Анна Атталь-Бушуева
Сердечный гранит философии истории жизни

Пролог:

«Когда – то усмотревший холод сердца – на жизни общего истца ведёт мораль, её утопию и чрево жизни после..»

Разум как часть движения свободы, олицетворяет символический тон восприятия стихосложения, в праве одиноко скитающихся человеческих линий бытия. Их разница, в склочной манере сатирического потока видимой свободы, создаёт для умозрения сердца – столь душевный, аналитический подход, в своих парадигмах – старению, как принятию самой идеи о себе, в человеческом умо познании великой части бытия разума. То, что было бы сходством начала представления о нуарном своде психологии мира, как культуре вымышленной идеи построить своё умозрительное начало, для воображаемого света свободы перед – приходит в неистовство коммуникации, как образа любви человека к прошлым сознательным моделям мифов в себе самом.

Начало пролагает конец, если его энергия формальной конъектуры видит схожий элемент сознательного значения идеалов с себе, истиной состоящих в труде волеизъявления пути аналогичных свободе разума. Их смерть утверждает каждую причину того, что видел когда – то разум мыслящей категории формы достоинства ума, в терниях литературной лирики стиля, приспособления схожих моделей к одному и тому же видению желаемого образа человечества в себе. Твоё слаженное бытным мышление – свойственно отражать в каждом тождестве умопомрачительной конституции свободы, в диалектах разума между опытом и идеалом инерции, к любви такого же блага как и ты. В чьей солидарности – субстанция лирики находит смех звена катарсиса, в мысли о существовании неизбежной модели изучаемой формы блага, над прежним миром философского деления права, на обратимое и необратимое состояние сочетающихся уровней притязания любви во всём человечестве. Лучший твой органон философского наследия жизни – пусть навсегда похоронит, устроенное чаши половины бытия, нравов быть лучшей моделью каждого разумного в человеческом, приближаясь к онтологии прежней конституции форм отражаемой реальности взглядов, на свободу мира желаний – быть. Но быть как чувство человеческой солидарности, внутренне условной к каждому лицу, состоящего усложнения естественных прав риторики понимания любви преткновений – между истиной и образом мечты идеального. В том стихосложении за линией форм представляемого чувства необъяснимой квази интеллектуальной рутины, ты создаёшь слой коммуникации, вместимости лучшего в необъяснимом парадоксе художественных линий – состояния войны – между разумом и отражением его наследственных состояний, мира придуманных: свободы и опыта власти.

Через каждый зеркальный поворот субъективного целеположения, ты вращаешь апломб будущего в философской риторике чутья, к самому искусному представлению жизни человека, в мире или без него, как условный прогресс изучения свободы образа лучшей мечты. Её аналитическая интерпретация формулирует слой восприятия художественного мира, дум естественных над древним слоем отражения потусторонней жилы права, в своём сознании быть элементом фундаментального прогресса видения судьбы, форм архетипа в сложении психических комбинаций лучшего света свободы, предположения качества о лучшем, на своём универсальном языке множества фактов о мире. Где знаешь ты, её мораль и философский склад воспринимаемого умо сложения, над верховной панорамой конституции планеты земля, её устройства и убеждений – складывать научное значение формы права, как образ символизма демократии между собственным эго и парадоксом суждения, стать ли тебе свободой онтологии внутри каждого целеположения истины, или писать нуарное окно ведомой области пространственной души символизма – каждого лица человеческого. Во внутреннем свете, оживающего собственной свободой интеллекта разумного, как интеллекта права, что складывает линии внутри форм перфекционизма состояния личной свободы, убеждения стать ближе к идеалу расхождения символа нрава, с чистотой умозрения собственной души.

Сердце за сном уже..

Смерть – возле ложа уже —

Мифом – расходит снег,

Ты – утвердил сюжет —

Времени смысла – нег,

От пережитка – прошлого —

Ходит потом – одна,

Миром способна – возложить —

Сердце любви – она,

Смерть – на исходе дня —

Длится – по восемь лет

И не смогли – сполна —

Память – восполнить мы.

Прежде – слагая труд —

Жажды желаний – близ —

Сны – окружили вдруг

И появился – ты..

Мерно – прошёл огнём,

Властвуя – счастьем лет

И успокоил – взгляд —

Поступи форм – души,

Через – раздумье снов,

Что на благое – для —

Чести снискали – пепел —

Тла отголоска – лет,

Зиждется – жажда слов —

Перед раскатом – мне,

Здесь – ты всегда готов —

Выполнить – долг за мной,

Счастьем пройти – о роль —

Смысла мотива – стран,

Неги укутав – в боль —

Скажешь опять – словам,

Что на сегодня – спев —

Доли сомнений – бед,

Эхом проходят – лишь,

Роком минуя – цель.

Ты – как всегда попал,

Между оскала – призм —

Деятелей мира – там,

В смерти ища – детей,

Новой работы – слёз —

Стран меры логики – близ,

Качества пробы – зла —

Заново скомкали – бриз,

Веком отличий – стрел,

Данных любви – затем,

Где – философии свет —

Видит лишь – чёрный цвет,

И навсегда вошёл —

Миром – упрямый звук,

Мерного дома – сил,

Слаженных болью – мук,

Между отравой – за —

Будущим личности – зла

И посторонней тьмой —

В близости счастья – с тобой.

Сердцем заняли – мы —

Робы – от воли зари,

Вора немого – внутри,

Поступи колкой – для,

Жизни отваги – твои —

Стали усладой – маня,

Шансом пути – естества,

Нормой знакомого – отчества,

Но и прологом – слёз,

Заново – снег от ума —

Радость покоя – унёс

И растопил – доли сна,

В сердце – горящей струи,

Медленной – как менуэт,

Жажды потворства – сойти

В близости – свода любви,

Вместе с тобой – и понять —

Целостный ход – до зари,

Слова уставшего – дня

За ренессансом – внутри,

Ты объясняя – иди

И сотворимое лжи —

Данный мотив – перейдёт,

К личному своду – о части —

Целой Вселенной – природ —

Жизненных воли и – стрел,

Что от любви – сняли лжи —

Маски – за новый предел,

Шёпота – снов о покой,

Близости – мерного дня,

В чёрной вуали – войдя

После заката – мира,

Догмы – о сердце твоё —

Бьются реальностью – звёзд,

Но за желанием – снов —

Ты возрождаешь – от слов —

Холст – бесконечного дня,

Силы манеры – о слог,

Волей искусства – войдя

За поворотом условия,

Звона – сердечной тоски,

Мира иллюзии при —

Логиках свойства – о лёд,

Жизни свои – провести.

В мире, где фатума – стан —

Станет отчётливей – сна

И зазвездится – весна,

Мерного потуга – дыхания сна,

Жизни – доказанных бед,

Что аллегорией – шли,

К безднам морали – насчёт —

Мира сердечной – судьбы красоты,

В чёрное рода – уйдя —

Жалким желанием – сна,

Подлинной воли – зари,

Ты просыпаешься – мило внутри

И исчезаешь – как снег,

Падая солнцем – о шанс —

Видимой боли – зари,

Черт пережитка – системы зла.

Что безнаказанно – ждёт —

В сердце – глубокого сна,

Миром потворства – идёт,

По благородству – до темени я,

Воли роняя – сердец,

Пришлой картины – вокруг,

Слов от поэта – взрастив —

Мифологично – от мук,

Ставивших – небо для —

Света эпохи – идей,

Сном характерного – чести,

Ценности чувства – зайдя —

За облик – сердечной звезды,

Жало желания – взяв,

В негах – небесной любви,

Что объективностью яви – зовёт —

Рок – продолжая вопрос —

Завтра ли будет – от сна,

Мира прямая – угроза,

Или же сердце – сложило уют,

На поколении – снов,

Смыслами створа – уйдя

За благоверный – засов

И исторически – волей пройдя —

Жизненный путь – от любви,

В чести искусства – взойдя —

Строит – свой новый мотив —

Лирики звука – природы любви.

Жажды желания – снял,

На постаментах – вокруг,

Медленный сердца – испуг —

Роком морали судьбы – отойдя,

Через уступки – сердец,

Нового времени за —

Множеством – юных миров,

Дав отголоскам – желания путь,

Ровной души – обоять —

Свет – подле мирного сна

И аллегорией стать,

Как человеку – весна —

В сердце возможности – даст —

Лирики всхода – пути,

Между объектом – души

И интересом – критерия зла,

Закономерно – усвоив года,

Сердца – за подлинным сном,

Мифа – о счастье ином,

Верности – собственно в нём,

И интересом работы – уйти,

Через последний – подъём,

Слов равновесия мира – о сон —

Личности такта – любви,

О состояние воли,

За человеческой честью – в неволе,

Мирного долга – апломба за,

Сердцем истории – небо забрав.

