Андрей Тимофеев
Вещий грешник

Пролог.

Декабрь две тысячи двенадцатого года выдался холодным и снежным. Снегоуборочный транспорт в городе работал круглосуточно без перерывов. Перед Новым годом, двадцать девятого числа я шёл по центральной улице Великого Новгорода в поисках подарка для любимой женщины. Предновогодняя, ярко украшенная магистраль сияла неоновым светом витрин и разноцветными лампочками гирлянд, развешанных на деревьях. Шёл шестой час вечера, и я, Туманов Алексей Викторович, чувствуя восторг от приближающегося праздника, остановился возле двери парфюмерного магазина. Летом минувшего года я устроился работать в речной порт, сначала сменным ответственным дежурным в караванную службу, занимающуюся обслуживанием судов, а затем сторожем в отдел охраны предприятия. Параллельно я пытался наладить работу собственной фирмы, но пока она приносила только небольшие, но расходы. Зарплаты сторожа и пенсии по инвалидности хватало на текущие траты, и я был уверен в своём финансовом положении, употребляя в свободное время пиво с закуской с желанной женщиной и друзьями. Посмотрев на разложенную по прилавкам продукцию парфюмеров всего мира через стеклянную дверь, я толкнул её и вошёл в просторный зал заведения. Я выбрал японские духи, запах которых мне понравился, и довольный сделанной покупкой отправился через мост Александра Невского домой. В двухкомнатной, небольшой квартирке возле набережной реки Волхов я, любуясь купленным сюрпризом для любимой, начал строить планы на предстоящее торжество. Завтра к восьми часам утра мне надо было идти отработать свою смену, но зато тридцать первого декабря и первого января я отдыхал. Отношения с желанной Оксаной в последнее время приняли странные очертания. Иногда, несмотря на тёплое прощание, она по нескольку дней не брала сотовую трубку, видимо на что-то обижаясь, но потом всё налаживалось и наши отношения становились ещё более откровенными и желанными. Сейчас она не отвечала на звонки уже целую неделю, и я, мечтающий встретить новорожденный год с дорогим человеком, набрал до боли знакомый номер, но в ответ услышал лишь длинные гудки. Дав волю эмоциям, я успокоился и решил встретить праздник с другом по реабилитационному отделению психушки Мишей Фоминым, некогда работающим в управлении пожарной охраны города. Он был физически очень крепок, черноволосый, красивый брюнет высокого роста. Мы подружились с ним, играя в настольный теннис, год назад. Я решил позвонить ему завтра с работы и, успокоившись, включив телевизор, отошёл в мир грёз.

Ранним утром, когда все ещё спят, я стоял на остановке, ожидая тринадцатого автобуса, который выезжая за черту города должен был доставить меня на песчаный карьер к служебному вагончику. Бытовка в дневное время до четырёх часов использовалась как место диспетчера отдела реализации, а затем до восьми часов утра как место охраны импортного экскаватора, а в выходные дни приходилось работать сутками. В вагончике стоял телевизор, служебный стол и постель для отдыха. На вспомогательном столике находились электрический чайник и плитка. С середины декабря до середины января головная организация приостановила вывоз песка, и мы втроём, с двумя сослуживцами, дежурили посуточно. Первый рейсовый автобус подошёл к половине седьмого утра и, войдя в теплое нутро транспорта, я устроился на сиденье недалеко от кондуктора. На полупустом перевозчике на базу надо было ехать минут двадцать, и затем двигаться по тропинке в поле в сторону реки идти минут пять. Проделав до боли знакомый путь, я вошёл в бытовку и поздоровался с партнёром по работе Андреем Пустовым:

– Привет, дорогой. Рассказывай, как дела?

– Всё тихо, без происшествий, – ответил крепкий мужчина, служивший ранее в охранной фирме.

Я сел за стол рядом с товарищем, закурил и мы начали обсуждать предновогодние новости. Поболтав ни о чём около получаса, мы попрощались, и я лёг на кровать смотреть телевизор. Мысли как-то сами по себе вернулись к предмету обожания. Высокая, полноватая, но гармонично сложенная шатенка с короткой стрижкой и большими, зелёными глазами была моей возлюбленной уже почти два года. Я добивался её тела очень долго, и она отдалась мне неожиданно, рассказав про половую близость своего несовершенного отпрыска. Видимо это являлось причиной нашей близости. Следующего раза мне пришлось ждать семь месяцев. Но больше всего меня манила в ней несмотря на то, что она была младше меня на десять лет, её чистая, какая-то детская, непорочная душа. Она подрабатывала за минимальную оплату у меня бухгалтером в фирме. Основной её доход составляли пенсия отца и сдача однокомнатной квартиры в наём, а также алименты, которые она получала на сына. Свободное время мы в основном проводили в её старом, двухэтажном, с деревянной лестницей домике на кухне в общении, употребляя пенное.

