Александр Алтунин
Некоторые элементы одухотворенности достойного человека

Благодарность

Слово настолько знакомое и привычное, что о нем вроде бы и не стоит говорить отдельно и основательно. Но это только на первый взгляд. А если присмотреться к жизни, то обнаружится, что не только подростки и молодые люди не знают истинного значения этого слова, но и достаточно взрослые и, вроде бы, зрелые люди. Сложность данной ситуации заключается в том, что, к сожалению, никто и нигде не учит нас даже самым элементарным азам психологии и нравственности с истинных духовных позиций. Раньше, лет 30-50 назад, сама обстановка являлась благоприятной для воспитания приличных и порядочных людей. Теперь же, без специального сознательного и целенаправленного многолетнего (!) усилия, невозможно воспитать даже относительно приличного человека, не говоря уже об образце нравственности. Большинство людей не понимает даже того, для чего нужна благодарность, кому она нужна в первую очередь, какой смысл в нее вложен и как она проявляется практически.

Благодарность – это не только чувство, а эмоционально-логическое явление, когда чувства возникают на основе определенных мыслей. Поэтому, если человек не считает нужным испытывать чувство благодарности за что-либо к кому-либо, то он и не будет его испытывать.

Истинная благодарность – это искреннее чувство, но не всегда можно отличить его от лицемерного уже хотя бы в силу того, что больше половины людей от рождения лишены свойства психологической проницательности и интуиции. А большинство из тех, кто обладает неплохими задатками этой способности, их не развивает. В итоге получается, что талант остается зарытым в землю. А изощренное лицемерие некоторых окружающих людей так и остается нераспознанным.

Никто и никогда еще не сказал про себя, что он – неблагодарный человек. Но умеем ли мы проявлять благодарность, да и умеем ли мы правильно ощущать это чувство – это еще большой вопрос, на который имеет право, как ни странно, но как показывают специальные наблюдения и исследования, положительно ответить очень небольшое число людей.

Добродетели не возникают в нас от самого нашего рождения, они присутствуют в нас лишь в виде задатков, которые требуется развивать, причем развивать сознательно и целенаправленно. И благодарность не является исключением в этом списке. Современная жизнь чаще всего создает ситуацию в ряде случаев вынужденного (первоначального, и лишь первоначального) пренебрежения некоторыми нравственными принципами из числа вечных и универсальных. Иногда изначально оно проявляется только подсознательно и лишь потом обретает сознательную логическую базу, весьма изощренную и замысловатую, имеющую цель оправдать любые свои (и только свои, потому что к остальным людям сохраняется максимальная строгость оценки) проступки, безнравственные мысли и чувства, желания и стремления, принципы и убеждения.

Постепенно мы все чаще и чаще отступаем от своих прежних принципов и убеждений. А при нынешнем напряженном ритме жизни, со временем, мы постепенно (а поэтому и незаметно) привыкаем жить именно так – искаженно и извращенно… И на адекватную чисто человеческую благодарность у нас не остается уже ни времени, ни сил, ни желания… Так, как мы, чаще всего, с духовной точки зрения, эмоционально (и не только…) деградируем, то, даже поискав в себе основу для благодарности, ее не находим и переключаем свое внимание уже на что-то другое, что представляется нам в этот момент более важным и нужным с точки зрения сиюминутных интересов или перспективных, но чисто прозаических и материальных, не имеющих ничего общего с духовным и нравственным.

Благодарность – это очень емкое и многогранное явление, включает в себя различные степени выраженности внешнего проявления; временные рамки проявления чувства благодарности, вызванного лишь одной ситуацией; форму и объем внутреннего ощущения и внешнего проявления, как отдельные аспекты, так и в тесной связи друг с другом; благодарность в отношениях с друзьями и знакомыми, коллегами и родными; в отношениях с людьми разного возраста; благодарность за свое благополучие и счастье близких и родных; эмоциональные и логические аспекты благодарности; за что она должна быть ощущаема; когда и как проявляема; благодарность к людям и Высшим Силам; чувство меры в проявлении благодарности, если о таковом можно и нужно говорить применительно к такому замечательному качеству; соотношение выраженности внутреннего чувства и его внешнего проявления в той или иной сфере человеческих отношений; благодарность как проявление работы ума, души и тела. И это только некоторые основные параметры, не только просто характеризующие чувство благодарности, но и играющие важную роль как для человека, ощущающего его, так и для тех, в чей адрес оно проявляется.

Можно сказать, что для многих людей будет полным откровением мысль о том, что чувство благодарности, которое они испытывают к кому-либо, для них самих важно не менее, чем для объекта их благодарности, а еще даже значительно более… И важно не только в настоящем, но и ближайшем и особенно отдаленном будущем. Чем чаще и сильнее человек проявляет чувство благодарности к людям за все хорошее, что они для него делают, тем больше у него возникает оснований для душевного комфорта и равновесия. Благодарность – это положительное чувство. А чем чаще и больше мы ощущаем положительные чувства (с духовной точки зрения, потому что многие так называемые удовольствия при их приятности имеют совершенно безнравственную природу, что исключает счастье в принципе), тем больше у нас шансов обрести истинное счастье.

Положительные эмоции укрепляют нервную систему человека, снимают некоторые стрессы, облегчают восприятие неприятностей и проблем. В общем, помогают нам жить. Не нужно держать в себе это чувство, потому что непроявленное, оно отрицательно на нас самих действует. А при своем внешнем проявлении оно каким-то удивительным образом действует на нашу личность гармонизирующе. Мы становимся лучше и чище, правильнее и совершеннее, благороднее и порядочнее. Это отнюдь не означает, что нужно абсолютно по любому поводу бросаться на шею своему благодетелю и зацеловывать его до полусмерти.

Начнем с того, что мы в большинстве случаев не считаем нужным проявлять благодарность к людям, которые младше нас самих. Вроде как не солидно перед ними особенно распинаться. На самом деле, это неправильное представление. И неправильное в силу целого ряда причин. Во-первых, не высказывая искренней благодарности к более молодым, мы учим их самих быть такими же, как мы ведем себя в данной ситуации, то есть равнодушными и черствыми, эгоистичными и душевно скупыми, чрезмерно рациональными в чувствах и мыслях. Иначе говоря, таким образом, мы развращаем других людей, заставляем их думать, что порядочность и благородство – это лишь излишние сентиментальности, а не естественная составная часть каждого человека, желающего чтобы его любили и уважали.

Во-вторых, не высказывая благодарности, мы не делаем ожидаемого от нас добра, то есть творим зло, повышая общий потенциал зла в мире еще больше. А это уже не просто маленькая глупость или мелкий каприз. Это, как минимум, серьезный проступок против всех сил добра в мире. Если не преступление, потому что мы делаем его сознательно (а не случайно) и понимаем при этом, что делаем не очень хорошо. Получается, что понимаем, что делаем плохо, но все равно делаем. А это уже похоже на то, как юрист ворует у соседа вещи, прекрасно понимая недопустимость и преступность своих действий. А за преступление Жизнь нас обязательно накажет пропорционально степени его отрицательности. А нужно ли нам это?

Не очень-то мы разгоняемся проявлять благодарность и по отношению к своим ровесникам (они мол такие же, как мы, поэтому что уж особенно напрягаться). А некоторые не считают нужным это делать и по отношению к более старшим, аргументируя это тем, что многие из них не завоевали большого уважения в их глазах и в силу этого они могут со спокойной совестью обойтись в лучшем случае предельно лаконичным и несколько небрежным "спасибо".

Любители рационализма и эгоисты, часто высказывают благодарность своему благодетелю с таким видом, что вроде как это они осчастливили благодетеля, а не он их. Они так ценят каждый свой чих и минимальное движение мизинца, что ждут лишь каких-то особенных подарков и глобальных мероприятий в свой адрес, чтобы потом хотя бы просто сказать "спасибо", не говоря уже о чем-то большем.

А что, – спросят меня некоторые читатели, – кроме спасибо разве еще что-то нужно делать в знак благодарности? В том-то и дело, что нужно. И нужно не нашему благодетелю (хотя ему это тоже приятно), а в первую очередь нам самим. Начнем с того, что благодарность – это эмоционально-логическое явление, причем, как внутри нас, так и во внешнем его проявлении. Оценка нашего чувства благодарности не только нашим благодетелем, но и всеми остальными окружающими – свидетелями наших действий, основывается на многих моментах.

Во-первых, оценивается то, с какой интонацией мы произнесли даже всего лишь одно слово "спасибо". Если в нашем голосе звучала доброжелательность и уважительность, искренняя признательность и симпатия (не зависимо от того, насколько на самом деле нам симпатичен этот человек), то это одна оценка. А если мы высокомерно-снисходительно или небрежно-иронично произнесли слова своей благодарности, то это уже другой поворот. И многие сделают для себя вывод (как и сам благодетель), что этому человеку (то есть нам) что-то хорошее делать не стоит, потому что он и "спасибо-то" по-человечески сказать не может. Поэтому какая-то самостоятельная инициатива в выполнении добрых дел для нас со стороны этих людей в будущем будет исключена, а то, что они в силу формальных обязанностей и будут делать, то будут делать предельно лаконично, так чтобы нам случайно не было слишком хорошо. Да и просто будут считать нас недостойными их благодеяний, не говоря уже о том, что расскажут многим другим о своих впечатлениях о нашей благодарности. И те тоже постараются не обременять себя добрыми делами для нас. Наш авторитет будет в значительной степени уменьшен, нашему положительному имиджу будет нанесен мощнейший ущерб, а имевшие место некоторые симпатии к нам со стороны отдельных людей начнут таять как мороженое в руке. И в этом виноваты будем мы сами, а не тот, кто распускает о нас "слухи".

В ряде случаев нужно кроме самой благодарности высказать свой некоторый комментарий по поводу важности и полезности благодеяния, которое мы получили от данного человека. Часто это бывает еще более приятно, чем сама благодарность, да и запоминается гораздо лучше и на более долгий срок. Уже не говоря о том, что высказывать свою благодарность желательно сразу же после получения благодеяния или с самой минимальной паузой после него. Потому как, благодарность, высказанная через месяц или полгода будет выглядеть как неуважительное и пренебрежительное отношение к благодетелю и поэтому вызовет у него совершенно противоположные ожидаемым чувства. Это дополнительный комментарий можно несколько позже сказать. И если благодеяние крупное, то и не один раз. Важно по форме при этом не выглядеть раболепным.

Важно при высказывании благодарности смотреть в глаза благодетелю и иметь выражение лица, соответствующее нашим словам. Потому что отчужденно-равнодушное выражение лица (и глаз) при самых эмоциональных высказываниях не будут восприняты правильно. Нелишним бывает высказать благодарность и за благодеяния в адрес наших родных и близких. По большому счету, много благодарности не бывает. И дополнительное спасибо лишь покажет этому человеку наш уровень общей культуры и наши хорошие манеры. И наоборот.

Похожая история может возникнуть, если мы вообще забудем сказать спасибо или скажем его, но как бы между делом, словно делая одолжение благодетелю. Неприятное впечатление принесет наша благодарность и в том случае, если мы специально выберем момент, когда наше спасибо кроме нашего благодетеля больше никто слышать не сможет, хотя причин для такой тайны не будет. Холодность и отчужденность в нашем тоне тоже не вызовут к нам симпатии, как и оттенок легкомысленности или ироничности.

