Анна Атталь-Бушуева
О внутренней причине философского ожидания в темноте

Пролог:

«Надежды опускают свет земли, внутри которого ты стынешь обожанием и весь дрожишь своим сознанием – успеть в последний поезд на дозорной стороне..»

О прозе в стихотворной лирике – природу ты прочтёшь. На слове обессилев придорожной мгле, по вьюгам ото сна, когда ты воплощаешь звон монет перед источником сочувствия добра за свет. Культуры управления реальностью, пока сознательный восторг о чувствах бередит своё забрало – идут. Попробуй слышать достижение манеры бытия по призракам у права состоятельного мира – вокруг. Чтобы обратный звук души не проходил бесчисленными измерениями прозы лично. Туда, где состязание портрета личности участвует в психологической борьбе за власть, отчётливого образа понять структуры догм. В художественной лирике к документальному обзору черт искусственного зрения вокруг – ты принимаешь свой обыденный испуг от ужаса. Что чувство от нуара – подлинно и новый мир, не складывая численный восторг души приобретает шёпот там, где светлый ореол призвания отснимет рамки бытия. За гранями, к которым жизненный восторг желания допустит нигилизм, как рану поколения людей. В особенном стремлении упасть по жизненной равнине происходящего соединения причуды мифа – под личным смехом тлетворного определения природы над собой.

Ты вслух читаешь сердце о разницы документальной тишины картины мира, представляемого обществом. Выходишь сквозь модельный опус музыкального ума и здесь логическое темя обессилев – стремится важное творение найти. От жизни будущего будешь проходить к числу предвзятого раската должности от власти и ни к чему не прикасаясь – оставаться, как человеческое время обращения пародии к фортуне жизни. За долгом не ища стихотворение провластного покоя мифа тождества к искусству поведения. Как личность стихотворной позы нуара обращает долгий звук за кинолентой постоянного истца к любви, обдумывая поле веры за умом. Здесь зиждется иллюзия кругом, что проза обладает стихотворным сном, как: доблестный мотив и притча при сознании к чему – то постоянному внутри.

От человеческого соединения моральной тонкости критерия вопроса – ты ждёшь у кодекса особый факт рождения контраста аналогии. Лишь потому – читаешь мысленный восторг на вздохе иллюзорного письма, то к сердцу, то к уму, боязни самоистязания психической картины жизни. Как если бы ты ожил через постоянный ток, внутри обледенелого понятия снять шёлк души и выжить долгим состоянием природы разногласия с печалью света. На чёрной форме обстоятельства ты смотришь прозе вслед и не спешишь распознавать героев после лирики присутствия внутри огня морали. Как только неожиданное темя физики в научном спектре осознания – поймёт своё: и имя и источник памяти – ты вновь внушаешь быстрые слова стихов. И медленно прочтёшь всё издревле, когда в последнем поезде нуара послесловия восходят мысленные проводы вдали твоей души и роли формы взятого к уму. Слагая чёрный день по лирике понятной прозы логически дозорному ты спросишь, что к чему, на той земле, где выжили могилы света и месяцем прошли немые постоянные дожди. Как лирики работа слышит изобретение в предчувствии культуры прозаического власти и достоинства – временем снисхождения по любви. Ты едешь к завтрашнему созданию квази соотношения ментальной пустоты оставшегося поколения людей и ждёшь, что чудо не свершилось. А тень нуара посторонним светом стоит на выходе платформы мира, по ту сторону видимой зари интеллекта, предпринимаемого дорогой к новой жизни. Желания ожидать естественный прогресс само значительного приятного чувства былого везде, где культура обихода устроена, как память состояния внешней оболочки дыхания площади мирного солнечного света. По любви образует внешний предел – твоё украденное смыслом мифологии предчувствие апокрифа создания естественной среды, нуждающегося в силе служить к реальности мира преданных диалектических инструментов апологии свободы философского ума.

Время на литературной линии..

Философски ждёшь – им после

Слов подземной тяги роли —

Время – не ушедшей боли,

Видишь ли за сном – прошлого,

Как бессонными руками – гладя —

Нить литературной мысли,

Очевидно и предвзято —

В воле тратит обаяние – истории.

Время формы философии,

Исторически качаясь вместе,

Принцип данный возле – смерти —

В слово проворачивая – тянет.

Ждёшь паромом между – смыслом

Нового, давно за прошлым,

Ты когда – то был – нечаянно,

Обезумев стал как чувство —

В воле скованно, но часто,

Перед областью своих – печалей,

Жизни празднуя начало —

Не ослышались мотивы счастья.

Дать тебе у времени – покой

Могут лишь слова – обратно,

Философии на скорби – идеала,

Будешь ты идти – туда,

Как со мной – опять на памяти.

Звонкой палубой встречают —

Ветер пробудившейся оценки,

Многих философских линий,

Слов литературного обличья.

В памяти изводишь честно —

День – в который раз учтивым —

Страхом преднамеренных простоев —

В вечности неочевидного.

Будут линий шёпот – ставить —

Еле слышные мотивом – рано,

Будешь просыпаться тихо,

Бередить судьбы затравленных.

Через философии увидишь —

Честь за почестью – обычно,

Словом – стать в линейной чаще —

Объективностью за властью,

Чтобы заново родиться – у неё.

Чести философии оставят —

Будут снова к ним – стремится

Ролью блага возле – правых,

Мерой к личности за время —

Философия очистит – своды мира,

Кто был прав, а кто обратно

Изнемог от были – слитно.

Быть и раной и отравой —

Многочисленных отличий,

Став как памятник – расплатой

И мечтой о том – привычек.

В психологии обычных – видеть смерть,

Черт очеловеченной морали —

Станет ясным без картины —

Логик нрава возле – правых.

Что ты делаешь – за стилем,

Образуя мер привычки – умирать,

Посторонний век оставив —

След пространства необычный.

Может быль, а может небыль

Остановит свет случайных —

Ждать откуда бы устали —

Вместе правом создавать —

Будут – численно живые,

Что на линиях обратных —

Производят писем славу —

Слог литературный – к счастью.

Времени и боли нрава – быть,

В психологии отличий – на одних —

Станешь тихо – миром переправой,

Исключением от притчи – умирать.

Линии мотива слаженно —

Усложняешь болью входа —

По причине диалекта – смысл его —

Философии народа и войны.

Станешь численно безличным,

Утром яви от восхода —

Будут времени отличия – понимать,

Небом ставить переходы,

Ярким обликом логического,

Звоном измеряемого чувства,

Но не скажешь, что упрёком —

Диалект потратил дух – впереди —

Объяснения морали – жить её —

Вечностью – о боли звуки,

Ты не численно бесправен,

Может жизнью беспробуден —

Стал отличен и не равен – понимать,

На покрове линий сердца,

Злом манеры столь – упрямой,

Что под философский камень —

Утекает смерть твоих – идей.

Право на мнительный опыт жизни..

Памятью время движет —

Мнительный образ тоски,

Прошлым обыденной сказки —

Ты увлекаешь реальность – туда,

Где говоришь от огласки —

Медленно шёпотом жизни,

Но упрячет судьбы – силуэт —

Память – за разницей смысла,

Пробы от форм интуиции —

Где же твоих аллегорий – упрёк?

Право – на мнительный воли восторг —

Шлёшь измышлением силы —

Знак человеческой были – идёт,

Сам отрешает предчувствие, но

Мир человеческих глаз – не белеет.

Опытом жизни – сомнением стали —

Стать равновесия пользы – уже,

Новому свету рискуя – поверить,

Как идеалы стремглав – убежали —

Отчий восторг разминает следы —

Медленных оползней большее – там,

Где интеллектам снимали – не ставя

Мнительный облик служения – славе.

Радость предчувствия новой игры —

По экзистенции снова – смотреть —

Больший восторг открывает – затем,

Мир человеческий – ценностью сред.

Нам ли дозволить решать – от

Памяти – новых портретов души,

Мнительно быстрый упрёк – подозвав —

Хочет стянуть силуэт – день.

Время лежит – через пропасти тлен,

Не отзываясь по мании – впредь,

В праве случайно сказать – не успел —

Выход, откуда просчётом идёт —

Шанс измерения ставить – углы,

В пропасти шёпотом – наоборот.

Мы не смогли посмотреть – их,

Движет отчаянный свет – впереди —

Будни на право от жизни – стать —

Временем правды опознано, где,

Творчеством памяти мнительно – был,

За объективностью притчи – на —

Снова снующих эскадрах – ему —

Словом морали на – кодекс воли.

Ты отпадаешь под мифом – ли,

Если – не станешь обрывком при —

Чёрной истерике прошлых лет,

Но оттенением стали – под ролью,

В новое жизни прошли – мы,

Не обманув мнительный – такт —

Слова – логических рек восторга,

Что интеллект лелеет – над —

Жизненным смыслом от пропасти,

Возраста новой тоски – внутри.