Принятие собственной ценности сердца

Разлит – твой благородства современный толк —

На чаше поколений – виден дым —

Его окрашенный мотив, что обойдёт —

Всю несуразность утопающего – льда,

Вот – вот бежит анахронизм – внутри —

Ему, так тесно и культура – ждёт —

Твой лёгкий эполет интенций – мира,

На то, ей аллегории уныния – ведут —

Боязнь, за страх – отмеченной души,

Где чувство современности – спешит —

Создать своё начало, чтобы – жить —

На параллелях отношения – войны,

Над принципом, у сердца – той мечты —

Её свободный стиль – роняет смерть —

На чашу – от полуденной тиши —

Раздолья невесомости – как боль —

Уложенная, на одних и тех же – снах —

Разлук и расставаний – между сном,

И веком преимуществ, чтобы – звать —

Её опять, за современностью – потом,

Хранить, тот монолог души – потерь,

На безымянной ложе памяти – ему —

Склонили – свет и воздух мифа, чтобы – жить —

Под вечным отражением – к тому —

Померкнувшему свойству неги – в нас —

Сердечной рамкой схожести – вокруг —

Ты ощущаешь боли – терпкий круг,

Что ждёт, на преисподней – только дух,

Ему ты словом – отделяешь ритм сердец,

Свободы современности – у звёзд,

Реминисцентной схожести культуры – наперёд,

Что слышали обид – твои манерные шаги,

Им неживое тело – хоронило прах любви,

В готической огранке из – поблёкнувшего сна —

Твои декады современности – со зла,

В чём, ты лишь ожил и – наверно был ещё —

Хранил, над странным эполетом – солнца блик —

Как ужас завораживает – свой надел —

Искусства, от которого ты – стал —

На поколении, пред мнительной тоской —

Души, не успокоенного вида – после нас,

Мерцая взглядом – всполохи твои идут,

На пережитом нраве – интуиции вокруг,

И вечер, стелет миф – сердечной раны.

В ней толк, от благородства – не уйдёт,

Хранит потери – смазанный виток —

Апологета нрава – видеть смысл —

Вокруг довольства современности – потуг,

Хранимого испугом сердца – тла —

Заискивая нам, вослед – ты прямо смотришь,

До стен из чисел – постороннего добра,

Излитой конъектуры – видимого солнца,

И меч, в твоей руке – застынет им —

Над обелиском постоянной – темноты —

Забытой юности, на социальной нише —

В чём правило – свой видит смех и счёт —

Надолго в бытие – разлад услышит —

И бьётся сердце – самостью над ним,

Испугом от зари – потока мифа,

Вопроса поколения – догадок от былин,

Умом их теплота – разносит верность —

Истории, при ясных ранах – зла —

В своей работе жизненного – эго,

За прахом – повторять из бед – слова,

Из силы – умаления закона бега, ли —

Расслышит сердце – экзистенциальный смысл —

Любви на – образах прощального добра,

Из череды, несказанной когда – то – перспективы,

Ей жаль – превратностей судьбы,

За то, что стали мы – одни —

Ходить из праха – утолённой седины —

Морального покоя – смерти вечной,

Боясь похоронить – искусства сны,

Изнеможения восторга – через силы,

По чистоте которых – смотришь ты —

На свод сердечной красоты – мотива,

И ждёшь свой бег – от роли править —

Сегодня, для ментальной боли – жизни,

Ей хочется – опять свой стиль – исправить,

И стать как уникальный догмы – дверь,

Лишь распахнув её – нетленный полдень —

Тот заунывный трепет – шевелит восторг,

И ждёт твоя опора – воли бренной —

Свой монолит – искусства права здесь,

Белеет дверь и – расправляя плечи —

Коснулся частный воздух – бренных тел,

На что, твой фарс – покоя современности —

Успел вспорхнуть и видимостью – тла —

Разлил свой суверенный – век на том —

Искусстве благ – материального добра,

За что, от мифа ты – проникся чашей —

Весов пристрастия – от отчуждаемого зла —

Зари, в прощальной, мысленной – прохладе —

Дородной гладью – откровений стал —

Твой полдень – мирного устоя, чтобы жить —

Через начало смерти долга – в нигилизме,

Иметь, тот самости венец – от звёзд,

По уходящим, к праву верности – вокруг —

Догадкой жизни – создавая смерти круг,

Забытого устоя – вереницы догм,

На жизненном аду – тот символизм ему —

Знаком и благо – от сердечной пустоты —

Кружится в бытие – пространства от —

Космического фарса – страха состояния —

Вокруг свободы – философской бренности —

Измятой призраком – существования ума,

За жажды быть – открытым и тогда —

Свой стиль культуры – проводить ему —

К сердечной роли – параллельной тьмы,

Создания, и права для – искусства —

Несотворённой роли – объективности —

Знакомой, неотъемлемой надежды – жить.

Найдя её, ты – слову обратил исток —

Кричал твой перст начала – слитых бед,

Поникшим страхом, что уже – к тому —

Ты не вернёшься и благого – суд —

Уходит, из твоих – дородных снов —

Как пустота, из лона сердца – собирает день —

Написанной картины – форм вокруг,

И вновь, вращается тот холод – бытия,

Забился тлен, над преисподней чашей – им —

Забытым сердцем – мнительно и строго —

Доходчивый вопрос – проводит он,

И шевелит, над сводом аллегорий – непременно.

Как параллельным сном уюта – берегов —

Всклокочет стиль и эполет – на том —

Рассказанном краю – притихших волн —

Большого океана слов – и мифов,

На том же берегу – ты всё стоишь,

Строптивый день, как монолит – искомый —

Роняет лик небесный – через круг,

И обещание простить – остаток бренный,

Им столько слов хотелось – рассказать,

Под уникальной памятью – большой тоски,

Наверно видимое время – как огни —

Вбирает холод, сказанного имени – ещё —

Твои виски – испепелили стужей – тлен,

И ходит тенью посторонний – вол,

На данной тишине – управлен он —

Твоими радостью излитыми – пороками,

Надев, свой памяти источник – в толк —

Он видит холки мыслящего – ада,

И распрямляя идеалы – на виду —

Разговорит и тот поток создания – ему —

На страх и трепет – мысленной игры,

Что водит хоровод – за тихим снов,

Лишь уложив тот – страх любви вокруг,

На берег океана – прошлым миром,

Он ветром овевает – стоны – тут,

И воздух обагряет тленность – мифов,

Что стали мы ещё – умнее в век,

Когда к свободе протянули – силы посох,

Заигрывая над – судьбой и прахом —

Под огненной прохладой – блёкнет путь —

Стращания любви – культурой мнимой,

Из жизненного ада – тела в нас,

Его обвили – современность и причуды —

По философской лирике – проходят на боку —

Слащавые скитания и мифы о – другом —

Таком же, современном счастье – рядом,

Его ты научился видеть – тут,

У солнечной земли – из поколения миров —

Свободы диалектов – права слитых —

За край, реминисцентной формы – дорогих —

Искусственных наречий, чтобы – выжить,

Страдать, за большинство и – ненавидеть —

Свою свободу – мысленного ада,

За скороспелой волей призрака – в пути,

Он по сердечной ране – мнительной уходит,

И век тот бередит – искусством против —

Войны, за облик перспективы – наяву,

За этот мир и поколение – найду —

Свою свободу – на прощальной плахе —

Пощады современности – за тем,

Что декаданс условил – болью собирать —

На вымышленной роли – осознания потерь.

Лишь принял ты – свой толк —

За роль души и право – современной —

Фортуны жизни – на заглавии смотреть —

Сердечный эполет – вопроса из судьбы,

Из тех, кто мифом собирал – свой тыл —

Проникшейся от праха – страсти воли —

Осовременить историческое – горе,

Внутри свободы – утоления других,

На нивах состояния – им плачут —

Ведомые случайности – из риска,

Необъяснимой параллели – смысла,

За эгоизмом ролевого осознания – пути —

Через которых – ты – смотрел и видел —

Свой долг и прах от – объявления войны,

За что – фортуны риска – ненавидел,

И клял на сердце – видимой любви —

Источник права и – моральный оттиск —

Твоей фортуны – имманентного лица,

И жаждой обелял свои – сердца,

Но жизнью, был тогда лишь – недоволен,

И там, стоит вопрос – на былине,

За что, твоими мыслями – к войне —

Простили мифы – волевого счастья —

Культуру осознания – достоинства ему —

Такому же, как был – причислен миф,

И объяснил моральный плен – культуры их —

Формального объятия – преграды ли —

Ты волей обучаешь – думать сны,

За болью, о сердечной – маске слёз —

Тебя, в вопросах означения – нашли —

Те исторические вымыслы, что шли —

С тобой – наперевес культуры слога,

И сердце принимая – был ты – Богом,

Но с каждого листа – упали нам —

Немыслимые тени – до порога,

Что время останавливая – снам —

За лирикой души – препроводили след —

Твоей борьбы и – вымысла стать счастьем,

Из жизненного ада – перед тем,

Как сердце износило – память мира,

И стало осмыслять – свои года —

Происходящего над обществом – ума,

Реминисцентно и заносчиво – опять —

Как – будто ты ведёшь свой – череп лишь —

На памятник из общества – сказать,

Что стали отношением – они —

Глухие дни и обелиски – мира нам —

По сердцу преимущества – достигшего опять —

Того же поведения, что стало —

Отчётливым и сильным – слогом на —

Культурах – объективного добра,

Перенимая воздух – ценности сердец —

Из мыслимого счастья – воли перед —

Ты останавливаешь миром – наконец —

Тот права уголок и смерти – след,

Ему от сердца – проводили слепок – мы.

Приобретая боль души..