Выразительность нашей благодарности должна быть пропорциональна степени заботы о нас. И тут тоже есть очень тонкий момент. Бывает так, что какой-то человек очень старался быть нам приятным и полезным, но в силу независящих от него обстоятельств дело его не получилось. И вот тогда нужно поблагодарить не только за величину итогового результата (что в данном случае было бы нетактично с нашей стороны – как язвительная насмешка над неудачником), а за объем предпринятых человеком усилий и за его желание и стремление помочь нам. Важно оценить сам замысел человека, его душевный порыв, создать хотя бы маленький (а лучше – большой!), но все же стимул для того, чтобы этот человек и потом не раз желал делать нам что-то хорошее. Ибо, как показывает жизнь, такие люди в нашей жизни, как правило, на вес золота. И разбрасываться ими – это просто непростительная глупость, имеющая порой весьма драматические последствия даже для самых умных, хитрых и шустрых.

Особенность благодарности состоит в том, что это одно из чувств, в значительной степени влияющих на наши отношения с любой категорией окружающих. Те, кто делает нам добро хотя бы изредка или иногда, должны быть выделены нами в отдельную категорию людей, к которым у нас будет совершенно особое отношение. Суть этого отношения состоит в том, что мы относимся к ним более внимательно и чутко, с большей предупредительностью и заботливостью.

Если нам выдается возможность сделать что-то приятное для того или иного человека этой категории, то мы не должны упускать такую возможность. Можно даже провести некоторую разведку и узнать то, в чем есть потребность у данного человека. И потом по мере сил и возможностей постараться восполнить имеющийся дефицит. Ведь иногда и сам человек в принципе может это сделать, но обстоятельства складываются таким образом, что все время что-то ему мешает, то плохое настроение, то нездоровье, то времени нет, то еще чего-нибудь. И опять же, если возникает ситуация, когда мы можем сделать приятное любому человеку, т.е. есть выбор кому именно это сделать, то лучше выбрать благодетеля. Или мы можем сделать то, к чему благодетель относится безразлично и то, что может быть ему приятно или полезно, то лучше выбрать второй вариант.

Если возникает ситуация, когда наши действия вольно или невольно могут нанести прямой или косвенный ущерб этим людям, то наша забота должна состоять в том, чтобы предотвратить подобный вариант развития обстоятельств или свести этот ущерб к минимуму. Мы должны стараться не создавать без особой необходимости проблемы и неприятности этим людям. И таким образом стремиться не потерять их доброе отношение к себе. Уже не говоря о том, что наше с ними общение не должно у них вызывать по возможности даже самых минимальных отрицательных эмоций. Это и будет наша забота об их душевном состоянии, о душевном здоровье. И желательно, чтобы эта забота была не редким эпизодическим явлением, а постоянной логической линией нашего поведения.

Другая сторона медали состоит в том, что в соответствии с психологическими и духовными законами жизни, таким образом мы должны относиться всегда и ко всем. Но это требует от человека очень большой мудрости, терпения, особой психологической гибкости и изящности, душевной щедрости, больших усилий ума и души, гармонии личности и еще многих других талантов и способностей, которые встречаются вместе предельно редко. И поэтому ожидать такого поведения от каждого второго не стоит, потому что это невозможно даже теоретически. А вот если нам такой человек все же встретился, то мы должны ценить его и особенно дорожить возможностью общения с ним, как с золотым самородком человеческого общества, а не как с простодушным слугой, ублажающим все наши капризы и прихоти. Если же мы периодически прямо или косвенно обижаем или огорчаем такого человека, не заботимся о его душевном комфорте, то, скорее всего, спустя некоторое время, мы утратим возможность полноценного общения с ним. И в этом будет не только решение нашего благодетеля, но и воля Высших Сил, пославших нам его, вложив в его ум желание быть нам приятным или полезным.

Эгоисты и потребители считают, что весь мир и так должен вращаться вокруг них, а поэтому все другие люди и так обязаны постоянно делать им приятное и полезное, не ожидая при этом какого-либо чувства благодарности за это. Аналогичная логика имеет место и у очень богатых людей, имеющих большую власть (формально или неформально – это в данном случае не играет роли); обладающих особыми талантами и способностями (или думающих, что обладает таковыми); у красивых людей, полагающих, что все должны поклоняться их красоте; у физически сильных людей, уверенных, что другие должны поклоняться их силе; у интеллектуалов, отличающихся повышенной самоуверенностью и самовлюбленностью; у бездуховных деятелей культуры и искусства и многих других, обладающих страстью к самолюбованию.

Очень своеобразно понимают многие люди благодарность по отношению к своим родным и близким. Большинство почему-то, как минимум, подсознательно, считает что перед своими родными и близкими нет необходимости применять какие-то особенные психологические тонкости и изощрения. Они, мол, и так будут нас любить, потому как вроде бы обязаны это делать – они же наши родные. Но при этом совершенно забываем о том, что регламентированная любовь по обязанности и безграничная любовь по собственному естественному и искреннему желанию – это два явления, совершено разные и количественно и качественно. И если второе весьма приятно для нас, то первое почти начисто лишено привлекательности и красоты, яркости и выразительности. Иначе говоря, не очень-то лежит к нашей душе. Это, на самом деле, суррогат любви. Это как соевое мясо, которое похоже на мясо, но не дает ни удовольствия, ни сытности, присущего мясу, создавая лишь мимолетную и частичную иллюзию.

Постоянное присутствие наших родных и близких создает в нашем рациональном уме иллюзию того, что они и так никуда не денутся, поэтому зачем напрягаться в установлении каких-то особенных отношений с ними. Тут уж не приходится говорить о том, что каждый человек, проявляя любые положительные поступки становится лучше сам, не зависимо от того, в связи с чем совершены они и по отношению к кому именно. Другой вопрос, что в одних случаях мы становимся в большей степени лучше, а в других – в меньшей. Результат зависит от степени искренности и бескорыстности нашего желания совершить что-то приятное для других, и от того насколько часто и сильно мы этого хотим. Если добро сделано из соображений лицемерного характера или с корыстными побуждениями, один раз в год и как большое одолжение, то реальная ценность нашего доброго поступка будет самой минимальной и для того, в чей адрес мы это сделали, и для нас самих. Ведь и так понятно, что наше благородство от такого поступка больше не станет, как и наша нравственность не станет более совершенной, душа более возвышенной, а личность более гармоничной. Скорее наоборот.

Так и хочется вспомнить народную мудрость: "Посеешь поступок – пожнешь привычку, посеешь привычку – пожнешь характер, посеешь характер – пожнешь судьбу". Благодарность, таким образом, – это один из важных факторов, относительно простых и понятных нам, доступных для практического воплощения и способных стабилизировать нашу добродетельность.

Конечно, родственники тоже бывают разные и далеко не всегда они адекватно воспринимают наши добрые дела, как в их собственный адрес, так и вообще. Но, с одной стороны, нас никто и не заставляет бесконечно для таких людей распинаться. А с другой стороны, добрые дела делаются не для получения благодарности, а для своего собственного удовольствия. Причем не только чисто психологического удовольствия, но и некоторого духовного удовлетворения. Что для нас гораздо важнее и нужнее, полезнее и приятнее, чем для кого бы то ни было.

Добрые дела делаются еще и для того, чтобы увеличивать по возможности силы добра в мире вообще (не стоит забывать, что непрерывно идет напряженнейшая борьба между силами добра и зла, в которой постоянно участвует каждый из нас), сохранять уже имеющийся уровень доброты в себе, делать свою доброту еще более мудрой и совершенной. Потому как доброта – это очень сложное и предельно неоднозначное явление человеческой жизни, многослойное и многогранное, с формальной точки зрения временами странное и своеобразное, парадоксальное и даже … внешне агрессивное и жестокое. Но это тема для отдельного большого разговора.

На самом деле мы должны быть именно к своим родным и близким в самой наибольшей степени доброжелательны и уважительны, внимательны и заботливы, великодушны и снисходительны. Иначе говоря, стараться проявлять все свои самые лучшие качества, в первую очередь, и в самой наибольшей степени и как можно чаще. А отрицательные качества проявлять пореже и поменьше… Тут уж даже не стоит вспоминать, что "если хочешь быть счастливым, то не делай другому человеку того, чего не желал бы для себя самого" и наоборот, "делай то, что желал бы для себя".

Звучит вроде бы предельно просто, а посмотришь на достаточно неглупых людей – они не понимают (потому что не применяют в своей жизни) этой элементарной истины, даже если ее постоянно пропагандируют всем окружающим. О тех, кто любит скандалить везде и со всеми, в данном случае речь не идет. Хотя, и в этом случае или имеет место быть психическое заболевание или обыкновенная (но страшная по своим последствиям для самого человека и его окружающих) нравственная распущенность, которая гораздо хуже алкоголизма и проституции вместе взятых…

Благодарность по отношению друзей и знакомых – это тоже непросто. Мы, как правило, любим ожидать проявление благодарности за свои дела, но не напрягаем особенно свой ум, не говоря же о душе, когда думаем о том, как выразить свою благодарность своим друзьям. Если кто-то и пытается размышлять, то чаще в ход идут привычные стереотипы вроде бутылки вина или коробки конфет, букета цветов. Но мы не задумываемся о том, как красивее и изящнее проявить свою благодарность. Потому что мы не подозреваем о том, что чем чаще и чем сильнее мы об этом задумываемся, тем умнее и внутренне красивее и изящнее мы становимся сами…

А сколько удовольствия можно получить от того изумления и приятного удивления, которое мы можем увидеть на лице другого человека в момент проявления к нему нашей особенной благодарности, облеченную в особенно изящную форму, сознательно и целенаправленно нами изобретенную и сотворенную. Пусть даже всего лишь на словах.

Слова… Конфеты будут съедены, цветы завянут, вазы и другие предметы разобьются, а особые слова останутся в памяти на многие дни, если не годы. Поверьте, что это было проверено многократно за последние сорок лет моей жизни. Отдельные слова благодарности за некоторые мои поступки были мне не только приятны в момент их произнесения, но еще долго (многие годы, если не десятилетия) потом грели мне душу в наиболее трудные и неприятные моменты моей жизни.

А сколько ответной признательности за свою особую по сути и форме (особенно психологически и морально) благодарность я видел от людей, которые выступали в роли благодетелей (и больших и малых) по отношению ко мне. Сколько из них потом стало моими добрыми знакомыми, друзьями и просто людьми, хорошо ко мне относящимися… Это ведь тоже не пустяк.

Много лет назад я вынужден был прийти к выводу о том, что в человеке может развиваться лишь то, что постоянно им самим шлифуется и постоянно проявляется. Ведь невозможно научить человека играть на музыкальном инструменте, если он не будет регулярно тренироваться на нем, тренировать свой ум, руки, душу, все свое существо, в конечном счете. Вот так и по отношению к чувству благодарности. Из отдельных качеств-добродетелей складывается общая добродетельность человека, красота и обаяние его души, отображенная на его лице. Ибо заглядывать в душу умеют немногие, а лицо – это относительно более легкий путь познания другого человека.