Право на мнительный свет – своей —

Голой окраски и тщетной любви,

Мимо презумпции чести – воли,

Ты одиноко снуёшь – по его —

Жизненной боли шёпота – мира,

Станешь внутри одного —

Веком прочтённого – в каждой игре —

Слова попытки унять – это право.

Не отнимай философский возраст..

Подле – стоит вымирающий вид,

Схож он на смыслы – причуды лет,

Нет для него эволюции – света —

Светлого мира понятия, где —

Ставит участие новой – лирики,

Жизни своих обращений – упрятав,

За проводившим мотивом – счастья —

Лучшей тоски – немедленно ставшей.

Прозой о смысл философии – где – то,

Временем облика – дома за личной —

Слов беспощадной атаки – в угрозах,

Что для приличия – стынет святой,

Внемлет прощанию нового дня,

Ждёт диалект объяснения – долга,

Чтобы обратного не было – толка.

Внутрь – проходящего света лиц —

Свой философии просит – устой,

Чтобы в любви навсегда – испросить —

Лучшего качества долгого мира.

Не отнимай философии – счёт —

В пользах отчаянной воли – строптиво,

Лучшим за власть объясняя – законы —

Светлого поиска роли в себе.

Не засчитав восприятие – лиц,

При релевантном просчёте, играя —

Может судьбы испросить – тот мотив,

От философии свет – забирая.

Держит за власть изучения – слов —

Свой самоличный пути – мученик,

Беглостью проб отрешаясь – идёт,

Где – то в замученной линии – прозы.

Жажды души выбирает – урок,

Стелет судьбы обелиски – красиво,

Что от того на ладони – ты —

Снова – прочёл неосмысленной гладью,

Почерка возраста завтра – за сном.

Под человечеством снял – бесприданное,

Мук интеллекта за новым – лицом —

Лишь от иллюзии стелется – ветер,

Весь – обрамляя пути философии,

Но одному неприглядной – ступени —

Стон от души не покажется – тенью.

Жизни искусства на глыбах – рутин,

Мысли – куда безымянно стекают,

Что от почёта вблизи – приникают:

Доблести честь и услада борьбы —

Дум философии нежного времени,

Не объяснив проявления – в тех —

Слов эволюции – медленной слабости,

Створом тоски вымирающих – взглядом.

Только, как будто прошли временем

И без обличья устали – проходом —

Мир философии – в жизни услады,

Воли по возрасту смысл – обретя.

Ты называешь себя – измождённым —

Трепетом чувства о толки любви,

Но за безжизненным льётся – убого —

Такт философии роли – к понятию.

Дым не бледнеет и качество мира —

Вновь – уступает ходячим законам,

Где ты проносишь свои – идеалы,

Но эволюции зиждется право,

Словно – на вид пострадали упрёки —

Смыслом – поник одиночества миг.

О человеческой боли – не вспомнит,

В том проходящий характер – призрака,

Ценности игр иллюзорной тоски —

Мышцами вникнет, побудет внутри.

Что ты оставил – за властью имён

И философии звон пренебрёг —

Статностью выжить, логически им,

Не убегая за свет – от тоски —

Будем считаться от слова – полёта,

Словно за прошлым – оно одолело —

Сном философии стойкости – моду.

Будет ли качеством жизни – опрошен —

Свет категории мира – вокруг,

Что надевает свой тонкий – манер,

Воздух белеет за мнимым – потуг.

Звон – философски почует теперь,

Как, на пространстве твой – возраст идёт,

В пище истории ценности – взгляда,

Новое свойство обратным – к любви —

Не пролегает и высится рядом —

Твой – силуэт от желания чести,

Он обезличил портрет – понемногу,

Сжал усложнение новой – тоски,

Чтоб за порогом пути – философским —

Ты отражал идеальное время,

Снова по схожему имени – только,

Будто бы падали в смерти – огни,

На раскалённое форм идеала – они.

Произнося грамоту жизненной тоски..

Личность – в декадансе прозой —

Миф освобождает мирно,

Промыслом о вид безвольный —

Тоном – говорящего к возрасту.

Психологически видя бесчестие,

Нового толка истории – роли —

Быть в человечестве – словно,

Мир проясняя моралью – пробы.

Ты одержал победы – страх,

Жизненной воли – ради него,

Сном человеку заметит – быль —

Злом диалекта укроет роли.

Властного мифа – пройти бы —

Образом чувства печали – около,

Нежить пространство мира им,

Произнося грамоту жизни, или,

Стать объяснением только – лишь —

Воли – внутри печальной нити,

За литературной памятью лиц,

За интересом личности – выживут —

Множество – ниц проведённых ночей.

Здесь ты украл и своё – мыслями,

Выжил, но такт облагородил – весь

Жизненный слог проведённых – вместе,

Где за двоих собирались – уйти —

Времени маски, спускаясь ниже,

За обстоятельным ритмом грёз —

Стали уже не модны – их обёртки.

Жизненной ценности, падая – жил,

В свой философский укор – призрак,

Стал неимущим и верностью скал,

Что достают аллегории – признака.

Жил на пути безнадёжный – мотив,

Собственно весь образуясь – лично,

Общество им – мы обращали теперь —

Дух преимущества силы – в тоске —

Стал безысходностью – где – то на дне —

Стон философского признака – муки,

Вечно затравлен бесчестием – звона —

О силуэт беспристрастной – разлуки,

Видимый силам – слагает он скуки.

Движет – материю нового дня

И от того обожанием – скорби —

Будут ему диалекты видны

По социальной манере – разлуки.

Пришлого памяти времени – здесь —

Ты нигилизму придашь очертания,

Хаосом свода мечты – передашь —

Свой объективный судьбы – постулат.

Где от тоски забывают – черты —

Мерного правила жизненной рамки —

Всё, что ты знал об – обратном пути,

Логикой смел опознать – от догадки.

По человеческой почве – своей —

Стал обезжизнен свой круг – притязаний,

До путешествия нового – в гранях,

И за слепой восполняемой – травмой —

Духом морали не брезжит – уют.

Время проходит исчерченной – помпой,

Жаль, что обратно свой пишет – портрет —

До изыскания новый поэт.

До пребывания неги – тоскливо —

Будут утеряны словом – твои,

Просьбы прожить за расчётом – ума —

В памяти прошлого, собранно на —

Жизненном склоне ума – ограждая —

Свет декаданса от пробы – потуг

И нигилизму ища свой совет —

Лучшее высится времени – вслед.

От человеческих клеток, играя,

По социальным исторгнутым – дням —

Дух декаданса отмерит – твой пыл,

Столь же знакомо для участи – права.

Что возводил ты под тленом – души,

Жизнью – идя в измерениях славы,

Непроходимого света отравы,

Не отрешаясь по чести – управой —

Стал диалектом умеренно – сквозь —

Больший порок, от которого старит —

Времени тяга в свой новый – урок.

Памятью мира идя – неслучайно,

В грамотах слова о нежной тоске —

Ты обретёшь не безликий – уставу —

Почерк вопроса, а где же года —

Солнечным правом уносят – сюда.

За философией пропасти – жизни —

Мерно уходят и звёзды до благ,

Сил восхождения робкой – печали

И неумеренно просят назад —

Стать благочестием времени – снова,

Жизненным сводом былого внутри.

Ты ожидаешь проклятья – немого,

А получаешь обратный мотив,

Собственной грёзы – слуги имманента,

Собственных писем обратного – света.

Что за облаткой снискали – края —

Прошлого тождества после декады —

Под философскими стилями – сна

И в декаданс обернулись – усладой,

Времени на постамент – не угаданно.

Большее жизни – пути человечества,

Холодом веет ранимый – маяк,

Ты сожалеешь о раннем – старении

И понимая отчаянный праздник —

Долгого ропота славной – свободы —

В области смысла, ища переливы.

За обращением к чувству – когда – то —

Стонут за властью – другие мотивы,

Беглого тождества – правильно пишут,

За диалогом судьбы – освещая —

Ранний мотив декаданса – по стилю —

Притчи, в которую сложно расставить.

Облик былого на тени – сомнения,

Глаз архетипа – другого деления,

Материально устройством идти —

Подлинной маской к печали – своих —

Образов времени медленной формы.

Ты философски упрочить – нарочно —

Свой – оголтелый родник бытия —

Хочет ли праздное темя – свободы —

На человеческой степени – дав

Жизни устоям и формой от блага —

Свой разночтения мысли – на боли —

Долг экзистенции быть – декадансом.