Память, память – это ты хранительница неповторимых моментов прошлых лет. Бродить по твоим закоулкам в трудные времена иногда является единственным шансом на спасение души и тела, ты даришь воспоминания о самом дорогом и сокровенном, стирая из своих недр отчаяние, тревогу и неудачи. Я встал с лежбища размять ноги и, сев за рабочий стол, закурил. Телевизор что-то мягко бормотал о смысле жизни и приближающемся празднике. Я переключил его на музыкальный канал и вновь окунулся в реку ностальгии. Мы с любимой доверяли друг другу, делясь историями из своего жизненного опыта и планами на будущее. Фирма не приносила дохода, и я держал её только ради Оксаны для того, чтобы она была официально оформлена на работе и трудовой стаж не прерывался. Волны памяти отбросили меня в шестнадцатое октября уходящего года. Мучаясь от нехватки финансов для оборотных средств предприятия, я обзвонил всех родственников и знакомых в поисках денег, но везде получил отказ. В расстроенных чувствах я позвонил милой и пригласил её составить мне компанию для прогулки по Кремлёвскому парку. Подойдя к месту встречи, я сел на скамейку и закурил. Смеркалось, на город опускался туман, и в этом облаке я узрел силуэт любимой, которая      быстрой походкой приближалась ко мне. Поприветствовав меня, Солнышко поинтересовалось проблемами своего шефа, и я выложил ей всё.

– Знаешь, милая, мне кажется, что у меня есть должник, – попытался я закончить разговор, намекая на то, что два года назад помог Богу победить Дьявола.

– Алексей, успокойся. Вот увидишь, что скоро всё наладится. За чёрной полоской всегда идёт белая. Пойдём лучше возьмём по баночке пива, – ответил личный психолог.

Мы прошли в ближайший магазин, взяли пенного и возвратились на место. Я сделал два глотка, меня отпустило, и мы стали весело обсуждать, как неделю назад закончили ремонт в квартире, предназначенную для сдачи в наём.

Жилец съехал с однокомнатной, расположенной на первом этаже здания, квартиры в середине сентября. Оксана, посетив оставленное жильё, пришла в ужас. Квартира находилась в плачевном состоянии: ванная комната и туалет встречали хозяйку черной плесенью на побеленной поверхности и облупившейся краской, обои в комнате и на кухни были заляпаны жиром и грязью. Солнышко предложило мне помочь ей отремонтировать приют для бездомных, и я с радостью согласился. Квартиру надо было отремонтировать за две недели, потому что затем риэлтер должен будет показывать обитель потенциальным съёмщикам. Я переехал в спальный район, в котором располагалась девятиэтажка, и мы приступили к работе, предварительно закупив материалы для ремонта. Раз в три дня я отлучался на работу, проводя всё остальное свободное время в помощи хозяйке. Питались мы чем придётся, спали на узкой тахте в комнате. Намучившись за день ремонтными делами, мы после девяти часов вечера позволяли себе прогулку по Западному району, обходя прямые, усаженные деревьями возле домов, улицы. Для того чтобы снять усталость мы поглощали пиво по две-три баночки на бедолагу, расположившись на понравившейся нам скамеечке, расположенной во дворе пятиэтажки недалеко от нашего лежбища. Возвращаясь домой, мы падали на тахту, почти моментально отправляясь в царство Гименея. Посредник позвонил неожиданно быстро и сообщил нам, что завтра приведёт к нам клиента, а у нас ещё была не доклеена прихожая. Заведя будильник на раннее утро, мы грохнулись спать. Мы закончили ремонт за час до прихода посетителей, и я, чтобы не смущать клиентов отправился на прогулку. Усталость валила меня с ног, и я, дойдя до ближайшей скамеечки, устроился отдыхать, а завтра с раннего утра надо было идти дежурить. Оксана перезвонила мне через час и сообщила радостным голосом, что сдала квартиру, и я проводил её в отчий дом. После этого наши отношения стали ещё более крепкими.