Благодарность – это потребность ума и души нормального (не в психическом, а в нравственном смысле) человека. Кстати говоря, среди многих тысяч моих пациентов, больных шизофренией или другими серьезными психическими заболеваниями, было и есть много совершенно нормальных с нравственной точки зрения. И наоборот, среди родственников моих пациентов, которые с формальной точки зрения психически здоровы, встречаются иногда совершенно ненормальные, если не сказать уродливые, с позиции нравственности… И поверьте, что нравственное здоровье в ряде случаев делает людей, даже тяжело психически больных, гораздо более приятными в общении, чем их психически здоровых, но нравственно тяжело больных родственников.

Благодарность – это критерий степени нравственного здоровья человека. Поэтому ее отсутствие у того или иного человека чаще всего означает общую дисгармоничность его личности, тяжелое состояние его нравственного здоровья, полнейший упадок его духовной жизни, незнание или пренебрежение вечными и универсальными законами Жизни. Частота проявления благодарности и ее искренность, выраженность – это показатели внутреннего благополучия человека, один из критериев полноценности личности в целом.

Благодарность может быть небольшой, средней и значительной, мимолетной и продолжительной, формальной и искренней, сдержанной и яркой, прямой и косвенной, явной и скрытой, адекватной и навязчивой, обычной и изящной, моральной и материальной.

Форма проявления благодарности зависит от того, в какой сфере нашего бытия она проявляется. На работе это более формальная и сдержанная форма может быть (но не обязательно именно такая должна быть) особенно по отношению к людям, которые сами по себе дистанцируются от остальных людей. Но тут на помощь нам может прийти психологический эксперимент. Он будет состоять в том, что мы по отношению к различным людям будем дозировать (постепенно увеличивать от самой небольшой и до самой значительной) свое чувство благодарности и смотреть на то, как человек при этом реагирует. Если есть адекватная реакция на очередную дозу нашего внимания, то целесообразно ее и дальше увеличивать. А если нет, то это повод для размышления о смысле нашего общения с этим человеком вообще. Правда, в любом случае, наше поведение в его чисто внешней форме должно быть доброжелательным и уважительным. Другой вопрос, что или в минимально необходимом объеме или в гораздо более значительной степени.

Благодарность не состоит в заискивании перед благодетелем. Хотя по отношению людей, занимающих особое социальное положение в обществе, имеющих несомненные достоинства и добродетели, способных прямо или косвенно помогать нам в решении каких-либо важных для нас вопросов или даже одним своим присутствием и своим примером ускоряющих развитие нашей личности, допустимо выражение нашего уважения к достижениям этих людей, к масштабности или гармоничности их личности, к их талантам или способностям, добродетелям и принципам, к их интеллекту и духовному уровню или любым другим действительно важным и ценным их достоинствам. Если вы общаетесь ежедневно, то выражение вашего особого отношения к конкретному человеку-благодетелю может проявляться хотя бы один-два раза в месяц. Это при условии, что доброе дело было сделано лишь однажды и было достаточно важным или приятным для вас.

Если же добрые дела для вас продолжают совершаться, то и частота проявления наших положительных мыслей и чувств по отношению к благодетелю должна быть пропорционально больше. Только это отношение должно быть искренним и реальным, а не результатом лишь артистической изобретательности и изворотливости. Ценность такого нашего поведения будет состоять в том, что мы будем отнесены нашим благодетелем к числу людей, понимающих истинную ценность их личности и адекватно к ней относящихся. Такие люди редки, но очень нужны каждому из нас, и в том числе, и нашему благодетелю. Желательно, чтобы проявление нашего отношения к личности благодетеля было красивым и изящным, как по сути, так и по форме. Иначе оно может утратить всякий смысл вообще и создать впечатление, прямо противоположное ожидаемому.

Кроме благодарности к конкретным людям должна быть еще более сильная и постоянная благодарность к Высшим Силам. И это каждому из нас важно знать и понимать, что лишь благодаря воле эти Сил мы появились на свет и продолжаем существовать в этом мире.

Благодарность должна быть, в первую очередь, за свое физическое и психическое здоровье, душевное равновесие и комфорт, за все успехи и достижения, за все хорошее, что было, есть и будет в нашей жизни. Ведь если Высшие Силы решили бы, что мы не достойны чего-либо, то как бы мы не старались, мы бы и не получили желаемого, потому что это было бы не угодно Высшим Силам. Не лишней, мягко говоря, была бы и благодарность за все хорошее в жизни наших близких и родных. Высшим Силам не свойственно нравственные недостатки людей, поэтому они не могут, например, зазнаться или как-то еще неправильно среагировать на нашу благодарность в любом ее размере. Тут, что называется, много не бывает и быть не может. Скорее всего, всегда только мало или недостаточно.

Есть и оборотная сторона медали: чем искреннее и чаще мы выражаем благодарность нашим даже самым символическим благодетелям, тем у нас больше шансов выглядеть благодарными перед лицом Высших Сил. Потому что этих людей послали нам именно они. И наоборот, чем меньше и реже мы ощущаем и выражаем благодарность, тем более неприличными людьми мы выглядим в глазах Высших Сил. А поэтому у них и реже возникает желание посылать нам людей, выполняющих роль благодетелей. Так что между нашей благодарностью конкретным людям и благодарностью Высшим Силам имеется достаточно четкая и жесткая логическая связь, которую никто и ничто не может нарушить. Присутствие лишь одной из этих частей во многом обесценивает всю ситуацию в целом. Ибо понятно, что благодарность только к людям выглядит неблагодарностью к Высшим Силам (мы, получается, делаем вид, что Высшие Силы тут ни причем). А благодарность лишь к Высшим Силам за благодеяния, полученные от людей, нарушает один из главных принципов, которые заповедал нам Господь, – "О вере вашей буду судить по тому, как вы любите друг друга". А какая же может быть даже самая небольшая любовь без чувства благодарности?

Особенность благодарности с духовной точки зрения состоит в том, что мы должны ощущать и проявлять благодарность к Высшим Силам и за все проблемы и неприятности, неудачи и поражения, горести и болезни. И более того, относиться к людям, которые послужили прямой или косвенной причиной всех выше перечисленных неприятных моментов, как к исполнителям воли Высших Сил. И поэтому не испытывать к ним неприязни или раздражения, чувства злопамятности или мести. Высшие Силы иногда проверяют, таким образом, степень нашей реальной мудрости, посылая нам неприятности через конкретных людей. А нам порой кажется, что это просто плохой человек нам сделал плохо. А, на самом деле, все гораздо сложнее и в то же время проще. Сложнее, потому что в ситуации участвовала воля не только этого человека, но и Высших Сил. А проще, потому что понимание истинной подоплеки ситуации помогает нам правильно реагировать на нее и на человека, который вольно или невольно ее создал.

Сохранение чувства благодарности к кому-либо длительное время освобождает нас на это период от многих отрицательных мыслей и чувств. Это отчасти похоже на то, когда в магнитофоне стоит кассета с красивой музыкой, то из него некрасивая уже не может звучать. Так и в нашей душе или одно или другое. Тут будет уместно вспомнить и о том, что мы должны заботиться о своей душе, не позволяя самым различным отрицательным эмоциям посещать ее, не говоря уже о том, чтобы завладевать ею. Этот момент является составляющей частью психогигиены и психопрофилактики душевного здоровья. Да и с духовной точки зрения это называется не впадать в искушения, бороться со страстями, контролировать состояние своего духа.

Верность и преданность

Одно из основных свойств действительно достойного человека является – это верность и преданность. У истинного интеллигента, как правило, оно, как минимум, среднего уровня. А у аристократа только высокого уровня. В первую очередь, это касается верности своим собственным принципам и убеждениям, правилам и законам для внутреннего пользования. И, в соответствии с элементарной логикой внутренней жизни, и для внешнего проявления. Ибо, принципиальное противоречие между уровнем гармонии внутренних принципов и внешних, чаще всего, свидетельствует о низком уровне гармонии личности в целом, не говоря уже о зрелости, мудрости или одухотворенности. Так, человек считает для себя возможным быть честным только для самого себя, а для других людей периодически лживым. У достойного человека, как правило, внутренние правила гораздо строже, как и уровень требовательности к самому себе, чем уровень требовательности к окружающим. Противоположная пропорция свидетельствует о самовлюбленности и самоуверенности, пренебрежении классическими духовными ценностями, общей деструктивности и дисгармоничности личности, низком уровне конструктивности и созидательности, зрелости и состоятельности, самодостаточности и добродетельности.

Это, безусловно, не означает того, что достойный человек исключает для себя возможность компромисса в чисто психологических вопросах или же в нравственных вопросах, но второстепенного и третьестепенного характера. Для интеллигента и, тем более, аристократа не свойственны максимализм и категоричность, прямолинейность и формализм, фанатизм и высокомерие в отстаивании своих позиций. Они прекрасно понимают тот момент, что для действительно достойного человека, как правило, достаточно аргументов, условно говоря, средней степени тяжести в вопросах касающихся ценностей жизни. Если их не достаточно, то это, скорее всего деструктивный и дисгармоничный человек, на которого не действуют вообще никакие аргументы. И потому смысл дальнейшего убеждения и переубеждения полностью отсутствует.

Собственно, важно по жизни вообще понимать и применять закон целесообразности. В данном случае, дискуссии или даже общения вообще. Для интеллигента и аристократа совершенно не актуально явление, когда человек, условно говоря, надувает щеки или распускает павлиний хвост. Им важно то, чтобы их внутренняя и внешняя жизнь соответствовали классическим ценностям интеллектуального и психологического, духовного и эстетического характера. И если для интеллигента уровень этих ценностей допустим умеренный для постоянной фоновой жизнедеятельности, то для аристократа только высокий уровень. И это не для показухи, не из желания пустить пыль в глаза окружающим, а из простого чувства собственного достоинства, из элементарного уважения к самому себе, из чувства ответственности перед Высшими силами Вселенной. И для интеллигента приемлем уровень одухотворенности выше среднего. Что, собственно, при распространённом низком уровне уже является достаточно достойным и значительным явлением жизни, то для аристократа этот уровень, в качестве жестокого и конкретного ориентира по жизни, может быть только близкий к высокому. Другой вопрос, что действительно высокий уровень одухотворенности (с духовной точки зрения, а не с мирской) недостижим вообще даже чисто теоретически. Это удел лишь отдельных, достаточно редких и немногочисленных мудрецов и святых. Ведущих принципиально иной образ жизни (и внутренний, и внешний), нежели большинство других людей. Для более точного восприятия читателем данной ситуации следует расставить некоторые акценты чуть более подробно. Средний уровень доброжелательности, зрелости, гармоничности, конструктивности, созидательности, мудрости, одухотворенности и всех прочих фундаментальных классических достоинств и добродетелей с духовной точки зрения (с точки зрения вечных и универсальных ценностей Вселенной) соответствующей высокому уровню с распространенной житейской точки зрения.