Любовь – укладывая дрожь

Идёт – по тёмному пути,

Искусства приземления – руин,

На призраках – характера души,

В которой – честь несёт —

Приобретение о боль —

Многозначительного повода —

Любить – основы бытия,

Разучивая неба – кров,

Природы обстоятельства —

Очеловеченного миром – близкого,

Куда так смотрит – роль —

Осмысленно и очень – тихо,

Стараясь не мешать – идти —

Надежде большинства – зарниц,

В подобии творения – от сердца,

За болью интереса – сколько лиц —

Напротив преисподней – встретятся

И будут рассуждать – пологой ли —

Забыл искусство мир – своё творение —

Иллюзий красоты – вокруг —

Сюжета самоутверждения – ума,

О ком звонит – эпиграф вешних зорь,

Спускаясь в численное взором – были,

Напротив интересов – как любви —

Запомнит сон – расторгнутого света,

В пространстве измерения – земли

И сдвинув фатум объективности – увидит —

Своё большое – небывалого ума,

Отсчёта мифа от – фактуры единиц,

За целью – цепь снимая для —

Очеловеченного духа – верениц,

Моей природы – разногласия,

С системой памяти и – нежности у лиц,

Стараясь – ждать культуру над,

Работой мысленного чуда – завтра,

Как быль приобретения – души,

Куда уходят – тени звёзд —

Надолго оставаясь – впереди,

И словом умаления – зовут,

Обратной болью – интенсивной яви,

Ты поступаешь мило, и когда

Войдут затворы времени – под

Модели звонкого стекла – и створы —

Наверно – успокоенно вздохнут —

Напротив аллегории – о смерти,

На боль, что утопая – говорит —

Ты видишь – симпатичные портреты,

О небе звучного – истории внутри,

И ждёшь – до мук последнего,

До гибели зари – о чёрный круг —

Апологета у души свободы – возраста,

Вновь занося – свой почерк —

Культуры мира восприятия – на час —

Особенности взгляда – рядом были

И мифом говорили – невзначай.

Как боль души – не успокоилась,

На проводе – естественной игры,

Обратно расставаясь – впереди —

Ты вновь берёшь – за свой рукав,

Апологета – сделать шаг —

Навстречу интересам – может быть,

О времени – на вторящем ума —

Покуда мысли – говорят годам —

Постой, останови – свой взгляд —

Разумного предела – бытия,

О мире – возле поколения найдя —

Сложение логичного – окна,

Души искусства – измерения,

За благом слёз – дойдя —

Внутри благоговения

И безопасности – от боли проведя —

Тугими путами – работы мира,

Для человеческого – сердца лиры,

О слове права – над господством их —

Ума во тьме – непроходимого пути,

Куда ушли – те города,

Вдали от боли душ – и сумрака —

Культуры многочисленных – господ,

О ком заискивая неги – боль идёт,

И движимое миром – подведя,

К истории – от символизма снов,

Надолго отпечаток – слова за —

Оставит – мерой изменения добра.

О людях – болью пережившего восторг,

Истерики случайности, когда —

Ты говоришь, что утром – подойдёт

И твой черёд – от боли умирать,

И жить напротив мира – обойдя,

Сюжетный воздух – историчности потуг,

Насколько мы смогли – понять тогда —

Своё господство аллегории – за сном —

Не опрометчивого чуда – без пути —

Искусства – времени диктуя,

Поможет разъяснить – ту грань любви,

О роли близ – способности найти,

Сюжеты боли – благоверной от того,

Что днём душа – сопровождает сон,

А ночью – боль уходит от добра,

И притворяется навечно – мирным злом,

Пока идут – дожди по временам

И истины истоки – подведут —

Характер власти – непохожий на восход,

Господства боли – беспристрастного ума,

Сквозь ветер – многочисленного дня —

Роняет иллюзорно – Бога тень

И человеческое время – ото сна —

Возводит дух – препятствия опять,

На склон возможности – сказать —

Манеру – проявления любви,

На чёрной яви – представления причуд —

Души и истин – беспробудной от потуг,

На боли – исторического я,

По власти повторяя – каждый шаг —

Идёт теперь – по облаку игра,

На небесах от душ – работы мира,

В фортуну облачая – мирно день

И боли свод, в сердцах – реальности вокруг,

Давая дням – своё исчисленное я,

Пока идут те проводы – смирения веков.

Метафизически попробуя – любовь —

Восполнить частью боли – вдруг —

Истома чести – побелеет от ума,

Мотивом ценности – риторики добра,

Желания побыть – исчезнув снам —

В душе потворства боли – через края —

Сложения момента – бытия

И мерной лирики – коммуникации любви,

На болевой заре,

Приобретая молнии – восторг,

Грядущего – естественного времени —

До славы упражнения – ума,

Через которое – подобный опус —

Подводит мир – от историчности и вьюг,

К пределу аллегорий – сна потуг,

Не развенчав обратно – мифы и зарю,

На власти – интеллекта слова,

Меняя кровлю истины – другого,

На боли расстояния – души,

Мгновенно представляя – силу имени,

Своих – манерных стен

И спеси философии – до слов,

В которых завтра – будут честью времена,

От превращения – заявлены в любовь,

И дарят измышлениям – пленяющее тла —

Проворство – имена у неги блага —

Культуры благородного – лица,

Судьбы от остановки – без конца

И власти душ – по истине идти,

Без боли, но с тобой вопросом – на

Манеру исторического, как

Ты признак интеллекта – ставил за —

Субъектом синкретизма – роли зла

И душу проводил – обратно там,

За темнотой утопии – работы лишь,

Меняя время – фатума добра,

Заставив думать – остановки лиц,

Перед системой блага – отходя,

На боли преимущества – других

И нежить автономии – войдя —

В свой – скромный сон

И мира уголок – творения —

Любовью теребя – тот слог,

От боли совершенства – сделать толк,

Как истины – моральной глубины

Оценки значимого мира – при

Иллюзии – душевной тесноты,

Печали априори – без тебя,

И миром поколения – взрастив,

Свой строгий склон – объятия зари —

Ты ищешь формы смысла – в унисон

И движешь – историчности пути,

Пока от боли – непрошедший стон —

Позволит смыслу – человеческой любви —

Дойти – до апогея красоты,

Работы сердца – измышления вокруг,

Ты будешь преимуществом – мой друг,

Внутри особой формы – бытия,

За властью боли – относить года —

Через истому смерти – под собой,

Являя измерение – особой —

Работы исторического взгляда – от пути,

На боли символа – обратно не пройти,

В свой строгий сон и – интеллекта стон,

Что увядает – мужеством внутри

И длится почестью – о новый унисон —

Сердечной власти – остановки мира при —

Душевной муке обязательства – вокруг,

Способности понять тебя, мой друг,

И интересом – выжить воле —

Несносного – истомы роли,

Подвластной примирению – души.

В тёмном вотуме пространства из..

Радеет розы – снегом —

Твой разум – около судьбы,

Чтобы прослыть – ещё теперь,

На воле человеком и – не уйти,

В кромешный стон – морали,

Неотчуждаемого словом – мы —

Про благородство – забывая,

Когда – на вотуме мечты,

Психологически – застелют раны,

Душевного пространства – бытия —

О форму философского – примера,

Презумпции считать себя – без меры

И без амбиций – солидарности —

Внутри – стихийного окна —

Моральной нации,

Почёта мнения – о резонанс,

О тёмном облике, которого —

Развоплощает небо – шанс,

В студёной лирике – немого,

Происходящего с собой,

Потомственного одинокого,

И былью – приручённого судьбой —

Иметь характер власти – подле —

Ментального настроя – воли —

Внутри у нестерпимой – боли,

Что хочет воздух – показать неволе,

О грани – бьющихся сердец,

Сосуда аллегории, как здесь —

Проходит звоном – исторического я

И ожидает – равноправие себя,

В своей охоте – мира блага —

Посторонить ещё чуть – чуть,

За осторожностью – немого шанса,

Врага, что ждёт ещё – на перепутье —

Благого – исторического чуда

И мысленно находит – свой покой,

От унаследованных истин – пересудов,

На что надеялись и мы – тогда с тобой,

За властью ожидая – шанса чуда —

О горе не смогли – порога знать,

Когда идут – по переправе института —

Свои глаголы, набирая – локоть вспять,

Ещё немного – по совету ожидая —

Пространство вотума,

От чёрной степи – монолога красоты —

Ты узнаёшь – отчётливо —

Пространство рая,

По субъективной крайности, играя —

Свою особенную муку – подо всем,

Свирели – исторического памяти,

Над объективным склоном —

Мысленных забот души.

