в этой игре победила я, поймав сразу и хищника, и добычу, – Риннон крепче обняла девочек, зловеще ухмыльнувшись. Синни и Иона захихикали и тоже крепко обняли маму. – А теперь идем, отец уже обыскался нас.

Две исполинские горы уходили далеко в небо. День на удивление оказался безоблачным. Туман не скрыл заснеженные верхушки этих каменных гигантов. Они словно разрезали чуть видневшееся тускловатое солнце, ну или солнце попросту подглядывало через верхушки гор за королевством как через замочную скважину. Но солнце, как и всегда, попросту не хотело одаривать своим светом Элиус, да и никому в стране льда особо оно и не нравилось, только голова начинала от него болеть. Жителям страны нравился их холодный климат, поэтому, когда солнце начинало светить хоть чуточку ярче и теплее обычного, люди сразу говорили, что это к большой беде. Чего, конечно, не скажешь об их урожае, который был слишком скупым. Без теплого солнечного света посевы росли медлительно, что зачастую приводило к голоданию. Король и королева Элиуса прекрасно это осознавали, их беспокоило, что народ голодает. Во всяком случае, как еще можно было объяснить тот факт, что вся королевская семья держала путь в проход между горами, который вел на безымянную землю, а оттуда к границам империи огня Файраз. Вот где царствовало солнце на самом деле. В Файразе оно было единоличным господином, которому поклонялся весь народ огня, от раба до императора. Эта политическая встреча в императорском дворце должна перелиться в долгое и выгодное сотрудничество, как для королевства Элиус, так и для империи Файраз. А какой жест доброй воли мог быть лучше, чем принять приглашение императора и приехать всей королевской семьей.

– Вот вы где, сколько можно ждать? За время, что вас не было, мы должны были пересечь границу и уже держать дорогу по безымянным землям, – сказал мужчина, скрестив руки на груди.

– Папочка! – веселым голосом крикнула Синни и бросилась мужчине на руки. Он, в свою очередь, ухватил ее за маленькую талию, сначала подбросил в воздух, как Синни казалось, почти до самых облаков, после чего словил и посадил на плечи. Она совсем не испугалась, а только засмеялась и ухватилась ладонями за длинные светлые волосы медно-рыжего оттенка, как за гриву коня, который сейчас пуститься голопом.

–Хах! Вот ты и попалась, маленькая проказница, – мужчина сделал грозный вид и начал раскручивать Синни по кругу, рыча как зверь, которого оседлали без разрешения. – Раррр… Сейчас я съем тебя, даже косичек не оставлю, аррр…

– Я не боюсь тебя, папа, – смеясь сказала Синни, после чего начала тянуть его за волосы, словно пытаясь утихомирить разбушевавшегося скакуна.

– Аяяй… Сдаюсь, ты победила, я больше не буду никого есть, – мужчина наигранно начал просить прощения.

– Ну уж нет, ты так просто не отделаешься! – Синни уцепилась за волосы как можно крепче.

– Ведешь себя совсем неподобающим образом, – дразня сказала Иона. – Прямо не принцесса, а какой-то снежный заяц, – Иона высокомерно улыбнулась, показав руками заячьи уши.

– Замолчи! Сама ты заяц! Нет, ты еще хуже, ты – жаба речная! Вот ты кто!

– Я жаба!? Да ты…

– Так! Быстро перестали обзывать друг дружку. Обе сейчас ведете себя совсем никак принцессы. – Девочки словили строгий взгляд Риннон.

– Я бы послушался, – сказал король шутя вполголоса, но с пониманием опасности, ставя Синни на землю.

– Прости, мамочка, я больше так не буду, и ты прости, Синни. Я больше не буду называть тебя снежным зайцем, – с искренностью в глаза сказала Иона, посмотрев на маму, потом на сестру.

– Ты тоже прости, ты не жаба. Ты красивая… Очень… – Синни немного засмущалась.

– Ну вот, настоящие принцессы всегда готовы признать свою ошибку и извиниться, – одобряющим голосом сказала Риннон.

