Тайна повести Тургенева «Ася»
Геннадий Воловой

© Геннадий Воловой, 2023

ISBN 978-5-0060-4555-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Геннадий Воловой
ТАЙНА ПОВЕСТИ ТУРГЕНЕВА «АСЯ»

Одной из жемчужин литературного наследия великого русского писателя Тургенева стала небольшая повесть «Ася». Оточенная по форме, глубокая по содержанию, она отразила всю глубину души писателя, его грустные размышления о человеческих судьбах, о той поре жизни человека, когда он молод, полон надежд и веры в любовь…

В повести рассказывается о любви двух молодых людей. Русские Ромео и Джульетта. Но если в трагедии Шекспира причины разлучившие молодых людей ясны, то в повести Тургенева все загадочно и запутано.

Это первое исследование, которое проливает свет на таинственные места повести, раскрывает истинный замысел писателя, который со дня публикации повести остался нераскрытым. Более того, художественные идеи Тургенева были опорочены в глазах общественности тенденциозным исследованием Чернышевского. Именно его статья «Русский человек на rendez-vous» определила взгляд общества на это произведение. Поэтому для восстановления истины мы полностью приводим текст Тургенева, в котором выделяем и комментируем наиболее значимые места. Читателю рекомендуется самому пытаться понять, что значат наши выделения, а потом уже читать объяснения. В этом случае он будет воспринимать, и анализировать произведение, как и задумывал сам писатель.

Обращаем ваше внимание, что вы должны думать, а не просто читать. Это произведение было написано на думающего и чувствующего читателя. Это, разумеется, непривычный способ чтения, когда самому надо отгадывать и понимать значение тех или иных слов, но если вы будете это делать, а не просто прочитывать последующие комментарии, вы получите возможность проверить свое знание человеческих отношений и ваших интеллектуальных возможностей.

«Мне было тогда лет двадцать пять, – начал Н. Н., – дела давно минувших дней, как видите. Я только что вырвался на волю и уехал за границу… я жил без оглядки, делал что хотел, процветал, одним словом. Мне тогда и в голову не приходило, что человек не растение и процветать ему долго нельзя. Молодость ест пряники золоченые, да и думает, что это-то и есть хлеб насущный; а придет время – и хлебца напросишься. Но толковать об этом не для чего».

Рассказ господина Н.Н., это воспоминания о днях давно ушедших. Анонимность дает возможность предположить, что в этом герое будет много личностного от самого Тургенева. Отсутствие имени и фамилии, возможно, заставило Тургенева донести до читателя мысль, что герой очень близок к нему, что и сам писатель, возможно, является прообразом своего героя. Действительно их объединяет многое, оба имеют средства, оба путешествуют за границей. Но уже в начале рассказа звучит грустная нота, некий скорбный аккорд, который говорит, что человек чем-то неудовлетворен, что он не реализовал свои мечты, хотя, казалось, имел все. Теперь же положение героя не столь блестяще, и время «золоченых пряников» давно прошло.

«Я путешествовал без всякой цели, без плана; останавливался везде, где мне нравилось, и отправлялся тотчас далее, как только чувствовал желание видеть новые лица – именно лица. Меня занимали исключительно одни люди; я ненавидел любопытные памятники, замечательные собрания, один вид лон-лакея возбуждал во мне ощущение тоски и злобы; я чуть с ума не сошел в дрезденском „Грюне Гевёлбе“. Природа действовала на меня чрезвычайно, но я не любил так называемых ее красот, необыкновенных гор, утесов, водопадов; я не любил, чтобы она навязывалась мне, чтобы она мне мешала. Зато лица, живые, человеческие лица – речи людей, их движения, смех – вот без чего я обойтись не мог.».

Приведем две точки зрения на господина Н. Н. – традиционную и новую:

1. В данном эпизоде отразился смысл жизни никчемного человека, путешествующего без «цели» и «плана», следовательно, живущего без общественно значимых целей в жизни, без активного участия в общественном процессе. Почему он едет за границу развлекаться? Разве в России ему нет дела? «Лучше не развиваться человеку, нежели развиваться без влияния мыслей об общественных делах» (1). – пишет Чернышевский. Вывод – писатель намечает черты характера героя, за которые читатель должен его осудить.

2. Писатель раскрывает лучшие черты своего героя. Он жаждет новых знакомств, новых впечатления. Он открыт миру и хочет узнать людей, их радости и печали… Его интересуют люди, (это особенно подчеркивается), а не богатства. Тургенев подчеркивает, какое равнодушие испытывает герой в королевском замке драгоценных камней. И в этом традиционная черта русских писателей – положительный герой должен стоять выше меркантильных интересов. Вывод – писателю симпатичен собственный персонаж.

«Итак, лет двадцать тому назад я проживал в немецком небольшом городке 3., на левом берегу Рейна. И искал уединения: я только что был поражена сердце одной молодой вдовой, с которой познакомился на водах. Она была очень хороша собой и умна, кокетничала со всеми – и со мною грешным, – сперва даже поощряла меня, а потом жестоко меня уязвила, пожертвовав мною одному краснощекому баварскому лейтенанту. Признаться сказать, рана моего сердца не очень была глубока; но я почел долгом предаться на некоторое время печали и одиночеству – чем молодость не тешится! – и поселился в 3.»

По-видимому, у молодого человека очень ранимое сердце, и он очень восприимчив к любовным историям. Это, скорее всего молодой человек, склонный к романтическим чувствам. Скорее он близок к Ленскому, который, кстати, и был в Германии, где обучался философии и приобрел свой романтический ореол поэта.

«Городок этот мне понравился своим местоположением у подошвы двух высоких холмов, своими дряхлыми стенами и башнями, вековыми липами, крутым мостом над светлой речкой, впадавшей в Рейн, – а главное, своим хорошим вином.».

Н. Н. рисует прекрасную картину живописного немецкого городка, и тут же, как бы оправдываясь, добавляет, что главное, чем понравился – это вином. Он как бы снижает свое поэтическое миросозерцание столь прозаическим, но естественно-необходимым для мужчины качеством. Конечно, мы не соглашаемся, что главное это вино, любителем которого был молодой человек. Надо думать больше чем вино ему понравились хорошие немки, которые приветствовали его. И сама атмосфера спокойствия и умиротворения, где даже собака имеет добродушный вид.