Верить о мерах пути – преисподней,

Что наравне открывает – мотивы —

Личному смыслу, в котором упрочит

Свой лейтмотив аллегории – ночи —

Бездна пространственной роли – при —

Жажде манеры не быть – подле —

Маски судьбы говорящего, или

Не опоздать естеством – привилегии,

Образом стойкости черт – нигилизма.

Жизнью упрятав волнение – слова —

Материально объектом другого,

Психологически связанно вместе —

Тот за тоской обретает – бессилие,

Что диалект расставляет – судьбы —

Личного правила чувства – поныне.

Он не отличен от новой – войны —

Смысла чужого и общества – слаще,

Что объективности страх – за рукой,

Пишущей волю пути – философии,

Мира, над негой её – неземной,

Не обращённой под совесть – морали,

Завтра ли маской судьбы – обещая покой?

Славой за славу – долгом пути отрешая..

Белым – застыли рассказы осени,

Сняв исторический сон – понемногу —

Кто – то оставил за славой – позы,

Время, которого нет прошлым сводом.

Долгом пути отрешая мотивы,

Ждёт диалект красотой – ценности,

Миром – о жизненном ритме рассказа —

Стал ты упрочив мораль – спрашивать.

Кто не застыл от белеющих – чалый,

Возрастом формы – мифологично,

Станет – за славой уплаченной рамки,

Не ожидает пространственной – каждому —

Смысла пути идентичности – прозы,

К воле поступка случайности – скажет,

Что мифологии психикой – свяжет

День ото дня мерой славы – усвоит.

В деле пути отрешения – множества —

Можешь – ты стать исключением мифа,

Но волей жизни – оставит творение

Свой декаданс у явления – разницы.

Мир без тоски разнимает – печали,

Светит родство апологии истины,

Что не смогли человечеству – стать,

Болям – мотивом пути историчности.

Как же ты станешь – редеющим под —

Ролью судьбы восприятия муки,

По философии плыли – феномены,

Многими боли тревоги – оставив.

Славой за славу совьёт мерный – трепет —

Черт изумление в долгом труде,

За человеческим свойством – морали —

Быть бы сегодня, а может нигде.

Не оставаясь за пламенной речью —

Заново схожих, так ищут года,

В памяти слов на законы – похожие —

Времени длятся немые врата.

Подлинной власти испуга – деления —

Возраста в догме отчётливой – миру,

Так что ты стал прославляем – былиной,

Долгой – по мере судьбы перепутья.

До человеческих проз – отрешая,

Стынет вопрос в изумлении – схожих,

Вотумом благоразумия подле —

Черт интеллекта за радостью, если бы —

Ты не идёшь до последнего – края.

Слог не измыслит феномена – прошлого,

Но достояние просит – печали,

Славой за вечное мнит – осязание,

Бедностью свода роятся – работы

Власти тоски в преисподней – сегодня,

Жалится враг в человеческой чаше,

Что не пустил обстоятельство – даже —

Внутренним светом объятия – маски

За эполет непредвиденной сказки.

В мир пребывания скалят – мотивом —

Ровные тени раба беспричинного,

Тихо шагают и стелется ветром,

Опыт сторонний, что веет надеждами —

Ты не пронял ожидания – прежнего,

В славе проспал состояния – мудрости.

Кто же узнал о понятии – меры,

Что диалект застигает – пристыженным,

Ветром уносит вопрос – о реальность —

Свой неба хвост и мерило отчаяния,

Был не дородным восторг – расставания,

Здесь и везде: необычно и сладостно —

Выжил остаток прямого – отчаяния,

Где же тот выход из славы молчания?

Как человеческой просьбой – уносит

За диалект интересов печали —

Тот же вопрос безучастного – трона,

Веком прошедшей в напоминании —

Роли за обликом мифа – прижизненных,

Степенью снятых глаголах – о роли,

Где человеческих снимут – нарочно —

Ветра былые суставы – пароли.

Сердцем объяв измышляют – отмеренно —

Взять – свой пустой эвристический вдох —

До постоянного меры решения,

Власти пути бытия – отрешения.

Где бы ты не был – разнятся о прошлом —

Звуки былого ума – состояния,

Мерой прошли за сердечной отрадой —

Власти словесного тока – раскаяния,

Мира прямого пути увядания,

Былью немногим за славой – оставив.

Честь иллюзорно куда – то – шагает,

Времени белые стены взирая,

Но постоянный отмеренный – признак —

По философии бродит устало,

Нет мы не станем надеждой – на призрак

И не найдём экзистенции – благо.

Другом за плаху юдоли – обнимет —

Свой интерес притязания – праздник,

Если – намедни оставит течение —

Сбудутся славные стены души —

О расстояние воли раската —

Быть бы теперь – иллюзорностью правды.

Властью снимая тугие – мотивы,

В обществе прозы усталого – мира,

Быль ожидает и серое темя —

Времени тешит просторы – роняя,

Что – боль забыла на белых творениях,

Массы судьбы измышления счастья?

Осенью, где застывают рассказы

Были от почести славного – имени,

Мне не творением встали – упрямо:

Отчее истины, жизни за славой.

Не предсказать сопряжение – колкости,

Бледным укором потворствуя – мнимой —

Силе упрямого слова – отныне,

Белые ливни идут как обычно.

Вместе до праздника – ставят печали,

Где внеземное отчаянно – стынет —

Многим – судьбы изъявления стати

И в бытие позовёт от услады.

Ложно не будет в морали – приличием,

Мера – осмысленный такт сохраняя —

Станет в пути отрешением – стати

И экзистенцией меры – усталого —

Белым восходом воспрянет – от дней —

Мерный мотив от глухого – строения,

Славы не взысканно – лишь отражая,

Но экзальтацией мерно живя.

Будут – в судьбе человеческих истин —

Правила новых – не так отражая,

Смелым мотивом, но прошлое замертво —

Сон оставляет и ждёт на прощание.

Стихотворное лобби середины мысли

Закутался дым тонко —

Позволь позвонить только,

Внутри объяснить долго —

Манеру судьбы воли,

Творящему сны силу —

О том как любить – лобби —

Догадкой – ли плыть рано,

До жизни бы стать – правдой.

Успеешь вопрос сделав —

Философически вместе,

Притихли в мотиве – песни —

Любви стихотворно вместе,

Пойми я один – мало —

Разгадывал сны рано,

Блуждая – от черт странных —

До лирики той поры,

Где волю сожму в век – я,

Опять человек – вновь ли —

Судьбы испрошу коли —

Зачем мне твоё лобби?

Куда побежишь справа —

От текста воспрянь – сполна,

Человеком ли ты завтра —

Становишься до утра,

Ждать – долго ли силы —

Устанешь до середины —

Спокойствия мысли подле —

Любви интереса в лобби.

Споют – через край мысли —

Своей поведения роли,

Сподобив – от жизни сдаться —

На утверждение лобби,

Кому ты решишь – сполна,

Тот – позабыв ценность над —

Диалектами – выпрямив спины —

Идёт сложив середины,

К тому, кто опять сызнова —

О встрече мечтает – принять —

Дух роли стиха и вспять —

Распять – своё имя выстрелом.

Заглавием смысла – возобновлю,

До ритма причины – не позвонить,

О встрече случайного типа – лиц —

Внутри поведения не говорить,

Характером позы зла – помнить —

Юдоли вечера признака – нового,

Стихотворения сложно выстроить —

До середины мучимой – мысли,

Когда же ты встретишь – сызнова —

Мою здесь печаль – лирики,

Почёт обрати в памяти —

До сих середин разного,

Опять я бреду – к личному

И лобби идёт в общество —

За смыслом топтать – роли в нас

И мир забирать – прозой на —

Лояльное тесное – миром при —

Рождении воли радости,

Быть тем человеком – роли близ —

За правого века тени – маня,

Проложишь ты путь – изредка,

Не преграждая смыслам игру —

Значением мук стихотворной цены —

Забрать ситуацию мира – вдруг.

На тесное лобби – творения,

Дождавшихся встреч поведения —

Звонка от звонка мнения,

Играя реальностью – терпишь ты,

До власти причин, может быть,

У лобби осталась одна – лирика

И плыть ей по тем – признакам,

Где миром любим – формы свет —

Внутри философии мер – стиха,

Затронув мотив, ежели да,

По середине идти, может быть,

Помогут – цены ложные сны,

От части до целого – спеси лет —

За веком идёт свой любви – силуэт

И миру качаясь уступкой – вдруг —

Помилует мысли – от лобби в кругу.

Знак реальности – впереди

Решили задаться вопросом —

Поможет ли море – пловцу,

Забрать от любви – просто —

Декады оценки истины,

Надежды – попутно быть —

По ветру судьбы – притчи,

Догадкой внутри смысла —

Опять говоря впереди,

За властью объять – толки —

Женщины – подойдя к личности,

У менее прочного формы —

Достать до угла нормы.