– Совсем другое дело, – король положил могучую ладонь на голову Синни, улыбнувшись. Казалось, что она полностью уместилась в его руке. Отец посмотрел любящими глазами цвета стали на Иону, а потом на свою королеву. Принцесса и королева в свою очередь одарили Гилмора де Шевреза, правителя всего Элиуса, благородного и заботливого, достойнейшего короля, выбранного народом, великого воина, добившегося всех почестей собственным трудом и отвагой, и просто любящего мужа и отца, таким же искренним и теплыми взглядом.

– Все, у нас больше нет времени на остановку, пора выдвигаться. Парни, откройте дверь кареты, дамам пора отдохнуть, путь неблизкий, – приказал Гилмор де Шеврез четким командующим голосом гвардейцам, сопровождавшим королевскую семью, повернув голову в профиль, показав мужественный нос с горбинкой и волевым подбородком. Лик, достойный быть чеканным на монетах, но его не интересовал ненужный апофеоз, поэтому на ромбовидных серебряных алларах красовался лишь символ Элиуса.

Все дамы подошли к карете, принцессам помогли забраться личные гвардейцы его величества, а королеве подал руку сам король. Облаченный в серебристый легкий доспех, блестящий в лучах солнца с синим гиматионом с символом Элиуса. Король смотрел на свою королеву, подавая руку, такими же влюбленными глазами, как и одиннадцать лет назад на их венчании. Риннон отвечал взаимностью.

Настоящая любовь не может угаснуть… Без поистине весомой причины… А любовь, исходившая от Гилмора и Риннон, была самой что ни на есть искренней, построенной на уважении и понимании друг друга.

Как получилось так, что за столько лет они не потеряли огня страсти? Все очень просто: у них были общие интересы, такие как воспитание детей и управление целой страной. Они были вместе, советовались, принимали важные решения вместе, растили детей вместе, и самое главное, спали всегда тоже вместе. Вроде так просто, а все равно, мало у кого получается любить друг друга также искренне, как любят друг друга король Гилмор де Шеврез и королева Риннон де Шеврез.

Единственная каменистая дорога до самого Файраза, по которой лошади могли везти карету, и та пролегала как минимум через одно топкое болото, если строго придерживаться маршрута. На этих безымянных землях, абсолютно на каждом уголке, что-то да могло поджидать.

Букашка все время пыталась найти букашку поменьше и устроить себе трапезу, поскольку знала, что букашка, которая больше ее самой, тоже голодна и ищет, чем поживиться. На этом огромном болоте, проходившем через каменистую дорогу, жизнь била ключом.

Стрекозы стрекотали, пытаясь догнать друг дружку и занять более солидно выглядящее растение. Жабы и лягушки тоже чувствовали, что они у себя дома, и без капли скромности переквакивали друг друга. Испарения, исходившие от растений, делали воздух спертым. Солнце все еще светило, но из-за желтого тумана, который постоянно напоминал, что вы находитесь на безымянных землях, будьте осторожны, отдавало каким-то кислотным светом. Везде росли заросли терновника с острыми, как заточенные кинжалы, шипами, разрезающие плоть словно бумагу. В мутной зеленой воде постоянно что-то булькало. Нимфеи дергались, словно в них что-то ударялось под водой, создавая водную рябь. Сотни разновидностей насекомых и растений разных размеров и цвета жили своей жизнью. Время здесь будто остановилось. Все существовало по правилам, которые диктовала сама природа.

– Мамочка, ты только посмотри… Какие огромные грибы, – Синни выглянула из кареты, открыв рот от удивления.

– Да, Синни, и вправду большие, – Риннон с опаской относилась к этому месту. Ее посещали дурные предчувствия.

– Мама, мама, глянь какое растение, у него пасть, как у дракона! – Иона пальцем указала на черно-жёлтое растение размером с колесо кареты.

– Тише, Иона, не кричи, не надо его будить. Вряд ли оно поблагодарит нас за это. – Риннон сидела с серьезным лицом между девочками, сложив руки в замок.

– А что, оно может нас укусить? – почти в один голос спросили девочки с обеспокоенными лицами.