Истинный интеллигент, не говоря уже, аристократ, как правило, верный и надежный друг, и просто достойный партнер по общению. В первую очередь, это просто достойный во всех смыслах человек. Чуждый эгоизма и стервозности, пошлости и цинизма, упрощенности и примитивности, авантюризма и интриганства, эгоистических психологических манипуляций, потребительского отношения к окружающим и к жизни, чрезмерной прозаичности и меркантильности, банального рационализма и алчности, безответственности, высокомерия и пренебрежительности, зависти и ревности, коварства и критиканства, лживости и лицемерия, навязчивости и наглости, претензии на обладания истиной в последней инстанции, поверхностности и непостоянства, нетерпеливости и нетерпимости, самовлюбленности и самоуверенности, привередливости и прихотливости, своенравности и сумасбродства, нигилизма и чрезмерного скептицизма, язвительности и саркастичности, амбициозности и тщеславия, черствости и равнодушия, повышенной подозрительности и недоверчивости и еще многих других фундаментальных недостатков и пороков. Только интеллигент старается контролировать себя в этом плане чаще всего, а аристократ всегда. И это тяжелейший и сложнейший труд ума и души. И достаточно конкретной величины со стороны духа. Рабочий тонус всех этих трех составляющих человеческой личности у интеллигента, как минимум, средний. А у аристократа, как правило, высокий. Поэтому за две с половиной тысячи лет истинных аристократов ума и души было не более пяти тысяч человек. Ибо, это миссия особо избранных. Да и истинных интеллигентов было не так много, как нам всем этого хотелось бы.

Верный и преданный человек, как правило, хороший не только друг, но и родственник, приятель, коллега. Иначе говоря, достойно играющий все свои социальные роли. В том числе, супруга, ребёнка, родителя и т.д. Такой человек проявляет принципиальность в важнейших моментах жизни не потому, что боится общественного осуждения, а потому что считает необходимым уважать, в первую очередь, самого себя. И, тем самым, соответствовать главным нравственным и духовным принципам жизни. Он считает, что быть достойным, во всех смыслах этого слова, необходимо быть постоянно, а не иногда. Он исключает для себя в принципе духовные компромиссы, при этом активно используя чисто психологические.

Интеллигент ждет определенной интеллектуальной и психологической, духовной и эстетической адекватности только от интеллигента (истинные аристократы встречаются ныне настолько редко, что об этом речь вести в данной работе и не стоит). Интеллигент, в отличие от всех прочих людей, стремится не допускать небрежностей даже второстепенного и третьестепенного характера. Ибо, он четко понимает то, что истинное совершенство личности и жизни заключается не только в глобальных и фундаментальных, особо важных и ценных моментах жизни, но и в тонкостях и деталях, оттенках и полутонах.

Интеллигент, если он истинный интеллигент, стремится, как минимум, к среднему уровню изящности человеческих отношений. А аристократ – к высокому. Ибо, статус аристократа, как таковой, подразумевает именно такое положение дел. Это для него и естественно, и закономерно. Другой вопрос, что, к сожалению, в большинстве случаев люди, претендующие на звание интеллигента или аристократа, на самом деле, таковыми не являются.

Добросовестность

Это не только достаточно ценное качество человеческой личности, но и весьма объемное и многогранное. Добросовестность может проявляться в высокой степени осмысленности мыслей и эмоций, желаний и стремлений, подхода к своим внутренним принципам и убеждениям, правилам и законам интеллектуального и психологического, духовного и эстетического плана. Собственно, в зависимости от сферы проявления, добросовестность бывает внешняя и внутренняя. И, к сожалению, нередко высокая внешняя добросовестность может сочетаться в одном человеке со средней или с низкой внутренней и наоборот. Ведь, большинству из нас никто и нигде не говорил о том, что все самые главные и самые ценные свои достоинства и добродетели мы должны активно проявлять не только по отношению к другим людям, но и к самим себе. В заботе о своем уме и душе, духе и теле, да и личности в целом. Можно даже сказать, что полноценное развитие добросовестности к другим людям часто невозможно без развития не менее значительной и утонченной, многогранной и комплексной, глубокой и масштабной добросовестности в своем внутреннем мире, по отношению ко всем процессам, протекающим в нем. И не только простым и элементарным, но и достаточно сложным и многогранным. И, в том числе, интеллектуальным и психологическим, духовным и эстетическим процессам. Это только звучит просто, ясно и, вроде бы, доступно и понятно, а, на самом деле, требует от каждого человека такого громадного мастерства и трудолюбия ума и души, что для девяноста пяти процентов людей это оказывается принципиально невозможным. Почему? Ответ, как ни странно, довольно прост и парадоксально элементарен. На первый взгляд непосвященного человека. Если конкретный человек не занимается ежедневно и многие годы подряд спортивными тренировками, причем, достаточно серьезно и основательно, то его спортивные показатели будут, как правило, весьма и весьма символическими. Категорически неприемлемыми даже с точки самого мелкого и третьестепенного соревнования. Не говоря уже о чем-то чуть более серьезном. А правильная тренировка мышц ума и души – это занятие во много раз сложнее и тяжелее, требующая, принципиального более высокого уровня организованности и дисциплины, чувства долга и ответственности, самокритичности и требовательности к себе, самоотверженности и одухотворенности. И еще два-три десятка фундаментальных достоинств и добродетелей достаточно трудоемких и энергоемких с точки зрения затрат сил ума и души, духа и тела. Что делает такого рода работу над собой для девяноста пяти процентов людей маловероятной, что называется, в принципе. Ибо, даже интеллигент (с формальной точки зрения), который занимается хотя бы на десять процентов своей личностью, выглядит по сравнению с другими представителями, так называемой интеллигенции, просто-таки аристократом ума и души. Что, конечно же, весьма субъективно и предельно относительно. И категорически не соответствует реальной действительности.

Собственно, для большинства людей понятие добросовестность в основном ассоциируется с какой-либо чисто физической работой. Например, мытье полов или глажка белья. А то, что добросовестность может и должна присутствовать постоянно и пожизненно и по отношению к интеллектуальным и психологическим, духовным и эстетическим проявлениям нашей личности и во внутреннем, и во внешнем мире, – это, что называется, остается вне поля зрения девяноста процентов людей. И результат в итоге получается соответствующий. Другой вопрос, что человек с врожденным низким уровнем интеллекта, даже при самой высокой своей добросовестности, никогда не достигнет среднего уровня интеллекта (не говоря уже о большом). Ибо, это задача для, как минимум, десяти человеческих воплощений. Каждое продолжительности в семьдесят-восемьдесят лет. А более реально это происходит, по мнению некоторых мудрецов человечества, лишь через тридцать-пятьдесят воплощений. Так что диалектика жизни далеко не так проста, как многим из нас хотелось бы. Аналогичная дистанция отделяет человека со средним уровнем интеллекта от человека с высоким интеллектом. Это применимо и к уровню одаренности того или иного конкретного человека. И, видимо, ко всем фундаментальным классическим достоинствам и добродетелям.

Человек с простым типом личности (можно сказать, почти стандартным), даже при максимальной своей добросовестности, не сможет, к сожалению, произвести самостоятельную мысль или эмоцию даже среднего уровня сложности, многогранности и многослойности, утонченности и изящности, одухотворенности и эстетичности. А человек с типом личности средней степени сложности, скорее всего, не сможет что-либо сотворить прочное и надежное, конструктивное и гармоничное с высоким уровнем сложности. И даже более того: далеко не каждый человек с типом личности (что определяется, по-видимому, генетически, выражаясь для большинства понятным и доступным языком) высокой степени сложности может даже хотя бы изредка сотворить нечто, относящееся к уровню сверхвысокой степени сложности (об этом должен быть совершенно отдельный и большой разговор, выходящий за рамки данной работы).

Конечно, принципиальная ограниченность представителя, как простого типа личности, так и среднего и высокого уровня сложности, отнюдь не означает того, что ему не нужно стараться, не нужно быть добросовестным во всех проявлениях, своей личности. Ибо, произвольное проявление личности, как правило, не превышает десяти- двадцати процентов от того, на что конкретный человек способен в принципе, в своем диапазоне возможностей. А то, что он часто выглядит относительно неплохо, даже при произвольном проявлении своей личности, на фоне людей ближнего окружения, не должно вводить конкретного человека (и группу людей, и общество в целом) в принципиальное заблуждение относительно того, на какой реальной ступени иерархии вечных классических ценностей он стоит на самом деле. И в том, насколько полноценно его конкретное старание даже в том или ином отдельном вопросе, не говоря уже о его жизнедеятельности в целом.

Ибо, к сожалению, то, что принято у большинства людей (восемьдесят-девяносто процентов населения), на самом деле, не является истинным эталоном и образцом для подражания. Конечно, для людей, отличающихся принципиальной ленью ума и души (о духе речь вообще вести не стоит, ибо, трудолюбие и добросовестность духа встречается в сотни раз реже даже среди людей, отличающихся трудолюбием ума или души) посредственный уровень критериев полноценности бытия является не только очень удобным и приятным, но и очень желанным. Настолько желанным, что, для оправдания собственной лени и своей принципиальной личностной несостоятельности они возводят этот посредственный уровень критериев в ранг официального эталона. Тем самым, практически полностью обесценивая полноценную (и даже относительно полноценною) жизнь и деятельность человека, что называется, в принципе. Получается очень своеобразный (мягко говоря) момент: а зачем я буду дополнительно стараться, если я и так, вроде бы, достаточно неплохо выгляжу на фоне своего непосредственного окружения? С точки зрения формальной логики, все вроде как, правильно и логично. Но, что при этом создается мощный и принципиальный барьер для даже относительно значительной эволюции и конкретной той или иной личности, и общества в целом, такие «законодатели моды» предпочитают не задумываться. А, нередко, такие люди и в принципе не способны мыслить категориями даже средней степени сложности (не говоря уже о высокой).

И все было бы не так плохо, если бы при этом не запускался почти автоматически процесс глобальной психологической и духовной деградации, как того или иного общества, так и человечества в целом. Вот так «некоторые» заблуждения некоторых (и, к сожалению, не только некоторых) людей и их категорическая зацикленность на этих заблуждениях приводят к весьма неблагоприятным последствиям. Это, мягко говоря, а, выражаясь более конкретно, к страшным трагедиям и драмам, как минимум, целых народов и даже отдельных государств. Что, естественно, не может, не отразиться на положении дел у человечества в целом. Вот такие имеются особенности и закономерности диалектики бытия. И это, столь грустное мнение, разделяют классики философии и психологии. В первую очередь, а во-вторых, некоторые наиболее продвинутые (выражаясь современным языком) и одухотворенные классики художественной литературы, как и ведущие корифеи мировой культуры в целом.

Что же касается представителей особой и редкой категории людей – интеллигентов, то для них является естественной и закономерной тенденция проявления многогранной добросовестности в интеллектуальном и психологическом, духовном и эстетическом плане. Не говоря уже о том, что они творчески относятся ко всем выше перечисленным явлениям бытия. Причем, не только к результатам жизнедеятельности других людей, но и к своим собственным. Они и воспринимают, и создают явления и умеренной, и высокой степени сложности. По крайней мере, искренне и сознательно стремятся к этому. Конечно, даже у интеллигентов имеется у каждого свой индивидуальный комплект достоинств и добродетелей классического характера. И то, что легко и просто дается одним, совершенно не обязательно является таковым для всех остальных. Но это с точки зрения формальной логики анализа истинной иерархии бытия вообще, и человеческого, в частности. Ибо, то, что доступно даже интеллигенту, условно говоря, среднего уровня, остается часто принципиально недоступным для большинства людей, стоящих на более низких ступенях иерархической лестницы истинных и вечных классических ценностей Вселенной. А не только того или иного конкретного общества в той или иной стране на том или ином этапе его развития. Теоретически предполагающим положительную эволюцию. Но, к сожалению, нередко только чисто теоретически.