За морем большого троса —

Характера попеременно,

Ища диалект спроса —

Желая пройти ежедневно,

Над многим вопроса – символа,

Куда бы идти – миром,

Вспять ли щадить – сумрака —

Мглы вопрошая мило?

Заметно – лишь там центру,

Боящихся стен воли —

У моря бушует – ветром на —

Студёной формальности прозы,

Значением тени смысла —

Попытка спустить тросы,

По трапу крича – смело —

Опять подошли к обществу,

Желанные меры знаковой —

Указки пройти мелом по —

Дощатой песком пробе —

Песка постоянства приложив,

К цене за восторг – впереди,

Осмысленно будут – признаны —

Судьбы альбатросы – мира под —

Реальностью прозы завтра быть.

На жизненном поле – ради сил —

Словесного склада притчи от —

Пути поведения роли,

Вобрав заблуждение скорби,

О том, что сумев впереди —

Реальность осмыслит – мира знак

И признак судьбы – вышел ли —

Досрочно – на отдых знаний под —

Мерцающим успокоением близ —

Способствовать счастью смысла,

Смотря до упора – вниз,

Как льются дожди – мира на —

Реальное дно проблеска —

Судьбы истощения – только при —

Чутье измеряемой благом до —

Реального счастья полной луны.

Когда судьбоносно выжжет – мост —

Студёный восторг мысли по —

Морской – расстоянием мира лиц —

Реальностью слова прибрежного – ниц,

Расстроилось – дна усмотрение при —

Судьбе естества подавляемой за —

Осмысленной речью пространств – вниз,

Смотря – измышлением подле мифа,

Как только мотив – впереди близ —

Спускается трапом куда – то – ниц —

История воли ложится – поводом —

Отснять тождество моря – на —

Реальном значении смысла догм,

Пустой – боли правды отсчёта лиц,

От влажного пота – морского при —

Значении воли судьбы – впереди.

Стать как сон – на ветру

Суть – от нежности бредёт —

Высох опус дурака,

Только сильная рука —

Держит – прозы ветер лист,

Победишь на новом ты —

Иллюзорном поле птиц,

Разбивая слов причуды —

Ветром статуса возник —

Маятник харизмы лет —

Поведения души,

Смыслового отчества —

Может не спешить —

Сдаться от невежды,

За нарочный подлостью —

Жажды смерти – быть,

Подождав от точности.

Дышишь статью поздно —

Лунной схожей параллели —

Понемногу болью – лист —

У ночной постели рока,

Как – нибудь отметишь —

Диска лунный трепет,

Взяв свои модели

И прощая плач души,

Кажется от мира – ты —

Человеком был притворной лени,

Смурным ниже лиры – тени,

Но под властью – пыток,

Отродясь за солнце – взял —

Мучимой тоскою – мифы,

Мысли – позабыв всё в ней —

Будешь петь особой – болью.

Статуса от сна – любви,

В мир иллюзий крепко —

Подошла война и ты

Словом обнажил – рулетку,

Мужеством возник – порой —

Клич победный вожделений —

Целостной судьбы – проник,

Тот заветный проводник —

Статуса при всём – тоски —

Новом поведении – века,

Обращая знак в тиски —

Гения, что псевдо человека.

Мучается ввек – он здесь,

Подле расхождения права —

Мыслимой тоски – до слёз —

Лунной диска пробы – искры,

Между ровной пользой – внёс —

Месяц в тон одежды – лишь,

Знак своей особой – тени,

До реальных жизни – чар,

Большей стати обнажив —

Долгий шаг вопроса – им —

Ждёшь от жизни – перемены,

Подводя ей смерти – лик,

Но ответь на эти – лиры,

Будет ли однажды – ей —

Солнце вставшим миром – мук —

Совладать со знаком – права?

Ложной как удача – вдруг —

Подводимой песни – завтра,

Радости о спеси – слова,

Миром подороже – стать,

Станешь до заботы – ты,

Сотворяя праздник – мило —

Истиной: согласия и цены,

В дух являя праздный – ритм,

Медленное солнце – свято,

В лунный день сомнений – тела,

Знакового хода – ветра —

Ниже права поведения,

Лучше стали раньше – были,

Мирные затеи – стаи,

Новой славы правды – рая —

Старого поверья – края.

Слухами войны, что память —

Мерным меч о вздохе – правит,

Будет вспоминать – ночами —

Сон со статью вдоха – с нами,

В верности отчёта – плыли —

Гласа поведения – очи,

Нежности объятий – в точности —

Непонятных гениев – ума,

Что от слова долга – было —

Признаком до толка – чести —

Сном оставят мир души

И возьмут надолго – вместе —

Час от часа лишний – прозы,

Близкий мерный признак – розы,

Сна от пробуждения – силы —

Человека гения – внутри.

Где подвластно силе – прозы,

Мирного покоя – слова —

Догм о статус воли – жизни —

Обнимать искусству – сложно,

Сделано притворно – странно —

Толком мира правды – слово,

Явлено однажды – схожим —

Сном о статус каждого,

Где твоё забрало – то же,

Помнит честь и мысли – рода,

Успокаивая жажду песни —

На своих как лира – образах.

Параллель соотнесения логик

Где же – постоянный сон,

Зов души обратного творения,

По следам которого – плывёшь,

Прозой обезличенного гения?

Сникнув на позорный неба – ход,

Где та грань, опережая ливни

Обстоятельством как чувством – подождёт,

Верой не увидит – поколение?

Что снискало памяти – урок

И соотнеся логическое прозы —

Ждёт на переходе – по умам —

Жизни философского терпения,

Там, где скользкой проседью – одни —

Дух лирического сходства – обезумев,

Мы прошли и словно корабли —

Памятью снискали – прозы в будущем?

Перейдя которую, – нас нет,

Нет и иллюзорного терпения,

А отчислив маятник – побед —

Ждать ту будешь – хороводом бед —

Службы философию утопии,

Что терпя на памяти – одним —

Вновь рискует проходить – за болью,

Численного имени в других.

Понимаешь вдруг, а ты един,

Логика – снискала стуки хода,

Днём мечты дорожной, как они —

Будут временем проситься и – находкой —

Лжи безумного исчадия – искать —

Зов и трепет повторения – любви,

Внутреннего света красоты,

Волн свободы – поразмыслив где – то.

Что нет ещё – назад пути,

Погасли: маятник и робость,

На плахах возбуждений – стынет —

Струя лояльной гордости – убогой,

Бежит и дремлет Господин —

По снам своей природы – толка,

Ему плевал в лицо – так долго,

Его застенчивый – судья у права

И нервно теребил природы —

Морали оппозиций гиблой – моды,

Фантомной лирики седин,

На жизненном краю – один.

Что ничего уже – не скажет им —

Формальный перевес души —

Убогого героя плахи – бытия,

Что в чувствах солидарности – взойдя —

Он помнит лишь – часы и волю —

Противоречий сказанному дню,

По аллегории, к которой – было право —

Ему и в пропасти безликого – лица,

Космических иллюзий подарить —

Ступенью эфемерной дружбы – власти,

За знак морали бытия – под статью —

Руин потворства боли – нег

И развлечений прошлого – по моде —

Своих не монолитных грёз – свободы.

Не изменить, и не вернуть – породу,

Что чувством озаглавив – череду

Вещественного зеркала природы,

Поднимет эфемерный свод – устоев

И памятник поставит – наяву —

Монументальной ниве – безучастной,

Гордыне праздника души и горя,

На слове обесчестив – все неволи

И дружбы обезглавив, как урок —

Манеры подлости – устроить смысл любви,

Дрожа и пачкаясь со скуки —

Немытой логикой и сволочью пути,

На близлежащей аллегории – свободы —

Футуристического мира об заклад,

Инверсии от чувства красоты —

Сказать, как многочисленному гению —

Ты лично подарил судьбу – назад

И мысли повеление – по памяти.

Осознаёшь ли ропот – грёз,

Фортуны многочисленного знания,

По роли, от которой говорят —

Модели эпистемы предсказания —

Закрыв глаза – ты лично подойдёшь,

За сном своих: страстей и доблести,

Руин поговорить – за нас, увы,

И время подозвать вокруг – утопии,

Для их ума и – вообще себя,

В пространстве – времени творения,

Забытых обстоятельств громких скал,

Под чуждый обелиск и память грёз —

Наученного гения под – слово —

Удачи преднамеренно идти

И жить – по чести виртуальных форм,

Модели – самовластной красоты иллюзии,

По ним тебе уплачено – их всё —

И обстоятельство под креслом – небосвода,

Зачем – то радует и плачет – под крылом —

Моральной юности подвластного портрета.