«Городок 3. лежит в двух верстах от Рейна. Я часто ходил смотреть на величавую реку и, не без некоторого напряжения мечтая о коварной вдове, просиживал долгие часы на каменной скамье под одиноким огромным ясенем… Вдруг донеслись до меня звуки музыки: я прислушался. В городе Л. играли вальс; контрабас гудел отрывисто, скрипка неясно заливалась, флейта свистала бойко. „А посмотрю-ка я на этот коммерш, – подумал я, – кстати же я в Л. не бывал“. Я отыскал перевозчика и отправился на другую сторону».

После того как были даны несколько поэтических зарисовок. Тургенев незаметно начинает переходить непосредственно к действию. Его герой хочет посмотреть на веселье немцев. Желание узнать, что такое «коммерш» дает толчок последующим событиям. Если бы он остался на этом берегу, его судьба сложилась наверно не так трагично, как она сложилась.

«Может быть, не всякий знает, что такое коммерш. Это особенного рода торжественный пир, на который сходятся студенты одной земли или братства… Я тоже вмешался в толпу зрителей. Мне было весело смотреть на лица студентов; их объятия, восклицания, невинное кокетничанье молодости, горящие взгляды, смех без причины – лучший смех на свете – все это радостное кипение жизни юной, свежей, этот порыв вперед – куда бы то ни было, лишь бы вперед, – это добродушное раздолье меня трогало и поджигало. „Уж не пойти ли к ним?“ – спрашивал я себя…»

Смех без причины – это для героя состояние счастья. Вот почему Н. Н. считает, что смех – это лучшее на земле. Тургенев вступает в спор с довольно распространенной у русских пословицей: «Смех без причины – признак дурачины». Он уходит от народного понимания проявления подобного смеха, как признака душевного расстройства, а привносит положительное значение – «душевного раздолья» и «кипения жизни юной».

Молодой человек захвачен весельем студентов. Ему весело смотреть на смеющиеся лица. Ему хочется войти в этот веселый шумный круг молодых людей. В этом угадывается решимость самостоятельно совершать поступки, после некоторого момента сомнений и размышления. А сомнений были – он ведь иностранец, и совсем непросто вмешаться в чужое общество, но он был готов. По этому легкому очертанию характера Н. Н. можно заключить, что Тургенев отнюдь не вкладывал в своего героя черты пассивного созерцателя. Чтобы вмешаться в толпу веселившихся студентов надо обладать далеко не робким характером. Это важное наблюдение, потому что главное обвинение Чернышевского и его последователей – это неспособность Н. Н. совершать поступки. Однако читатель так и не узнает, к какому решению придет герой, потому что его размышления прерываются разговором на русском языке. Это начало действия повести, экспозиция закончилась, началось развитие действия.

ИНТРИГУЮЩЕЕ НАЧАЛО

« – Ася, довольно тебе? – вдруг произнес за мною мужской голос по-русски.

– Подождем еще, – отвечал другой, женский голос на том же языке.

Я быстро обернулся… Взор мой упал на красивого молодого человека в фуражке и широкой куртке; он держал под руку девушку невысокого роста, в соломенной шляпе, закрывавшей всю верхнюю часть ее лица.

– Вы русские? – сорвалось у меня невольно с языка.

Молодой человек улыбнулся и промолвил:

– Да, русские.

– Я никак не ожидал… в таком захолустье, – начал было я.

– И мы не ожидали, – перебил он меня, – что ж? тем лучше. Позвольте рекомендоваться: меня зовут Гагиным, а вот это моя… – он запнулся на мгновенье, – моя сестра. А ваше имя позвольте узнать?»

Текст насыщены подтекстом. Молодой человек явно с неудовольствием смотрит на пирушку студентов. Его терпение уже исчерпано. Он рад бы уйти, однако его спутница, как и Н. Н. с интересом следит за весельем. Это говорит о родственности их душевного мира.

На первый взгляд молодой человек доволен встречей с соотечественником. Гагин улыбается своему новому знакомому. Но в действительности он вовсе не рад. Он перебивает Н. Н., а это довольно вызывающее поведение, что не соответствует аристократическому воспитанию, которое получил Гагин. Это создает подтекстное содержание поведения героя. Для того чтобы придать особую значимость поведения Гагина, Тургенев употребляет слово «перебил», усиливая его предыдущую речь частицей «что ж?».

Гагин представляется по фамилии… Довольно редкий случай в русской литературе, когда автор лишает своего героя имени, ведь мы так и не узнаем, как же зовут Гагина. Да и сказано это с нарушением норм языка. Чтобы такой тонкий знаток языка Тургенев допустил такую оплошность? Если уж представлять героя, то полным именем, отчеством и фамилией. Можно ли это рассматривать как некое отрицательное отношение автора к своему герою? Возможно, во всяком случае, последующие события должны это выявить.

Далее Гагин представляет свою сестру. И здесь происходит удивительная вещь – он запинается. А почему? Что этим хотел сказать Тургенев и вообще хотел ли что-либо сказать? Можно выдвинуть две точки зрения:

1. Это довольно редкое, но вполне обычное поведение, бывает же люди заикаются или немного смущаются, представляя пусть даже близких родственников.

2. Показывает, что Гагин имеет какое-то скрытое сомнение – как представить девушку. Возможно, он хотел представить ее несколько иначе? А может быть она и вовсе не сестра его?

Здесь же во время первой встречи выявилось, и двойственность самого Н. Н. только он восхищался тихой прелестью немецкого городка и тут же называет его «захолустьем». Молодой человек стесняется собственного же мироощущения, он подстраивается под некий стереотип светского общества, когда такой безвестный городок германии в приличном обществе принято считать «захолустьем».