Ностальгия отпустила меня, и я перевёл взгляд на экран телевизора, на котором под популярную музыку танцевали симпатичные девчонки. Бросив взгляд на наручные часы, которые показывали семь часов утра я удивился тому, как быстро пролетело время. Скоро должен был подойти мой сменщик Андрей Петров, мужчина старше меня на пять лет, в своё время прошедший ад Афганистана и Нагорного Карабаха. Я сел за стол, приготовил кофе и закурил в тот момент, когда дверь бытовки открылась и в её нутро вошёл друг.

– Привет, Лёха! Тебе, как всегда, повезло, а я в Новый год буду работать, – сказал приятель, доставая из своей сумки бутылку креплёного вина.

– Привет, Андрюха огурец тебе в ухо! – поприветствовал я товарища.

– Давай проводим уходящий год, – разливая вино по стаканам, предложил сослуживец.

Мы выпили вино, закусив его шоколадной конфеткой, обменялись новостями, и я отправился домой отсыпаться.

Из царства Гименея меня вывел звонок сотового телефона. Нажав клавишу аппарата, я услышал голос Миши Фомина:

– Алексей, я подъеду к тебе в пять вечера.

– Хорошо, буду ждать, – ответил я и, прервав разговор, взглянул на часы.

Часы показывали час дня, это означало, что в запасе у меня есть ещё четыре часа. Испив черного кофе, я оделся и отправился закупаться продуктами к празднику. Купив жареную рыбу и мясной салат, а также отоварившись в супермаркете двумя бутылочками русской водки и бутылочкой шампанского, я вернулся в свою берлогу. Поставив купленные товары в холодильник охлаждаться, я включил гирлянду на небольшой, искусственной ёлочке, поставил её на стол и, в ожидании товарища по несчастью, лёг на диван, настроив телевизор на первый канал.

Глава 1.

Звонок домофона разбудил меня, источник информации вещал об уходящем сегодня году. Я понял, что ещё только вечер холодного, отмеченного снегопадом дня, и пошел открывать входную дверь. Услышав уверенные шаги на лестничной площадке, я увидел в проёме двери красное от мороза лицо друга.

– Привет, дорогой! – радуясь встрече, поздоровался я.

– Привет охране! – громко, на весь подъезд, ответил Михаил.

Я впустил его в небольшую прихожую, он разделся и пошёл в комнату на звук телевизора. Вслед за ним я прошёл на место празднования. Я посмотрел на часы, они показывали начало пятого. Обменявшись новостями, мы вытащили из холодильника бутылку водки и закуску и отнесли в комнату. Расположившись за столом, вперив взгляд в телевизор мы выпили по две стопочки и вышли на балкон покурить. Нарядно одетая улица встретила нас звуками музыки и голубыми гирляндами в окнах домов. Вернувшись за стол, мы начали поглощать самый калорийный в России напиток, произнося короткие тосты, и вскоре бутылка опустела. Узрев это, бывший пожарный стал настаивать на том, что пока не поздно надо сходить в магазин и докупить водочки. Я удивился, но, как известно, слово гостя закон, и мы вышли из дома в ближайший супермаркет за сорокаградусной. К кассе супермаркета друг подошёл с тремя поллитровками, я опешил, но вынул бумажник и расплатился. Вернувшись в хрущёвку, мы вновь приступили к трапезе, ставшей просто пьянкой. В десять вечера, уже довольно набравшись, я позвонил предмету страсти. В этот раз Оксана взяла трубку. Я сразу протрезвел и предложил ей встретиться на Софийской площади у Новогодней ёлки после боя Курантов. Надо же, на моё счастье, Солнышко согласилось, а я, закончив общение, в приподнятом настроении вернулся к продолжению праздника. Миша разлил по стопочкам остатки второй бутылки, мы выпили, и он побежал за третьей к холодильнику. В ужасе я налёг на поглощение салата и, дождавшись речи президента, открыл шампанское. Выпив игристое за новорожденного, я прилёг на диван, а Михаил, раздвоившись у меня в глазах, схватил телефон и начал обзванивать знакомых.