Есть «я» – обычно и «оно» – потом,

Роняет пафос: небо и скрижали,

На чёрное окно своей – вуали,

Где принцип аллегории – позвал —

Логическое племя со стрекалом,

Творения бесчисленного ада – диалекта

И мысли земледелия – вокруг,

Что раны озаряют – в мерный круг —

Души тягучего источника – порока,

Но человеческое имя, как итог —

Проводит исторические ливни – моды,

За жаждой мыслить по системам – одному.

В котором: мир творит и память – если —

Твоё зеркальное предчувствие – вошло,

На сон закоренелой грубой – мысли

И заново причуды в счастье – им,

Осовременят часть иллюзий – потому,

Свой быт, семью, и радости пути —

Культуры – на обыденное горя,

Желаний перед явленным – под рок —

Ты дух осовременишь, как свободы —

Уплаты разноречий и имён – по совести.

История культуры – под вопросом,

Как жизнь феномена – логически идёт

И нежить бередит за пламя – свода —

Энергетического сбоя бытия – туда,

Реальностью вопроса смысла – ей,

По философии творения остатка —

Изысканной гордыни – от неволи.

Когда на поздних снах – огни —

В кромешной участи убогого —

Остолбенеют эволюцией – от лиц —

Моральных поколений верениц —

Культуры, на которую работают,

Контроля, за которым берегут —

Обычный день и психологии – убогих,

Системы эволюции немногих

И массовое имя для седин – благих,

На час, остолбеневшего от смысла —

Природы – до реальной тени мира

И логик по обычной – параллели —

Избыточного счастья им – в вопрос.

Как ты – в своём лице – внутри,

Которая общается с людьми – ведёт —

Их имя и лирический надел —

Искусства поколения для смерти,

Культуры эволюции им – долга,

Из жизненного бремени потока —

Стать тем, что не было – иллюзией порока,

И не искать того, что ролью выжгло звёзды —

Моральной экзистенции внутри,

Осовременив памяти: мгновение и рок,

На лирике, по времени их – вольной стати,

Куда – то двигаясь, не покидая сон любви.

И есть другое «быть» – мотива господин,

Ментальной зримости последних – лир,

Культуры обезличенных, как мир

И схожих эволюций – от убогих,

Систем и памяти морали – на лицо,

Апофеоза слова перед – взглядом,

Как сон незримых – видит подлецов,

И опускается на радость – по уму,

Когда ищу его и сладок он – к тому.

Гордится лишь иллюзией и – горем,

Что вышло обезглавлено – за шаг —

Убогих диалектов от покоя,

Лирического имени вокруг – души,

И постоянства памяти – по – своему,

В котором, как всегда – произнесёт —

Морали умысел и видимое горе,

За Солнцем постоянства – от героя,

Бесчисленной утопии на логике —

Психологически отличием – войдя.

Соотнеся вопросу слаженный – манер,

Порочность, как особый стол – поверья —

На точном всходе мира – привилегий —

Уносит долг над зримой тенью – мира,

Ей право в том соотнеся – мотивом —

Ты остаёшься на виду – от мысли,

И время подлинно зовёт – причислить —

Размытый сердца преисподний – шаг,

Подумав на тени обломков – идеала.

О чём говорит тоска декаданса..

Долго ждал по осени – оценщик,

Мерный колокол спустил —

Для того, что было тенью —

Путь к тоске освободил,

Жаль, что вечность от начала —

В чаше пропасти угрюмо – спит

И лелеет памяти усталое – прощание,

В вечность – проводя своё сознание.

Ты наверно не привык – ждать,

Спать и просыпаясь в чёрном одеяле —

Прозы от работы отвращения —

Понимать – на перепутье свой урок,

Что немедленно отыщет – на общении,

Идеалы памяти своей – тоски.

Спросит о приличии – потом,

Как же жаль твоё безмерное – зерцало,

Ты отлично понимаешь, что

Время сна у декаданса – обратило —

В век очередного смысла – смерть —

Бесконечный воли аргумент – за тем —

Образом оценщика – страшить потери,

Звон благоразумия – при чести,

Оставаясь мужеством на сердце —

Памяти на тот момент – необратимой,

Вольности у тверди – по любви ему —

Смыслового обращения зари – у слов,

Стона соболезнования здравого,

О котором декадансу – по крови —

Ты не помнишь сколько мук – осталось,

Сколько может статься – впереди.

Положить бы на весы – вращения —

Пользы слов песочного сращения,

Квази интереса под вопрос,

От чего на скуке измышляет – тень,

Без порога озадаченного – гения,

День идёт по тихому – прозрению —

Сколько воли к практике – ты смог —

Понаделать от рассвета пользы,

В глубине искусства – отражаясь.

Негде – повернуть своё зерцало —

Не смогли бы тени пережить – начало,

От того и декадансу – в правде

Могут позавидовать устои – идеала,

Слушающие – новое от боли,

Права постоянства о подоле —

Прятать роли объяснения – внутри,

Высылая жёлчь, как опыт дружбы —

Мне не ново – более как смерть —

Подытожить праву логик – быть ей,

И оценкой в декадансе – снова.

Право обладает, как природа —

Словом философии от тени —

Жить объятым прозой, как оценщик —

Меры притязания за целью —

Правого истории – в покорности цены,

Зло не в догме отыскать – по роли,

Жажде от желаемого – ставить —

Свой маяк рискованной – отрады,

Быть отравой воли и – преградой.

Как на небосклоне новых – правил —

Ставит аморальный облик – смерти,

Свой потусторонний элемент —

Жить в затворе, образуя счастье,

Статься – без особого примера —

Воли – обращаемой за толком,

Ты оценкой ускоряешь – смело —

Тени хороводы от предела,

Жизнью выживаемого тела – боли,

И намеренное смысла – обращаешь —

В диалект пространства – новой эры —

Форму декаданса от системы,

Жить по эвристической программе,

С новой позолоченной – на мании —

Солью историчности искомого,

Центром зла до боли – незнакомого,

От оценщика не убегая – строго,

В путь идут прямые ветви – дорого.

Ставят – на различии взросления —

Благо степени от яви – проявления,

Силы тождества за озарением,

Снова к декадансу новым – толком —

Ты помянешь обращение печали

В чёрной мантии упругого – наречия,

Стали ближе отрешённые – от плахи —

Предрассудки облачения по роли,

И идут опробовать – случайный —

Мир систем, не отзывая раны,

Волей декаданса, словно странной —

Мерой обращения за толком,

Что в пути тоски – освобождает —

Мерный колокол и центры облачения,

Схожим аргументом изречения —

Шлёт своё пространственное – облик.

По тоске скрывая – позы мира,

Делая прыжок на смыслах – общества,

Словно быль исторгнула – красиво —

Тени обращаемого – к звёздам лирики,

Мнения попробовать за признак —

Измышлять тоски проворный – запах,

Медленным движением по плахе —

Кровного достоинства о прошлом,

Жизни обращаемого света —

В тени сумрака прижизненной – морали —

Быть – на форме интеллектуальных снов —

Временем обожествления – за славой —

Ценности тоски, поскольку странно —

Ты обучишь здешнее – зерцало —

Ритму постоянства от управы —

Ждать и пользой создавать – тот ужас,

Он со смыслом преимущества – не значит,

Происходит – алогично будущим умам.

Завтра быль не спросит – о случайном —

Декадансе – участи за неизменный праздник —

Толка тождества молчания – пути,

В возгласах – о посторонней жизни —

Будут в декадансе были – ставить —

Новое, под отражением той участи,

Мило созерцать искусственные – роли,

Вспоминая честь потери мужества,

Возле – близости стихии толка,

Жизни колея пробудет – долго —

Историчностью осмысленного долга,

По которой ты нечаянно – прошёл.

Могущество мысли

Сказано логикой – поздно —

Верить о той боли,

Где мысли знать – можно,

Чем от одной – формы —

Ценностью слов – вышли —

На поворот страсти – души,

Множеством пут – мысли

И говоря – участью встали,

Что от того – мыслимо,

В каждой картине раны —

Очеловечив проблеск – её —

Разницей клали – странно —

Речь – непохожей истины —

В месте утробной – стали —

Волнами меры стада,

Рок ото сна – исправив —

Вечно – на той песне,

Время могущества стати,

На перевес – если мы —

Схожим творя – сняли —

Роль – объективной ценности,

Догм метафизики – клали —

Через объекты дали —

Страстные – утром издревле.

Ночью – о той мысли —

Формой обратно – вышли бы —

Слов философской ради —

Подкупа мысли времени – в числах,

И за искусством – встали —

Время обычное высказав,

Мудростью доли сказаний —

Мифа – предела личности,

Счастьем уча – поспешно —

Мыслями стали разные —

Точки естественной – грани —

За пережитым вместе – гранитом.