Любуясь мило – старостью,

Испепелённых честью – обелисков,

Раскинув – облики изысков —

Напротив – апологии руин,

Куда трубит – так счастье —

Быть одним,

Не помнящим – инопланетное любви,

О чувствах знания – радея смело —

Мы шли – на пережитках красоты,

По тёмной конституции – мечты,

Любовного предела – фатума,

Обратной воле права – о себе,

И лучшее – сопроводив над горем —

Уносит вереница – долгих дней,

Свои моральные природы – переливы,

О чём поют – творением мотивы,

За благом – превосходства о покой —

Морального исхода – быть бы,

На перепутье слова – рядом

И роком вспоминать – судьбы глаза,

По счёту – не снискавшего начала

И притчи – не забытого конца,

По апологии – шагая институтом,

Для социальных благ искусства – мы —

Всё вторим – эксклюзивному уроку —

Устать от бытия —

Напротив толка,

И жить для благородства – без любви,

Задолго думая —

О мысленном причале,

Всемирной жажды – о сознании —

Преодолеть – структуры света вновь,

Чтобы по тёмной аллегории – ушли —

Пороки достояния – печали

И мысли происка – коварного ума,

В том случае – меняя воли,

Ты дышишь – миром единения —

С собой – неоднородно,

По той, откуда сторона – идёт

И лестью мира – происходит счёт,

За благо – от пространства бытия —

Считать своё – немое я —

Обратной стороной – деления —

Морали стиля поколения,

И жить развитием – опять,

Логически снискав – о тёмном горе —

Пустую проседь – иллюзорно там,

Куда уходят – времена с тобою.

Ты ставишь – из пространства зла

И говоришь отчаянно – судьбе —

Побудь ещё – во мне,

Останови – своё сомнение,

Но части целого – возьмут

Твой рок – упорного судьбы,

Опорой ценности – о сердце вдруг —

Ты выдохнешь – обратные дожди —

Напротив пережитка – слова я,

И многим обращая – тень судьбы —

Запомнишь целостность утраты – бытия,

К тому пределу вымысла – войдя,

В своё закрытое – пустое снов,

Навеки темноте – затронув силу,

В пространстве аллегории – веков

И должного, оставив за – посильным,

Умелой статностью – о вотумы,

Любви – из неги преисподней – взяв —

Своё условное – пороком длинных,

Растерянное чувство – о покров —

Манеры исключительного – около,

Пространства – измерения причин,

О жизни неизбежности – почувствовав —

Своё умелое – пространное зерно,

За объективным стоном – из него —

Бежит национальный – интерес,

За властью многих – отворяя смерть

И исключительность – от блага мира,

Понять, что жизни – перевес —

Так медленно и – так учтиво —

Восходит измышлением – к тебе

И видит – умственный прогресс,

За вотум принимая – слово,

У мыслящего взгляда – на другого,

Последнего героя – из былин,

Опоры власти – узнавания любви.

Ты ждёшь и опус – происходит снова

И снова движет поступью – восторг,

На облачении характера – другого —

Национального предмета бытия,

Культуры в личности – поняв,

Ты воле открываешь – вотум снова,

И движимое – может стать —

Идеей идеала – для другого,

В пространстве мира – блага,

Запоминая вечность – права

И слога – интонационный ход,

Моральной философии – потока,

По власти – исключения любви —

Иметь восторг – за думы,

О социальной красоте – придумав —

Немыслимое слогом бытия

И человеческое – умаление души,

Перед исходом – метафизики —

За преисподней – встав —

Моральным обликом – судьбы,

В пространстве измышляя —

Достоинство – культуры бытия,

По тёмной колее – пройдя —

В природе – жизненного края.

Философия избранной реальности

Твой анатомический апломб —

Душу вынимает, словно – время,

На ходу, что выделяет – тот —

Смысл анахронизма – спать вопросом —

Нужно ли – отдать скупое темя —

На полночный берег – провидений,

Если замкнутое время – после нас —

Каждому заискивает – в праве,

Льёт свой менуэт, как декаданс,

На расплате – постоянной скорби,

Занимая звук – похожей в норме —

Слуха – параллелей смысла – в нас,

За одним и тем же – ритмом слёз,

Падая, то просыпаясь – выше света —

На своём аду – ты помнишь час —

Сложной роли – отворять ему —

Подлинные, горделивые – портреты,

На душе, заискивая – теми в нас,

Что хотят испить – законный смысл,

В душах, образованного – волей,

Ты – лишь атомический апломб —

Слов – залившего чутья – своей неволи,

Прячешь слой культуры – на поднос —

Вымысла эпох – последней дали,

На твоём веку – сложили смерть —

Волей – покалеченные тернии – увы,

На своём аду – им стелет – мир —

Заново – тот блёклый декаданс,

Скажет слову, о любви – потерь,

Было бы на – нравственном огне —

Речи преисподней, где и – мне —

Сталось откровение – под старый,

Но осмысленный портрет – души —

Воли счастья – чувствовать усталый —

Оттиск многомерной красоты,

Что для душ твоих – разлилось расстояние,

Спелось мнение и роль твоей – судьбы,

Заодно свила – немую свиту —

На роду – природной стати их —

Душ и покалеченных – гранитом —

Мнений – из под нрава – подлеца —

Высказать свой – суверенный толк —

На могилах – был бы, миру прок —

Состояться – без любви зазрения.

На обидах холода – манит —

Тщетный день – за суверенной рамкой —

Помнит, что однажды – огласит —

Зверь твоей души, добытой раной —

Вымученный воздух – изо всех —

Поколений страхов – подлых разумом,

Чтобы ты остался – возле тех —

На своём – излюбленном лице старения,

Возражал, как ясность – на рядах —

Привилегий облика и – стиля,

Жизнью опираясь, чтобы – страх —

На страдании – отчётливого имени —

Понимал свой мнительный – сигнал —

Звать, или остаться – без тебя,

Подле вымысла, что было – на роду —

Смыслом мира – памятью в аду,

Где – анатомической прохладой им —

Близится тот ритм – пощады слёз,

Через круг – прощальных стен и лоз —

Обвивая след – прямого толка,

Жизнью – избирательной – как шанс,

На своём ходу – прощальной тьмы —

Ты, за душу – потчуешь тот фарс —

Слёз из пепла – мучимой гряды,

Ждать, или остаться – бегством им —

Миру на – обглоданной равнине —

Шанса жить, чтоб видеть пустоту —

Душ скупой отравы и – без имени,

Им вослед – ты понимаешь роль —

Страха преисподней – через боль,

Лишь угадывая позу – для свободы,

Что отныне случаем – вберёт —

Свой многозначительный и – длинный —

Мифа слог и переплёта – такт,

Словно мы нашли – свободный призрак —

Возле глубины – понятной нам —

Слов объяли – признаки и – склейки,

На аду – написанного в числах,

Перед ними – ты лишь одинок,

Рядом стелет – свой порок могильный —

Свод анатомической мечты —

Подлинного ужаса – сегодня,

Быть ли в небыли, или остаться – при —

Страхах облекаемого – чувства,

Заново прочитанной, чтоб – мир —

Словом логики – перенимал тот миф,

За оценкой переменных – жизнью —

Догм фортуны – сотворения отличия.

Стать тебе, в той колкости – различий —

Хочет имя и пародий – личных —

Вид фортуны – на обломках льда,

За который, ты – цепляясь падал,

И ложилась – бурная вода,

Поднимала тверди – проявление,

На планетном своде – между скал —

Смертью хоронивших – память лиц,

Лишь уложен каждый – на гранит —

Схожей ясности – предчувствий декаданса —

Манит зеркалом, на отражении – ланит —

Свод пологой белизны – пространства —

Тело переменных черт – за сном —

Между мифом – о создании свободы,

За которой, ты сходил – под склон —

Смертью утоления – вопроса перед,

Стать ли избранным – в обломках бытия,

Или красть – полуденные зори,

Что расплатой – обнищают в нас —

Сердцем жизни – покалеченного свода —

Будут жизнью отражать – тот мир,

За его отчаянный – восторг души —

Между твердью будущей – зари,

И началом мести – сотворённой ими,

Дальней юности – природы для благих —

Мерной участи – прозорливого утра,

Чтобы думать за отсчёт – немых —

Счастьем полагать – природы чудо,

Будто жил ты – в избранной главе —

За порогом – преисподней чащи —

Мысли сочетания, что – слаще —

Стали над избытком – мифа здесь,

За твоей породой чести – лиц —

Ты лишь сожалеешь, что – молчишь —

Вьёт твоя природа – свод вещей,

За анатомической душой – и правом —

Жить ли так, как уходили – те,

Что считали вымыслы у – слёз —

Словом состояния – без грёз —

Роли поднебесной красоты – восторга,

На твоём краю – ты жил – ища —

Сладкий трепет – памяти у Бога,

Над прощальным – возгласом своих —

Мнений и избытка – стать благим,

Столь, что избранное право – на виду —

Будет философским чудом – миру —

Столь угрюмым – как котёл в аду,

Что отваром чести – памятует дару,

За твоими мыслями и – счётом —

Зла и суверенной чести – ниц —

Падать ли, или остаться – на гранитах —

Мысленной борьбы – за имя птиц,

Что летают и сквозят – пустое —

Дерево, над прахом – сизых зорь,

И надменно – проходя толпою —

Ты рисуешь обелиск – из горя,

Плачущего вымысла – на вид,

Жалости из – права стать ещё —

Более угрюмым, чтобы зло —

Стало суверенной дружбой – мира,

Занимало свой – прощальный вой —

Роли современной плахи – судеб,

На одних ногах, что миром – судит —

Дух анатомической красы – его —

Вида – современной платы —

На аду, что стелет память – нам —

Завтра, через ровные – раскаты —

Дней фортуны – мира на пролог.