Добросовестность – это необходимый элемент для проявления полноценного уважения человека к себе. Да и любви тоже. Без нее невозможно чувство самодостаточности. Добросовестность должна быть естественной и закономерной потребностью. И не только отдельного человека, но и общества, и государства. О человечестве в целом речь пока не идет, хотя и для него это понятие не должно быть полностью чуждым. Но эта тема для большого и отдельного разговора, выходящего за рамки данной работы.

Добросовестность, как и другие истинные добродетели человека, должна быть принципом жизнедеятельности, а не формальным откликом конкретного человека на требование общества к нему. Она должна проявляться, по возможности, всегда и во всем не ради других, пусть даже самых родных и близких людей. А для самого себя, для получения реального и полноценного чувства собственного глубокого внутреннего удовлетворения собой, своей жизнью и творчеством (даже в самых символических его проявлениях, но, тем не менее, сознательной и целенаправленной активности ума и души).

На самом деле, в этом вопросе далеко не все так просто и элементарно, как об этом принято думать у большинства людей. Дело в том, что почти все люди думают о том, что все их мысли и чувства – это продукт деятельности именно их ума и души. Что часто в принципе не соответствует реальной действительности. Даже, если рассматривать ситуацию с чисто психологической позиции. У человека есть сознание и подсознание. Сознательная интеллектуальная и психологическая, духовная и эстетическая деятельность обусловлена, чаще всего, тем, что вложили в человека окружающие (в первую очередь, родные или те, кто их заменяют) и средства массовой информации. Другой вопрос, что люди, имеющие тип личности с уровнем сложности существенно выше среднего, сознательно и целенаправленно занимаются самостоятельно познанием мира достаточно интенсивно и с определенной эффективностью. И в результате нередко достигают принципиально более высоких вершин в своём развитии, чем остальные окружающие. Но они стараются не ради формального общественного признания (хотя и этот момент они для себя принципиально не исключают), а ради самих себя.

Звучит для многих, мягко говоря, несколько непривычно. Просто, у некоторых людей есть подсознательное, интуитивное ощущение потребности повышать гармонию в себе и в окружающем мире. Не зависимо от того, что по этому поводу думает их непосредственное окружение. Часто, к сожалению, даже из числа самых родных и близких (с формальной точки зрения, ибо, иногда бывает ситуация, когда формально совершенно посторонний человек бывает в десятки раз реально ближе и роднее, чем тот, кто формально должен таковым являться). Другой вопрос, что сложность этого интуитивного ощущения у разных людей может быть не просто несколько иной (как, впрочем, и любые другие явления бытия), а принципиально иной. В первую очередь, по своим качественным показателям. И это не есть личный каприз или прихоть того или иного конкретного человека, его индивидуальная особенность или странность, своеобразность и причудливость. Это момент из числа явлений первостепенной важности, определяющих смысл и ценность человеческого бытия, как такового. Без усердной и интенсивной добросовестности большинству людей невозможно создать что-либо разумное, красивое, изящное даже среднего качественного уровня. Другой вопрос, что, кроме добросовестности в процессах такого рода должны участвовать еще и многие другие фундаментальные (и не только) достоинства и добродетели из иерархии классических ценностей бытия. Но, не зависимо от уровня сложности личности конкретного человека (малый, средний и высокий), он должен быть максимально добросовестным и внутри себя, и вне себя. Вы представляете, что может получиться в ситуации, когда человек с малым уровнем сложности еще и не старается в выполнении своих обязанностей? Вот-вот, и я так думаю, что это будет явление, жестко выражаясь, близкое к маразму. Что, собственно, мы и видим на каждом шагу. И не только в повседневном быту среди своего непосредственного окружения, но, к сожалению, и во всех важнейших сферах существования общества: политической, экономической, идеологической, научной и технической, интеллектуальной и психологической, духовной и эстетической и т.д.

Отсутствие принятой в обществе и государстве истинной иерархии вечных классических ценностей приводит к очень печальным последствиям. Когда даже те немногие, что имеют задатки редких и ценных достоинств и добродетелей, принципиально не имеют возможности даже относительно полноценно не только их развивать, но и реализовать что-то развитое в своей жизнедеятельности. Ибо, это встречает принципиальное непонимание и неприятие, отторжение и раздражение, в некоторых случаях даже злобность и агрессивность, изощренный скептицизм и нигилизм, язвительность и сарказм, стремление в максимальной степени обесценить результаты творчества реально одаренного человека, унизить и оскорбить его человеческое и личностное достоинство любыми доступными методами и средствами.

Конечно, чем глупее и примитивнее общество в целом, тем проще и легче им управлять, навязывать ему деструктивные и дисгармоничные эталоны мысли и чувства. В том числе, особенную иллюзию о собственном совершенстве, ведь «каждый по-своему талантлив» и «незаменимых людей нет». Зачем, например, для кормления свиней слишком стараться и изощряться, налил им обыкновенных помоев, они и безумно счастливы. А то вдруг им захочется более качественного питания, да оно еще войдет у них в привычку. Потом же, что называется, не расхлебаешься. Столько мороки и головной боли. А, спрашивается, зачем? Ведь уровень моего личного благополучия от этого принципиально не изменится в лучшую сторону. Скорее, станет несколько меньше в связи с обилием дополнительных забот и хлопот. Это ведь надо сильно и долго думать, морочить себе мозги, тратить силы и нервы, время, а главное – свою уникальную и эксклюзивную, необыкновенно ценную жизнь для других. Я, что, с ума сошел? Надеюсь, что нет. Отсюда и естественный и закономерный вывод о целесообразности добросовестности в своей работе: пусть все идет, как шло раньше, само по себе.

Естественность

Разумная естественность (не путать с простодушием) – это показатель реальной внутренней силы, самодостаточности, зрелости, мудрости, гармонии личности, одухотворенности, полноценности, уважения и любви к себе, чувства собственного достоинства и еще многих других классических достоинств и добродетелей ума и души человека. Это далеко не такое простое свойство, как это многим представляется. Только достаточно умный (существенно выше среднего) человек считает возможным для себя какое-то проявление своей личности, не отличающееся высоким интеллектом. И он в этом способен признаться. Ибо, он твердо уверен в том, что имеются многие явления жизни, которые в принципе не требуют высокого интеллекта. С них достаточно и умеренного. Действительно умный человек признает за собой и другими людьми право на ошибку. И не видит в этом никакого криминала. Другой вопрос, когда человек на одном и том же ошибается в пятый или десятый раз, то такое положение вещей не может радовать интеллектуала и вызывать его даже самое минимальное одобрение.

Сильный человек не боится показаться в определенной ситуации слабым или недостаточно сильным. С одной стороны, он понимает свое значительное отличие (и в определенном смысле, превосходство) от большинства других людей. А с другой стороны, обладая даже очень большой внутренней силой, этот человек прекрасно отдает себе отчет в том, что величина его силы имеет свои разумные рамки. И чем большие силы в человеке, тем яснее он понимает то, как он далек от идеального варианта. Другой вопрос, что действительно сильный человек относится к проявлению своей силы с чувством ответственности, максимально добросовестно. С элементом осторожности и аккуратности, внимательности и бдительности, тактичности и деликатности, терпения и терпимости, великодушия и снисходительности к более слабым и беззащитным. Сильный человек понимает то, что задатки внутренней силы были вложены в него именно Высшими силами. И поэтому именно им он ощущает благодарность за это ценное свойство своей натуры. Истинно сильный человек, как правило, обладает еще и элементом мудрости вообще и применительно к своей силе, в частности. Он не позволяет своей силе проявляться с деструктивными и дисгармоничными, примитивными и глупыми, безнравственными и бездуховными, эгоистическими и потребительскими, авантюристическими и интриганскими целями.

Безусловно, он достаточно добросовестно и активно защищает свои интересы, стремится к важным жизненным целям, решает сложные жизненные задачи. Но делает это таким образом, чтобы ни прямо, ни косвенно не нанести ущерба кому-то другому. Ибо, он знает то, что за подобные дела он будет обязательно и очень строго наказан. Внутренняя сила – это дар Высших сил, которые, при неправильном ее использовании, могут ее, как минимум, забрать. А, как максимум, забрать ещё и многое другое, ценное и важное для конкретного человека. Не говоря уже о том, что могут лишить каких-либо существенных благоприятных и особенно желанных перспектив не только в том или ином конкретном виде деятельности, но и по жизни вообще.

Собственно, сила дается человеку для того, чтобы он, в первую очередь, помогал слабым или просто тем, у кого эта сила развита в значительно меньшей степени. Иногда поддержка может носить не обязательно чисто физический характер. Она может быть интеллектуальной, психологической, моральной, духовной. Это, конечно, при условии, что человеку есть чем делиться. На хорошем качественном уровне.

Истинную внутреннюю силу, особенно значительно развитую, видно, что называется невооруженным взглядом. Это четко и однозначно отражается в походке человека, его мимике и жестах, в том, что он говорит и как, в интонации голоса, стилистике речи, в полном отсутствии демонстративности и экстравагантности, лицемерия и лживости, поверхностности и легкомысленности, своенравности и сумасбродства, максимализма и категоричности, прямолинейности и банального рационализма, упрощенности и примитивности, эгоизма и стервозности, наглости и бесцеремонности, бестактности и некорректности, навязчивости и назойливости, резкости и грубости, произвольной жестокости и жесткости. И еще десятков других человеческих недостатков и пороков.

Как правило, сильный человек не кичится своей силой. И без особой на то необходимости ее не проявляет. И потому очень часто, даже очень большая внутренняя сила остается незамеченной для большинства окружающих. Особенно лишённых высокого интеллекта, интуиции и проницательности, мудрости и одухотворенности, гармонии личности и добродетельности (по большому счету). Для того, чтобы увидеть силу другого человека (как, собственно, и большинство других классических достоинств и добродетелей) необходим целый комплект свойств: внимательность и наблюдательность, психологическая осторожность и аккуратность, бдительность и утонченность, изящность и изощренность.

Самодостаточный человек, как правило, не стыдится быть несостоятельным в чем-либо новом и неизвестном для него. Он может даже откровенно признаться в этом. Другой вопрос, что, если несостоятельность проявляется в вещах, которые предполагают всеобщую информированность и компетентность, то делает для себя соответствующие выводы. И в последствии конкретно корректирует сложившуюся ситуацию своими дополнительными усилиями ума и души.

Самодостаточному человеку важно, в первую очередь, соответствие его личности системе вечных и универсальных классических духовных ценностей. А уже потом, может быть, мнению своего окружения.

Мудрый человек, как правило, не стремится демонстрировать свою мудрость всегда и перед всеми. Ему важно находиться в гармонии с Вселенной. И, чем выше уровень мудрости конкретного человека, чем отчетливее он понимает то, насколько он далек от абсолютной мудрости. Зато тот, в ком присутствует мизерное количество мудрости, любит претендовать на большую мудрость. Особенно в среде непосвященных. Мудрые люди, как правило, легко и быстро вычисляют друг друга. Но, чем меньше реальной мудрости в человеке, тем меньше вероятность того, что он увидит большую мудрость в другом. Мудрый человек не боится признаться в том, что он что-то не знает или не понимает. Ибо, он знает то, что все знать невозможно даже чисто теоретически. Так, можно объединить мудрость миллиарда человек и это будет лишь одна миллиардная часть (в лучшем случае) от абсолютной мудрости. И от мудрости Высших сил.