«Я назвал себя, и мы разговорились. Я узнал, что Гагин, путешествуя, так же как я, для своего удовольствия, неделю тому назад заехал в городок Л., да и застрял в нем. Правду сказать, я неохотно знакомился с русскими за границей. Я их узнавал даже издали по их походке, покрою платья, а главное, по выражению их лица. Самодовольное и презрительное, часто повелительное, оно вдруг сменялось выражением осторожности и робости… Человек внезапно настораживался весь, глаз беспокойно бегал… „Батюшки мои! Не соврал ли я, не смеются ли надо мною“, – казалось, говорил этот уторопленный взгляд… Проходило мгновенье – и снова восстановлялось величие физиономии, изредка чередуясь с тупым недоумением. Да, я избегал русских, но Гагин мне понравился тотчас. Есть на свете такие счастливые лица: глядеть на них всякому любо, точно они греют вас или гладят. У Гагина было именно такое лицо, милое, ласковое, с большими мягкими глазами и мягкими курчавыми волосами. Говорил он так, что, даже не видя его лица, вы по одному звуку его голоса чувствовали, что он улыбается».

На Н. Н. Гагин производит благоприятное впечатление. Он подчеркивает это тем, что говорит о том, как не любит знакомиться с соотечественниками. Следовательно, наше предположение о Гагине, как о человеке скрытном, неучтивом, безразличного к чужому веселью – неверна, как и вторая версия о его запинке. Однако не будем забывать, что это пока положительная оценка героя. Герой может не во всем разобраться, а вот читатель должен сам все правильно понять и оценить.

Надо заметить, что Н. Н. не особенно жалует соотечественников. Он видит все их худшие черты, лицемерие и властность, чванливость и глупость. А кто путешествовал по заграницам? В основном чиновные сановники и их семьи. В этом уже можно видеть критику самой системы, которая выработала такой русский характер. «Они делают дурно, но они каждым из нас признаются за дурных людей; не от них ждем мы улучшения нашей жизни, – пишет Чернышевский, – Есть, думаем мы, в обществе силы, которые положат преграду их вредному влиянию, которые изменят своим благородством характер нашей жизни. Эта иллюзия самым горьким образом отвергается в повести, которая пробуждает своею первой половиной самые светлые ожидания». (2).

Господин Чернышевский надеялся, что Н. Н. будет готов вступить в схватку с этими людьми, что он способен изменить жизнь к лучшему, но он не оправдал его надежд, отчаявшись, узник Петропавловской крепости написал свой знаменитый роман «Что делать», который так «перепахал» одного видного революционера, что тот для улучшения нравов общества развязал кровавый террор в России.

«Девушка, которую он назвал своей сестрою, с первого взгляда показалась мне очень миловидной. Было что-то свое, особенное, в складе ее смугловатого круглого лица, с небольшим тонким носом, почти детскими щечками и черными светлыми глазами. Она была грациозно сложена, но как будто не вполне еще развита. Она нисколько не походила на своего брата.

– Хотите вы зайти к нам? – сказал мне Гагин, – кажется, довольно мы насмотрелись на немцев. Наши бы, правда, стекла разбили и поломали стулья, но эти уж больно скромны. Как ты думаешь, Ася, пойти нам домой?.. Девушка утвердительно качнула головой»

Описание внешности Аси передано точно и тепло, уже в самом описание проскальзывает влюбленность Н. Н. Заканчивая описание внешности Аси, он неожиданно делает вывод – брат и сестра не похожи друг на друга! Это уже прямая посылка писателя к размышлению. В предыдущем эпизоде читатель уже почувствовал недоговоренность и напряженность. Гагин, кажется, не особенно рад знакомству, и возможно девушка, которую он представляет своей сестрой, таковой не является. Тогда какие отношения их связывают, и что заставляет их представляться братом и сестрой? И как же быть с тем приятным впечатлением, которое произвел Гагин? Хороший человек и вдруг будет вести какую-то тайную игру?

И здесь, словно отвечая на наш вопрос, Тургенев дает довольно резко отрицательную характеристику словами самого же Гагина. Нет, он действительно не желает смотреть на немцев, которых в глубине души презирает: «эти уж больно скромны», и, более того, он презрительно отзывается и о своих русских, которых считает пьяницами и отъявленными драчунами. Быть может, когда он говорил: «что-ж? тем лучше» он рассчитывал встретить в своем соотечественники драчливого пьянчужку и тем самым подтвердить собственную исключительность в глазах Аси?

« – Мы живем за городом, – продолжал Гагин, – в винограднике, в одиноком домишке, высоко. У нас славно, посмотрите. Хозяйка обещала приготовить нам кислого молока. Теперь же скоро стемнеет, и вам лучше будет переезжать Рейн при луне…

– Вот и наше жилище! – воскликнул Гагин, как только мы стали приближаться к домику, – а вот и хозяйка несет молоко. Guten Abend, Madam!.. Мы сейчас примемся за еду; но прежде, – прибавил он, – оглянитесь… каков вид?

Вид был» точно чудесный. Рейн лежал перед нами весь серебряный, между зелеными берегами; в одном месте он горел багряным золотом заката…

– Отличную вы выбрали квартиру, – промолвил я.

– Это Ася ее нашла, – отвечал Гагин, – ну-ка, Ася, – продолжал он, – распоряжайся. Вели все сюда подать».

Великолепный вид Рейна, очаровывает молодого человека. Читатель уже готов оценить поэтическую душу Гагина, как писатель охлаждает его намерения, оказывается это вовсе не его заслуга – найти такую квартиру, а Аси. Это ее мятежная душа жаждет высоты, простора. Разумеется, и Гагин восхищается живописной картинкой, наслаждается отдаленными звуками вальса, но писатель не хочет переходить какую-то грань, которая наделила бы его подлинно поэтической душой, подобно Асе и Н. Н.

«Ася (собственное имя ее было Анна, но Гагин называл ее Асей, и уж вы позвольте мне ее так называть) – Ася отправилась в дом и скоро вернулась вместе с хозяйкой. Они вдвоем несли большой поднос с горшком молока, тарелками, ложками, сахаром, ягодами, хлебом. Мы уселись и принялись за ужин. Ася сняла шляпу; ее черные волосы, остриженные и причесанные, как у мальчика, падали крупными завитками на шею и уши. Сначала она дичилась меня; но Гагин сказал ей:

– Ася, полно ежиться! он не кусается. Она улыбнулась и немного спустя уже сама заговаривала со мной. Я не видал существа более подвижного… Ее большие глаза глядели прямо, светло, смело, но иногда веки ее слегка щурились, и тогда взор ее внезапно становился глубок и нежен».