На парадоксах знания —

Почвы за словом – выстроив —

Дух мировоззримого – стал вдруг —

Сталью – о Бога выстрела,

Столько ли песен – слышно,

Лишь – говорящим музыкой,

На пережитках истины —

Волей обратно – в жутких —

Мысли мгновениях – прозы,

Заново степью отстали —

Через ритмичное – облако —

Внутренней ценности мира.

За человеческим взора —

Облагородив вольно – умы —

Новое время – думы последнего —

Личное вновь понимает – мечты,

Завтра за почвой – милости,

Логики мысли образа —

Сложат могущество ритма

И позабыв испуги – сердца —

Помнит о том – монолог,

Жаждой страдания – высмеяв —

Только ли свой – урок,

На перепутье строк – у лица,

Сфер интеллекты – выстроив —

Новый мотив – мира подле —

Доли осмысленных жизни – ролей,

Словом увидит от мысли – истории.

На лицо – любовной тьме

На наивном поприще – его —

Так и было – словно за любовью —

Ты сходил и черт своей – тоски —

Объяснял, что возрасту пародии —

Лично в тонкой робости – пронял —

Смертью безымянный путник – хаоса,

Что на каждый день – любовью стыл —

И в надеждах юности – опробовал —

Завершать свой – постоянный смысл,

На ряду – из нег прощальной колкости,

Где и небыль прямо с – листьев в том —

На лицо ему – бросала свой укор,

И желтели, в том – спокойные черты —

Проходящей степени свободы – мира,

Что и в мыслях – теплит им подол,

Поднимаемого указания – от смысла,

На твоём приказе – от идей —

Совершать их круг и тленный – ворох —

Безымянной череды – вещей,

На котором тьма – рисует порох,

Со своих страниц и блёклых – стен,

Им не нужен – алгоритма плен,

И струится череда – упрёков —

За проклятием и множеством – пороков —

Длится, что осенний – ренессанс —

Поколениям и давности – из нас,

По прохладам – высмеянной тьмы,

Из неё же нежити – черты —

Проясняясь – всё проходят к – зорям,

И по чёрной пропасти – уходят,

Лишь к той мании – почтения идей,

Что за совершённый круг – людей —

Понимает склон – пародий времени,

Изнутри им нежит ясность – глаз,

И в который раз – прощальным поводом —

Ты за одинокой степью – встретишь —

Свой прощальный монолог – сквозь нас,

И от нег скульптуры – поколения,

Что ведёт свой холод – будто глаз —

Измождённых черт – скупого гения —

Ты проносишь – над лицом из мук —

Терпкий вереск – долгожданных пут,

И стращаешь сожжённых огнём —

Пепел стен и монолит – у глаз,

За довольством мнения – из жизни —

Соглашаться встретить – с ними час —

В похороненных идеях мыслей – толка —

Чувства современности – у долга,

Обращаясь в чёрной форме – глаз —

Словно жизнью – обществом затмения,

Ты ведёшь свой казус – повторения —

Миром личной прозы – от былых —

Жизненных устройств внутри – потери,

Ей любовный очерк – на глазах —

Вновь стареет сном – повелевая,

Понимая образом на слове,

Что и быль благого – умиления —

На исчадие в любви – играть готова,

Между социальной болью – слова

И потерянной культурой возле – тьмы.

Полу проведённое время сих..

Не отойдёшь – на редкой стороне,

Мотивом преднамеренно, ко мне,

Не взыщешь дух благого сгоряча —

Зачем тебе химера – от плеча

И толк управы мерной боли —

За интересом волн к прибою,

Усталого проклятья госпожи —

За вечер осязания под тенью —

Твоих печалей мужества —

Не обесценив?

Ты выбираешь полу жизнь,

Идёшь потусторонней тенью,

Поэтом времени под красотой

Словесных фильмов – о покой,

Где рвёт твоё презрение —

Раб мужества, к которой —

Ты ищешь поведение и – ужасом —

Так близко смотришь – через край —

Стекла обыденного мира.

Не проведя сих лет и полностью,

Или не обессудив – теребишь устав —

Посильной мании величия – туда,

По краю от прихода – мук,

К которой ты восполнил – жизнь,

Как смысла круг и отложил забвение,

В своей играющей стезе —

Немого поколения,

За проходящим светом возраста.

Ты ежели – проходишь там —

Укроет смысл твои глаза —

Как будущее признака – взросления

И чести полу проведённой ниц,

За властью большинства – других.

Ты окрыляешь свой предел – сомнения

О дух, в котором поведение —

Свой признак пропасти – взрастив —

Обыденности будет рад,

Или заснимет дух бесчинства – колко,

Как лучшее для сих, роняя —

Уплатой почести за край,

Что будет преимуществом – к тебе.

Не обессудь, ты волновался слишком,

Психологически, с судьбой —

Искал излишки и полу меры —

Прятал головой,

О свой судебный поиск чести – зря.

Как мантии в причале – исторического —

Ты будешь помнить и меня,

Что соглядатаи – устоям притчи —

Отснимут вечное – прощай,

Забудут почести и скорби —

По радости угрюмого – от толка,

По неге – безымянной от любви.

В полу найденной комнате – прошли —

Создание и толк своих идей —

Консенсус неба и причала,

Морали ужас и начала —

Твоих обыденных вопросов мира.

Не пропадая через день

И не ослушаясь причуды —

Ты рамкой не стесняешь – круг,

По философии которого – убого,

Так медленно идут —

Годами пройденные тени,

Недремлющего счастья – поколения.

Записка о времени долга перед

Сквозь время со скоростью света —

Бежит эфемерный полдень,

Ложится памятью где – то

И радость устало вспомнит —

О жизни – текущей заново

И сердце пути нигилизма —

Оправдывать – что надобно бы,

Но логик – идеям риска —

Не могут постичь – формулы,

От снов символизма – феномена,

За честью которого – призваны —

Проплыть эволюции признаки.

Идеями – сердце ставя на —

Попутный восторг ветра – лишь —

Тебе безысходность вспомнит мир

И воздух рождает – новый мотив,

Как слово внутри – разделяет —

Формальный оттенок ужаса,

На нём перед истиной – будешь ты —

Искать символизма мечты – долго.

В нём – воздух взрывая – ложится мысль,

Бегущими – перед реальностью лиц,

Когда у фортуны спросили на —

Доказанном свете природы – подле,

И перед сердечной отравой – нас,

Уважили стать аллегорией – мнимых,

Когда ты проходишь за жизнью – перед,

То ужас лежит объективно – времени —

Логически – смысл составляя праздно,

От слов подобающей логики – мнения

И личность – пути человеческой точки —

Обратно возложит доверие – подле.

За долгом и памятью – встретит нас —

Реальности смысла чужая химера,

Дотронется мыслимой прозой – за шанс

И чувствами личного – снимет тоску —

Любви – эфемерный принцип наследия,

О своде которых – забыли мы

И ранами нас озадачила – истина,

Что словом записанных чисел – манит —

Её исторический повод – выстрадать,

Субстанции логик естественной – памяти,

На чём ты идёшь и одной культурой —

Единство вникает субстратом – подле,

Любви эволюции чтить – признаки

И сердцу писать – отношение мира,

По долгу и памяти мерного – толка,

Работы фатальности перед привычками,

Когда ты доходишь до – слова мнимого,

Логически роли устроив – высмеять,

Идут исторически новые дни,

По тем же моделям – сегодня одни.

Ты мчишься и фатум опять – слышит —

Пока ещё можешь дышать – лично,

Добравшись до самого края – истин —

Морального света любви – подле,

Логически рухнуть – не можешь им,

Как слова внутри – проявления бездны —

Усилят реальности новые – сны

И ты выживаешь на слове – если бы,

Упавшего в бездну – всем телом своим —

На мир преисподней – фатального толка,

Чтоб не было больше боли – на них,

Чтоб не было больше мира – из ложного,

Чтоб не было больше: тебя и других,

Роняешь модели – свой холст убеждений —

Пока откровению – сможешь найти —

Скупые советы – работы за временем.

Былое безликих бед остановки времени

Раны диалекта – солью воплощают

Смысл среды рождения печали,

Истины – откуда прочитали —

Ценностью фортуны – больших черт —

Утреннее солнце – блика чисел,

Всем оставив – память оправдания —

Прозы изучения морали,

Что ответят на войну – истории.

Жалостью на боли – быть и видеть —

Быль среди людей, кто маской счастья —

Завтра боли – оттопырив шансы —

Поздний свет – осовременит раной,

Кто затеял на игру – пародии,

Сцены от войны – слепого граней,

Ценности на смыслах оправданий,

Времени по части – смелых лиц,

Им не нужно двигать зазеркалье,

Спать и видеть – утолённых честью,

Вторя как проходит – бремя с нами

И иллюзий остаётся – песня,

Веком – параллельной цели имени,

Жить высокомерно и в заглавии,

Долгим диалектом правой смерти,

Волю оправдав своей – потерей.