Ждёт из – философской степи лиц —

Доблесть, за бегущей чернотой,

На прощальный склон – пародий птиц,

Что обвили вереницей – холм —

Памяти, над жизнью – без любви,

Отражения зеркальной чести – права —

Совладать в природе – словно мы —

Монологом пишем – стилю нрава —

Те, прекрасные, но жалкие – огни —

Исторического тока – слов сварливой —

Перемены истины войны —

За дорогой мифа – стать из бездны —

Ролью упразднения – в тот край —

Словно философский ветер – мира —

Словом обогнал – природы лиру —

На понятии и сердце – через свой —

Раненый апломб – строения души,

На границах времени – им также —

Завывают в час – расплаты лжи —

Суверенные пародии – из склада —

Быть ли небылью, или остаться – при —

Слове, около возможности – дожить —

До опоры ценности, чтоб – ты —

Форму философии – избрал ещё —

Стал ли правом, или – поднимал круги —

Самости – прощальной воли к смерти —

Подходить, чтоб жили – до войны —

Не твои советы – мира благородных —

На избрании той – участи одних —

Тех же слов – вещественного мира —

Звук анатомической – мечты —

Заново собрал – искомый стержень —

Права – создавать и быть внутри —

Веком исторического часа – лишь —

За который ты – сейчас молчишь,

Словно собираешь правом – смерти —

Вымысел – из собственной души —

Страсти – были – стать отрадой лиц —

На – материальной форме их —

Страхов возраста – прощального добра,

Завивая смыслом – круг из слёз —

Ты стоишь и ветер – как вопрос —

Шевелит твой – сердобольный вид,

Как значение – над правом бытия —

Покачало головой и – время их —

Вышло, словно – серый монолит —

Из огня прощальной – перемены нрава,

До того, что – обратило крик —

За свободой – вымысла и нрава —

Стать тем – обращением в гранит —

После волевой прохлады – впереди —

Жизненного ужаса – под нами,

Отдаляя свой – последний вид —

На войне – из притчи и конца —

Слова сердобольной – плахи мира,

Воли философской – над одним.

Вырван из контекста – шелест при —

Свойстве – розданной гранитом перемене,

На его – осунувшейся тьме —

Мы живём и слепок – хороним отныне,

Возглашаем смертью – боли берег —

Слов доходчивой борьбы – вокруг плохих —

Окончаний масок – мира древних —

Философских уровней границ —

Им не нужен интеллект – и горе,

Спаяно – то отражение и смех —

Словно философской болью – скован —

Мир в ретроспективе – смерти всех,

И лежат, на зазеркалье – мемы,

Ходят историчностью гадая – по одним —

Слепки интересов – как проблемы —

Выжженных устоев – современных тем,

Что хоронят смыслом – эстакады —

На прохладной боли – мира, в круг —

Забирая нас – вокруг и мало —

Стало привилегий – фарса для —

Избранных и сильных – словно тень —

Проходящей юности – последнего —

Мира расточительства, что зверь —

Слёз – хоронит дух истории —

Погодя, над вымыслом – утопии —

Видит лишь пространство – около,

Над судьбой и мифом – пролагать —

Свой автократический – апломб —

Слёз над чашей – историчности шагать,

Думать, что – одно и то же —

Ты вбираешь – смыслом на —

Воле – философского добра – дороже,

Чем, за властью – хоронить сперва —

Время – исторической харизмы —

Подле смысла – поколений там,

Что прошли и вымыслом – оставили —

Счастье, где теперь – родились сами —

На избрании – причуды из веков —

Душ анатомического – слога красоты —

Ты лишь строишь – качества мечты —

За, своей особой – формой перемены —

Лиц и – гипнотического взгляда —

При обзоре – социальных линий тем,

Что на отдалении – проблем —

Замертво векам – казались нужным —

В том, классическом творении – любви,

Слову декаданса – ты прочувствовал —

Ветер откровений – духа темноты,

За его прощальной – фразой быть —

Над планетной толикой – зари,

Избранной, чтобы – опять слагать —

Воли исторической – как звёзды —

Бытия из бездн – руки свободы,

Думая в желаниях – над ним —

Столь великолепный фарс – внутри,

Дышит преисподней – слово нам —

За основой смерти – права здесь,

Чтобы будущее – в избранном одним —

Стало им по праву – предлагать —

Смыслы исторической любви —

За зарёй, как мыслью Бога – лишь —

Ты волнуешь часть – своих имён —

Над прохладой – Неба дорогих —

Черт и привилегий – шагом стать,

Словно за твоей чертой – они —

Были славой – на земле одни,

Духом от стихии – слова грёз,

Где прощальный посох – их унёс —

На фортуны – жизненного эго —

Стать ли смыслом им – как шанс,

В роли избранного света – человеком,

Или возглашать – обычный рай —

В той, обыденной – строптивой – перемене —

Века, как фортуны – между нас —

Над искомым образом – забвений —

Лирики, что образует мира – смысл,

День за тем, исписанным – мотивом —

Так считает ход – своих вещей,

Что анатомически – под светом —

Верным оборотом – видит тень —

Всю, свою примету и – мечты —

На прохладной оттепели – сердца —

Между гласностью, бежавшей тишины —

Звука историчности – портрета.

Заглянуть жизненным для..

Миром натуженно – ты —

Смысл отложил,

Взял слово дома – увы —

Счастьем поверен – из них,

Входом – забытого при

Замкнутой жизни – рутин,

Медленных мыслей – своих,

Внемлешь – о жизненный толк

И представляешь своих —

Завтрашних – вотчины лет,

По диалекту культур —

Невосполнимой души,

Что не объять – от потерь —

Смертной погоды при —

Роли критических лиц,

Ты позабыв – отвори —

Медленных – замка границ —

Перед – эстетикой слов,

Глубже и глубже – идя —

По пересудам – веков,

Радостью дверь – отворяя,

Жизненным – заданным дня,

Ждали ответы – пути

И до костей – не проняв —

Скомкались – мерные сны,

О перепутье твоём —

В веке исходом – сложив —

Почести – став за окном,

Времени лично – прожив,

Сложное опыта – при —

Внутренней власти – любви

И объективности истины,

Что знак завета – несёт,

Мерной заботой – твоей —

Чёрного шелеста – дня,

Ставив прорыв – ото всех,

Звёздам на небо – смотря,

Личностью роли – идёшь —

Не по земле, по краям —

Медленных – скомканных поз,

За аллегорией слёз,

Прошлого времени – славы,

Памяти мерности – права —

Ты ожидаешь – упрямо,

И многочисленно воздух —

Опыт судьбы – воздаёт —

Ровной дорогой – туда,

Что объективно идёт —

Пользой презумпции – дав —

Небо простоя – руин,

Здесь, где остыли огни —

Мерно испробовав – миг,

Сложной – морали любви —

Ты – многочисленно спел,

Данному ветру – о стон —

Материальной руки,

Неба восторга – о звон,

Помнить – моральное для —

Жизни, спускаясь чертить —

Смысл аллегории – оттого,

Длящихся вотумов – тьмы,

Прошлого – неги объятий,

Центра восхода – зарниц,

Пропасти смысла – над ним,

Что – символизму любви —

Снова пример – подаёт

И говорит невзначай —

Мерной рукой – проводив,

Данное Богом – прощай,

Что ты услышишь – в ответ,

Степенью воли – идя,

Но не сложив – свой портрет,

Лишь загляни – за края —

Воздуха – чистого сил,

Доли движения – туч,

По пережитку они —

Верности мысли – достойны.

На постоянстве любви —

Данного вотума – благ,

По преисподней – сойдёт —

Неба объятого – мрак,

И коллективно пройдут —

Мыслимой чести – огни,

Времени сложно – воздав,

Мерное время – господства любви.

Ты исчезаешь – один —

Жизненно внутрь – опять,

Формой пути – заглянув —

Время потерянных – вспять,

И приближаясь – идёшь

За пережитком – руин,

Что одолели судьбы —

Формы пути философии,

Мира – на логике дней,

Сталью проложено – лишь,

Дно иллюзорного – с ней,

Но не откроет – мотив —

Вечности жизни за —

Небом – творящего зла

И как всегда – ты прошёл,

Мерно – дозором войдя,

Через поступки – людей,

Времени – за темноту,

Взяв – экзистенции ран

И заглянув за поклон —

Мерной погоды – руин,

Поля утерянных – мин,

Что разговором скорбя —

В слёзах радеют – о снах,

Толка любви – без причин,

Мании – вечной тоски,

Личного времени за —

Духом пути – иллюзорного.

Долго шагает слог,

Небо пролога – взяв

И смыслом пробы – ты —

Слову отточишь – мечты,

Лишь – за мотив свой,

Мира пути – воли грёз,

Счастья большего при —

Доме, откуда ушли —

Мерные пробы – руин,

И интеллекта зори,

При переходе вниз —

Данного – лучшей скорби —

Ты открываешь – близ —

Формы судьбы – философии —

Прах историчности – подле —

Мира искомого – новой любви,

Что посмотреть готова —

На историчность – снова,

Мерным окном – знакомого,

Внутрь воли – радея ролью —

Близится – тот час,

Что заглянув – в шанс —

Миру твоё – ценности,

Данной болью – утраты,

Волей опять – восполнит

И теребя – догмы скорби —

Линии жизни – укроет,

Личностью боли – о пережитки,

Власти – к потокам мира,

Лишь заглянув – жизненно —

Видишь судьбы – числа,

И вспоминать их – скованно,

Будешь – на век прямо,

Так как была – рана

Внутренней памяти – странного —

Лишь для твоих – глаз,

Былью прикована – лично

И тот мотив – истинно —

Будет – идти исторично,

Как небо – той проседи,

Что забирает – в воле —

Сердца мучение – логикой

И не оставив доли – будет из них – домом.