Все просто на столе. Непритязательно, но как это вкусно подано. Так и Ася, не обремененная аристократическими манерами ведет себя непосредственно и прелестно. В ней нет игры. Она живет своей внутренней жизнью, по-видимому, полной чувств, мысли, любви, потому ее глаза наполнены то веселостью, то становятся глубокими и нежными.

«Мы проболтали часа два.. Ася вдруг опустила голову, так что кудри ей на глаза упали, замолкла и вздохнула, а потом сказала нам, что хочет спать, и ушла в дом; я, однако, видел, как она, не зажигая свечи, долго стояла за нераскрытым окном».

С чем связан неожиданный уход Аси? Возможно, она выпила вина, и ее действительно стало клонить ко сну? Но Н. Н. сразу же замечает, что она долго стоит, не зажигая свечи за нераскрытым окном и, по-видимому, наблюдает за братом и молодым человеком. Что же может означать ее глубокий вздох и исчезновение? Каприз? Кто знает… Может это предчувствие Аси каких-то тревожных событий?..

« – Пора! – воскликнул я, – а то, пожалуй, перевозчика не сыщешь.

– Пора, – повторил Гагин.

Мы пошли вниз по тропинке. Камни вдруг посыпались за нами: это Ася нас догоняла.

– Ты разве не спишь? – спросил ее брат, но она, не ответив ему ни слова, пробежала мимо».

И вот снова неожиданное поведение. Ася пробегает мимо. Она ведет себя как дикая козочка. Слова брата отпугивают, и она пробегает мимо, по-видимому, в смущении. Но почему она вдруг решила догнать молодых людей? Давайте посмотрим глазами Аси. Н. Н. познакомился с девушкой, провел с ней вечер, но она вдруг неожиданно исчезает, он может решить, что он не понравился, а значит, может больше и не прийти. Ася своим поведением хочет дать понять, что это не так, что ее неожиданный уход из-за стола не связан с ее капризами или неприятием молодого человека.

«Гагин обещал навестить меня на следующий день; я пожал его руку и протянул свою Асе; но она только посмотрела на меня и покачала головой. Лодка отчалила и понеслась по быстрой реке. Перевозчик, бодрый старик, с напряжением погружал весла в темную воду.

– Вы в лунный столб въехали, вы его разбили! – закричала мне Ася.

Я опустил глаза; вокруг лодки, чернея, колыхались волны.

– Прощайте! – раздался опять ее голос.

– До завтра, – проговорил за нею Гагин. Лодка причалила. Я вышел и оглянулся. Никого уж не было видно на противоположном берегу. Лунный столб опять тянулся золотым мостом через всю реку. Словно на прощание примчались звуки старинного ланнеровского вальса. Гагин был прав: я почувствовал, что все струны сердца моего задрожали в ответ на те заискивающие напевы. Я отправился домой через потемневшие поля, медленно вдыхая пахучий воздух, и пришел в свою комнатку весь разнеженный сладостным томлением беспредметных и бесконечных ожиданий. Я чувствовал себя счастливым… Но отчего я был счастлив? Я ничего не желал, я ни о чем не думал… Я был счастлив.

– Разве я не влюблен?»

Это сцена написана по всем правилам литературного жанра. В ней коротко выражено, можно сказать, все содержание повести. Это высшее мастерство, живописной картинкой выразить, все, что будет сказано дальше. Впрочем, не будем пока ее комментировать, по ходу мы еще вернемся к анализу этого очень важного эпизода. Природа волнует героя чрезвычайно, по своему восприятию он перекликается с героями Бунина. Способность ощущать себя слитым воедино с природой, чувствовать ее малейшие изменения, все это делает Н. Н. настоящим поэтом. Он не только хорошо чувствует, но и умеет хорошо передать свои ощущения слушателю. Жестокая красавица быстро изгоняется из сердца молодого человека. Он еще не понимает, что в его жизни начинается другая прекрасная страница, что случайная встреча дает ему шанс полюбить по настоящему, но услышит ли он чудные звуки этой любви?

«На другое утро…

– Здравствуйте, – сказал Гагин, входя, – я вас раненько потревожил, но посмотрите, какое утро. Свежесть, роса, жаворонки поют… С своими курчавыми блестящими волосами, открытой шеей и розовыми щеками он сам был свеж, как утро. Я оделся; мы вышли в садик, сели на лавочку, велели подать себе кофе и принялись беседовать. Гагин сообщил мне свои планы на будущее: владея порядочным состоянием и ни от кого не завися, он хотел посвятить себя живописи и только сожалел о том, что поздно хватился за ум и много времени потратил по-пустому; я также упомянул о моих предположениях, да, кстати, поверил ему тайну моей несчастной любви. Он выслушал меня с снисхождением, но, сколько я мог заметить, сильного сочувствия к моей страсти я в нем не возбудил. Вздохнувши вслед за мной раза два из вежливости, Гагин предложил мне пойти к нему посмотреть его этюды. Я тотчас согласился».

Выдвинем две точки зрения.

1. Гагину понравился молодой человек, и он решил продолжить их знакомство по собственному желанию. Его нетерпение видеть нового знакомого было столь велико, что он не поленился, встал рано утром, надо было еще переправиться через Рейн, и застал Н. Н. еще в постели.

2. Он выполнил желание Аси, которой не терпится узнать: желает ли Н. Н. продолжить их романтическое знакомство. Эта она разбудила брата и отправила к соотечественнику. Если это так, то можно сказать, что и Н. Н. произвел на нее сильное впечатление.

Допустим, верно первое утверждение. Тогда, надо полагать, мы услышим дружеские речи, полные взаимной симпатии и сочувствия. Однако после краткого обмена планами на будущее разговор не вяжется. Гагину безразлично прошлое Н. Н. Он снисходительно выслушал тайну несчастной любви «вздохнувши со мной раза два из вежливости». Истинным является вторая точка зрения. Это Ася просит брата привести Н. Н., формальным поводом служит предложение посмотреть этюды.