Там нет чисел – вымысла отчаяния,

Жёлчи верить – от пустого звона,

За пародией – он интеллект, и снова —

Смыслом утоляет сколы времени,

На остатках имени без права —

Сцены утоления печали,

Бед скупое – видя в оправдание —

Сонм морали – вымысла и мести,

Как же жили – просто согласуя,

Без любви и имени пародий,

Чувства без строения вопроса,

Что за целый век опять – оставил —

Временное бед и жажды права —

Нигилизму предаваться в горе,

Жаждой утоления неволи —

Испросить, как повод – об одном —

Мыслимом исходе от ошибки,

Без лица, без имени и счастья —

Как остынет опостылый праздник,

Долга убеждения за прошлым.

Ждать и возвращаться от ненастья,

Частых философских норм и правил,

Бед от истин и своих деталей —

Слов понятных интересам – мании,

Нас затронув – если позабудем —

Дух надела интеллекта – правильного —

Чёрным сводом – пропасти у бездны —

Ты вопросы – обязуешь прежде —

Жить и ставить утоление – пробы,

На своих ногах – опоры чисел,

Данного по участи и – моды,

На скупое время поколений – нас.

Ты потерян в мире – убеждений,

Стынет свет твоей надежды – тени,

Слава убирает откровение,

Жажды права – одолеть сомнение,

В час, когда осталась – лишь надежда,

Сердце горечи – испытанное ролью —

Совестью брюзжит и потакает —

Снам моральной аллегории – покоя,

Нет тебя, но смысл пути – познает —

Маски искушения и боли,

Чувства расторопности в неволе,

Сладости и робких черт – души,

Одолев внутри – которых ищешь —

Свой надел для субъективной – пищи —

Мести оправдания за болью,

Времени венца своей – стези.

В череп, поредевший от свободы —

Ты наденешь свод нуарной пыли,

Надо ли остаться, чтоб забыли —

Имя тождества и новой притчи,

Но раскрыв в душе своей – пороки,

Время утоляет провод ночи,

Солнца между гор искомой – масти,

Что ложится качеством судьбы,

За одну и ту же грань – свободы,

Формы иллюзорности от моды,

На вопрос, что ожидают лично —

Свод души на смыслах – исторично.

Череп здесь играет – непогоду,

Следует туда, где пафос формы —

Времени оставит шанс – случайный,

Провести на новом осознании,

На войне – не пропастью упали —

Личным сводом поведений – правил,

Что от душ сопровождает – истинам —

Звук тоски и лечит право вымысла —

Ждать на оправдании – сегодня,

Частых лиц уверенного Солнца,

Права обладания за прошлым —

Лиц – особой почести и ран.

Жаль, но человек воспетый – ветром,

Сложит дух за большим неуспеха —

Как свои следы – понятий правил,

Вечного истока – формы знания,

Жить, стремясь на Солнце – преткновений,

Быль сопровождать своей тревогой,

На отставших пламенем – у толка —

Клеток многих аллегорий – жизни,

Где забыть ты время – не успеешь,

Стоимость отличия – сгорая,

Воздух проведёт к себе – играя,

По твоим следам упрочив – смысл,

На бытийном облике – устоев,

Войн истории и мании покоя —

В сладости забытых откровений —

Ждать под знанием порока – о себе —

Будущее жизни на сознании,

Пропасти по счастью – думать словно —

Небом ты истлел и память встала,

Над своим бесчисленным – потоком,

Нежити и малых откровений,

Жажды времени – по устали и нормам,

За претензией отличия по стати —

Быть для человечества – искомого —

В духе ритма состояний – жизни —

Разума, способных на харизмы —

Слов нуарной мысли – возле истин,

Форм антагонизма – за собой.

Чтобы строить время – для заботы —

Стало состоянием от моды —

Многих чувств и разницы вопроса —

Для себя и истиной цены —

Зрелость счастья – здравствует историей,

Новый нигилизм уловит – повод —

Быть за эфемерной пастью слова —

Возле обстоятельства былого,

Как весло от времени покоя —

Стрелки вопрошает и знакомо —

Смыслом поведения усвоит —

Ценность интеллекта – в радость нам,

Были счастья – времени потом,

Жажды радости – на численном истце,

Мантии космического солнца,

Что потом – усвоит небо тлена,

Пропасти, в которой мы живём,

Личности, потребной от пороков,

Бремени – что ставит смерти, словно —

Ты плывёшь у исторических – основ.

Этнос – собирает воли службы,

За своим условием отмерить —

Лишь улыбкой – отголосок памяти,

Черт линейной логики – похожей,

Где за Солнцем мира – улыбаясь —

Собственное вечности оставит —

Пропасть исключения от боли —

Воли поколений – жить как смысл,

Рядом – упорядоченной жажде,

Пропасти космического в новом,

За истоком времени, что даже —

Стихли преисподние потоки.

Солью обернув пологий – воздух,

Заново – по были ставит промысел —

Суть, как чести измышлений тлена —

Быль и небыль – возводить уверенно,

Что цветёт за тьмой пороков – видимых,

В тёмном ожидании – последних к роли,

Данной апологии по боли —

Не нуждаться – за истоком имени,

На пути войны и власти истин —

Ни в какой судьбе потока – смысла,

В дар естественному солнцу – выше силы,

Словно воплощает воли – от руин —

Самый сильный времени – источник,

Словом исторического права,

Между тёмной болью и управой —

Славы идеала – словно время —

Нас забрав – не тёмным ожиданием —

Протекает и души отрава —

Льётся по системам жизни – права,

На аду, в котором переправа —

Застигает мнимое веселье —

Жить и усомниться в праве чести —

Быть по качеству особого строения,

Мир соизмеряя поколением,

Жажды, разобщённого на воле —

Бытия – по тёмной форме личного,

Состояний философской пробы —

Слов коммуникации в судьбе.

Но не выбрав путь – отличий песен,

На войне пародии с любовью —

Жизненное время интересов —

Ставит преизбыток логик – вместе,

За собой они зовут – пространно,

Жалко и отчасти безразлично,

Ты научишь видеть постоянство —

Сред идеологии – по истинам.

И безликих доблести – мерил —

Устанавливать – опорной целью,

Большего покоя за отличием,

Долгой философской пробы – от любви,

Ждать за каменной стеной и лично —

Ужас принимать – собрав детали,

Вымысла войны и мести притчи,

По любви и счастью, как и рай —

Будет мирным сном – отлитых чисел,

За звездой искать пороки – правил,

Большего участия по истине,

На твоём лице – окаменелой грани,

Жизни в маске социальной песни,

Жалости покоя – за любовью,

Светом претворяя, как единый —

Дух – осовременил ритмы линий —

Логики ярма и стати правды,

Формы аллегорий центра – власти,

Что за историчность – плачет быстро

И подарит смыслы за рукой —

Где хранишь свои портреты – мнимых —

Суверенных и понятных истин,

Слов естественного права – обезличив

И восторги памяти – отличия,

Быть бы за бедой – порокам жизни —

Славой неуместных форм – реальности,

Жаждой отравления за гранью —

Линий релевантности и смысла,

По любви – за славными мечтами,

Времени на видах – формы личных —

Ты создал свой современный – цикл —

Слова усвоения – пародий их,

За плечом, как гордостью и памятью,

Чувство современности утопии,

Снова проникает в мир – устало —

Ложных бед и аллегорий славы.

Надеждами тёмной были – станет

Наденет пальто и оставит —

Свою несравненную долю – восторга —

Единый полёт – эфемерного срока,

На долге, забытого случаем «мы»,

Ты вдаль утекаешь – порогом,

Своей незабвенной растерянной – лени,

Не зная о праве – убогого,

Дожить – иллюзорному долгу – пути,

Чтоб выжить, на эхо немого,

И спать в безызвестности – ниже,

Чем сон – современного века,

Униженной ролью причины – блага.

У тёмной былины – оставит —

Свою несравненную точку – опоры,

Та невидаль моды – отныне,

Её искушённое бремя – натуры,

Волнительной маской – укроет —

Аналог своей бесприданной – жизни,

Убогого в чувстве – отсюда,

Им жить непременно – свою душу —

Укроет, над далью безликой,

Цены и утерянной роли – отдушины,

Что был ты – на роке Вселенной,

А памятью мифа – устал от него.