– Никто вас и пальцем не тронет, пока я вас охраняю, – подбадривающим голосом произнес король сидя верхом на гнедом скакуне. – В конце концов, помимо меня, вас сопровождает пятнадцать лучших гвардейцев. Да к нам даже дракон побоится подлететь, зная, что уползет побитой ящерицей, – голос Гилмора был настолько убедительным, что даже Риннон немного смогла расслабиться.

Карета двигалась медленно, но уверенно. Риннон и девочки задремали под бесконечное жужжание и кваканье постоянных поселенцев болота. Гвардейцы, окружившие карету со всех сторон, двигались не спеша верхом на скакунах и насвистывали какую-то незамысловатую мелодию себе под нос. Гилмор держался ближе всех к карете со стороны двери. Иногда поглядывая на своих спящих ангелочков. Запряженная тремя лошадьми, одной рябой по середине, и двумя темно-серыми по бокам, карета, управляемая ямщиком, добралась до небольшого холма.

– Сэр, придется преодолеть холм, обогнуть не получится, можем увязнуть, – сказал ямщик хрипловатым старческим голосом.

– Я и сам вижу. Ну вперед, будем надеяться, что удача на нашей стороне и колеса выдержат.

Ямщик еще раз отстегнул хлыстом по лошадям для большей уверенности. Карету рывком потянуло наверх холма. Риннон и девочки, спокойно спавшие, открыли глаза от неожиданного толчка.

– Мам, мы что приехали? – еще сонным голосом спросила Синни.

– Нет, доченька, не думаю, – Риннон выглянула в окно кареты.

– Не волнуйтесь, просто небольшой холм. Сейчас мы его преодолеем, – успокаивающе сказал Гилмор.

Карета накренилась резко назад, после чего на самой верхушке, где лошади не хотели делать последнее усилие, ямщик выписал им еще по одному хлысту, тем самым замотивировав их к преодолению вершины. И только дамы почувствовали, как неведомая сила пыталась раздавить их о стенку кареты, как тут же потянула их в обратную сторону к стене напротив. Карета словно не на колесах, а на санях съехала с другой стороны холма. Лошади завизжали, но удержались на ногах, спустившись в низину за холмом.

– Ха! Вы хоть и глуповатые животные, но дело свое знаете, за это получите по морковке. – Заулыбался ямщик, показав всем зубы не первой свежести и даже не второй.

– Хорошая работа, – кивком подтвердил король, – следуем дальше по намеченному пути.

– Ээ… что-то не так. Что же… – ямщик стал осматривать карету вдоль и поперек, думая, что это лошади просто совсем обленились и не могут продолжить движения, после чего его взгляд остановился на задних колесах кареты, которые находились существенно глубже передних.

– Мать моя дракониха… Да мы ж, прямо в болото съехали.

– Как это в болото? Я вообще не вижу воды вокруг нас, – Гилмор спрыгнул со скакуна и пару раз ударил ногой по земле, убедившись, что его не затягивает.

– Потому что мы попали в необычное болото, – ямщик спрыгнул с кареты, – оно зыбучее, мать ее…

– Что ты такое несешь, старик. Зыбучие бывают только пески и затягивают очень быстро, а мы стоим на земле уже более пяти минут и ничего не происходит.

– Поэтому и сказал, это необычное болото. Я не первый год езжу по этим местам и видывал собственными глазами, как двое бедолаг попали в такое место. Я уже ничем не мог им помочь, – поникшим голосом сказал старик, проверяя задние колеса кареты, его дряхлые руки подрагивали.

– Дорогой, у вас там все в порядке? – из-за закрытой двери кареты прозвучал голос.

– Да, дорогая, в полном порядке. Маленькие неполадки, не выходите, скоро поедем дальше.

Гилмор все еще не потерял нужного задора в голосе, раз Риннон до сих пор послушно сидела в карете. Гвардейцы, спрыгнув с лошадей, охраняли карету с правого и левого фланга. Король взял старика за предплечье и отвел в сторону, подальше от ненужных слушателей.

– Старик, как те двое могли погибнуть? Они небось на лошадях были, без лишнего груза. А у нас целая карета. За пятнадцать минут, что мы здесь, карета даже на сантиметр глубже в землю не ушла. Я никогда не поверю, что они утонули, – Гилмор немного сдавил предплечье старика.