Шутовство запредельного гнозиса личности

Шок теней из неги – ищет —

Тленный шорох – между весом —

Протокольной формы – имени —

Над собой, и тянет – верному —

Славу пропасти – над нишей —

Свода черт, из тени – смертных,

От того, что шут – запишет —

Промысел, над волей – скованно.

Лишь лежит и тянет – время —

Подневольный формы – лености —

Мех из ворса – прозы тленных,

Надо льдом – проблемы сплетен,

Надо же – пропавший воздух —

Обыскать и жить – в природе,

Чтобы, тыл за ролью – новой —

Отличал – фиаско в моде,

Спал, как шок теней – из гнозиса,

Забирая – пленный воздух —

Или были бы – над вольностью —

Благ причуды, в шаг – отмеренным —

Новым квантом – перед болью —

Разниц стен – из меры слаженных —

Черт проблем – людей из гнева —

От того, что мир – неслаженный —

Терпит снедь, их – посох смирно,

Ищет смерть – пародий памяти —

На одном холсте – у прошлого,

А обличий – нет и в радости —

Слепнет их – закон и мудрость,

Шепчет то – природа дурости,

Что же сталось – между модой —

От большого сброда – пошлого,

В нежить – превращаясь мило —

Тешит смерть – одним народы —

Былью ловит – в час пародий,

От чего и – призрак доблести —

Ищет жертвы – между нами,

И под ранами – закованный —

Спит романтик – к слепку ровный —

На могильном своде – холода.

Он забыл свой – ветер равных,

Шут роняет – смерти оползни —

За того, кто был бы – рядом,

А теперь – отличный в пропасти —

Верит в снедь – другого рая,

На аду, что выбор – сделает,

И приказ – ему под камень —

Вышел в том – на пропасть ужаса.

Смерть на ней – историй ищет —

Хочет ждать, но нету – мужества,

А налоги могут – сдаться,

Чтобы ты остался – в гнозисах —

Мифа запредельной – роли —

Слов на ум – которых сводит —

Жизнь и благо – предыстории,

За того, кто чести – формы —

Видя – не имеет тождества,

Словно смерть – ему народа —

Верит и – почивший призраком —

На обратный путь – уложен.

В том и шут – напомнит ханжеству —

Долг критерия – быть благом —

На обломках – мира правды —

Восходить, что солнце – почести —

Греет их – нетленный запах,

Что витает – между прочим,

На аду – почивших замертво,

Если жизни – зла захочешь —

Испросить, и жить на паперти —

Всё в тебе – благое мужество —

Стало на примерный – уровень —

Под клочком – манеры каждого —

Жить и видеть – смерти подданный —

Холод, за броском – из ада,

Под прощальной – серой – тенью —

Ты шагаешь – словно рядом —

Меряешь свой – свёрток памяти —

Над облатками – пространства,

Где же вышел – чёрт из прошлого,

На аду – в котором мужество —

Было папертью – над схожим —

Поколением и памятью —

Ждать и верить, что прохожий —

Светит сквозь – угрюмый день.

На обратной воле – праздника —

Ты за словом – каждой честности —

Свой магнит – проблемы свяжешь —

На мерилах права – каждого,

Кто за шутовской – облаткой —

Смертью образа – играя —

В чёрной вольности – под бездной —

К звёздам обращал – их день,

Клал тот – смертью – белый признак —

На конечный воли – праздник,

Что в аду – ты будешь видеть,

Обладая смертью – в равной —

Воле и стезе – быть правым —

На словах и в деле – связанном,

Идеалом и оправой – им желать,

Чтобы, был ты рядом —

Лишь предел и смерть – редея —

На своём ходу – забвения —

Нам в лицо – смотрели рядом,

Обладая чутким – взглядом —

Провожая – день ненастный —

Ты как оборотень в – крыльях —

За шутом – своей оправы рая —

Стерпишь смерти – истины его —

Параллельной формы – края,

На своём роду и – формой —

Будешь чёрным – как реальный —

Свет космического – края берегов.

На которых – формам счёта —

Внеземной – картины славы —

Нет и писем, что заглавий —

Стать как – уровень морали —

Светом дня – искусства мифа,

За пределом, чтобы злое —

Обратив тот искус – смысла —

За окном – ментальной бликов —

Загоралось – между миром —

И твоей – оправой рая,

За обратной слов – границей,

Где твой шут – могилы ищет,

Заодно, и в смерть – играя —

Смотрит, он в глаза – могилы —

Видит – философский признак,

На обугленном – как призма —

Снеге мифа – возле бликов,

Где ещё – свой слепок ставили —

Поколения на – лицах —

Монолитом смерти – крали —

Волн – ту область, в злое время —

За эпохами – старения —

Смертью им – ходили тучами —

Тени близ – игристой манны.

Искус падал – к нам на чаши,

Смерть истории – страдала,

А исконный облик – краше —

Обличал тот пафос – слов —

За шутом – игривой сказки,

Был тот вечер – в память нам —

За примером склепа – признанных —

Черт и призраков – ума —

Логик преисподней – чащи,

Доблести, на жалость – снам —

Обличённых как – ненастье —

Общечеловеческим – развалам.

За шутом – фанфары гнозиса —

Меркнут и подходит – сам —

Миф от точки – смерти близкой —

На ходу, и части в жизни,

Что утеряна и – стонет —

На немом подлоге – призрака,

Смерть ему – шутом возводит —

Час аллегоричный – кванту,

Чтобы сталось – части света —

Личности – природа гения,

Облачилась – как прозрение —

И в одном испуге – встала,

На подпорки – смысла истины,

Что в аду – восходят странно,

В блёклом декадансе – мира —

Потчуют его – отравами,

Смерть рискует – сдаться мило,

И на шут – его отваги —

Ты встаёшь, что света шпаги —

На глазах – как миром призванных.

Словно за – одним зерцалом —

Смыслы собирают – право —

Отличать их – стон сомнений,

И цены – своей управы,

Ждать шута и время – лихо,

На прощание – быть здравым,

За пределом – смерти их —

Праведной работы – для благих —

Писем личных – за предметом —

Сотворения – под страстью —

Воли облика – быть ветром,

На одном глаголе – страхов,

За его шутом – твой полдень —

Вьёт дородный формы – праздник,

Чтобы личность – как и мир —

Заиграла в право – большего —

Частной воли – слова нового,

На одних – им знаках пишет —

Огласовка нигилизма – что —

Дышит честь – культуры мира,

Заодно, и смертью – стали —

Мы одним – и честь настала —

На работе мифа – истины —

Были верности – под веком —

Призрака, что ходит – рядом —

И в обличье – человека —

Говорит, что тенью – вымысла —

Ты один – остался нами —

В расстояниях – нам сказанных —

За шутом – своей программы —

Стался личный – призрак грани,

Под гранитным сводом – манны —

Только дух твой – философский —

Водит честь – искусства в памяти —

На аду – прощальной боли.