Гагин сожалеет о потраченном «по-пустому времени». Но он все-таки одумался и пытается хоть что-то сделать, в отличие от Н. Н. по мнению Чернышевского. И вот здесь проскальзывает еще одно авторское начало. Нет, молодой человек не хочет проводить праздно свою жизнь, и у него есть планы на будущее: «я тоже упомянул о моих предположениях». Тургенев не раскрывает в чем суть этих «предположений», но читатель вправе предположить, что у Н. Н. есть своя жизненная программа, поскольку писатель и герой пересекаются, то он, вероятно, хочет посвятить себя литературному творчеству. Во всяком случае, другой причины скрывать планы героя у Тургенева нет.

«Мы не застали Асю. Она, по словам хозяйки, отправилась на «развалину». Верстах в двух от города. Л. находились остатки феодального замка. Гагин раскрыл мне все свои картоны. В его этюдах было много жизни и правды, что-то свободное и широкое; но ни один из них не был окончен, и рисунок показался мне небрежен и неверен. Я откровенно высказал ему мое мнение.

– Да, да, – подхватил он со вздохом, – вы правы; все это очень плохо и незрело, что делать! Не учился я как следует, да и проклятая славянская распущенность берет свое. Пока мечтаешь о работе, так и паришь орлом: землю, кажется, сдвинул бы с места – а в исполнении тотчас слабеешь и устаешь. Я начал было ободрять его, но он махнул рукой и, собравши картоны в охапку, бросил их на диван.

– Коли хватит терпенья, из меня выйдет что-нибудь, – промолвил он сквозь зубы, – не хватит, останусь недорослем из дворян. Пойдемте-ка лучше Асю отыскивать».

Н. Н. оказывается довольно тонким ценителем живописи. Он дает почти профессиональную оценку этюдам Гагина. Талант художника ничтожен. Гагин и сам это понимает, но самооценка просто ужасна: «останусь недорослем из дворян». И разговорный оборот «сквозь зубы» несет в себе явно негативную окраску. Это уже уничижительная характеристика писателя, вложенная в уста своего героя, позволяет говорить о желании вызвать отрицательное отношение к Гагину.

Очень «оригинально» Гагин дает объяснение своей лености. Оказывается, это не он виноват, это «проклятая славянская распущенность» его подвела. А сам он малый весьма трудолюбивый. Тургенев опять, как в случае с немецкой пирушкой, показывает пренебрежение Гагина к собственному народу и его культуре.

Дома Аси не оказалось. Она ушла на развалины. Но почему? Если Ася, как мы ранее предполагали, сама попросила брата, то почему она уходит из дома? Значит, Гагину действительно интересен свежий взгляд на его живопись, и Ася вовсе его не просила привести нового знакомого. Давайте подумаем. Если Гагин действительно хочет знать мнение о своих этюдах, то почему он этого не сделал вовремя первой встречи, время было предостаточно, а он почему-то отложил это на утро следующего дня?

«На самой вершине голой скалы возвышалась четырехугольная башня.. Каменистая тропинка вела к уцелевшим воротам. Мы уже подходили к ним, как вдруг впереди нас мелькнула женская фигура, быстро перебежала по груде обломков и поместилась на уступе стены, прямо над пропастью.

– А ведь это Ася! – воскликнул Гагин, – экая сумасшедшая!

Мы вошли в ворота и очутились на небольшом Дворике, до половины заросшем дикими яблонями и крапивой. На уступе сидела, точно, Ася. Она повернулась к нам лицом и засмеялась, но не тронулась с места. Гагин погрозил ей пальцем, а я громко упрекнул ее в неосторожности.

– Полноте, – сказал мне шепотом Гагин, – не дразните ее; вы ее не знаете: она, пожалуй, еще на башню взберется. А вот вы лучше подивитесь смышлености здешних жителей.

Я оглянулся. В уголке, приютившись в крошечном деревянном балаганчике, старушка вязала чулок и косилась на нас чрез очки. Она продавала туристам пиво, пряники и зельтерскую воду».

Чтобы отвлечь девушку от опасного места, Гагин просит шепотом Н. Н. подивиться смышлености местных жителей. Это можно расценить, как отсутствие прямого влияния на поступки сестры. При этом он старается действовать хитростью. Тоже весьма интересная деталь в поведении Гагина.

Так почему же Ася убежала на развалины? Не забывая при этом предупредить хозяйку. Разумеется, она хочет показать молодому человеку свою независимость, ведь она еще не знает – понравилась ли она или нет. Она боится обжечься, и не хочет, и стесняется обнаружить свою симпатию к Н. Н. Расчет Аси оказался точным. Как можно интерпретировать поведение девушки? Она поджидала молодых людей и едва их, завидев, побежала и села в опасное место. Ясно, что она хочет произвести впечатление на Н. Н. своим бесстрашием.

«Мы уместились на лавочке и принялись пить из тяжелых оловянных кружек довольно холодное пиво. Ася продолжала сидеть неподвижно, подобрав под себя ноги и закутав голову кисейным шарфом; стройный облик ее отчетливо и красиво рисовался на ясном небе; но я с неприязненным чувством посматривал на нее. Уже накануне заметил я в ней что-то напряженное, не совсем естественное… «Она хочет удивить нас, – думал я, – к чему это? Что за детская выходка?» Словно угадавши мои мысли, она вдруг бросила на меня быстрый и пронзительный взгляд, засмеялась опять, в два прыжка соскочила со стены и, подойдя к старушке, попросила у ней стакан воды.

– Ты думаешь, я хочу пить? – промолвила она, обратившись к брату, – нет; тут есть цветы на стенах, которые непременно полить надо.

Гагин ничего не отвечал ей; а она, с стаканом в руке, пустилась карабкаться по развалинам, изредка останавливаясь, наклоняясь и с забавной важностью роняя несколько капель воды, ярко блестевших на солнце. Ее движенья были очень милы, но мне по-прежнему было досадно на нее, хотя я невольно любовался ее легкостью и ловкостью. На одном опасном месте она нарочно вскрикнула и потом захохотала… Мне стало еще досаднее.

– Да она как коза лазит, – пробормотала себе под нос старушка, оторвавшись на мгновенье от своего чулка».