Мудрый человек принципиально не пользуется лживостью и лицемерием. Однако это не означает того, что он пренебрегает психологической гибкостью и дипломатичностью, тактичностью и деликатностью, великодушием и снисходительностью.

Естественность – это не только черта характера, это еще и элемент мировоззрения человека. Это его собственный принцип и стойкое убеждение – не быть лживым и лицемерным, не проявлять банального актерства и демонстративности, не надувать щеки, не пускать пыль в глаза и т.д. Естественный человек, безусловно, достаточно хорошо контролирует себя. И свои мысли и чувства, желания и стремления, фантазии и мечты. Он стремится обеспечить достаточно высокое качество своих внутренних и внешних процессов интеллектуального и психологического, духовного и эстетического характера. И не ради одобрения окружающих, а ради возникновения полноценного собственного внутреннего чувства удовлетворения собой и своей жизнью, тем, что он делает и тем, как он это делает.

Естественность означает присутствие в человеке чувства собственного достоинства, адекватной любви и уважения к себе, уверенности в себе и своих силах и в том, что постоянная фоновая жизнедеятельность имеет достаточно хороший качественный уровень по всем важнейшим параметрам. И поэтому естественность вовсе не предполагает демонстрацию своих недостатков и пороков под формальным предлогом того, что конкретный человек считает себя естественным. Просто, в силу развитой самокритичности и качественного постоянного самоконтроля, человек знает в себе присутствие достаточно хорошего уровня добродетельности с точки зрения классических духовных ценностей. И, тем самым, предполагает то, что наиболее достойные окружающие будут с должным уважением относиться к его реальным (а не мнимым и показным) достоинствам и добродетелям. Другой вопрос, что достаточно часто поверхностные и легкомысленные, упрощенные и примитивные, мало гармоничные и имеющие в себе элементы деструктивности, лишенные мудрости, интуиции и проницательности, психологической утонченности и изощренности люди воспринимают естественность как элемент чрезмерного простодушия, упрощенности, отсутствия формальной светскости. Из-за того, что в человеке нет чванливости и формализма, высокомерия и пренебрежительности, самоуверенности и самовлюбленности.

Безусловно, интеллигент предполагает вполне конкретную психологическую дистанцию в общении с окружающими. Но, при общении с истинным интеллигентом и, тем более, аристократом, он может временно очень существенно уменьшить величину этой дистанции. Чутко и бдительно наблюдая за тем, как это воспринимает реальный или потенциальный партнер по общению. И своевременно и адекватно корректирую ситуацию по необходимости. Поэтому естественность – это не только элемент психологии, но и еще и философии человеческого бытия. И очень сложный и объемный, многогранный и изощренный элемент. Как правило, полноценное и гармоничное проявление естественности возможно только у людей со средней и высокой степенью сложности личности, имеющих вполне определенные задатки гармонии личности и мудрости, зрелости и одухотворенности.

Естественность предполагает постоянную фоновую доброжелательность интеллигента даже в проблемных и конфликтных ситуациях. В силу наличия уважения к самому себе. Это один из принципов, а не проявление слабохарактерности или безвольности, неорганизованности или произвольности, неуверенности или закомплексованности. Естественность не исключает постановки деструктивного партнера по общению на место. Четко и конкретно, своевременно и адекватно.

Искренность

Искренность обозначает, в первую очередь, отсутствие лживости и лицемерия. Если человеку что-то приятно, то положительные эмоции будут написаны на его лице. Другой вопрос, что в отдельных случаях, из соображений интеллигентности, человек может изобразить свои якобы положительные эмоции. Для того чтобы просто-напросто не обижать другого человека. Но это уже элемент проявления других качеств – тактичности и деликатности.

Конечно, есть различные уровни человеческих отношений. Семейные, родственные, дружеские, производственные, бытовые, приятельские и т.д. И то, что хорошо в одном случае, совершенно не обязательно бывает правильным в другом. Производственные и светские отношения предъявляют к человеку принципиально иные требования, нежели обычные межличностные. Например, показывать своему начальнику свое недовольство далеко не всегда представляется самым оптимальным вариантом.

Но в житейских отношениях искренность особенно важна. Хотя, и в этом случае она вовсе не исключает проявление интеллигентности, психологической гибкости и дипломатичности. Искренность не означает того, что человек должен резать правду-матку всем и всегда. Не учитывая специфику конкретной ситуации и то, насколько она удобна для тех или иных конкретных действий.

Собственно, что такое лживость и лицемерие? Это простая попытка провести психологическую манипуляцию отдельным человеком (или группой людей) в своих личных корыстных интересах. И с нанесением кому-либо вполне определенного сознательного ущерба. Морального или материального характера. Авантюристы и интриганы, непорядочные люди и психологические манипуляторы очень активно используют лживость и лицемерие для введения в заблуждение кого-либо для создания организованной оппозиции против сильного соперника с большим количеством несомненных достоинств и добродетелей.

Искренность важна и в отношениях человека с самим собой. Возникает очень проблемная (временами даже драматичная) ситуация, когда человек начинает лгать самому себе, оправдывать свои неблагонамеренные поступки для самого себя. Конечно, с точки зрения своих сиюминутных интересов, многим людям особенно удобно любыми способами оправдаться перед самим собой. Но, с точки зрения более глобальных интересов, эта ситуация далеко не столь оптимальна и благополучна, как хотелось бы думать ее вдохновителю и организатору. Ибо, человек по своей воле и желанию помещает внутрь своей личности конкретные элементы деструктивного и дисгармоничного характера. Иначе говоря, психологическую и нравственную плесень и ржавчину. Которые будут в последующем, как правило, всю оставшуюся жизнь, постепенно и незаметно разрушать все доброе и хорошее, конструктивное и гармоничное во внутреннем мире человека. Создавая тем самым процесс психологической и духовной деградации.

И, чем чаще человек идет на компромисс со своей совестью, чем интенсивнее и необратимее развивается этот процесс деградации. Не говоря уже о том, что, чем сильнее человек наступает на голос своего внутреннего «я», тем плачевнее будут результаты такого воздействия на него.

Искренность важна в признании своих ошибок и неудач, иллюзий и заблуждений. Другой вопрос, что не только искренность. А еще, например, мужество. Которого у большинства людей очень мало. Что, собственно, в ряде случаев (кроме всего прочего), и толкает человека на лживость и лицемерие.

Чрезмерная амбициозность, не подкрепленная ничем реальным и существенным внутри самого человека в виде классических достоинств и добродетелей с высокой степенью их развития, заставляет человека делать главный акцент в своей жизни на том, чтобы не быть значительным и замечательным, а лишь выглядеть чисто внешне таковым. Вот и начинается откровенное, сознательное и целенаправленное пускание пыли в глаза окружающим.

Нередко в большое противоречие с искренностью вступает распространенный банальный рационализм. Когда человек от каждого своего шага ждет быстрой и существенной выгоды для себя. Даже, если он самый символический. А если эта выгода не представляется ему очевидной и достаточно существенной, то он предпочитает уклониться от такого проявления искренности. В случае присутствия эгоиста с явными и откровенными потребительскими наклонностями ситуация приобретает еще более проблемный характер. Ибо, у эгоиста очень слабо развито чувство благодарности за добрые дела, сделанные в его адрес окружающими. И в тоже время, он буквально требует особой благодарности за каждый свой чих, что называется, в адрес другого человека.

Безусловно, искренность должна быть осмысленной. Человек, претендующий на интеллигентность, стремится моделировать свое общение таким образом, чтобы оно было достаточно удобоваримым и приемлемым для партнера по общению. В принятых рамках разумности и приличия. Искренность не должна быть формальной и механической. Она не предполагает введения в заблуждение вообще кого бы то ни было с эгоистическими целями. Искренность никак не исключает проявление достаточно существенной изящности ума и души.

Искренность не предполагает категоричности и максимализма, прямолинейности и демонстративности, резкости и жесткости (без особой на то необходимости). Искренность тесно связана с честностью и порядочностью. Без искренности невозможна ни дружба, ни любовь, ни просто хорошие человеческие отношения на любом уровне и в любой сфере жизни.

Как правило, большинство людей не умеет лицемерить виртуозно. Некоторые жесты, слова, выражения, стилистика речи, интонация голоса, мельчайшие мимические движения, выражение глаз, так или иначе, раскрывают сознательное лицемерие или лживость человека. Правда, для этого требуется развитая интуиция и проницательность, внимательность и наблюдательность, психологическая аккуратность и осторожность, бдительность и мудрость, существенный жизненный опыт.

С другой стороны, всегда и перед всеми выворачивать себя наизнанку тоже не стоит. Ибо, это, чаще всего, не найдет должного понимания у подавляющего большинства окружающих. И даже более того: во многих случаях обернется для человека очень неприятными последствиями. Да и самому имиджу человека может быть нанесен очень серьезный ущерб. Например, совсем не обязательно всегда и всем говорить все, что думаешь по конкретному поводу. Имеет смысл дозировать и фильтровать, условно говоря, информацию. И не только о себе самом. Не говоря уже о том, что стараться облечь свои мысли и чувства в достаточно достойную и изящную форму. Серьезно заботясь об эстетическом чувстве других людей в интеллектуальном, психологическом и духовном плане. Искренность не исключает проявление великодушия и снисходительности, терпения и терпимости, фоновой доброжелательности даже в самых сложных и проблемных ситуациях.

Качественное взаимное доверие

Доверие – это очень важный момент в жизни любого человека. Всем хочется, чтобы к ним максимальное число людей испытывало наибольшее доверие. Классические интеллигенты, в отличие от всех прочих людей, очень хорошо разбираются в людях. Что, собственно, дает им возможность создавать достаточно подробный психологический портрет нового знакомого (а иногда и совершенно незнакомого человека). И определять то, в какой степени этот конкретный человек заслуживает доверия. Речь в данном случае, не идет о профессиональных манипуляторах и прочих людях похожего типа. Хотя, и применительно к ним есть свои диагностические методики, основанные на экспресс-анализе многочисленных и разнообразных второстепенных и третьестепенных тонкостей и нюансов, деталей и подробностей.

Все истинные интеллигенты считают своим священным долгом не только проявлять большое и качественное доверие к тем, кто этого действительно заслуживает. Но и всегда, и во всем, и в полной мере оправдывать то доверие, что кто-то к ним проявил. Чувство собственного достоинства не позволяет им себя вести иначе. И дело касается не только других интеллигентов, но и вообще любых других людей. Не зависимо от их интеллекта, профессии, социального положения и прочих других формальных характеристик и показателей.

Интеллигент старается не вызывать сомнений в своей человеческой и личностной порядочности в любых отношениях и на любом их уровне. Все, что он делает, носит четкую и конкретную печать добросовестности его ума и души. И не потому, что он – это злокачественный формалист. А потому, что он считает необходимым иметь возможность всегда и во всем уважать себя самого за то, что он делает и за то, как именно он это делает.