– А я и не говорил, что они утонули, – тот одернулся, – о нет, их смерть не была такой легкой, – жёлтые болезненные глаза старика настораживающе заблестели. – Оно убило их, – старик пальцем показал на землю.

– Что еще за оно? Ты можешь не говорить загадками! – Гилмор схватил старика за воротник выцветших лохмотьев. Было видно, как у короля на лбу напряглись вены.

Тот закряхтел, и Гилмор понял, что так только доведет старикашку до инфаркта, ослабив хватку. Ямщик плюхнулся на колени, какое-то время еще впуская в себя воздух и выдыхая, после чего успокоился, не поднимая головы сказал:

– Тех бедолаг убил… Кракен…

– Кракен? – густые светлые брови Гилмора приподнялись от удивления. – Какой к чертям Кракен. Ты что, старик, дурных сказок в детстве начитался. Что он здесь мог забыть, такое чудовище должно обитать в морях, но никак не в этой луже размером с мелкую забитую деревушку!

Старик увидел в глазах короля накапливающуюся раздражительность и решил упасть головой прямо в ноги Гилмора, так, что оставшийся пучок седых волосинок упал королю на нос сапога.

– Ваше королевское величество, я вас не обманываю, клянусь! – завыл старик у ног короля. Гилмору это не понравилось, он решил поднять старика с колен на ноги. Особенно ему не хотелось, чтобы эту картину увидела Риннон и начала беспокоиться.

– Успокойся, тише, я тебе верю. – Лицо старика снова начало принимать спокойный, осмысленный вид.

– Вы мне правда верите, ваше величество?

– Правда, опиши мне своего Кракена, только, пожалуйста, потише.

– Да, ваше величество, конечно, одну секунду, ваше величество, дай великая Скирия памяти – стало заметно, как лицо старика напряжено от попыток вспомнить все подробности, которые он успел увидеть перед тем как драпануть оттуда.

– Этот Кракен, может, вовсе и не Кракен никакой. – Старик опять заметил, как в глазах короля промелькнула раздражительность, – но я помню, как заметил длиннющие щупальца, схватившие этих несчастных, – ускорился старик, – они подняли в воздух бедолагу не меньше чем на две сажени в высоту. Одно щупальце обвило его вокруг ног, а другое – вокруг плеч. После чего оно… – старик сглотнул, в глазах стоял страх, – оно медленно разорвало его надвое, как травинку. Вы бы слышали, ваше величество, как он кричал… – губы старика начали подрагивать, подхватывая ритм рук.

– Успокойся, – Гилмор взял старика за плечи, – что с другим?

– Другой… Его эти склизкие веревки обхватили за ноги, приподняв головой вниз и… потянули в разные стороны, а дальше… – Гилмор чувствовал руками, как старик дрожит, – а дальше…

– Можешь дальше не продолжать, я все понял. – перебил король. – И ты хочешь сказать, что сейчас мы на его территории?

– Да, я припоминаю, это произошло в схожих местах, скорее всего, не очень далеко отсюда.

– Но с чего это ты взял, что оно знает о нас?

– Оно точно знает! Нам надо бежать! – глаза старика наполнились паникой – нам надо поскорее выбраться!

– Успокойся, я тебе говорю, не поднимай общее волнение, так только тяжелее будет, – сказал Гилмор своим успокаивающим голосом бывшего вояки, который успел много чего повидать за свою жизнь, жестокого и мерзкого.

– Я потом целую неделю не мог нормально заснуть. Прочитал все возможные книги и доступные бестиарии, ничего не нашел про это чудище, но я точно знаю одно, карета попала в его ловушку и мы тоже.

– Иди и заберись обратно на карету. Я предупрежу охрану, чтобы держали ухо востро, а с остальными гвардейцами попробуем вытащить карету.

– Да, ваше величество, и вправду, пойду лучше сяду, успокоюсь.

– Только ничего не смей говорить моей жене и детям, понял ? Вообще ничего.

– А что сказать, если спросят, ваше величество?

– Скажи, что мы обсуждали, как будем вытягивать карету из болотной ямы.