В честь ему и старость – стала —

Как живое – благо мифа —

От добра – теплее страха —

Возводить искусство в ценности,

Чтобы за границей – света —

Квант твоей – работы призрака —

Проходил и смертью – образа —

До ума ты – миром тихо —

Спал и – честь впускала личный —

Слов гранит и смерти – честность,

На одних ногах, что именем —

Бьют в тот центр – раската грома —

За окном, что в час – расплаты —

Ты лишь встанешь – у порога —

На прощальном свете – плахи,

Что взошёл – пародией один —

На земле, как был бы – прахом —

Возраст множества – от части —

Света состояний – в квантах,

За мгновением и – жизнью,

Что настала – за границей —

Времени и света – в каждом —

Стен её – осколки – льются —

И блестят на коже – мира,

Обвивают сердце – мифа,

За шутом – огранки скорбной —

На возвышенной равнине – лишь —

Больший всход – ты обратишь —

Прошлым миром – слов прощальных,

За преградой – обещания,

И на вод стоящих – паперти —

Ты свой долг – обратный сердца —

Вновь отлил – как слепок мира,

В золотой огранке – признанных —

Лиц, и личностей, что – стали —

Обрамлять искусство – в разнице,

За границей – стен морали,

За тобой и в счастье – личном —

Ты похож – на свод причаливший —

На просторах – сердца близкого,

И стоит – печальный правом —

Шут – за вереницей нравов —

Он кладёт – свой посох мира —

На окно – скупой морали,

Чтобы бренности – могилы —

На аду и в – сердце тихом —

Не нашли – своих там писем —

Прахом – изводить им сами —

Могут на – обратной тяге —

Посторонние огни – преграды —

На стороннем свете – правды,

Что слагает в смыслах миру —

Личность и проклятье – ада,

Ждёт их – шут морали права —

На приличиях – за пришлым —

Стать как воск – морали правой —

В том, что смертью – стали мы —

На своих – могилах нравов,

И одним искусством – праха —

Возводили в сердце – страхом —

Многочисленное время – жизни,

Бездны форм – обличья – права,

Чтобы стать – над ними там —

Как границы запредельных —

Черт искусства – смерти правильных —

Здесь обычных и – в культуре —

Добротой забытых – памятью,

Но за той границей – смысла —

Им в шутах – подсказки рая —

Образуют вереницы – тла любви —

Сердце сложного – доверия —

На аду – проходят мифы им,

И в конце – искусства смерти —

Ты стоишь – и шут твой вертит —

За звенящий слепок – старости —

Верит, что в границах – самости —

Ты был счастлив – за мечтой —

Обнаглевшего безумия,

И слагал – на тот покой —

Смерти час – искусства ради,

Но под волей блага – в толк —

Ты играешь – сердцем ради —

Личности из – чувства долга,

Мести из любви – забвения —

Оставлять шута – надолго —

В мыслях воли – поколения,

Чтобы близилось – нам счастье —

Свет горел, как солнце – слаще —

На прозорливой прохладе —

Возле тени – самовластья,

И хотел испить – тот фатум —

Верности покоя – смертных,

На которых – вертит ветром —

Дань и пафос – черт старения —

Звук любви – и час – забвения,

На одних и тех же – вепрях —

Личности – от блага памяти —

На одном аду – из нежити —

Им твои – заботы ставят —

Пограничный слепок – счастья,

И в шутах – оставить заново —

Всё хотят – презренный памятник —

Холода, под блёклой – спесью,

Чтобы за границей – стали —

Истины те – мерить близко —

Ад страдания – быть с нами —

Честью и свободой – призраков —

На аду – прощальной паперти,

Шутовства – из неги мнимых —

Чисел апологии – на взглядах —

Между философией – и благом,

Облаком морали – перед жизнью —

Заново сознавшей – части рядом.

Право на лирику..

Исторгнешь звон —

Письма о полдень,

Поставив свой —

Лирический предел,

Туда, где словом

Прозорливое оно и – томно —

Исходит исторически – к любви,

На площади,

Осознаваемого дома,

За долгом —

Неимущего внутри,

Ты посмотри —

Как личности – порывы —

Расспросят – личный стыд

И будут – говорить внутри,

О том, что было бы —

И лирикой – на право —

Ты обретаешь – мучимое нравом —

Демократической, освоенной тоски.

По снегу иллюзорности —

Культуры – нежит близкого,

Забытый алгоритм – письма,

О славе интеллекта —

На покой – от выстрела

И целесообразной

Природы мысли – стен,

К которым – ты восполнишь —

Витрины воли – как предел —

Растраты – духа бытия,

По иллюзорности неволи

И где – то духом – подойдя —

Ты – честью права,

Не останавливаешь сны —

Моей моральной – лирики

И историчности – на глаз,

Не обретаешь чувство —

В первый раз.

Ты будишь – месяцем ума —

Свой стук интеллигенции – сполна,

Пока идут —

Напротив – лишь дожди,

Изысканного чуда – воли,

На меру подходящего – покоя,

Что тенью подобает – посмотри,

На право – от изученного словом,

И мысленно – взойдёшь покровом —

На тон – лирической тоски —

От человеческого – чувства были.

Не быть как раньше – долгом

И статностью – опоры бытия,

Уметь – сопровождать пути,

Культуры аллегории – стихии

Земли, по чём проходит – апогей,

И уникальностью возводит —

Пределы историчности – своей —

Любви – моральной ласки

И неги – от обыденного сказки,

К которой ценность – подойдёт —

Внутри и будет ей – похожей,

Лирическим напевом – мысли схожей,

На власти – от приличия идей

И неги, априори – волн о камни.

Везде – сегодня бьются корабли,

Покуда мчат – своё пространство,

И взоры – берегом уходят странно,

Догадкой иллюзорности – своей,

Манерам – падая на свод —

Истории – понятия любви,

Привычки сделать – только ход

И память обретает – мир внутри,

От сопричастности идей —

Надеть – свой флаг,

Лишь – воздавая цели —

Могущество – обратного покоя,

Моральной ласки – подзывать её,

В устоях лирики и – пробы бытия,

Затронув мысли о природе и – любви,

Совластно музе – многочисленной тоски,

Идёт предметное окно – морали грёз,

Лояльно мысли – изнутри —

Работой сердца аллегории – до слёз,

По небу той черты и – историчности,

До гордого – предела бытия,

Сквозь – синкретизм о памяти маня —

Ты шепчешь – мне восход,

О бытие – прославленного имени.

Не вторящего – бытностью вокруг —

Реальности соизмерения – потуг

И чести – расторопной глубины,

Идёшь – по лирике моей —

Сознания – идеологии любви.

Что образует – светлый день,

По тёмной шёлку – космоса руин

Планетной экзистенции – былин

И маятника аллегории – весов,

У пропасти – ритмичного покоя,

Наглядно – говоришь,

Что мы – изгои —

С тобой и без тебя —

Навечно – памятью прошли,

Свой круг —

От переменного – старения

И вышли умственно – за благо,

Откуда – лирики преграда —

Исчезнет и – космические сны,

Взойдут, как принцип – проявления весны —

Наутро бытия – в тон хода,

Работы – исторического года

И льда – покоя существа,

Порока – человеческого я —

Внутри опоры мысли – сделав шаг,

К демократической причине —

Ты вновь – разбудишь флаг

И сердце постоянством – проведёт,

Свою – повторную картину

О власти парадокса – над причиной,

Что будет – бытием вокруг,

И ты – мой друг,

Надолго остаёшься – миром там,

Где личность – проходя веками —

Осознаёт теперь – свой камень,

Что тащат – экзистенции вокруг —

Утерянного поколения ума,

На горе ожидая – шанс ему,

И силы – риторического счастья,

Обратного исхода – жизни здесь,

В обыденной Вселенной – памяти.

Ты радость лирики – подобно дням —

Развеешь словом – абсолютно,

В характерах – могущества ума,

И будет – веком путно —

Твоя судьба – радеть о благе —

Искусственного разума причин,

Над апогеем – мира будущего

И честью – иллюзорности других,

Что охраняли след – его,

Безумной чаши, в роли нас,

Неуспокоенных сейчас —

В безвестии пропавших – небом,

И аллегорией по участи – ума,

Что правом повторяет – весь,

Искусственно сложившийся – прогресс,

За самоцелью – будущей преграды,

В чьей участи – те лирики, так рады,

Поднять скульптуры права – на виду,

В онтологическом понятии – других —

Разумных идеалов смерти – сих,

Перворождённых бытием – нуара,

Задетой участи – осмысленной в аду,

За чувством современности – куда – то,

Их чаша уплывает и – парит,

Что небыль говорит и – понимает,

О том искусстве разума – гранита,

Забытой иллюзорности – людей,

Нанизанных на грани – эполетов,

Природы власти – говорящей смерть,

И проявляющей единство – между нами,

Дородной формы бытия – из них,

Рождаются поэты – на своих —

Искусственных программах – о прозрениях,

Сквозь опыт – доказательства внутри,

Своей иллюзии и мира – за гранитом,

Несказанного времени – нуарной тьмы,

Исчезнув в ней – всё показалось светлым,

Как каждый день – искусственно внутри.

Философия спиритического стиха

Не в воздух пошлости – ослабил —

Свой стон – на олицетворении любви —

Досрочной хитростью – любви преданий,

Мотив – откуда к дорогой придти —

Ты смог стихом и – благодатью,

Сомнений робости, что встарь —

Ласкали внеземное темя,

Свою доисторическую негу – о вуаль,

Любви – по философии успеха —

Стихи зеркально – от того,

Что трон – на самовольной позе, благ —

Проводит исподволь – вопрос,

О торжестве стиха – опять,

И спиритически на духах – бытия —

Всегда с тобой, увенчанные мукой —

Прольют творение – наук,

Через искомый – декаданс пути —

Потустороннего образчика – сердец,

На ком, стихом твои – мечты —

Воспроизводят – таяние ледников.

Об лёд желания на – замкнутой игре,

Тебе писать, ещё пора и смыслам – пить —

По водной аллегории – языкового тождества —

Агонии символизирования – быть —

Столь рукотворным, как поэты —

Желаемого чувства о – нуар —

Возносят милый Солнцу – ветер —

Космического обращения – туда,

Как – спиритической тоской —

Позволь за играми – стихов —

Поднять тот ласковый и – скромный —

Увековеченный и ровный —

Манер истории под – власть,

Тебе, по философии – ища —

На старости об вихри – про любовь —

Конечный слог по – духу бытия,

Идущей жажды – преисподней —

Туда, где явственное – лоно —

Горит и опаляет – томно —

Стихов манеры – видимой тоски,

По мысли о – своей, любовной —

Истории невозвращённой – былью —

Манере стать, ещё лишь – днём,

На ветрах искушения – пространства —

Былого разночтения романса,

Этюда на – минорном слоге лет,

О боли декаданса – по портрету —

Приличия на символах – любви —

Не говорить и не писать,

Но думать, каждый слог – внутри,

И негой смысла – увядать,

На спиритической тоске – нуара,

Где чувство ходит – как огонь

И обжигает, словно паром,

Крадущейся любви – нам вслед.