Даже сталкиваясь с авантюристами и интриганами, интеллигент никогда и ни в чем не отступает от своих личных принципов порядочности и благородства. Хотя, безусловно, строит свои отношения с ними существенно иначе, нежели со всеми прочими людьми. Не говоря уже о тех, кто смог завоевать его доверие.

В личных отношениях интеллигент сознательно и целенаправленно стремится создать сокровенный уровень общения. Конечно, только там, где это возможно хотя бы чисто теоретически. Ибо, сокровенное общение – это двухсторонний процесс. И если одна сторона откровенно халтурит, то из этого, скорее всего, мало что хорошего может получиться.

Интеллигент ведет себя так, чтобы не было и тени сомнения в том, что он заслуживает большого и стабильного доверия. И не только в какой-то отдельной и конкретной ситуации, но и на всю оставшуюся жизнь. Если же, помимо воли и желания интеллигента, возникла какая-либо не совсем корректная ситуация, то он сам, без специального напоминания со стороны, старается компенсировать неблагоприятные моменты возникшей ситуации. Пусть даже с некоторым прямым или косвенным ущербом его личным интересам. Ибо, его доброе имя ему дороже всего. Интеллигент – это дипломат во многих вопросах. Но он хранит верность своим духовным принципам и убеждениям. Компромиссы со своей совестью ради личных интересов для него категорически недопустимы. Хотя, конечно, в отдельных случаях возникает ситуация, когда ради больших духовных моментов из числа классических ценностей можно в определенной степени пожертвовать какими-либо моментами, косвенно связанными с духовностью. Все должно быть максимально осмысленным. Формализм и чванство в принципе чужды интеллигенту.

Лояльность

Лояльность – это не только элемент психологии, но еще и философский элемент, связанный с мировоззрением человека. Это своего рода момент более глубоко и многогранно осознанной доброжелательности. Которая, в свою очередь, является естественным и закономерным проявлением интеллигентности. Только применительно к аристократам этот момент имеет не только более высокий уровень гармоничности (как элемент гармоничности личности в целом), но еще и характеризуется еще более высоким уровнем многогранности, выраженности и изощренности. Что, собственно, является почти постоянной добавочной характеристикой применительно к большинству достоинств и добродетелей аристократа.

Отчасти лояльность основана еще и на терпении и терпимости, великодушии и снисходительности, понимании основных законов бытия. В частности, закона медленной и постепенной эволюции личности человека. Когда приближение к абсолютному идеалу возможно только через сто воплощений по сто лет каждое. В силу чего ждать каких-либо фантастических результатов в течение одной жизни буквально от всех людей, мягко говоря, не приходится. Ибо, это и нереально, и нелогично.

Лояльность бывает и у отдельного человека, и у группы людей, у общества, у народа, у человечества в целом. Лояльность может быть характеристикой отношения к кому-либо со стороны Высших сил. Только тогда она называется благоволением. Хотя, в зависимости от уровня развития интеллекта, от уровня психологической и духовной эрудиции того или иного конкретного человека возможно употребление обоих терминов. В зависимости от того, какой из них представляется наиболее удобоваримым (приемлемым). Это не меняет сути дела. Можно вспомнить и библейский призыв «не судить». Ибо, каждому человеку от рождения даются задатки вполне конкретного набора достоинств и добродетелей, способностей и талантов. И человек не волен сам что-либо выбирать для себя. В том числе, и наиболее подходящее. В этом проявляется воля Высших сил. И поэтому обсуждать и, тем более, осуждать волю Высших сил – это не только неразумно, но еще и весьма опасно. Ибо, при непонимании этого момента человека ждут очень серьезные проблемы и неприятности, в отдельных наиболее злокачественных случаях – даже драмы и трагедии. И в этом плане, по большому счету, желательно преимущественно учиться на ошибках других людей. Но, это, к сожалению, далеко не такое простое занятие, как нам всем того хотелось бы.

Интеллигент понимает то, что далеко не у каждого человека имеются благоприятные внешние условия жизни для полноценного развития его личности. И не у каждого для этого имеется должный набор необходимых качеств. В частности, интеллект, сила воли, трудолюбие и добросовестность ума и души, духа и тела; конструктивность и созидательность, стремление к совершенству и гармонии, самокритичность, самоконтроль. И еще сотни полторы качеств, описанных в книге «Творческая личность».

Лояльность бывает по сути и по форме. По форме она часто бывает продиктована тактичностью и деликатностью, психологической осторожностью и аккуратностью, бережностью и внимательностью, предупредительностью и предусмотрительностью. У большинства людей лояльность бывает периодической и, как правило, продиктована логикой банального рационализма. У интеллигента она постоянна и на хорошем качественном уровне. Часто она касается второстепенных недостатков интеллектуального и психологического характера. Но не распространяется на духовные пороки сознательного характера.

Конечно, как и любая другая добродетель, лояльность должна быть максимально осмысленной. В противном случае, она может из большого и ценного достоинства превратиться в не менее значительный недостаток. Временами, при особо легкомысленном и безответственном отношении, переходящим в общественно опасный порок. Так, в каждую конкретную эпоху и даже просто период времени в человеческое общество приходит масса искажений и извращений классических ценностей. Интеллектуального и психологического, духовного и эстетического характера. И, в силу того, что большинство людей не обладает должным уровнем развития интуиции и проницательности всех четырех основных видов (выше перечисленных), то и происходит не только повсеместное распространение этих псевдоценностей, но и глубокое их усвоение. Настолько глубокое и основательное, что в последующем многие классические ценности такими людьми или не воспринимаются в роли таковых, или вообще принципиально отторгаются, как явно чужеродные, неправильные, искаженные и т.д. И, учитывая то, что большинство людей обладает только одним видом мышления – стереотипным, то тенденция распространения псевдоценностей приобретает характер общественной (или даже общечеловеческой) эпидемии. Которая совершенно не способствует полноценной эволюции и отдельного человека, и общества в целом – это, в лучшем случае. А, в худшем случае, вызывает вполне определенную психологическую и духовную деградацию и отдельного человека, и всего общества. И одной из причин такого явления является, мягко говоря, недостаточно осмысленная лояльность. И отдельного человека, и всего общества в целом. В отдельных случаях – и всего человечества. И тут тоже далеко все не так просто, как нам всем этого хотелось бы. Дело в том, что мудрость – это удел только небольшой группы особо избранных. И вот задача большинства людей в том и заключается, чтобы своевременно и в полной мере распознать этих действительно мудрых людей. Чтобы в последующем очень внимательно прислушиваться к их мнению. Но и тут есть очень большой барьер. Это неумение большинства людей толково разбираться в людях. Не на уровне банальной житейской логики, когда почти все люди выглядят достаточно неплохо и вообще, и применительно к данному моменту, в частности. А с точки зрения духовной логики, когда относительно благополучными являются, в лучшем случае, десять процентов людей.

Низкий уровень духовной эрудиции и одухотворенности у большинства людей приводит к тому, что они бывают способны тонко и дифференцированно воспринимать только примитивные, упрощенные и обычные явления жизни. Явления жизни средней степени сложности адекватно воспринимаются лишь иногда. А уже сложные явления жизни – очень редко. Не говоря уже про очень сложные. Тут вообще почти полный мрак не только применительно к тому или иному конкретному народу, а и к человечеству в целом. И, если человек не понимает того, какое именно явление имеет место перед ним, то и ждать от него адекватного отношения к нему не приходится. Например, нужна лояльность или нет. Если нужна, то в какой именно степени. Неадекватная расстановка акцентов приводит к весьма нежелательным последствиям. Мягко говоря. Это сотни миллионов драм и трагедий. И не только индивидуальных, но и общественных, государственных, в масштабах всего человечества.

Надежность

Свойство достойной человеческой личности, заключается в том, что человек имеет достаточно хорошую психологическую и нравственную стабильность в мыслях и чувствах, желаниях и стремлениях, намерениях и поступках. Он сознательно стремится к тому, чтобы это проявлялось всегда и во всем. Ибо, уровень его добродетельности, зрелости его мировоззрения, одухотворенности, гармоничности, конструктивности (к себе, к жизни, и к окружающим) не позволяет ему быть легкомысленным и безответственным, переменчивым и двойственным, беспринципным, склонным к авантюрам и интригам. Человек не только понимает слова «порядочность» и «благородство», но и старается в максимальной степени реализовать их практически. Он стремится постигать духовные законы жизни и учитывать их в своей повседневной жизнедеятельности. Он стремится иметь иерархию ценностей, близкую к классической. Вечной и универсальной. И поэтому он хранит верность своим принципам и убеждениям, стараясь избегать больших компромиссов со своей совестью. Он проводит постоянный и многогранный самоконтроль за своими мыслями и чувствами, отсекая жестко и категорично все, имеющие даже небольшой элемент деструктивности и дисгармоничности, упрощенности и примитивности психологического и интеллектуального, духовного и эстетического характера. Не говоря уже об умеренной или значительной выраженности этих проблемных моментов в себе. Ведь, порядочный человек – это не тот, в ком не возникает, мягко говоря, дрянных мыслей. А тот, кто контролирует себя и своевременно отвергает их от себя. Ибо, многие мысли и чувства, возникающие в сознании человека, не являются продуктом деятельности его психики. Они вложены ему извне посторонними силами. Или идут из темных слоев его подсознания. И тут особенно важна психологическая и духовная бдительность. Как рассказывает история человечества, даже у святых периодически возникали кощунственные мысли. Другой вопрос, что они с этим прекрасно справлялись, не позволяя этой дрянной информации пускать корни в своей личности. Они понимали смысл народной мудрости – «коготок увяз – всей птичке пропасть».

Человек хранит верность своему слову. Конечно, периодически он меняет свое мнение о чем-либо. Но для этого нужны очень серьезные и веские аргументы. А не просто сиюминутная измена настроения или воздействие какого-либо второстепенного или третьестепенного фактора. Он не раздает обещания направо и налево. Ибо, понимает то, что должен все свои обещания исполнить. В срок и должным образом. И в этом проявляется трудолюбие и добросовестность его ума и души. Халтурность чужда ему в принципе. К важным явлениям жизни он старается относиться максимально серьезно. Понимая и разделяя главное и второстепенное. И не только в той или иной конкретной ситуации, а и по жизни вообще. Безусловно, в нем духовные ценности стоят на первом месте. И только потом идут интеллектуальные и психологические.

В надежности проявляется элемент мудрости интеллигентного человека. Он сам предъявляет к себе достаточно высокий уровень требовательности. Часто гораздо больший, чем это имеет место у окружающих. Ему важно испытывать собственное внутреннее чувство удовлетворения собой и своей жизнью. Тем, что он делает, и тем, как он это делает. И мнение окружающих, при этом, для него не главный, а дополнительный момент. Такой человек считает, что для сохранения и укрепления уважения к себе, адекватной любви к себе он должен иметь внутри себя достаточно высокую планку качества. Применительно ко всем аспектам своей жизнедеятельности, имеющим интеллектуальный и психологический, духовный и эстетический характер. Это, конечно, не значит того, что все и всегда у него получается только на пять с плюсом. Но важен сам момент сознательного стремления к высокому качеству внутренней и внешней жизни. Мудрость – это дело наживное. И самые большие мудрецы, как правило, считали, что они знают мало.