Пиво в оловянных кружках «холодное»… и пьют они его долго, только потом окажется, что Гагин все-таки не напился «холодного» пива, а заодно забыл кое-что сказать… Поступок Аси вызывает недовольство Н. Н. Он начинает раздраженно задавать себе вопросы. Он считает, что это детская выходка и совсем забывает, что Ася действительно еще ребенок и не знает чем можно поразить и привлечь внимание. Девушка поняла недовольство Н. Н. Она поняла, что ее поступок вызвал противоположенную реакцию, тогда она мгновенно меняет поведение: она спускается за водой для цветов. Ася показывает, как она любит цветы и как она может о них заботиться. Но Н. Н. становится «досадно», он видит игру Аси, и в самой игре находит неестественность и ненужность. Он не может воспринять ее шалости. Поведение Аси можно оценить, как не естественное, хотя она очень свободно чувствует себя. С чем связана «напряженность»? С каким пока невыясненным положением вещей? Что-то, возможно, угнетает девушку, но что? Пока остается неизвестным.

ГАГИН НАЧИНАЕТ ПЛЕСТИ ИНТРИГИ

«Наконец, Ася опорожнила весь свой стакан и, шаловливо покачиваясь, возвратилась к нам, – Странная усмешка слегка подергивала ее брови, ноздри и губы; полудерзко, полувесело щурились темные глаза.

«Вы находите мое поведение неприличным, – казалось, говорило ее лицо, – все равно: я знаю, вы мной любуетесь»

– Искусно, Ася, искусно, – промолвил Гагин вполголоса.

Она вдруг как будто застыдилась, опустила свои длинные ресницы и скромно подсела к нам, как виноватая. Я тут в первый раз хорошенько рассмотрел ее лицо, изменчивое лицо, какое я только видел. Несколько мгновений спустя оно уже все побледнело и приняло сосредоточенное, почти печальное выражение; самые черты ее мне показались больше, строже, проще. Она вся затихла. Мы обошли развалину кругом (Ася шла за нами следом) и полюбовались видами. Между тем час обеда приближался. Расплачиваясь со старушкой, Гагин спросил еще кружку пива и, обернувшись ко мне, воскликнул с лукавой ужимкой:

– За здоровье дамы вашего, сердца!

– А разве у него, – разве у вас есть такая дама? – спросила вдруг Ася.

– Да у кого же ее нет? – возразил Гагин. Ася задумалась на мгновенье; ее лицо опять изменилось, опять появилась на нем вызывающая, почти дерзкая усмешка».

Когда Ася вернулась, брат встречает ее довольно странными словами «Искусно, Ася, искусно». Это вводит девушку в смущение, она меняет свое поведение, становится серьезной и тихой. Какой же подтекст можно извлечь из слов Гагина? «Искусно, то, что ты так себя ведешь перед Н. Н., я понимаю, ты хочешь ему понравиться, я раскусил твою хитрость». Зачем он это делает? Разве бескорыстно любящий брат стал бы исподволь упрекать сестру в том, что она своим поведением хочет заинтриговать молодого человека? И тем более не стоило демонстративно ставить ее в неудобное положение. Но может быть это всего лишь незначительный нюанс, на который не стоит обращать внимание

Данный контекст позволяет интерпретировать поведение Гагина следующим образом.

1. Гагин не напился и поэтому, расплачиваясь со старушкой, взял еще одну кружку, заодно предложил тост за здоровье дамы сердца Н. Н. Он выражает искроенное дружеское участие.

2. Гагин понял, что Ася испытывает симпатию к новому знакомому. По непонятным пока причинам он хочет остановить сближение молодых людей. Пользуясь случаем, он специально произносит тост о даме сердца, чтобы разочаровать Асю в Н. Н.

Верной является вторая точка зрения, вот аргументы подтверждающее это.

Во-первых: пива они пили достаточно долго, следовательно, у Гагина не было потребности утолять жажду.

Во-вторых: они уже выпили пиво, пока девушка лазила по развалинам. т. е. Гагин мог сказать свой тост значительно раньше, а не в тот момент, когда к ним пришла Ася, и когда они «обошли

развалину кругом».

В-третьих: Как мы помним Гагин снисходительно и безучастно отнесся к сердечной тайне Н. Н., поэтому его «участие», да еще в присутствии Аси говорит о лицемерии.

В-четвертых: писатель использует словосочетание «лукавая ужимка». Смысл данного словосочетания можно трактовать как – хитрая коварная гримаса, ужимка, исполненная веселого задора или бесовская, дьявольская ужимка. Откинув третье значение можно сказать, что тост Гагина был произнесен с веселым задором или коварной хитростью. «Лукавая ужимка» в первом значении образует несочетаемость значений слов. То, что исполнено веселого задора, игривости не может быть заключено в неестественном телодвижении или гримасе. Таким образом, остается основное значение – тост Гагина сопровождается с хитрой, коварной гримасой.

«На возвратном пути она пуще хохотала и шалила. Она сломала длинную ветку, положила ее к себе – на плечо, как ружье, повязала себе голову шарфом. Помнится, нам встретилась многочисленная семья белокурых и чопорных англичан: все они, словно по команде, с холодным изумлением проводили Асю своими стеклянными глазами, а она, как бы им назло, громко запела. Воротясь домой, она тотчас ушла к себе в комнату и появилась только к самому обеду, одетая в лучшее свое платье, тщательно причесанная, перетянутая и в перчатках. За столом она держалась очень чинно, почти чопорно, едва отведывала кушанья и пила волу из рюмки. Ей явно хотелось разыграть передо мною новую роль – роль приличной и благовоспитанной барышни. Гагин не мешал ей: заметно было, что он привык потакать ей во всем. Он только по временам добродушно взглядывал на меня и слегка пожимал плечом, как бы желая сказать: «Она ребенок; будьте снисходительны». Как только кончился обед, Ася встала, сделала нам книксен и, надевая шляпу, спросила Гагина: можно ли ей пойти к фрау Луизе?

– Давно ли ты стала спрашиваться? – отвечал он с своей неизменной, на этот раз несколько смущенной улыбкой, – разве тебе скучно с нами?

– Нет, но я вчера еще обещала фрау Луизе побывать у ней; притом же я думала, вам будет лучше вдвоем: господин Н. (она указала на меня) что-нибудь еще тебе расскажет…».