– Все понял, ваше величество, – прохрипел старик и поковылял обратно к карете занять свое, как ему казалось, безопасное место.

Шестеро гвардейцев вместе с Гилмором пытались вытащить карету, толкая ее в зад и вперед, пока остальные девять патрулировали и прислушивались к каждому шороху. Старик же был благодарен судьбе, что она спасла его от ненужных вопросов королевской семьи. Синни и Иона были заняты разглядыванием необычной растительности, а королева Риннон де Шеврез вообще думала о чем-то своем, скорее всего, о своих детях, как и любая мать. Старик был уверен, они догадаются, что он говорит неправду . Он с детства не умел врать, а когда его подростком словили за кражей фруктов и пообещали отрезать руку, если не скажет, куда спрятал краденое. После этого он вообще перестал лгать и зарабатывал на жизнь честным трудом, хоть и не высокооплачиваемым. – Зато руки на месте и совесть чиста, – успокаивал старик себя, когда наступали тяжелые времена.

Карета начала поддаваться. – Ещё раз парни, взяли! И раз!..

Хором крикнули гвардейцы, задние колеса кареты выкатились из болотистой ямы. Теперь ничего не мешало продолжить дорогу.

– Быстрее, по лошадям парни, убираемся отсюда. – Гилмор сел верхом на своего гнедого скакуна и только хотел начать движение, как услышал, что у самых ног гвардейца, который только хотел запрыгнуть на лошадь, забурлила вода, после чего что-то невероятной силы обвилось и схватило его за сапог. Гвардеец закричал, был слышен звук сломанной кости, оно показалось. Щупальце подняло гвардейца над землей, не очень высоко, но этого хватило, чтобы швырнуть его головой о булыжник и размазать мозги по всей каменистой поверхности.

– Оно все-таки пришло по наши души! – старик калачиком свернулся прямо у самого края кареты.

Лошади завизжали, гвардейцы пытались утихомирить их, держа за поводья. Риннон разбудила девочек, сама того не зная, что могло произойти. – Точно ничего хорошего, после этих страшных криков, – подумала королева.

– Что случилось, мамочка? – спросила полусонная Иона. Синни широко открыла рот, делая неприличный зевок, но быстро вспомнила о манерах и прикрыла рот рукой.

– Не знаю, девочки.

Риннон стала прислушиваться к закрытой двери кареты, уже рукой потянувшись, чтобы открыть ее, но тут же услышала настораживающий крик своего супруга.

– Ни в коем случае не открывайте дверь! Риннон, если слышишь, не выпускай детей! Гилмор стоял напротив щупальца, вытащив одноручный длинный меч из ножен. Щупальце, такое чувство, следило за каждым движением короля, который перешагивал с одной ноги на другую влево, а потом вправо. Ожидая момента, когда гвардейцы с пиками подойдут замкнуть чудовище в кольцо.

– Сейчас, в атаку ! – крикнул Гилмор гвардейцам и бросился на щупальце. Солдаты выставили пики, не давая монстру уклониться от меча короля.

Щупальце оказалось в тупике, оно атаковало Гилмора, полетела в него словно стрела, резко и без промедления. Гилмор давно не сражался в настоящем бою, все же король – не подобает королям махаться железяками с другими горячими головами, – постоянно повторяла Риннон. Гилмор не разделял ее мнения, но очень любил, поэтому пообещал завязать с боями. Реакция короля не покинула, он увернулся в полуобороте, взмахнул мечом из-за плеча и одним точным движением разрубил щупальце надвое. Из отрезанного куска полилась жидкость болотистого цвета с небольшими красными вкраплениями. Отрезанная часть шевелилась и извивалась, словно могла прожить собственную долгую жизнь.

Из-под земли раздался громкий гул, напоминающий рев бегемота, и та часть щупальца, которая принадлежала Кракену, нырнула обратно в болото. Прошло небольше десяти секунд, как вся болотистая поверхность приступила бурлиться и покрываться пузырями. Земля под ногами задрожала. Гвардейцам, чтобы удержаться на ногах, пришлось опереться на пики.

– Наконец, изволил показаться, я уже заждался!