Если человек принял решение, то он старается от него не отступать. Если поставил перед собой конкретную задачу, то стремится ее решить наиболее оптимальным образом. Проявляя усердие и упорство, настойчивость и целеустремленность, создавая себе необходимую и эффективную мотивацию в решении сложных и трудных задач. Он никогда не перекладывает ответственность за свои дела на других людей. У него хватает мужества признаться в своих ошибках и неудачах, иллюзиях и заблуждениях. Он не будет проявлять нравственную изворотливость и пронырливость, самоуверенность и самовлюбленность, эгоизм и потребительское отношение к окружающим.

Надежный человек старается, чтобы его родным и близким, друзьям и знакомым не было стыдно за него, за его мысли и чувства, стремления и поступки. Главное, конечно, чтобы не было стыдно самому.

Такой человек имеет вполне определенную уверенность в себе. Он не тянет одеяло на себя. Более того, многие могут рассчитывать на его помощь и поддержку. И если он помогает, то делает это на хорошем уровне. Он не склонен к лживости и лицемерию. Что, собственно, не исключает проявления психологической гибкости и дипломатичности.

Он не уклоняется от решения сложных задач и поэтому старается держать свой ум и душу в хорошем энергетическом тонусе. Чтобы жизнь не застала его врасплох. Даже если возникают какие-либо неблагоприятные обстоятельства, то он старается сделать свое дело на достойном уровне. Даже при условии, что оно может потребовать от него гораздо больше умственных, душевных и физических сил. А в отдельных случаях, даже некоторого ущерба для его личных интересов. Другой вопрос, что он не страдает мазохизмом. И все старается делать осмысленно. Он не создает себе сложности искусственно, чтобы их героически преодолевать. Но и не бежит от них, всячески напрягая фантазию и воображение, сообразительность и изобретательность.

Собственно, надежность – это элемент добродетельности. Без которой невозможна даже интеллигентность. Другой вопрос, что истинный интеллигент стремится быть максимально надежным почти всегда и во всем. И не ради внешней показухи, а ради естественной и закономерной потребности своего ума и души. Надежность в сложных и трудных делах – это особенно ценное качество. Она, правда, не исключает помощи и поддержки других людей. Особенно более умных и мудрых, более одухотворенных и более талантливых, более компетентных и более опытных.

Порядочность

Порядочность – это одно из главных свойств человеческой личности. Многие трактуют ее как любовь к нравственному порядку. Когда человек всегда и во всем сознательно стремится соответствовать нравственным и духовным правилам и законам человеческого общества. Это элемент одухотворенности и мудрости. Как правило, человек проявляет свою порядочность не потому, что боится осуждения окружающих, а потому, что она является его собственным внутренним принципом. И без нее просто-напросто не существует его чувства собственного достоинства.

Порядочность может быть минимальной, средней и высокой. Когда порядочность на среднем уровне, то можно говорить о наличии в человеке определённой интеллигентности и даже некоторой светскости. Но у классического интеллигента порядочность бывает только одного вида – высокой. Если она не является высокой, значит, это не истинный, а мнимый интеллигент. Что, собственно, мы и можем видеть буквально на каждом шагу.

Порядочность является неотъемлемой частью благородства. Порядочность состоит из честности, искренности (отсутствия лживости и лицемерия), доброжелательности, стремления избегать использования интриг и авантюр, эгоистических психологических манипуляций, пошлости и цинизма, равнодушия и жестокости, примитивности и упрощенности в интеллектуальном, психологическом и нравственном плане. Это присутствие чувства долга и ответственности не только перед обществом в целом, но и в общении с отдельным человеком. Не зависимо от его материального и социального положения. Порядочный человек способен даже проявлять определенный элемент рыцарства. Порядочный человек уважает честь и достоинство, интересы окружающих. В силу чего стремится избежать ситуации нанесения им прямого или косвенного, материального или морального ущерба. Как правило, порядочный человек обычно деликатен и тактичен, великодушен и снисходителен к второстепенным слабостям и недостаткам окружающих, их иллюзиям и заблуждениям, ошибкам и неудачам интеллектуального и психологического (но не духовного) плана.

Порядочный человек исходит из принципа, что он сам должен быть доволен тем, что он делает и как он это делает. Он предъявляет высокий уровень требовательности к себе, не зависимо от того, как при этом ведут себя окружающие. Он не склонен «надувать щеки», «распускать павлиний хвост», пускать пыль в глаза, сознательно вводить кого-либо в заблуждение, исходя из личных эгоистических интересов.

Порядочный человек отличается высокой самокритичностью и постоянным серьезным и многогранным самоконтролем. Он по собственной инициативе признает свои ошибки и неудачи, иллюзии и заблуждения. Он сохраняет верность своим принципам и убеждениям, проявляет добросовестность своего ума и души. Он стремится иметь свою иерархию ценностей, близкую к классической. У него есть конструктивное отношение и к себе, и к окружающим. Он старается всегда и во всем быть максимально корректным. Он стремится иметь адекватную любовь и уважение к себе. Ему чужда самоуверенность и самовлюбленность, своенравность и сумасбродство, поверхностность и легкомысленность, высокомерие и чванство. Он стремится иметь на все жизненные моменты и явления собственную точку зрения. И обычно это самостоятельная и независимая личность, внутреннее и внешне организованная, имеющая элемент самодисциплины. Он старается строить преимущественно прочные и перспективные отношения.

Порядочный человек понимает свое место в жизни и смысл жизни, как таковой. Ему чужда ревность и зависть к чужим успехам и талантам, злопамятность и мстительность. Он старается быть значительным, а не выглядеть таковым лишь чисто внешне. Он склонен адекватно оценивать окружающих. И при необходимости признавать их частичное или существенное превосходство. Он способен увидеть и оценить более развитого, более талантливого, более умного, более мудрого, более одухотворенного человека. Он чужд демонстративности, экзальтированности, экстравагантности, тщеславия, карьеризма, стервозности, истеричности. Он имеет выдержку и самообладание, хорошую силу воли, трудолюбие и усердие. Он руководствуется в жизни не самолюбием, а честолюбием.

Порядочный человек стремится учиться умению правильно разбираться в людях (что имеет место быть лишь у пяти – десяти человек из ста). Он понимает свою главную ответственность не перед конкретным обществом, с его многочисленными и разнообразными деструктивными и дисгармоничными стереотипами восприятия и мышления, чувствования и поведения. А перед Высшими силами Вселенной.

В своем повседневном поведении он стремится руководствоваться не мирской, а духовной логикой. Что во многом противоположные вещи, явления из совершенно различных систем координат. Порядочный человек стремится заниматься сознательно и целенаправленно процессом самовоспитания и самосовершенствования. Порядочный человек склонен помогать слабому и немощному. И при необходимости брать на себя ответственность за некоторых окружающих. Он проявляет психологическую и духовную предупредительность. Чтобы избегать ненужных проблемных и конфликтных ситуаций. Или выходить из них с наименьшим ущербом и для себя, и для других людей. Как правило, он проявляет психологическую аккуратность и осторожность, внимательность и бдительность.

Почтительность

Почтительность предполагает повышенную внимательность человека ко всем окружающим. Такой человек не только знает о том, что есть в обществе люди, настолько важные и ценные с общественной точки зрения и с точки зрения системы вечных и универсальных классических ценностей, что к ним необходимо относиться не просто доброжелательно и уважительно, но и с достаточно существенным элементом почтительности. Но такой человек еще и постоянно ждет появления на горизонте личности, заслуживающей почтительного отношения. Он старается проявлять максимально возможную (в меру сил и возможностей) бдительность, предупредительность и предусмотрительность. И интеллектуального, и психологического, и духовного, и эстетического характера. И это не каприз или прихоть такого достойного человека. Ибо, он четко и конкретно понимает то, что масштабная, и, тем не более, гармоничная личность – это проявление благоволения Высших сил к людям, к обществу, к человечеству в целом. И именно поэтому к ней необходимо относиться совершенно особым образом. Потому как, в противном случае, можно получить весьма серьезное наказание от Высших сил. Настолько серьезно, что может изменить весь ход жизни того или иного конкретного человека. Причем, именно в отрицательную сторону, создать бесконечную череду различного рода драм и трагедий. Происходящих, как правило, по нарастающей. Вплоть до чисто физического устранения отщепенца из жизни вообще. Автор лично знает массу таких ярких и наглядных случаев. Например, многолетние мучения при злокачественной онкологии. Или тяжелой форме шизофрении. В отдельных, наиболее деструктивных и дисгармоничных случаях, наказание ложится не только на самих отщепенцев, но и на многие поколения их потомков. Как, например, в России после революции.

Способность человека ощущать искреннюю и бескорыстную почтительность, его глобальная открытость для этого чувства, его большая склонность к его не просто какому-то там символическому или предельно формальному ощущению, а к ощущению очень мощному, захватывающего человека буквально целиком, все его существо. И не только на какие-то относительно продолжительные периоды времени, но и практически пожизненно. Эта способность имеет особенность действовать на личность человека весьма благотворным образом. Повышая буквально автоматически его уровень интеллекта, мудрости, самодостаточности, зрелости, конструктивности, созидательности, одухотворенности и добродетельности. И, чем чаще он ощущает почтительность к другим людям по всем четырем видам человеческой деятельности (интеллектуальная и психологическая, духовная и эстетическая), тем интенсивнее в нем идут процессы гармонизации и совершенствования. В том числе, самовоспитания.

Почтительность не должна быть механической и слепой. Она предполагает присутствие тонкого и дифференцированного восприятия различных явлений жизни. В том числе, и личностного характера. Желательно, чтобы человек достаточно четко понимал реальный повод для своей почтительности. Ибо, почтительность других (как правило, преимущественно, чисто внешняя у большинства обычных людей) окружающих не может быть единственным и самым главным аргументом для достойного человека в возникновении у него собственного мощного и стабильного чувства почтительности. Только реальные достоинства и добродетели, способности и таланты, не только вложенные в того или иного человека Высшими силами, но и интенсивно и добросовестно развитые их обладателем, могут быть должным основанием для возникновения почтительности. Конечно, важна и чисто внешняя сторона почтительности, которая позволяет окружающим видеть не только сам факт присутствия почтительности, но и ее величину, степень многогранности и изощренности. Но, гораздо важнее ее внутренняя составляющая, имеющая в своем составе особое уважение и симпатию, восторг и восхищение, трепет и благоговейное чувство (в отдельных особенных случаях). Можно даже сказать, что, если конкретный человек не способен ощущать почтительность в ее многогранности и изощренности, то его личность вряд ли сможет добиться чего-либо особенно существенного. За очень-очень редким исключением из этого правила.

Обширная практика проявления благоговейного чувства к отдельным, наиболее достойным людям, делает ум и душу человека значительно более утонченными и изящными, красивыми и замечательными, возвышенными и прекрасными, одухотворенными и гармоничными. Почтительность и благоговейность придают уму и душе особую виртуозность. Создают реальную и прочную основу для появления возможности у такого человека подключаться к наиболее гармоничным информационным каналам Вселенной. Что способно автоматически поднять качество творчества такого человека на несколько ступенек выше в своем развитии. Этот момент, в свою очередь, помогает решать сложные вопросы жизни значительно успешнее и оптимальнее. Не говоря уже о масштабности познания себя, мира, жизни. Которое получает мощный дополнительный толчок в своем и количественном, и в качественном плане.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.