Проходит, что солью – утраты —

Твоё благодатное – нивой умения —

Родство, от надежды – упрятать,

Культуру мечты – освоения мира,

Не давностью тёмного – века,

Не смыслами гордой души – кроя —

Спокойствие формы – приметы,

Вопроса, на том же – раздолье,

Упасть – на причину отсталой,

Гордыни умеренной воли – отличия,

Что сердце убогого – ждёт лично,

В искусстве понятной – морали.

Ты выжжен и миром – уплачен,

Судьбой рокового предчувствия – роли,

Не нужен, но всё же – оставил,

Свою нерадивую спесь – поневоле,

Надеждами томной причины —

Скучаешь и мира судьбу – подытожил,

Что рок – от случайной причины,

Сам факт от судьбы – уничтожил.

Любовь во времени истории – из ада

Натужный сон – известен потому,

Ты время собственной – могилы —

Давно утратил – может на беду,

Но сон её причуды – не растратил,

Привычкой – ходит ад,

Он на твоём – бреду —

Спокойный, словно сад,

На времени – без точек,

Как ряд причины – сам —

Ты обещать готов – уже,

Несметный ворох – личного в цене,

Но падаешь – на низменное время.

Не сладок яд, который на войне,

Нет блика облака – знакомого,

Отныне – нет рабства и утех,

Но падаешь – ты следом,

За этим раем и несметным тленом,

Работы зла – благих,

Их сумрачный приют – утратил —

Твою мечту и адовый восторг,

Ты слеп и в том – потратил —

На смыслах ложных – жизнь,

Куда идя – батрачил,

Что наледь муки – пряча,

Ей в чести – нет вины,

И сладок яд – войны,

Но за тобой – в придачу —

Тот сон немых, кто плачут,

И собственное жало – принесут,

Чтоб выучить – свой страх,

И месть унылой сердцем – их,

Поруки слов благих – причуд,

Что страхом – обретает мир,

Убожества – на тонкой льдине,

Проклятья бытия – в аду,

Ты тонешь им – под прах.

Ложатся – муки страха,

Что наяву тащили – плот,

Суждений блага смерти – мира,

Исчадия культуры – призрака,

Что меч – он слабостью держал,

Но выучил урок – твой плут,

И смертью боли – крут,

На том свинцовом – берегу —

Он всё стоит и тащит – муку,

И под тобой – всё время – свит —

Гранит, под плахами – культуры,

Им мир сегодня – отстоит,

Редеющее мнение – внутри,

Где ты стоишь и нет – одних,

Искусств, на современной плахе,

А только снег и скоп могил —

Скребещут вольностью – рубахи,

Ей ты отдал – зарок единый,

Упал на землю – той седины,

И утопический оскал – твой ад.

Нуарное окно безликого упадка гения: любви и звёзд

Смотря в лицо упадка – оглянись,

Одно лишь право – высмеяло тьму,

Им день твоей надежды – по уму —

Вопросом стал и день вчерашний,

Упадок закрывает – смерти шаг,

Дрожит и потускневшая – молва,

Как безымянное лекало – оправдав —

Любовь – запущенную нами,

Не хочет дух – нуарного пера —

В безликий день – смотрящей белизны —

Упасть, что социальный страх,

На подданной причине – идеала.

Нет места – на коротких берегах,

Их счастьем – управляешь как конвой,

Забытой чести – иллюзорной тьмы,

Но ты всегда – на праве обратил,

Свой ум, как памяти Король,

Итог и пережиток, словно фарс,

И чуждый день – ему вуаль,

Всклокоченного мира – тени благ,

Упадок гения – здесь мнений приговор,

Стоит, чтоб снять – иллюзии черту,

По разновидности – ему сказать —

Твою утерянную бытностью – мечту,

Не страх оцепенеет, а мораль,

Когда на звёздах – поворотные огни —

Построят времени – могилы нам,

И будущее смысла – их вины —

Не оправдать и не успеть – тогда,

На шансах мира – видимой длины,

Упадка слова – малого ума,

На что готов уже – сказать и ты,

Свою причисленную мира – пядь,

Другого гения – не думая понять,

Повторы времени – дороги бытия,

Существования искомой – глубины.

Не видно гнёта – иллюзорной мглы,

На социальной роли – декаданс,

Та невидаль всё – делает шаги,

Хохочущего вымысла – «враги»,

Ты памятью заносчиво – мораль,

Окутал тьмой, что общество руин,

Спадаешь – на обличьях близ него,

И тлеет памятью – земля других.

Ты чёрным отблеском – ей рай,

А завтра монолитом, как одни —

Враги и многочисленные – «мы»,

Оставили ту памяти – мораль,

Прошли упадком гения – везде,

Где слово останавливает – твердь,

И собственное мысли – в стать судьбе —

Спросили, как условие смотреть,

На долгий переход – морали в нас,

Откуда были – истребленьем «мы»,

Давно забытые враги и – мира страсть,

А нынче памятью – утоплены в могилы,

Те гении и звёзды гиблых – ран,

Попутной милости и необъятной лжи,

По чёрной форме – монолита пал —

Их смерти приговор, опять дрожит.

Услышан воплем – жалкому нутру —

Обратный ветер перемены – там,

Он как нуар – по чёрному окну —

Спадает и вольёт – притоки ран,

На поле декаданса, что прошли —

Застигшие и памятные – ливни,

Уставшего приличия – забыть —

Упадок воли проявления – души,

Остаток мысли – перед идеалом,

Где было чувство – остановлен рай,

И чёрный холод – будоражит край —

Несбыточного мира – перед нами.

Слова одиночества – немого

Стал на подножке – твоей мысли —

Каждый ранимый – приют жизни,

Вспомнил о новом – внутри права,

Но одинокому – больший памятник —

Ставит риторикой зла – вместе,

Став нигилизмом и рудой пользы,

В том социальное – ты помнишь,

Догму за ним – испугав выстоишь.

Словно упал на мечты – волей,

Где не твои обещания – жизни,

Станут такими же – опыту мысли,

Жаждой у знака – руин памяти,

Боль непреложного правила – слова,

Вновь, за немое – расправила долгий —

Центр аллегорий и факты – высмотрев,

Тот обезжизненный – повод радости.

Стать ли ему – не приказом заново,

За социальной завесой – умысла,

Мысли, что гнёт – расправляет завтра

И диалект интуиции – заново,

Встать ей немому – туда вымыслу,

Каждой поруки, его пройденной —

Лжи обстоятельства – ноты слаженной,

Где не успел он – понять умысла.

Ты одинокому встанешь – замертво,

Красной чертой и любви – правилом,

Нет остановки внутри – радости,

Быть упокоенным нам – завтра ли,

Спать и остаться – ему бытием,

Жалкому свету – одних праздников,

Самой – любви дорогой умыслу —

Долей, в которой одни – стаи лиц.

Прошлое выстояв – возле ума,

Должный оттенок – могилы видит,

И одинокому тлену – пера,

Сон из своей аллегории – права —

Видимо, ночью других – благ,

Завтра запомнит и – станет за него,

Опытом мифа – другой сказки,

Где и нас нет и – любви призрака.

Лишь понимает – мотив ценности,

Частый поток – из твоей власти,

По социальному свету – мудрости,

Ты дорожаешь – одной памятью,

Став одинокому мифу – засветло —

Новой опорой руин – малого,

Что навсегда – утолит радости,

Белого света – другого мира.

Идти к цели – современных бед

Разум одним – обнимает любя —

Возраст – прошедшей утопии мира,

Стонет, что льёт – априори там —

Мир – безначального блага мотива,

Как повзрослел – понимаемый толк,

Ставший твоим – изумлением чуда,

Нового дня – у природы злого,

Присказки воли – найти тень свою.

За обещанием – тлеет мотивом —

Каждое право – других образов,

Спросит твою – аллегорию тоже,

Став ей пародией – ужаса смелых,

Где не найти и любви – образа,

Чудо спеклось – как твоя рана,

Чувства принятия – слов блага,

Жизнью, запрошенной мины прежнего.

На современной – картине быть,

Былью ли в обществе – им уложенном,

Став солидарной – тенью руин,

Пробовать беды – одну за другой,

Часу мотива – испрашивать правом,

И неприметному долгу – жизни,

Слово утопии – мило указывать,

Не для себя, но одной мимикой.

Беды не ждать – не унять робы их,

Злом отведённые – мимо руин,

За эвристической формой – одним —

Ты открываешь – большее чудо,

Став для беды – иллюзорному там,

Чувством, что прибыло – новой утопией,

За обстоятельством – правила нрава,

Путь бесконечности – звон закрывает.

Завтра, что статностью – руки его,

На отличении – мира без права,

Но к иллюзорному чуду – оно,

Стало анархией – пут идеала,

Зов устремляет и пищу – к уму,

Им небывалое – станет явным,

Жалкой пародией – стиля к тому —

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.