Не позади и словно – мыслью —

Ты ощущаешь – маски лиц —

Искусства представления – границ,

Искомого – начала бытия —

Внутри аллегоричной повести,

Нуар отбросив – и в печать —

Ты смотришь как – в словесное окно —

Бравады мужества – за словом —

Так скоро – отвечать,

Что человеческий нюанс – рассказа —

Забудет – про печали декаданс,

Насколько выросли – огни —

Романа внутренней тоски,

По чувствам – изумления природы,

Желаемого свода, от стиха,

Декадой спиритической руки —

Реальности, в которой модно —

Однако говорить, на ты,

И жалостью не обижаться – строго,

Источник в подлинном – ища,

От духа, что один – внутри,

Застынет – подбирая слов урок,

На пьедестале множества – руин —

Неведомого света – от любви,

На жизненной опоре – бытия,

За властью ты поэзии – сложил,

Как скорость, собирает свет – в себя,

Ложится на – тоску потери,

Нечаянного смысла об – укор.

Тебе – не люди надоели,

От сказки воли – по уму,

Догадки многих бытия – редели,

Слагали почести – в аду,

Когда на спиритическом окне – созрели —

Манерные огни – сюжета ран —

И жизненного эго – о потери,

Не надоело быть им – слаженным,

Потворством – чувства бытия —

Перед историей на – радости руин —

Причисленных, кто в небе —

На себе, кто в подземелье – на своих —

Ногах – всё тащит неба груз,

И пишет – спиритический союз —

За лексиконом – неснимаемого я —

Обратно смыслам доводы – ища.

И каждый лишь – один —

Идёт – по спиритической тоске,

В руке – надменно теребя —

Причины философской – суеты —

Собрать здесь – множество имён,

В ручьи у – поколения ума,

Между собой – они видны,

Но спиритически отличны – за —

Искусством – измерения судьбы,

Языкового прошлого – в себе.

На миг один – ты вспомнишь их,

За миллиарды – проб и лет —

Отыщешь – совести игру,

Подобно времени – во сне —

Как – спиритически найду —

Твоё я, в теле – резюме,

И время строит – шаг пустой,

Не обернись опять – постой,

За жаждой обретения – руин —

Вменяемого часа – возле слов,

На спиритической доске – миров —

Видны и судьбы – господа,

Как личности порода – с них —

Утихла – возлиянием стиха,

В манерах бытного – за всё,

Что жалится и жалко – по уму.

Но ты идёшь – по краю чести,

Нет писем их в тебе – и если —

На спиритической игре – вдвоём —

Ты выиграл – изобилие сердец,

На вечности ума – по – одному —

Тебя зовёт манера лишнего, к тому —

Что классом мысли – обойти,

Успел ты, на почёте бытия – один,

Как лирики мотив – един —

На духе бытия – подобно смыслам,

Желания связать судьбы – концы,

Вопросы естества – прочесть,

Так близко к року – обрести —

Потворство слов и – не снести —

Потерю края – между сном —

И мифом – олицетворения ума,

К тому, кто былью стал – внутри,

Не смыслом одному – пройти,

Ему и жалко – и тепло,

Внутри – на спиритической руке —

Участия судьбы – прочесть —

Слова укора – миллиардов снов,

Доказывая – жажды впереди,

Подобной интуиции – идёшь,

Слагаемое множеством – в тебе —

Не ищет здесь опоры, словно грош —

Природы стих не забирает – от ума —

Крадущийся восторг – внутри,

Пока за повестью – идут года —

И смысл романа – впереди.

А каждый здесь – один —

И на виду идёт – в аду —

Причисленного эго – величин,

Сказания за былью – золотого,

Прожить и пережить —

Искусство чести – сможет не один,

Но в вечности догадки – господин —

И интересом философии – пути —

Обратной верности – на миг —

Затронешь – спиритический момент,

Опоры обладания – стиха,

Как жизни – на логической игре —

Спокойной меры – серых дней,

Сквозь вечности мотив – единый,

Не забывай, как жаждал – ты —

Прожить свой тлен и – пережиток —

Соединения манеры блага – воли,

Откуда спёртое дыхание – пришло —

И за кого, ты будешь – отдан,

На – спиритическом аду —

Игры – по философской чести лет,

Закономерной логики – стиха,

Рисуя – свой бесчисленный портрет.

Пророчество за долгом эпох..

Стоит – за долей долгого —

Студёный полдень – долга,

О чём – ты будешь спрашивать,

На пользе бытия – потёмок,

Когда природой звука —

Отчётливее – слов твоих —

Увидишь – данью линией двоих,

Морали долга – кругом —

Через истории веков —

Пока идёт раздор,

Моральный опус – бытия —

За волей предпочтения,

Снесёт те истины – восторга,

За властью эхо и – не только,

Образовав – культуры мира

И большее – за негой бытия.

Как только – слух пророчества —

Исполнит лейтмотивы,

Что нежат – жизни точки – на

И губят – смертью лиры —

По тёмной – колее ума,

По статности – морального окна,

Затем, что ходят вьюгой —

О проблеск – посторонней глубины,

Куда уходят – прочно —

Опоры философии,

За личность – заплатив,

От эго – динамического слова,

Структуры – бесконечности иного,

О судьбах долга – за восторг,

Куда – подводят войны

И слепо чередой – уводят толк,

К причине пропасти – немого.

Пророчеству – не дав войти,

Очеловеченными мыслями – пути,

По благу – интеллекта нового,

В искусстве мира – превзойти —

Моральное окно – окопа,

За честью от испуга – подойти,

И человеку – статуса по истине —

Препроводить – глаголы свода —

Другого диалекта – мира снова,

Как будто бы – настал свободный день,

От смысла – бытия утопии

И меры синкретизма – против,

Что гласность обязует – чтить —

Свой субъективный взор – по миру,

Аполитичности искусства – собирая —

Фигурой частного – к тому устоев

И лирикой – так тихо понимая —

Всю утопичность – исчезновения любви.

Когда от власти – проливаются дожди,

Не благодатного – истории поруки —

За долгом исчезают – неба муки

И счастье поворотом – видит сны,

Моральной пропасти – обратно до весны,

Уйти своей – основой бытия —

Туда, где чувство может – превзойти —

Свой парадокс – обратного приюта,

Сознательного мира – пересуда,

И мысли – обращающей к тоске,

По нраву – согласованного где – то,

Морально претворяют силы – сны.

Пророчество идёт – понятной рамкой,

Законом говорившей – от оглядки —

Свои уверенные путы – о фортунах,

В характере напрасного – у них,

За благом мира – восполняя —

Пророческое лобби интереса,

В национальной красоте – прогресса

И творчества особенности – лир,

По тёмной иллюзорности – другого,

От душ потока – категории равнин —

Ты прилагаешь стон – к усилиям благого

И говоришь, отчётливо в эпохах – насовсем.

Моралью знания – закона,

От численного – неба времени,

Ища, где метафизика догадки —

Пробудит жизненное темя – говоря —

О юности вопроса – существа,

Этнического поведения людей,

Перед заботой права – говорить, о ней

И мыслить – экзистенциально в глубине,

Моральным долгом – поколения вдвойне,

Моральной честью – изобилуя тогда,

Где ливни – проходящим светом за —

Характер ожидают – сквозь года

И мысленное темя – поворота лиц,

Спускаясь ниц и – бередя —

Пространственный обзор страниц,

Велеречивой прозы человечества —

В искусстве состояния – границ,

Знакомого устоям мира – здесь,

Над пропастью пророчества – возьмут —

Достоинство сюжета – мирных слов,

Объятия оценки – красоты,

Что ты – готов —

Принять – за облик смысла, от ума,

В эпохах долга – исключительного дня,

Меняя – иллюзорность берегов,

Пространственного ветра – от оков,

Манящего – прозрачного судьбой,

Своей особенной походкой – обойдут —

Твои застенчивые ветры – путь назад

И миру подадут – богатство снова,

Метафизическими опусами – бег,

Заучивая – в звуках жизни —

Знакомого, откуда человек

Становится моделью – стати нового —

Устоя сил – мировоззрения за благом,

Эпох предела – историчности ума,

В котором – семантические грёзы —

Сплошным пророчеством – покажут времена,

Наотмашь интересам – мира нового —

Весомого – культуры бытия,

Застлав – моральный облик потому,

Что жизни человечества – назад —

Не проведут пороки – вероятности идей

И ценность мира света – не утонет —

В аллюзиях растраты темноты – веков,

Покоя архетипа – за стремлением понять —

Своё начало – философии ума,

Где частный свод – закона правил —

Назначил кто – то, у иллюзии оков,

И вечностью – на боли пригласил —

Испробовать на плахе – от ума,

Куда проходят – риторической основой —

Благие институты – ото зла,

Материи культуры – человеческой души.

Не медли, не спеши,

И бытие находит – свой прогноз,

От будущего равновесия – истока,

Моральной власти – преимущества за толком,

Подхода синкретизма бытия —

Былин – пророческого толка,

На архетипах – будут долго —

Стареть страдания —

От человеческих идей —

Скульптуры – гениальности ума,

Когда восходит – время на

Пути прогноза философии,

В истории догадки – над собой,

И ролью покрывает – небо свода,

К сердцам умения – понять эпохи —

Своей любви – очеловеченных границ

Мировоззрения на времени и – путы

Работы диалекта – рядом с ним,

Преобразуя – социальный смысл

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.