Стон, я приоткрыл глаза и понял, что стонал я. Голова раскалывалась от боли, в глазах мелькали золотые искры. Коктейль “Кремлёвские звёзды” – осознал я. Я перемешал водку в изрядных количествах с игристым, во время юности, ещё при Советском Союзе его продавали в барах – поддаёт быстро, но с утра мучают страшные головные боли. До меня дошло, что сейчас утро Нового года. Трещал телевизор, отдаваясь громом в ушах. По экрану прыгали зарубежные артисты. Я посмотрел на часы, которые показывали пять часов. Вновь застонав, я привстал с дивана и услышал духовой оркестр возбуждённых голосов, доносящихся с кухни. Я пошёл на голоса и увидел за столом на кухне Мишу, Стаса Минина и ещё двоих незнакомых мне мужчин.

– Женя, – представилась мне особь с бородой, протягивая мне руку для знакомства.

– Кирилл, – отозвалось на мой взгляд существо, сидящее в уголке.

Я пожал протянутые руки и посмотрел на Мишу, который смутился и произнёс:

– Вид у тебя бледный, опохмелись, – предложил приятель, протягивая мне наполовину наполненный стакан водки.

Ни слова не говоря, я опрокинул стакан в глотку и, запив его лимонадом, начал движение в комнату. От принятой на грудь микстуры полегчало. Дойдя до дивана, я пультом выключил источник информации и грохнулся на лежбище.

От чёрной как угли костра земли в белоснежную высоту тянулась голубая дорожка, зовущая тишиной и покоем. Глаза открылись сами. Сердце в груди отчаянно билось, тело, покрытое холодным потом, ныло. Перед глазами витали хрустальные осколки. Ленивым рассудком я понял, что синим сиянием за мной приходила Смерть. Кое-как добравшись до кухни, я накапал себе сердечных капель и выпил их. Капли подействовали, стало легче. Я осмотрел помещение: на столе стояли пустые бутылки из-под водки и тарелки с недоеденным салатом с потушенными в нём окурками. Дверь в комнату отца была открыта и на его постели спал и громко храпел бородатый мужик. Я прикрыл дверь и неуверенным шагом прошел в свою комнату и увидел под столом перевёрнутую тарелку с рыбой и разбитый фужер. Застонав от боли в голове, я прилёг на диван и, мучаясь похмельем, заснул.

Глаза открылись сами, из окна в комнату лился белый свет. Голова с похмелья была тяжелой, но не болела. Организм был похож на пакет с ватой и во всём теле торжествовала слабость. Я посмотрел на циферблат часов, стрелки показывали два часа дня. Пытаясь не шевелить головой, я сел на край лежбища и осмотрел жилище: беспорядок царил повсюду, а завтра должен был с дачи приехать предок. Собрав последние силы, я прошёл на кухню, выпил таблетку аспирина и сердечные капли. Надо было заняться уборкой. Начав с того, что, собрав весь мусор со столов и пола в полиэтиленовые пакеты, я вынес их в мусорные баки, слегка помёрзнув на небольшом морозце. Затем вымыл посуду и полы на кухне и в комнате. Осмотрев квартиру, я убедился в том, что следы пьяного праздника практически исчезли, только прожжённые в двух местах сигаретами спинки кресел да не отмытые пятна от рыбы на полу, напоминали о шабаше. Часы показывали пять часов вечера, и полумрак улицы освещали гирлянды в окнах да фонари. Из комнаты отца раздался кашель, потом шаги и, приоткрыв дверь комнаты, в прихожую вышел бородатый мужик. Я вспомнил: его зовут Женя. И тут Чудо произнесло:

– Мне плохо, надо похмельнуться.

Мятое лицо и красные глаза прошли на кухню, присев на табуретку. Я поставил перед ним литровую банку с водой.

– Это не поможет. Нужен алкоголь, – и тело со стоном опустило голову на стол.

Делать было нечего и, наскоро одевшись, я отправился в ближайший магазин за пивом.

Купив два литра разливного кубанского пива, я отправился по нарядным, новогодним улицам домой, по дороге переживая о том, что не встретился с любимой женщиной в праздничную ночь. Сегодня днём я попытался ей позвонить, но в ответ слышал лишь длинные гудки. Видимо она вновь обиделась на меня. Но Бог с ним, я верил в то, что всё-таки добьюсь внимания Феи. Открыв входную дверь ключом, первое что я увидел – это тело бородача, опустившего голову на пустую тарелку стоящую на столе. Я разделся и, взяв пакет с пивом, прошёл на кухню.