Гилмор выставил меч перед собой, туда, где пузыри были особенно большие. Согнул ноги в коленях, медно-рыжие волосы застелили лицо короля, оставив только место для глаз, бесстрашных глаз. Гилмор смотрел как хищник на добычу, которая вот-вот покажется во всей красе. Сердцебиение участилось, кровь быстрее побежала по венам, пот собрался на шее и лбу.

Король не боится. Он не струсит и не убежит, поджав хвост. Ему есть за что сражаться и за что умирать.

Из-под бурлящей воды появился идеально круглый шар размером с большой булыжник, болотистого цвета, покрытый водорослями и тиной. Все, включая короля, задались вопросом: что вообще это такое? Никто в жизни не видел ничего подобного. Следующее действие шара повергло всех в шок.

Ровный горизонтальный разрез начал делить шар пополам, сбрасывая плохо прилипшую тину. Медленно приоткрылось внутри, точно что-то шевелилось, после чего резко замерло и жутковато засмеялось.

– Ваше величество, что это? – гвардейцы держали пики в готовности атаковать в любой момент.

– Не знаю, парни, – в полной сосредоточенности произнес Гилмор.

Вдруг под приоткрытым шаром вновь начала пениться и бурлить вода. Новые появившиеся щупальца, примерно семь штук, стали поднимать шар над землей. Вода стекала с него маленькими ручейками, жутковатый смех усиливался, и чем выше шар поднимался над землей, тем громче и более нечеловеческим становился голос. Приоткрытый шар замер в воздухе только тогда, когда находившиеся снизу зрители задрали подбородки почти до возможного предела. Верхняя приоткрытая часть шара резко открылась и осыпалась на землю, будто яичная скорлупа.

Смех полностью преобразился, став истерически рваным, отдаленно напоминающим лисий, но намного громче, эхом раздавшись по всему болоту.

– Ваше величество, что это? – гвардейцы смотрели наверх со страхом неизвестности в глазах. Король прищурился, тоже не имея ни малейшего понятия, что это такое.

На той части шара, которая не отвалилась и придерживалась щупальцами, как на пьедестале, стояла фигура ростом с невысокого мальчишку. Две ноги, две руки, голова, только вот… Все тело было окутано мокрыми скользкими щупальцами, сжимающими тело и образуя кокон вокруг. Голова тоже оказалась в коконе. На месте рта виднелась черная впадина, а глазницы заменяли два черных отверстия, в каждом из которых горело по желтому огоньку, словно залетевшие светлячки.

Существо задрожало всем телом, повсюду начали появляться новые щупальца и атаковать отряд. Разгорелся бой с темными силами.

– Защищать карету! – Гилмор уклонился от атакующего щупальца, разрубив его надвое.

– Вы слышали его величество, замкнуть квадрат! – гвардейцы отбивались от бесконечных щупальцев, не пропуская их к карете. Гилмор рубил одно щупальце, уклоняясь от другого, и так до бесконечности. Начинала чувствоваться усталость, он был уже не тот, что в молодости. Существо продолжало подрагивать и смеяться. С ним надо было поскорее покончить, пока последние силы не покинули гвардейцев.

– Им нет конца, так нас всех перебьют, – мысли бежали впереди короля. Продолжая уклоняться и атаковать, Гилмор присмотрелся к существу и заметил интересную деталь. Щупальцы достаточно медлительны и неуклюжи, точно их основной задачей было обессилить и задавить количеством. – Надо проверить.

Запыхавшись, Гилмор уклонился от очередного щупальца и рубанул его, сразу обратив внимание на существо, которое сразу более энергично задрожало. Особенно это было заметно по его рукам, если их так можно назвать. – Вот оно что, существо продолжит создавать их до бесконечности из своего тела, пока не уничтожить ядро. Слишком высоко… Хотя… Старик!

Ямщик выпрямился из позы эмбриона, защитой которой, были только собственные руки, которыми старик прикрывал седую голову. Выпрямившись, без особой охоты, показался из своей безопасной воображаемой крепости. Уставился на Гилмора испуганными глазами.

– Прикажи лошадям пусть гонят карету что есть сил на существо! – крикнул Гилмор, продолжая рубить и уклоняться от щупальцев.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.