Слова Гагина о даме сердца, конечно, уязвили Асю, но она вместо того, чтобы охладеть к Н. Н., на что, возможно, рассчитывал брат, наоборот старается ему еще больше понравиться. Сначала она дурачится, а дома напускает на себя чинный вид, воображая вероятно, что так себя должна была вести загадочная и неизвестная дама. Она сгорает от любопытства узнать о ней, поэтому и покидает компанию, чтобы дать возможность Н. Н. более подробно рассказать о своей привязанности. Но последние ее слова – это и укол в сторону брата, и обращение к молодому человеку, который должен сказать правду, действительно ли его сердце навсегда принадлежит злополучной даме. И возможно послание молодому человеку, что брат не может служить искренним посредником в их отношениях, что у него своя собственная игра.

« – Фрау Луизе, – начал Гагин, стараясь избегать моего взора, – вдова бывшего здешнего бургомистра, добрая, впрочем, пустая старушка. Она очень полюбила Асю. У Аси страсть знакомиться с людьми круга низшего; я заметил: причиною этому всегда бывает гордость».

Почему Гагин после слов Аси избегает взгляда Н. Н.? Что этим хочет подчеркнуть Тургенев?

1. Гагину стало неловко за дружбу Аси с «людьми круга низшего».

2. Гагин оказался в неприятном положении. После слов Аси он может ожидать справедливый упрек от Н. Н. Вряд ли последний пожелал, чтобы его личные увлечения были предметом обсуждения в присутствии молоденькой девушки.

Согласиться с первым суждение нельзя. Фрау Луизе не может быть отнесена к людям круга «низшего», потому что она является вдовой бывшего бургомистра, а это, как известно, первое лицо города, стоявшее во главе городского самоуправления. Лукаво звучит и утверждение Гагина, что гордость есть причина знакомств с простыми людьми. Как раз наоборот, ее отсутствие, и наличие живого сочувствия и интереса. Верным является второе суждение. Оно подтверждает неискренность тоста Гагина и его какие-то тайные цели.

Положительную оценку Тургенева на свою героиню можно увидеть в том, что Фрау Луизе полюбила Асю. По-видимому, девушка завоевала доброй сердце старушки, которую Гагин называет «пустой». Это тоже, кстати, не в пользу героя. Если он признает, что она добрая, но при этом пустая, значит, для него понятие человеческая доброта играет далеко не первостепенное значение. Он, вероятно, ценит в людях совершенно другие качества.

«Она у меня порядком избалована, как видите, – прибавил он, помолчав немного, – да что прикажете делать? Взыскивать я ни с кого не умею, а с нею и подавно. Я обязан быть снисходительным с нею. Я промолчал. Гагин переменил разговор. Чем больше я узнавал его, тем сильнее я к нему привязывался. Я скоро его понял. Это была прямо русская душа, правдивая, честная, простая, но, к сожалению, немного вялая, без цепкости и внутреннего жара. Молодость не кипела в нем ключом; она светилась тихим светом. Он был очень мил и умен, но я не мог себе представить, что с ним станется, как только он возмужает. Быть художником… Без горького, постоянного труда не бывает художников… а трудиться, думал я, глядя на его мягкие черты, слушая его неспешную речь, – нет! трудиться ты не будешь, сжаться ты не сумеешь. Но не полюбить его не было возможности сердце так и влеклось к нему. Часа четыре провел! мы вдвоем, то сидя на диване, то медленно расхаживая перед домом; и в эти четыре часа сошлись окончательно».

Что за обязанность быть «снисходительным» лежит на Гагине? В дальнейшем читателю станет ясно, в чем дело, Ганин объяснит, но это объяснение далеко прояснит истинного положения вещей. Оценка, которую неожиданно дает Н. Н. является противоположенной нашему анализу. Русская душа «честная» и «правдивая» не может вести двойную игру, которая наметилась в поведении в предыдущих эпизодах. Значит, Тургенев опровергает наши размышления? Он как бы отметает все наши построения? Не будем спешить. Выдвинем две точки зрения.

1. Гагин действительно является замечательным человеком, которого не возможно было «не полюбить». Предыдущие выводы являются неправильной интерпретацией его поведения.

2. Это только оценка Н. Н., его восприятие личности Гагина в данный момент. Он очарован начинающим художником, его мягкой манерой разговаривать и вызывать симпатию к себе, и дает ошибочную оценку благородных и душевных качеств Гагина. Эта оценка не влияет на наш анализ.

Н. Н. знает что, значит быть художником, он воспринимает это призвание как горький труд и не ради собственного благополучия или удовольствия. Он знает об этом по собственному опыту, но если он молчит… если он не раскрывает то, чем он занимается, то, значит, не хочет афишировать собственное призвание. Как раз Н. Н. скорее и воспитался, как того требовал Чернышевский, но вопрос не в этом. Да, мы все больше и больше угадываем черт в характере Н. Н., которые принадлежать самому Тургеневу. Слова о труде художника, можно прямо отнести к высказыванию самого писателя. Теперь посмотрим с другой точки зрения, а если бы действительно Н. Н. принадлежал к той категории молодых людей, которые не обременены участием в «гражданских делах» и если он всего лишь рассказывает личную драму? Имеем ли мы право его осуждать?

Искусство не требует активного участия героев в делах общества. Оно исследует человека во всех его проявлениях. Ни кому в голову не придет осуждать Н. Н. совершенно несправедливо опрокинули ушат грязи, и всего лишь потому, что господину Чернышевскому взбрело в голову использовать этот образ для выражения собственной «политической» позиции, и интерпретировать сюжет повести в собственных интересах. Поэтому необходимо убрать тенденциозность подхода «великого» критика, и очистить от грязи, которой он заляпал гениальное произведение: «Нельзя не пропитаться пьяным запахом тому, кто живет в кабаке, хотя бы сам он не выпил ни одной рюмки; нельзя не проникнуться мелочностью воли тому, кто живет в обществе, не имеющем никаких стремлений, кроме мелких житейских расчетов» (3).