– Женя, давай просыпайся, я пива принёс, – громко сказал я.

Тело застонало и подняло мутные, красные глаза, взглянув на меня. Я разлил пенное по большим кружкам. Тело мгновенно опрокинуло свою ёмкость в пасть, крякнуло и закурило. Глаза Чуда начали проясняться, и он поведал мне свою историю. Родители его покинули этот мир рано, когда ему только- только стукнуло двадцать лет, оставив ему обставленную, двухкомнатную квартиру в центре города. И как следствие, к нему в гости стали заходить друзья-собутыльники. Ежедневные пьянки были по душе сироте. В двадцать пять лет он женился и через год в их семье родилась девочка, но свой образ жизни он не изменил, и, как результат, супруга оставила его, переехав к матери и подав документы на алименты. Он запил ещё больше, меняя место работы из-за своего порока с завидным постоянством. Со Стасом он познакомился, когда два месяца работал санитаром в психушке. Четыре года тому назад по настоянию судебных приставов он продал квартиру, расплатился по алиментам, купив комнату на окраине Великого. И вот теперь, для того чтобы погасить долги он продал комнату и жил на даче у друга. И тут прояснившиеся было глаза опять помутнели и тело, прервав рассказ, нетвёрдой походкой направилось в комнату отца и грохнулось на кровать. Я удивился наглости незваного гостя, прошёл за ним в обитель предка и попытался его разбудить, но в ответ услышал лишь громкий храп. Пришлось менять свои планы на ближайшие дни, и я позвонил напарнику по работе и попросил его поменяться со мной сменами. Он вник в моё положение, и я получил шанс выйти на службу послезавтра.

Я посмотрел на настенные часы и удивился: стрелки показывали половину двенадцатого ночи, а завтра должен был приехать с дачи отец. Не зная, как выпроводить Чудо, я в расстроенных чувствах прошёл к себе, рухнул на диван и заснул.

Глава 2.

Я открыл глаза, в прихожей раздавался шум. До меня дошло – это приехал отец. За окном разливался белый свет наступившего, морозного утра. Послышались шаги стареющего тела, в комнату зашёл предок.

– Это кто там в моей комнате спит? – спросил он сиплым голосом.

– Понимаешь, батя, это друг отдыхает у меня после праздника, – пришлось признаться мне.

Дверь комнаты закрылась, и батя потопал на кухню. Я встал, меня тошнило и ватное тело с сильно бьющимся сердцем удалилось испить кофе. До меня дошло, что это интоксикация, то есть отравление после новогодних возлияний. Легко позавтракав, я начал думать о том, как выставить бродягу, и в этот момент, громко зевнув, в комнату вошло Чудо, уселось за стол и произнесло:

– Надо выпить водки, я пью уже четыре года каждый день, мне плохо.

От наглости мужика мои глаза полезли на лоб, и я произнёс:

– У меня, дорогой, закончились деньги, – твёрдо ответил я.

– Ладно подождём, – бросило слова в пространство Чудо и включило телевизор.

Опешив, я прошёл на кухню и начал варить кофе. Вдруг из моей комнаты раздался грохот и шум падающего тела. Я вбежал в свою комнату и увидел, что в конвульсиях бьётся тело, а изо рта бездомного идёт пена. В помещение вбежал отец, и мы вызвали скорую помощь. Машина лекарей подъехала быстро, и врач произнёс, делая укол:

– Приступ эпилепсии.

Чудо захрипело и затихло.

– Всё пускай больной полежит десять минут, и затем дайте ему попить воды, – произнёс эскулап прощаясь.

Чудо приподнялось и захрипело:

– Хочу водки.

– На возьми деньги и сбегай за бутылочкой, – хитро ответил отец.

Чудо быстро вскочило, оделось и, взяв купюры, выскочило на улицу.

– Да, интересные у тебя друзья сын. Отключи домофон, – отчитал меня предок и вышел из комнаты.

Выпив сердечные капли, я лёг на диван и стал дожидаться вечера, чтобы собраться на службу. Находясь в полудрёме, ощущая головные боли и покрывшись испариной, мой организм к вечеру отошёл, и я, выпив сильнодействующее снотворное отошёл ко сну.

Раннее утро прохладного, зимнего дня радовало белым цветом непорочности падающих с небес снежинок. Я стоял на остановке возле храма Никиты Мученика в ожидании первого автобуса, который должен доставить бренное тело к месту службы. Ровно в назначенное время, минута в минуту, железный, большой конь впустил ранних пассажиров в своё нутро. И вот, я шагаю по заснеженной тропке через поле к служебному вагончику. Распахнув входную дверь, я впустил в теплоту помещения зимний, холодный воздух и увидел своего напарника Андрюху Петрова. Он сидел за столом, пуская дым колечками в направлении жужжавшего как пчела телевизора.

– Привет, службе охраны! – приветствовал я бывшего афганца, снайпера по велению совести.

– Привет, службе доставки настроения! – ответил друг.

Я присел на свободный, стоящий возле стола, стул и закурил. Андрей пересказывал последние, служебные новости, но я не слушал его, я думал о любимой женщине. Понимая то, что я провинился перед желанной, я стал в уме перебирать варианты примирения. Погасив сигарету, я увидел на столе полупустую бутылку креплёного вина и налитые наполовину, гранёные стаканы. Я вернулся в действительность и услышал голос гвардии рядового:

– Давай за новорожденного! – произнёс друг, поднимая стакан.

Меня затошнило. Я, собрав остатки силы воли, объяснил товарищу, что выпью чуть позже и, проводив его до двери, попрощался с ним. Наполовину налитый стакан так и простоит нетронутым до конца смены. Я лёг на пружинную, застеленную кровать и, устремив взгляд в голубой глаз телевизора, начал размышлять о создавшейся ситуации. Для меня с детства было несложно делать несколько дел одновременно. И я принял решение бросить пить навсегда и вслух произнёс:

– Всё хватит, я уже выпил свою цистерну с маленькой бочкой спирта.

И довольный собой под звук российской эстрады, нёсшейся из телеприемника, отключился.

Разбудил меня трезвон служебного телефона. Я протёр глаза, прошёл к столу и взял мобильную трубку.

– Как проходит служба на вверенном вам посту? – прозвучал с того конца города голос Зотова Арсения Владимировича, начальника охраны порта.

– У нас на службе всё идёт как положено по уставу, – ответил я, пытаясь говорить бодрым голосом.

– Докладывайте мне ежедневно, – произнёс бывший начальник линейного отдела полиции, майор в отставке.

– Будет сделано! – отчеканил я, и трубка замолчала.

Я сел за стол, поставил перед собой пятилитровую канистру с водой и закурил. Зимний вечер опускался на пригород. Решив позвонить желанной в знак примирения, я набрал до боли знакомый номер и после третьего, длинного гудка телефон ожил неповторимым голосом любимой:

– Да, я слушаю.

– Здравствуй, милая! Прости меня за несостоявшуюся встречу. Приходи ко мне на день рождение в Рождество, мы будем у меня дома только вдвоём, я приготовлю ужин и подарю тебе ожидаемый сюрприз, – нежно вымолвил я.

– Я подумаю, до встречи, – произнесло Солнышко и телефон отключился.

Душа возликовала. Я прощён! И отставив в сторону стакан с вином я принялся кружка за кружкой поглощать некипячёную воду из ёмкости.

Телевизор мерно жужжал всю ночь, и я под его говор дремал, находясь в облаке коротких снов. Дверь в бытовку распахнулась, впуская в помещение холодный туман улицы, и в клубах пара появился Андрюха Пустов со словами:

– Привет охране!

Я ответил на приветствие, и мы с корешем сели за стол, закурили и принялись не торопясь обсуждать проблемы. Пустов дослужился во время срочной службы на Балтийском море до старшины первой статьи. И мы оба были фанатами морской романтики. Физически очень крепкий мужчина, владея различными видами единоборств, он был заводилой в нашей компании. Мы обменялись репликами насчёт прошедшего праздника, после чего, выйдя в морозное утро, я неспешно отправился к домашнему очагу. Время перемалывало январские денёчки с бешеной скоростью, и шестого числа с утра Оксана утром дозвонилась до меня, и мы решили перенести празднование сорок шестого Дня рождения на вечер сегодняшнего дня. И вот, ровно в шесть часов, наступивших сумерек, раздался трезвон домофона, и в дверном проёме возникло драгоценное тело с непокрытой головой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.