Н. Н. знает, что такое труд художника, он говорит так, словно сам прошел школу «горького» и «постоянного труда» Он знает, значит у Н. Н. есть и смысл, и цель жизни, значит, Чернышевский не хочет видеть этого, потому что ему важно провести свои политические взгляды и использовать героя в своих целях, использовать, так как ему будет выгодно. Н. Н. опять умалчивает, чем же конкретно занимаемся и это опять дает основание предполагать, что он занимается литературным трудом и очень близок к автору, но чтобы читатель не ассоциировал героя и автора, он об этом умалчивает.

«Солнце село, и мне уже пора было идти домой Ася все еще не возвращалась.

– Ася! – крикнул Гагин, – ты здесь? Освещенное окошко в третьем этаже стукнуло и отворилось, и мы увидали темную головку Аси. Из-за нее выглядывало беззубое и подслеповатое лицо старой немки.

– Я здесь, – проговорила Ася, кокетливо опершись локтями на оконницу, – мне здесь хорошо. На тебе, возьми, – прибавила она, бросая Гагину ветку гераниума, – вообрази, что я дама твоего сердца.

Фрау Луизе засмеялась.

– Н. уходит, – возразил Гагин, – он хочет с тобой проститься.

– Будто? – промолвила Ася, – в таком случае дай ему мою ветку, а я сейчас вернусь».

Ася проявляет терпеливое упрямство и на протяжении четырех часов не появляется перед молодыми людьми. Вопрос действительно принципиальный. Если она не нужна господину Н. Н., то она также не желает его. «Мне здесь хорошо и без вас», – хочет сказать Ася. Но вся душа ее кипит, она полна решимость бороться. Раз у молодого человека есть дама сердца, то и она должна кому-нибудь принадлежать. Но поскольку реальных молодых людей нет, то она как бы шутя, выбирает в качестве своего поклонника брата: «вообрази, что я дама твоего сердца».

Однако, услышав, что Н. Н. хочет, простится, а значит, возможно, готов забыть о своем увлечении ради нее, Ася сначала выражает сомнение, но тут же сама себе развешивает его и дает понять, что готова стать дамой сердца вовсе не Гагина, а его. Как это происходит? Ветка герани становится символом ее любви, отдавая брату, она готова быть его дамой сердца, но если молодой человек проявит к ней интерес, то она отдаст свое сердце ему: «в таком случае дай ему мою ветку».

«Она захлопнула окно и, кажется, поцеловала фрау Луизе. Гагин протянул мне молча ветку. Я молча положил ее в карман, дошел до перевоза и перебрался на другую сторону.

Помнится, я шел домой, ни о чем не размышляя, но с странной тяжестью на сердце».

Что-то Гагин вовсе без энтузиазма протянул ветку Н. Н. Мог бы и словечко теплое сказать, уж он то должен быть заинтересован в счастье своей сестры. Молодой человек является блестящей партией для его сестры, почему же он на протяжении всего их знакомства явно или подспудно выражает неудовольствие? Пора бы на этот вопрос ответить не только читателю, но и самому герою, ведь не настолько же он глуп, чтобы не видеть, что при каждом проявлении симпатии Аси к нему Гагин ведет себя довольно странно.

Чем же можно объяснить «странную тяжесть на сердце» Н. Н. Что она означает, что этим хочет выразить писатель? Вроде бы все хорошо. Он встречает юную девушку, он ею любуется, что вдруг неожиданно начинает тревожить, что он и сам еще пока не может осознать? Н. Н. словно предчувствует, что не все будет так просто, что, вероятно, есть какие-то препятствия, которые будут ему мешать.

«…как вдруг меня поразил сильный, знакомый, но в Германии редкий запах. Я остановился и увидал возле дороги небольшую грядку конопли. Ее степной запах мгновенно напомнил мне родину и возбудил в душе страстную тоску по ней. Мне захотелось дышать русским воздухом, ходить по русской земле. „Что я здесь делаю, зачем таскаюсь, я в чужой стороне, между чужими?“ – воскликнул я, и мертвенная тяжесть, которую я ощущал на сердце, разрешилась внезапно в горькое и жгучее волнение. Я пришел домой совсем в другом настроении духа, чем накануне. Я чувствовал себя почти рассерженным и долго не мог успокоиться. Непонятная мне самому досада меня разбирала».

Оказывается, Н. Н. действительно любит свою Родину, он ощущает тоску, Тургенев словно предупреждает воздержаться от скоропалительных оценок. Он словно предчувствует, что в этом и будут обвинять его героя. Нет, он еще раз подчеркивает настоящие человеческие качества, ведь Н. Н. так и не остался за границей и рассказывает русскому слушателю и вернулся наверняка домой и нашел свое, а вернее продолжил свое призвание. Это благородный человек, он вернется на Родину, он не может жить без нее, его не прельстил городок на Рейне, ни поэтическая картина, всего лишь запах полыни полностью обрушивает его безмятежно существование за границей, конечно, мы не сомневаемся что без родины, без России он прожить не сможет и рано или поздно вернется туда.

«Наконец, я сел и, вспомнив о своей коварной вдове (официальным воспоминанием об этой даме заключался каждый мой день), достал одну из ее записок. Но я даже не раскрыл ее; мысли мои тотчас приняли иное направление. Я начал думать… думать об Асе. Мне пришло в голову, что Гагин в течение разговора намекнул мне на какие-то затруднения, препятствующие его возвращению в Россию… «Полно, сестра ли она его?» – произнес я громко.

Я разделся, лег и старался заснуть; но час спустя я опять сидел в постели, облокотившись локтем на подушку, и снова думал об этой «капризной девочке с натянутым смехом…» «Она сложена, как маленькая рафаэлевская Галатея в Фарнезине, – шептал я, – да; и она ему не сестра…»

Какие же затруднение могут препятствовать его возращению в Россию, что мешает ему свободно жить у себя на Родине? Возможно, у него есть какие-то тайные отношения с Асей? И поэтому он не может беспрепятственно жить дома, быть может, он увез ее? Таковы наверно были размышления Н. Н., потому что он вдруг громко сам себе задает вопрос «Полно, сестра ли она его?» действительно такой вопрос имел полные основания. Мужчина и юная девушка путешествуют по Европе и не желают возвращаться в Россию, по причине невыясненных препятствий. Так называемые брат и сестра совершенно не похожи друг на друга, в своем поведении Гагин ведет себя как ревнивый любовник, оберегающий свою женщину от посягательств других мужчин.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.